Okopka.ru Окопная проза
Шейнин Артем
Гардез

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения] [Рекламодателю] [Контакты]
Оценка: 7.31*22  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Гардез, 56-я Отдельная гвардейская десантно-штурмовая бригада. Август-октябрь 1984


   ГАРДЕЗ
   (август-октябрь 1984)
  
   Прибытие в бригаду осталось в моей памяти как бредовый, горячечный сон.
  
   Густое, колеблющееся марево над взлёткой, устланной рифлёными железными листами.
   Мы, неуверенной толпой бредущие в этом мареве в сторону клуба.
   И мечущиеся, словно злые духи, вокруг нас какие-то неистовые личности.
   "Вешайтесь, молодые!"
   Очень мило....
   Если Фергана и оставила во мне какие-то остатки романтики, то и они улетучиваются с невероятной быстротой, растворяясь в этом мареве и этих злобных заклинаниях:
   "Вешайтесь, шнуры!!!"
  
   Заводят в какой-то капонир, крытый железом. Оказывается это клуб.
   Рассаживают нас внутри по лавкам. А кровожадные неистовые личности продолжают толпиться за дверями, снаружи. И кажется, как стая волков готовы разорвать нас на части, стоит только выйти за дверь.
  
   Первым к нам обращается седой подполковник. Я его сразу узнал.
   Ну, то есть не узнал, а понял, на кого он похож.
   Был такой актёр Евгений Лебедев, Кутузова играл в "Эскадроне гусар летучих" и в других фильмах тоже.
   Седой весь и брови такие густые и седые.
   Такой насупленный, но добрый в душе дед-генерал.
   Тут он, правда, был с погонами подполкоаника на полевой форме, но это ничего не меняло- сходство сто процентное.
   Меня прям как-то отпустило слегка, как увидел его- ну вот, первый персонаж из того "кина", которое я сам в своей голове уже несколько лет про Афган снимал. Вот так я и представлял сурового и надежного командира, "слугу царю, отца солдатам". Ну вот, сейчас всё и начнёт налаживаться...
   И тут он, абсолютно с интонацией и мимикой народного ариста СССР Евгения Лебедева произносит:
  
   -Бойцы, вы прибыли в 56-ю Отдельную Гвардейскую Десантно-Штурмовую Бригаду. Поздравляю с прибытием! Вам повезло, часть у нас боевая. Мы одно из подразделений 40-й армии, которое проводит на боевых действиях больше времени, чем в пункте постоянной дислокации.
   Эти его слова стали ещё одним подтверждением того, что мои надежды начинают сбываться... но уже следующими он меня "сбивает на взлёте":
  
   - И ещё мы удерживаем первенство в 40-й армии по количеству сломанных челюстей.....
  
   Было не очень ясно, ставит ли они оба этих достижения на одну доску.
   Но совершенно ясно, что ни в одном из пунктов не шутит.
  
   В-общем вдохновил...
   Потом началось распределение по ротам.
   "Покупатели" уже внимательно присматриваются к нам.
   Первыми отбирают бойцов представители разведроты.
   Так уже здесь, с первого же дня ,задаётся своего иерархия.
   Причём вполне объективная: в разведку уходят самые крепкие парни. И те, кто на гражданке серьёзно занимался спортом, прежде всего борьбой.
   Потом очередь сапёрной роты.
  
   Остальных распределяет по ротам бровастый подполковник, заглядывая в какой-то разлинованный лист ватмана с кучей пометок.
  
   Три месяца назад тоже самое происходило на сцене летнего клуба ферганской учебки.
   За одну секунду, двумя словами сидящий на сцене офицер предопределял кому и когда ехать в Афган, а кому служить в Союзе.
  
   Здесь второй раз происходит эта своеобразная "раздача судеб"-кого куда....
   Ведь от этого распределения зависит то, в чём будет состоять твоя жизнь ближайшие почти два года.
   Каких-то 15 минут назад мы были курсантами 6 учебной роты, а теперь стали разведчиками, сапёрами, связистами, бойцами одной из парашютно-десантных или десантно-штурмовых рот 1-го, 3-го или 4-го батальонов.
   Нам ещё мало что говорят эти номера и названия.
   Лишь одно мы чётко осознаём- начинается совсем другая жизнь...
  
   Жизнь в очередной раз перетасовывает нас как колоду.
   Впрочем, мне новый расклад вполне по душе.
   Мы с Пахомом в одной роте- 2-й парашютно-десантной.
   Ещё с нами Вовка Мордвинов, Олег Никулин и Юрка Лысюк из бывшего 4 взвода. Все земляки-москвичи.
   И несколько парней, которые в Фергане были в 4-й или 5-й роте.
   Вот уж у кого была в лотерея так лотерея.
   Ведь это только 6-я рота через три месяца отправлялась в Афган вся
   А из 4-й и 5-й только четверть курсантов уезжала в августе, а остальные- в ноябре. Так что кореша наших новых однокашников ещё три месяца будут служить в Союзе.
  
   Нас, зачисленных во 2ПДР, как ни странно забирает только какой-то сержант. Хотя из остальных рот за молодыми прислали офицеров.
  
   Палатки роты в паре сотен метров от клуба, так что скоро всё проясняется. Палатки пусты, сержант - прикомандированный из охранения.
   А рота наша- на боевых и когда вернётся неизвестно.
  
   Так что "вешаться" нам предстоит начать несколько позже.
   Впрочем, мы толком не понимаем, что это значит....
   А пока потихоньку привыкаем к бригадной жизни.
  
   Живём все вместе в одной из ротных палаток. Здесь напоминает о том, что "хозяева" отсутствуют уже довольно давно, а собирались довольно сумбурно. На кроватях нет белья, только матрасы и несколько одеял, тумбочки выдвинуты в центральный проход, половина из них распахнуты.
   На полу разбросаны какие-то блокноты, листки, письма....
  
   Ночевать сержант уходит к себе на противотанковую батарею. Уходя он, назначает дневальных и оставляет им часы, чтобы знали, когда менять друг друга ночью.
   В отличие от находящихся в бригаде соседей, первой и третьей роты, дневальные которых в бронежилете, каске и с автоматом бродят всю ночь на улице, наши дневальные дежурят внутри палатки. В одну из ночей выпадает и моя очередь дневалить.
   Заступаю уже перед самым рассветом и начинаю сонно бродить по палатке взад-вперёд, от тамбура к тамбуру, зябко поёживаясь- на дворе середина августа, но по ночам не жарко. Всё-таки горы- выше 2500 метров стоит бригада. Да и разница температур сказывается- после дневной жары за 40 ночью мёрзнешь и при 25...
   Но скоро в окна палатки пробиваются первые лучи солнца и становиться веселее. Это время всегда наполняет меня какой-то внутренней радостью.
   В углу палатки подбираю с пола небольшой блокнот. Открываю.
   Он весь исписан стихами, словами каких-то песен.
   Почерк крупный, полудетский. Масса ошибок в словах...
   Но, читая такие слова, забываю про все ошибки...
  
   "Союз, аэродром. Огни горят и мы взлетаем.
   С тоскою смотрим вниз и дом родной свой вспоминаем
   Летим на полтора, где горы как стена
   Летим в Афганистан, где идёт война..."
  
   Ведь это про нас, это ведь мы каких-то несколько дней назад взлетали с ферганского аэродрома, глядели из иллюминатора на родную землю если не с тоской, то точно с тревогой.
   Тревогой перед неизвестностью и ожидавшей впереди войной...
  
   "И вот по трапу вниз мы сходим на чужую землю
   Где палящий зной и горы словно в дымке дремлют
   Страна свистящих пуль и гордых мусульман
   Страна седых вершин, это-Афганистан"
  
   И вот мы уже здесь. Где-то под Кабулом, среди тех самых седых вершин воюет сейчас наша рота. Рота, с которой и нам предстоит скоро ходить в эти горы к этим гордым мусульманам.
   Эээх, каким-то он окажется, этот свист пуль.....
  
   "А где-то может быть ждёт девчонка
   Парня ждёт домой одного
   Я верю той девчонке-он вернётся в срок, не раньше
   Подарит ей букет цветов и тихо скажет:
   "Здравствуй! К тебе сквозь годы шёл, я верил и любил.
   Я ждал и побеждал. Посмотри-я живой!"
  
   Всё это уже в позапрошлой жизни-дом, девчонки, цветы.
   Ещё в Фергане это казалось хотя бы вчерашним. Всё-таки Союз...
  
   А здесь даже трудно поверить, что всё это по-прежнему существует.
   Что едут сейчас по утренней Москве машины, поливают мостовые.
   Что бегают по квадратикам паркета в моей комнате солнечные зайчики.
   Что где-то там спокойно спят мама, братья, Женька....
   Женька, которая хоть и не дождётся, наверное, но которой готов подарить все цветы мира...
   Там всё по-прежнему, только нет меня. И не будет ещё очень-очень долго.
   Даже подумать страшно-как долго....
   Но на душе стало почему-то тепло.
   Видно, я неисправимый романтик...
  
   В этом блокноте, в этих бесхитростных стихах-вся моя нынешняя и ближайшая жизнь. Я запомню их навсегда
  
   "Пройдёт немало лет и мир придёт на эту землю
   Ну а пока солдат в тельняшке на посту не дремлет
   А цепи трассеров врываются во тьму
   И взорванный фугас в клочья рвёт тишину...."
  
   Два афганских года и два десятка последующих так и не затёрли в голове картинку, на которой ушастый, стриженный мальчик читает стихи про войну, на которой так мечтал оказаться и вот оказался...
  
   Так и осталось в моей памяти то утро- тёплым, светлым и трогательным.
   Утро, когда я осознал, что теперь Афганистан-это и моя жизнь...
   Правда, это было, пожалуй, последнее тепло души на многие месяцы.
   Скоро вернулась с боевых рота....и мы поняли, что значит "вешаться"...
  
   Начались самые, пожалуй, тяжёлые полгода моей жизни. Полгода, когда первый и последний раз в жизни задумался - не лучше ли не жить вообще, чем "жить" так...
   Ты-"шнур".
   Ты- никто и звать никак...
   А если нужен, есть универсальный оклик для любого из нас: "Один!..."
   -Один! Сигарету!..
   -Один! Воды!...
   И не дай Бог не будет через минуту сигареты, воды, листка, ручки, иголки, подшивы, щётки и ещё чёрт его знает чего....
   -Сюда иди, сука, нагнулся! Шею расслабил, мотаешь головой....
  
   Хрясь ребром ладони по нагнутой шее! ....
   И так-день за днём, неделя за неделей.....
   Беспросветные, безнадёжные, одинаковые...
  

Оценка: 7.31*22  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2015