# Чеченский синдром

Денис Владимирович Макурин

Признаюсь, в деталях не вспомнить, каким пришёл с войны. Как по возвращении сливался с повседневной жизнью. Нормально, вроде. Ну, матерился чуть больше, чем остальные, раздражала инертность людей. Ещё очень сильно беспокоила тишина, поэтому был слегка агрессивный. А по вечерам доходило до того, что не мог уснуть, было тревожно без стрельбы. Но всё это быстро прошло, через месяц примерно. В общем, ничего особенного, и даже казалось, что никакого переворота в моей психике или сознании не произошло. Мне же вообще, можно сказать, крупно повезло. Моя война всего пару месяцев длилась, а поэтому и к мирной жизни я быстро адаптировался. Так я думал, пока приобретённые навыки, пригодные только для боевой обстановки, себя не проявили. Видно, они так глубоко пустили корни, что дали побеги, стоило лишь попасть на благодатную почву.

Дело было зимой, в две тысячи первом году. Я созвонился со своим сослуживцем Юркой. Созвонились, договорились встретиться, посидеть, как водится: вина выпить, на гитаре побренчать. И в назначенный день я подъехал к нему с бутылкой водки. А Юрка, как радушный хозяин, стол накрыл.

Встретились, пообнимались, прошли на кухню и расположились за столом. После первой обсудили, кто как в жизни устроился. После второй зашёл разговор о том времени. Зазвучали рассказы, воспоминания. Третьей ребят помянули. После четвёртой задумались о вечном и о том, что тленно. И тут бы нам не помешала гитара, но её не нашлось. Прикончив бутылку, решили не сдаваться и, конечно же, предпринять второй заход. Оделись и отправились в супермаркет.

К тому времени воскресный вечер уже окутал улицы снегом и тишиной. Мы вышли из подъезда, и стоило ступить на тротуар, как я машинально встал на следы впереди идущего, абсолютно не знакомого и ничем не примечательного прохожего. Юрка, следуя моему примеру, встал за мной. Так мы и пошли до супермаркета, след в след. При этом каждый - наедине со своими мыслями, смотря только под ноги, боясь оступиться.

В какой-то момент наш незнакомец заподозрил неладное у себя за спиной. Он остановился, поддёрнул воротник и обернулся. Нервно поправил шапку, сдвинув её на затылок, осмотрел нас с головы до ног и спросил: "Парни, вам чего надо?!" Я приставил палец к губам и прошептал: "Тс-ссс. Тише. Мины вокруг". А прохожий почему-то нисколько не удивился моему ответу. Наоборот, он даже как-то понимающе промычал: "Ммм!" Вроде как: "Всё с вами понятно". После этого он ещё раз поправил воротник, но уже спокойно. Затем сунул руки в карманы и пошёл дальше, по своим делам, уже не оборачиваясь и не обращая на нас никакого внимания. Так мы и шли минут десять: прохожий - "командир группы", я - "прикрывающий", а Юрка - "замыкающий". В таком составе и дошли до места назначения.

На перекрёстке наши пути разминулись. Прохожий пошёл налево, а нам нужно было направо. И до магазина оставалось всего ничего, каких-то пятнадцать шагов, но тут я замер. Появилось необъяснимое чувство тревоги. Я не мог наступить на выпавший снег без сапёрного щупа, кажется, мои нервы натянулись до предела, но на выручку пришёл Юрка. Он налетел на меня и с криком: "Чё тормозим?!" - треснул мне по плечу. И только тогда я вышел из оцепенения.

Наши посиделки мы решили продолжить на улице. Погода располагала: свежий воздух бодрил и придавал сил. Поэтому, купив в супермаркете "топливо", одноразовые стаканчики и банку маринованных корнишонов, мы отправились в аллею, где и расположились на первой свободной лавочке.

Приняв на грудь порцию горячительного, Юрка ни с того ни с сего отошёл в сторонку, присел возле берёзы и затеял там какую-то возню. Я, разумеется, удивился и окликнул его, мол, что за суета? А он только рукой отмахнулся и проворчал: "Отстань!"

Анализировать Юркину деятельность мне не хотелось. Я спокойно ждал, когда он закончит, надеясь вернуться к нашему разговору. В это время к нему подошла какая-то бабушка, остановилась рядом и спросила: "Что там, сынок?" Юрка повернулся к ней и сквозь зубы процедил: "Осторожно, бабуля, растяжка". Бабка не на шутку перепугалась, всплеснула руками и запричитала: "Как же это? Что же это делается? Откуда? Где же? Не вижу!" Юрка усмехнулся и сказал: "Давайте руку, я вам помогу". Взял бабулю под руку, подвёл к берёзе, показал рукой: "Вот здесь!" И начал помогать ей перешагнуть не существующую растяжку: "Поднимайте ногу выше, осторожнее, вот так. Вторую тоже перешагиваем. Всё. Готово!" А я отвернулся от них и не вмешивался. А чего тут скажешь?

Я задрал голову вверх и смотрел на мигающий фонарь. Его подмигивание напоминало мне мерцание осветительной парашютной мины, и всё глубже погружало в непрошеные воспоминания.