# Мозаика

Михаил Сергеевич Поляков

фантастический боевик.

- Что это там ? Свенссон?

- Откуда я знаю! Или ты думаешь, в трюме видно, что происходит снаружи?

- Так вылазь быстрее!

- Куда вылазить, б, Ингвар? А движок?

- Вылазь, б, Свен!

- Да что тут у тебя?

- Айсберг впереди!

- Ну? И за этим ты меня вытащил? Я что куска льда не видел? Нам до ночи надо вернуться домой, а у нас засорился фильтр! А он мне айсберги показывает!

- Да ты не на лёд смотри! У него что-то черное торчит сверху!

- Тюлень небось!

- Да не, не тюлень! Глянь в бинокль!

- Железяка!

- Это не железяка с-Свен! Я служил в авиации! Это стабилизатор бомбы!

Большой бомбы!

- Боже упаси! Его несёт на нас? Надо сообщить военным!

- Свен, ты дурак?

- Это ты дурак! Если она рванёт, то Инга и Тарвет останутся вдовами без денег.

- Свен ты помнищь, американцы искали что-то двадцать лет назад, когда мы с тобой в школу бегали?

- Вроде больше прошло? Ну да, полицейские говорили, что лётчики потеряли какой-то супер секретный и опасный боеприпас!

- А как думаешь, если мы его найдём и доставим, нам заплатят больше, чем было написано в газете?

- Хм, если не посадят в тюрьму! Ты что спятил? Тащить бомбу в посёлок? Да и как ты её потянешь? Вместе с 'салом'?

- А это идея, не зря ты техник, а я капитан!

- Ты не капитан - ты идиот! Гунар приезжал с базы и рассказывал. что американцы потеряли не простую бомбу, а мега-бомбу. Если рванёт, то, от Исландии только вода останется.

- А ты не паникуй Свен - за большую железку и заплатят много дороже! Отдашь долги и свозишь Ингу на остров её мечты с пальмами.

-Ты хитрый, вонючий, ржавый огрызок от выброшенного якоря!

- Не ворчи, как старая цепь в клюзе - иди, заканчивай менять фильтр или вообще соединяй на прямую - дойдём без фильтра. А я посмотрю, куда это ржавчина уплывёт. И поторопись Свен, может господь, послал за наш труд в море этот подарок.

- Не знаю, что он нам послал, сюрприз или кару, но фильтр уже готов. Заводи нашу чайку.

- Свен, мне придётся догнать его на катере!

- Катер у него! Лодка с мотором! Зачем тебе его догонять? Пусть плывёт куда хочет.

- Водоросль ты зелёная! Заведу конец троса от сетевой лебёдки и зацеплю за стабилизатор. И мы потащим его на буксире!

- Кого? Лёд? Да там тонн больше чем вся 'Чайка' вместе с уловом! А если перевернётся?

- Хрен с ним, вытравим трос побольше и уложим на палубе у кормы. Трос зажмём на закраине борта. Если сало вертанется, то свободно вырвет клин, вытравит конец и даст нам фору. А если оторвёт бомбу, то бог нам в помощь. Судя по стабилизатору там тонны три веса.

- Ну, привезёшь ты её в посёлок. А дальше?

- А мы её в грот отбуксируем, а не в посёлок.

- Чего? А если айсберг не пройдёт через проход?

- Затопим или обойдём остров и вытянем на него и там оставим.

- Ты точно спятил! Топлива не жалко? А если нас искать кинутся?

- Дашь радио, что задерживаемся. Пусть готовят холодильники.

- Нас потопят собственные моряки.

- Не трусь, за эту рыбину можно получить пол Исландии. И жить до смерти в достатке и тепле.

- Трави по малу.

- Я пошёл, спускай катер!

- Катер спускай!? Сейчас, мой капитан, ваш крэйсэр готов.

- Трос дай и выбирай его за борт. Как закреплю петлю - дуй за мной на самом малом.

- Окей, капитан.

- Не грусти мех, и рыба есть, и подарок, дай боже, довезём до места.

С большим трудом Ингвар добрался до белого поля и притащил за лодкой трос. Труднее всего пришлось высаживаться на покрытую водой площадку скрытую под водой. Скользкий снег слежавшийся в мокрый лёд лишал ноги трения и устойчивости. Пришлось с разгона влететь на порытую водой площадку. Лодка едва не перевернулась. Ингвар вывалился в воду что покрывала лёд и тут же вскочил. Схватил якорь и скользя и падая протащил лодку на пару метров вперёд. С силой влупил по льду лапой якоря, вбивая острый наконечник в твердую массу.

вытянул трос с крюком на конце и поволок тяжёлый груз к кукле. Подржавевшая туша имела на хвосте кольцо с рымом парашютной системы заключенное между четырёх стабилизаторов. За него Ингвар и зацепил крюк лебёдки зацепив и затянув трос обычной удавкой. Труднее всего было выскочить с поля айсберга в воду на лодке. Но и это удалось опытному моряку. Вот только промок весь. ока вернулся к борту, поднялся , принайтовил лодку замерз окончательно. Но греться времени не было. Надо было волочь и тянуть добычу к берегу.

Глупость обоснованная технически способна стать удивительной реальностью. Моряку, который привык отбирать у моря его добычу на северах не привыкать придумывать способы и методы отлова и перемещения даров моря к берегу.

Старенький траулер кряхтя и пыхтя медленно потянул многотонную массу к берегу. Если бы не направление течения в этих водах и в это время года, то затея непременно бы провалилась. Однако авантюра удалась.

Возле самого острова, перегородившего вход в бухточку, подтаявший и рыхлый лёд айсберга от удара о каменное дно раскололся. Бомба вырвала клин, трос вжикнул в морскую воду и опасный груз тяжело пошёл ко дну.

- Ну, и что теперь, капитан?

- Потащим. Трави трос по полной, а я обойду островок.

- Порвём трос!

- Не порвём! Дай рацию! Как скажу - полный назад и стоп машина. И назад помалу. Ослабишь трос, я сниму крюк и идём домой.

- Уже бы давно дома были бы!

- Не ворчи. Спускай лодку!

- Хорошо хоть не катер!

Большая металлическая капля пробороздила по вылизанной морем поверхности каменного пляжа, уперлась в огромный валун в центре острова гнутыми перьями стабилизатора и успокоилась. Ингвар снял крюк, освобождая петлю удавки, освободил трос и ругаясь на свой характер, побрёл к лодке. Развернул, оттолкнул, вязко перевалился на дно, зачерпнув воды. Отдышался. Завел движок и наконец-то двинулся в сторону траулера, где механик, заместитель и друг в одном лице - Свен: сматывал трос и одновременно держал посудину на месте, отрабатывая движком против волны и течения.


********************


- Василий Петрович, ты соображаешь, что ты мне предлагаешь?

- Соображаю! Я ж только мысли свои высказал. Помечтать я могу в конце концов? - невинно свел губы вместе, поднял брови и повёл рукой в сторону водной глади один из двух рыбаков на выведенных чуть не на середину водоёма мостках. Поплавки четырёх удочек сиротливо и брошено качались в паре метрах от обоих мужчин. Рыба давно уже сбила наживку с крючков и позавтракала прикормкой. Но отдыхающих не заботил результат промысла. Их более интересовало общение. И то, что дождь монотонно колошматил каплями водную гладь, только радовало обоих рыболовов под деревянным навесом. Спутник не засечет. Облака мешают. Любой из посторонних тут же будет обнаружен и выявлен службой контрнаблюдения. Ведь нормальный человек в дождь сидит дома и не полезет в охотхозяйство за призрачным счастьем отловить пару карпов, десяток карасей или жирных линков. В лесных озерах в дождь нет ветра. Падающий с неба занавес не дает рыбе учуять уловку и она легко клюёт на любую наживку.

- Мечтать оно невредно Виталий Владимирович. Говорят даже полезно. Но то, о чем ты мечтаешь - авантюра.

- Все великие начинания когда-то казались авантюрами,- совершенно без пафоса, грустно констатировал собеседник в охотничьей куртке с капюшоном.

- Тогда, как ты нас отмажешь?

- Арабами, и никто не подкопается, - чуть зло ответил инициатор.

- Шиитами? - хищно осклабился на бесполезный в отсутствие наживки поплавок, мужчина. Под навесом не капало, но иногда прямой дождь менялся на косой и тогда редкие капли оседали на почти идентичном камуфляже пары пожилых рыбачков.

- Ну, можно суннитами, даже лучше, - вполне обоснованно попытался иронизировать выдумщик подлости. - А сколько той жизни осталось Виталь? Так хоть помру, как солдат, если что случится. А то мне иногда кажется, что Родина нам наградное оружие выдает ещё и для того чтоб мы вовремя застрелились, - мрачно прокомментировал своё решение тот кого звали Василий Петрович.

- Ты ерунду не говори, - строго ответил Виталий, - у Егора рак был, у Сереги паралич, а Михалева сам знаешь, из-за чего решил уйти на совсем.

- Знаю, знаю. Не злись. Надоело оборону держать. Сам знаешь - оборона смерть любой компании..

- Значит так. Я проконсультируюсь кое с кем и тебе решение выдам. Если да то к тебе придётся офицер мужчина. Если нет, то чего бы женщина тебе не сказала, то сидишь тихо и никому о своей затее не рассказываешь. Пистолет свой наградной, чтоб завтра сдал в оружейную управы. На хранение. Я ясно изложил?

- Ясно, - коротко ответил Василий Петрович и почему- то отвернул голову в сторону поплавка, который повело вправо, притопило и смыкнуло несколько раз... в глубину озера.

- Черт!! Клюёт! На пустышку! Давай подсак! - потянулся к заклиненному меж двух перекладин удилищу Василий Петрович и неожиданно резко для своего возраста подсёк рыбину. Удочка из пластика выгнулась дугой от веса и силы с которой карп попытался уйти вбок и на глубину. Но Петрович уверенно и плавно вываживал обитателя водохранилища ближе к поверхности.

- Тяни, тяни его, сорвется же, балансировал с подсакой наперевес Виталик Владимировичу самого края мостков, заранее вытягиваюсь к натянутой и сопротивляющейся обоим рыбакам леске. Рыбина попыталась выскочить к поверхности, чтобы вскинуться и сбить сталь крючка, сорвать подлое остриё. Но опытная рука уверенно потянула вправо в сторону коллеги по любительскому промыслу.

Подсака поднырнула под огромное и прилизанное тело рыбины, спинной плавник испугал своей шириной и длинной, на секунду показавшись над поверхностью. Зеркальный карп с трудом, но протиснулся между стальными ограничителями и держателями сетки на большом сачке. Житель озера попытался выгнуться и ударить всем корпусом, чтоб выпрыгнуть домой, в воду. Но мягкая прилипчивость и податливость капроновой сетки уже обхватила плавники зажала хвост с не маленьким пером и уперлась в губы на голове. Рот рыбы судорожно открывался и закрывался. Жабры возмущенно хлопали в воздухе. Чмокающие звуки вмешивались в шум дождя желая вернуться в темную воду озера.

- Хорош! Как Поросёнок! Чавкает! Ругается! Отпустим?

- Ещё чего. Совсем зажрался и опупел. На пустой крючок взял.

- Вот бы у нас так, на ловца - овца сама прыгала.

- Снова мечтаешь?

- Не, предвкушаю.


**********************


"Теоретически в случае аварийного сброса ядерных бомб каждая из них опускается на землю на двухкупольном парашюте... Но это лишь теоретически."

********************

У Николая Павловича Шнитке совершенно не было времени на пустопорожние занятия. Поэтому, когда ему сообщили, что его вызывает к себе лично ректор он интеллигентно выматюкался беззвучно. Докторский 'диссер' по секретной теме шёл вперёд к своему завершению. Тема была абсолютно никому не нужна и посвящена развитию и усовершенствованию ядерных боеприпасов с их рождения, как говорится, и по ... самое разрешённое настоящее и вероятное будущее. Затрагивала носители всех родов, семей и видов, и стран. И вывод напрашивался совершенно неоднозначный. Злобных оппонентов не предполагалась. И в закрытом институте теплотехники ожидалась плановая защита с последующим засекречиванием лет на двадцать пять-пятьдесят. Шоб враг не знал, как мы ищем пути, дорожки и тропки, надыбывая 'шутя', 'походя' и 'легко': и дешёвые и сердитые, но чрезвычайно адекватные ответы супостатовским игрушкам, малышкам и прочим не детским гадостям.

В кабинете директора неожиданно оказался ещё один человек. Оружейник тут же определил - откуда прибыл гость 'молчи-молчи'. Уж больно правильно сидит костюм для гражданского, и небось, если расстегнуть пуговицы пиджачка, то там обязательно окажется... заколка для галстука и непременно между третьей и четвертой пуговицей рубашки.

'Ну, наш значица, военный или контрразведка. Я то им зачем? Старьём же занимаюсь. Снятым с вооружения. Даже, если утечка - кому оно надо, хлам ржавый ворошить? Наверное, всенепременно за консультацией. Молодоват ещё для консультаций', - думал, здороваясь с начальником заведующий лабораторией прикладной теплотехники. Ректор-директор повёл себя необычно суетливо.

- Николай Павлович! Знакомьтесь - Олег Романович из ...из - он вам сам скажет откуда, хочет задать вам несколько вопросов по теме вашей докторской, - пока Шнитке вежливо пожимал крепкую руку холёного кэгэбэшника, как он про себя обозвал молчи-молчи, руководитель встал. Застегнулся. Собрал бумаги в кожаную папочку с замочком. Опустошил стол. Закрыл сейф. Не постеснялся опечатать. Причем не плюнул, как все подчинённые на пластилин, а сунул палец в специальный стаканчик для полива цветов, и мазнул водой по печати прежде, чем вдавить и вытащить из вязкой массы зеркальный оттиск. И двинулся к выходу из собственных апартаментов.

- Не буду мешать. У меня дела, - проходя мимо, за спиной несомненного военного, пожелал удачи умный руководитель и предостерегающе погрозил пальцем Шнитке. Но так, чтоб спец не заметил. Но спец, видимо имел глаза и уши на затылке. Он повернулся и проводил начальника до дверей, очень ласково пошептался и лично закрыл дверь на ключ. И первую в предбанник, и вторую, что непосредственно открывалась в кабинет. Шнитке сидел за столом напротив.

- Николай Павлович, вот мои документы, - выложил на стол удостоверение личности. К КГБ пришелец отношения не имел. Однако звание полковника имел на плечах в погонах.

- Вот как, оттуда? - как то сыронизировал чуть ученый оружейник. Гость ответил шуткой.

- Не прямо оттуда, разумеется, а из Москвы. Помощь нужна, - вот так только артисты и разведчики играть могут. Что-то на лице изменилось, чуть прищурились глаза, приподнялись кончики бровей над переносицей. Чуть опустились уголки губ. И само лицо, без слов, говорило, молило и излучало почти гипноз. Внушало славянину - мол, не поможешь - беда будет и горе. И подтверждало внешней информацией. Не зря ж я к тебе в Сибирь пёрся. От пределов садового кольца и Европы задницу оторвал. Интеллигентов так брать и надо. Чуть лести, самый чуток. Малость прощения перед великим и могучим интеллектом за то, что не соответствуем пока ещё. И намёк на то, что без снисхождения к просьбе, и рассмотрения её как предельной границы между миром и смертью, светом и тьмой, прошлым и будущим - ну никак! И купился Шнитке. Потянулся сделать доброе дело. Эх, славяне, щедрые вы души и сердца.

'Еврей наверно' - подумал, отвечая учёный, - 'Ушлый. Ну-ну. Спроси'.

' И этот попался, тото их за семью печатями держат. Как дети - всему верят. Хорошо, что я не в ЦРУ работаю. Он бы мне всё выдал бы на подносе', - оценил простоту собеседника разведчик. Наш шпион оказался куда более в теме, чем ожидалось. Начал с проверки. Выложил фотографии.

- Вам знакомо это изделие, Николай Павлович? - оружейник иронично потянулся и взглядом и рукой к глянцевому изображению на бумаге. И чем ближе тянул к себе, тем более несуразными казались увиденный несоответствия. От такого вывода Шнитке недоверчиво глянул через стол на полковника и полез в карман за очками. Впился теперь уже в снимок взглядом изучая мелочи.

- Откуда? Снимок цветной? Свежий? Когда делали?- но не это главное. Рядом. Прямо на корпусе стоит раскрытый ноутбук, их только в том году выпустили, ему дарили на день рождения такой же. И лежит смартфон последней модели пристёгнутый к USB-порту кабелем для модемной связи через соту. И среди валунов морских и прибрежных - потертые и мятые бока термоядерного ужаса.

- Узнаёте? - грусть в глазах. Ведь понятно, что опознал. Вот только цифирь и подпись не прочёл ещё.

- Д-да. МК-15, если не ошибаюсь. Но модель не стандартная. Вон у неё код личный прописан на боку. Плохо видно. Но в любом случае беспокоиться не стоит Олег Романович, за столько лет боезаряд тяжелого элемента уже перепревратился в иной исходный материал. Взрыв невозможен. Разве что тротил, что расположен вокруг ячеек трансэлементов. Как ядерное оружие - Бомба безопасна. Вы это хотели от меня услышать?

- Почти. Нас беспокоит идентификационный код изделия. Понимаете. Он не соответствует стандарту ни США, ни стран НАТО.

- Это собственный код лаборатории Лос-Аламоса. Это значит, что объект экспериментальный. Черт! - ученый встал от осенившей его догадки. Потёр шею, как будто на неё навалии огромный и тяжёлый груз. Подошёл к окну, вернулся назад. Склонился над фото. Опёрся руками на стол, - Неееет, этого быть не-мо-жет. Где вы её нашли? Надо немедленно оцепить, эвакуировать и спрятать. Выставить охрану хотя бы? Что это за камни? Она что, без присмотра на берегу валяется? - быстро, однако мозги работают у наших мудрецов, аж перепрыгивают через объяснения в собственном ускорении.

- А в чём дело? Вы же сказали, что она безвредна?

- Я не посмотрел на этот код, внимательно! Понимаете! Это шифр специального и единственного изделия в своём роде. Её ищут до сих пор! Ах да, вы не знаете. Обычная бомба требует перезарядки боевой части с плутонием или ураном через десять лет. Элемент самораспадается от собственной радиации. Нужен свежий активный элемент. Это ясно?

- Разумеется. Читал.

- Слушайте дальше. У кого-то из американских ученых мелькнула идея затормозить процесс самораспада. Увеличить срок хранения. И таким образом уменьшить расходы на создание и замену убойных элементов. Понятно?

- И что?

- А то, что они создали вещество, которое тормозит старение боезаряда в сто раз. Вернее оно его самовосстанавливает с минимальными потерями. Сделали из него оболочку для каждой активной части боеголовки, как пирожки с начинкой. И сунули в корпус обычной МК15.

- То есть?

- Да что ж тут непонятного? Эта бомба - экспериментальная. Единственная из проекта! И заряд на ней, скорее всего, не потерял своей активной массы в таком объёме, чтоб заведомо не спровоцировать неуправляемую реакцию при соединении боевых секций в одно целое.

- То есть объект может быть использован по прямому предназначению?

- Именно, Олег Романович! Хоть сейчас!

- Подождите. Но тогда почему технологию не использовали на остальных бомбах?

- Так и дороже получилось вещество чуть не в сто раз, чем начинка, а сама бомба в сборе почти в триста раз, чем обычная. Алмазная, из бриллиантов - дешевле будет! Посчитали американцы денюжки и решили не мудрствовать. Но одну малышку для эксперемента сотворили и пхнули в Б-52 вместе со второй, обычной 'капелькой'. И послали в Европу... - замолчал и театрально потёр руки ладонями о ладонь Шнитке, как перед, студентом, которому сейчас покажет фокус.

- И?

- В 1966 году бомбардировщик взлетел во Флориде. Почти добрался до Испании. Дозаправился в воздухе и взял курс на Исландию. Больше ни его, ни груз - никто не видел. В связь так и не вошёл. Так, что ваша бомбочка, Олег Романович, вещь очень опасная, живая и очь-чень смертоносная. Почти четыре мегатоны. Хватит, чтоб Англию сделать не жилой зоной лет на сто.

- Вы уверены?

- Нет, конечно. Но технологию американцы засекретили. А изделие решили пока покатать, повозить и взорвать через лет этак пятьдесят, чтоб проверить реальный результат. А лабораторные тесты и расчёты - дали гарантию, что сто лет как максимум и семьдесят как минимум, она будет готова к использованию. В шестьдесят шестом её зарядили. Ещё пяток лет - точно потянет...

- Вы-то как это узнали? У нас в архивах такой информации нет.

- Тут такое дело, - замялся будущий доктор наук, - были мы на одном симпозиуме. Ну, вы знаете после развала союза мы многое что разрушили, отдали американцам. Чтоб их! Та вот, сошлись мы после окончания научных споров, на банкете. То да сё, разговорились. Ну, и оказалось, что мой собрат-собутыльник, из Америки, сам эту бомбу и собирал. И спецкод на всю жизнь запомнил. А я его на салфетке по памяти записал. Выпили мы много тогда за мир и дружбу, и обмен информацией. А у меня закалка студенческая, наша, куда ему со своим массачусетсом тягаться, - передохнул 'лектор'.

- И где код? - так, наверное, волк на след становится, когда голоден.

- В голове. Ваш набор тот же. Те же цифры, и буквы. Это МК15S. И вес у неё - три тонны. Не меньше.

На некоторое время в кабинете воцарилась тишина. Не долго.

- Вы не могли бы держать нашу беседу в тайне? - Шнитке поморщился.

- Само собой.

- И ещё просьба - никуда не уезжайте из города, - пришлось кивнуть. Из этого города даже при Ельцине невозможно было ни выехать, ни въехать, ни уйти, ни улететь без разрешения, согласования и предупреждения этак месяцев за шесть-девять.

- Спасибо большое, - жал руку полковника полковник, торопясь к выходу, - я думаю, что нам ещё нужны будут ваши консультации. МЫ можем на вас рассчитывать?

- Разумеется. А вы не могли бы мне рассказать потом, детали этого фото?

- Несомненно. Извините, мне необходимо срочно отлучиться. До свиданья, - прощание было ещё более скомканным, чем знакомство. Но ключ разведчик не забыл, двери открыл. Положил 'отмычки' на стол секретарю. И буквально умчался, умудрившись не переходить при этом на бег.

Секретарша привыкла не задавать вопросы. Поэтому Николай Павлович Шнитке быстро её миновал. Забрался в свое кабинетное логово и кинулся к архивам с чертежами, пояснениями, тех описаниями и прочими занятными подробностями об МК15. Корпус то - один и тот же. Схема взрыва идентичная. Болты. Гайки. Головки ключей. Инструменты, защита.... Ой как много надо, чтоб разобрать термоядерную бомбу. А разобрать то её кроме американцев и Шнитке - больше некому. Он по ней ещё кандидатскую диссертуху защищал в своё время. И если этот Джеймс Бонд действительно нашёл то, что на фотографии, и это не подделка фотошопа и не деза ЦРУ...То 'красавицу' придётся опознать, сверить номера, идентифицировать, подтвердить личность... и... украсть собственность 'арми оф зэ юнайтед стэйтс'.

И кто ж сможет это сотворить? А кроме оружейника некому просто. Вывод напрашивался сам - за ним придут, и он не сможет отказать. Следовательно - решить все проблемы дома, предупредить о командировке. Дай бог не дальше своих границ. Отложить в порядке и стройном логическом соответствии докторскую. 'Похоже, лето будет интересным', - подумал Шнитке, внимательно изучая и вспоминая данные на 'МК15 спешиал'.


**************************

'Город Стиккисхоульмюр расположен в западной части Исландии, в регионе Вестурланд, на севере полуострова Снайфедльснес. Город лежит на южном берегу фьорда Брейди-фьорд. Гавань Стиккисхоульмюр очень удобна для судоходства. Из неё также осуществляется регулярная паромная связь с островом Флатей.

Своё название город получил от соединённых с городским побережьем шхер Стаккид. Площадь Стиккисхоульмюра составляет 10 км². Численность населения - 1.103 человека (на 1 декабря 2007 года). Плотность населения равна 110 чел./км². Основными занятиями местных жителей является рыболовство и туристический сервис.'

- Свенссон, приезжай быстрее! Ингвар упал в море с траулера, ударился о соседний борт! Встать не может! - попробуй не приедь после такого. И Свенссон поехал. Жена Ингвара сидела за стеклянной перегородкой маленького медпункта и не сводила глаз с мужа. Что-то ему говорила. Держала за руку. Гладила. Ждала.

- Ну что там доктор? - Свен не любил слёз, бабского нытья и прочей эмоциональной подчеркнутости момента. За себя ленив был, как боров, но за своего вожака и товарища готов был горы свернуть, океан осушить и землю полюсами поменять. Доктор, с которым не раз сидели зимой за чашкой пива, был не многословен.

- Плохо, Свен. Я ничего сделать не могу. Надо везти в столицу. Самолёт уже вызвали. Как минимум нужна операция. Хорошо, что жив остался. Позвоночник, нога сломана, ребро, сотрясение. Еле разговаривает. Рука отнялась левая. Говорит - никто не виноват - сам не заметил, как кран вертануло на пирсе. Герой. Ты иди к нему. Просто поговори. Ему это надо, - дал напутствие местный медик и похлопал по плечу, - Жену подмени, а то она там уж извелась вся. Пусть сходит в туалет.

- Да, конечно, - как на казнь пошёл. В дверях приостановился.

- Ты что это тут разлёгся? Нам в море выходить через три дня? - попытался вместо здрасте, с показной грубостью и неудовольствием вывести в шутку ситуацию рыбак.

- Свен! - всхлипнула жена и обняла на мгновение гостя, оставив мужа. Тут же вернулась и села на пост. По щекам вновь потекли солёные слезинки.

- Вот видишь, кого она больше любит! - прокряхтел Ингвар и попытался встать и улыбнуться, - А ты говорил меня! ААААХ! - только голову смог приподнять от подушки. Голова тряслась от усилий удержаться, туловище отказалось повиноваться. Только правая рука сделала слабую попытку двинуться навстречу товарищу.

- Тарвет, - обратился Свен к жене Ингвара, - Я посижу с ним. Сходи, поговори с доктором. Может, что то нужно. Попей кофе. Инга приедет вечером и тебя сменит на ночь, - Тарвет всхлипнула, кивнула и задержалась у двери. Боялась свою половинку оставить без присмотра в такой страшный момент. Вопрос в глазах. Мол, на секунду - сейчас вернусь. От бабы - понапридумывают себе вечно нюней всяких. Как разрешения спрашивала.

- Иди, иди, - Ингвар понял, что без его вмешательства будет сидеть до последней капли слёз и дальше. Тарвет кивнула, вытерла очередную слезу. И вышла.

- Допрыгался, старый пень? Теперь будешь бездельничать, а я за тебя рыбу один буду ловить?

- Молчи Свен, - говорить Ингвару действительно было тяжело, старая простуда почуяла немощь организма и добавила своего убийственного кашля в короткую фразу, - АААА - слушай и не перебивай, - Ингвару пришлось шептать, чтоб не тревожить распухшие голосовые связки и горло.

- Молчу, - подтвердил Свен, и тут же понял, что сморозил глупость.

- Ты такой же дурень, как и был, - просипел Ингвар и попытался улыбнуться и даже засмеяться. Смех тяжело перешёл в надсадный кашель, выворачивая тело моряка наизнанку, - ООООх, больно кашлять, - стонать дело болезненное.

- Ты меня только обзывать будешь или ещё побьёшь в удовольствие? - намекнул на беспредметность и потерю времени старый друг.

- Один в море ты не справишься. Нанять никого не сможешь. Летняя селедка накрылась для нас, как вулкан над островом. Сбережений надолго не хватит. Мы уже не молодые. Долг банку отдавать придётся. Свен, надо продать 'рыбку'.

- Ты спятил? Опять за своё? Нас ещё и в тюрьму посадят. Лучше виски и сигареты толкать контрабандистам. А если рванёт? - тоже перешёл на шёпот Свен.

- Не бойся, я всё узнал, проверил и приготовил. Но не хотел тебя втягивать. Если что, то взяли бы только меня. Слушай и не перебивай, что надо сделать... сначала полетишь в Рейкьявик... разменяешь без сдачи тридцать пять евро, ... заполнишь и распечатаешь в интернет кафе заявление на получение российской туристической визы..., -

- А что тридцать пять, а не тридцать шесть с половиной? - не удержался от иронии Свен. Сил ругаться на него у Ингвара не было, он просто пояснил тихо.

- Русские. У них ленивые чиновники, постоянно нет сдачи в кассе консульства, а ты ж небось все деньги будешь экономить. Мелочь потратишь, а с крупными купюрами попрёшься в их представительство. А они тебя погонят менять деньги. А дело надо сделать быстро.

- Как - русские?

- А ты думал, кто нам даст больше миллиона евро за эту дрянь на острове?

- Сколько?

- Можешь запросить больше. Если жадности хватит.

- А сколько она стоит?

- Миллионов сто человеческих жизней.

- А серьёзно?

- Если бы была из чистого золота - то стоила бы дешевле раза в два.

- Три тонны чистого золота?

- Ты запросишь десять миллионов евро, а потом спустишься до пяти на торгах. Но нижняя граница - это два миллимона. Меньше - не соглашайся. Доход, как обычно делим : Пятьдесят на пятьдесят. Баксы или юры, пусть переводят на счёт в офшоре. На твой и моей жены...

Свен вышел из палаты в двойном смятении души. По дороге его перехватил доктор.

- Если хочешь полететь с ним и его женой скажи заранее. У меня на большой земле знакомые - помогут в городе. Самолёт через три часа, - в маленьком рыбачьем поселке все и всё про всех знают. Как одна семья. Помогают в беде, чем могут. Но и секреты хранить умеют ещё тщательнее, чем в большом мегаполисе - всё ж на виду. Тут поневоле конспиратором станешь. Правда и контрразведка 'шо одна баба сказала' в селах работает не в пример оперативнее стотысячного конгломерата.

- Куда? В Боргарнес? - центр района имел неплохую больницу, но со столичной она сравниться никак не могла.

- Нет, в Рейкьявик, - уточнил, удаляясь, доктор. Два раза подряд на одну мель судно просто так не посадишь. Риск был. Но в случае провала авантюры можно было пойти в фермеры, механиком в порт или разводить чернобурок - тоже доход. Свен Густавссон проблему решил быстро. Для себя может и не полетел бы, но за Ингвара с которым с детства... как брат в общем...

- Да я полечу. Только жене скажу, чтоб знала, где я и соберусь.

- Давай, звони и дуй на аэродром.

- Я мигом, - врач даже обернулся. Нерасторопный тихоня, вечный второй номер и помощник Ингвара - Свен неожиданно проявил прыть, инициативу и скорость реакции, когда дело коснулось здоровья, семьи и благоденствия товарища.


**********************


Tungata 24, 101 Reykjavik. Консульский отдел. 14-22.

Главный Пограничник охраны консульства в Рейкьявике отдыхал в небольшой комнатушке, выделенной для служебных нужд. Для полного счастья прикидывал график дежурств на следующую неделю. Кому у входа стоять. Кому в зале работать с посетителями, кому периметр проверять, кому за мониторами следить, кому в тревожке сидеть, кому возить, кому грузы принимать - есть , чем заниматься обеспечивая уют и безопасность дипломатов.

В дверь негромко постучали.

- Да. Входите, - створка открылась. На пороге стояла Инна Азаряновна, надменная дама из визового отделения и держала в руках несколько листков. Про таких говорят так: "Ни здрасте тебе ни досвидания - сплошные указания".

- По - моему это вам. Валентин Сергеевич, - Инна постоянно была занята кучей бумажных дел и четко умела отметать сторону вопросы её не касающиеся. В результате эффективность отделения в разы превышала все остальные подразделения посольства и консульства РФ в государстве Исландия.

- Ну, мне - так мне. Кладите на стол. Я посмотрю, - поставил на место начальника не своего направления деятельности начальник охраны.

- Пожалуйста, - покладисто кротко не возразила посетительница и покорно выполнила почти команду майора в гражданке.

- Спасибо, - попытался попрощаться майор вежливо и немного удивлённо. Инна такие вещи никому не прощала. Звоночек тренькнул где-то в самом чуйствительном месте - что-то не так. И бюрократка не позволила пограничнику ошибиться. Остановилась в дверях. Якобы вспомнив неожиданно важное и прокомментировала документы.

- Там просьба на предоставление визы. А на обратной стороне сообщение для службы безопасности посольства, написано от руки. Не пропустите, Валентин Сергеевич. И ещё флэшка. Я думаю с фотографиями, которые вас и их, - ткнула пальцем на потолок, что был полом для верхнего этажа, мадам, - заинтересуют. Кроме меня документы никто не видел. Вам повезло. Работайте, Валентин Сергеевич, - достала таки майора Инна информацией и своими советами.

'Что она такая вредная? Муж её что-ли не трахает', - помыслил без обиды майор и взялся за бумаги. Из-под скрепки, в уголке, торчал маленький прямоугольник флэшпамяти. На обратной стороне третьего листа, поперёк, кривой волной, неровно стелилась строчка, написанная печатными буквами на английском от руки, перевод гласил следующее: "Убедительная просьба. Прочтите послание на карточке памяти. Готов обсудить цену продажи." Без подписи, однако.

'Опять шутники секреты пентагона хотят втюрить первому заму. Надо отдать резиденту и вся недолга. Пусть похохочут' - он так и сделал, один черт проверка всей этой ереси не его забота. Но сначала посмотрел. И Ужаснулся. Много ума не надо, чтоб разглядеть ржавчину, побитые и поцарапанные бока, погнутые хвостовики и современный самсунг галакси пять возле ноутбука. Понёс сам лично, почти бегом, срочно потребовал встречи по неотложному вопросу у секретаря.

- Давай Юра, давай, не бойся - звони шефу, - подбадривал он помощника, когда тот усомнился в срочности явления пограничника, - я на себя беру всю ответственность. Помощник проникся. Зря чтоль столько лет вместе России 'служим'?

- Ладно. Стой и не шуми, - откуда столько власти в голосе взял. А за пивом и не слышно было.

- Стою, - подчинился майор. Помощник нажал на клавишу интеркома и замер, ожидая ответа.

- Да, я слушаю, Юрий? - в голосе дрожало немного недовольства. Помощник изменил тон на предельно деловой.

- Евгений Федорович, начальник охраны просит принять по срочному делу.

- Причина?

- Говорит - безопасность посольства. И только вам лично.

- Ну. Приглашай эту безопасность, - Юра думал, что Вальку выкинут и выпорят за наглость прерывания работы и уединения шефа. Но на удивление секретаря - майор задержался в кабинете у шефа надолго, а когда вышел, то в представительстве начался небольшой аврал для сотрудников разведки. Если бы сегодня кто-то специально отслеживал передвижения работников, то он бы легко вычислил сотрудников плаща и российского кинжала по их движухе к воротам посольства и наоборот. Самое интересное, что и майор и Инна Азарянновна были первым же рейсом переправлены из Рейкьявика в Москву в сопровождении двух фэшеров в срочнейшую командировку и оттуда уже в Исландию так и не вернулись. Им нашли работу поспокойнее, и поближе к Родине. А то - мало ли что...


***************************8


- Здравствуйте Анзор, Аллах велик!- собеседники знали друг друга давно и позволяли себе опустить некоторые условности ближневосточного этикета. Время поджимало обоих, заставляя ускорять действия до разумных пределов.

- Да будут вечны и благословенны ваши пожелания уважаемый..., - запнулся мусульманин. Правила он безусловно знал, вот только не ведал нового имени того, кто пожелал с ним встретиться в египетской пустыне. Третьих ушей в беседе быть было не должно.

- Герр Ганс Дортмунд, - сообразил трудности Анзора новоявленный герр.

- Разумеется, дорогой гость! Кофе? Чай?

- Кофе, но сначала давайте по регламенту? - покачал в руке проверочным модулем Ганс. Снаружи палаточного навеса верблюд передвинулся по песку в скудную тень от пальмы и раскинутого намёта с поднятыми боковыми пологами.

- Как будет угодно господину Дортмунду, - совершенно точно выговорил немецкую фамилию араб с первого раза, как будто всю жизнь с германцами только и общался.. Встал с раскладного стульчика и поднял руки, вздымая кверху крылья пышной одежды шейха. Четки оставил в левой руке, что немного позабавило германского гостя, вызвав выдох и усмешку.

- Анзор, давайте без глупостей, - предложил 'немец', - жаль время терять.

- Привычка, уважаемый, - четки улетели в пустыню к верблюду, а герр Дортмунд тщательно проверил слугу аллаха на предмет обычной прослушки.

- Ну, вот и всё, можно поговорить, - на пластиковый стол было водружено два скремблера и оба включились, чуть колыхая воздух невидимым белым и серым СВЧ шумом.

- У меня есть для вас товар. Очень специфический.

- Какой же именно?

- Вот здесь полное описание.

Герр извлёк из внутреннего кармана пиджака, (как только терпел на такой жаре!) пачку фотографий и бумаги с распечатанным текстом. Молча протянул собеседнику. Анзор ибн Биртали взял документы. Достал из-под широких одежд футляр для очков, открыл и водрузил на нос оптический прибор в дорогой оправе. Углубился в чтение, иногда вопросительно поглядывая на Ганса. Дортмунд сидел на стуле так, как будто внутри торчал штырь и не давал европейцу возможности согнуть спину и склонить величаво поднятую голову. На лице скучное ожидание окончания происходящего изучения привезённого для араба материала. На вопросительные взгляды кивал, подтверждая лично истинность информации. Пил кофе маленькими глотками. Никаких эмоций не проявлял. Наконец араб закончил чтение. Вердикт был не в пользу прибывшего торговца оружием.

- Это невозможно, дорогой герр Дортмунд. Где гарантии, что это не фальшивка? Заряд должен был самоуничтожиться за такое время. Ганс, вы меня разочаровываете? Кто сможет проверить правдивость ваших, предложение и ээээ... работоспособность объекта? Американец из Лос-Аламоса не выйдет даже за первую полосу отчуждения. Те кто на пенсии - или умерли, или находятся под присмотром ФБР, - деловой тон, совершенный английский, как будто маскировочная ткань опала с гостеприимного жителя пустыни и наружу выступила другая, опасная, агрессивная и активная сущность . Чем-то эти двое стали даже похожи друг на друга, если бы не одежда и национальные мелочи поведения.

- Но я же здесь, - лаконично опроверг опасения немец и поставил медную чашку с орнаментом на боку на столик. Взглянул в глаза араба прямо и недвусмысленно подтверждая, что есть, возможно, и он отвечает за каждое своё слово.

- Где вы возьмёте специалиста?

- Вот, пожалуйста, - очередные два листка с текстом и фотографией незнакомого мужчины появились из кармана пиджака европейца и вновь заняли внимание араба.

- А он согласится поехать и произвести проверку?

- Да. Ученый отдаст душу за возможность изучения предмета своего научного изыскания. К тому же мы ему хорошо заплатим, - успокоил сомнения араба европеец.

- А молчание?

- У нас есть некоторые мысли, как сделать так, чтобы этот человек навсегда остался без возможности открыть рот. Вы меня понимаете? - что ж тут не понять. В воду, и камень к ноге.

- Понятно, - ухмыльнулись оба.

- А цена?

- А вы решили, что будете брать?

- Только после проверки.

- Хорошо. Десять миллионов евро.

- Это очень много герр Дортмунд, - попытался поторговаться араб.

- К сожалению, уважаемый Анзор, - перешёл на восточный стиль немец, - у меня будет очень много накладных расходов и одно условие.

- Какой же, дорогой гость?

- Извлечение, погрузку, безопасность и подготовку к транспортировке объекта я беру на себя. А вот доставка - ваша забота.

- Хорошо. Но у меня также есть одно условие.

- Я весь во внимании, - даже не поморщился немец.

- Вы будете находиться на борту, пока судно с грузом не войдёт в наши территориальные воды. И ещё, предварительно мне нужны будут результаты проверки.

- Разумеется. Сколько вам нужно на согласование акции?

- Я думаю, что хватит недели, - араб философски поглядел на верблюда, лежащего возле растяжки и в тени одинокой пальмы пустынного оазиса. Как будто на нём собирался ехать через пустыню к большим людям для решения вопроса о покупке предлагаемого груза.

- Тогда нужно уточнить время, место, порядок действий и состав экипажей.

- Связь по обычному каналу. Предлагаю сменить шифр.

- Хорошо. Как вам путешествие на наших верблюдах? - основные вопросы были решены, теперь можно было просто прощупать собеседника.

- Вы знаете, уважаемый Анзор - этот транспорт не для меня.

- Тогда я вызываю вертолёт.

- Что ж, выпью ещё один ваш прекрасный кофе, - за ближней дюной послышались звуки запускаемого вертолётного двигателя. Вторую чашку немец выпил торопясь двумя глотками, вызвав усмешку у хозяина.

- Я могу взять эти документы с собой? - поинтересовался Анзор, пропустив в своей речи привычные слова 'уважаемый' и 'дорогой'. В руке покоилась приличная стопка бумажных листов формата А4 и фотографий.

- Что ж, разумеется. Я надеюсь на ваше благоразумие, - позволил прихватизировать листы с текстом и фотографии неуместный в пустыне немецкий посланник. Оба встали со своих мест и двинулись наружу к палящим лучам солнца, горячему песку и знойному отсутствию тени.

- Благодарю. Желаю мягкой посадки, - пожелал удачи в путешествии хозяин оазиса, приветливо поднимая руку к небу раскрытой ладонью и склоняясь перед гостем. Правую по обычаю прижал к груди около сердца.

После того как вертолёт унёс северного пришельца к кондиционированной прохладе гостиницы, у палатки появились молчаливые слуги и охранники. Анзор, коротко скомандовал на арабском. Один из охранников достал из-под одежды спутниковый телефон и вызвал личный вертолёт для своего босса. Второй телохранитель нашел в песке возле верблюда выброшенные ранее чётки и с поклоном вернул господину, так и не услышав слова благодарности. Геликоптер араба в двое превышал размерами летающую птицу унёсшую к Александрии европейца. Вертушка даже не заглушила движки - так торопился куда-то её хозяин. Машина взмыла в небо и унеслась на восток к Красному морю. На месте переговоров остались только верблюд, пальма, палатка, туча пыли и двое бедуинов у которых и был нанят весь восточный антураж местного и уединённого колорита.


**********************


- Привет тебе, Фарах, - мулла был краток и немногословен с воином Аллаха, - ты собрался уничтожить неверных?

- И я приветствую тебя святой толкователь ислама, - в руках бывшего полковника иракской армии находился чудовищных размеров пояс смертника, с которым он работал, - Вот придумал пояс-трансформер. Хочу сам испытать.

- Я могу поинтересоваться целью и исполнителем? - мулла доставал специалисту любое оборудование и материалы. Взамен полковник делал такие взрывные устройства, что последствия подрывов колыхали западную прессу и масс медия, как землетрясения.

- Сам пойду, я уже вполне здоров, чтоб отомстить американцам.

- Фарах, в твоём сердце месть, она не лучший советчик, - попытался вразумить лучшего мастера-сапера куратор из мечети. Фарах работал на совесть, а его изделия наводили ужас на американцев и их пособников в Ираке. Потерять такого мастера из-за какой-то личной мести к США не хотелось. Удержать силой было невозможно. Такой как он взорвёт полгорода, чтобы вырваться на свободу. Пока, Фараха лечили, удавалось кое -как сдерживать его порывы отомстить тем, что смертник обязан быть сильным, здоровым и здравомыслящим убийцей, чтоб подобраться и уничтожить наибольшее количество жертв. Тогда есть смысл вообще становиться камикадзе. А Фарах хотел не просто угробить много пиндосиевских граждан, а неприлично много, безумное число. Чтоб содрогнулись в ужасе кары господней. И ему было всё равно кто это будет. Женщины, дети, старики - после Фалуджи, где осталась лежать вся его родня, он жил только ради мести. Ненависть жгла сердце и толкала, двигала и создавала непреодолимое желание поквитаться с теми, кто завалил его квартал белым фосфором.

- Ты знаешь, как кричала моя жена, когда её живую прожигало белым порошком насквозь? А я ничего не мог сделать? Ты видел трупы моих детей - у них были дыры на руках, голове, груди, размером с яблоко из сада, что при мечети? У отца выжгло полчерепа. От мамы остался черный обугленный остов. Её узнали только по украшениям, что лежали на месте, где должна быть голова у обычного человека. Мне продолжить? - на глазах у полковника выступили слёзы и медленно покатились по щекам. Лицевые мышцы не дернулись. Только тоска неуёмная в глазах и жуть решимости. Он даже не попытался скрыть, что ему больно вспоминать прошедший ужас. Американцы не воевали, они просто жгли и взрывали всё подряд без разбора, оглядки на женевские и прочие конвенции, союзы по правам человека и прочие 'правила ведения войны'. Теперь у Фараха было моральное право нарушить заповеди Корана и тоже пренебречь общечеловеческой моралью при ведении боевых действий. Перед ним в голове висела огромная цель размером с целую страну за океаном, и он желал, стремился и требовал от себя только одного: попасть в яблочко обозначенной мишени и навести максимальное море бед на их землю. Опыт алькаеды говорил, что сие возможно. Мулла был тертый малый. Он не сдавался, как Магомет при обращении арабов в мусульманство.

- Ну, убьёшь ты в лучшем случае тысячу неверных в их логове и что? Кто узнает о том, что они сделали с нашим городом. Тебе даже не дадут слова сказать, а видеозапись уничтожат, чтоб не плодить последователей. Может, выберешь другой путь, Фарах? Ты знаешь их язык, образован, опытен - можешь подать в суд в Европе, попытаться привлечь их к их же демократическим казусам в законах? И осудить!

- Это бесполезно, они затянут время, придумают кучу отговорок, умолчат или даже укокошат меня в автокатастрофе или отравят, на худой конец убьют в пьяной драке ножом в спину. Мне ли тебе объяснять? - ухмыльнулся Фарах не улыбкой, а гримасой скорби. Дал понять, что вторая профессия сказочника от Аллаха ему ведома и не стоит его пытаться уговорить.

- Что ж на всё воля Аллаха! - подвёл итог разговору мулла и цинично подумал, что придется, наверное, отрезать этому идиоту ногу, а лучше обе, чтоб не смог осуществить свой дурацкий замысел и остался в городе как мастер по производству взрывных устройств. Однако о состоянии дел надо было доложить наверх - руководителю организации. Самовольство в системе никому не прощалось. Головы, в таком случае летели не в переносном, а в прямом смысле слова.

- Аллах акбар! - Фатах даже не оглянулся на уходящего священника, занятый своим делом. Пояс выглядел бесподобно безопасно. Пояс-Трансформер действительно получился хорошо, а заряд взрывчатки, тщательно упакованный в блоки, и соединённый проводами и взрывателями легко развалил бы девятиэтажный дом, если активизировать подрыв на первом этаже.

Доклад последовал сразу. Шейх, на удивление муллы, неожиданно запретил любые акции со строптивым профессионалом-сапёром. И потребовал беречь смертника всеми силами. И вначале пригласил на встречу. А потом передумал и поехал к Фатаху сам. Лично. Разговор случился на кладбище, где упокоились останки семей почти всего города. И его родня лежала там рядом с соседями, друзьями и знакомыми. Вечером каждого дня полковник ходил и разговаривал с ними как с живыми. Рассказывал что делал, как прожил день, что нового и горевал молча, строя планы мести...

- Здравствуй Фатах.

- Привет и тебе Карим.

- Земля им раем.

- Спасибо, ты всегда находил правильные слова.

- Я от чистого сердца.

- Это хорошо. Будет ещё кому их помнить. Ты никогда не приходишь просто так. Говори.

- Мулла говорит, что ты хочешь уйти.

- Он сказал тебе как?

- Да, именно поэтому я и приехал.

- Будешь отговаривать?

- Нет, хочу посодействовать.

- Что, дашь самолёт, как алькаедовцам?

- Нет, самолёт теперь и километр не пролетит до Нью-Йорка. Собьют.

- Грузовик с контейнером тротила, а лучше пять тонн си-4 - на меньшее я не согласен.

- Есть кое-что получше.

- Ты смеёшься?

- Я давал повод смеяться?

- Говори.

- Я лучше тебе покажу. Ты ведь в академии учился хорошо. Знаешь, что может быть хуже?

- С химией связываться не буду, - Фарах впервые за всю беседу обратил внимание на шейха. Полковник злобно обернулся и осуждающе посмотрел на посетителя погоста в длинных одеждах, чалме и с бородкой на лице.

- Обойдёмся без химии, я тебя понимаю. Будет ещё более жутко и объёмно.

- Что может быть хуже отравляющих веществ? Биология? И сдохнуть в муках, как подопытная крыса? Нет, давай мне лучше взрывчатку. Деньги я добуду, - бывший военный отметал любые другие способы ухода из жизни. Честь воина имела быть реально существующей.

- Фарах, я тебя когда-нибудь обманывал? - медленно выговаривая слова, шейх перебирал четки и смиренно склонил голову перед последними местами упокоения родных собеседника. Офицер не мог соврать. Ловушка вопроса была составлена грамотно, даром что-ли учили шейха лучшие специалисты в Дакаре.

- Нет. Ты нет.

- Тогда удели мне своё время полковник. Я уверен, как только ты узнаешь, о чем идёт речь, то ты сам попросишь у меня возможность стать исполнителем праведного гнева Аллаха.

- Хм. Хорошо я послушаю. Но сначала мне нужно помолиться.

- Я могу просить тебя обратиться к всемогущему рядом с тобой?

- Ты и коврик принёс?

- Он всегда со мной. Аллах вездесущ. Неважно где верить в его силу. Важно делать это - не сомневаясь.

- Аллах Акбар, снимай обувь и чалму, шейх. Святее этого места на земле, для меня ничего нет...


*************************


Гражданский кораблик, протиснулся в бухту и стянул большой кругляш с острова добросовестно и осторожно. Водолазы тут же обвили большой и тяжёлый свёрток, дополнительной сетью и пустили воздух в понтоны. Шипение и бульканье прерывалось лишь равномерным грохотом прибоя.

- Спутник?

- Нормально, кэп, ещё сорок пять минут!

- Быстрее, подводите к борту! - заработал катер, как малый буксир, толкая всплывший узел на глубину заводи. Всю операцию просчитали раз десять на суше. Но одно дело на бумаге, а другое живьём пеленать мегатонну. Два моряка завели крюк под уши сетевой конструкции. Лебёдка потянула груз. Трос натянулся.

- Давай помалу! - траулер качнуло, всё-таки три тонны не рыбы с правого борта. Раскрыли люк посреди палубы, куда ссыпали добычу в обычных рейсах. Внутри уже ожидала команда упаковщиков и огромный металлический короб устланный резиной. Кругляш замотанный в брезент лёг в точно рассчитанный под размеры и конфигурацию футляр. Крышка захлопнулась. Сверху навалили старых мокрых сетей с полубака. Малый катер собирал водолазов. Люк грохнул железом.

- Выводи, лоцман. - движки траулера заработали, отгребая в правый проход между островом и берегом бухточки.

- Господин капитан мы можем теперь поговорить о полной оплате?

- Только после того мистер Свен, как выйдем за пределы ваших двенадцати миль. Это честно и справедливо. Половину суммы вы уже получили на счёт.

- Что ж у меня нет выбора.

- От границы вы уйдёте на своём катере - мы его туда отбуксировали.

- И на том спасибо.

- Надеюсь Свен вам не надо пояснять, что молчание это для вас всё при любом раскладе.

- Да, конечно.

- Тогда давайте вернёмся в каюту и подготовимся к транзакции.

- Вы умеете убеждать. А в ы не боитесь, что команда поймёт, какой груз они зацепили?

- Нет, не боюсь. Во первых они его не видели, во-вторых они думают, что это фрагмент спутника, в третьих у каждого есть семья и она ответит если её член совершит предательство. И потом мы очень хорошо платим за молчание.

Транзакция прошла успешно. Свенссон перебрался на свой траулерчик и без прощального гудка удалился восвояси.

- А может, надо было его к царю морскому отправить? - помощник не верил в молчание не обеспеченное загробным миром.

- Нет, нельзя. Он не дурак. Наверняка подстраховался. А с деньгами ему тоже не резон попадаться. Сейчас улетит на Багамы или ещё куда, где рай и тепло и товарищу поможет на ноги встать. А думает он что мы самые настоящие арабы. А на Америку ему наплевать. Снимай арафатку, хватит, а то ещё засветимся.

Свенссон поверил, что он жив, и выкрутился из этой авантюры только когда сошёл с борта своей посудины на пирс рыбацкого посёлка.

Траулер же произвёл ещё одну перезагрузку на подошедший в открытом море контейнеровоз.

Железный ящик тут же прикрыли другими, сделав перестановку на рабочей площадке собственным краном. И судно двинулось своим курсом на запад к берегам Северной Америки.Вот тут Шнитке и понадобился.


************************


*****************************************

*****************************************

Николай Павлович Шнитке никогда не ходил в дальний поход на подводной лодке, но именно такой способ передвижения пришлось избрать, чтоб перехватить небольшой контейнеровоз в океане. Лодка не засветилась. Подошла под брюхо судна. Пришвартовалась в открывшиеся створки секретного отсека. Состыковалась с переходным люком -шлюзом и замерла ожидая последующих действий.

- Олег Романович, куда? - полковник не оставил учёного и сопровождал повсюду как ангел - хранитель.

- За моряком, - просто указал рукой в узком проходе субмарины полковник.

- Ага, - доктор технических наук неуклюже и медленно преодолевал переборки и гермолюки между отсеками. Путешествие в субмарине оказалось на удивление приятным. Более всего оружейному профессору от теплотехники понравилась тишина и абсолютное отсутствие любознательности у членов экипажа. За три недели, что ушли на манёвры, преодоление противолодочного барьера и сам переход, учёный продуктивно трудился над докторской диссертацией. Никогда ему ещё так здорово не работалось. Удачное продвижение сказалось на самочувствие и настроении. Прилив сил, чувство всеподсвластности овладело учёным и не отпускало. Это скрыть от окружающих было невозможно.- Оп! Перебрался Шнитке через очередную перегородку в следующий отсек.

- Я смотрю вам понравилось на лодке, Николай Павлович? - поддержал беседу Олег Романович, ожидая оружейника за перегородкой.

- Да, вы знаете удивительное сооружение. Умиротворяет. Даже шипение и клацание успокаивает и настраивает на удачу. Тут надо лечебный центр организовать и лечить тишиной. - впереди идущий моряк даже обернулся и посмотрел на Шнитке если не с уважением, то с интересом.

- Сейчас пойдём по лестнице - берегите голову. Не спешите, Николай Павлович?

- Да, да. Разумеется. - Профессору не терпелось узнать следующие, несомненно секретные вещи, посмотреть на людей, что запросто мотаются через полмира на атомной подводной лодке. Он немного суетился и спешил в незнакомой обстановке сжатых пространств субмарины. Наконец подъём преодолён. Трюмное помещение было огромным по меркам атамохода. Моряка с лодки тут же сменил 'гражданский' у раскрытого переходного люка. От расширенного пространства внутреннего помещения 'сухогруза-контейнеровоза' чуть кружануло голову. Неожиданный переход от узостей лодки заставлял протягивать руки в стороны к переборкам и крепко хвататься за 'перила' лестниц.

- Ну, вот и пришли. Ваша каюта, профессор. - любезно открыл дверь перед учёным сопровождающий мужчина, одетый, как обычный человек на улице любого города. Разве что взгляд цепкий.


- Спасибо, вы очень любезны. А мои вещи? - беспокойство Шнитке тут же свели на нет пояснением.

- Сейчас принесут, Николай Павлович. И ещё кое-что.

- Да я весь во внимании Олег Романович.

- По судовой роли вы сопровождаете груз запчастей для двигателей центрифуг, следующий для ремонта. Понятно?

- Конечно. Знаком с этими устройствами.

- Вот и отлично. Сам контейнер мы вам покажем, с документами ознакомим. Вы технический советник и инженер по сборке, установке и эксплуатации.

- А когда будем работать?

- Работать будем ночью Николай Павлович. Место приготовлено. Груз нас ожидает. Если есть какие-то вопросы вот телефон - звоните. На том конце провода наш контрразведчик и его помощник. Обед в два часа. Ужин в восемь. В кают-компанию вас проводят. Душ здесь, туалет за дверкой. Постельное бельё на кровати. Иллюминатор, просьба, закрывать на ночь. Холодильник. Электрочайник. Вода питьевая. Располагайтесь. У нас тут всё скромно.

- Разумеется, - покладисто согласился Шнитке.

- Может ещё какие вопросы? - золотой мужик, без претензий, подумал полковник.

- На палубу можно выйти, воздухом подышать?

- Конечно, но только в сопровождении. Извините, Николай Павлович, но ваша безопасность для нас, сами понимаете. На палубе укачать может, поскользнётесь - не дай бог, или заблудитесь - судно огромное. Вот Сергей вас проводит.

На палубе было восхитительно ярко от настоящего солнечного света и упоительно свежо продувало ветерком. Судно умеренно качало, но морскую болезнь Шнитке не боялся. С детства знал точно он ею не страдает. Поэтому на стальной спине 'контейнеровоза' почувствовал себя, как первооткрыватель в преддверии неведомых земель, морей, людей и чудовищ...


У Олега Романовича Чубарова были свои проблемы. Уполномоченный особого отдела отвечал за секретность проводимых мероприятий и их подготовку. Знакомились быстро.


- Саша. - Протянул руку особист.

- Олег, - пожал ладонь коллеги Чубаров.

- Всё готово Олег Романович. Изделие на рабочем столе. Все инструменты, небольшой кранбалка, электроподъёмники, освещение, охрана, спецкостюмы, манипуляторы.

- Саша, где она? - полковник смотрел на капитана третьего ранга устало, но с азартом охотника стоящего в метрах от желанной добычи.

- Вы не отдохнёте после перехода?

- Пусть Шнитке отдыхает - ему работать с объектом. Покажите место.

- Пойдёмте за мной, - путь к бомбе на судне не нашёл бы и самый ушлый таможенник или пограничник. Помещение было хорошо освещено и укрыто. Прошли тамбур. Дверь автоматически закрылась, отсекая от внешнего мира. Два моряка с короткоствольными автоматами у входа недобро глянули на незнакомого человека и остановили пришедших в начале длинного коридора.

- Стой - пропуск. - Автоматы с ПББС на концах стволов недвусмысленно развернулись толстыми раструбами в сторону обоих офицеров 'молчи-молчи'. Один из постовых присел, переместился влево за выступ перегородки и изготовился для стрельбы с колена. Второй прикрылся огромным титановым щитом с прорезью из бронестекла. Щелкнули оба предохранителя. Открой часовые огонь, даже не целясь и даже рикошеты посекут, любого нарушителя режима в узости стального прохода. Особист успокоил часовых паролем.

- 'Дели'.

- 'Дульце': Руководитель отдела ко мне - остальные на месте, - как то оно не очень приятно, когда тебя так вот просто отсекают от сопровождающего под стволами заряженных автоматов. Часовой не шутил. Смотрел спокойно как на стрельбище перед очередной мишенью.

- Вот допуск. Фотография. Секретный код опознавания. Запомните этого человека, - указал особист на Чубарова, что стоял, как в тире без возможности уйти с линии огня влево или вправо, вверх или вниз. Оба по очереди изучили документ. Кивнули. Пригласили полковника подойти ближе.


- Подойдите ближе. - пришлось Чубарову повиноваться. Ещё пару минут недоверчивые бойцы сверяли оригинал с фотокопией. Проверили удостоверение на наличие секретных знаков. Только потом старший кивнул.


- Разрешение на вход подтверждаю. Дверь открыть. - сказал первый за щитом и щелкнул предохранителем. Второй что-то нажал за выступом и полоса стены отъехала в сторону. Открывая ещё один тамбур. Лишь после того как полоса стали вернулась на место - щелкнул предохранитель второго автомата. Один из часовых сел на откинутую от стенки табуретку. Второй глянул на часы, фиксируя время для рапорта и отмечая сколько ему ещё стоять до смены в положение сидя. А в тамбуре створка вернулась на место и лишь после этого открылась боковая панель, приглашая обоих офицеров к предмету их интереса.


В просторном помещении,на мощном, большом столе лежала аккуратно обмытая и отчищенная от грязи, ржавчины и обрывков парашютной системы 'МК15ZS'

*******************


Оба офицера остановились. Всё-таки не каждый день мегатонны смерти стоят или лежат перед тобой на столе обыденно, как тарелка с супом или стакан с чаем.


- Здоровая, - оценил величину вытянутого кругляша Чубаров.

- Да, пришлось повозиться, - вздохнул капитан третьего ранга за спиной. - Когда начнём?

- Через десять часов. Пусть Шнитке выспится. Отдохнёт, так что сам искать работу будет. Он долго без дела не усидит. Пошли перекусим и спать. Как волна?

- По прогнозу один, два балла.

- Как начнём - Корабль в дрейф.

- Есть Олег Романович.

- Всё - пошли.

Через десять часов Шнитке сам позвонил в нетерпении.

- Сергей, здравствуйте, я готов работать.

- Доброго дня, вернее ночи. Сейчас, Николай Павлович, за вами придут.

Процедура прохода часовых у помещения для работы с бомбой повторилась один в один , только в этот раз опознавали Шнитке по документам.

- Ого. - подивился учёный недоверчивости часовых у объекта.

- Работа у них такая, - пояснил Чубаров и прошёл в помещение с объектом на столе. Шнитке остановился издалека осматривая обводы. Обошёл вокруг стола.

- Она? Николай Павлович?

- Ну, пока, предварительно, похожа. Где спецодежда?

- Вот там в углу.

- Кто мне будет ассистировать?

- Я и Сергей. - Шнитке обернулася и покачал головой сверху вниз, - Понимаю. Такс. Стол с инструментами поближе к этому боку. Ну, с богом?

- С тремя, - пошутил Сергей и вопросительно взглянул на оружейника.

- Лупу! - коротко скомандовал Шнитке и протянул руку. Лупа легла толстой ручкой точно в ладонь. Оба офицера только в рот не глядели учёному, выполняя его команды и инструктажи. После длительного и скрупулезного внешнего осмотра оружейник попросил приподнять изделие американского атомпрома и немного развернуть. Осмотр стороны что лежала на столе подтвердил опасения.

- Она - Олег Романович. Она родимая и код - цифра в цифру, буква в букву. - Что теперь?

- Надо установить точно - в рабочем состоянии или нет? - Серёга брови поднял от прозрения, мол как ещё можно проверить работоспособность атомной бомбы.

- Ну, у вас и запросы Олег Романович.

- Надеюсь, подрывать не будем, профессор?

- Желание заказчика - закон. Попробую не инициировать термоядерную реакцию.

- Это замечательно, - даже как-то фухнул выдыхая особист корабля.

- Не переживайте Серёжа. Придётся снять механические предохранители. Отсоединить хвостовик и вскрыть боевой блок управления с взрывателем. Затем проткнуть или просверлить один из укупорок зарядов иглой или тонким сверлом. Замерять уровень радиационной активности плутония. Если она достаточно высока - то имеем опасную гадину, если нет - радиоактивный металлолом. План утверждаете Олег Романович?

- Утверждаю, что дать?

- Ключ на тринадцать торцевой с трещоткой и становитесь рядом... - почти час пришлось только хвостовик снимать ещё полтора часа ушло на отключение предохранителей. Перед снятием крышки боевого блока оделись в спецкостюмы. Раскрытый шар капсулы с зарядами взрывчаки и шарами покрытыми черным каменистым на вид материалом зловеще застыл на столе. Снятая крышка лючка стукнула о металл стола.

- Внимание! Повышенный радиационный фон. - раздалось из динамиков аварийной защиты. - Всем одеть спецзащиту.

- Сколько там Сергей?

- Нормально, чуть выше нормы!

- Ну, вот Олег Романович, пока всё на нашей стороне. Включайте манипулятор. Будем сверлить. Сергей - датчик радиометра ближе к лючку. - Когда тонкое сверло пробурило оболочку, которой был укутан оружейный плутоний звук аварийной сирены заполнил помещение короткими рыками тревоги.

- Убрать сверло! Закрыть свинцовой пробкой отверстие, - командовал Шнитке. - Ну, Сергей что там у нас? на приборах?

- Николай Павлович, они в полной боевой, радиация зашкалила. По расчёту словно только из цетрифуги вытянули.

- Ну, что господа-товарищи, будем разбирать?

- Нет, Николай Павлович надо собрать.

- Да вы что? Этож зтесять мегатонн? - даже буквы не все правильно выговорил Шнитке возмущаясь предложением.

- Профессор, мы хотим произвести подрыв на подземном полигоне и проверить полностью работоспособность изделия.

- Вы извините, Олег Романович, но тогда зачем мы её здесь проверяли? Не проще бы было на полигоне в безопасном месте и вскрыть. Даже если и взорвётся - минимум пострадавших!

- Так и тут, Николай Павлович, минимум пострадавших! Плюс не наша территория и судно под либерийским флагом. Команда со всего мира. Капитан - уроженец Великобритании по настоящим документам. Так что риска для страны - ноль в минусе.

- Я вам не верю Олег Романович, много неясностей и нагромождений, но работу свою сделаю. Что ещё нужно заказчику?

- Николай Павлович, просьба очень специфическая - установить дистанционный взрыватель. Вот он на дальнем столе. - Сергей и Шнитке обернулись. На дальнем столе лежал цилиндр с креплением и прорезью для экрана. Дисплей тёмно отблёскивал зелёной чернотой в ярком свете рабочей лампы над ним.

- Зачем вам дистанционный подрыв, Олег Романович? - укоризненно покачал головой оружейник. - Снова комбинируете? Вы понимаете как это опасно? - прежде чем ответить полковник вздохнул и выдохнул. Кивнул.

- Очень надо Николай Павлович.

- Разрешение комитета обороны страны предъявите, с визой Главнокомандующего. Иначе придётся вам самим его устанавливать. - Шнитке с необычным проворством запрыгнул на стол с молотком в руке. - Лишнее движение - разобью шары боевого блока.

- Твою мать! - у Сергея рука потянулась к несуществующей кобуре.

- Спокойно! Стоять! Есть всё! Всё есть! Успокойтесь, Николай Павлович! Я достаю бумагу. - Чубаров прошёл в спецкостюме до импровизированной раздевалки и стянул с полки толстый конверт осургученный печатью с двухглавым орлом, Геогием Победоносцем и убиваемым им под копытами коня святого воителя змием. - Держите! Сергей, отойдите, пожалуйста, от стола. - Шнитке одной рукой потянулся к конверту, вторую держал с занесённым для удара молотком над лючком с ядерными яйцами.

- Отойдите оба назад и поднимите руки вверх! Ну! - размахнулся тяжёлым молотком профессор над вскрытым шаром.

- Осторожнее. Николай Павлович. Сергей - поднять руки вверх, - и Чубаров сам подал пример особисту спецсудна. Шнитке, положил молоток на край боевого блока, взял коричневый конверт обеими руками, проверил печать. Надписи на конверте. Вскрыл, разрывая кромку. Начал читать, часто отрываясь, чтоб взглянуть для контроля за обоими офицерами иих действиями.

- Ну, Николай Палыч, удостоверились? - Шнитке перечитал ещё раз сверил, вспоминая в последний раз виденное им распоряжение Комитета Обороны, когда, чуть не плача, разряжал наши боезаряды извлечённые из спецобъектов средств доставки по договору с США.

- Да. Извините. Но надо было прежде показать. - убрал аккуратно молоток.

- Да, промашка.

- Что вы говорите - установить дистанционный взрыватель? Так радиус действия пульта будет маленький, сами под подрыв попадёте, - по привычке искал недостатки в проекте подрыва оружейник подготавливая электронное устройство к подключению.

- А у нас ретранслятор на тридцать километров. Хватит? - выдал военную тайну полковник.

- Пожалуй хватит. Только на всякий случай отключите аккумулятор машины или что там у вас будет в качестве транспорта, а то знаете ли электромагнитный импульс будет не маленьким, - копошился в проводах успокоившийся Шнитке и давал советы.

- Бля, наш человек - подумал особист и попытался вытереть пот со лба, забыв, что находится в костюме с прозрачным шлемом на голове. - Тьфу, даже плюнуть некуда. Ещё два часа осторожно собирали все части корпуса назад, в кучу.

- Ну, вот ваш взрыватель готов. Я думаю, на сегодня хватит. - Шнитке махнул рукой и спрыгнул со стола с бомбой. Над корпусом изделия торчал только дисплей со встроенной антенной приёмника. - Вы пульт берегите, Олег Романович, а то мне ещё докторскую защищать надо. - Пожелал профессор полковнику в тесноте раздевалки.

- Да, уж постараюсь после такого, - заверил Чубаров тщательно упаковывая пульт управления в футляр отдельно от источников питания. - Всем отдыхать! Николай Павлович, завтра отходим домой.

- Ну и славно, а то тут, что-то не по себе с вашими заморочками, Олег Романович. А дома хорошо! Грибы небось высыпало в лесу...

Лодка отошла от контейнеровоза ночью в темноте после прохода по небосводу очередного пиндосиевского спутника и взяла курс на Ара Губа. Шнитке, в личной каюте, упоённо работал над листками с диссертацией убаюканный и поддержанный равномерным тихим гулом атомохода.

Чубаров же, перед посадкой на лодку заперся с котрразведчиком спецсудна в особом помещении.

- Всё сняли?

- Обижаете Олег Романович! Шесть видеокамер, только на потолке работалало! Спецобъективы! Восемь операторов съёмки. Теперь можно хоть пачками разряжать и заряжать! Все размеры, со всех проекций, хоть сейчас в сборочный цех.

- Ну, это нам не надо. Все материалы съёмок мне в руки. Копии - уничтожить. Всех операторов - взять на подписку и контроль. По прибытии домой - отослать для службы во внутренние районы, под опеку местного ФСБ.

- Есть.

- Всё, бывай. Малышку по сценарию вези куда надо. Каждые полсуток - рапорт. Удачи.

- Да идите вы тащ полковник к черту.

- Совсем обнаглел тут в море. Ладно я пошёл.

Лодка уносила с собой не только Шнитке, но и полный отчёт со всеми измерениями сделанный негласно и очень тщательно.


Интрига для капитана третьего ранга состояла не в том куда плывёт атомоход, а куда собрался двигать Чубаров со всеми данными по "МК-15".


*******************************************


Шейх вызвал к себе Фатаха через месяц после разговора на кладбище. Вернее пригласил по восточному вежливо, но так что не откажешься. Разговор продолжили за чаем, что настоялся в серебряном чайнике ручной работы.


- Здравствуйте полковник. Как дела?- умеет шейх удивить. А одет простенько, Халат дорогой, но заношенный. Простая рубаха на теле, чалма на голове - знать ученый человек! Наверное, медресе закончил. Однако заплетена ткань головного убора так что поймёт любой правоверный - хадж сделал. Есть за что уважать по одёжке шейха. А когда вопросы задаёт на английском , то и соответствовать надо.

- Окей, Карим! - на английском ответил полковник, и продолжил игру,- Как бизнес?

- Увэлл! Всё отлично, - присел на подушку и пригасил гостя присоединиться к трапезе жестом.

- Есть новости для меня, уважаемый Карим? - перешёл на местный диалект арабского языка Фатах.

- Есть, - коротко ответил шейх и движением руки отпустил телохранителя и слугу. Сам взялся за узорчатый чайник и по восточному обычаю на полнил на одну треть пиалу гостя, а затем свою. Фарах оценил все три знака уважения оказанные шейхом. А про телохранителя и слугу подумал, что они где-то рядом страхуют хозяина по привычке и правилу.

- Вы достали четыре тонны тротила? - грустно усмехнулся вдовец и сирота сорока лет от роду. Отхлебнул ароматный напиток, и устало посмотрел на шейха, ожидая ответ. Шейх понюхал чай, покружил пиалу у носа. С удовольствием вдохнул и выдохнул, улыбнулся победно и подмигнул собеседнику.

- Слава Аллаху я достал лучше: - миллион тонн в оболочке из трёх,- Фатах задумался, пристально уперся взглядом в Карима. И переспросил.

- В трёх тоннах - миллион тонн взрывчатки? Это то, о чём я думаю, или вы шутите почтенный Карим?

- Нет , полковник, - подчеркнул воинское содержание Фатаха шейх, - я говорю о бомбе эквивалентом в миллион тонн тротила. Фатах усмехнулся и потёр отросшую в трауре по родным бороду. Пригладил усы.

- Откуда уважаемый? - шейх выдержал паузу, чуть засучил широкие рукава халата и спокойно отпил чай. Затем поставил пиалу на дастархан и поводил кистью перед собой, шевеля пальцами и как бы выбирая вариант из нескольких возможных.

- Скажем так, мы её купили.

- ООО! На каком же рынке Аллах позволил продавать такое оружие правоверным? - Шейх взялся за чайник и долил снова на треть пиалы каждому. Фатах молчал в ожидании.

- Нам помогли друзья. Тебя такой ответ устроит?

- Да, устроит но хотелось бы знать устройство, а для этого мне необходимо изготовитель, - чай приятно согревал и дарил запах и вкус изысканного напитка.

- Есть полное техническое описание, но вопрос в другом, ты готов сбрить волосы на лице и отомстить за правоверных?

- Как никогда Карим, - спокойно ответил бывший солдат, - у тебя готовят хороший чай, подлей мне ещё. Я должен подумать.

- Думай, пока не закончился чай в сосуде. Аллах велик, - Фатах раздумывал быстро. Давно сложил в голове план, и даже место нашел. Но в одиночку такую ношу не протянуть и метра.

- Я готов. Мне нужно ещё четверо мужчин. И один из них - со знанием английского языка.

- Это не проблема, подбери сам кого пожелаешь. Но главное, Фатах, не месть, главное заставить их нас услышать. И испугаться. Очень сильно до животного ужаса. А для этого надо их подержать в страхе подольше.

- Ты хочешь чтоб я подержал их в страхе?

- Именно, да, и это тоже, заодно прихватить с собой 'семью', фото, видео, файлы, объясни им, почему ты решился на кару Аллаха собственными руками. Ты же этого хочешь более всего, полковник? - Фатах кивнул.

- Меня это устраивает. Мои люди могут взять с собой аналогичную информацию?

-Да, это даже лучше чем мы предполагали.

- На всё воля Аллаха, иншалла .

- Вот здесь полная документация.

- Бомба русская? - шейх победно улыбнулся позволил себе эмоцию.

- В этом и вся пикантность ситуации полковник, что 'малышка' американская...

- Не может быть?!

- Вы довольны полковник?

- Более чем. Но как?

- Как не важно. Важно, что объект боеспособен и оборудован взрывателями.

- Место я могу посоветовать?

- Обязательно.

- Способ подрыва?

- Дистанционный, с помощью пульта, предусмотрен часовой и ручной .

- Неплохо, когда я могу приступить к подбору людей?

- Немедленно.

- Дата также важна?

- Да, лето. У тебя ещё два месяца на подготовку.

- Спасибо Карим, слава всемогущему, ты наполнил мою месть смыслом, возможностью и инструментом.

- Что ж Фатах, я тоже рад, что в тебе не ошибся.

- На всё воля Аллаха!

- Да будут благословенны помыслы и те, кто ему служит.

- Жду тебя завтра после полудня с предложениями. - Я вас не подведу Карим.


**********************************8

*****************************


'И никогда не говори: 'Я сделаю это завтра', (а говори:) 'Если только этого не пожелает Аллах!''


: Фатах набрал себе в группу почти дюжину человек. Вернее всего пятерых : Захаба, Рахима, Джаббара, Махджуба и Камаля... Тех кто с ним до конца пойдут. Которые из Фалуджи родом. Остальных подбирал человек в маске. Он же выслушал, одобрил, а потом полностью изменил план самого полковника. Сделал это вежливо, учтиво и тактично.

- Вы предлагаете, уважаемый Фатах просто заехать, остановиться воздать хвалу Аллаху и подорвать устройство в центре мегаполиса. Безусловно, план очень хороший. Простой. Быстрый в исполнении. И практически не убиваемый. Но мы хотели бы произвести более сложное предприятие по воздействию на население и правительство США, - пояснял неизвестный. Фатах давно уже понял, что этот человек мусульманин, но не местный. Их других краёв. Но обычаи соблюдает. Традиции чтит. На молитве ошибок не допускает. Сдержан до благочестия. Но своего ни за что не упустит. Советник продолжал. - Мы хотим ввергнуть их в неуправляемый хаос. Для этого ужас должен нагнетаться и поддерживаться в течение хотя бы недели. Для этого есть телевидение, газеты, интернет. Ваша задача сделать этот кошмар осязаемым. И только потом подтвердить свои угрозы подрывом заряда. Согласитесь, что таким образом мы нанесём соединённым штатам гораздо более весомый вред, нежели простым термоядерным взрывом. Отравим их души страхом, посеем неуверенность и трусость перед грядущим будущим. Пусть боятся все американцы всемогущей руки Аллаха. - советник поднял руку прося дать ему высказаться до конца, когда увидел что Фатах хочет возразить, - одним уничтожением двадцатимиллионного города мы просто озлобим обывателя и он возьмется за оружие с ненавистью и целеустремлённостью, а если мы запугаем живущих не только на территории США, но и в Канаде, Англии, Австралии, Европе возможностью легкого повторения такого самопожертвования, мы получим ещё и психологический, политический и стратегический результат не только для Ирака но и всего мира. И статуса мусульманства на всей планете. Вы понимаете насколько возрастает вес вашей акции и её влияние на соотношение сил на земном шаре если рассматривать и проводить атаку в таком разрезе? - некоторое время в большом помещении, отведенном под учебный класс на горном полигоне царило молчание. Кивок Фатаха человек в маске воспринял как одобрение.

- Ваша жертва не просто должна уничтожить двадцать миллионов неверных физически. Нет после двадцати миллионов, остальной золотой миллиард надо подавить в осознании того, что мир совершенно другой и вы вестники противоположной схемы приоритетов, уложений и стереотипов. И с вами, представителями этого, другого мира надо считаться, иначе хаос, смерть, лишения, болезни, нищета и безисходность. И спрятаться от руки Аллаха нигде не выйдет!

- Да! Аллах Велик! - не сдержался со своего места Джаббар, сверкая белками глаз на смуглом лице. Остальные возбужденно закивали. Фатах и сам понял грандиозность того, что предлагал советник. Его выступление как камикадзе в интерпретации советника, представившегося Масудом, выглядела как героический, продуманный и большой поступок на благо всех мусульман, против неверных и ненавидимых англосаксов. В Ираке ведь были не только американцы. Канадские спецназовцы, австралийские рейнджеры, английский САС, европейские боевые спецы, всей стаей валили государство и уничтожали правоверных, захватывали нефтяные и газовые месторождения. Вот уж действительно заступник веры. Однако Фарах умом понимал, что организовать такую сложную акцию , со многими сложными составляющими группе, даже армии спасения Ирака не под силу. Тут есть какая-то третья неведомая могучая сторона, что оплачивает издержки, готовит сеть поддержки, проверяет маршруты, планирует проникновение, проверяет и обеспечивает замах на конгломерат самых мощных держав мира.

- Вы со мной все согласны? Что мой план гораздо лучше сделать вашим и нашим? - поставил последнюю точку в убеждении людей, что сидели перед ним Масуд. Фахад встал. Оглянулся на своих людей и тех, кого привел Масуд.

- Что ж ты смог завладеть нашими душами и сердцами Масуд. То что ты предложил просто сказка, по сравнению с нашими задумками. Аллах Акбар! Мы будем делать так чтобы эффект от нашего самопожертвования затмил небеса, землю и умы её обитателей. Когда начнём подготовку? - Масуд посмотрел на шейха смиренно перебиравшего четки слева на резном кресле. Карим кивнул.

- Завтра. Подъём в шесть утра. Омовение. Молитва. Зарядка. Легкий завтрак и на полигон. Молитва. Обед. Двадцать минут отдыха и отработка учебного плана на стрельбище. Молитва. Ужин. Сон. И так, каждый день. Разговариваем на языке неверных. За каждое слово на арабском без разрешения интсруктора - наказание: Кросс десять километров или переползание - один километр с полной выкладкой. Есть вопросы уважаемые?

- Да есть. Хотелось бы попрощаться с родными. - Захаб встал и внимательно посмотрел на шейха.

- Нет, уважаемый Захаб. С этого момента мобильные телефоны сдать. Общение с родственниками прекратить. Никакой связи с внешним миром. Те, кто против, будут помещены в карантин и отстранены от подготовки до конца операции.

- Понятно, - возражений далее не последовало. Группа постепенно втянулась в процесс интенсивной подготовки. Изучали практически всё. Системы связи, план города наземный и подземный, оружие, язык, отношения, местный акцент, манеру поведения, психологию... и конечно рукопашный бой, стрелковая подготовка, саперное дело, вождение вертолёта, автомобиля, трейлера, тягача с прицепом, парковка, дорожные правила движения, порядок общения с дорожной полицией, спецслужбами мегаполиса ... в пустыне построили макет площади, на которую нацеливались завезти свой груз боевика Фатаха и улиц по которым надо было ехать... Отряд прикрытия отрабатывал свои задачи по наблюдению, отладке и передаче информации, работе на косвенных признаках, способах связи и передачи данных. Инструктора никого не жалели. До кроватей добирались чуть не ползком. Три месяца промелькнули незаметно. На выпуске отработали чуть не с закрытыми глазами. Затем две недели отдых, подготовка снаряжения. Отработка прохода в аэропорту таможни, пограничников и прочих госслужб. Отряд разделили и полностью ограничили общение. Только по позывным с использованием спецсредств связи.

Масуд и инструктора исчез тихо. Как будто и не было. Последний день выдался хмурым. Откуда-то набежали облака. После молитвы шейх благословил всех и пожелал удачи. Теперь каждый должен был добраться до точки сбора самостоятельно. Бойцам выдали мобильные телефоны. Одежду, обувь, мелкие аксессуары. Документы, билеты визы и развезли в разных направлениях.

На границе с Канадой группа арабских состоятельных туристов затерялась в толпе жаждущих попасть к Ниагарскому водопаду. А затем и вовсе исчезла в мотеле соседнего городка, заказав на ночь шлюх из местного борделя. Утром ни одна проститутка ничего не могла вспомнить. Клиентов в номерах не оказалась. Плата за услуги в наличке лежала на столике у телефонов каждой комнаты. За номера было оплачено на неделю вперёд. Комнаты убирались ежедневно. Сменная прислуга думала, что постояльцы отсутствуют во время уборки на водопадах, в подпольном казино или в местном вип-борделе для состоятельных иностранцев. Поэтому местная полиция и иммиграционная служба не обратила внимания на исчезновение четырнадцати арабских мужчин из туристической группы. Мало ли, всё равно, если гастарбайтеры - всплывут и выдворим тогда.

Америка встретила "варягов" полным безразличием, яркой рекламой, готовностью за деньги сделать всё что угодно и беспредельной свободой с видеокамерами на каждом углу.

Машины для исполнителей делались под заказ. Двойные откидные и бронированные борта. Бат-сети на крыше. Видеокамеры обзора. Смотровые щели. Туалет. Кухня. Запас продуктов. Топливо. Сухпай. Оружие в скрытых нишах. Обмундирование. Средства индивидуальной защиты. Броники. Каски. Наколенники. Натовская униформа. Компьютеры. Датчики. Сканеры. Боеприпасы для ведения интенсивного боя, как минимум в течении двух трёх часов. Спальные места. Запас мин. Фатах очень даже задумался сомневаться о том, что никакая арабская страна не смогла бы так скурпулёзно и грамотно подготовить поле боя, место, отобрать средства нападения и защиты. Но тогда кто? Европа? Неужели удалось вбить клин до такого уровня? Однако это были только догадки.

Четыре дальнобойных трейлера, один из которых содержал контейнер прикрытый снаружи каркасом, ожидали Фатаха и его бойцов на платной стоянке в пригороде Нью Йорка. Вооруженный охранник тщательно проверил документы, сделал контрольный запрос, получил добро и лишь потом разрешил забрать дальноходы с парковки.


((((*********************************


Джаббар ехал в паре с Фатахом по девяносто пятой трассе и грустил, озлобясь на красоту и удобства широкого хайвэя. Хмурил брови, качал головой, резко втыкал сцепление на разгоне или торможении. Дорога была даже не хорошая, отличная. Краска отделяла полосы движение четкими отражающими линиями. Посреди дороги бетонный отбойник-разделитель направлений. По краю дороги 'стиральная доска' чтоб, если водитель заснёт, то грохотом и вибрацией разбудить, позаботиться не дать погибнуть. Асфальт ровный, без выбоин от разрывов мин, снарядов, тяжелых гусеничных машин. Вести машину - удовольствие. Не надо думать где и как перестроиться - стрелки, нарисованные на каждой полосе подскажут, помогут, ярко засветятся в темноте отражающими элементами. Щиты доходчиво и просто поясняют куда ведут полосы развязок. Водители на дороге вежливы и предсказуемы. Не подрезают, уступают дорогу тяжеловозу, приветливо улыбаются. Деревья кругом, зелень подстриженная и ухоженная. Знаки новые чистые. Не покорябанные, не гнутые не поцарапанные стоят на своих местах не пробитые пулями и осколками. Ни одного полицейского на дороге не попалось за три часа непрерывной езды... на стоянках заправочных станций чистота, нет потёков отработки, не валяются отбитые детали, старые покрышки, мусор. Туалеты пахнут духами, цветами и фруктами. В них есть бумага, жидкое мыло, вода чистая такая что можно пить прямо из крана! И свет вечером. Много света. Хоть фары вообще не включай.

- Что задумался Джаббар? Говори. Не таи в себе. Я же вижу. Кипишь, как чайник в пустыне. - Фатах понимал, надо дать высказаться. Удар по стереотипу поведения был мощнейший. У людей на дороге не было оружия. Они вели себя как друзья, улыбались, махали руками обгоняя. Дети сытые. одеты чисто, щекасты и довольны. Игрушки яркие, целые и красивые. Машины-легковушки словно из сказки - огромные, сверкающие, непозволительно роскошные по меркам Ирака. Женщины в машинах и кафе у дороги: яркие, открытые, общительные, привлекательные, ухоженные. как с обложки глянцевого журнала. Пыли нет на кожаной добротной обуви американских обывателей. Как таких хороших людей можно желать испепелить термоядерной бомбой? И это немного бесит, заставляет грустить при сравнении с положением простого народа в разбитой войной стране.

- Почему они к нам пришли? У них же тут всё хорошо? Фатах? Смотри, вон какие машины! Дорога - ровная как стекло! Еду выбрасывают, не доедают, если не голоден! Женщины - глаз не оторвать.

- Вот поэтому и пришли, чтоб еды иметь столько, что и выбросить не жалко. Дороги строить хорошие. Жить в удовольствие. А нам видно расплачиваться за эту красоту. Ты хоть знаешь, что в Америке почти триста лет нет войны? А у нас каждые тридцать-двадцать лет драка.

- Несправедливо Фатах. Они, наверное, и не знают про нашу страну ничего?

- Вот мы и едем немного эту самую справедливость и подправить. А ты спроси на заправке у хозяина, где Ирак находится, не бойся. Всё равно придётся остановиться, туалет, поесть прикупить, воды. По плану через десять километров остановка.

- Я спрошу.

- Только не пугай его. Поинтересуйся, мол, что там? Есть новости из Ирака? А то радио в машине барахлит. Если спросит: почему интересуешься - скажи, что брат в Фалуджи служит морпехом. Это тут нормально. Многие за паспорт готовы служить в армии до пенсии, если понравится.- На въезде в Хамден наша стоянка - не проскочи.

Огромная стоянка для длинновозов у заправки была вылизана до блеска и недавно полита водой. Асфальт казался ещё чернее, чем был на самом деле. Зелень вокруг. Трава. Лето. Прохлада кафешки приятно успокаивает, удобные сиденья для посетителей напоминают диваны. На столике куча специй, соль, приправы в пластиковых бутылочках, масло, соль, перец, салфетки белоснежные парусами торчат из подставки.

Миловидная девушка тут же подлетела к 'мокрым спинам' не коренных американцев. Сразу видно или латиносы или ещё кто пришлый. Однако деньги не пахнут. Английский водителей. вышколенный инструкторами чист, и почти не имеет акцента.

- Добрый день! Как дела, парни? Издалека едете? Проголодались? - ей явно скучно тут в придорожном семейном кафе именуемым частным бизнесом. А прибывшие не обычные дальномеры из Бостона. Новички. Улыбка не помешает.

- И тебе хорошего дня девушка. Вроде всё хорошо. Едем из Чикаго везём спецзаказ. У вас тут впервые и проголодались хорошо. Что у вас есть для парней, который хорошо поработали с утра?

- Хм! - Улыбка официантки становится ещё шире, - вот меню - выбирайте! - хитрит девушка. Есть дежурные блюда. Они всегда стоят на готове. Тест на своего прост.

- Солнышко давай нам что у тебя для нас припасено?

- Суп, картошка, стейк, яишница с томатом, пирог яблочный, мороженное, сок, чай, кофе, - заученно выстреливает девушка стандартный быстрый набор.

- Неси всё в двух экземплярах и кофе черный без молока, - коротко командует Фатах и берёт в руки газету оставленную кемто, из посетителей на столике прежде.

- А мороженное какое? Есть клубничное, банановое, ванильное, вишнёвое, с шоколадом, орешками, с дольками апельсина? А сок?

- Мороженное клубничное мне и моему напарнику вишнёвое. Сок апельсиновый, - фатах вопросительно посмотрел на Джаббара. Тот молчал. - и ещё ласточка включи телевизор погромче, у меня брат в Ираке служит может что будет в новостях.

- Нет проблем. А Ирак это где?

- Далеко, сладкая - на Ближнем Востоке.

- Это возле Японии? - уточнила издалёка окошка выдачи заказа девушка.

- Да, - решил не проводить географический ликбез Фатах, - там, рядом.

- Приятного Аппетита! - расставленное богатство кушаний Джаббар разглядывал с минуту, не решаясь с чего начать.

- Помолиться не помешало бы, полковник?

- Ты порядок знаешь - иди в машину расстилай коврик, и чтоб ни одна душа не видела то, что ты делаешь. Про Ирак слышал?

- Да.

- Жалеешь?

- Нет.

- Тогда иди и быстро возвращайся.

- А ты?

- Мне Аллах простит, я после помолюсь, в дороге.


******************************

Контейнеровоз подъехал к перекрёстку в предутренние часы, когда машин в центре города было совсем мало, а полиция смотрела на подвоз крупных грузов до шести часов утра сквозь пальцы. Предупредили, чтоб после семи утра их тут духу не было иначе штраф и полицейский экипаж растворился в рекламных огнях Уолл стрит угрожающе мигая сполохами мигалок. Остальные три большегрузых трейлера подтянулись с других направлений. Добавила головной боли ремонтная полоса на одной из прилегающих улиц, но её удалось обойти по смежной. Четыре длинных дальнехода уверенно перекрыли дорогу огородив центр перекрёсток с четырёх сторон. Замкнули улицу между собой в квадрат, смещённый в сторону музея и замерли в ожидании. Всё - назад пути более не было.

- Внешние Борта - открыть, - коротко скомандовал на английском полковник. Вторые номера водителей без суеты вышли из кабин, вытянули шкворни и откинули стальные листы вдоль бортов. Металлические прямоугольники с грохотом опустились вниз на осях, полностью закрывая колёса и пространство под машинами от внешнего осмотра.

- Первый есть.

- Второй готов.

- Третий опустил.

- Четвертый - всё окей, 0 по очереди отрапортовали исполнители. командир действовал по инструкции далее. Последовала следующая команда.

- Кабины и двери заблокировать. К натяжке купола приступить.

- Вас поняли, начали установку мачты, - когда процесс отработан на тренировках то всё вокруг происходит буднично, как на стройплощадке.

- Команда "по кафе" работаем стену, - два человека облепили стену ведущую в кафешку небольшими свертками и быстро отпрыгнули по д прикрытие бортов. Негромко грохнуло, вспыхнуло. где-то сработала сигнализация. Но бойцы полковника уже расчищали кувалдой необходимый им проём в стене и устанавливали броневой выдвижной лист из боковых дверей длинномера. Начали появляться удивлённые редкие прохожие. Но пока не вмешивались, протискивались между стенами с руганью и уходили по своим делам. Город просыпался в новой реальности, но пока об этом ещё не ведал.


- Ибрагим, - полковник ждал ответа недолго.

- Алла, Фатах, - зачем позывные тем, кто решил, что смысл жизни - хладнокровная месть.

- Заложники, - напомнил полковник, намекая на редких прохожих и транспорт, что двигались по Уолл-Стрит в сторону музея Нью-Йоркской полиции.

- Понял, - короткая очередь из М-4 вполне дружелюбно заставила замереть, попятиться и присесть даже двух полицейских у входа в музей нью-йоркских копов на углу перекрёстка.

Фигуры в масках двигались легко и проворно. Через десять минут пришлось открывать броневой борт трейлера, чтоб пропихнуть пинками под колёсами грузовика прилично одетых мужчин с улицы и шестерых перепуганных клерков из банка "Чейс Он-лайн", охранников музея американских финансов, двух полицейских, менеджера ресторана, трёх черных таксистов, что попытались устроить разборки с бойцами, и двух нетрезвых чопорных дам непонятным образом оказавшихся в банковском районе. С заложниками не церемонились. Привязали американскими стрипами для крепления электрокабелей крупного размера, что купили в супермаркете, к выступающим частям трейлеров внутри периметра и на время забыли.

- Сапёр - мины в сабвей. - четверо бойцов аллаха метнулись из под колёс машин к двум входам в подземку и под присмотром пулемёта споро вязали, прятали, прилаживали целую минную сеть из заранее заготовленных ловушек. Мины "Клеймор" американского производства закрыли батом, взятым с лесов у фасада финансового музея. Даже ящики оставленные доставщиком молока использовали для прикрытия противопехотных мин. В окнах, нависших над перекрестком зданий, замельтешили редкие зрители, в руках замаячили мобильные телефоны. Перед перекрёстком со стороны Уолл-Стрит уходящей на восток к заливу образовалась пробка. Улица Вильямс перегороженная поперёк также получила затор со стороны Бродвея. Терпеливые американские водители, привыкшие к порядку и пробкам в другие часы дня, пока не сигналили, но терпению их уже подходил конец. Одностороннее движение на обоих улицах и дорожные работы на продолжении Уолл-Стрит замыкали движение транспорта, делая невозможной попытку разворота.

Работать по плану даже самому изощренному - это мокрая спина, пот в глаза и желание иметь полотенце на шее. Но потом входишь в ритм, адреналин стегает не хуже кнута, и радость и удовлетворение от того что всё задуманное получается - будоражит сознание собственным могуществом. А если на тебе броник, разрузка, боеприпасы по минимуму и враждебное окружение чуждого города, то хочется бегать ещё быстрее, чтоб успеть построить свой, личный редут в мирной цитадели и сердце самой агрессивной страны мира.

Из переходов сабвея к имеющимся заложникам добавили ещё восьмерых застигнутых на выходе с перрона и контролёра подземки. Противотанковые мины щедро, но аккуратно "набросанные на рельсы" гарантировали, что после прибытию очередного поезда на станции будет небольшой ад по обе стороны бетонного зала ожидания.

- Это Сапёр. Закончили, Фатах!

- Всем внутрь периметра! Закрыть борта. Ставим шатёр. Сапёр - пробей яму в центре, а потом обработай кафе изнутри.

Посреди периметра из грузовиков что-то громко бухнуло вынося ошмётки асфальта вверх и в стороны. Нападающие не позаботились о заложниках вдоль бортов трейлеров и некоторые затряслись от понимания, что они сейчас просто расходный материал, а не граждане самой великой, могучей и демократической страны в мире. На их стоны и требования стуки по металлу и трясучку никто из "работников" Фатаха не смотрел и не реагировал - дел было по горло. Мачту вытянули с крыши и, кряхтя от усилий, воткнули одним концом в пробитый взрывчаткой шурф. Размотали тросы и потянули, уравновешивая массу. Десяти метровый металлический столб медленно выровнялся и окончательно "сполз вверх" с крыши одного из трейлеров, волоча притороченные тросы растяжек. Ещё через пятнадцать минут четверо бойцов вертели рукоятки натяжных болтов, застопоривая мачту в вертикальном положении. Остальные влезли на крышу контейнеров и заучено закрепили карабинами края свернутого в толстые рулоны материала.

- Внимание лебёдка! - раздалось в рациях всех кто "работал". Тросы потянули конусообразные куски материи. и пространство над машинами закрыла сложная трёх сторонняя материя шатра, наподобие бедуинского, со щелями для света и воздуха по низу конструкции.

- Наблюдатели по метам! Носильщики - Открывайте объект, - выполняется команда молча. Это пугает более всего. Четверо боевиков исчезают в недрах трейлеров. Остальные четверо без суеты распахивают борт одного из трейлеров, испугав стонущую вереницу пленников, вдоль стоящего рядом дальномера.

Пока внутри трейлера происходят непонятные движения, Фатах переключает рацию на другую частоту. Снова говорит коротко.

- Фатах на связи. Периметр готов. Можно рубить каналы. Жду гостей из подземки? Как понял?

- Салям, Фатах. Это Грйэс, понял. Периметр готов. - Подтвердил правильность услышанного невидимый собеседник и уточнил свои действия, - Рублю каналы. Вывожу гостей. Ожидайте условный сигнал. Конец связи. - может кто и услышал разговор, но много ли в Нью-Йорке полицейских, Что знают арабский, что используют в иранском Фалуджи? А корреспондентов ночных новостей, что сканируют эфир? Итого меньше. Однако звонки в полицию, службу сто один, и один один один, порвали тишину и спокойствие ночных смен на телефонных линиях экстренных служб.

Пока двое бойцов Фатаха активировали четырёхтонный объект внутри контейнера, перед пленниками молчаливых арабов начал строиться ужас и кошмар будущего ада. Накачанные триллерами и ужастиками Голливуда заложники наблюдали жуткую установку киносъемочной площадки под шатром натянутым накануне. Безмолвные солдаты Фатаха ставили осветительные приборы, выносили и разводили раскладные ножки треног для камеры, отражатели для безтеневой съёмки, прилаживали аппаратуру звукозаписи, видео просмотра и передачи сигнала. Некоторые из пленников завыли, вызвав смешки у проходящих мимо солдат с аппаратурой. Многим показалось, что сейчас тут их будут показательно казнить и умервщлять в центре Манхэттена, перезая шеи, рубя головы, сдирая живьём кожу, ломая суставы и заливая рот водой через вафельное полотенце с заранее вычисленным размером ячеек и плотности материала.

По ночному радио города уже начали передавать невнятные сообщения о непонятном происшествии на перекрёстке улиц Уолл-стрит и Вильямс, когда новая новость буквально взорвала эфир. Почти одновременно, движение на всех шести мостах и тоннелях ведущих в Манхеттен оказалось застопоренным одинаковыми трейлерами фирмы "Бернс и перевозки". Длинные машины встали поперёк трёх полос своего направления, а водители скрылись, оставив неисправные панели управления. Неизвестные шофёры добрались своим ходом до выходов с мостов и тоннелей где их услужливо ожидало самое быстрое, самое надёжное и самое безопасное столичное такси. Желтые машинки увезли нарушителей в район негритянского Бронкса и таксисты с удивлением удалились восвояси. А вот машины, что перегородили транспортные артерии, ведущие на остров, оказались заминированы. Взрывы пробили в тоннелях дыры. Хлынувшая морская вода Атлантики похоронила тех водителей автомобилей, кто не успел понять, что происходит и не сообразил - выскочить по колено в холодной жидкости из длинного чрева тоннелей. С мостами обошлось проще. Обрушить основательные строения не удалось, но дорожное покрытие автотрассы оказалось уничтоженным на протяжении не менее десяти метров. Обвалившиеся на вторые, железнодорожные этажи обломки бетона и арматуры остановили поезда и электрички, следовавшие с острова и на остров. Манхэттен оказался отрезанным от остального города по автомобильным трассам. И теперь только по воде и воздуху можно было добраться в деловой центр англосаксонского американского финансового мира.

Фатах слушал радиопередачу и комментарии очевидцев трагедии, выведенные на громкоговоритель. Пора было позаботиться и о самих себе.

- На молитву и завтрак, - что много объяснять, если всё заранее отработано сотню раз на горном полигоне в Пакистане. На приход гостей ещё было около часа. Правда в небе появился вертолёт и не один. Но ближайшая площадка для посадки никак не могла доставить проблем вагонлагерю-крепости возведённой не более чем в километре от главной Фондовой биржи мира. А до её открытия оставалось совсем немного времени. Слава богу, все перетрубации заняли почти четыре часа, и утреннее солнце бесполезно пыталось заглянуть между высотными домами под шатёр иноверцев пришедших на американскую землю для взыскания неоплатных долгов. На материи шатра раскинутого между четырьмя длинными машинами четко прослеживалась арабская надпись зелёной вязью по серебристой ткани. Если бы пилот вертолёта умел читать на языке, которым написан Коран, то перевод его бы не обрадовал: "Аллах Акхбар" - значилось на четырёх сторонах колыхающейся крышы над машинами. Понятнее и не скажешь.

А помолиться перед бессмертием, попросить прощения у близких за свой выбор, вселить веру строкой из суры Корана, чтоб укрепить душу и сердце перед поступком? Что может быть священнее этого действа? Фетва муфтия разрешала бойцам не следовать постулатам жизни обычного правоверного. Но если есть возможность, то в ситуации когда до смерти полшага, то и следовать традиции простого обывателя-мусульманина - за щастье сочтёшь.


Полицейские машины завопили сиренами издалека. В тишине утра их слышно хорошо и звуки сирен неприятно шумят отбиваясь в бетонных колодцах построек Уолл стрит.

- Ну, вот едут по наши души, - улыбнулся командир "террористов", - накаркал, Ахмед? - буркнул в микрофон рации довольный Фатах. события развивались на удивление предсказуемо. И как они до сих пор не были никем завоеваны, подумал полковник. Никакой импровизации пока не намечалось. Шевроле и форды полицейских выскочили из-за поворота сверкая маяками на крышах и вопя сиренами. Двинулись вплотную к перегороженному "вагенгородом" перекрёстку. Фатах с интересом наблюдал через видеокамеру внешнего обзора, как картинно перегородили бортами улицу коповозы. Полисмены вышли из автомобилей и секунду с удивлением наблюдали за безмолвным противостоянием необычной передвижной крепости. Затем патрульные вытащили пистолеты и дробовики. И укрывшись за машинами направили оружие в сторону дальнобойных громадин. Заорали в мегафон с трёх сторон перекрикивая друг друга. Инструкция вещь заразная. И потом рапорта писать надо грамотно. Мол действовали как положено.

- Полиция Нью-Йорка! Поднимите руки! И выходите на улицу!

- Огонь, - прекратил одним словом представление угроз и требований со стороны столичной полиции полковник.

- Пух! - вылетел снаряд из одноразовой трубы ручного гранатомёта, - Пух - Пух, - точно повторили звук первого два последующих. Пластиковые трубы полетели в стороны из рук стрелков. Огненные змеи ракет на дистанции сто-семьдесят метров летели недолго. Три взрыва вышибли стёкла в фешенебельных оконных проёмах близстоящих зданий, разнесли в куски три автомобиля, расшвыряли доблестных полицейских вокруг обломков и подожгли внутренности всех шести автомобилей, что первыми прибыли по вызову на разборки с наглыми водителями длинномеров.

- Добить? - коротко запросили в эфире.

- Нет, пусть выносят. Оставь четырёх снайперов наблюдать. Если кто полезет - бейте по конечностям. Остальные - на завтрак. Потом смена. Работаем.

На прилежащих улицах после уничтожения шести патрульных машин суматоха только усилилась. Завыли пожарные и сирены скорой помощи. Со стороны пешеходной зоны уоллстрит несколько полицейских попытались приблизиться, скрываясь за углами домов, проёмами парадных и фургончиков уличных минимаркетов. Одиночные выстрелы из армейских снайперских винтовок добавили криков, беготни и неразберихи в действия отступающих к перекрёстку, откуда пришли, группы полицейских. Черные мундиры прекрасно смотрелись в сетках оптических прицелов на фоне серых зданий Вильфсон и Уолл стрит.


Звонок в студии телевидения 'Службы Новостей NBC' города Нью Йорка раздался неприлично ранним утром. Дежурный оператор, менеджер, комментатор, монтажёр и водитель развалились кто-где в студии, и сладко дремали в предвкушении закончившейся смены.

- Да чтоб тебя, - подумала про себя дежурная телефонистка , но соображая что все разговоры записываются, то ответила нежно и завлекающим тоном .

- Доброе утро, - мысль: 'фак тебя', - 'Служба новостей Эн-би-си́', слушаю вас!

- Я звоню по поводу стрельбы в Манхэттэне, мисс! Вы наверное слышали о террористах захвативших заложников... - в менеджера полетел тяжёлый глянцевый журнал с рекламой по пересылке товаров почтой, что оказался ближе и под рукой расторопной дежурной. Мгновенно, переведённый на громкую связь, загремел динамик общей трансляции, а нежданный информатор продолжал нагнетать обстановку, - Я готов за скромный гонорар сопроводить вашу группу ближе с месту событий для взятия интервью или видеосъёмки. Дело в том, что район происшествия, уже оцеплен полицией, а дороги на Манхэттен перекрыты или забиты пробками, потому, что тоннели затоплены. Так что лучше всего вам заказать вертолёт и приземлиться в парке у улицы Вильфсон на лужайке для выгула собак или на крыше любого жилого комплекса. И ещё , прошу мне заплатить наличными тысячу долларов, за сообщение и работу по сопровождению киносъёмочной группы, - не унимался наглый информатор, - И если можно я хотел бы тоже попасть в кадр. Как вы думаетет это возможно? Мисс?

- Какконечно мистер ...ээээ, - запнулась телефонистка, выуживая имя звонившего.

- Грэйс Роджер, мисс, я тут сантехником дежурным работаю в соседнем банке, вы не поверите мисс, на улице идет настоящая война. Взрывы, стреляют, полицейских убили, шесть машин горит, как свечки прямо на мостовой.

- Да,да, мистер Роджерс, продолжайте, что там ещё происходит, - в студии начался переполох. Менеджер вызывал вертолёт, оператор проверял батареи и микрофон. Комментаторша бросилась к зеркалу поправить помятую во время сна прическу, звукооператор прослушивал запись сообщения, видеомонтажер рыскал в поисках приемлемого фото сантехника в интернете и отчаянно жестикулировал телефонистке, - мистер Рожерс вы не могли бы выслать нам на номер студии своё фото для заставки сообщения в эфире? - йес - поднял большой палец оператор поощряя инициативу телефонистки.

- Конечно мисс, высылаю , вам придётся обождать , вот моя женушка то обрадуется, что меня по телеку покажут бормотал в ухо телефонистке информатор, - а можно с женой вместе мы тут как раз на уикэнд ездили?

- Конечно мистер роджерс , но только с женой. А в каком вы банке работаете?

- В банке 'Сан' , мисс. Вы записали мой номер телефона? А то как мы друг друга найдём? Тут уже народу понабежало . Хотите я вам видео вышлю на ютуб?

- Нет, нет, нет только не на ютуб, шлите нам на номер в студии и мы сопроводим его вашими комментариями, - новости надо клепать пока они горячие и конкуренты не успели выхватить информацию раньше. В студии короткий ажиотаж сменился тишиной напряжённой работы после того как на крышу здания сел вызванный вертолёт. Съёмочная группа чуть не бегом выскочила понукаемая менеджером к лифту. Поднялась на крышу. И зевая, и пригибаясь, потянулась к вертолёту, преодолевая поток воздуха от вращающихся винтов воздушного такси. Дверца хлопнула, геликоптер взмыл вверх и резво ушёл агрессивным наклоном в сторону океана.

Где-то сработала рация.

- Это Грэйс. Телевидение летит, встречайте. Одна вертушка. Четыре человека. Оператор, комментатор, звукорежиссер и пилот, - ему тут же ответили тремя гудками вызова. Мол сигнал принят, понятен, работаю.

Грэйс положил трубку и спросил помощника: 'Ну, где остальные?'

- В пути, собираются.

- Хорошо, что с обзором?

- Камеры слежения работают, картинка как в кино, четкая. Увеличение и стабилизация в норме.

- Продолжай съёмку. Связь с Фатахом?

- Односторонняя, не общаемся. Только спецсигналы по таблице.

- Хорошо. Что по времени?

- Идём по графику. Полиция вызвала 'S.W.A.T.' спецназ. Но думаю, Фатах их перебьёт как кот мышей.

- Посмотрим. Инфу передал полковнику?

- Да. Продолжаю наблюдать. - командный центр 'террористов' продолжал работать отслеживая ситуацию, упреждая действия полиции, меняя радиочастоты и способы связи.

Фатаху оставалось лишь правильно реагировать на изменения ситуации и считать расход видов боеприпасов, что с запасом пометились в огромные длинномеры. Шестнадцать бойцов полковника имели огромный боевой опыт, желание порвать на куски хвалёную американскую спецуру. А полное самоотречение в купе с современным вооружением гарантировало, что потери американских копов будут неприлично огромными. Вагенгород Фатаха ощетинился по периметру восемью пулемётами, четырьмя снайперскими винтовками и пятью РПГ с термо-барической смесью в заряде... огневое преимущество, внезапность применения и мастерство исполнителей не обещали приближающимся бойцам 'S.W.A.T.' массу удовольствия. Скорее максимум потерь и полное удовлетворение на поле боя. Наконец-то можно было почти на равных повоевать не на чужой земле, а на американской впервые за триста лет отсутствия иностранных войск на территории США. И бойцы Фатаха не собирались давать фору полицейским, и привыкшим с десятикратному превосходству спецназовцам дяди Сэма. Задача была проста потрясти Америку, испугать, вызвать страх и ужас жертвами самого лучшего, самого заэкипированного, самого подготовленного, самого, самого. Поэтому мусульмане целились тщательно, выбирали вдумчиво, и подпускали ближе. Чтоб на куски, как детей в Фалудже. Чтоб насквозь, как фосфор семью Фатаха. Чтоб ранить и чтоб мучились как отравленные жители на койках в больнице иракского Сталинграда.

*special weapons assault team - штурмовая группа со спец. вооружением

*special weapons and tactics - специальное оружие и тактика

*Главные телевизионные компании США - ABC, NBC и CBS


Сватовцы не собирались сломя голову ринуться в атаку. Вначале , перегородили три улицы бронеавтобусами и вытащили переговорщика чтоб тянул время. Четвертая улица, перекопанная и заставленная строительными лесами показалась командиру спецназовцев наиболее подходящей для скрытного выдвижения к вагонлагерю. Снайперы ошибочно занимали верхние этажи и крыши прилегающих зданий. С высоты крыши попасть в узкую бойницу бронированного борта у асфальта, в стрелка или в оружие было весьма затруднительно даже для профессионала. Фатах ухмыльнулся и подумал что инструктора не зря гоняли группу в Пакистане.

- Хитрые гяуры. - поставил оружие на предохранитель пулемётчик, и захлопнул броне щиток, оставив только щель для наблюдения, - Время тянут, - пояснил он напарнику, что лежал чуть в стороне у колеса с немецкой винтовкой, над ствольной коробкой возвышался оптический прицел.

- Пусть, Амир сказал, что нам надо потянуть трое суток, а потом можно и в рай, - переговорщик орал через усилитель и динамики по английски, но почти все в группе Фатаха его понимали.


Мэр Нью-Йорка , поднятый с постели вначале и не понял о чем ему докладывает по телефону начальник городской полиции. В трубке слышались совершенно неприемлемые для второй столицы штатов слова.

- Я сожалею господин мэр, - официально обращался главный коп города. Наверно пишет паскуда - как то сразу подумал глава муниципалитета. А дальше лучше и не слушать, - в шесть утра произошел Захват заложников на пересечении Вильям и Уолл стрит, возле музея полиции в Манхэттене . Террористы забаррикадировались на перекрестке, перекрыли проезд контейнеровозами и зачистили близлежащие здания и станцию метро. В настоящее время мы серьёзно подозреваем, что здания и метро заминированы. - пока комиссар переводил дух, чтоб добавить информации, мэр попытался отмахнуться от чудовищной новости.

- Какие террористы? Комиссар? Что вы несёте? В центре Нью-Йорка? Да вы понимаете, что вы говорите? - нащупал пульт и включил телевизор Билл де Блазио. На экране пылали полицейские машины, что попытались первыми заблокировать Фатаха и его людей. Карета медицинской помощи взвыла сиреной и унеслась за спиной комментатора АВС по забитой спецмашинами улице, пожарные тянули шланги и выносили пострадавших полицейских на носилках. А комиссар в трубке продолжал докладывать. - уничтожено шесть полицейских машин, десять офицеров ранено , огонь велся из гранатометов и автоматического оружия. - Я приказал подтянуть "SWAT" и приготовиться к штурму их укрепления. - комиссар замолк вовремя потому, как мэр взорвался не хуже настоящей бомбы.

- Какой штурм в деловом центре города? Вы спятили ? В полумиле от фондовой биржи? Да завтра доллар рухнет от такого соседства в ад? Если банки не откроются, то мы с вами будем полы мыть в федеральной тюрьме, если повезёт. Как они прошли? Сколько заложников? Чем вооружены? Сколько их? Каковы требования? Вы пытались отправить переговорщика? Что за бред? Я вылетаю на место! Сообщите в ФБР немедленно. Оцепите квартал! Нет - территорию в радиусе километра! Уберите прессу. Объявите, если нужно, режим спецоперации! Начать переговоры без всяких условий, прямо сейчас! Действуйте. Если надо - Объявите эвакуацию.

Начальник полиции продолжал докладывать по мобильному телефону, пока мэр мчался к вертолетной площадке .

- Это еще не всё господин мэр.

- Что? Говорите уже, комиссар.

- Тоннели и мосты через залив повреждены. Транспорт отрезан от острова. Рукава тоннелей затоплены. Метро сабвея обрушено по обе стороны от станции Уоолстрит. На попытки выйти на переговоры отвечают снайперским огнем. Внутри своего ограждения производят непонятные работы. С воздуха захваченное пространство закрыто шатром из ткани, что не даёт работать тепловизорам и биосканерам. Полицейский Вертолёт обстрелян и подбит. Предполагаю наличие у террористов ПЗРК. Поэтому воздушное пространство закрыто для гражданских судов. Прошу разрешения на использование бронетранспортеров и танков национальной гвардии для прикрытия штурмовых групп.

- Комиссар, вы ещё попросите Б-52 и бетонобойную бомбу у ВВС, - съязвил в негодовании мэр, - Это центр Нью Йорка, черт возьми! У нас что война началась? Обыкновенные террористы. Навешайте им лапши на уши, подтяните силы и уничтожьте с минимальными потерями и разрушениями. И вообще, мне очень интересно, комиссар, как вы доставите на Манхэттен танк , если у вас нет дорог по которым их можно переправить на остров? - ди Браттон предпочел не отвечать на последний вопрос первого градоначальника из партии демократов.

- Боюсь, господин мэр, что с этими "террористами", так просто мы не справимся. Кстати, прибыли люди из ФБР и отстранили меня от руководства операцией. Приказ Белого Дома. Так что вам придётся общаться исключительно с ними. А мои ребята выводятся во внешнее кольцо оцепления и резерв.

"Повезло ж нам с мэром-демократом. Этот разберется, как же... тут бы четыре "Абрамса", да одновременной атакой с двух сторон, после авиа и артподготовки. И чтоб только пятна на тротуаре от наглецов остались. Небось заложников пойдёт вызволять... ", - подумал начальник департамента полиции, отключаясь от разговора.

Группу NBC пришлось принудить следовать за проводником по подземному тоннелю к станции сабвея 'Уоллстрит'. Однако когда им пояснили, что от них требуется взять интервью у командира террористов, что захватил заложников в деловом центре Манхеттена, то, как минимум комментатор - Стирна Уильямс тут же согласилась добровольно следовать за мужчинами в масках и бронежилетах . Пилот улетел. Звукооператор уперся и не желал двигаться ни в какую. Тогда Грэйс завел за угол звукооператора и выстрелил в него дважды, так чтоб крик было слышно, а вот куда попал террорист, видно не было. Оператор тут же передумал. Судьба звука мало тревожила оператора, у него встроенный в видеокамеру микрофон. Поэтому группа добралась до вагенгорода с минимальными потерями , если такими считать растрепанную причёску, грязь на одежде и пару синяков полученных в темноте от торчащей арматуры.


- Какой штурм в деловом центре города? Вы спятили ? В полумиле от фондовой биржи? Да завтра доллар рухнет от такого соседства? Если банки не откроются мы с вами будем полы мыть в федеральной тюрьме, если повезёт. Как они прошли? Сколько заложников? Чем вооружены? Сколько их? Каковы требования? Вы пытались отправить переговорщика? Что за бред? Я вылетаю на место! Сообщите в ФБР немедленно. Оцепите квартал! Нет - в радиусе километра! Уберите прессу. Объявите если нужно режим спецоперации! Начать переговоры без всяких условий, прямо сейчас! Действуйте. Если надо Объявите эвакуацию.

Начальник полиции докладывал пока мэр мчался к вертолетной площадке по мобильному телефону.

- Это еще не всё господин мэр.

- Что? Говорите уже капитан.

- Тоннели и мосты через залив повреждены. Транспорт отрезан от острова. Рукава тоннелей затоплены. Метро обрушено . На попытки выйти на переговоры отвечают снайперским огнем. Внутри своего ограждения производят непонятные работы.

Когда никому неизвестному комментатору NBC Джини Сингард развязали глаза, она вынуждено моргала ресницами и терла глазные яблоки кулачками. А после того как она разглядела окружение, то она поняла это ей выпал шанс стать известной и шагнуть на следующую ступень карьеры. Оператор Стив Оливер был другого мнения. Он рассмотрел заложников привязанных вокруг основной опоры шатра. У всех мужчин и женщин были завязаны глаза, на руках наручники. Часть захваченных в плен томилась у трейлеров , пристёгнутые к тем или иным частям автомобилей. Пленникам можно было сидеть , лежать и стоять. Некоторые из захваченных обмочились и влажные пятна на одежде выделялись темнотой и запахом.

- Джинни он нас убьют, - сделал простой вывод оператор.

- Не трусь Оливер. "Сантехник" обещал баш на баш: мы им репортаж от нашего имени и толкаем в эфир nbc , а они выведут нас и запрут в одном из помещений для служащих банка или музея полиции.

- И ты им веришь? Оглянись. Им наплевать на то, что половина заложников сходила в туалет под себя, а они будут беспокоиться о нашей безопасности? Да только мы работу выполним , так сразу сядем рядом с мешками на голове и в наручниках.

- Как хочешь Стив . Я не собираюсь сдохнуть комментатором по вызову на дом или рассказывать про какашки на газоне наа Вест-Айленде. Это мой шанс и твой кстати тоже. Не хочешь - не мешай : сама сниму сюжет. Так хоть есть возможность выкупить свободу, помочь этим людям и хоть что-то передать властям, чтоб сделали что-то не вслепую. Решай Стив , ты со мной? - от одной из машин стоящих квадратом отделились два боевика ни чем не отличающихся от остальных и направились к репортерской команде. Джини надавила на мужика страхом. - Откажешься - станешь не нужен - тогда точно убьют. - Стив махнул рукой, плюнул и понимая , что баба права , согласился.

- Твоя взяла, снимать их? - водрузил видеокамеру на плечо Оливер и открыл плоский экран обзора перед глазами.

- Не вздумай. Проверь пока на мне. Заодно глянь на прическу, вся страна будет смотреть. Я должна быть милой и почти членом семьи, - Джинни вытащила из кармана беспроводной микрофон в футляре, включила питание и пригладила волосы рукой.

- Ккак я? - чуть заикнулась девушка.

- Окей, припудри лицо, чуть подкрась губы и поправь курточку. Возьму по пояс. Постарайся не болтать руками в кадре.

- Как дела? - стандартно улыбнулась Джини . Два боевика не обратили на её слова никакого внимания. Тот, что пониже и с автоматом на груди показывал на репортеров рукой и что-то говорил второму бойцу , автомат которого висел свободно "под мышкой" . Говорили на горловом незнакомом языке. Внутренне и Джини , и Стив почувствовали себя неуютно, как невольники на рынке рабов. Возможно сейчас решалась их судьба. Джин пожалела о своем порыве. Оператор глубоко вдохнут выдохнул. Мусульмане о чем то заспорили.

- Они сами пришли? - Фатах любил вникать в подробности.

- Грэйс сказал, что девушка честолюбива, а оператор труслив. Обоим пообещал интервью, ролик на ТВ и свободу.

- Неплохо. Раз пообещал , придется выполнять.

- А по мне - так пусть снимут своё кино: и в заложники обоих. Он Лайн войну и ад я им тут организую.

- Ты правильно мыслишь, друг, но если мы выполним обещание и отпустим журналистов, то они будут нашими самыми преданными защитниками, свидетелями и адвокатами для миллионов американцев.

- Думаешь они выберутся за десяти мильную зону?

- эЭто меня волнует меньше всего. Главное , чтоб мы с тобой остались людьми с честью.

- Амир , а стоят ли они усилий?я бы их всё-таки заковал Неверные. Им нельзя верить.

- Неверные или верные: они наш инструмент в системе, а инструмент, Махмуд, надо беречь. Держи их на мушке. Но без излишней нервозности. Говорить буду я . Ты в кадр попасть не должен. Стой за оператором.

- хХорошо Амир . - Джинни и Стив с тревогой наблюдали , как младший боевик обошел их гражданскую пару и встал сзади , не отпуская правую руку с пистолетной рукояти американского карабина М4. Сдвоенные магазины пристёгнутые к автомату обещали нешуточное противодействие тем кто попытается помешать бойцу. Экипировка, Махмуда , как в зеркале отражала бойца элитного подразделения войск США подготовленного для проведения диверсии в тылу врага. Неправильный Моджахед сместился чуть в сторону чтоб командир не оказался на директриса возможной стрельбы , заняв позицию справа от Стива . В это время высокий араб подошел ближе к Джинни , остановился и отодвинул автомат за спину. Английский террориста вызывал уважение островным акцентом в окончаниях слов и построением фраз.

- Мисс, пришло время познакомиться. Я - полковник Фатах - вооружённые силы Ирака. Как вы? - хаюдуюдукнул полковник под маской.

- Могло Бы быть и получше. Как мило. Мусульманские боевики в центре Нью Йорка .

- В следующий раз , мисс Джинни, я приму католичество или буддизм,- Толи пошутил то ли серьёзно сказал боевик,- сейчас -давайте обговорим будущее интервью. Вы ведь за этим рисковали жизнями?

- Ох! - Вздохнула и выдохнула американка, - знала бы - послала бы вашего сантехника. Сукин сын! Вы заранее всё продумали! Хорошо хоть маски не снимаете. Может в живых останусь, - забыла упомянуть оператора комментаторша. Стив закаменел от проходного эгоизма номера уно в связке диктор-оператор.

- Не пугайте своего помощника, даю слово офицера - вернётесь оба живыми и здоровыми.

- Обнадёжили! И кто мне слово даёт? - Джинни специально зарывалась и давила на человечность, честь и личную гордость. - вы даже Балаклаву не снимаете, и к кому потом аппелировать если не получится ? К Аллаху? К Будде? Исусу Христу?- полковник сделал то от чего Стив просто пришёл в ужас. Снял маску, улыбнулся, растер ладонью голову, потянулся довольный свободой лица и спросил у открывшей рот журналистки.

- Так лучше?

- Теперь нас точно убьют, - пробурчал довольно громко Стив и даже камеру опустил от собственного вывода с предсказанием. Кто ж не знает, если бандит снял маску перед заложником - значит тому точно не жить. Иначе выживший пленник автоматически превращается в свидетеля, опознавателя и обвинителя.

- Черт, черт, черт, черт! - Джинни присела и закрыла лицо ладонями. Микрофон не выпустила.

- Хм , - бандит присел рядом, - не бойтесь. Возьмите себя в руки. Вы же сами мне пеняли про маску.

- Угу.

- теперь слушайте условия: камеру и микрофон без разрешения не включать. Это понятно?

- Ппонятно, красавчик, - Джинни встала, повернулась спиной к полковнику, вытерла слёзы. Посмотрела на оператора., - тот вздохнул и помахал открытой ладонью снизу вверх, мол деваться некуда , надо работать. Иначе отсюда никак не выбраться.

- Я предлагаю такое построение репортажа. - полковник казалось не обратил внимания на переживания репортера. - фон: бок этого грузовика за моей спиной. Заложников снимать с дистанции три- четыре метра. Панораму делать не стоит. Моих солдат без разрешения не снимать и не разговаривать. По репортажу: в начале вы рассказываете т том где находитесь ; затем - представляете меня; я - рассказываю о том почему мы здесь и выдвигаю требования; вы - задаете уточняющие вопросы; далее я вам показываю сюрприз, который находится сейчас за бортом этого трейлера. Ваш оператор подходит ближе и делает крупный план некоторых деталей изделия. Заканчиваем репортаж. Прокручиваем запись, отправляем на студию, делаем три копии. Вы с оператором , как гаранты того что все снятое вами реально -уходите тем же путем в Манхэттэн. И убираетесь на студию. Такой план подходит? Вам слава и почет за риск, нам - вброс реальной

информации в массмедиа. Есть Вопросы, мисс? - Джинн перестала переживать , превратившись в предпринимателя, готового драться за каждый кусок будущей прибыли

- Ээээ. В целом очень даже подходит, вот только есть одна просьба и вопрос?

- Я слушаю.

- Не могли бы вы полковник, снова одеть маску- ниндзя и снять её перед камерой?

- Можно. А вопрос?

- Два вопроса . - кивок командира боевиков воодушевил журналистку, - припудрить вам лицо , чтоб не блестело в кадре? И что за сюрприз? Любой экспромт в репортаже должен быть подготовлен или предвиден хотя бы в общих чертах. Это закон жанра, - оправдала своё любопытство Джинни.

- Поверьте мисс, мы немного ознакомились с жанром вашего труда при подготовке. Ллучшее надо подавать в конце. И неожиданно. Зато вы сможете потом повторить пройденную новость и вбить её в мозг обывателя. - последние слова боевик проговорил с нескрываемым нажимом и презрением.

- Я могу хоть предположить? Мне надо будет вести себя соответственно в кадре?

- Тридцать секунд.

- Что простите?

- Двадцать пять секунд на предположения.

- Бомба? Химическая? Биологическая? Вы прям как в армии,- не удержалась от комментария женщина.

- Примерно и горячо. Махмуд - доску , что парни сделали, пусть снимут и поставят здесь. Это будет нашим фоном.

Интервью длилось около сорока минут. Фатах представился. Стянул с головы маску. Рассказал, что они требуют выпустить заключенных мусульман из незаконных тюрем на территориях других стран и вручил список. Показал заложников и предупредил что они расставлены и прикованы по всему периметру укрепления. Самое большое впечатление на Джинни и Стива произвела доска с фотографиями . Разделенная красной полосой по вертикали надвое она делила время на до и после. На левой половине были счастливые лица родственников, друзей, соседей, детей, внуков, родителей, жен, сестер , братьев.. На левой половине то, что от них осталось после первого и второго штурма Фалуджа . Особенно потрясали снимки сделанные с погибших от применения белого фосфора. Прожжёные дыры и углубления в телах женщин, детей, стариков. Неестественно выдернутые застывшие конечности обугленных фрагментов, мухи на трупах, жуткие картины заваленных обломками людей. Неестественный цвет человеческого мяса, кожи и внутренностей после отравы .

- Господи, - вырвалось у журналистки. Она неожиданно вывалилась из кадра, и - её вырвало . Стив держал объектив на галерее снимков и качал головой. Полковник показывал на фотографии слева , с затем справа антенной мотороллы вытянутой из чехла разгрузки. Говорил как робот. Видно устал терпеть и тяжело переболел ужас потери.

- Маму узнали лишь по серебряным украшениям, что сохранились на обугленной шее трупа. Запах , вонь. Поэтому мы тут. Здесь у всех моих людей счет к армии США. Мы требуем немедленного вывода войск из Ирака без предварительных условий. - Джинни отдышалась, померкла лицом и улыбка с трудом и вымученно блеснула сочувствием.

- Но ведь химическое оружие нельзя применять по не военным, - попыталась она защитить ценности в которые верила.

- А ваши войска нашли в моей стране оружие массового поражения?

- Нет. Но его же могли вывезти? А это, это невозможно! Это не могли сделать американские солдаты! Это, это подлог!

- Мисс, ваше руководство не подписало акт о неприменении белого фосфора при ведении боевых действий.

- Докажите.

- Вернетесь в студию,мисс Джинни и зайдите в интернет. А пока я хотел бы поставить ультиматум правительству США.

- Чем же вы намерены угрожать? Мистер Фатах? Америка не идет на сотрудничество с террористами! Я конечно не военный человек, но понимаю кое что. Сюда подтянут танки, вертолеты, боевые машины пехоты и бронетранспортеры. Авиация пустит по вам одну единственную интеллектуальную бомбу или ракету. После взрыва от вашего вагенгорода останется только большая воронка.

- Что ж, - полковник сказал что-то по рации на незнакомом репортерам языке. Ему тут же ответили. Фатах отдал приказ обоим журналистам. - Выключите камеру и микрофон. Идём на экскурсию.

Огромный борт не маленького прицепа отъехал в сторону. Внутри трейлера мигали лампочки, горел экран монитора и находился ещё один вооруженный боевик. Перед съемочной группой , на застопоренной тележке находилась исполинская бомба с покореженным хвостовиком и поцарапанным корпусом с многочисленными мелкими вмятинами. На серой поверхности бомбы всё ещё четко выделялась надпись на английском языке: "Собственность армии Соединенных Штатов "

- Ччто это? - Джинни замерла , оглядывая громадину.

- А что , мисс , не понятно? Мы не изуверы. Своего химического яда или биологии у нас нет. Зато мы нашли вот это имущество армии США . Не для созидания сделано, а ? Ммисс Джинни . Возвращаем должок на Родину. Стив -включайте камеру. Дженни - микрофон. Общий план. Затем снимайте все надписи, маркировку и номер изделия, а я вам буду комментировать то, что вы видите.

Вид бомбы , её размеры ошарашили репортёршу больше , чем снимки на доске. Фотографии из прошлого не пугали, было мерзко, стыдно и неприятно осознавать , что как гражданин США ты причастна к извращенному геноциду перекрытому ложью. Но бомба сулила наказание более жестокое, причем сейчас и немедленно. Без суда, следствия и адвокатов. В ближайшем будущем. Своих граждан, ещё живых жаль было гораздо больше чем тех что уже покинули сей мир , да ещё чужих и в другой стране. Автоматически повинуясь Фатаху оба репортера включили и камеру , и микрофоны.

- Итак, господа правители мира, я хочу вас познакомить с изделием которое вы собирались использовать против других стран, народов, городов. Граждане Америки - Это ваша же термоядерная бомба собранная в лаборатории Лос- Аламоса. Для тех ,кто усомнится - оператор покажет номер, сигнатуру модели и общие детали. Если кто то думает , что радиационные компоненты оружия исчерпали свой срок годности - обращаю внимание на модель устройства - МК15S. Бомба сделана в единичном экземпляре. Особенность - специальная оболочка плутониевых мешков , которая позволяет продлить ресурс активного элемента до ста лет. Сей боеприпас утерян примерно в 1967 году. Таким образом устройство взрывоопасно минимум до 2067 года. Мощность бомбы - до десяти мегатонн. Кто ещё не в курсе , поясню. При подрыве этого качественного американского продукта - зона сплошных разрушений накроет центр города Нью-Йорк полностью. Создаст цунами в реке Гудзон, заливе и уничтожит Манхэттен вместе с тремя миллионами жителей в течении одной секунды. Остальных , примерно шесть миллионов , ожидают медленная смерть, инвалидность, мучительная и короткая жизнь. Я желаю поменять жизни десяти миллионов жителей столицы США на сущую безделицу - вывод войск из Ирака , освобождение заключенных а незаконных тюрьмах и беспроцентный заём в двадцать миллиардов долларов на устранение последствий агрессии и оказание помощи семьям обездоленных войной иракцев.Срок на обдумывание до шестнадцати часов сего дня, - после слов полковника некоторое время вокруг бомбы стояла адская тишина.

-. Вы это серьёзно, полковник? Мило с вашей стороны. Но глупо. Мы вас : раз , и как мороженное по тарелке острова разотрем.

- Мисс Сингард, специально для таких патриотов, как вы , Бомба оснащена семью независимыми детонаторами. Датчики установлены на избыточное давление, повреждение корпуса, встряску, переворачивание, наклон, высокую температуру, электромагнитное излучение, электрическое поле, звуковую волну. Датчики активированы. И не дай Бог сюда приехать танку, прилететь вертолету или заявиться реактивному бомбардировщику. Для особо умных господ в Пентагоне передайте, что для сапера не составило труда разобрать вашу супербомбу и поместить активные элементы в броневую капсулу.

- Это что, наверное что-то супер крутое ? Да , полковник? Не извлекаемая Вундервафля? Я простая зрительница , поясните?

- Это значит, что простым повреждением геометрии корпуса боевого блока пулей, взрывной волной, пламенем либо другим стандартным способом - боеприпас привести в негодность не удастся. Не успеете. И ваша воображаемая ракета, мисс Сингард , только инициирует подрыв.

- Вы не боитесь мне говорить свои тайны?

- Я не вам их говорю . Для президента США . Для вас , мисс, включу таймер, - полковник вытащил пульт управления. Нажал пару кнопок. На бомбе ожил прежде незаметный экран. Фатах набрал номер и запустил таймер установленный на шестнадцать часов одну минуту. Стив посмотрел на часы , на старомодном циферблате наручного хронометра значилось одиннадцать часов утра с минутами и секундами.

- Вы сумасшедший. Нельзя убивать столько людей сразу ни за что!

- Вы можете повторить и сказать эту фразу в эфире, мисс Джинни ? Попробуйте. Да, Стив - включите камеру и покажите таймер и ваши часы.

Махмуд неслышно подошёл с боку и доложил.

- Грэйс в проходе, ждет.

- Уводи их.- безразлично кивнул на репортеров Фатах.

Когда Махмуд вернулся полковник снова одел маску.

- Что дальше?

- Перемещаем бомбу в метро. Снимай всех свободных с постов. Взрывай вход справа. По расчетам - Пройдёт в притирку.

- А датчики?

- Отключил уже.

Грэйс снова одел на головы журналистов повязки и очень долго вел по затхлому подземному коридору. В конце , когда воздух дунул свежим кислородом разрешил снять повязки. Репортеры стояли на той же вертолетной площадке куда прибыли ранним утром. Мнимый Сантехник молча протянул Джинни и Стиву отобранные ранее телефоны.

- А где звукооператор ? - по беспокоилась журналистка. Грэйс махнул рукой и из-за будки вывели того кто не захотел лезть сам в логово террористов. На ноге выше колена белела повязка.

" Скотина ,-подумала Джинни про сантехника,- специально стрелял в ногу". Как только в небе появился вертолет Грэйс и его помощники покинули вертолетную площадку.

Ещё в воздухе шеф отдела новостей попытался устроить выволочку Джинни и остальным за пропажу и отсутствие на связи более четырёх часов. Но когда узнал с чем репортер возвращается, и что члена группы подстрелили неуловимые террористы сменил гнев на милость и конспирацию

- Больше по телефону- ни слова. Жду на вертолетной площадке.- коротко объявил он. Руководство вопреки здравому смыслу решило выпустить новость в эфир. Соображения Джинни никто и слушат не хотел. Рейтинг NBC обещал сигануть после такого материала на заоблачную высоту.

Репортаж журналистов смотрела замерев у телевизоров вся страна . Копию записи во избежание нареканий еще до эфира отправили в полицию и ФБР . Само возвращение группы превратили в шоу. Пресс- конференцию пришлось давать прямо в холле офиса. А в Нью-Йорке после окончания передачи началась паника. В офис компании прибыли сотрудники ФБР и полиции , чтоб поговорить с участниками съёмок, узнать где пролегает тайный путь к перекрестку террористов и выудить максимум информации о боевиках. В Белом доме экстренно эвакуировали правительство в подземный противоатомный бункер, он же командный центр.

Совещание у президента проходило в нервозной обстановке. Чтобы принять решение не хватало информации. Репортаж Джинни Сингард смотрели в полном молчании дважды. Первый кому задал президент вопрос после просмотра был представитель министерства обороны и генерального штаба генерал Маккормик . Глава США еле сдерживал раздражение.

- Генерал это правда ? То что он сказал про бомбу? Ткнул пальцем в экран с изображением Фатаха Обмама

- Что именно господин президент?

- Всё - генерал! Что бомба наша! что она в состоянии взорвать полгорода! Что заряд уникальный! И что мы её позорно потеряли как мелочь из дырявого кармана? Если это правда , то нужно срочно эвакуировать двадцать миллионов человек? Что еще непонятно? Если потеряло бомбу ваше ведомство, то удивительно- как нас ещё не захватили китайцы?

- К сожалению, господин президент это может быть правдой.

- Вы шутите , генерал? Сколько бомб мы потеряли?

- Десять. - в помещении образовался гул. Генерал поспешил пояснить. - Шесть нашли и вернули в арсеналы. Два изделия находятся в Великих болотах на территории США . Достать их оттуда невозможно. Два устройства пропали вместе с носителем - бомбардировщиком ВВС при подлёте к территории Гренландии и Исландии. Образец показанный на видео находился именно в этом самолете. Боеспособность объекта установлена лишь теоретически , практически бомбу хотели испытать по истечении девяноста лет с момента сборки. Скорее всего кто-то нашел боеприпас и переместил его на нашу территорию.

- Блестяще! Грандиозно! Генерал, я приказываю передать операцию военным. Ваша корка от банана , вы и разбирайтесь. Мы можем их уничтожить одним ударом? Что вообще делается?

- В настоящий момент к перекрестку перебрасываются спец части корпуса морской пехоты, четыре танка "абрамс", пять БМП "Брэдли", автомобили кшм, РЭБ и саперные части. Подняты по тревоге вертолеты огневой поддержки и эвакуации личного состава с поля боя. Район блокирован. Жители выселяются. Прошу объявить манхэттэн местом проведения военной операции, закрыть воздушное пространство, отключить интернет и сотовую связь. Группа переговорщиков пытается вступить в контакт с террористами. Это пока всё господин президент.

- Добро, вы хотите штурмовать в крайнем случае?

- И даже не в крайнем, господин президент.

- Это то как раз мне понятно. Слушайте приказ генерал. Делайте что хотите. Объединяйтесь с ЦРУ,ФБР , АНБ , но соедините меня лично с этим как его ....Фатахом. И еще, насколько вы уверены в том , что это именно та самая бомба? Я хочу чтобы кто-то из тех сотрудников кто проектировал и собирал бомбу подтвердил и идентифицировал ваше изделие. Такие есть ?

- Мы взяли на себя смелость проверить этот вариант самостоятельно. Остался единственный сотрудник арсенала который лично участвовал в разработке и сборке изделия. К сожалению он в преклонном возрасте . Двигаться не в состоянии. Мы опросили его.

- И что он сказал?

- Он подтвердил что устройство обсчитано на предел сто пятьдесят лет, но чтоб быть точно уверенными сотрудники приняли решение озвучить срок годности в сто лет. Он не сомневается с том , что бомба находится в боеспособном состоянии. Он утверждает что вопрос только с том - действительно ли это та самая бомба , а не подделка или копия.

- То есть?

- То есть, господин президент, необходимо произвести осмотр корпуса и по возможности залезть внутрь изделия, чтобы поверить мощность радиации. Либо идентифицировать устройство по другим признакам. Мы спросили профессора Райнера о вероятной кандидатуре того кто может это сделать. К сожалению он назвал имя ученого из России . Это я думаю невозможно.

- Невозможно? На кону двадцать миллионов американцев! Связывайтесь с русскими! Немедленно! Срочно! Они ещё никому не отказали в помощи, даже заклятым врагам. Просите, унижайтесь, если нужно - свяжите меня с Президентом России . Надо будет - свернёте операцию на Украине . Всё понятно ? - оглядел присутствующих верховный главнокомандующий армии США .

- Но , мистер президент? - скривил гримасу представитель ЦРУ прежде переглянувшись с представителем АНБ и военными.

- Что , хотите взять на себя ответственность за подрыв десяти мегатонн в центре Нью-Йорка ? - шпионский начальник сник и тут же схватился за трубку телефона.

Разговор президентов России и Америки длился более пятнадцати минут.


Разговор президентов России и Америки длился более пятнадцати минут. Обмама положил трубку телефона. Помолчал, размышляя, то стянув губы, то вытягивая их в трубочку. Оглядел всех присутствующих, что в тишине ждали результата. Кивнул.

- Русские дали добро. Связывайтесь с ФСБ. У них лишь одно условие - их человека сопровождает телохранитель- переводчик везде, даже в туалете. Видимо очень ценный ученый. Что удалось выяснить по террористу? - генерал Маккормик кивнул референту, что стоял за спиной с айподом в руке. Тот немедленно начал излагать информацию.

*******************

Решение далось президенту с большим трудом. Против сделки с Фатахом отчаянно выступил генерал Маккормик. Его поддержали представители всех силовых ведомств. Но глава страны решил, что никто не простит ему гибель миллионов в мегаполисе. Как минимум надо оттянуть время. После передачи NBC Нью-Йорк оказался парализован возникшими пробками. Люди пытались покинуть город. Но на такой наплыв никто не рассчитывал развязки. В Супермаркетах продовольственные товары сметены с полок. Подвоза нет.

- Генерал, поручаю вам вести переговоры от моего имени. Задача - не допустить подрыва бомбы. Я согласен дать письменные гарантии этим, ээээ боевикам. Выполняйте.

Для Фатаха решение властей оказалось неожиданным, но не таким фатальным. Он тут же назвал условия отключения таймера. И обошел ловушки расставленные командой чиновников белого дома.

- Я, заложники и мои люди остаются на месте, до тех пор, пока не начнется вывод войск США из Ирака. Сразу, как только Президент обратится к нации и объявит о выводе войск - все заложники будут переведены на легкий режим содержания.

Пока последний солдат не покинет Ирак перекресток, и бомба будут под моим командованием. - генералу Маккормику не оставалось ничего другого как согласиться с требованиями полковника. Но генерал желал соблюдения некоторых условий.

- Мы хотели бы убедиться в том, что ваши заявления о бомбе не блеф, полковник.

- И что вы хотите получить? Чтоб я пустил сюда вашего шпиона?

- Нет, полковник, не шпиона, а эксперта. И не нашего, а ученого оружейника из России для проведения экспертизы объекта и подтверждения того что это именно MK15S.

- У вас что генерал, собственные ученые закончились? Право слово - приятная новость. Хорошо, пусть приходит. Когда ожидать?

- В течение суток. И у нас есть просьба по этому поводу. Русские согласились на этот шаг, только если его будет сопровождать телохранитель - переводчик. Вы не будете возражать?

- Нет, возражать не будем. Но к бомбе подойдет только ваш умник.

- Мьы согласны на ваши условия.

**************************

В кои веки Шнитке уединился в кабинете института. Закрылся на замок. Собирался печатать выводы по закрытой докторской диссертации, посвященной развитию ядерных боеприпасов. Вывод напрашивался очень интересный. Следствия вполне могли стать новыми направлениями в разработках, как средств доставки так и самих боеголовок. Особое внимание хотелось уделить перспективам развития. ...ну что ещё для счастья надо? Чтоб не мешали, и тут на тебе...

В дверь постучали, затем дернули за ручку, пытаясь открыть. После этого раздался голос директора института, который почему-то громко кричал.

- Коляяяааа. Я точно знаю что ты там! Открывай! Срочно! К тебе из Москвы прилетели! По поручению президента! - пришлось открывать, а так хорошо было: тишина, никто не мешает, мысли... Ээээх!

За дверь стояли двое. Директор института и полковник ФСБ Олег Романович Чубаров с которым Шнитке вскрывал американскую термоядерную бомбу на корабле в океане.

- Вот уж кого не ожидал увидеть, так это вас господин полковник! - улыбнулся Шнитке, - Что снова в море пойдём? - полковник так выразительно посмотрел на директора института, что тот сам изобразил необходимость оставить Шнитке и контрразведчика наедине. Чубаров огорошил с ходу. Видно приперло по самое "не могу"

- Николай Павлович, нужно срочно лететь в Америку. Личная просьба президента России . Подробности расскажу в самолете. Вы можете нам помочь. - Шнитке вздохнул. Кивнул . Поднял палец вверх.

- Разумеется, одну минуту, только компьютер выключу. У меня там диссертация не законченная висит, - извинился ученый. Вернулся к столу, закрыл все приложения. Одел пиджак. Выключил свет. - Я готов. Когда летим?

- Сейчас Николай Павлович , вертолет на площадке. Самолет ожидает в аэропорту. Надо обговорить детали. Дело очень щекотливое. От Вас будет зависеть формат отношений между США и Россией. И главное - абсолютная тайна.

Лишь в самолете полковник разъяснил запутанность того что происходит.

- Мы утеряли бомбу Николай Павлович. Её захватили террористы. Сейчас бомба в Нью-Йорке. Боевики неизвестной исламской организации угрожают взрывом. Правительство США обратилось за экспертизой к профессору Райнеру. Но он оказался не в состоянии физически сделать проверку. Зато порекомендовал вас . Президент США лично обратился к главе России за содействием вы разрешении ситуации. Тот дал добро. Сейчас летим в Нью-Йорк. - Шнитке выслушал полковника с интересом и ироничным лицом.

- Вы - бомбу потеряли? Вы потеряете - каак же! Ну, мне всё равно что вы там задумали. Что от меня требуется? - полковник вздохнул и всё не решался высказать то, что ему было нужно, чтобы произошло. - Ну, полковник, - подбодрил офицера ученый, - Я уже с вами - в одном самолете?

- Нам нужно, чтобы из вашего заключения было невозможно сделать точный вывод, что эта бомба боеспособна.

- Это как раз не сложно. Мне вряд ли дадут разобрать объект также, как на корабле, а без этого утверждать, что боеприпас заряжен я не смогу. Это все?

- Да, Николай Павлович.

- А какова ваша роль?

- Я ваш переводчик и телохранитель.

- Ппонятно. Ну что ж - полетели в штаты, но предупреждаю. Если бомба окажется боеспособной - я молчать не буду. В городе миллионы жителей, их жизни бесценны. А я не фашист, в конце концов.

- Само собой Николай Павлович, - как-то очень легко согласился с ученым офицер ФСБ. - нам не нужно чтобы вы делали подлог или скрывали что-то , просто проверьте то, что находится у террористов и напишите правду. - ещё более запутал Шнитке полковник.

В аэропорту имени Кеннеди самолет встретили прямо на взлётном поле. В Манхэттен добрались вертолётом.


"""""""""""****************

К перекрестку кандидата технических наук Николая Павловича Шнитке и полковника Чубарова Олега Романовича везли на военном джипе. Американцы не очень добро поглядывали на обоих иностранцев. На воинственные взгляды солдат вероятного противника полковник отвечал улыбкой сдержанной акулы, которая придерживается диеты. Шнитке кивал головой и приподнимал поля старомодной шляпы. Автомобиль остановился задолго до угла за которым виднелись белые бока перегородивший дорогу грузовиков. Сопровождающий майор армии США и представитель ФБР переговорили с офицером , что командовал блокпостом. Доложили по рации . Затем попросили и провели до угла здания. Вручили рацию Чубарову .

- Фатах на связи - говорите с ним. Мы предупредили что сейчас выйдете.

- Понятно. Ну, пошли Николай Павлович? - пара русских безбоязненно вышла из-за угла и оказалась в ста метрах от арабского укрепления в центре Нью-Йорка .

Пришлось поднять руки. Боевики не стреляли. Американцы напряженно наблюдали за передвижениями двух русских камикадзе.

Когда добровольцы подошли к светлой стене трейлера, то из под колёс им крикнули , чтоб бодигард оставался на месте, а эксперт прополз под бортом который сейчас поднимется.

- уУмные Суки, - прокомментировал личную дискриминацию полковник.- вы там поаккуратнее Николай Павлович , - попросил Чубаров , - помните о нашем разговоре. Шнитке кивнул, помахал рукой, присел и пополз на карачках под приоткрывшимся откидным бортом внутрь "крепости". Борт тут же захлопнулся. Чубарову пришлось столбом маячить посреди улицы и материть арабов и американских наблюдателей. Несмотря на просьбы американцев полковник не собирался покидать вроде как неудачный с точки зрения наблюдателя со стороны пост. Место обеспечивало вполне спокойное общение без лишних глаз и ушей со Шнитке , когда он выберется из мусульманской ловушки. То, что сделал дальше офицер ФСБ привело а ярость представителя ФБР , который наблюдал за действиями полковника. Чубаров снял с себя верхнюю одежду : пиджак, брюки, рубашку галстук и оказался в спортивном костюме и туфлях.

Из кармана пиджака достал сверток. Свертком оказался пакет из спец ткани . Положил одежду внутрь пакета. Свернул обертку с одеждой внутри в рулон, и сел на получившийся валик. Посидел, подумал , затем тоже действие проделал и с туфлями. Микрофоны которые успели навесить американцы за время поездки из аэропорта на остров - отрубились. Следящие устройства с одежды и обуви Шнитке снимал помощник Фатаха. Десять микроустройств легли в ладонь Амира одно за другим. От неожиданности и количества шпионских принадлежностей найденных на собственной одежде Шнитке попытался оправдаться на русском языке.

- Извините уважаемые господа, но это не моё.

- Мы знаем , профессор, - на том же языке невозмутимо ответил Фатах.

- Вы знакомы с русским языком ээээ ....простите , как вас величать? - Фатах только ухмыльнулся.

- А вас профессор?

- Шнитке Николай Павлович - институт теплотехники. Специалист по ядерным боеприпасам. Город Арзамас.

- Полковник Фарах , вооружённые силы Ирака, сапер, город Фалуджа. - сделал печальную паузу в конце командир мусульманского отряда.

- А вы случайно.... Не знакомы с ... - Шнитке оглянулся на борт грузовика за которым остался Чубаров . Потом видимо сообразил что-то и спохватился... - хотя вряд ли , я надеюсь.

- Вы о чем Николай Павлович ? - вновь с акцентом спросил вежливый араб.

- Да так, ни о чём . Простите , а где изделие? Вероятно Нам , и мне стоит поторопиться.

- Да, вы правы,- Фатаху все больше и больше нравилась непосредственность и одержимость профессора с желанием увидеть термоядерное чудовище. Приказ последовал незамедлительно, - Махмуд ,открывай борт. После того , как помощник открыл доступ к бомбе, Шнитке еле сдержался , чтоб не показать своё нетерпение, удивление и не поделиться некоторыми соображениями. Перед ним несомненно лежала MK15S. Причем не другая какая то, а та самая, которую он проверил в океане вместе с Чубаровым и морским контрразведчиком.

"Потерял он её!? Как же! ", - подумал Шнитке , - "Такой если потеряет , то специально. И так - что комар носа не подточит. А этот Фатах , вроде как святой , и не при делах. Интересно тут узелки перевязаны. А янки землю роют. Рейган тоже гад - подставил меня таки. Наверно за то, что я его тогда напоил на симпозиуме. Да! А бомбочка красавица. Молодцы американцы - какую малышку сделали. Хорошо что только одну. Нутес - нутес, надо работать. А то не поймут мусульмане." -,зрительная память у оружейника с годами лишь совершенствовалась. Корпус бомбы со всеми вмятинами, царапинами и покорёженным хвостовиком с парашютным репом не вызывал сомнений - это та самая MK15S(спешиал). Но профессионализм требовал серьезного подхода. Николай Павлович достал рулетку И с разрешения Амира стал производить необходимые измерения и записывать их на бумажный листок в старомодном блокноте шариковой ручкой. Профессор с такой серьёзностью проводил обмер , что два боевика с пистолетами наготове по обе стороны железяки заулыбались. Шнитке суетился как портной при обмере клиента в пошивочном ателье. Профессор давно уж снял шляпу, то и дело поправлял. исползающие очки на переносице и скурпулёзно проверял параметры корпуса.

Наконец вспотевший ученый закончил беготню вокруг тележки и совершенно серьезно попросил у Фатаха разрешения заглянуть внутрь.

- Мне только номер внутренний посмотреть на оболочке для идентификации. Я вот этот лючок вскрою , а внутрь даже не полезу. Подсвечу фонариком , проверю номер сборки на оболочке и закрою задвижку корпуса? - совершенно непринужденно Пояснял он амиру . Фатах согласился но предупредил о последствиях.

- А без этого никак? - Шнитке проявил неожиданную твердость и упорство. Фатаху пришлось согласиться.

- Если вам это необходимо, на здоровье. Но - никаких движений внутрь корпуса. Мои солдаты будут стрелять без предупреждения. Понятно?

- Понятно. Чо ж тут не понять ? - Бойцы Фатаха взяли оружие на изготовку. И держали Шнитке под прицелом пока он снова не закрутил на место проклятый лючок.

- Всё нормально , профессор? - поинтересовался полковник результатами осмотра и проверки .

- Да. Я закончил. Поздравляю вас любезнейший, это та самая бомба от которой вы говорили . Что ж, мне осталось довести свои соображения до правительства соединенных штатов Америки . Вы позволите мне набросать здесь короткий отчет в трех экземплярах? Это быстро - полстранички всего.

- А почему в трех?

- Один вам, один - мне, один - американцам, - искренне удивился Шнитке такой неосведомленности боевика в оформлении серьезных заключений.

- Ну , если надо , то пишите.

Шнитке тут же наваял заключение на трех листах как под копирку. Поставил подпись , дату. Должность. Описал место и обстоятельства, указал количество копий и язык оригинала.

- Это вам,полковник, - подытожил проверку Николай Павлович и протянул два листка Фатаху, - один на русском, и один - на английском.

- Спасибо.

-Я могу быть свободен? -шляпа вновь нашла голову профессора.

- Да, пожалуй. Хм.

Когда Шнитке выполз из-под борта Чубаров сидел на асфальте без туфель , в носках и спортивном костюме.

- Как прошло , Николай Павлович ? -как вроде Шнитке и не рисковал ничем, и с рыбалки вернулся, а не стоял рядом с термоядерной бомбой под прицелом у террористов. Ученый сразу ответил на все вопросы.

- Как вы и предполагали, Олег Романович . А что это у вас вид какой-то спортивный ? А где костюм? Туфли? Вы трудиться будете по профессии переводчика? Или как?- прям два джентльмена из тайги вышли. И вовсе два русских мужика стоят посреди Нью-Йорка под прицелами с обоих сторон.- у меня тут для вас работа образовалась, - протянул Чубарову две копии заключения на русском языке профессор.

Полковник взял оба листка. Отошел к стене дома и прислонился в каменной нише к толще американского строительного камня. Прочитал оба. Одобрительно хмыкнул. Вернул оба листа Шнитке с извинениями.

- Щас, Николай Павлович , оденусь , а то понапихали микрофонов и камер, как блох на собаку. А еще джентльмены. Тьфу!

Заключение кандидата технических наук попавшее в руки президента США и прежде переведённое и Чубаровым и американским переводчиком на английский ничего толком не оглашало , только более запутывав ситуацию. Текст гласил следующее.


******************

"

Заключение.


Я Шнитке Н.П. Гражданин РФ . Такого то числа сего года. По просьбе правительства США Произвел осмотр и измерение предоставленного мне неизвестными боевиками изделия с маркировкой MK15S . Осмотр произведен начало: 14:30. Закончен: 15:49. Место : г.Нью-Йорк, перекресток улиц Уолл стрит и Вильямс. Устройство по своим внешним геометрическим параметрам и размерам точно соответствует термоядерной бомбе МК15S, производства США. Сборка лаборатории Лос Аламоса. На внешней поверхности устройства находятся многочисленные вмятины , царапины , следы от ударов и волочения. Хвостовое оперение и парашютный рым смяты и закручены от удара об твердую поверхность. На корпусе произведены зачистные и мелко ремонтные работы. Не вызывает сомнений, что недавно были вскрыты основные лючки, окна и отверстия предназначенные для проверки, обслуживания и активации взрывного термоядерного устройства находящегося внутри обтекаемого корпуса. Следы ржавчины которые остались на парашютном креплении из плохоокисляющегося металла свидетельствуют, что объект долгое время хранился в среде содержащей связанный , а не свободный кислород(лед, снег, вязкая глина, песок И так далее). Либо количество кислорода было ограничено условиями хранения. Так как доступ к боевым блокам содержащим плутониевую начинку был запрещен, то проверить боеспособность и готовность боеприпаса к инициализации термоядерной реакции было невозможно. Однако мной был вскрыт лючок для осмотра и контроля состояния внутреннего корпуса, где находится металлическая пластина с штрихкодными номерами в арсенале, заводским номером и идентификационный кодом объекта. По имеющимся данным номера совпали с описаниями произведенной 1965 году на предприятии Лос Аламоса бомбе, которая поступила на вооружение армии США.

Таким образом , на основании осмотра и сопоставления полученных данных с каталогами, чертежами и размерами: идентифицирую изделие как корпус термоядерной бомбы MK15S. Вес примерно четыре тонны. Мощность расчетная : от четырёх до десяти мегатонн. Корпус находится в удовлетворительном состоянии. Выражаю личное мнение , что от полученной совокупности мелких ударов и волочения геометрическая целостность боевого блока не пострадала.

Шнитке Н.П."

Подпись Шнитке Н.П. Заверяю.

Начальник спецотдеала, переводчик-телохранитель: Чубаров О.Р.


Прочитав дважды заключение Шнитке, президент США сморщился и откинул бумагу от себя.

- Толку от этого заключения как от ЦРУ в Антарктиде! Кто то может мине объяснить, что мы с этого русского имеем? Генерал?

- Его отчет четко говорит о том, что бомба наша, принадлежит США, а более и не нужно. То, что изделие боеспособно подтвердил профессор Райнер. В его патриотизме нет сомнений. Да и русскому врать ник чему.

- И что теперь?

- Нам надо выбрать, господин президент. Или принять условия иракца, или нанести ракетно-бомбовый удар по перекрестку немедленно. При этом вероятность срабатывания устройства минимально составляет около шестидесяти процентов.

- А максимальная?

- Девяносто процентов, господин президент. Я жду приказа.

- Что произойдёт генерал если бомба взорвётся?

- По оценке наших специалистов, мы потеряем мгновенно от трёх до десяти миллионов человек. Зона полных разрушений составит радиус пяти миль от эпицентра. Зона сильных - до десяти миль. Полностью будет уничтожена связь в радиусе от двадцати до тридцати миль. Электромагнитный импульс сожжет электронику почти по всему мегаполису. Плюс, радиоактивное заражение местности и облако ядовитой пыли в сторону континента. Самым неприятным может быть воздействие на материковую плиту побережья, в таком случае последствия вообще не предсказуемы. Так как в случае активизации движения материковой плиты подрыв боеприпаса на острове покажется нам детской игрой в спички, по сравнению с настоящим пожаром.

- Вы умеете нагнать страха на гражданских, - поежился глава США угрюмо, - что предлагаете?

- Начать вывод войск. И эвакуацию населения Нью-Йорка. Убрать всех репортёров с улиц города. Заглушить телефонную и прочую связь.

В подземном оперативном центре никто не собирался вести честную борьбу. Да и с кем вести, с террористами? Справедливую войну? С чего бы это? С какого перегиба? И рыцари темноты и яда не отягощались угрызениями совести. Так президенту и выложили на тарелочке. Как есть. А что стесняться? Да и президент не мальчик.

- Господин президент, прошу, чтобы вы меня выслушали, - начал заместитель директора ЦРУ.

- Что Гарри, снова хотите втянуть нас в какой-нибудь скандал?

- Нет, хочу предотвратить наступающий. Нельзя ли поговорить один на один?

- Чтоб потом подвесить меня за яйца на телевидении? Нет, Гарри, пусть слышат все, мне тоже нужны свидетели, на случай если у вас снова кто-нибудь покончит жизнь самоубийством целым отделом, - укусил таки президент самого своего лучшего мерзавца. Напомнил, что и он не зря лопает бесплатный хлеб американского налогоплательщика.

- Ну зачем вы так, господин президент, просто наши аналитики предлагают путь решения проблемы с минимальными потерями.

- Поясняйте, Гарри.

- Это не сложно. Мы начинаем выводить войска из ирака. Грузим борта под камеры новостных агентсв и на самом деле отправляем на базы в европу и штаты. Фарах наверняка смотрит передачи и слушает радио. Заглушить себя он не даст под угрозой подрыва бомбы. Ну и пусть. Пока телевидение будет вести репортажи из Ирака. Мы здесь налаживаем принудительное выселение жителей из зоны предполагаемого бедствия. Если привлечь военных, и не обращать внимания на пожелания граждан, то за трое суток армия США в состоянии провести эвакуацию девяносто процентов населения НьюЙорка и его окрестностей. А далее мы предлагаем уничтожить живую силу на перекрёстке ваккуумной или сверхмощной фугасной бомбой. Даже в случае детонации ядерного боеприпаса мы потеряем всего от ста до двухсот тысяч человек. Но это будут в основном бомжи, уголовники и прочий нежелательный элемент. Что нам даже на руку. Очистим город.

- А свободы граждан? - заикнулся министр юстиции со своего места. На него посмортрели как на умалишённого даже референты.

- Надо чемто платить, леди и джентльмены. Это будет нашей платой.

- Есть другие предложения? - тишина сковала командный центр как паутина муху. К президенту склонился помощник.

- Баркак, ты понимаешь, что после этого тебя могут привлечь к уголовной ответственности собственные граждане?

- Понимаю. Поэтому, ты сейчас издашь указ о военном положении. А меня наделишь особыми полномочиями. Засекретишь всю информацию на пятьдесят лет вперёд и напомнишь всем, что я верховный главнокомандующий армией США. Нам осталось всего полтора года. Надо продержаться. Понятно?

- Понятно.

- Начинайте господа. Общее руководство возлагаю на генерала Маккормика. - ' Тебя и сделаем потом козлом отпущения',- подумал президент и откинулся на спинку кресла, - Да, что вы тянете руку миссис Бортэк? У министра соцобеспечения есть вопросы по национальной безопасности? - Обмама был недоволен, эта старая республиканская крыса всю предвыборную компанию вставляла ему палки в колёса кареты везущей в Белый Дом. Мало того пришлось назначить её министром по договоренности с парламентским меньшинством. Хорошего от вопроса миссис Бэрток Президент страны не ожидал. Но оказалось что в этой игре она могла спасти его от фатальной ошибки и ещё одного грандиозного скандала. Агрессивность Мэлони Бортэк давно вошла в притчи госдепа. Она сходу обрушилась на генерала Маккормика и всю силовую свору в своей любимой язвительной манере метода открытия глаз, вскрывания гнойников и выявления тайного.

- Господин генерал, вы упустили один момент, - тоном доброй фей и начала министр социальной политики. Маккормик знает с кем имеет дело и ответил в том же ключе ненавистной вежливости.

- И какой же миссис Бортэк? = улыбка, казалось осветила все значки и нашивки на кителе четырехзвездного генерала армии США.

- Вы забыли пояснить господину Баркаку Обмаме куда вы денете те почти десять миллионов жителей Нью Йорка, кого собрались эвакуировать как скот на бойню? В голое поле?- "дьявольская ведьма", "долбаная баба", "чтоб ты сдохла тварь", - примерно так подумали по очереди или одновременно генерал Маккормик, Гарри из ЦРУ и директор ФБР.

- ЭЭЭУУ? О чем речь вообще,- прищурился Президент наблюдая за взглядами и выражениями лиц тех, кто сидел за оперативным столом в центре управления.

- А давайте я вам поясню, мистер Баркак, - фамильярно мстительно предложила министерша, и без разрешения продолжила. - У нас имеется пятидесяти мильная зона за которую надо вывезти людей на случай подрыва боеприпаса, так господа генералы, шпионы и детективы?

- Примерно так, миссис Бортэк. Однако мы не понимаем, что вы нам вменяете в вину. И, и вашу иронию, граничащую с сарказмом считаю неприемлемой. Желание спасти десять миллионов граждан США это что, преступление? - вполне патриотически начал возмущаться Маккормик. Президент с интересом слушал возникшую перепалку. Глава ФБР оживлённо переговаривался с директором и заместителем цру. "Опять что то скрывают" - вполне логично заключил Баркак Обмама, - "От меня , от Президента. Вот же мерзавцы. Ничего святого!" - поощрительно похвалил соратников по руководству страной глава государства. Миссис Бортэк не собиралась отступать.

- Ответьте на вопрос, генерал. Заодно пусть что-нибудь скажут ваши друзья из ФБР.

- Мы планируем разместить людей в лагерях подготовленных на случай войны, господин президент. Это лагеря созданы по секретной программе. Они законсервированы и могут быть приведены в готовность в кратчайшее время. К тому же армией будут развернуты палаточные лагеря.

- Вы генерал скажите правду президенту, что вы собираетесь разместить граждан США в концентрационных лагерях подготовленных для инакомыслящих на случай войны!

- Что? Концлагеря? Маккормик это правда?

- Ну, вообще то они находятся в ведении ФБР, - мгновенно перевел стрелки на директора Бюро генерал.

- Позвольте мне пояснить, господин президент, - тут же поднялся со своего места руководитель контрразведки, - это особые зоны, даже а не лагеря. И они не имеют ничего общего с нацистскими концентрационными лагерями смерти, как это хочет представить госпожа министр.

- То есть они не обнесены колючей проволокой, нет вышек с пулемётами по углам, собаки отсутствуют, ток по проводам не пропущен, решёток на окнах нет? Вы про это господин директор? - директор ФБР побагровел и набрал воздуха чтоб вполне достойно ответить, но президент начал задавать уточняющие вопросы.

- Прекратите немедленно. Отвечайте Маккормик - на сколько человек подготовлены лагеря?

- Ну,господин президент, мы исходили из самых плохих прогнозов, учитывали национальную принадлежность, опросы населения, возраст, время пребывания в стране....

- Генерал! Сколько?

- ЭЭээээ, двадцать.

- Двадцать миллионов американцев в лагеря?

- Нууу, это только взято восточное побережье штатов. без учета западного. Общую цифру я здесь назвать не могу.

- Немыслимо. - миссис Бортэк победно улыбнулась всем со своего места. Президент рассуждал сам с собой. - Это чтож мы сейчас десять миллионов Нью Йоркцев отправим в концентрационные лагеря? За решётку и колючую проволоку? Этот позор - хуже вьетнамского, господа руководители.

- У нас нет выхода господин президент.

- Чтож , спасибо за информацию миссис Бортэк. Но нам придётся воспользоваться заготовками на случай войны. Отправляйте население в концлагеря, генерал. Но объясняйте ситуацию каждому гражданину - или в голое поле, без воды, туалета и еды. Или - в тюрьму. Всё . Работайте господа. оперативный штаб остается на своих местах.


*****************************************


"Нетаниягу: Расизм противоречит духу еврейского народа. Мы, как высшая раса, должны быть выше этого."


*************************************


**********************

Махмуд подошёл к Фатаху, когда тот собирался отдохнуть на импровизированном лежаке в подземном переходе. Так думал Махмуд.Во всяком случае Амир для чего-то копался в личном вещмешке.Остальные боевики либо стояли на наблюдательных постах или принимали пищу. Фатах оказался в помещении один.

- Полковник?

- Да Махмуд, что-то случилось? - встревожился Фатах. Махмуда знал давно, зря не подойдёт. Так и оказалось.

- Командир, ты знаешь я за тебя в огонь и в воду. Мы знакомы давно. Но я хочу спросить?

- Давай.

- Почему ты не взорвал до сих пор бомбу?

- Американцы выводят войска из нашей страны. Мы добились того что Америка впервые пошла на требования таких как мы, - Махмуд покачал пальцем в тактической перчатке отрицая то, что говорил полковник.- Что не так?

- Не так то, что мы здесь. Бомба в самом центре города гяуров. Ролик снят. Прошёл по телевизору. Население в панике. На дорогах заторы на километры. После взрыва эффект будет максимальный. С каждым часом всё больше и больше этих беленьких, чистеньких, демократичных и правильных англосаксов уходит за линию поражения. Они не выведут войска, ты же знаешь! Нас обманут. Протянут время, а потом разнесут и нас, и этот перекрёсток. И плевать им на тех, кто останется. Почему ты не взорвал бомбу и собираешься отдыхать вместо того чтобы помолиться и нажать на кнопку 'взрывателя'. Или объясни мне, что происходит или подрывай немедленно. Парни на постах не идиоты. Мы пообещали им, что жизни отдадим минимум по полмиллиона янки за одного правоверного мусульманина. И что теперь? Тут дураков нет, командир.

- Давно понял что, что то не так?

- Как ты с их президентом договорился. Грэйс передал, что население не просто насильно эвакуируют, а практически арестовывают при любом сопротивлении, связывают и бросают в грузовики, как мешки с песком.

- Тогда тебе придётся услышать две новости Махмуд. Одну хорошую, а вторую не очень добрую. Ты готов?

- Что ты хочешь этим сказать?

- У нас проблемы Махмуд. И я, кажется, нашёл способ, как вывернуться из дерьма с наименьшими потерями.

- Может, перестанешь ходить вокруг и около Фатах. Я знал, на что шёл.

- Тогда слушай. Первое: я нажал на кнопку сразу после того, как поговорил с президентом США. Это плохая новость. Бомба - не взорвалась. Понимаешь?

- Этого не может быть! Ты нажал на кнопку и ничего нам не сказал?

- Я подумал, что так будет для всех лучше, и грех самоубийцы только на мне.

- Ах ты старая лепешка от верблюда! Товарищ называется. Ладно. Прошли по краю. Но Ты пробовал повтор, напрямую, через другие взрыватели, заменить цепь? Нуууу что там ещё можно сделать?

- Пробовал, Махмуд. Я её даже разобрал сам. Боевые мешки с плутонием подменили.

- Шайтан!

- Не все так плохо. Людей можно спасти. Я останусь здесь как дымовая завеса. Уйдёте в кутерме по подземному ходу. Грэйс уже готовит отход через порт.

- Я тебя не оставлю. Но как же с бомбой? Они клялись нам на Коране, что она настоящая! Дети собаки! Я убью их, если доберусь!

- Боюсь, Махмуд, тех, кто с нами работал - уже нет в живых. Я не хотел бы потерять тех, кто мне доверял. К тому, может быть, эти мешки сохранились и тогда нужна будет серьёзная опытная группа, чтоб повторить нападение. Понимаешь? Кроме тебя и наших парней опыта ни у кого нет.

- А как же ты командир?

- У меня есть план. Хочу стать американской телезвездой. Да и выхода нет. Кто-то должен прикрыть отход. Ты законы войны знаешь не хуже меня.

- Плохо. Пиндосы сообразили?

- Пока нет. Вам надо срочно начать собираться. Грэйс уже ждёт на выходе. Времени в обрез. Американы не идиоты, через сорок минут просекут, что вас на внешних постах нет и полезут на штурм, попытаются связаться или швырнут бомбу. Времени в обрез. Уходите немедленно. Оружие и снаряжение оставить на постах заряженным. Ну, удачи Махмуд?

- Я с тобой останусь.

- Не ерунди, ты мой заместитель. Без тебя в группе может начаться разброд.

- Ты всегда думал быстрее меня. Ладно. У тебя шансы есть.

- Вот как раз у меня шансов более чем у вас всех. Поэтому - поторопись. Налегке вы проскочите катакомбу за тридцать минут. С собой только пистолеты, ножи, пара гранат, индпакет, вода. Вопросы Махмуд?

- Нет вопросов командир, Прощай.

- Ну не спеши может прорвусь до досвиданья?

- Шутишь?

- Серьёзно.

- Лады - разбежались


***********************************


Чубаров со Шнитке сразу после составления формальностей и попытке опроса были отправлены в посольство. Полковник ФСБ волновался. Николай Павлович вел себя подозрительно спокойно. Не задавал вопросов, не пытался поговорить или поддержать разговор. Это тревожило контрразведчика, но пока они не приземлились в Москве было на руку. А Шнитке так явно что то скрывал, что это было видно "невооруженным глазом". Вместо того чтоб засесть с бумагами накидывая планчик окончания диссертации ученый попросил снотворного и завалился спать в самолете! Чубаров решил не торопить события и дождаться приземления. Но и после приземления в Москве Шнитке как щитом прикрылся формальностями. Только когда оба оказались в комплексе зданий ФСБ на Лубянке Шнитке задал вопрос по существу своего молчания.

- Олег Романович , скажите мы сейчас находимся в защищенном помещении? Чубаров даже зауважал профессора . Это ж надо ! Сам сообразил что нельзя болтать ни в посольстве , ни в самолете, ни в аэропорту.

- Пока нет. А что есть необходимость?

- Да по бомбе этой проклятой у меня вопрос есть, - у Чубарова аж озноб по коже промчался табуном импульсов.

- Сейчас пройдем в мой кабинет и поговорим спокойно, - прижал палец к губам Чубаров и показал на уши. Шнитке в свою очередь показал на глаза, мол видео есть? - Полковник развел руками, мол не знаю.

В подвал спускались недолго. В небольшой комнатке что то загудело, после того как туда вошли оба путешественника. Шнитке спросил одновременно записывая что-то в блокноте.

- Я хотел узнать откуда у них эта бомба? - профессор вырвал листок из блокнота и протянул Чубарову. Офицер прочел и очень изменился в лице. Скомкал бумажку и сказал засовывав листок во внутренний карман пиджака.

- Наверное террористы украли где-нибудь , Николай Павлович . Но , слава богу, вы выяснили что это их, американская бомба, - произнеся эти слова Чубаров медленно и отрицательно покрутил головой и ещё раз прижал палец к губам.

- А куда мы сейчас, если не секрет, Олег Романович ? - несколько раз кивнул головой профессор соглашаясь, что его вопрос лучше закопать в могилу, и забыть где, нежели озвучить еще раз. Полковник поднял вверх большой палец и подтвердил правильность решения Шнитке .

- Так домой Николай Павлович , в Арзамас, самолет через два часа. Поедим и в дорогу на перекладных .

- Ну и слава богу. - благодушно согласился профессор. В институте его ждала незаконченная диссертация. Самолет вылетел из Москвы без проблем. Через пять часов оба спускались по трапу на покрытие военного аэродрома в Сибири.

Непринуждённый разговор Чубаров начал когда путешественники шли пешком к главному корпусу самого засекреченого института в стране . Чубаров свернул к беседке, где любили перекурить новости сотрудники. Но сейчас беседка пустовала.

- Николай Павлович , мы хотели бы посодействовать вам в защите докторской. Вы не против? - Шнитке хмыкнул, даже шаг не притормозил.

- Это как же? За меня допишите?

- Зачем же. Мы по своим каналам узнали что у вас может не хватить кворума на защите и добротных оппонентов и рецензентов.

- Вы что собрались сделать так чтоб потом все говорили что Шнитке ФСБ писало и защищало диссер?

- нет Николай Павлович зачем же? Просто мы навели справки. Директор вашего института давно превратился в администратора. И если в заведении появится человек с серьезным научным званием, то он составит ему конкуренцию. Поэтому он делает сейчас все чтоб вашу диссертацию завалить.

- Да это, это полный бред. Саня любезнейший человек, прекрасный работник, чуткий руководитель! Да что вы такое говорите мы с ним знакомы пятнадцать лет, в конце концов!

- Вы так не переживайте, Николай Павлович. Просто организация в которой я состою помнит то добро которое делают люди для неё добровольно. Мы таких людей не оставляем и оказываем помощь. Поэтому вот вам моя визитка. И если что , то звоните, профессор.

- Хорошо. - Шнитке приятно слышать , что его поступок в Нью-Йорке оценили. Но воспитание....интеллигентность не пропьешь. Эх! - спасибо конечно и приятно. Чо уж говорить. Нно я все таки сам постараюсь . Договорились? - полковник подозрительно легко согласился.

- Разумеется, Николай Павлович . Только один маленький вопросик, можно? - в руке у Чубарова оказалась скомканная в Москве записка. Он показал комок Шнитке и спросил, доставая зажигалку, - Как вы догадались? Я пять часов ломал голову ! Искал где мы прокололись?

- А вы про это? - усмехнулся Шнитке , - это просто у меня в детстве не раз воровали личные вещи. Потом невозможно было доказать что это твоя. Так отец научил меня ставить метки, так чтобы простому глазу их видно не было. Вот и всё.

Чубаров сморщил лицо соображая и поджигая бумагу. Листок загорелся и на мгновение расправился на широком краю урны-пепельницы. На секунду , перед тем как сгореть , появились слова написанные Шнитке на клочке вырванном из блокнота : "А где наша бомба, Олег Романович?"

- И как?

- Когда внутрь забрался, пару раз отверткой на ребре пластины чиркнул. В лоб и незаметно вовсе. Надо с боку глянуть. А ваши врядли так бомбу разбирали при копировании. Опасно ведь. А когда Фатах мне разрешил номер на пластине сверить я и изловчился. А меток моих там нет. Если бы не это я б и сам поверил что это та самая штучка.

- Всё просто.

- Да Олег Романович. Ну, досвиданья?

- Лучше прощайте, Николай Павлович.

- Боюсь, что в следующий раз вы можете снова меня вот так позвать.

- Это почему же?

- Бомба то гдето там, у американцев лежит. иначе смысла её проверять не было.

- Николай Павлович, договоримся: Этого разговора не было, нет и не будет.

- Само собой. Но если надумаете подорвать помните о десятимильной зоне.

- Типун вам на язык. Да, ещё будет указ президента и поощрение. За научную деятельность.

- Ух ты! А что с Фатахом?

- Сдался. Заложников вернул перепуганными описавшимися, но живыми. Все бойцы удрали благополучно. Их ищут. Полковника ждёт судебный процесс. Адвокат офицера американец арабского происхождения. Шоу ожидается такое, что Фатаха боятся пристрелить при попытке к бегству....

Когда Чубаров уходил, он не оглянулся. Шнитке подумал, что такие как полковник вообще никогда не сдаются, а США наверно придётся поумерить свой пыл. Профессор не ошибся.

В Белом доме отсуствовала атмосфра победы. После пленения террориста оказалось, что бомба от которой шарахнулось пол америки и штат ньюЙорк загнал жителей в концлагеря - фальшивая. Узнать это удалось только, после полной разборки. Копия оказалась настолко похожей на оригинал, что даже марки металла совпадали. Вот только материал плутониевых мешков изделия и их содержание не соответствовало тому что там должно было быть в соответствии с технологией. Президент сидел набычившись и развернув уши на фоне окна овального кабинета.

- Вы можете человеческим языком пояснить что это для нас означает, Маккормик? - генерал мстительно улыбнулся ушам президента США.

- Это означает господин Президент, что существует настоящая бомба с которой по просту сняли копию как на ксероксе. И где она находится и куда движется никому неизвестно.

- То есть?

- Мы в любой момент и в любом месте можем получить термоядерный взрыв в десять мегатонн на территории США. На крупнейшем химзаводе, плотине Гувера, биофабрике, городском мегаполисе, военном объекте, разломе санандреас, иллоустонском парке... да в Лос-Анжелесе например, Калифорнии, в любой точке Северной Америки. Отследить объект невозможно. Этот терракт в НьюЙорке - предупреждение, господин президент.

- Что вы несёте, генерал? Кто может нам выносить предупреждения? Мы - супердержава! Должны быть причины! Должен быть след! Кто посмел? Кто нашёл. утащил и скопировал бомбу?

- Это вопросы к ЦРУ и ФБР. А Я конечно всего лишь военный, господин Баркак, но я хотел бы обратить ваше внимание , что происшествие имело место после нашего открытого противостояния России в Украине. И, если я не ошибаюсь , это очень прозрачный намёк России на то, что нам может быть стоит изменить своё отношение к событиям в этой стране и вокруг РФ? - Обмама потемнел ещё больше от такого предположения. Ярость пришлось унять.

- Генерал, господа, все свободны. Прошу остаться представителя ЦРУ и АНБ, а также советников по национальной безопасности.

Когда узкий кабинет остался в овальном кабинете, некоторое время царило молчание. Но недолго.


Ну , что господа скажете? Я жду ответов на вопросы?

- Мы проводим расследование господин президент. Уже выявили место, где была добыта бомба и кто её нашёл и продал. К сожалению. С теми , кто её купил сложнее. Одно можем сказать точно. Работали профессионалы. Денежный ресурс сопоставим с американским, китайским или арабским. Кадры подготовленные. Деньги на счёт нашедших переведены из частного коммерческого банка со сложносоставным капиталам под управлением международного консорциума. Там и китайцы и арабы, и африканцы, и евреи, и японцы, индийцы, южноамериканцы и даже европейцы . Пока нам не хватает времени чтоб распутать все нити. Кстати норвежцы предлагали бомбу русским, даже в посольство ходили.

- Что вы говорите?! И что? Ррусские купили?

- Нет , конечно. Но явно сбросили кому-то информацию. Они даже сотрудников удалили из посольства, тех кто узнал о контакте.

- Хорошо, работайте далее. Каждый день доклад о результатах. Что делается по бомбе в ФБР ?

- Развернутыми оперативно розыскными мероприятиями задействованы и задействуется все агентурные сети внутри страны. Будьте уверены нам нужно немного времени и мы найдем объект и тех кто его ввез и тех кто за ними стоит .

- Я жду результатов, - совещание закончено господа.


**********************


Еще в одном месте был задан вопрос о местонахождении бомбы. В охотоведческом лесхозе министерства обороны. Два генерала вновь сидели посреди воды на понтоне. На крючках заброшенных удочек рыба давно сбила наживку. Но рыбаков это не интересовало.

- Что с малышкой?

- Да цела целёхонька.

- А где?

- Там же, у пиндосов.

- Она опасна?

- Ещё как !

- Они подозревают?

- Бетон носом роют, но все следы наоборот ведут от нас к арабам и Азию .

- К китайцам?

- И к ним тоже.

- Что с "малышкой"?

- На самом верху решают. Скорее всего законсервируют.

- А может бабахнет?

- Да я бы тоже не отказался. Главное момент подходящий! Но наш верховный слишком интеллигентный.

- Н-да , питерец, - с сожалением констатировал собеседник,- но ничего, время всё лечит. Дай Бог и на их континенте состоится праздник святого Георгия Победоносца.

- У нас все готово хоть куда доставим и активизируем через спутник.

- Ну Бог в помощь.

- Главное чтоб потом рыбу в Атлантике и Тихом океане есть можно было.

- А арабы?

- Им главное нефть. Они даже не поняли с кем имели дело. Думают что бундесразведка копает под Америку для Евросоюза.

- Что в итоге? - Украина будет порвана на клочки. Крым наш. Санкциям задница. Дяде Сэму предупреждение. Европе развал. Евро сдохнет. Доллар стоит. Будем работать. С таким козырем в рукаве можно больших дел наворотить... 13.06.2015г.


Послесловие

5 февраля 1958 года возле Саванны (побережье штата Джорджия) истребитель F-86 столкнулся со стратегическим бомбардировщиком B-47. Истребитель рухнул, а поврежденный B-47 удержался в воздухе и вернулся на базу. Правда, для этого пришлось сбросить в Атлантику термоядерную бомбу Mk.15 (выход мощности при подрыве около 1,7 мегатонны). Там она и лежит до сих пор, занесенная илом, - поиски ни к чему не привели.

21 января 1968 года в районе гренландской авиабазы Туле, произошло очередное происшествие с ядерным оружием вызвавшее международный скандал. Там рухнул дежурный B-52 с четырьмя ядерными бомбами на борту. Самолет пробил лед и ушел на дно Баффинова залива. Американские военные устроили целую операцию по подъему деталей потерянного оружия, после чего бодро рапортовали о том, что все четыре бомбы извлечены. Годы спустя, однако, публикация результатов экспертизы показала, что найдены были компоненты только трех боеприпасов, четвертая так и лежит где-то в гренландских водах... Ещё две бомбы утеряли безвозвратно у побережья Алжира, две возле Морокко в средиземке, одна бомба не найдена возле Гренландии, ещё одна лежит в великих болотах на территории США и ещё один экземпляр затерялся на территории Канады. И это только официально подтвержденные случаи утери ядерных боеприпасов.