Сердце заныло еще с утра, но я проигнорировал его нытье, решив, что ни за что не пропущу свою ежедневную утреннюю прогулку; пусть хоть снег, хоть град, хоть глобальный катаклизм. Утренняя прогулка по парку теперь моя единственная радость в жизни, хоть сестра и предупреждала вчера вечером, чтобы сегодня я никуда не ходил, - прогнозировали очередную магнитную вспышку, "мощнейшую в этом году за несколько сот лет", - вдалбливала она мне упорно. Моя продвинутая сестра, всю жизнь отдавшая медицине, обросшая званиями и добившаяся признания в своей области, опекавшая меня с детства, заменившая мне мать после ее ухода и семью после смерти моей жены и единственного сына.
- По мощности, прогнозируют, эта вспышка будет сравнима разве что со знаменитой бурей Кэррингтона в девятнадцатом веке. Поэтому с твоими проблемами, тебе лучше оставаться дома, а не бродить бог знает где, где и связи почти нет и людей днем с огнем не сыщешь.
В этом она права: в последнее время я люблю гулять вдали от людской толпы, забираться в дебри парка, где их голоса раздаются только как эхо, а шум городского транспорта и вовсе исчезает. Упрямый старик, - скажете вы. То же самое утверждает и моя заботливая сестра. Но я бы поспорил, кто из нас двоих упрямее. Я всегда старался поменьше влиять на ее жизнь, она же, кажется, и дня меня не оставляла, даже когда я уже был обременен семьей. Привычка, что ли? Но с магнитной бурей она, кажется, была права: я не прошел и сотни метров, в груди резко закололо, и мне пришлось присесть на ближайшей скамье. Не хватало, чтобы меня еще схватило прямо здесь, где и людей не видно, и связь, может, плохо берет.
Я пошарил по карманам, выудил пластинку с пилюлями, но вынужден был чертыхнуться: пластина оказалась опустошена, таблетки в ней кончились, а заменить ее я не удосужился, старый дурак. Теперь оставалось только отдышаться, авось пройдет, но голова немного закружилась, деревья на секунду волнообразно перекосились, и я как пьяный ткнулся подбородком в грудь. Вот незадача!
- Может, таблетку? - неожиданно рядом раздался спокойный голос.
Я поднял глаза: возле меня на скамейке оказался бородатый улыбчивый старик, ненамного старше меня, но на которого, кажется, не воздействуют никакие магнитные бури.
- Было бы хорошо, но у меня, они, к сожалению, кончились.
Сердце мое еще ныло.
- Вам повезло, Обычно, я не ношу с собой таблетки, - нет надобности, но сегодня, как чувствовал, прихватил пару с собой. Выпьете одну, и лет на двадцать забудете о всех своих болячках, поверьте. У нас медицина давно на высоте по сравнению с вашей.
- А мне можно? - спросил невесть откуда появившийся мужчина с другого края скамейки, явно подслушивающий наш разговор.
- Вам еще рано, вы еще относительно молоды.
- Мне уже сорок пять.
- Я же говорю: молоды еще, без пилюлей как-нибудь.
- Вот жида, дать бы тебе...
- Попробуйте...
Мужчина заткнулся.
Я посмотрел на отвернувшегося мужчину, черты его лица показались мне знакомыми. Где я его видел?
- Я уже не удивляюсь, - словно прочитав мои мысли, вслух сказал бородатый старик, - третий раз попадаю.
- Куда попадаете? - не понял я.
- В другое измерение. Вы же в своем сейчас? И я, вроде как, в своем, Павел Сергеевич. И этот никто иной, как Павел Сергеевич, который с нами и возмутился. И тот, напротив, с дипломатом, который удивленно смотрит на нас. Видно, тоже, как и вы, попал в излом впервые.
Я бегло глянул через аллею на человека в дорогом костюме, с дипломатом, потом пристально глянул на своего визави.
- Я - это вы? Но разве так может быть?
- В вашем измерении нет, но в определенные мгновения жизни может. Скорее всего, сегодняшняя вспышка на солнце и вызвала эти изменения: на какую-то долю времени все наши измерения стали одновременно видны всем нам. Я из своего измерения увидел вас, то есть себя, из другого. Недовольный мужчина, - это наше "Я" из третьего, мужчина с дипломатом - наше "Я" из четвертого, чуть поодаль мужчина... Нисколько не сомневаюсь, - это тот же я. То есть мы.
- То-то, я смотрю, похож...
Я не знал, как все воспринимать.
- Вон слева, чуть подальше, такой же "Я" что-то набрасывает карандашом на листе. Мальчишка на противоположной скамейке тоже наше "Я", только в том измерении он еще малец. И девушка...
- Лучше ущипните меня. Разве я не сплю? Я, конечно, читал и "Флатландию", ломал голову над четырехмерным гиперкубом, пытаясь представить его в нашей, трехмерной, реальности, но чтобы такое вот: когда одновременно высвечиваются все параллельные пространства... В кошмарном сне такое не привидится. Но то сон, а здесь - реальность. Уму непостижимо!
- Я так же себя чувствовал, когда впервые попал в подобную ситуацию, - сказал "Я" с бородкой, по-прежнему улыбаясь. - Но, однажды понял, что в какой-то момент параллельные миры пересекаются и наши "Я", существующие в них, становятся видимы для всех. В одной реальности я художник, в другой олигарх, в третьей успешный любовник, в четвертом - бродяга... И даже, как вы уже догадались, мог быть и женщиной... Я еще, правда, до конца не определил, как именно все это происходит: случайно или в регулярной последовательности. Но с нашей медициной, я думаю, у меня еще достаточно времени...
- Поверить не могу. Прямые не пересекаются только на плоскости...
Я вертел головой вправо и влево, стараясь запечатлеть увиденное. Представляю, какой я сейчас, погруженный в себя от наблюдения невероятного, был болван болваном со стороны.
- И сколько их - таких миров? - спросил в конце концов я.
- Не знаю. Сие нам неведомо (издевается, что ли?). Да и какая разница, - снова усмехнулся в усы сидящий рядом "Я". - Примите всё как данность, не то реальность разорвет вашу закипающую башку.
Было б сказано! Как же не принимать все это близко к сердцу? Может, бородатый "Я" мне ответит? Но я не успел его спросить, не прошло и получаса нашего знакомства, все возвратилось на круги своя, иные реальности, если они не привиделись мне, закрылись, и я снова оказался на скамейке один. Верить - не верить? Но в ладони у меня синяя таблетка. Как факт. Может, послушать старика, проглотить ее и прожить еще лет двадцать, как он уверял. Чем черт не шутит, авось, все это было не сном, а самой что ни на есть настоящей реальностью? И я ведь мог, наверное, войти в один из изломов, но у меня от растерянности даже мысли об этом не возникло. И что дальше? Я так и буду теперь всю свою оставшуюся жизнь как тот помешанный уэллсовский мальчик, метаться в поисках белой стены с зеленой дверью? Дурдом "Ромашка"!
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2019
