Okopka.ru Окопная проза
Связь Николай
Интервью С Ветераном "Бешеной Роты"

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения] [Рекламодателю] [Контакты]
Оценка: 8.92*16  Ваша оценка:

  На полях сражений Первой Чеченской войны разведрота 166 ОМСБр под командованием Алексея Ефентьева (позывной "Гюрза") снискала себе настоящую боевую славу, получив от своих врагов прозвище "Бешеной". В послужном списке этого легендарного подразделения десятки опасных рейдов по тылам армии Дудаева, штурм Бамута и снятие блокады с окруженного в центре Грозного специального Координационного центра, когда благодаря профессионализму бойцов роты были спасены многие высокие чины армии, МВД, а также большая группа российских корреспондентов.
  
  Вашему вниманию интервью с ветераном прославленной роты Николаем, позывной "Связь" .
  
  - Если считаете возможным, скажите где и когда вы родились.
  
  - Родился в г. Кривой Рог, Украина, в 1965 году.
  
  - Чем вы занимались до армии и как стали военным?
  
  - После школы учился в Подмосковье, женился, работал. Навалили лихие 90-е. Закрутился бизнес, шальные деньги, беспредел, конфликт с братвой с Марьиной Рощи. Затаился в Ворнежской области в деревне, где остался дом от бабушки. Скоро деньги закончились, жена бросила и вернулась в столицу. Пошел служить в танковую дивизию по контракту.
  
  - Как вы попали на войну? С какими чувствами вы на неё шли?
  
  - Служба заключалась в уборке территории, написании каких-то формуляров и обслуживании техники. Это все так называлось, на самом деле просто гасились по углам, кто где мог. "Лишь бы день до вечера".
  Периодически на дивизию приходили разнарядки, в Чечню требовались те или иные специалисты в таком-то количестве, или просто столько-то офицеров, прапорщиков или контрактников. Все оправлялись в командировку на 6 месяцев.
  В один перкрасный воскресный день пронесся слух, что пришла разнарядка на контрактников.
  В понедельник утром - как обычно полковое построение на развод. То да сё, как всегда. Проводил НШ. Потом команда "Разойдись. Военнослужащие контрактной службы - на месте"
  Нас осталось десятка полтора. Встали в одну шеренгу. Перед строем вышел ЗНШ, подполковник, к сожалению не помню его фамилию, мировой мужик.
  Стоял перед нами и смотрел взлядом отца.
  - Вы все знаете, от нашего полка нужно три человека. Кто был в горячих точках - шаг вперед.
  Вышло несколько человек.
  - Нале-во. в распоряжение командиров подразделений бегом марш!
  - У кого двое детей и больше?
  Вышло еще трое.
  - Налево, Бегом марш! У кого есть ещё какая-то уважительная причина?
  Молодой парнишка аж пригрыгивал на месте:
  - Тащ подпоконик! Тащ подпоконик! Я женился вчера!
  - Я знаю, поздравляю. Встань в строй. Это не причина.
  - Ну как же....
  Паренёк осекся и впал в ступор. ЗНШ продолжал:
  - Есть добровольцы?
  Шаг вперед сделали два человека.
  - Встаньте в сторонке, - как-то по-граждански попросил подполковник, -Остальным сообщаю. Сынки, из вас нужен еще один. Ухожу на десять минут. Решайте, думайте. Если не решите сами, приду и назначу. Тогда отказаться уже нельзя. Иначе увольнение.
  Знш ушел, нас осталось человек 6-7, мы стали кружочком. Все молчали, только молодожен причитал "Как же так! Я женился! Как же я уеду..."
  И тут меня пробило какое-то НЕЧТО.
  - А чего тут думать, - вдруг выпалил я, - Я поеду. Жена от меня ушла, детей нет, горевать кроме родителей некому! Решено! Я еду.
  И пошел в компанию к тем двоим добровольцам.
  Взгляда благодарней, чем в тот момент от молодожена, я в жизни не видел.
  Добровольцами были Серега Кучмин, впоследствии "Снайпер"(погиб) и мой друг Махмуд, дагестанец, водитель БМО.
  
  - Как вы оцениваете состояние Вооружённых сил России накануне войны?
  
  - Середина 90-х. Закрываются заводы и фабрики, разваливаются колхозы, повсюду воровство и откровенный грабеж. То же происходит и в армии, каждый стремится утащить то, что плохо лежит и нажиться на том, за что отвечает.
  
  - Как снабжалась армия на войне? Насколько хорошо вы были обеспечены снаряжением, амуницией, питанием?
  
  - В дивизии, где я служил, со снабжением все было в порядке. Все одеты-обуты, солдаты-срочники вкусно и сытно накормлены (сам всегда стремился, когда в наряде, там похарчиться, реально вкусно)
  А вот когда прибыли в Чечню, там все совсем иначе. Обмундирование еще более-менее, а кормежка!.... Чего стоит один тот факт, что в Хиди-Хуторе у нас была ОДНА банка кильки В СУТКИ на человека. В общем, приходилось потихоньку мародерить.
  Зато с вооружением у нас в разведроте проблем не было никаких. Оружия какого хочешь и сколько хочешь, патроны и гранаты - любые, бери сколько унесешь. В пехоте с этим делом было много туже. Приходилось делиться с земляками втихаря, то гранаткой то пачкой патронов .
  
  - Расскажите о взаимодействии между различными подразделениями. С какими сложностями и проблемами вы сталкивались?
  
  - Контакты между разными частями были на очень низком уровне. Нас часто обстреливали наши, мы обстреливали своих. Наверно, для войны это нормально, раз есть даже специальный термин "Дружественный огонь". Примеров много. Спецназ с позывным "Гусары" направили на нас наши же минометы, приняв нашу разведгруппу за духов. Мы в Гойском на другом конце села обнаружили движение БМП и открыли огонь, оказалось части ВВ выходили на позиции. Были пострадавшие. Те же вэвэшники очень смешно, по всем правилам тактики, с залеганиями и перебежками под вечер вошли в Белготой, который мы с утра с боем взяли. Им никто не сказал, что селение наше. Пашку Нарышкина даже скрутили. Потом мы с "Коброй" ходили освобождать его из "плена".
  
  - Как бы вы охарактеризовали своего командира, "Гюрзу"?
  
  - "Гюрза" выдающийся командир. Грамотный, организованый и очень смелый. Прежде всего, меня поражала его физическая выносливость. Многочасовой переход по лесистым горам, привал, все падают без сил, кто где стоял, а "Гюрза" как ни в чем не бывало расхаживает меж нашими тяжкодышащими телами и отдает распоряжения. Голос у него не самый геройский, немного высоковат, немного сипловат, но я ни разу не слышал, что б он его поднял или какое-то приказание повторил дважды. Даже в бою говорил спокойным и уверенным голосом, что, конечно же, придавало нам смелости и уверенности. Было у него пару качеств личностных, чисто человеческих, которые мне не нравились, но я не буду об этом.
  
  - Сталкивались ли вы с иностранными добровольцами и наёмниками на стороне врага (украинцы, афганцы, негры и т.д.)?
  
  - С иностранцами не сталкивался. Только однажды в эфир вырвалось по-украински "Я Діброва, я Діброва" (по-русски - дубрава) и волна тут же ушла. Да еще трофейный сухпай был с надписями на арабском языке.
  
  - Что вы думаете о противнике и его боевых качествах?
  
  - Очень сильный противник. В большинстве своём - мощные бойцы. Хорошо подготовленные и отлично мотивированные. Хотя, встречались разные, партизанщины хватало. Не забывайте - они все считали, что родину защищают. Какая тут еще мотивация нужна?
  
  - Расскажите об отношении к пленным со стороны федеральных войск и со стороны боевиков.
  
  - Я лично с пленными не сталкивался, но много слухов ходило. Отношение к пленным с обеих сторон было жестоким. Пытки, издевательства, казни были и с нашей стороны и с противоположной. Чеченцы особо не жаловали контрактников, считали их наемниками, приехавшими убивать за деньги. Поэтому у большинства наших с левой стороны разгрузки находилась граната, которую никогда не использовали, называлась она "своя", и каждый верил, что в случае тяжелого ранения и угрозы попадания в плен, хватит смелости и сил выдернуть у этой гранаты кольцо. Это был бы лучший выход, чем чеченский плен.
  
  - Как складывались отношения с местным населением?
  
  Понятие "мирный чеченец" - из разряда пропаганды. Он мирный, пока у него в руках нет оружия. Как только появляется любая возможность взять в руки оружие, он становится солдатом, боевиком. Когда мы стояли в оцеплении на обеспечении переговоров между Масхадовым и Тихомировым, была возможность спокойно говорить с "мирным населением". Один молодой чечен на очень ломаном русском мне пояснял, что он, мол, не воюет только потому, что у него нет денег купить автомат, были бы деньги, он бы ушёл в лес. И тут же предложение - "Продай автомат!".
  В тоже время, никогда не забуду той растерянности, когда мы верхом на бэшке просто ехали через небольшой хуторок на три двора, из ворот вышла простая чеченская бабушка протянула нам 2 или 3 ещё тёплых лаваша, я их подхватил, от растерянности промолчал и мы помчали дальше. А бабушка просто повернулась и спокойно пошла в свой дом. Что это было, обычная материнская забота или знак признательности за что-то, не знаю. Лаваши были вкусными.
  
  - Расскажите о солдатском быте и забавных случаях на фронте.
  
  - Солдатский быт очень скудный. Все удобства минимальны. Представьте, что вы выехали на природу на сутки, на двое... на месяц.... на пол года.... В пункте постоянной дислокации палатка и полевая кухня, походная баня. На выходе - спальный мешок, котелок с кашей на костре вместо бани - смена белья (второй взвод менялся с первым, солдатский юмор).
  Совсем уж забавных случаев я не припомню. Там и юмор был у нас другой, много "кровавей" обычного. Хотя вот такой веселенький случай. "Кобра" за что-то наказал Нарышкина и отправил копать окоп для стрельбы стоя. Пашка психанул, считал себя невиноватым, и так расстарался, что вырыл яму глубже двух метров, мы его еле вытащили из того "окопа". Все ржали, мол, окоп для стрельбы в прыжке, или для стрельбы стоя с лошади.
  
  - Какие чувства вы испытывали в боевой обстановке?
  
  - В боевой обстановке все чувства обостряются до предела. Это как драка. Не дать ударить себя, а самому нужно ударить посильнее. Только цена ошибки не синяк, а твоя жизнь. Это стимулирует. К тому же, боевую задачу нужно выполнять, Куда-то перемещаться или что-то оборонять. Бой - мощнейший стресс. Выброс гормонов.
  
  - Что было самым страшным для вас на войне?
  
  - Самым страшным для меня было стать калекой, инвалидом. Хотелось, чтобы или мимо пролетело, или сразу наповал. Очень боялся стать беспомощной обузой на шее своих родных.
  
  - Какое событие оставило у вас неизгладимые впечатления?
  
  - Смерть моего товарища Павла Нарышкина. Пашка не добежал до спасительной ложбины всего метр. Пуля подкосила его, и он рухнул, кубарем скатившись вниз.
  Он был родом из Воронежской глубинки. Немного хитрый, немного наивный, немного ленивый, а в целом - нормальный, простой и хороший парень. Он привязался ко мне, как младший братик к старшему. Я помогал ему, чем мог. Немного поучал, немного прикрывал, немного ругал.
  Вокруг остервенело, грохотал и бесновался бой. Пашкина голова лежала у меня на коленях. Из перебитой сонной артерии толчками, маленькими фонтанчиками, била кровь.
  Я не слышал его. Я смотрел Пашке в глаза, а он смотрел в мои. Что я видел в этих глазах? Это описать невозможно. Люди не придумали таких слов чтобы описать ту боль, обиду, недоумение, и какую-то глубокую внутреннюю мудрость того взгляда..
  Я не знаю, в какой момент жизнь покинула Пашку. Мы несли, тащили, волокли по лесу труп немаленького и нелегкого Пашки. Грохот и крики остались позади. Мы спаслись, выжили. Пашка - нет.
  Кто видел взгляд умирающего 18 -ти летнего парня? Я видел. Я живу с этим взглядом внутри.
  
  - Как война повлияла на вас лично?
  
  - Война, хоть не значительно, но изменила мою личность. ТАМ мне было 30 лет, вполне зрелая личность. ДО этого я жил в мире "интеллектуальной силы", считал, что главный половой орган мужчины - голова. ПОСЛЕ я помимо этого стал ценить и физические качества: силу, скорость, выносливость.
  
  - Что такое война для вас? Знакомо ли вам чувство "фронтовой ностальгии"? Мучают ли вас воспоминания, военные сны?
  
  - "Фронтовая ностальгия" порой накатывает. Так, мне иногда не хватает в простой гражданской жизни войсковой определенности. Стоять, сидеть, спать, есть. За тебя решают командиры. На войне приятель-неприятель тоже все понятно. В моменты депресухи и непоняток в жизни, бывает, хочется плюнуть на всё и уехать туда, где стреляют.
  Сны снятся часто. Бегаю, стреляю, кого-то защищаю. Но всегда побеждаю.
  
  - Как вы относитесь ко всему этому теперь, спустя столько лет?
  
  - 18, 20 лет прошло с тех пор, но моё отношение к просходящему не изменилось. Моё отношение к той войне осталось прежним. Идеологии в нас не было, просто были верны присяге. Воспитаны были так.
  
  - Как повлияло участие в войне на вашу дальнейшую жизнь?
  
  - Повлияло, несколько лет был под действием того самого синдрома, постбоевого. Казалось, я такой боевой и заслуженный, а никто меня не ценит, мир не справедлив, я за них кровь проливал, а они... К тому же удар войны я испытал ещё и через 2 недели после возвращения. В роте нас было четверо с одного городка. Я уехал на 2 недели раньше, они задержались. Договорились, что я их встречаю с шашлыком, водкой и девочками. Встретил. Всех троих. В цинках. Тогда я плакал первый раз в своей взрослой жизни. (Второй раз плакал, когда мой годовалый сын лежал на столе в реанимации, я успокаивал жену и мать, а у самого текли слезы.)
  
  - Что бы вы посоветовали молодому, "зелёному" парню, попавшему на войну?
  
  - Браток, не дай эмоциям, не дай страху, не дай ненависти, не дай всем низменным чувствам завладеть собой. Будь Человеком в любой, даже безнадежной ситуации. "Война - последний довод королей". Мы, солдаты, лишь пешки в чужой игре...
  
  Спасибо за интервью!
  
  Интервьюер - Кирилл Макаров Источник https://vk.com/feed?q=%23MG_%D0%98%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B2%D1%8C%D1%8E§ion=search

Оценка: 8.92*16  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2015