Okopka.ru Окопная проза
Туманцев Николай
Чужая страна. Главы 14-20

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения] [Рекламодателю] [Контакты]
Оценка: 8.04*9  Ваша оценка:

  ЧАСТЬ 14
  
   Ирина проспала до обеда. Только проснувшись, она собралась ехать к Кольке.
   На женщину больно было смотреть. Она держалась молодцом, но по запухшим от слёз глазам и землистому цвету кожи было видно, как она страдает.
   Сейчас они вместе сидели на кухне, допивая чай перед выходом.
   К Глебу подошел лабрадор, уперся носом в ногу. Обычно пес дружелюбно махал хвостом, но сейчас поджал его - похоже, чувствовал висящее в воздухе напряжение. Глеб обратил внимание на массивный ошейник.
   Пытаясь хоть как-то отвлечь Ирину от тягостных размышлений, Глеб спросил:
   - Это что, маячок?
   - Что? - не поняла она.
   - У собаки, на ошейнике. Датчик какой-то, или что?
   - А... Да, маячок. Лаки, бывало, убегал далеко, мы его искали повсюду, - на ее лице проскользнула тень улыбки. - Но с этим он не потеряется.
   - И чего, на большую дистанцию работает?
   - Ну... На любую. У меня в телефоне на карте отмечается. Там встроена GPS*, так что он не потеряется.
   Глеб заинтересовано потрогал ошейник.
   - То есть дистанция значения не имеет? И сколько такой держит батарею?
   - Ну...- прикинула она в уме. - Недели полторы-две точно.
   Все. Поговорили. Глеб искал тему для обсуждения, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую тишину. Но разговор первой начала Ирина:
   - Я слышала, о чем вы говорили.
   Илья с Глебом опасливо переглянулись. Ее реакция могла быть любой. Илья прервал молчание прямым вопросом:
   - Так как вы относитесь с тому... Что мы собираемся сделать?
   Ира сглотнула ком в горле. Посмотрев сначала на Илью, потом на Глеба, сказала:
   - Какая разница, как я к этому отношусь, если не смогу вам запретить? - ответила она. - Я не собираюсь мешать, - делайте то, что считаете нужным.
   У Глеба отлегло от сердца. Если бы она отказалась, все было бы намного хуже. Переубеждать убитую горем женщину было бы бессмысленно, а в истерике она вообще могла наделать глупостей и поставить под угрозу свою с сыном жизни. Но все сложилось хорошо.
   - Тот, который приходил к моему мужу - его зовут Владимир, фамилия Шостя. Вы уже знаете, это его знакомый еще с девяностых, они дружили даже. Где от точно живет, не знаю...
   Она продолжала говорить, но Глеб не слушал ее. Он смотрел на её заплаканное, без макияжа, в царапинах от ногтей лицо и чувствовал, как проникается к ней уважением.
   - Я мало чем могу вам помочь, но... У Жени здесь было какое-то оружие, я не интересовалась. Посмотрите там, в подсобке. ..
   У неё был стержень. Еще позавчера, после ранения Кольки, она смогла взять себя в руки, не дав происходящему полностью затуманить рассудок. Сейчас Ира была спокойна. Она полностью отдавала себе отчет в своих действиях. Она не собиралась мириться с убийством своего мужа, хотя и рисковала своей жизнью и жизнью выжившего сына.
   Глеб зашёл в подсобку, включив тусклый свет. Полки были заставлены пустыми банками и консервацией.
   - Ты выше, ты и лезь, - толкнул Глеб в бок друга.
   Илья пошарил рукой на верхней полке, и извлек из-за банок с соленьями промасленный бумажный сверток.
   В тусклом свете подсобки блеснул красным воронением ПМ*. Взвесив в руке, Илья передал пистолет Глебу.
   - Это что, боевой?
   - Похож на боевой... - сказал Глеб, отодвигая затвор. Пусто.
   Достал гремящую коробку, вытряхнул в руку россыпь патронов.
   - Резиновые пули, - присмотревшись, сказал Глеб. - Травмат* это.
   Что ж, это уже что-то. Они были не с пустыми руками. Травматический пистолет на близких дистанциях сработает не хуже боевого.
   - Нашли? - спросила из комнаты Ирина.
   - Да.
   - Если еще что-нибудь нужно, скажите.
   Запрятав коробку в рюкзак, Глеб начал обуваться. Его взгляд упал на на собаку, тоскливо положившую морду на лапы. В голове мелькнула идея. Он обратился к Ирине:
   - Еще одно.
   - Что?
   - Мне нужен этот ошейник.
  
  ЧАСТЬ 15
  
   Для любого мероприятия нужен капитал.
   Илья снял с карточек все накопленные за время работы деньги. Глеб записывал в тетрадь сделанные подсчеты.
   Им предстояли немалые траты. Необходимо было раздобыть минимум, нужный для ведения наблюдения.
   - Съездим завтра, купим бинокли, термосы, плащ-палатку...
   - Ты список сделал?
   Глеб передал Ильюхе записи.
   - Ну не так и много... - пробежав глазами список, сказал он. - Рации только в интернете лучше заказать. А так...
   - Надо еще дом за городом снять, - добавил Глеб. - Чтобы на машине можно было к нему заехать, не таская грузы мимо соседей. Плюс неподалёку должно быть безлюдное место, вроде густых лесов или болот. Ты же не думаешь, что, незаконно раздобыв оружие, мы пойдем стрелять в тир?
   Помимо покупок, Глеб собирался забрать с работы некоторые необходимые инструменты. Вечером, после рабочего дня, он зашел в безлюдное помещение цеха.
   Под ногами трещали осколки битого стекла. Пятна запекшейся крови на бетонном полу были уже неотличимы от грязи.
   Он не хотел подыматься в офис, чтобы не вспоминать весь ужас того вечера.
   Скоро это здание придет в запустение и станет походить на остальные полуразрушенные постройки вокруг, отчего сейчас накатывала жуткая тоска. Здесь он много работал, осваивая новое ремесло. А вот протертый стул Кареновича, на котором тот часто дремал, пока Геннадьич не видел...
   Глеб почувствовал подступающий к горлу ком.
   У него больше нет его страны, а теперь не осталось и работы. Но он знал, кто должен за это ответить.
   Сгрузив в сумку нужные инструменты, Глеб закрыл дверь и ушел, не оборачиваясь.
   При помощи взятого с работы строительного фена удалось согнуть толстый кусок пластика и надежно закрепить в нем маячок для собаки. Отрезав от заготовки излишки, Глеб оставил несколько ушек и проделал в них отверстия для крепления шурупами.
   Оценив получившуюся "поделку", он остался удовлетворен. Черный пластик сделал конструкцию прочной и скрыл белый цвет маячка. Куда его крепить, Глеб определит уже на месте.
   Утром они выдвинулись к месту, где был убит Геннадьич.
   - Где стояла его машина?
   - Вон там, - показал Илья пальцем, - у столба, рядом с мусорными баками.
   На указанном Ильей месте сейчас было пусто, а на столбе еще развевались обрывки желтой полицейской ленты. Они вышли из машины и подошли к месту убийства, стараясь не привлекать к себе внимания. Асфальт тут был залит чем-то жирным - вероятно, потекшие из пробоин машины масло и бензин. Илья остановился, прошептал себе под нос:
   - Так, Геннадьич, где ж ты его выцеливал?
   Они медленно прошли мимо, осматриваясь. С этого места хорошо было видно подъезды пятиэтажек слева и справа. Вероятно, он остановился здесь, так как хорошо было видно именно их. А может, он просто хотел оставить машину на свободном месте? Он ведь знал, где живет этот его "старый друг", и мог просто пойти к нему домой.
   Глеб, выбрасывая мусор из кармана в бак, еще раз осмотрелся. Во дворе довольно оживленно: на площадке дети бросают мяч в кольцо, парень идет с пакетом из АТБ*, девушка в коротком пальто что-то оживленно обсуждает по телефону, мужик открывает черный "Фольксваген"... Стоп. Вот наш клиент.
   Илья тоже его заметил и, не подав виду, отвернулся. Они оба отошли к подъезду, чтобы столб и голые кусты немного скрыли их.
   Это точно был Шостя. Он сел в машину, завелся. Его черный "Фольксваген-Поло" двинулся в их сторону. У поворота, ну углу которого был убит Геннадьич, Шостя искоса глянул на жирный асфальт.
   Глеб наблюдал за "Поло", пытаясь в просвете между машинами увидеть его номер. Получилось, запомнил. Номера черного цвета - на этой машине он ездит на войну. "Не самый лучший вариант для бездорожья" - подумал Глеб.
   - Вернемся вечером. Ночью надо закрепить "ошейник".
   Они приехали заранее. Дожидаясь возвращения "Фольксвагена" Глеб спал, а Илья наблюдал.
  Был риск того, что на ночь Шостя поставит машину на стоянку. К счастью, лишних проблем не возникло. Вернувшись вечером, Шостя запарковал ее на месте у подъезда. Он довольно халатно относился к мерам защиты от угонщиков - автосигнализация отсутствовала или не работала. Либо Шостя считал атошный номер надежной защитой от любых проблем с машиной, либо знал тех, кто мог доставить эти проблемы. В любом случае, это играло им на руку.
   Дождавшись трех часов ночи, они выдвинулись к машине. Илья стоял на стреме, закрепить маячок должен был Глеб.
   Осмотрев машину, он решил, что лучше всего будет прикрутить маяк шурупами в глубине пластиковой колесной арки* - под днище он бы не залез. Света от экрана мобильного телефона было достаточно для того, чтобы сделать работу и не выдать себя. Выбрав правое заднее колесо, он зачистил от грязи место крепежа. Медленно отверткой ввинтил в податливый пластик четыре коротких шурупа, проверил. Пластиковое покрытие колесной арки казалось надежным. Маячок на его фоне выглядел просто небольшим наростом, а после езды будет похож на налипший ком грязи.
   Глеб ощупал "обшивку", дернул. Она не подалась, - сидела жестко. Еще раз проверив, может ли что-нибудь повредить маячок, собрал все инструменты и махнул рукой Илье. Тот подошел и присел рядом.
   - Готово, проверяй.
   Илья открыл экран смартфона и включил программу местоопределения. На экране стало видно карту с улицей и домом. Рядом стоял флажок - практически на том же месте, где сейчас стояла машина.
   Маячок работал. Все шло по плану.
  
  1 день
   До утра они подремали в машине, чтобы сразу проследить за Шостей. Утром он вышел из подъезда и, ни о чем не подозревая, сел в автомобиль.
   Они двинулись за ним.
   В бурном утреннем потоке машин они то отдалялись, то опасно сближались с "Фольксвагеном" Шости. Картинка на экране смартфона показывала местоположение машины практически в реальном времени, иногда запаздывая - все зависело от мощности сигнала мобильного интернета.
   Попетляв по узким улочкам в центре, Шостя остановился у одного неприметного кафе. Вскоре он вышел, но уже не один. С ним в компании было еще трое. Первый - уже знакомый Глебу лысый Семеныч, пришедший в офис к Геннадьичу ещё в самый первый раз. В неизменной армейской флисовой кофте, Глебу он запомнился западенским акцентом и частично сведенными с пальцев "перстнями"*.
   Двое других были моложе, Глеб их видел впервые. Один, что повыше, лет двадцати пяти, был одет в кофту с капюшоном и зауженные спортивные штаны. На животе у него висела поясная сумка. С виду - типичный футбольный фанат.
   Второму было года двадцать три, не больше. Среди остальных его выделяла черная кепка-австрийка с уголками над козырьком и черно-красной кокардой.
   - Ой, смотрите, бандеровцы подъехали, - прокомментировал Илья, что-то записывая в блокнот.
   Четверка разделилась. Семеныч с Фанатом сели в "Шкоду" и двинулись за "Поло" Шости. Проехав пару кварталов, они остановились у крытого рынка и пошли внутрь.
   - Я иду, - сказал Глеб, останавливая Илью. - Держим связь по мобильному.
   Перебежав через дорогу, он вошел под своды рыночной площади. Издали увидев черную кепку-австрийку, он последовал за ней. Не доходя метров двадцать, Глеб купил в ларьке хлебной соломки. Приняв непринужденный вид, принялся наблюдать.
   Лысый Семёныч с Фанатом избирательно заходили в двери магазинов, иногда вместе с Шостей. В каждом проводили не больше минуты, потом шли в следующий.
   Глеб вернулся в машину.
   Дальше "Фольксваген" двинулся в центр, "Шкода" Семёныча - за ним. Они остановились около центральной площади. Илья проехал чуть дальше, высадив Глеба в конце улицы.
   Он пешком двинулся обратно. Увидев приближающегося Фаната, Глеб к ларьку с шаурмой и встал в очередь.
   Через минуту Семёныч подошел к задней двери ларька. Через стеклянную витрину было видно, как один из продавцов открыл ему и, пожав руку, передал бумажный сверток.
   Все стало ясно. Глеб пошел обратно к машине.
   - Ну чего там? - спросил Илья. - Чего они делают?
   - Дань собирают, - ответил Глеб, усаживаясь на сиденье.
   - С кого? С ларёчников? - Ильюха присвистнул. - Это ж как менты низко пали, если у них атошники начали их хлеб отбирать.
   Недолго посидев в ресторане на площади, компания Шости разошлась. Молодые пошли в сторону автобусной остановки, Ильюха последовал за ними. Глебу же предстояло выбрать, за кем ехать теперь: за "Фольксвагеном" или "Шкодой" Семёныча. Недолго думая, он последовал за машиной Шости.
   Тот двинулся на левый берег. Остановившись во дворе одного из спальных районов, Шостя подошел к огромной черной "Тойоте". Через пару минут из подъезда ему на встречу вышел мужчина. Крепкий, с короткой стрижкой, с виду ему было лет за сорок. Судя по домашнему виду и легкому спортивному костюму, выбежал он буквально на минуту. Вместе они сели в "Тойоту". Через пару минут они разошлись, при чем у "спортсмена" в руках остался небольшого объёма пакет. Похоже, Шостя передал начальнику собранные деньги.
   - Ну здравствуй, Шеф, - с ухмылкой сказал Глеб, заводя двигатель.
  
  ЧАСТЬ 16
  
   - Я проследил за двумя молодыми до самого дома, даже на автобусе с ними проехался, - начал Илья, когда Глеб зашел в квартиру. - они походу вместе живут.
   - НРисковый ты парень, - сказал Глеб, разматывая шнурки. - Не засекли тебя?
   - Нет, все класс. Они походу вместе живут.
   - Это что, как мы с тобой?
   - Походу. А может голубки. Кто этих п...ров знает.
   - А я, кажется, Шефа нашел, - невзначай произнес Глеб, чем сразу приковал внимание Ильи.
  Он рассказал ему подробности наблюдения, передал сделанные записи.
   - Все равно, нет гарантии, что это именно Шеф. - сказал Илья, занося номер "Тойоты" в компьютер. - Может Шостя к нему за деньгами приехал, как к Геннадьичу...
   - Ага, а взамен привез из кафе круассан.
   - Ну хорошо, - сдался Илья, - они из одной банды. А где гарантия, что это именно он?
  С чего ты решил, кто у них главный?
   - У кого круче машина, тот у них и главный. Вот у этого - здоровенный джип, а у Шости жалкий "Поло". Как думаешь, кто из них выше в пищевой цепочке?
   - Логично, мда... - закусив губу, сказал Илья. - Хочешь ещё один маячок поцепить?
   - Нет, пока Шостиного вполне достаточно. Я так понимаю, он у него вроде заместителя - ездит собирает налог, общается с плательщиками... Мы через него узнаем не меньше.
   - Хорошо.
   Через полчаса, лежа в кровати, Глеб подводил итоги. В целом был доволен первыми результатами слежки. Они с Ильей были в этом деле новичками, на ходу учась преследованию. Пару раз "Ланос" слижком близко сближался с машинами банды, но никто не обратил на них внимания. Потому можно было считать, что первый день слежки прошел плодотворно.
  
  2 день
  
   Утро явно не было дружелюбным. Глеб с трудом оторвал голову от подушки. В окне медленно плыли серые тучи. Организм привык к распорядку рабочей недели, и в выходной он напрочь отказывался быть бодрым.
   А вот Илья, судя по всему, уже давно сидел перед экраном компьютера. На столе уже успели скопиться несколько пустых пакетиков от хлебной соломки.
   - Доброе утро, - садясь в кровати, выдавил Глеб. - Ну как там наш маячок?
   - Здоров, - кивнул ему Илья, не оборачиваясь. - Вроде исправно. Стоит у дома.
   Значит, можно еще немного подремать. Глеб закрыл глаза, но уже не засыпал. Он скучал по Юле. Хотя, может быть, просто хотелось секса... Глупо с ней как-то все получилось, хорошая же девчонка. С другой стороны, если бы между ними всё было нормально, сейчас точно было не до встреч...
   - Он двинулся! - оповестил Илья о выезде машины Шости.
   - Вот, только о сексе подумал, - поднимаясь с кровати, выдавил Глеб
   Они двинулись в центр. Шостя запарковал машину на спуске к набережной, рядом стоял и черный джип Шефа. Они, очевидно, находились в одном из местных ресторанов.
   Лучшей позицией для наблюдения казался мост на Комсомольский остров. Прождав на нем с полчаса, Илья окликнул Глеба, передав ему бинокль:
   - Спускаются как раз.
   Шостя и Шеф шли в компании еще пары мужчин. Попрощавшись, они сели по машинам.
   - Записывай, - глядя в бинокль, начал диктовать Илья. - Среднего роста, полный, лицо круглое, темные волосы, у него - "Мерседес-АМГ" серый. Второй... ушел за деревья, гад.
   - Вряд ли они из банды.
   - Да, не похоже, - согласился Глеб. - Эти побогаче будут. Машины элитные, завтракают в ресторане... Нет, не будут такие ездить да деньги вымогать. У них работа посерьезнее.
   Сегодняшний день принёс мало интересного. Зато Глеб наконец отоспался.
  
  3 день
  
   Следующим утром Глеба разбудил писк мобильного, возвещая о движении маячка. Машина Шости остановилась где-то на левом берегу, о чем говорило положение флажка на экране смартфона.
   Уже через сорок минут, хлебая из кружки еще горячий чай, Глеб подъезжал к месту, указанному на карте. Вокруг расстилалась бывшая промзона, перемешанная с одинокими жилыми домами.
   Судя по навигатору, "Фольксваген" был уже в паре десятках метров, но его загораживала высокая, метра в четыре, заводская стена. Увидев проезд, Глеб чуть притормозил. За поворотом он увидел металлические ворота, охраняемые парой вооруженных солдат. На домике пропускного пункта раскачивался черно-красный флаг.
   На часах было шесть-тридцать утра. Припарковавшись спиной к выезду, Глеб стал наблюдать в зеркало заднего вида. Похоже, это какой-то бывший завод. Его огороженная территория идеально подходила для обустройства оружейных складов или армейских баз.
   Через полчаса на территорию въехал уже знакомый черный джип Шефа. Около семи ворота открылись настежь, и на дорогу выехала группа из трех машин. Во главе ехал внедорожник непонятной марки, выкрашенный в темно-зеленый цвет. Его капот перерезали две белые опознавательные линии.
  Следующим ехал Шостин "Поло", за ним, будто броневик, катил горой джип Шефа.
   Глеб двинулся за ними. Был уже восьмой час, и поток машин постепенно заполняли пустые дороги города. Колонна атошников, увеличивая скорость, неслась к выезду из города. Выбравшись на трассу, они повернули на восток.
   Глеб остановился на перекрестке, не теряя колонну из зоны видимости. Над поворотом висел указатель: "Донецк - 256" - удаляющиеся машины ехали в зону АТО*. Преследовать их дальше не нужно - никаких сомнений в направлении их движения не было.
   К тому же, едущая сзади по трассе одна и та же одинокая машина может вызвать подозрения.
   Глеб повернул машину назад. Его разочарованию не было предела:
   - Они уехали в сторону Донецка, - не здороваясь, сходу бросил Глеб, - вопрос, когда они теперь вернутся. Они вполне могли и на месяц свалить.
   - Думаешь, они из-за этой шумихи решили там на дно залечь? - спросил Илья.
   - Сомневаюсь... - сказал Глеб, ложась на скрипучую кровать.
   В этот же день Илья договорился с одним из своих многочисленных знакомых насчет аренды. Это был домик между Днепропетровском и Днепродзержинском. Выбор пал именно на него не только по причине дешевизны, но и потому, что за дачным массивом находился песчаный карьер и густой лес. В нем, по словам Ильи, было полно безлюдных мест, возможно подходящих для тренировок с оружием.
   - Там мало кто ходит? А рыбаки?
   - Говорю тебе, там как полуостров: единственный заезд - на песчаный карьер, но по нему ходят все, и идут на Днепр. Но между самим полуостровом и берегом есть речушка маленькая. Не помню, "Конопляная" или что-то в этом роде. Сам полуостров - сплошной заболоченный лес, и все ходят только на ту его часть, которая на Днепр. Если надуть лодку и плавать через речушку - на болота - никто там ничего не увидит. Можно спокойно найти сухую поляну для стрельбы.
   - Даже не хочу знать, откуда ты об этих местах знаешь.
   - Я бы не стал рассказывать.
   - Ты своих баб потом расчленяешь там, или что?
   - Ты же вроде ничего знать не хотел?
   Они сделали именно так, как предложил Ильюха. В арендованном хозяйстве была найдена рыбацкая резиновая лодка. Вечером они переправились через реку. После часа блуждания по лесу и подмерзшим болотам была найдена широкая поляна, максимально подходившая для упражнений в стрельбе. Окруженная стеной деревьев, с одной стороны она заканчивалась небольшим пригорком.
   Глеб положил на землю рюкзак, отцепил коврик.
   Глеб достал из свертка пистолет, пересчитал патроны. Двадцать четыре штуки, - не густо, но он и не собирается с ним в атаку идти.
   Для пристрелки он выделил одну обойму:
   - Мне и тебе по четыре выстрела. Проверим, стреляет ли он вообще... Что ты помнишь о правилах безопасности с оружием?
   - Всегда на предохранителе, не направлять на людей...
   Илья умел стрелять и с оружием знаком - отец с детства брал его с собой на охоту. По-другому Глеб не взял бы его с собой на такое опасное мероприятие.
   Выставив в качестве мишени припасенную бутылку с водой, Глеб отошел на десять шагов.
  Грянул выстрел, гулко разнесшийся эхом по поляне.
   - Надо будет, чтобы кто-то остался на берегу, а второй здесь пострелял. Проверить, насколько слышно, - резонно заметил Илья.
   Третьим выстрелом сбив бутылку, Глеб отдал пистолет. Он специально не поставил его на предохранитель, чтобы проверить внимательность Ильи. Тот не оплошал: взяв ПМ в руки, он ухмыльнулся и сдвинул левым пальцем флажок предохранителя.
   Реку переплывали, когда уже стемнело. На фоне темного неба сельские хаты выделялись только светом в окнах. То тут, то вдалеке слышался истошный лай собак.
   Ворота дачного кооператива были уже закрыты, и пришлось лезть через забор.
   - Как на деревню к бабушке приехал, - с ностальгией сказал Илья. - Скоро еще абрикосы воровать начнём.
   Вскоре, растопив дрова и включив все имеющиеся обогреватели, он сидел у печи и наблюдал за полыхающими в ней углями.
   Глеб, укрывшись одеялом и курткой, ворочался на скрипящей металлической кровати. "Надо бы подкрутить пружины, если останемся тут надолго", - вздумалось ему.
  
  4 день
  
   Компьютер истошно пищал, оповещая о перемещении маячка. Глеб придвинулся к монитору. "Фольксваген" Шости возвращался в город.
   - Быстро отвоевался, - удивился Илья.
   - Куда они едут? - спросил Глеб, уже одеваясь.
   - Пока не ясно. "Поло" остановился рядом с городом.
   Илья сверился с компьютером, найдя нужное место.
   - Село Новоалександровка, - отметил он, наводя красным карандашом еще одну пометку.
   Зазвонил его телефон.
   - У нас новое место. Надо проверить, что там, - сказал Илья, поднимая трубку.
   Глеб про себя отмечал, что Илья хорошо выполняет возложенную на него часть работы. Он был дисциплинирован и строг к себе, в наблюдении не засыпал, действовал аккуратно. Пару раз он терял бдительность, но сразу исправлял собственные ошибки.
   - Как ты и говорил, - вздохнул Илья, окончив разговор.
   Глеб вопросительно посмотрел на него.
   - В прокуратуру на допрос завтра вызывают, - видя вопрос в глазах друга, ответил Илья.
   Глеб отвлекся от риса с курицей:
   - Значит, скоро и мне позвонят. Тебя завтра подменить на наблюдении надо... Во сколько?...
   Вот так постепенно слежка за бандой превращалась в обыденную рутину. Мандража уже не было, теперь эта беготня утомляла. Они спали посменно, чтобы постоянно наблюдать за перемещениями машин банды.
   Вскоре они уже подъезжали к селу, в которое ранее заехала банда. Глеб вышел на дорогу, изучая окрестности.
   Типичный поселок с одноэтажными домишками. Справа вдоль заборов тянется желтая газовая труба, чуть дальше по улице сельский гастроном.
   Пометка, сделанная на карте во время наблюдения, указывала на два дома по правой стороне. Так как маячок определял местонахождение с погрешностью в пять-семь метров, это мог быть любой из этих домишек.
   Глеб шел по левой стороне улицы, оценивая, в какой дом могли бы спрятать оружие.
   Первый дом, с невысоким деревянным забором. Справа - разбитый грунтовой проезд на соседнюю улицу. Крыша покрыта старым шифером, который успел взяться черными пятнами от плесени. Чуть справа от дома стоит сарай - вероятно, раньше использовался для трактора или другой сельхоз техники, а сейчас ворота были забиты несколькими деревянными балками. Однако, к сараю от дома были подведены электрические провода, щели под крышей были задуты монтажной пеной. Сразу за сараем находился боковой забор участка, за ним - боковой проезд.
   Следующий дом выглядел ухоженнее. Крыша покрыта новой черепицей, стеклопакеты на окнах.
  Каменный забор в человеческий рост, стальная дверь с кованым рисунком и домофоном, кирпичный гараж - владелец был недурным хозяином.
   Сказать уверенно, в какой именно дом приезжала банда, было нельзя. Оставалось ждать и наблюдать - только чего ждать-то? Не выйдет же оттуда пьяный атошник* в камуфляже с автоматом.
   "Пока послежу, там посмотрим" - решил Глеб.
   Погода стояла промозглая, резкие порывы ветра раскачивали провода и голые ветки деревьев.
  Он шел к сельскому гастроному - очень хотелось сладкого чаю. Магазин был типичен для любого небольшого поселка - Г-образный прилавок, в конце -кондитерский отдел. Глеб подошел к кассе и заказал горячий чай. Около выхода стояло два высоких столика - "для употребления купленного, не отходя от кассы", как сказал бы Ярс.
   Как он там сейчас, интересно? Позвонить может? Устроился, наверное, на службу куда-нибудь, командует ротой. Глеб почувствовал, впервые с дня приезда, что скучает по командиру. По ребятам из группы, даже может немного по выходам "на работу"* - это не тоска по войне, нет, но просто тот дух...
   В магазин вошел сутулый бородатый мужичек в потертой черной куртке, проследовал к прилавку с алкоголем. Глеб медленно потягивал горячий чай из размякшего пластикового стаканчика.
   Дверь резко отворилась, и к прилавку прошел, шаркая ногами, мужчина. Глеб чуть не поперхнулся - понял, что это тот, кто нужен: он был одет в немецкий "флектарн"*, на ногах - вьетнамки на толстый носок. Он выскочил на улицу явно на секунду, собирался быстро вернуться. Прям какой-то прапор* с хозсклада.
   Глеб допил остатки чая, выбросил стаканчик в картонную коробку, поставленную в качестве мусорки. Вышел из магазина, достал телефон и приложил к уху, делая вид, что звонит.
   "Блин, если бы курил - было бы менее заметно" - подумал Глеб о том, может ли он показаться со стороны подозрительным. Все таки не местный, стоит на улице под моросящим дождем и ветром...
   Стоя вполоборота к гастроному, он мог видеть, кто будет выходить из двери.
   "Прапор" не заставил себя ждать - выскочил из магазина и быстрым шагом, обходя лужи и грязь, устремился к нужным домам. Прошел мимо первого, дошел до калитки деревянного забора, зашел в нее. Первый дом.
  
  5 день
  
   Слежка продолжалась второй час. Наконец, "Фольксваген" остановился, из него вышли четверо.
   Шостю и Бандеровца в неизменной черной кепке Глеб уже знал. Двоих других видел впервые.
  Первый был под два метра роста. Футболка натянута на раскачанные плечи и грудь. Широченные скулы и волевое лицо, белобрысая бородка заплетена в косичку.
   - Поклонник викингов, походу, - прокомментировал Глеб, записывая.
   Викинг набросил на себя армейскую куртку, быстро прикрыв кобуру под левой рукой.
   - Видел, что у него там? Макаров? - спросил Илья, не отрываясь от бинокля.
   - Кобура большая. Может Стечкин.*
   - Слушай, я его знаю, - оживился Илья, включая смартфон.
   Глеб с интересом рассматривал приехавших. Куда это они собрались в камуфляже?
   Шостя на этот раз был одет в камуфляжные штаны и армейские ботинки. Он открыл багажник "Поло", откуда остальные начали по очереди вынимать разнообразные биты и дубинки. Похоже, заваривалось что-то интересное.
   - Я ж говорил, я его помню, - сказал Илья, поворачивая к Глебу смартфон. - Этого персонажа даже по новостям когда-то показывали. Бедненко Николай Валерьевич.
   С экрана на Глеба взирало лицо Викинга. Илья промотал фотографии: вот он с пулеметом на фон террикона, а вот его голый торс в татуировках. На левой груди набита свастика, на плече - воющий волк в окружении рун. А вот он на фото с друзьями в футболке "Мизантропик"*, вскидывает руку в нацистском приветствии. А здесь его какой-то украинский генерал награждает медалью...
   - Сохрани его страницу. Может, еще кого-нибудь из них найдём.
   Подъехал джип Шефа. С ним из машины вышел крепкий, атлетического телосложения, мужчина. Это был тот третий, приходивший в офис к Геннадьичу в первый раз вместе с Шостей и лысым Семёнычем. Короткая армейская стрижка-полубокс придавала ему сходство с американским морпехом. Мощная шея и "раскачивающаяся" походка выдавали в нём борца-дзюдоиста.
   Вскоре подошел еще и лысый Семёныч с Фанатом. Теперь девять человек, одетых в разнобойный камуфляж, собрались в толпу и двинулись вниз по улице.
   - Походу все в сборе, - прокомментировал Илья.
   Они шли по аллее вниз, приковывая своим видом внимание окружающих. Гуляющие опасливо отходили в сторону, уступая им дорогу. Глеб заметил, что даже шедшие по другой стороне улицы отводили взгляд, предпочитая не встречаться с ними глазами.
   На дороге показалась полицейская машина. Сидящие внутри, разодетые в модную форму "копы" даже не притормозили, проехав мимо.
   Илья только хмыкнул.
   Вскоре впереди показалась толпа людей с транспарантами и флагами. По мере приближения стало отчетливо видно людей в армейской форме и милиционеров. Все толпились около входа в какое-то старое здание, по виду напоминавшему госучреждение. Возможно, суд.
   - Ильюха, что сегодня в судах в Днепре происходит? Судят кого?
   - Погоди, - ответил тот, не отрываясь от мобильного. - В Бабушкинском суде. Походу, это здесь. Читаю: "сегодня идет судебное заседание, на котором выберут меру пресечения для главы районного отделения "Правого Сектора"*... в рамках расследования ряда уголовных производств, открытых по фактам тяжких и особо тяжких преступлений..."
   Подойдя, банда смешалась с остальной камуфляжной толпой. По периметру здания суда лицом к толпе была выставлена экипированная в бронежилеты и каски милиция.
   Вскоре в толпе начались потасовки. В ход пошли дубинки. Полетели дымовухи и файеры. Милиция оттеснила толпу ото входа.
   - Похоже, наши "герои" живут не только с рэкета, - произнёс Илья. - Интересно, массовка на таких мероприятиях тоже оплачивается, или это их душевный порыв?
   Не дожидаясь конца происходящего, Глеб отвез Илью домой, а сам поехал обратно.
   Похоже, у суда уже все закончилось. Милицейское оцепление еще не сняли. Из здания на улицу вышли вооруженные автоматами солдаты. Они, похоже, все это время находились внутри для подстраховки на случай, если толпа начнет штурм суда.
   По телефону звонил Ильюха:
   - У меня интересно. Помнишь вчерашнее село?
   - Новоалександровка? - вспомнил он название.
   - Она самая. "Поло" сейчас был там, но уже выехал в город, сможешь его перехватить. Но вот что я подумал: тебе не кажется странным, что они возвращаются и сразу делают крюк через весь город в село? Вообще почему они ездят в АТО* на сутки?...
   Глеб начинал улавливать, к чему клонит Илья. Какой смысл ездить на фронт, на нескольких машинах, через все блокпосты - а их там точно не мало, - и сразу возвращаться? За сутки не повоюешь.
   Внезапная догадка осенила Глеба:
   - Они возят контрабанду. В селе у них склад, почему они туда сразу и едут - все сбрасывается там, - он замолчал, ожидая реакции друга на догадку.
   Илья тоже чувствовал, что они что-то нашли.
   - Куда "Поло" едет сейчас? - спросил Глеб, заводя двигатель.
   - Эээ... - Илья отслеживал направление движения авто на экране, прикидывая пункт назначения. - Пока не ясно, едет по набережной около речпорта в сторону выезда из города.
   - Я за ним, веди меня.
   Шостя ехал в сторону Дзержинска*. Заехав в какое-то село, он остановился.
   Глеб остановил машину на окраине, чтобы избежать риска быть замеченным. Схватив с собой бинокль, он двинулся к месту, указанному маячком.
   Впереди была лесопилка и склад стройматериалов. Глеб осторожно крался между забором и дорогой, не поднимая головы. Вокруг не было ни души.
   За рядами деревянного бруса было видно пустырь, на котором рядом стояло две машины. Одна из них - грязный "Фольксваген" Шости. Напротив него с открытой задней дверью стоит серебристый внедорожник "Нива".
   Место сделки было выбрано не случайно. Машины нарочно остановили на пустыре, чтобы хорошо было видно, что происходит вокруг. К ним не подкрасться, и не застать внезапно - они увидят подъезжающих. В случае чего можно успеть открыть по нападающим огонь или попытаться избавиться от улик.
   Глеб и сам старался наблюдать как можно более аккуратно, не высовываясь из-за брикетов с древесиной - любой посторонний человек здесь подозрителен, так что нужно было оставаться незаметным.
   В окуляр бинокля Глеб видел, как Шостя откинул крышку багажника "Фольксвагена", показывая приехавшим что-то, лежащее внутри.
   Чуть в стороне, за машиной, стоял еще один из банды - Дзюдоист. Невооруженным глазом было видно топорщащийся из кармана камуфляжного дождевика ствол чего-то короткого - может пистолет, а может и чего помощнее. Значит, этот стоит и наблюдает, прикрывая Шостю от неожиданностей со стороны покупателей. Пару раз он внимательно смотрел в сторону Глеба - тому даже показалось, что его обнаружили, - но потом наблюдатель отворачивался.
   Покупатель обшарил груз в багажнике "Поло" и закивал. Забрав что-то, свернутое в рулон, он отошел от машины. Подал знак кому-то за "Нивой" - а вот уже и "прикрывающий" покупателя передает сумку в руки Шосте. Похоже, оплата. Шостя осматривает полученное, засовывает себе в куртку.
   Сделка выглядела странной. То есть, с точки зрения безопасности продажи, все нормально - на подстраховке с Шостей был охранник. Возможно, еще один - в машине. Странно другое: они не провели сделку в более труднодоступном месте, вроде леса. Если Глеб смог подойти к ним так близко, то и наблюдатели из правоохранительных органов смогли бы спокойно следить.
   Но Шостя и те, за которыми Глеб следил, не похожи на дилетантов - они просто не опасаются наблюдения. Все становилось на свои места: подобная беспечность имеет место тогда, когда с органами все схвачено.
   Вероятно, договорившись, покупатели переложили остаток груза в "Ниву". Автомобили разъехались, оставив на пустыре пыльную дымку.
   Глеб снова ехал за маячком. Тот опять направился в Новоалександровку. Не простое, значит, у них там место.
   Приехав раньше Шости, Глеб стал наблюдать за домом, который он вчера вычислил.
   "Фольксваген" подъехал к забору и остановился. Навстречу им из дома вышел тот самый охранник во вьетнамках, с которым Глеб недавно столкнулся в сельпо.
   Двое вышли из машины. Дзюдоист пошел прямо к охраннику, пожал руку. Шостя пошел открывать багажник. Он долго копался, но наконец извлек из багажника спортивную сумку и сверток около полуметра длинной, в котором свободно уместился бы автомат.
   Пройдя через калитку, все трое прошли в сарай справа от дома.
   "Как вы все это легко проворачиваете" - почти с завистью подумал Кок.
   Уже пути домой Глебу позвонил незнакомый номер. Звонил следователь. Он пригласил Глеба на допрос в прокуратуру.
   "Неужели они начали бороться с преступностью?" - с иронией подумал Глеб, прикидывая, сколько времени он завтра впустую потеряет у следователя.
   Дома Илья вручил Глебу новоприобретенную рацию. Отобрав смартфон, он установил сопряжение между их с Глебом телефонами и ноутбуком, и за маячком теперь можно было следить с любого из этих устройств.
   В ответ, Глеб поделился своими наблюдениями. Увиденное требовало осмысления, и он вслух начал восстанавливать цепочку событий:
   - Позавчера машины с бандой выдвинулись в Донецкую область, но вернулись через сутки. Сразу же все или часть машин заехали, минуя основную базу, в Новоалександровку, и через непродолжительное время разъехались по городу по своим делам. Сегодня Шостя снова заехал в село, и после выдвинулся на продажу, судя по всему, оружия. Вывод напрашивается сам собой: из АТО* они возят оружие, завозят на склад в селе, а потом возят на продажу. Взамен Шосте передали в оплату сумку, но она была слишком велика , чтобы быть наполненной деньгами. Значит, в ней либо драгоценности, либо, - что более вероятно, - наркота, которую Шостя потом везет в АТО*, где и сбывает. То есть прибыль банда имеет "с двух сторон": на перепродаже оружия и затем еще от продажи наркоты солдатам.
   Мозг кипел от напряженной работы.
   Глеб понимал, что пока все еще было на уровне догадок, но примерная схема работы банды уже выстраивалась в цельную картину. Лёд тронулся.
  
  6 день
  
   Глеб зашел в просторный холл прокуратуры области. У турникета его ожидал мужчина. Среднего роста, с круглым лицом, с виду крепкий. Русые волосы с проседью напомнили Глебу Геннадьича.
   - Глеб Сергеевич?
   - Да, здравствуйте.
   - Следователь по особо важным делам Жучковский Николай Витальевич, - пожал ему руку встречающий, - следуйте за мной.
   По хитроумным переходам они прошли в один из корпусов огромного здания. Зайдя в кабинет, следователь предложил располагаться.
   - Давайте начнем?
   - Конечно, - ответил Глеб.
   - Итак, надо соблюсти ряд формальностей. Я обязан ознакомить вас со статьями уголовно-процессуального кодекса касательно уголовной ответственности за дачу заведомо ложных...
   - Я знаком с процедурой, - прервал его Глеб.
   - Прекрасно, тогда распишитесь...
   Допрос шел уже полчаса. Следователь задавал заготовленные заранее вопросы, медленно записывая ответы в протокол. Глеб чувствовал накатывающее раздражение. Он не видел смысла в своем нахождении здесь и хотел быстрее уйти.
   - Хорошо, - безразличным тоном продолжал Следователь, - есть те, кого вы считаете виновным в совершении этих преступлений?
   - Слушайте, я понимаю, вы следователь, работа у вас такая. Но вы не будете их садить...
   - Кого садить, разберется следствие... - начал было резко следователь.
   Глеб и ухом не повел:
   - ... Если я вам скажу, кто бросил гранату и убил начальника фирмы, вы к ним и пальцем не притронетесь.
   - С чего вы взяли?
   - Да с того, что у них боевое оружие и гранаты. Вы, - Глеб развел руками, - вы все, правоохранительные органы, вы ничего не сделали с майданом, а теперь лягли под них, и опять ничего не сделаете. Людям гранаты забрасывают, деньги с них сшибают, в городах из боевого оружия уже стреляют, а мы тут с вами формальности соблюдаем...
   Глеб чувствовал, что его понесло, но в этот момент ничего не мог с собой поделать.
   - Блин, да они просто кого хотят убивают, а потом их под подписку о невыезде выпускают из зала суда...
   - Глеб Сергеевич, видите себя в рамках. Я понимаю ваше состояние, но не надо выплескивать тут эмоции. Отвечайте на вопросы, быстрее заполним протокол - и вы свободны.
   Глеб откинулся на спинку стула. Он чувствовал себя идиотом... Зачем было вот это только что наговаривать? Следователю все это неинтересно. У него рутинная работа, которой его могут лишить. Средняя зарплата, дома - жена и дети. Он устал. Выслушивать всякие откровения ему точно не интересно.
   Оставшуюся часть допроса Глеб послушно сидел и послушно отвечал на задаваемые следователем вопросы.
   Поставив подпись под протоколом, он собрался уходить.
   - Вас проводят к выходу, - сказал следователь, открывая дверь. И негромко добавил: - Поменьше на темы политические разговаривайте, а то попадете на кого-нибудь другого...
   Он не договорил - в коридоре показалось лицо охранника. Глеб кивнул и, накинув куртку, вышел из кабинета.
   Вслед за охранником он двинулся по длинному коридору. Здание прокуратуры, не смотря на многочисленные ремонты и перепланировки, сохраняло на себе отпечаток старины. Еще у входа Глеб обратил внимание на табличку времен войны с надписью "Проверено: мин нет". Высокие потолки, толстые стены - у него явно была давняя история.
   Глеб шел чуть позади охранника, одетого в старую милицейскую форму. Навстречу им по лестнице подымался мужчина. Короткие темные волосы и круглое лицо, узко посаженные глаза привлекли внимание Глеба, показались ему знакомыми. Он явно его где-то видел.
   Незнакомец был одет в хороший костюм. Он прошел мимо, не обращая никакого внимания на охранника и незнакомого парня позади него.
   - Начальник высокий какой-то? - как можно более непринужденно обратился Глеб к охраннику, когда незнакомец завернул за угол.
   - Зампрокурора области, - коротко ответил тот.
   Пройдя турникет и выйдя за тяжелые двери прокуратуры, он двинулся в сторону центра.
   Внезавно его осенило. Точно: ему не давала покоя мимолетная встреча на лестнице. Зампрокурор области. Где же он его видел? По телевизору?..
  В голове мелькнуло воспоминание... "Не может быть" - подумалось ему.
   Теперь он точно знал, где видел его раньше. Несколько дней назад, за завтраком с Шостей и Шефом. Глеб видел его в бинокль, спускающимся вместе с ними по лестнице.
   Картина постепенно прояснялась: вот один из тех, кто Их покрывает. Значит, он должен быть в курсе хода всех расследований по делам, связанным с бандой. И если он спросит следователя, который только что допросил Глеба, на счёт хода допроса...
   Теперь Глеб ел себя за то, что наговорил следователю лишнего: "Тоже мне, борец за справедливость нашелся. Надо было идиота корчить. Сам же Илье говорил, что надо не возникать..."
   Внезапно он почувствовал, что что-то не так.
   Наклонив голову вниз, чуть обернулся. За ним шли двое. Идут молча, держатся на расстоянии.
   Глеб сделал вид, что у него зазвонил телефон. Резко остановился, осматривая пустой экран. Двое резко снизили скорость, не зная, что делать дальше. Сомнений нет - они его пасут еще от дверей прокуратуры.
   Он снова двинулся вперед.
   На людной улице средь бела дня они ничего делать не будут.
   Дальше по улице была заполненная посетителями пекарня. Глеб свернул в нее. Двое позади остановились, не решаясь войти.
   Взяв кофе с молоком, подошел к единственному свободному месту. За столиком сидел какой-то парень, что-то помечая в своем планшете.
   - У вас не занято? - обратился к нему Глеб.
   - Эээ... Нет, нет, пожалуйста, - замешкался парень, отодвигая на свою половину стола кофе и бумажную тарелочку с круассаном.
   - Спасибо, - улыбнулся Глеб и сел, поставив кофе на стол. Сделав вид, что нажимает что-то на экране смартфона, он стал искоса наблюдать за преследователями.
   Это, похоже, были те двое, за которыми Илья проследил до самого подъезда еще в первый день слежки.
   Первый - Фанат. Он повыше, был одет в зауженные камуфляжные штаны и синий спортивный реглан с капюшоном. На поясе висела спортивная сумка.
   Второй пониже, в неизменной черной "австрийке". Тоже в камуфляжных штанах, заправленных в песочные армейские ботинки. Через плече перекинут полувоенный рюкзак на одной широкой лямке.
   Те все еще стояли у стеклянных дверей кафе, иногда кося в его сторону.
   "Интересно, сколько вы там будете ждать," - подумал про себя Глеб, делая глоток.
   Итак, у него есть минут десять. Он начал продумывать варианты действий. Можно было попытаться найти черных выход - но он гарантированно привлечет к себе внимание посетителей и персонала кофейни, плюс покажет преследователям, что заметил слежку. Нет, он наоборот должен наконец сыграть слабака и идиота. Раз уж со следователем не получилось, так хоть с этими двумя нужно постараться. Пусть скажут, чего они хотят от него, а он безропотно согласится. Может, взболтнут чего лишнего.
   Если же они окажутся настолько глупы, что захотят его прямо сейчас убить, то придется отбиваться. Что у него есть в запасе? Есть увесистый телефон с металлическим корпусом и связка ключей. Чашка горячего кофе, которым он плеснет нападающему в глаза. Ручка в кармане не подойдет - слишком хрупкая.
   Двое у входа что-то, видимо, решили, так как посмотрели на него в упор, не таясь.
   Глеб выложил на стол телефон, чтобы в случае опасности можно было его быстро схватить. В левой руке под столом зажал связку ключей. Чашка с кофе стояла прямо перед ним.
   Фанат открыл дверь и вошел первым, сразу направившись к столику. Подойдя, он сразу обратился к Глебу:
   - Чуваак, сколько лет!.. - делая для всех вид, что встретил старого знакомого, громко произнес Фанат. Чуть позади остановился, опершись на стенку, второй. Глеб обратил внимание, что на лямке рюкзака у него красовалась черно-красная нашивка.
   Сидящий за столом парень отвлекся от планшета, обернувшись.
   - Извини, ты не пересядешь? Друга сто лет не видел, - натянуто улыбаясь, сказал Фанат, нависнув над ним.
   - Прошу прощения, но тут мое...
   - Съ...л отсюда нах...й, - резко изменил разговор он, собираясь сесть прямо на него.
   Парень посмотрел на Глеба глазами загнанного зверя. Не найдя поддержки, он встал, озираясь по сторонам. Собрал в охапку свои вещи, отошел. Фанат плюхнулся на его стул.
   - Все вокруг тугодоходящие такие... - начал он разговор.
   Глеб все еще не промолвил ни слова.
   -...Не понимают, чего от них просят. А потом обижаются... - продолжал Фанат, пододвигая к себе чужой кофе, - ты не против?
   Глеб, готовый в любую секунду пойти в атаку, чуть расслабил руку с ключами.
   "Не тупи, - повторил он себе, - корчи ссыкуна."
   - Д-да, пожалуйста, - тихо выдавил он.
   - Тут вот такое дело... - приглушив голос, сказал Фанат. - У тебя на работе х..ня случилась, мне знакомый рассказывал. Очень неприятная, я знаю. Но такое сейчас везде случается. Времена тяжелые... Тебя там только что что-то спрашивали, я знаю. Но ты особо много не рассказывай больше. А то времена же тяжелые, везде х..ня случается. Зачем она тебе, в твоей жизни?
   Угроза должна была напугать Глеба. Он отвел взгляд. Фанат чуть подтянул рукава кофты, обнажив татуировки с нацистскими рунами на кистях, и продолжал:
   - Сейчас лучше всего сидеть и не высовываться. Зачем кому-то лишние проблемы... Нормальный телефон, - сменил он тему, кивнув на лежащий на столе смартфон Глеба, - я гляну?
   И, не дожидаясь ответа, взял в его в руки. Глеб было дернулся первым, но почувствовал, что сейчас сорвется. Этого нельзя было допустить. Опустив глаза, он попытался успокоиться.
   Фанат повертел телефон в руке.
   - Хороший. Дорогой?
   Он нажал на клавишу, пытаясь войти в меню. На экране появилась клавиатура и требование ввести пароль.
   - О, пароль. От кого-то шифруешься?
   Сидящие за столиками вокруг посетители наблюдали за происходящим, прислушиваясь к негромкому разговору.
   - Ну так что за пароль? - обратился он к Глебу, нагло улыбаясь.
   Тот не ответил, опустив голову.
   - Ну тогда как увидимся, я отдам, - он встал из-за стола, - ты подумай над нашим разговором, хорошо?
   Развернувшись, он пошел к двери. Выйдя на улицу, обратился ко второму:
   -... А ты говорил, осторожнее. Чмо ссыкливое, ты ж его видел?
   - А на х..й ты его телефон отжал?
   - Ну смски посмотрим, вдруг он чего насявал кому-то. У тебя мастер знакомый, он без пароля зайти сможет?
   ... Глеб вышел из кафе через пять минут и зашел в ближайший проулок. На втором телефоне набрал номер Ильи:
   - Ты можешь мой телефон заблокировать?
   - Зачем?....
   - Можешь или нет?
   - Да, выполняю.
   Если бы Фанат открыл телефон прямо в кафе и увидел карту, в которой отмечены перемещения машины Шости, он бы мог все понять. Глеб выиграл время, не дав ему пароля. Теперь Илья дистанционно выключит телефон, и в руках Фаната окажется бесполезный кусок металла.
   Приехав домой, Глеб устало улегся на кровать. Сегодня многое случилось. Он все еще корил себя за идиотский спор со следователем. Потом этот Фанат, забрал его телефон.
   - От с..ка, - вырвалось у Глеба.
   День жутко неприятный. После таких дней надолго пропадает хорошее настроение. Но сейчас на минор не было времени. За неделю они собрали кучу информации, и теперь ее надо было проанализировать.
   - Итак, - начал Илья. - что у нас есть.
   Бандгруппа, состоящая из девяти-десяти человек.
   Первый - он у них главарь: Шеф. Владелец черной "Тойоты" "Секвойи".
   Второй - охранник "Шефа": Дзюдоист. Тридцати-тридцати пяти лет, атлетического телосложения, крепкий, короткая армейская стрижка.
   Третий: "Лысый" Семеныч - заместитель "Шефа". Водитель черной "Шкоды". Постоянно одет в флисовую армейскую кофту, брит налысо, возраст - за сорок, судя по говору - откуда-то с западных областей, может быть Сумской или Полтавской области - хорошо говорит и по-русски. На костяшках пальцев частично сведенные наколки, - похоже, уголовник со стажем.
   Четвертый: Фанат, отжиматель мобил. Высокий, худой, лет двадцати трех-двадцати шести. Кисти в татуировках со свастиками, носит камуфляжные штаны и кофты с капюшонами, набедренную сумку.
   Пятый - дружбан Фаната: "Чуприн". Парень лет двадцати-двадцати двух. Откуда-то с западных областей - сильный западноукраинский акцент, возможно родственник нашего Семеныча. Любитель кепок-австриек и черно-красных флагов. Постоянно таскает с собой армейскую сумку на одной лямке, армейские светлые ботинки. Любитель Бандеры*.
   Шестой: Шостя Владимир, бывший знакомый Геннадьича. Дал на Геннадьича наводку. Уголовник, потом бизнесмен, потом вернулся к проверенному способу заработать. Главный по рэкету, судя по всему. Также занимается каналами сбыта провезенного через посты из АТО оружия. Водит "Фольксваген Поло" с атошными номерами, в машине всегда АКСу.
   Седьмой: Викинг. Николай Валерьевич Бедненко, нацист, бывший скин. Участник майдана. Пулеметчик, воевал на востоке. Постоянно со Стечкиным. Судя по фоткам и данным в сети, дружит с российскими и белорусскими нацыками. Татуировка: на левом плече волк и руны, свастика на левой груди, неразборчиво на спине. Интересный персонаж.
   Восьмой: дружок Викинга - Гитлерюгенд. Националист, был с Викингом на майдане.
   Девятый: Прапор, сидит на оружии в селе Новоалександровка, бегает в сельпо в камуфляже и вьетнамках. Возит Шефа в баню, был с Лысым на продаже оружия.
   Как минимум половина этих персонажей - постоянно при оружии. Судя по всему, они имеют боевой опыт, обстреляны. Покрываются местным прокурором и прочими правоохранителями - было бы глупо их не учитывать, - заметил Илья. - Живут в разных районах города, с родственниками. Ездят на фронт на трех машинах - джип "Тойота" черный; старый джип неясной марки, пускай "Ниссан", темно-зеленого цвета с белой крышей; и черный "Фольксваген-Поло". Перед поездкой собираются на охраняемой базе, возможно, "Правого сектора"... Там же вооружаются.
   Их покрывает заместитель прокурора области, данные на которого любезно предоставлены нам сайтом Прокуратуры области. Пономаренко Станислав Александрович, 1976 года рождения. Среднего роста, полный, лицо круглое, темные волосы. Авто - "Мерседес"-"Амг" серый.
   Идем дальше.
   Они занимаются контрабандой оружия и, вполне вероятно, наркоты. По возвращения из зоны АТО* делают большой крюк в село Новоалександровку, где все сбрасывают, а потом все вместе бухают в одной из бань здесь, - указал Глеб карандашом на карте, - здесь или еще где. Заранее не сказать.
   - Когда они будут возвращаться в следующий раз, мы можем прозвонить эти заведения на счёт возможности снять баню на вечер, - подсказал Глеб. - Если откажут или скажут, что уже снята на сутки вперед - возможно, это наши ее сняли, но нужно будет проверить.
   - Вариант, - согласился Илья, - так... Все живут преимущественно на правом берегу Днепра, пару человек на левой - все с семьями или родственниками...
   - Мы не будем выцеливать их по одному, - не отрывая глаз от карты, отрезал Глеб, - они должны собраться все вместе.
   - Хорошо... У тебя есть варианты, где всё необходимое достать? Фугас будем делать?
   - Нет, - отрицательно покачал головой Глеб, - вероятность поражения всех одним взрывом мала, плюс сто процентов заденет жителей вокруг. Мы ограбим их склад в Новоалександровке, возьмем стволы, а потом замирируем.
   - Хорошо. А это не вызовет подозрений?
   - Вызовет, но другого выбора нет. Нужно достать стволы, а их там достаточно. А потом заминируем.
   - Ты сваяешь СВУ*? - спросил Илья, собирая карту.
   - Нет, растяжек понаставлю. Надеюсь, у них там гранаты есть.
   - Ладно, - пожал плечами Илья, - Что потом? Достанем автоматы, всех перебьем и уедем в закат?
   - План пока такой, мой маленький неуловимый мститель. Персонально для тебя надо еще из музея сп..дить пулемет Максим и шапку-буденовку.
   - А шашку? - обиженно спросил Ильюха.
   - ... И шашку тебе тоже надо, и коня, а потом обколоть галоперидолом и посадить в мягкую комнату.
   - С пулеметом я санитарам так легко не сдамся, му-хо-хо-ха-ха!
   - Все, хорош хохмить. Работаем. Поехали, посмотрим место.
   По пути к Новоалександровке Глеб присматривался к Илье. Не смотря на шутки, тот будто был немного на иголках. Глебу казалось, что друг хочет спросить его что-то, но сам недоговаривает.
   - Ильюха, всё нормально?
   - А что? - спросил тот, вцепившись руками в руль.
   - Слышь, ну я же знаю, когда у тебя что-то не так. Выкладывай.
   Илья, немного помявшись, спросил:
   - Тебя не смущает то, что все они, возможно, воевали, а из нас двоих боевой опыт имеешь только ты?
   - Нет. Они не солдаты, а обычные бандиты, привыкшие много пить, сытно есть и сладко спать.
  Они не ожидают здесь никакой угрозы, чувствуя полную свободу и безнаказанность. Ничего не боятся... Но это их ошибка. Они не ожидают удара - какой дурак посмеет им ответить?
   С другой стороны - мы. Мы охотимся на них, выслеживаем, а в самый неподходящий для них момент нанесем удар. Мы ж не в равный бой против них идём, а, считай, на охоту. Так что хоть они и с оружием, пусть их и десять будет, но мы просто войдем и выполним работу.
   - Лады. Так и сделаем, - просто согласился Ильюха. Немного подумав, он ухмыльнулся. Руки ослабили хватку руля, плавно свернув с трассы к селу.
  
  ЧАСТЬ 17
  
   Как же залезть в дом? Глеб напряженно думал. Велика вероятность, что там есть кто-то еще - вряд ли гору оружия будет охранять один человек. Хотя, глядя на то, с какой поспешностью он гоняет в гастроном напротив - по-видимому, не хочет оставлять дом надолго. Так что может быть, что он будет один.
   Выходя, "прапор" закрывает дверь на замок. Ключи при нем. Вариант встретить его по дороге отпадает - там идти метров тридцать по центральной сельской улице, плюс у него ствол с собой. Значит, надо искать другой путь. В этом и загвоздка: вторая дверь выходит прямиком на сарайчик, в который они складируют оружие. Глеб размышлял: может попробовать обойтись только взломом дверей сарая? Но сразу отмел этот вариант: дверь поставлена стальная, быстро и по-тихому взломать не выйдет. Сначала в любо случае необходимо было избавиться от охранника. И глупо было бы предполагать, что он просто куда-нибудь уедет, потому что у этих ребят все почти по уставу: часовой охраняет склад с оружием, его сменят следующий.
   Значит, охранник выходит из дому максимум до гастронома, и то - не часто. По всей видимости, еду готовит в домике или привозит с собой - еду привозят и готовят в домике, а в гастроном если и выбегает, то за какой-нибудь фигней вроде чая или вафель. То есть выжидать, пока он выйдет, можно очень и очень долго.
   Встретить прямо около дверей - тоже не вариант: там только покосившийся деревянный забор и голые кустики, так что встреча не будет для него внезапной.
   Оставался только первый вариант - залезать внутрь и убирать охранника. Но как незаметно войти за две минуты его отсутствия в средину? Вариант - боковая дверь дома, выходящая на сарай. Если ее выломать фомкой, то охранник не увидит ее первой, так как с улицы зайдет через переднюю дверь.
   Глеб зашел в боковой проезд между домами. Весенние дожди размыли грунт, и теперь по этой грязи смогла бы проехать не каждая машина. Не очень веселая перспектива - перебросить оружие через забор, погрузить его в "Ланос", чтобы он здесь же забуксовал.
   Глеб подошел к забору. Старая калитка, выводившая в этот переулочек, была давно забита гвоздями. Он аккуратно заглянул за забор. Сад с тройкой голых деревьев, и дорожка из плит, идущая от глухой задней стены дома, под которой сложены дрова.
   Нужно находиться рядом с домом, чтобы в момент, когда "прапор" выйдет, не тратить драгоценное время. До гастронома он почти бежит, покупает там без очереди, и быстро возвращается назад. Вероятно, ему приказали вообще не оставлять пост, но кто не забивает на требования руководства?
   Значит, с момента, как он закроет двери дома, до момента возвращения - минуты две-три, не больше. Дверь он закрывает всегда, на везение можно не рассчитывать. Не более чем за тридцать секунд Глеб должен добраться до боковой двери, а значит для ее вскрытия есть минута-две. Залезть в средину дома он должен до того, как охранник откроет дверь. Иначе он либо почувствует сквозняк от второй открытой двери, либо услышит, как ее ломают.
   Ладно, ориентировочный план есть. Пора было уходить, чтобы не оказаться замеченным.
   - Что у нас дальше? - спросил он, садясь в машину.
  
  ЧАСТЬ 18
  
   Глеб прошел в палату первым, оставив Илью с Ирой.
   Колька заметно осунулся: острые скулы были будто обтянуты кожей. Уставшие глаза смотрели из-под бровей уже без былого детского озорства.
   - Колька привет, - входя, сказал Глеб. - Ну ты как, держишься?
   - Привет, дядь Глеб, - называть по отчеству у них в общении не прижилось. - Ниче так, болит всё.
   - Ничего. Значит, ещё живой ты.
   - Я слышал, врачи говорили... Я ходить не смогу.
   - Ты молодой и крепкий пацан. Нам это даже хирург говорил, когда тебе ещё первую операцию сделали. Все будет класс, скоро бегать будешь. Понял меня?
   Вспомнив о чем-то, Глеб вскочил с места:
   - Вот смотри, у меня тоже было... - Глеб расстегнул ремень и спустил вниз джинсы, показывая алый рубец на бедре. - Мне прилетало. Моим друзьям не лучше было. Но они выдержали, значит и ты можешь. Ты ж тоже мой друг. Так что хорош сопли жевать, понял? - он повысил голос.
   - Понял.
   - Ну смотри, а то наваляю. - улыбнулся Глеб, увидев на Колькином лице тень улыбки.
   Глеб осмотрел палату. Хорошее оборудование, новые кровати. Похоже, Ирина не бедствует, раз может позволить Кольке такое лечение. Геннадьич оставил им запас на черный день. И то хорошо.
   - Дядь Глеб, - внезапно обратился к нему Колька. - Батя больше не придет?
   Глеб не знал, что ответить. А пацан смотрел на него усталыми глазами, ожидая ответа.
   - Его убили те же, кто меня взорвали?
   - Да, Колька.
   Его глаза наполнились слезами. Глеб понимал, что пацана надо хоть как-то воодушевить.
   - Хочешь секрет? - посмотрел он на Колю. - Но только если я тебе его расскажу, ты должен мне дать честное слово, что никому, даже маме, не расскажешь. Вообще никому.
   Колька заинтересовался.
   - Хочу.
   - Никому не расскажешь, уверен? Это очень важно, а то тогда ничего не получится.
   Колька мотнул головой.
   - Ну смотри, - Глеб придвинулся ближе. - Те, кто это начал... Те, из-за кого тебе больно, те самые, которые... - Глеб выдохнул. Чего уже таить, пацан и сам все понял. - Те, которые убили батю. Они хреновые люди. Но скоро все они умрут. А ты выздоровеешь и будешь жить дальше.
   В палату без стука вошел врач, а с ним Ирина и Илья.
   - Ну как мы здесь? - обратился врач к Коле. - Нога болит?
   - Ага.
   - Ну значит выздоравливаешь...
   Глеб вышел в коридор, махнув Кольке на прощанье рукой и прикоснувшись пальцем к губам: "Ни слова!". Колька в ответ кивнул.
   Ирина вышла из палаы вслед за Глебом.
   - Держится хорошо, - сказал он.
   - Да... Уже три операции... Еще одна операция на ноге, скобы какие-то поставят... Ногу, говорят, чудом удалось оставить.
   - Он крепкий, весь в мать с отцом, - Глеб слабо улыбнулся. - Вы как сами, держитесь нормально?
   - Да, что уж... Всегда может быть еще хуже, - ответила Ирина. - Я дождусь, пока Колю можно будет забрать из больницы, - продолжала она. - Пока ко мне приедет дочь помогать. Как только его выпишут, мы уедем вместе с ней.
   - Вам помощь нужна какая-нибудь? - спросил Глеб.
   - Нет, но попросить тебя хочу. Глеб, - она впервые обратилась к нему на ты, - На рожон не лезьте там с Ильей. Кажется, ты в этой... - она запнулась. - Ты вроде знаешь, что делать, но не наделайте ошибок. Если чувствуешь, что не получится - не надо.
   - Хорошо.
   - Я серьезно, будут сомнения - не надо. Главное - чтобы не стало хуже, понимаешь?
   Он понимал. Но обещать ничего не мог. Впереди была война.
  
  8 день
  
   Сон покидал Глеба - громко звонил телефон. Это был Ильюха.
   - Да?, - сонным голосом произнес Глеб.
   - У нас интересная ситуация, - раздался в динамике возбужденный голос, - твой Фанат с еще одним говнюком только что прострелил ноги какому-то бедолаге прямо в парке Шевченко.
   Глеб вскочил с постели, сон как рукой сняло. Илья продолжал:
   - Короче, я следил за ними, они ездили по городу с утра, а потом поехали на набережную. Запарковали там машину и пошли по спуску наверх - в парк. Несли с собой только рюкзак. Я шел за ними, метрах в ста. Они поднялись и пошли в дальний угол - знаешь, там рядом собак выгуливают. Встретились там с какими-то серьезными с виду ребятами, но что-то произошло - короче обмен не удался. Они сначала начали меситься - а потом два выстрела.
   Наши два героя куда-то в кусты рванули, - к машине, наверное. А я потом к их клиентам подбежал. Они по земле катаются, у обоих ноги прострелены, кровищи - жуть...
   - Ты хоть не вызвал врачей?
   - Конечно вызвал. Из парка же всех как ветром сдуло... Но я только позвонил, сразу свалил. Я уже в другой части города.
   - С какого номера? Нельзя было звонить!
   - С этого... Да они бы кровью истекли!
   - У нас с тобой задача стоит! А тебя теперь найдут! - заорал в трубку Глеб.
   - Так я сейчас просто выкину телефон?
   - Ни в коем случае. Тебе позвонят из милиции, и ты ответишь на звонок.
   - Зачем?
   - Потому что так надо. Если тебя вызовут на допрос как свидетеля - еще куда ни шло. Но если поймут, что ты скрываешься - будет хуже. Давай домой, я все объясню.
   Глеб положил трубку. Все было под угрозой срыва, ведь на них теперь можно было выйти по телефону. Если бы Илья его просто выкинул или разбил, то следователи наверняка бы запросили у операторов все данные по номеру телефона, потому что очень подозрительно, что человек сообщил о преступлении, а потом скрылся.
   Так что придётся теперь Ильюхе доигрывать роль случайного прохожего, вызвавшего скорую, до конца.
   Но сейчас не время думать об этом, есть дела посерьёзнее: подчинённые Шефа устроили стрельбу! Вот это были хорошие новости. Вероятно, ребята хотели сплавить что-то на сторону, но сделка сорвалась. Началась стрельба... Потому если брать их склад в Новоалександровке, то лучшего момента, чем сейчас, не найти. Подозрение банды падет в первую очередь на тех, с кем сейчас конфликт - на парней с простреленными ногами .
   "Илья сказал, что ребята, которым ноги прострелили, выглядели серьезно," - голова у Глеба кипела, логическая цепочка выстраивалась очень быстро. Если они действительно "серьезные", и за ними кто-то стоит, то могут начаться разборки, и противники быстро проредят друг другу ряды. А потом, когда все поутихнет, можно будет нанести визит всем оставшимся в банде Шефа. Это при оптимистичном раскладе.
   Второй вариант - банда начнёт копать, кто мог на них напасть. В этом случае, надо будет работать на опережение...
   Но это будет потом. Сейчас нужно сосредоточиться. Глеб проверил, заряжены ли рации. Достал из коробки ПМ, дослал в него патрон.
   Лёд тронулся...
  ЧАСТЬ 19
   Илья полу-сидел в машине прямо за поворотом. Отсюда хорошо было видно дверь дома. Рядом на месте пассажира лежал охотничий бинокль. Он осматривался вокруг и, когда никого рядом не оказывалось, внимательно осматривал дом на предмет изменений - не отодвинули ли где штору, не возник ли в окне свет от лампы или телевизора. Нельзя спускать глаз со входа - как только охранник выйдет, у Глеба будет окно всего в пару минут. После выхода "Прапора" Илья должен подъехать к гастроному и наблюдать, когда тот пойдет с покупкой обратно домой - Глеба все время надо держать в курсе его перемещений.
   И самое главное - он сам не должен засветиться.
   Глеб же лежал под плащ-палаткой уже четвертый час. Каждая минута тянулась, словно десять. От холода он уже не мог с первого раза нажать на нужную кнопку на старенькой "Моторолле"*. Казалось, что прошло уже минут двадцать - а по часам прошло только пять. И ни размяться никак, - в окопах можно чай попить, поприседать, а тут и ногой лишний раз не двинуть. И как Зайцев*
  лежал часами зимой, под снегом, высматривая цель? И еще потом из винтовки куда-то умудрялся попадать, - как у него руки не дрожали-то?
   Перед выездом он думал взять с собой смартфон - было бы хоть что почитать, отвлечься немного. Но он помнил о "законе подлости": лишнее обязательно помешает.
   "Когда же Он выйдет, и выйдет ли вообще?" - думал Глеб, - "Сколько еще лежать? Час? Два? Три? Может просто пойти в дверь постучать? Типа у вас соль есть?" - "Ага, и сразу получить пулю в лобешник," - отвечал он сам себе.
   Время от времени Глеб вздрагивал - на связь выходил Илья. Каждый раз мог быть сигналом к броску:
   - Не спишь еще? - раздражающим голосом спрашивал он.
   - Ту-ут х*р уснешь, - стуча зубами от холода, отвечал Глеб.
   - Сыш, я тут прикинул: он там точно один. Ну выходит он один, в окнах никто не маячит - я бы точно что-то заметил уже. Погодь... Он выходит!
   - Дверь закрывает?
   - Вроде...Да!
   - Бл..ть!
   Глеб выпрыгнул из-под плащ-палатки, сгреб ее в охапку. Засунул рацию в нагрудный карман, схватил фомку, хлопнул по бедру - пистолет на месте. Бросил взгляд на место "лежки" - ничего не забыл. Пригнувшись, продрался сквозь заросли кустов, ограждающих брошенный сад от переулка. Осмотрелся - никого. Подбежав к забору, словно кошка перемахнул во двор - благо, адреналин рванул, скованности движения после пяти часов лежки как не бывало. Приземлился на твердый грунт, низко пригнувшись подбежал к боковой двери.
   Заперто. Само собой.
   Слева метрах в четырех было окно. Глеб почти на четвереньках подобрался к нему, заглянул чуть снизу, через угол рамы - на столе тускло светит лампа, что-то показывает маленький экран телевизора. Ничего важного. Только он двинулся было обратно - что-то дернуло остановиться. Он опять приблизился к стеклу, чуть приподнялся. По подоконнику тянулись новые провода, а на оконном стекле были закреплены пластиковые "кубики"*.
   - Твою ж мать! - шепотом процедил Глеб.
   Это старые советские датчики разбития. И, судя по новым нескрытым проводам, они рабочие. Похоже, Они серьезно отнеслись к охране и реанимировали "кубики". Глупо было бы предполагать, что они не поставили на двери датчики открытия.
   Он нажал на тангенту рации:
   - Дверь отпадает. Пробую другой вариант.
   - Давай, у тебя минуты полторы, - ответил Илья.
   Крыша дома была укрыта старым шифером. Местами треснувший, на нем отчетливо видно было темные пятна плесени. Глебу в голову пришла идея: возможен вариант сдвинуть в сторону одну шиферную пластину и залезть на второй этаж. Вопрос, сколько времени может на это понадобится? Тихо вынять кусок шифера тоже вряд ли получится.
   Низко нагнувшись, Глеб перебежал за дом. Здесь глухая стена, под которой сложены бревна для растопки. Осмотрелся - посреди сада стоял поломанный остов табурета. Вероятно, для выравнивания какого-то растения.
   В голове все сложилось быстро - подбежал, вырвал табурет - ножки уже успели сантиметров на пять врасти в мокрый грунт. Дальше - забросил одну ногу на бревна, чуть перенес вес - вроде бы держатся, раскатиться в стороны не должны. Подтянулся и забросил вторую ногу, полностью встав на бревна. Водосток с крыши был теперь ему примерно по грудь.
   Надо выбрать теперь, какой лист шифера легче будет выломать. Времени нет - значит подойдет любой. Поддел фомкой ближайший крепеж, вбив гвоздодер в резиновую прокладку - гвоздь легко вышел из отверстия, скатился в водосток. Теперь второй - то же самое.
   Следующие крепежи были уже выше, снизу не дотянуться. На крышу так не забраться - но Глеб не даром взял с собой табурет: упер ножки между поленьями, покрепче. Встал на него, уперся руками в крышу. Водосток затрещал под его весом - он крепился на нескольких арматуринах, торчащих прямо из кирпичной кладки. Глеб нащупал одну - и наступил ногой на водосток как раз в месте крепежа. Жесть со скрежетом согнулась, но нога стала прочно. Он оттолкнулся и взобрался на пологий скат крыши, ложась на нее всем весом тела. Шифер угрожающе затрещал. Глеб замер, прислушался. Вроде больше не трещит . Он схватил лом и вырвал два оставшихся гвоздя, держащих верхние края листа шифера.
   "Икнула" рация:
   - Он выходит, - услышал он голос Ильи, - что у тебя?
   Глеб не отвечал, - толкал освобожденный от крепежей лист шифера вниз. Тот начал подаваться, чуть сдвинулся. Еще чуть-чуть - асбест немного съехал, но уперся в водосток. Образовалась небольшая щель, куда можно было просунуть руку - явно недостаточно для того, чтобы залезть под крышу целиком. Освобожденный шифер теперь держался только за счет стороны, прижатой следующим листом асбеста. Теперь осталось его сломать по линии прижатия.
   Он засунул пальцы под лист, собираясь рвануть.
   - Он входит во двор! - из наушника донесся приглушенный голос Ильи.
   Глеб замер. "Прапор" точно услышит треск асбеста - сейчас рвать нельзя. Он прислушался: сквозь ель в крыше донеслись шаги вошедшего в дом охранника.
   Шуметь нельзя. Слезать с крыши Кок тоже не собирался - он дождется момента, когда сможет влезть внутрь. Осмотрелся, - может ли кто увидеть его, распластавшегося по крыше, как летучая мышь. Из дома на смежном участке, может быть - но там сейчас никого.
   Пискнула рация. Максимально уменьшив звук, он нажал на тангенту и чуть слышно сказал:
   - Я на крыше.
   - Ты где?! - не поверил ему Илья.
   - Остаюсь здесь, жду.
   Немного помедлив, Ильюха ответил:
   - Принял, наблюдаю.
   Прошло минут десять. Он лежал на крыше, время от времени прислушиваясь. Шифер под ним предательски скрипел. Казалось, каждое его движение, даже самое малое, сейчас выдаст его.
  Ничего не оставалось, кроме как сидеть вот так, замерев в одной позе, и ждать, пока охранник выйдет еще раз.
   Из щели дуло теплом и запахом пыли. Ноги уже онемели - то ли от холода, то ли отсидел.
   Он уже не смотрел на часы. Но мог бы поклясться, что сидит на этой крыше дольше, чем лежал под плащ-палаткой на земле. А он же тогда думал, что ничего хуже быть не может - тут же он даже пошевелиться не мог.
   Кашлянула рация. Глеб замерзшими пальцами нажал тангенту:
   - Повтори.
   - Он вышел! Закрыл дверь.
   Глеб подождал. Мысленно отсчитав десять секунд, спросил:
   - Отошел от дома?
   - Уже.
   - Понял, работаю.
   Он всем телом наклонился к злосчастному шиферу - ноги не слушались его. Воткнул под него пальцы - и с силой рванул его вверх. Лист громко хрустнул, осыпая кусочками асбеста и пылью все вокруг.
   Глеб хотел было бросить его вниз, но вовремя спохватился и положил его на крышу рядом. Заглянул во тьму дома, подсвечивая себе фонариком: низкий темный чердак, заполненный всяким пыльным хламом. Кок свесил одну ногу в дом, упершись двумя руками в крышу по обеим сторонам от проделанной бреши. К ноге еще не прилила обратно кровь - он не чувствовал, ступил ли уже на пол, или еще нет. Вися в таком положении, попытался подвигать стопой - секунд десять хватило. Носок коснулся пола, из под ботинка послышался хруст.
   Кок присел и опять осмотрелся. Потом передвинул лежащий на крыше осколок, закрыв дыру в крыше - пусть лучше ее не будет видно, плюс не возникнет сквозняк. "Да и вообще лучше быть аккуратным - чем черт не шутит, верно?" - он постепенно приходил в себя после изнурительного выжидания на крыше. Несмотря на свет, под толстым слоем пыли не было видно ничего. Потому он сделал несколько шагов практически на ощупь.
   Вот и люк на первый этаж. Дернул на себя - крышка легко подалась, вниз посыпалась пыльная крошка. Глеб встал на четвереньки, опустил голову в люк: тишина, нарушаемая только мерным гудением холодильника. Мерный свет исходил из комнаты, в которую он заглядывал с улицы. Он сбросил ноги вниз и спрыгнул, потянув за собой крышку люка.
   Оказавшись в коридоре, осмотрелся: несколько комнат по обе стороны. Что дальше?
   Ответа ждать не пришлось: пискнула рация. Он был так сосредоточен, пробираясь в дом, что совсем забыл про нее. Вставил наушник в ухо:
   - ... подходит! Повторяю: он подходит к дому...
   - Принял! Я в средине, работаю, - шепотом сказал Глеб и отключил рацию.
   "Так, теперь аккуратно" - сделал он глубокий вдох. Зажав зубами фонарик, достал пистолет, оттянул затвор - патрон был в патроннике. Снял с предохранителя.
   К двери дома кто-то подошел, вставил ключ в замочную скважину. Кок шмыгнул в боковую комнату. Закрыл глаза, прислушался.
   Один поворот ключа, дверь толкнули в дом. Кто-то зашел, поставил на пол полиэтиленовый пакет. Потом захлопнул дверь и закрыл на два поворота. В коридоре включился свет. Шаги - похоже, в комнату с телевизором. Лязг затвора автомата.
   "Ну, п...дец" - мелькнуло в голове Глеба, и он инстинктивно присел, наведя рукой пистолет на дверной проем. Где же он прокололся?! Похоже, "Прапор" понял, что в дом кто-то проник, и взял автомат. Ну, сейчас начнется...
   Он старался не дышать. Пальцы стиснули рукоять ПМа. Тишина. Потом охранник сделал несколько шагов и чем-то клацнул - звук напомнил пристегивание магазина к Калашникову. То есть... То есть Кок себя не выдал, охранник ничего не заподозрил - он просто передернул затвор, проверяя, пуст ли патронник автомата, а потом подсоединил "рожок".
   У Глеба отлегло от сердца - такого облегчения не испытываешь, наверное, даже вовремя оргазма. Он выдохнул - медленно, чтобы успокоиться. Выпрямился, не опуская руки с пистолетом.
   У охранника завибрировал телефон, заиграла незнакомая Глебу мелодия. За басами слова было не разобрать: "... Ми прийшли вже..."* - донеслась фраза из динамика, и охранник поднял трубку:
   - Да... Сыжу, кофэ пъю... Та чув... - отрывисто отвечал он кому-то, - ну давай, жду.
   Положил трубку. Глеб чуть расслабился.
   Внезапно послышались шаркающие шаги - "Прапор" вышел из комнаты и шел по коридору. Кок все еще держал пистолет на вытянутой руке, готовясь словить в прицел проходящего мимо охранника.
   Вот шаги уже совсем рядом... И он проходит мимо комнаты, не обращая внимания на притаившуюся в темноте фигуру с пистолетом в вытянутой руке.
   "Прапор" вразвалку пошел в конец коридора. Кок беззвучно двинулся за ним, держа в прицеле пистолета его затылок. Охранник, держа в левой руке автомат, правой хлопнул по выключателю и открыл дверь в туалет. Шагнул к унитазу, нагнулся - поставил автомат.
   Сзади медленно приближался Кок. Над коридором были натянуты веревки для просушки белья. Не останавливаясь, он стянул с одной полотенце. Согнул вытянутую с оружием руку, намотал ткань на кисть и пистолет.
   Прапор стоял у унитаза, спиной к коридору. Расстегнул ширинку, тихо напевал:
   - "Машингверы-штурмгеверы, видкрывай, мерзота, двери..."* - напевал он песню со звонка своего мобильного.
   Кок потуже затянул полотенце вокруг пистолета. До "Прапора" - пара метров. Он сделал еще о шаг, выпрямил руку в "свертке", направив в затылок охраннику.
   - "Мы прыйшлы вже..."* - допел он.
   Кок нажал на спуск. Приглушенный хлопок. Ноги охранника, словно бумажные, подогнулись, и он рухнул вниз. Тело упало на стену, придавив поставленный сбоку автомат. Он будто сел на колени, склонив голову к унитазу. Кок повел стволом вниз, - мог понадобиться второй выстрел - но "Прапор" не шевелился. Он был мертв.
   Полотенце, обернутое вокруг руки, задымилось. Внезапно Кок почувствовал сквозь перчатку жжение. Он начал энергично трясти кистью, с силой сорвал полотенце с руки. Запахло паленой тканью.
   Он осмотрел пистолет. Хорошо, что второго выстрела не понадобилось - пистолет словил клин*. Туго намотанное полотенце на дало гильзе вылететь, и она застряла в отверстии затвора, не давая ему закрыться.
   Так, он в доме и охраны нет. Можно было начинать. Он повернул регулятор громкости рации, сообщил Илье:
   - Охраны нет, - сказал он, - Как понял?
   - Понял, мне подруливать? - Они условились, что Илья должен был подъехать в боковой проезд для того, чтобы загрузить машину оружием. Пока было слишком рано - Глеб еще не знал, удастся ли что-нибудь найти.
   Он взял за ствол автомат, вытягивая его из-под навалившегося на стену тела "Прапора". Семьдесят-четверка* с рамочным прикладом, - для начала неплохой улов. Как минимум один автомат у них уже есть.
   - Нет, стой и следи. Я дам знать.
   - Принял, - послышалось из рации.
   В комнате позади зашумел электрочайник.
   Глеб обшарил руками карманы охранника. Так: кошелек, мобильник, пистолетные патроны россыпью... Все не то. Ага, вот и ключи. Еще складной нож. Он подвинул высунутую из туалета ногу "Прапора" в средину, забросил туда же слетевший с нее тапок. Закрыл дверь и выключил свет.
   Надо проверить, подойдут ли найденные ключи к гаражу.
   Открыв боковую дверь дома, подсветил фонариком: простая стальная дверь, замок - круглое отверстие - похоже, для крестового ключа. Чуть ниже - тяжелый гаражный запор, надежно удерживаемый висячим замком.
   Подходящих ключей в связке охранника не было.
   На то, чтобы сломать такую дверь, могло уйти слишком много времени. Сначала надо попытаться найти ключи.
   Он бросился в первую комнату. Надо было обследовать все, начиная отсюда.
   Найденное выкладывал прямо на пол. Через пару минут на уже образовался внушительный набор: второй "рожок" к автомату, несколько крупных гривневых купюр, РГН*, полулитровая бутылка. Глеб открыл и принюхался: керосин, - похоже, для чистки оружия. Пригодится. А вот и пара ключей для гаража.
   Он рванул на улицу к гаражу. Вставил ключ в отверстие и провернул. Потом на землю слетел и тяжелый висячий замок. Стальная дверь отворилась наружу, за ней оказалась еще одна деревянная.
   Чуть приоткрыв ее, Глеб подстветил фонариком щель: вдруг тут какие-то секреты есть? Ничего. Толкнул дверь, нашарил рукой выключатель. Помещение осветил холодный белый свет люминесцентной лампы.
   Кок вошел в помещение и присвистнул. Одного "Ланоса" тут явно не хватило бы.
   Вся стена напротив входа была заставлена патронными ящиками. Слева от двери был поставлен старый армейский оружейный стеллаж, наполовину заставленный стволами.
   Придется много таскать... Глеб расстелил на полу плащ-палатку, которой прикрывался, ожидая в засаде. Чтобы не бегать по сто раз к машине, он сложит на нее все полезное и потащит.
   Надо было быстро выбрать необходимое. Старенький АК, пара карабинов Симонова, одна СВД*... Кто вообще будет покупать себе СВД? Так, АКСу*... Этот надо брать - Глеб Сразу отложил его на брезент. АКМ еще один вроде ничего... Нет, - Глеб присмотрелся: газоотводная трубка была в потеках от сварки, верхняя накладка цевья ощутимо шаталась. Не годится. А вот семьдесят-четверка* с новым пластиковым цевьем - вроде бы ничего. Пошла на брезент вместе со старым АК.
   Ящик с корпусами для гранат. Лежат вразнобой, в основном РГН*. Так, тут бронежилеты... Несколько серых украинских "корсаров"*, какие-то самоделки*... Бронеплиты непонятные - одна вообще похожа на кусок металла, вырезанного из корпуса какого-нибудь БРДМа* - даже края не затерты после резки "болгаркой"*. Похоже, члены банды продавали в том числе списанное или откровенно непригодное снаряжение.
   Посреди прочего хлама Глеб нашел несколько РГД* - пойдут на растяжки. В картонной коробке из под сырков в шоколаде обнаружились запалы для гранат. А вот и эфка*...
   Все полезное летело на брезент плащ-палатки.
   В конце комнаты стоял несгораемый оружейный сейф. Глеб вспомнил про связку найденных ключей в кармане - достал, но ни один не подошел. Взломать сейф ломом можно было и не пытаться.
   Вдоль стены стоят нетронутые цинки* с патронами, зачем-то накрытые бандеровским флагом. Глеб сдернул на пол черно-красную тряпку, пробежался глазами по маркировке:
  "5,45 ПС", "7, 62 ЛПС" - эти для автоматов. "9,0 Пст" - для пистолетов... На брезент пошли коробки "5,45"* с бронебойным сердечником и пистолетные патроны, еще какие-то коробки, перевязанные скотчем.
   Он резко замер, услышав что-то новое. Это на дороге скрипнули тормоза: рядом с домом остановилась машина.
   Кок в два прыжка запрыгнул в дом, на ходу захлопнув стальную дверь гаража. По коридору рванул к передней двери.
   В наушнике прозвучал голос Ильи:
   - Машина подъехала, как слышишь?
   В окно бил яркий свет фар. Глеб присел, чтобы не быть замеченным. Нажал на тангенту*:
   - Сколько их?
   - Вышло двое.
   Он сгреб пакет с вещами охранника, схватил автомат. Сдвинул до вниз предохранитель, передернул затвор. Пригнувшись, подбежал к передней двери. Два раза провернув замок, открыл дверь.
   - Двое подходят... - не дослушав, Кок выключил связь и рванул в конец коридора.
   Послышался стук в дверь, потом шаги.
   - Че, дверь уже не закрываем, дятел? - донесся незнакомый бас.
   - Да он серит походу, - а это уже старый знакомый Фанат голос подал.
   Кок открыл в ванной воду.
   - Я тебя спрашиваю?! - грубо ответил ему бас, - понабирали дол...бов, б..ть. Этот стреляет посреди города, этот на посту сидеть не умеет... Е...ть, вы любое дело просрете, - он был явно зол на Фаната. Вероятно, именно он и стал причиной их внезапного приезда сюда.
   - Что, сложно у себя убрать? - продолжал он. Похоже, обратил внимание на перерытые Коком вещи охранника, - живете, б..ть, как животные...
   Подняв ствол автомата, Глеб выглянул из-за угла в коридор. Здесь пусто - оба в комнате охранника. Он двинулся впритирку к стене, готовый открыть огонь.
   - Ну где это сельское чмо? - обладатель баса ступил из комнаты в коридор. Сделав шаг, он повернулся и увидел наведенный на него ствол автомата.
   Грянул выстрел. Он дернулся было назад, и упал на спину, раскинув руки.
   - Бл...дь! - заорал в комнате Фанат.
   Кок не сводил ствола с упавшего. Выстрелил еще раз. Переключился на дверной проем в комнату охранника.
   - Ох б..ть... Ох е...ть... - бормотал там Фанат, - на с..ка!
   Из комнаты на миг показалась рука. В коридор влетела граната, - хлопок* - и ударилась о стену справа от Глеба. Он влетел в ближайшую дверь, споткнувшись, и упал на бок.
   Взрыв!
   Он открыл глаза. Черт, как же сильно рвануло. В ушах звенело. Из разбитого окна позади него выпадали осколки стекла. Казалось, что с дома крышу сорвало.
   "Ни х*я се, это что, эфка* была?!" - отвлекся Глеб, но тут же подхватил автомат, направив ствол в дверной проход. В следующей комнате, за стенкой, был противник.
   Сквозь пыльную завесу Кок разглядел ботинки убитого. Ему показалось, что носок дернулся. Нет, не показалось. Все тело рывком потянули вверх - в сторону первой комнаты.
   Кок отодвинулся от стены, сел к ней лицом. Сдвинул предохранитель автомата вверх до "АВ"*. Навел ствол на стену - предположительно, в сторону дверного проема следующей комнаты. Примерно там находился Фанат и пытаялся подтащить к себе тело. Нажал на спуск - автоматная очередь прочертила дырами по обоям косую линию. Грохот выстрелов затих звоном в ушах. В стороны полетели кусочки штукатурки и осколки дерева.
   Кок прислушался, готовясь на любой шорох ответить еще одной очередью. Ничего, ни шороха. Он привстал, держа автомат наготове, и, полуприсев, боком двинулся к двери. Посмотрел за угол - первый так и лежал, раскинув руки. Левый подол куртки был откинут, из-под него торчала пустая кобура для пистолета. Рука второго торчала из-за косяка двери, не двигаясь. Глеб напрягся: в другой руке мог находится пистолет. Он чуть попятился, наклонился вправо, чтобы получше рассмотреть второго: тот лежал на боку. Пальцы второй руки безвольно выпустили АПС, и он лежал в крови рядом с телом. Половина головы превратилась в месиво, и Глеб отвел взгляд: надо было сосредоточиться.
   Взрыв и стрельба уже гарантированно разбудили всех вокруг. Было слышно лай собак во дворах. Очень скоро здесь появится полиция. У него было максимум минут пять.
   Он включил рацию, заплетающимся языком сказал:
   - ... Них..я себе!? - проорал Илья, - ты как? Жи...
   - Давай машину к забору, - не слушая, оборвал его Глеб.
   Это был охранник Шефа - тот самый здоровенный дзюдоист, обладатель "прически морпеха"*. Глеб обшарил карманы его куртки, испачкав руки в крови и штукатурке. Нашел полный магазин для "Стечкина", документы, кошелек, связку ключей - они могли подойти к сейфу.
   Обыскав тело Фаната, в кармане нашарил рукой продолговатый короб смартфона.
   - Ну привет, - сказал он, достав из кармана его куртки свой телефон, - это мое. Я заберу, ты не против? - обратился он к обезображенной голове Фаната. Тот уже не мог ответить.
   - Ну вот и славно, - подытожил Кок, быстро рассовывая найденное по карманам. Вытерев испачканные кровью перчатки о плечо трупа, встал и засунул АПС* за пояс. Осмотрелся - вроде ничего не осталось - и побежал к выходу, на ходу выплескивая на пол керосин. У входа достал чиркнул об коробок несколько спичек и бросил в лужицу с горючим. Огненная дорожка побежала назад по коридору, освещая все вокруг пламенем.
   Глеб прикрыл двери дома, чтобы огонь не разгорался слишком быстро. Вернулся в гараж.
   Ключи Борза неожиданно подошли, и массивные дверцы сейфа легко распахнулись. На верхней полке, упершись цевьями в резиновый упор, стволами вверх стояло четыре автомата. На троих были навинчены глушители разных типов, четвертый снаряжен подствольным гранатометом и массивным дульным тормозом. Раскрашенные "под сетку" в песочный камуфляж, автоматы явно были не для продажи - скорее всего, они принадлежали членам банды.
   Остолбенев первые пару секунд, Глеб присвистнул.
   Нижнее отделение сейфа было разделено полкой. Внизу лежали несколько пустых плитоносцев* разных расцветок - не чета тем броникам, что были приготовлены на продажу. Чуть в стороне поставлены несколько натовских бронепластин с заводской маркировкой. Выше навалом лежали пистолеты в кобурах.
   Здесь было все, что нужно.
   Перетащив несколько деревянных патронных ящиков к забору и перекинув их в проезд, он дал команду Илье, чтобы тот подогнал машину. Сам вернулся в гараж.
   Внизу опустошенного сейфа навалена всякая мелочь.. "Рожки"* для автоматов, изолента, патроны пачками. Глеб, уже не разбирая, сгребал в рюкзак все.
   Время поджимало. Пламя в доме разгоралось.
   Он набросил на плече рюкзак. Сгребая концы плащ-палатки, потащил тяжелый сверток по полу и дальше по грунту - до забора.
   Илья уже выломал старую дверцу и теперь не было нужды перебрасывать все через ограду.
   Огонь в доме разгорался, в окнах уже виднелись языки пламени. Глеб вернулся в гараж и стал разливать из бутылки керосин. Внезапно его внимание привлек ящик со штампом "взрывоопасно", он остановился. Если здесь устроить пожар, то взрыв даже оставшихся боеприпасов гарантированно снесет пару домов вокруг, а рвущиеся патроны ранят гражданских и пребудущих сюда пожарников.
   Но уйти без сюрприза отсюда тоже нельзя.
   Глеб нашел в инструментах проволочку подходящей толщины, потом ввинтил запал в РГДшку*. Придерживая чеку, он вытащил кольцо из гранаты и взамен него продел проволочку.
   Прикрыв наполовину внутреннюю дверь, он присел и положил на бетонный пол гранату чекой вниз. Придерживая второй рукой, аккуратно вытащил проволочку. Лежа в равновесии, чека под весом гранаты вылететь не могла. Аккуратно, не отрывая гранату от пола, он подвинул ее за дверь: теперь первый, кто войдет, неминуемо заденет лежащую за ней гранату. Ну, милости просим.
   Глеб закрыл стальную дверь гаража, навесил замок.
   Из дома шел густой дым, начинало трещать от пламени. Вдалеке слышались сирены. Глеб побросал через забор оставшиеся вещи, перепрыгнул сам. Илья уже сложил все в багажник и ждал в машине, включив двигатель.
   Глеб плюхнулся на переднее сиденье, не успев захлопнуть дверь. Машина рванула с места и через секунду вылетела на асфальтовую дорогу.
   Машина петляла по сельским улочкам. По параллельной дороге пронеслась карета скорой помощи, потом полицейская машина с сине-красными мигалками. Наконец, выехав на главную дорогу, Илья повернул вправо.
   Глеб стащил перчатки, вытер со лба пот. Вспомнив, что за поясом у него заткнут новый пистолет, достал и проверил затвор. Пули в патроннике нет.
   В ушах все еще стоял свист. Глебу еще не приходилось находиться в доме, в котором детонировала граната. Взрыв ее посреди поля - это просто хлопок и поднятая вверх пыль, в помещении все совершенно по-другому.
   Они ехали по ночному городу. Адреналин постепенно проходил. В мозг вторгалось осознание произошедшего. В голову начали лезть опасные мысли. Глеб знал: если задумываться о том, что только что своими руками в упор убил троих людей - не врагов, а таких же людей из плоти и крови - можно было бы тронуться рассудком.
   Глеб старался не поддаваться подобным мыслям, но в голову снова и снова лезла разорванная голова того парня.
   "Это были просто враги, которых надо было уничтожить, - надо было думать только в таком ключею. - Меня бы они убили, не задумываясь. И никакие угрызения совести их бы не волновали" .
   И думать надо не про то, как он их убил, а про то, как они гранату забросили в офис под ноги Кольке, как Геннадьича расстреляли из нескольких стволов. И было бы глупо полагать, что Геннадьич и Колька были единственными пострадавшими от их рук. И ничего, совесть их не мучила. Для них это просто бизнес, так? Ну так пусть считают, что у них появился агрессивный конкурент, борющийся за место на рынке. Просто бизнес, ничего личного.
   Он посмотрел на сиденье: сзади лежали автоматы, грудой навалены цинки с патронами. Самое главное было сделано: у них теперь есть оружие.

Оценка: 8.04*9  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2015