Okopka.ru Окопная проза
Поляков Михаил Сергеевич
Нахренаська в Тель-Авивском университете

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения] [Рекламодателю] [Контакты]
Оценка: 8.51*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Матерная ругань емка, образна и недоступна быстрой расшифровке противником..."(В.В.Конецкий)

   На лекции по высшей математике в Тель-Авивском университете, царило уныние и тоска. За Уравнениями, которые нанизывались на длиннющую, во всю стену доску, специальным фломастером, рукой русскоязычного профессора не было видно не то, что конца, а даже и горизонт не просматривался.
  
   Профессор, повернувшись спиной к аудитории, отдался весь и целиком огромной, во всю стену, пластиковой плоскости, на которой с большим воодушевлением ваял формулы, значки и логические символы. Он, складывая из них, под объяснения студенческому коллективу, закрученное доказательство чего-то, несомненно, гениального и нужного каждому мало-мальски нормальному человеку. По мысли самого преподающего.
  
   Много русскоязычного народу в Израиле. Неофициально - около миллиона триста тысяч человек из почти шестимиллионного населения страны. И среди студентов их тоже немало. А тем более между преподавателями вузов. Но вот преподавать все обязаны на иврите.
  
   Но в Тель-Авивском университете, дабы студентам и преподавателям было удобно и приятно: одним воспринимать, а другим испускать из себя животворящие лучи истины и свет знания, придумали и внедрили новое высокотехнологичное устройство - беспроводной микрофон.
  
   Микрофон крепился за ухо и выводился к губам, сеющего доброе и вечное в умах студентов. Таким образом, все сидящие, независимо где, в любой по конфигурации аудитории, могли слышать то, что им предлагалось, через огромные колонки, а затем сдавать на экзаменах и тестах. Без возможности какого-либо выбора звукового сопровождения.
  
   Естественно, что треть студентов в зале, где читалась тема по теории числовых множеств и их применению на практике, были выходцами из стран СНГ. Они, само собой, не только понимали, но и большую часть времени общались на великом и могучем звуковом наречии. Лекция читалась исключительно на священном и заматерелом за две тысячи лет иврите, с офинагенным русским акцентом.
  
   Вот чем ещё хорошо было нововведение, что преподаватель, мог заглушить мощью усилителя, ревущего в колонках, любой шум в зале. И в принципе, барабанить на занятии, не обращая внимания на поведение в аудитории. Что увлечённые и слегка тронутые величием арифметической логики и бесспорности, лекторы и доктора математических казусов, и их,- блестящих по виртуозности решений, могли и делали с большим увлечением. Увлечением, граничащим с полётом во сне, наяву и вслепую, в глухую, прекрасную, но вожделенную неизвестность истинных знаний.
  
   Аудитория загудела, как встревоженный водопад междометий. Увлечённый профессор шпарил формулы, на доске сопрягая и связывая их логическими символами, вроде: если дано, то "следовательно". А если это здесь так, то вот тут оно тем более равно, и хотя, и пересекается, но, не имея общих точек, разрешённых к существованию на этом отрезке, то, значит, и не существует, однако есть на самом деле.
  
   - Извините Профессор,- взбудоражено воспользовался тишиной один из самых прилежных. - А это не слишком сложная формула доказательства выдвинутой гипотезы? Может, есть возможность упростить?- подал идею продвинутый в первые ряды сидящих слушателей, своим опозданием на лекцию студент.
  
   Профессор оглянулся на аудиторию, с трудом возвращаясь из стройного мира логики и виртуозных законов, в мир населённый субъектами, лишёнными счастья восторженного упоения безупречностью математической гармонии.
  
   - Мастерство преподавания сложного в простоте изложения материала! - похвалил он себя, ткнув зажатым в руке толстым фломастером, в сторону зарвавшегося студента. Толпа слушателей восторженно подняла глаза на испещрённую изощрённой вязью формул доску, экономно расписанную от окна до противоположной стенки. Причём, разрисованной в длину и ширину, и чем: математическими иероглифами, греческим буквами алфавита и арабскими цифрами, с художественно оформленными осями координат. Оценив торжество простоты в изложенном материале, студенты аудитории, не сговариваясь, грохнули хохотом тихим и молчаливым, застигнутые врасплох несоответствием слышанного постулата и виденного доказательства, трясясь плечами и сгибаясь от уморы и ситуации. Преподаватель же почувствовал некоторое недоверие молодой аудитории к его изложению материала и незаимедлительно решил пресечь сие вредное действо в неокрепших студенческих умах методом убеждения.
  
   - Да, вы конечно правы мой юный адепт, есть более простое и изящное решение. И для того, чтоб вы поняли всю гениальность и широту возможностей нашего предмета! Прямо сейчас, я покажу вам, как,- из этой длинной формулы доказательства; путём сокращения, следуя законам и правилам, я найду решения более коротким путём, - эмоционально и пафосно, повышая тон и силу звука к концу фразы, почти на одном дыхании, возвышенно разбивая воздух рукой с зажатым фломастером, выпалил преподаватель, находясь на самой дальней оконечности, от начала своего произведения.
  
   Не теряя темпа, он повернулся к доске. Буквально пролетел к началу цифрового опуса. И, делая резкие и точные дополнения, перечёркивая сокращаемые переменные и формулы функций, двинулся по всей длине вертикальной плоскости к её окончанию. При этом он совершенно забыл, в экстазе желания донести истину до не приспособленных к пониманию выси полёта алгебраических построений студентов, что микрофон-то включён. И конечно приговаривал на языке, подаренном ему с рождения.
  
   - На хунь! На хунь! К ебдрене фене! Пшёл вон! Кури - уебожество! Изыди нечестивый сложняк! Ёрш твою медь! - загремели по залу всесильные русские заклинания, сопровождавшиеся сокращением перечёркивания очередной формулы из цепи доказательства. Упрощая и укорачивая, профессор, в оргазме творения, тихо приговаривал в микрофон. Его шёпот громыхал по пространству и ушам студентов, кося русскопонимающих слушателей направо и налево.
  
   - К ебленям! К лешему! На хуеренили тут! Трахал я ваши законы! Зашиебись! На каждый винт есть задница с закаулками! Ёбс и ваших нет, - подбадривал он себя, рубая узлы и сочленения бесконечной цепи, изобилующих сложными значками и символами, формулировок и выводов ваятель истины, -Напугали ежа голой "спинкой"! - восторженно и гордо закончил он изложение учебного материала...
  
   Те, кто не мог похвастаться приобщением к чудесам и волшебству колдовской силы русского, звукового преобразователя ассоциаций и понятий, глядя на своих друзей и товарищей, по откалыванию неподъёмных крошек от камня науки, тоже заваливались вразнобой со стульев. Они сгибались в хохоте приступа смеха над своими соседями. Тем самым, число попавших в отражённое громыханием колонок, заговаривание колдуна у доски, росло даже и не по - арифметической, а в гипергеометрической прогрессии.
  
   Наиболее ушлые, сообразив героизм юморной ситуации, высоко подняв руки с айфонами, записывали происходящее, не щадя батареек своих навороченных аппаратов связи, на видеопоток камер и звуковые дорожки. Благо усилители, швыряли нахренания в зал, нисколько не принижая убийственной громкости шёпота.
  
   Когда исправления доказательства требуемого были закончены, то Аудитория стонала от удовольствия, наиболее крепкие попытались аплодировать. Несколько человек бросились к амвону кафедры с фотоаппаратами, и, мерцая вспышками по доске и старались ракурсом охватить необъятность и бесспорность связи вдохновенного возбуждения и сухого языка математически гениального парения логистической мощи над хаосом.
  
   С тех пор, на лекции этого преподавателя народ валил валом, а популярность высшего математического блаженства, передавалась из уст в уста, подкрепляясь, фото и видео материалами. А выражения, передавались от студента студенту, завоевывая поклонников и переливаясь за забор студенческих кампусов. Их еще долго использовали вместо, сдрасте , как дела и до свиданья. И до сих пор некоторые могут услышать примерно такой весёлый и радостный диалог, живо обогащенный улыбками и светящийся молодыми лицами и свежевычищенными зубами.
  
   - Привет Хаим! Убери сложняк к яблоням!- кричал один, хлопая в ладонь другого.
   - Пшёл нах-рен Питэр! Кури убожество!- не менее радостно отвечал другой адепт.
  
   Что примерно означало: "Привет брат! Рад тебя видеть! Как здорово, что мы оба здесь и могли слушать эту лекцию вместе." А другой отвечал ему: "Привет брат-студент! Я тебя тоже люблю и рад видеть!"
  
   А я то, припомнил, что только та наука достигает совершенства, которая в развитии своём пользуется математикой. И про себя добавил, а также и математика достигает вершин восприятия, если пользуется совершенством употребления пусть даже малой толики, моего родного, всегда могучего в своей гармонии русского языка и его славянских посредников.
  
   От себя лично хотел бы добавить, что я, в угоду правилам сервера где рассказ был опубликован впервые, приукрасил речь лектора. На самом деле, прохвессор в порыве вдохновенного творения, говорил отнюдь не на хрен, и не к яблоням. А вовсе и совсем, очень похожие и созвучные, но более ёмкие и точные всемирно известные, эмоциональные, народные, русские выражения взволнованности происходящим, которые не раз помогали нашим землякам в безвыходных ситуациях на широких просторах земного шара и уж тем более в ситуациях, когда восторг запредельно щедр на эмоции.
  
   Рассказ написан по байке преподавателя математики в школе, которую послали на курсы повышения квалификации в этот самый университет, к этому самому прохфессору и на эту самую лекцию...опыта, так сказать, поднабраться... Коллега полностью оправдал её надежды и даже более того - восхитил.
  
   Таймс [неизвестен]
   Офицер пожалел журналиста, кажется, что более точный перевод это: "Умрите, гады, за нашего царя и Отечество!"
  
   При анализе второй мировой войны американские военные историки обнаружили очень интересный факт. А именно, что при внезапном столкновении с силами японцев американцы, как правило, гораздо быстрее принимали решения и, как следствие, побеждали даже превосходящие силы противника. Исследовав данную закономерность, ученые пришли к выводу что средняя длина слова у американцев составляет 5,2 символа, тогда как у японцев 10,8, следовательно, на отдачу приказов уходит на 56 % меньше времени, что в коротком бою играет немаловажную роль....
  
   Ради <интереса> они проанализировали и русскую речь! И оказалось, что длина слова в русском языке составляет 7,2 символа на слово (в среднем). Однако, при критических ситуациях русскоязычный командный состав переходит на ненормативную лексику(!), и длина слова сокращается до (!) 3,2 символов в слове. Это связано с тем, что некоторые словосочетания и даже фразы заменяются ОДНИМ словом. Для примера приводится фраза: <32-ой! Ё*ни по этой ху*не!> - <32-ой приказываю немедленно уничтожить вражеский танк, ведущий огонь по нашим позициям>. (с)Спёр...
  
   Погранец []
  
   Грызть здесь! [Абаканский универ]
  
   Абакан [Гранит науки]

Оценка: 8.51*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2019