# Позывной "Белая Лилия"

Мэттью Криши

Потрясающая история красивой молодой женщины, ставшей одним из самых знаменитых советских лётчиков-истребителей времён Великой Отечественной войны.

• M.G.Crisci "Call Sign, White Lily"

• amazon.com/gp/product/1456632574/

Переводчик, редактор, корректор и консультант по истории и культуре СССР Елена Сиволап (с)

Потрясающе красивая Лилия Литвяк была необыкновенной женщиной для общества, где доминировали мужчины.

Ребёнком она любила собирать полевые цветы и кататься на коньках. В возрасте 14 лет она стала курсантом аэроклуба; в 16 успешно тренировала мужчин в Военно-Воздушных силах России накануне вторжения Гитлера. В 18 она стала первой лётчицей-истребителем в элитном 437-м авиа-батальоне, в котором были одни мужчины.

За 8 месяцев пребывания в 437-м батальоне Лиля совершила 168 вылетов, лично сбила 15 немецких "мессершмиттов", трижды была ранена, награждена пятью орденами и медалями, получила звание старшего лейтенанта, была безумно влюблена в капитана Алексея Соломатина, который погиб у неё на глазах во время жестокого воздушного боя.

1 августа 1943 года Лилия была окружена 12 "мессершмиттами". Её самолёт пропал в районе крошечного хутора Мариновка в Восточной Украине.

Её тело и останки самолёта были обнаружены 36 лет спустя, в 1979 году, небольшой группой детей, которые называли себя "Разведчики Военной Славы". В 1990 году Указом Президента Михаила Горбачёва Лилия была удостоена высочайшей награды - звания Героя Советского Союза. Сегодня в городе Красный Луч, недалеко от места последнего боя Лилии есть памятник и музей её памяти.

## Позывной "Белая Лилия"


Потрясающая история красивой молодой женщины, которая стала одним из самых знаменитых лётчиков-истребителей России времён второй мировой войны

автор М.Г.Криши

ORCA PUBLISHING COMPANY

7113 Tatler Road

Carlsbad, CA 92011

CopyrightNo 2009 by M.G. CRISCI

All rights reserved, Including the right of reproduction In whole or in part in any form.

Designed by Anita Rodriquez Crisci

Edited by Robin Friedheim

Cover Art: Sunrise in New Zealand by M.G. CRISCI

Manufactured in the United States of America

Library of Congress Control No. 2009907911

ISBN 97809663360-2-3

Посвящается отважным русским и украинским семьям, которые понесли огромные потери.

Пусть мир никогда не забудет.

## Предисловие


Красный Луч, Украина

30 июля, 2009

Дорогие читатели,

Вы держите в своих руках плод доблестного сотрудничества между двумя культурами, к которым мы имеем честь принадлежать.

Я учитель английского языка из маленького украинского города Красный Луч Луганской области. Лилия Литвяк, прототип этой книги, сражалась за наш город во время второй мировой войны и погибла недалеко от него. Имя этой 22-летней москвички включено в Книгу рекордов Гиннеса как самой результативной лётчицы-истребителя второй мировой войны.

Я проработала 27 лет в школе, носящей её имя. В этой школе расположен музей "Разведчиков Военной Славы", где можно увидеть фотографии, документы и артефакты, принадлежащие героям войны, многие из них связаны с именем Лилии Литвяк. Многие поколения детей воспитаны на героическом прошлом нашей страны. Я горжусь, что имею отношение к этой школе.

Я думаю, тот факт, что три человека - американский писатель, украинская учительница и куратор музея, живущие за многие тысячи километров друг от друга, объединились общей идеей - донести до мира эту замечательную историю - это сам по себе интересный опыт, который никогда не встречался ранее.

Мы хотели, чтобы мир узнал о тех великих жертвах, которые люди заплатили за мир на планете. Чтобы знали, что и в Америке, и в Европе люди доброй воли одинаковы, они хотят жить в мире, они хотят найти общий язык, в самом широком смысле этого слова, они хотят делиться культурными ценностями и опытом.

Мы верим, что миру будет интересно узнать об этой красивой храброй девушке. Это не планировалось как просто коммерческий проект о непонятой культуре. Эта книга прежде всего прославление несгибаемого духа женщин... всех женщин, повсюду.

Книга также непредвзято показывает, что наши патриотические взгляды, гражданская гордость не отличаются от взглядов обычного американца.

Мы желаем, чтобы читатели во всём мире нашли наше литературное сотрудничество информативным, увлекательным и вдумчивым. Мы также включили фотографии, иллюстрации, плакаты и реликвии времён Лилии, которые, как мы полагаем, на данный момент никогда не публиковались за пределами России. Мы надеемся, что они обогатят ваш читательский опыт.

С огромным уважением,

Валентина Ващенко,

куратор музей Лилии Литвяк

Елена Сиволап,

учитель английского языка

школы N1


Валентина Ващенко, *** Елена Сиволап,

куратор музея ***** учитель английского языка

Лилии Литвяк ******* средней школы N1

## Глава 1


Трёхлетняя Лилия в парке недалеко от квартиры Литвяк на Новослободской улице в центре Москвы.

Москва, 1921...

Серый день. Небо угрюмого тёмно-серого цвета.

Облака висели низко, густые, тяжёлые от холодной сырости. Температура, около 15 градусов, была непривычно низкой для конца московского лета. Женщины кутались в шерстяные кофты и быстро перебегали из магазина в магазин по оживлённому Арбату. Было похоже на ранний октябрь.

Неприметное здание центрального московского роддома несло на себе следы долгих суровых зим, и видно было, что ремонт не производился десятилетиями. Тонкие, как волосок, трещины тянулись от верхнего этажа до полуразрушенных входных ступенек, выходящих на улицу.

Здесь 18 августа в неподдающейся описанию палате, извиваясь и вереща, Лилия Владимировна Литвяк заявила о своём появлении на свет гордым родителям, Владимиру и Анне, бывшим крестьянам из крошечной деревеньки Истра, что в шести часах езды на лошади от Москвы.

Медсестра передала младенца с проницательными серо-голубыми глазами и кудрявыми льняными волосами её маме и широко улыбнулась: "Поздравляю, товарищ Литвяк, ваша дочь необыкновенная красавица".

Анна светилась от гордости, когда взяла дочь на руки в первый раз. Ребёнок оказался на удивление спокойным, казалось, он радостно смотрит в глаза матери. Девочке нравилось в этом мире.

Вскоре маме и дочке пора было выписываться из больницы. Владимир мечтал об этом дне несколько месяцев. Он приветствовал свою новорожденную дочь широкой улыбкой: "Она пошла красотой в свою маму".

Завернув обеих в тёплое одеяло, чтобы защитить от утренней свежести, Владимир нежно усадил их на мягкую подстилку из сена и соломы в телегу, запряжённую лошадью, и взмахнул кнутом, направляясь домой. Анна запела "Спи, младенец мой прекрасный", свою любимую колыбельную на слова Лермонтова, а Владимир погрузился в воспоминания о том, какой путь прошла его семья до этого радостного дня.

Ровно за четыре года до этого в поместье богатого и надменного помещика Евгения Васильева двое молодых крестьян, 16-летняя Анна Тарасова и 19-летний Владимир Литвяк, оказались на одном поле. Им было велено выкапывать, очищать от земли и укладывать в корзины картофель - новый урожай того года.

Красивый, с жёсткими вьющимися волосами, Владимир был прилежным и сильным работником. Он перебирал один за другим клубни картофеля, выискивая самые крупные. Он полагал, что на боковых стеблях не будет крупных клубней. Анна считала иначе и не побоялась сказать об этом.

"Владимир, ты слишком много усилий прилагаешь к каждой картошке. Почему бы не поискать на боковых стеблях?"

Владимир коротко бросил: "Откуда ты знаешь?"

"Хочешь верь, хочешь не верь, но женщины иногда понимают не меньше мужчин", - улыбнулась Анна, наматывая на палец длинную прядку белокурых волос.

"Правда?" - сказал Владимир, не замечая, какая красавица стоит перед ним. Он протянул ей лопату и нож: "Ну покажи". За несколько минут она прошла тот же рядок, который обработал Владимир, и нашла ещё двенадцать крупных спелых картофелин. Она стояла перед ним и гордо улыбалась. "Думаю, теперь ты соберешь намного больше!" Вот теперь Владимир обратил внимание на нежную, но решительную красавицу, стоящую перед ним.

Другие мужчины того времени могли бы топнуть ногой и закричать. Или просто уйти. Но Владимир, несмотря на то, что мужчины доминировали в обществе, опережал своё время. За его мужественной внешностью скрывалась чувствительная натура. Стрела амура сразила его - и навсегда.

"Может быть, ты научишь меня, как это делается?", - спросил он, заигрывая.

"Может быть", - улыбнулась Анна, в глазах которой играли чертенята. Та же стрела задела и её.

Одиннадцать месяцев спустя, на том же самом картофельном поле, Владимир предложил Анне руку и сердце. Вскоре они обменялись клятвами, сыграв скромную крестьянскую свадьбу, как было принято в то время. В первые же годы своей семейной жизни Владимир, которому тесно было в деревне, заговорил о переезде в Москву. Анна поначалу противилась, она привыкла к деревенской жизни.

"Аннушка, разве для этого совершалась революция?" - самонадеянно спорил Владимир. "Нет, чтобы создать для нас лучшую жизнь. И для наших детей".

"Дай мне подумать", - отвечала Анна, стараясь оттянуть время.

В спорах проходили недели, у Владимира кончились разумные доводы и он прибегнул к другой, более хитрой тактике: "Милая, - сказал он однажды после обеда, глядя на неё с любовью, - ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Неужели твоя красота так и завянет здесь, в деревне?"

Две недели спустя молодая семья упаковала свои скромные пожитки, простенькие украшения Анны и отправились в Москву.

## x x x


Вскоре после приезда в Москву Владимир постучал в дверь управляющего небольшой мебельной фабрики, которая расположилась на окраине города. Фабрика стояла на берегу реки, и готовая продукция тут же отгружалась на корабли и доставлялась в другие города.

Управляющему нужны были квалифицированные работники. Владимир не подходил.

"Я всё могу делать своими руками. Мне только нужно показать, как", - горячо настаивал Владимир. "Я умею много работать. Вы будете довольны. Слово даю".

Седоволосый управляющий потёр рукой подбородок, потом улыбнулся. "Ну, рискну".

"Никакого риска", - сказал Владимир. "Верное дело".

Через время Владимир стал отличным столяром. На 20-летие Анны он приготовил ей сюрприз. "Жена, пойдём смотреть на твой именинный подарок".

"Почему ты не можешь отдать его мне здесь?" - спросила Анна, протягивая руку к сумке, стоявшей на полу у ног мужа.

"Есть причина", - ответил он.

"Так что же это?"

"Ну если я скажу тебе, тогда это не будет сюрпризом. Пойдём со мной. Хоть на несколько минут перестань болтать".

Двадцать минут спустя они стояли на берегу пруда недалеко от фабрики. Владимир вытащил из сумки красивую деревянную лодку, выкрашенную в красный и жёлтый цвет, и гордо произнёс: "Я сделал её сам. Мой подарок тебе".

Анна улыбнулась, глядя на лодку, на обоих бортах которой ярко-синим было начертано её имя. Её сердце забилось от гордости. Она чувствовала себя почти так же, как если бы у неё появилась настоящая лодка.

"Это самый прекрасный подарок, который я когда-либо получала в моей жизни".

"Теперь мы можем представлять себе, как мы поплывём вместе в разные страны".

"И всегда будем возвращаться домой?" - спросила Анна, поддразнивая.

"Ну наверняка", - улыбнулся Владимир, вытаскивая из кармана верёвку и привязывая её к крючочку на корме.

Неделю за неделей, по выходным, если позволяла погода, молодая пара запускала свою лодку в пруду и наблюдала, как её несёт ветром.

"Сегодня поплывём по Волге до Каспийского моря и вдохнём свежего солёного ветра".

Молодые засмеялись, когда Владимир подтянул лодку к берегу и заглянул в неё. "К сожалению, сегодня плохой улов. Неудачный день".

"День не может быть неудачным, если рядом со мной мой муж", - улыбнулась Анна.

Стоял морозный январский день. Лодка уже давно стояла "на приколе" в кладовке.

Владимир, который не любил зиму, но вынужден был смириться с ней, выглянул в окно. Ему вдруг вспомнились их прогулки с Анной и их морские путешествия "понарошку", после которых они обычно устраивали прекрасный пикник. Он улыбнулся.

"Чему ты улыбаешься?" - спросила Анна. "Ты вдруг полюбил зиму?"

Он потёр рукой щетинистый подбородок. "Я представил себе, как мы устроили пикник на берегу. Под деревом, после плавания. Корзинка была полным-полна. Абрикосы и груши были такие вкусные, лимонад такой свежий. Мы ели, пока не опустошили всю корзину".

Анна погладила свой живот. "Нет, она всё равно полна".

"А теперь ты расскажи мне о своих мечтах", - засмеялся Владимир.

"Это не мечта".

Владимир посмотрел на неё, совершенно сбитый с толку. Анна почувствовала, что ей стоит высказаться более определённо.

"Дорогой мой, я говорю об этой корзине", - сказала, она, указывая на свой живот.

Так Владимир узнал, что в скором будущем станет отцом.

## x x x


Когда Владимир вспоминал эти первые дни их отношений, он часто спрашивал себя, не от жены ли получила малышка Лиля непоколебимую решительность и чувство прекрасного.

## x x x


Первым домом Лили была маленькая, но опрятная двухкомнатная квартирка на Смоленской улице. Владимир, Анна и Лиля спали в одной комнате, а вторая была одновременно кухней и гостиной, где они читали, принимали гостей и общались по вечерам, обсуждая события дня.

"Мы будем экономить, чтобы когда-нибудь наша дочь жила лучше", - объявил оптимистично настроенный Владимир, который теперь работал на двух работах - всю неделю на мебельной фабрике, а по вечерам со вторника по пятницу дежурным на железной дороге. Хотя ни одна из этих должностей не была пределом мечтаний, всё же Владимир получал регулярную зарплату и работал меньше и в лучших условиях, чем в поместье Васильева. Анна и Владимир принадлежали к самым бедным слоям среднего класса, но гордились этим!

## x x x


После ухода Анны Владимир, страстный политик, пригласил в гости не менее страстного соседа Бориса - поговорить и разделить бутылочку. Разговоры быстро перешли в споры о текущих событиях - кто да что.

Уже через несколько минут мужчины размахивали руками и кричали друг на друга, стараясь убедить собеседника в своей правоте. "Я всё-таки не доверяю Каменеву (Каменев - революционер-большевик и выдающийся политический деятель 20-х гг. - прим. автора). Вспомни, как они с Зиновьевым были единственными, кто выступал против Октябрьской революции (захват власти Советами в октябре 1917 г. - прим. автора)", - заявил Владимир. "Разве Ленин не написал воззвание, называя их дезертирами?"

"Твои сведения устарели. Времена меняются. И люди меняются. Зачем всё время жить прошлым? Даже сам Ленин пересматривает свои взгляды!" - запальчиво отвечал Борис.

Пока мужчины выпивали и спорили, маленькая Лиля проснулась в соседней комнате от шума и потянулась к коричневому платку, висевшему на стуле. Вместо того, чтобы захныкать, она решительно перекатилась к краю кровати и соскользнула на ковёр. От неожиданного падения малышка заплакала. Разгорячившиеся мужчины ничего не слышали... пока Анна не пришла домой.

"Как там наша доченька?" - спросила она.

"Спит тихонько, как церковная мышь", - ответил Владимир. Борис закивал тоже. Анна увидела наполовину пустую бутылку водки. Она направилась в спальню. Лилины щёчки покраснели от пролитых слёз. Она посмотрела на маму и радостно загулила, как будто говоря: "Слава Богу, ты пришла!"

Анна была в ярости. "Владимир, как ты мог допустить это! Слава Богу, что дочка упала на мягкий коврик".

## x x x


В шесть месяцев Лиля, которая имела на удивление хорошую координацию движений, начала хвататься за ножки кухонного стола, явно пытаясь встать. К девяти месяцам сделала первые шаги. Ещё через месяц впервые произнесла "мама" и "папа". А к тому времени, когда девочке исполнился год, Анна учила её названиям животных и давала нюхать собранные полевые цветы.

В течение этого же года родители случайно заметили ещё одну уникальную особенность дочери. Анна всегда ставила широкий кувшин с полевыми цветами на стол между Лилиной колыбелькой и родительской кроватью. Цветы были преимущественно красные и белые, в память о том дне, когда она впервые сообщила Владимиру о прибавлении в семье. Однажды вечером после того, как Анна спела дочке колыбельную и та уснула, они с Владимиром вернулись на кухню, чтобы почитать ещё перед сном. Они оба не слышали, как Лиля проснулась, увидела цветы, протянула ручку из колыбельки, схватила из кувшина два белых цветка (её любимый цвет) и снова спокойно заснула.

Анна включила свет в спальне.

"Володя, посмотри на свою дочь".

Лиля крепко спала, прижав к щёчке два белых цветка.

"Как это могло произойти?" - удивился Владимир.

Испугавшись, что стебли могут ткнуть в глазик дочке, Анна тихонько вытащила цветы и вернула их в воду.

"Наверное, нам лучше убрать кувшин, чтобы малышка не натворила беды", - сказала она.

"Правильно", - подтвердил Владимир.

В тот же вечер Лиля проснулась и обнаружила, что цветов не видно. Девочка заплакала и настойчиво показывала ручкой туда, где они раньше стояли. Так продолжалось целый час.

"У этой малышки железная воля. Давай вернём ей цветы", - сдался Владимир.

"Она должна понять", - ответила решительно настроенная Анна.

"Что понять?"

"Что не всегда должно быть, как она хочет".

В четыре часа измождённая Анна тоже не выдержала. Она оборвала жёсткие стебли цветов и положила их в кроватку. В считанные минуты Лиля затихла и спокойно заснула.

"Мы проиграли. Думаю, решение было не таким уж правильным", - пробормотал Владимир, натягивая одеяло на голову.

## x x x


"Поздравляю, товарищи", - улыбнулась врач, когда родители принесли девочку на ежегодный медосмотр. "Лилечка совершенно здорова, и у неё хорошая координация движений".

"Но что нам делать с её характером?" - спросил Владимир, имея ввиду их бессонные ночи.

"А что с характером?" - переспросила врач.

Владимир поведал ей о своих проблемах: "Она отказывается засыпать, пока мы не поставим цветы возле её кроватки".

"Ну и что?"

"Как только она засыпает, мы выключаем свет. Тогда мы убираем цветы, чтобы ночью ничего не случилось".

"Но это же хорошо, разве не так?"

"Каждую ночь одно и то же. Она просыпается, обнаруживает, что цветы забрали, - и проявляет характер, кричит, пока их не вернут".

"Я не думаю, что это свидетельствует об особенно плохом характере", - ответила врач.

"Тогда что это означает?"

"Товарищи, это означает, что Лиля обладает хорошим ночным зрением в дополнение к хорошей координации и решительному характеру".

"А что будет, когда она вырастет?"

"Товарищ", - улыбнулась врач. "Мы говорим о её зрении, координации или настойчивости?"

Владимир засмеялся: "Может быть, она использует свои способности, чтобы стать ночным сторожем?"

"А может быть, она решит стать лётчицей и будет выполнять ночные рейсы?" - предположила врач.

Владимир, Анна и доктор засмеялись. Малышка Лиля - нет.

## x x x


Семье требовалась квартира побольше, чтобы всем хватало места. Анна, вопреки протестам Владимира, нанялась работать на полдня день в магазине. "Мы будем вместе работать, чтобы поднять на ноги ребёнка", - заявила она. "Это временно".

Анна была права.

За десять месяцев они накопили достаточно денег, чтобы переехать в большую удобную квартиру на Новослободской улице, которой было 400 лет и которая была сожжена дотла во время Отечественной войны 1812 года, а потом заново отстроена. У Лили даже появилась своя собственная комната, редкостная роскошь в Москве для такой малышки.

"Как тебе удалось найти такое замечательное жильё?" - спросил Владимир, которому казалось, что он очутился в раю.

"Когда я раскладывала товары на полках, я услышала, как управляющий рассказывал своему заместителю об этой квартире. Я сказала управляющему, что плохо себя чувствую и что мне надо домой. Пришла прямо сюда - и вот мы здесь!"

## Глава 2


Отец Лилии, Владимир, горячо верил в новую жизнь как её видел Сталин

Москва, 1927...

Молодой и амбициозный Сталин предупреждал делегатов 15-го съезда Коммунистической партии об "угрожающем капиталистическом окружении", вызванном крахом Ленинской новой экономической политики (нэп). По его мнению, выживание и развитие Советского Союза возможно было только в условиях управляемого государством развития тяжёлой промышленности, исключительно под его руководством.

Перемены наступали быстро. Сталин чутко уловил веяние времени. Народ, в основном простой пролетариат, к которому принадлежали и Анна с Владимиром, впитывал в себя коммунистические идеалы как путь к лучшей жизни, о которой они мечтали. Государство взяло в свои руки управление всеми магазинами, сельским хозяйством, заводами, как в городе, так и в деревне.

"Я думаю, это в нашу пользу", - толковал Владимир однажды вечером. "Работа на государство означает, что у нас будет постоянная работа и регулярная заплата". Анна была согласна.

После тщательной проверки (Сталин был охвачен идеей устранять всех, кто имел чуждые взгляды) Анна была принята на службу в государственный магазин в центре Москвы, недалеко от их дома, в то время как Владимир был назначен диспетчером в быстро развивающейся советской железнодорожной системе.

Не прошло много времени, как дисциплинированная и внимательная Анна получила повышение до старшего продавца, что давало ей доступ ко всем товарам, которые доставлялись в магазин и продавались на прилавках. Время от времени устаревшие журналы мод из Западной Европы и Америки попадали к ней в магазин. Анна выбирала те, где было много картинок, и складывала в шкафчик, а потом рассматривала в обеденный перерыв или после работы, представляя себе, что же там могло быть написано под иллюстрациями. Она быстро пришла к выводу, что "буржуазная культура" подчёркивала существенное, общее, неизменное качество женщин - желание усовершенствовать свою внешность.

"Так тебе нравится?" - спросила Ольга, её начальница, одетая подчёркнуто немодно, заметив интерес Анны к журналам.

Внутренний голос подсказал Анне, что лучше промолчать, чтобы не быть обвинённой в антигосударственном поведении.

"Не волнуйся", - сказала круглолицая розовощёкая начальница с тугим пучком чёрных волос на затылке. "Ты очень хорошая работница. Возьми один из стопки, никто ничего не скажет".

Несколько дней спустя Анна принесла домой первый из выбранных ею журналов, немецкое издание Harper's Weekly. Шовинистически настроенный Владимир перелистал страницы в полном изумлении. "Эти женщины такие хрупкие, неудивительно, что немцы велят своим женщинам сидеть дома и рожать детей".

"Значит, ты хочешь сказать, что я толстая?" - поддразнила его Анна.

Владимир смутился: "Нет, я не это хотел сказать".

"Ну тогда значит, ты имеешь ввиду, что я уже не та красивая женщина, на которой ты женился?"

Владимир понял, что попал в ловушку: ему не миновать головомойки независимо от того, скажет он "да" или "нет".

## x x x


Полгода спустя в магазин поступило несколько тюбиков иностранной помады в повреждённом состоянии, непригодном для продажи. Анна заинтересовалась. "Ольга, можно я попробую один из этих поломанных тюбиков?"

Ответ Ольги её удивил: "Анна, с твоей смуглой кожей и тёмным цветом волос я бы взяла более тёмный оттенок. Вот, дай-ка я тебе покажу". Анна не ожидала такой компетентности.

Ольга выбрала блестящий тюбик насыщенного красного цвета, приложила к губам Анны и накрасила их быстрыми точными движениями, так что они приобрели сочный выразительный вид.

"Ну, смотри!" - гордо сказала Ольга, поворачивая её к зеркалу.

Анне понравилась женщина, которую она там увидела. Владимир тоже был приятно удивлён в тот вечер, встретив у двери свою "модницу - работницу". С того дня Анна редко выходила из дому без помады, и эту манеру позже переняла её дочь. Уже к семи годам Лиля требовала, чтобы мама перед выходом "надела губы", как они стали называть этот процесс.

Журналы также рекламировали изысканные масла для ванны и ароматы, которыми баловали себя женщины Нью-Йорка, Лондона и Парижа. Однажды, собирая букет полевых цветов, чтобы украсить ими стол к обеду, Анна наткнулась на заросли розмарина. Она собрала цвет, принесла домой, залила кипятком и оставила настаиваться. Когда отвар был готов, она слила душистую жидкость в бутылку и поставила в шкафчик. В тот вечер, купаясь, она добавила в ванну около литра ароматного настоя. Приятно пахнущее тело Анны привлекло Владимира, как мёд привлекает пчёл. Никогда ранее он не был так нежен с возлюбленной. Вот так неожиданно она обнаружила, что её домашние ароматные снадобья (особенно из маков и нарциссов - по сезону) повышают её привлекательность для мужа.

У Анны вошло в привычку купаться в ванне с добавлением розмарина, когда ей особенно хотелось нежности и ласки от Владимира.

Лиле тоже понравились мамины душистые средства, хотя она была ещё слишком мала, чтобы понимать, зачем Анна это делает.

"Мамочка, - просила малышка, - ты так прекрасно пахнешь. Можно мне тоже налить в ванну этой вкусной водички?"

Владимир был отличным и дисциплинированным работником, который живо интересовался всеми аспектами работы на железной дороге и быстро осваивал их. Работу проводника, техническое обслуживание, составление расписания, диспетчерские обязанности. Его работа была образцом для других работников. Его отличное умение готовить новых диспетчеров и составителей расписания приносило ему премии, в соответствии со сталинским принципом - от каждого по способностям, каждому по труду.

К сожалению, многочисленные достоинства Владимира и его самоотверженное отношение к работе отрицательно сказывались на семейной жизни, потому что его отзывали из Москвы куда чаще, чем ему хотелось бы. На этой неделе он готовил диспетчеров на Урале, а на следующей - бригаду техников в Поволжье. Но Анна никогда не жаловалась, и Владимир никогда не отказывался от "предложенной" командировки.

Когда Владимир возвращался из поездки, его всегда ждал один и тот же вопрос: "Папа, пойдём на качели?"

Лиля как будто была рождена для полёта, она любила, когда ветер развевал её волосы. Она полюбила это ощущение ещё с тех пор, когда впервые обнаружила в парке качели. К её счастью, улица Новослободская была недалеко от Центрального Парка Культуры и Отдыха, изобилующего качелями и каруселями.

Владимир вопросительно смотрел на Анну. "Ну иди, доставь дочери удовольствие. Обед будет где-то через час", - говорила она.

"А "где-то" - это где?" - смеялся он, дразня её.

"Узнаете, когда вернётесь", - улыбалась Анна, которая понимала, как папа и дочка дорожат временем, проведённым вместе.

Их прогулки в парк превратились в неизменный ритуал.

"Ты уже выбрала качели, доченька?"

"Я ещё думаю", - говорила Лилия, которая остановила свой выбор на двух качелях справа. "Я думаю, что у вот этих на две цепочки меньше, значит, они должны подниматься выше".

Владимир и не собирался спорить с ней. Он уже хорошо знал, что у Лили, невзирая на уважение к старшим, всегда и на всё было своё мнение.

Забравшись на качели, Лиля всегда просила: "Быстрее, быстрее". А когда скорость ей казалась достаточной, начинала требовать: "Теперь выше, выше".

"Дочурка, мы не можем ещё быстрее и ещё выше, а то ты соскользнёшь и упадёшь".

"Не беспокойся, папочка. Я хочу дотронуться до неба".

## Глава 3


Ежегодное празднование 1 Мая было традицией в семье Литвяк

Для миллионов москвичей 1 Мая считалось одним из самых великих праздников.

Улицы, окружающие Красную площадь, радовали взор и слух: сотни флагов, знамён и лозунгов украшали повозки, которые двигались через оживлённые толпы, воспевая освобождение от царского гнёта и приближение новой, лучшей жизни. Смех, пение, танцы и звуки гармошки слышались повсюду.

Владимир и Анна всегда любили праздники, но в этом году праздник был особый - они впервые решили взять с собой восьмилетнюю Лилю.

"Ну, как тебе нравится?" - спросила Анна, держа в руках красивое белое шерстяное пальтишко, которое она сшила для Лили.

"Почти такое же красивое, как моя жена, которая его сшила, и как дочка, которая будет его носить", - улыбнулся Владимир.

"Работа на железной дороге идёт тебе на пользу. Ты поёшь, как соловей".

"Что правда то правда".

"Время не ждёт", - напомнила Анна. "Нужно поспешить, если мы не хотим пропустить парад и речь товарища Сталина".

Семья быстро оделась и поспешила на площадь. Они тут же попали в водоворот толпы. Маленькая Лилия в своём белом пальто, новеньких чёрных кожаных туфельках и с длинными белокурыми волосами начала тянуть папу за штанину.

"Что такое, малышка?" - спросил Владимир, наклоняясь к ней.

"Папа, мне ничего не видно", - пожаловалась Лиля.

Владимир присел. "Ну-ка, залазь мне на плечи и держись за руки. Теперь ты увидишь всё и всех".

Лиля уставилась на ряды солдат, отдающих честь товарищу Сталину.

"А почему все солдаты смотрят на трибуну?" - спросила она непосредственно.

"Чтобы выразить своё уважение".

Лиля ответила недоумённым взглядом. Владимир понял, что его объяснение было недоступно для ребёнка.

"Человек, который стоит на трибуне, - наш вождь, товарищ Сталин. Он помог маме и папе выбраться из деревни. Если бы не он, мама и папа не получили бы такую хорошую работу. Он хочет, чтобы у всех было всё то, что есть у нас. И он хочет, чтобы все люди в мире говорили с уважением о нашей стране. Поэтому у нас такая мощная Армия, в которой служат эти храбрые солдаты".

Лиля ухватила общий смысл того, что говорил отец. Владимир решил, что такого объяснения достаточно. Но у Лили, как всегда, возникли вопросы. "А почему нам нужны солдаты, чтобы люди говорили о нас с уважением? А у всех есть работа?" И т.д. и т.п.

Когда Лиля стала постарше, они беседовали с отцом часами, обсуждая подобные вопросы. Именно он первым воспитал в ней непоколебимое чувство патриотизма.

В этот знаменательный день небеса разверзлись, хлынул дождь. И зрители, и участники промокли до нитки. И всё-таки, все были счастливы, и демонстрация продолжалась. Наконец, когда церемония закончилась и толпа начала редеть, уставший Владимир опустил Лилю на землю.

Лилия снова дёрнула его за штанину.

"А теперь что, детка?"

"Понеси меня! У меня так болят ножки. Туфельки тесные".

Владимир, у которого уже ныла спина, пытался урезонить дочь: "Деточка, мне уже тяжело тебя нести, пожалуйста, будь..."

Лиля решительно перебила: "Понеси меня!"

В этот момент возле них остановилась подвода, с которой улыбались знакомые лица. Это были их соседи с Новослободской, Майя и Семён Демидовы, которые везли транспаранты с демонстрации. "Подвезти вас домой?" - спросил Семён. "Впереди нет места, зато можно сесть возле флагов и лозунгов. Там будет удобно"

Владимир с благодарностью кивнул.

Пока подвода, покачиваясь, ехала к дому, Лилия очутилась не рядом с флагами, а на них. Через полчаса они были рядом с домом. Владимир, у которого действительно побаливала спина, неспешно поднимался по лестнице, держа Лилю за руку. Анна вдруг начала безудержно хохотать.

"А что смешного? Я похож на горбуна?"

"Нет, нет. Дело не в тебе", - сквозь смех проговорила Анна, показывая на Лилю.

Мокрые знамёна окрасили новенькое нарядное белое пальтишко Лили в революционный красный цвет!

Майя Демидова была идеальной соседкой... вначале!

Она с мужем Семёном, служащим НКВД (который позже был переименован в КГБ - название, наводящее на всех ужас), и их тремя детьми делили с Владимиром и Анной коммунальную квартиру на Новослободской. Хотя его жалование было значительно меньше, чем у семьи Литвяк, где работали двое, он имел определённые льготы - например, первоклассные продуктовые пайки и исключительное обслуживание в ведомственной поликлинике.

Чтобы заработать дополнительно, Майя согласилась присматривать за Лилей, пока Анна работала в магазине. В конце концов, рассуждала она, где есть трое детей, четвёртый обузой не будет.

Со временем восьмилетняя дочь Майи, Елена, крепко подружилась с Лилей. После школы и домашних уроков девочки проводили целые часы в совместных играх. Особенно они любили игру, которая называлась "Слова". Одна девочка писала какое-нибудь самое длинное слово, которое она знала, а другая старалась составить из его букв как можно больше новых слов. За каждое слово насчитывалось 10 очков. Потом они менялись ролями.

Обычно Лиля, которая была куда начитаннее Елены, писала более длинные слова и набирала больше очков, выигрывая значительно чаще.

"Я не буду больше играть!" - однажды заявила обиженно Елена. "Ты плутуешь".

"Нет, не плутую!"

"Нет, плутуешь".

Когда отец пришёл домой, Елена пожаловалась ему, что соседки всегда ведут себя нечестно.

С точки зрения Демидовых, семейство Литвяк дважды были виноваты перед ними. Во-первых, Анна защищала свою дочь, которая хитрит в детских играх.

Во-вторых, у них была квартира намного больше - на одну спальню, несмотря на то, что детей у них меньше. Поскольку у соседей по коммуналке были общая ванная и туалет, которыми они пользовались по очереди, и общая кухня с керосинками и плитой, на которой одновременно стояло несколько чайников и сковородок, всё это постоянно напоминало Майе об их неравенстве.

Потом она обнаружила, что у Лили в комнате стоял полированный комод, в то время как у её детей мебель была сделана из грубой древесины, которая имела склонность растрескиваться.

Майя спросила у управляющего насчёт большей квартиры. "Я полагаю, что учитывая размеры нашей семьи и положение моего мужа, мы можем рассчитывать на большую квартиру".

"Извините, товарищ", - ответил управляющий. "Вам придётся подождать, как и другим. Список составлен на несколько лет вперёд".

Майя затаила зависть и злобу.

## Глава 4


Лиля уже в 9 лет проявляла любознательность и настойчивость

В 1930 году Лилю перевели в передовую школу N1 недалеко от Тверского Бульвара. В новой школе Лиля преуспевала в главных предметах, особенно в математике. По словам учителей, её любимым вопросом был "Почему?"

"Товарищ Литвяк", - сказала пожилая директриса школы Екатерина Соловьёва на родительском собрании: "Учителя говорят, что дисциплина Вашей дочери оставляет желать лучшего".

"Дома она всегда ведёт себя хорошо", - возразила Анна.

"А здесь она отвлекает учеников на уроках истории и тратит впустую драгоценное время".

"Не понимаю..."

"Как Вы знаете, - сурово взглянула на неё Соловьёва, - товарищ Сталин требует, чтобы все советские дети правильно понимали политику государства".

"Да, но..."

Соловьёва перебила: "Мы рассказываем Вашей дочери о преимуществах колхозов, а она спрашивает, почему крестьяне не могут выращивать то, что они сами хотят. Мы рассказываем Вашей дочери о необходимости государственного контроля над промышленностью, а она спрашивает, почему игнорируется крестьянство. Мы рассказываем Вашей дочери, почему периодически случаются перебои с продуктами, а она спрашивает, как это может быть, если у нас так много земли".

"Но мне кажется, это разумные вопросы", - заметила Анна, осознавая, что Лилина страсть к политическим дебатам воспитана её отцом.

"Но не в девять лет. Товарищ Литвяк, наша задача - правильно воспитывать молодёжь, а не устраивать неуместные дебаты, как в буржуазном обществе".

"Ну, это Ваше мнение. Мне так не кажется".

"Теперь мне понятно, почему Ваша дочь такая недисциплинированная", - процедила директриса, и её глаза сердито сверкнули.

"Это неправда, товарищ Соловьёва".

"Я сомневаюсь, что Вы даёте своей дочери правильную советскую ориентацию дома".

"Я против давления на личность. Семья Литвяк предана Родине", - сказала Анна. "Мы считаем, что наша страна должна быть богатой. Товарищ Сталин может сделать нас одной из самых великих государств в мире".

"Мы уже великая страна".

Анна запнулась. Она вдруг поняла, что ей лучше уступить, чем вступать в спор. "Да, товарищ Соловьёва, Вы совершенно правы".

Лилины споры с учителями продолжались, а на уроки она тратила явно маловато времени, и Анна забеспокоилась о её оценках, ведь ей предстояло поступать в университет. Она сочла необходимым контролировать дочкину учёбу. За пару дней до каждой контрольной или самостоятельной работы Анна гоняла её по пройденному материалу. К её удивлению, Лиля редко ошибалась в ответах.

Как-то вечером, за чашкой чая, Анна задала вопрос, который её беспокоил: "Лиля, ты же понимаешь, что ты занимаешься меньше, чем другие дети?"

"Говорят, что так".

"Тогда откуда ты знаешь ответы?"

"Мамочка, я сама не знаю. Просто я всегда запоминаю то, что хоть раз прочла".

Лилина фотографическая память, вкупе с её природной зоркостью, сослужат ей хорошую службу, когда начнётся война.

Лилина настойчивость создавала ей проблемы с учителями, в то время как её подкупающая улыбка и лёгкость в общении сделали её любимицей одноклассников.

Она увлекалась играми, которые требовали вдумчивости. Лиля втягивала в них своих одноклассников.

"Девочки, сегодня я объясню вам новую игру. Она называется "сочинение".

"А почему бы не поиграть в прятки?" - спросила коренастая 10-летняя Катя, которая стала Лилиной лучшей подругой.

"Потому что я так сказала", - безапелляционно заявила Лиля. "Все берите по листочку бумаги. Я задаю вопрос. Вы пишете ответ и передаёте листочек соседке справа. Когда все ответы будут записаны, мы прочитаем все сочинения. А потом проголосуем, чьё лучше. Кто соберёт больше голосов, тот и победил".

Все шесть девочек согласно кивнули. Лиля начала: "Напишите имя мальчика, или известного человека, или литературного героя".

Сама она тоже написала что-то на листочке и передала соседке.

"Теперь имя девочки... Теперь место действия... Хорошо. Теперь время, когда это происходило. Почти всё. Теперь что они делали вместе? И, наконец, куда они пошли?"

Лиля посмотрела на бумажку, которая оказалась у неё, и начала улыбаться. "Сначала я прочту своё, а потом все по очереди".

Девочки снова кивнули, теперь уже более заинтересованно.

"Наташа и Дубровский (бывший дворянин из повести А.С.Пушкина, который отнимал у богатых и отдавал бедным - прим. автора) - в подвале - в полночь - играли в карты - потом пошли доить большую корову".

Теперь захихикали все. Потом прочли и остальные. Лучшим сочинением признали следующее: "Наполеон и Антуанетта - пошли поплавать в реке - в два часа ночи - а потом варили картошку".

## x x x


Первая трагедия в жизни Лили случилась с её лучшей подругой Катей.

Со своим учителем географии они отправились в поход в окрестности Москвы. Остановились на привал у ручья. "Давайте отдохнём здесь перед тем, как возвращаться домой", - сказала их учительница товарищ Трофимова.

Несмотря на предупреждение, Катя решила вскарабкаться на дерево и оттуда посмотреть на поляну. К удивлению Лили, Катя легко взобралась на верхнюю ветку.

"Катя", - крикнула осторожная Лиля: "Спускайся, пока товарищ Трофимова не увидела".

Катя только засмеялась. Обернувшись на её смех, учительница пришла в ужас и одновременно разозлилась.

"А ну-ка, немедленно спускайся, пока не расшиблась, я же отвечаю за тебя!" Теперь уже весь класс собрался под деревом. Неохотно Катя согласилась спуститься, но вдруг потеряла опору и рухнула вниз и взвыла от боли, ударившись спиной о камень. Раздался треск, и Катя потеряла от боли сознание. Дети застыли от ужаса. Даже учительница растерялась, не зная, что делать в такой критической ситуации. Лиля собралась с силами и вспомнила, чему учил её отец, рассказывая, как вести себя в походе, в лесу.

"Мальчики, мальчики", - скомандовала она, - "пойдите принесите крепкие ветки, сделаем носилки". Потом она позвала ребят постарше, Вадима и Юру: "Вы двое, бегите в ближайшую деревню, приведите лошадь с телегой, чтобы мы поскорее отвезли Катю в больницу".

Через час Катя была доставлена в больницу. К сожалению, несмотря на все усилия врачей, поскольку был серьёзно повреждён позвоночник, дыхание девочки было нарушено, и она скончалась.

Кате было всего десять лет.

## Глава 5


10-летняя Лиля (верхний ряд, крайняя справа) была как старшей сестрой для Людмилы Агафеевой (нижний ряд, посередине)

Шестилетняя Людочка Агафеева терпеливо выглядывала в окно своей квартиры на втором этаже, где она жила с родителями по Новослободской, 19. Было уже четыре, а Лиля ещё не вернулась из школы. Для Люды и других соседских детей Лиля, которая жила через дорогу, в доме N 14, была как старшая сестра. Она учила их разным играм и забавам.

Как вспоминает Людмила теперь, 79 лет спустя, "Лиля была доброй и щедрой, и на её лице постоянно сияла улыбка. Она всегда находила время, чтобы научить нас, малышей, чему-то новому".

Лиля появилась из-за угла и помахала рукой. Это был сигнал, который Люда знала очень хорошо. Она схватила в охапку своё пальтишко и побежала порадовать двух своих подружек, Лену и Веру, что Лиля уже пришла. Девочки кубарем скатились по лестнице, им не терпелось узнать, что же Лиля придумала для них сегодня. К их удивлению, это было что-то совершенно новое.

"Вы умеете прыгать через лужи?" - спросила Лиля. Её белокурые кудряшки задорно выглядывали из-под коричневой шерстяной шапочки. Девочки переглянулись и пожали плечами. Лиля улыбнулась. "Ну скажите ещё, что вы не знаете такой игры", - дружелюбно подшутила она над ними. "Ну ладно, научу". Девочки дружно закивали головами, как резиновые куклы.

Лиля показала на неровную дорогу между их домами, покрытую колдобинами. Накануне прошёл сильный дождь, так что рытвины были заполнены грязной водой. "Наша цель - перепрыгнуть через все лужи. Кто первый допрыгает до ограды в конце дороги, - тот и победитель! Но вы не должны попасть в лужу. Если вы оступитесь и шагнёте в воду, вы должны вернуться и начать всё сначала. Всем понятно?"

Люда подняла руку. "А если очень большая лужа, как её перепрыгнуть и не промочить ноги?" Лиля всегда знала ответ. Но она не спешила просто подсказать решение. Она хотела, чтобы малышки научились думать сами и находить решения без чужих подсказок. Ну или почти без подсказок. "Люда, а как ещё можно попасть на другую сторону лужи, не прыгая прямо в неё?" Девочка на секунду задумалась, потом улыбнулась: "Обойти вокруг". Лиля похвалила её: "Молодец! Умничка!"

Девочки выстроились в ряд, Лиля скомандовала: "На старт! Внимание! Марш!" Девочки бросились вперёд, хохоча и разбрызгивая воду. Но Люда обогнала их почти на шесть метров, главное, что ей удалось не промочить ноги!

Несмотря на жгучие московские морозы, зима была любимым временем года для Лили. Она любила снег - и белые пушистые хлопья, медленно падающие с неба, и привкус тающей ледышки на языке. Больше всего она любила скатываться, лёжа на животе на санках, с невысоких, покрытых снегом холмов, которых было много по соседству. Санки легко неслись по следу, оставленному полозьями розвальней. К десяти годам она была признанным мастером "скоростного спуска на санках" и неизменно побеждала в соревнованиях как среди девочек, так и среди мальчиков.

"Научи меня спускаться так же быстро, как и ты", - просила Людмила.

"Есть три секрета. Но ты никому не говори, а то они больше не будут секретами. Прежде всего, нужно найти нужное место на холме. Большинство ищет гладкое место с ровным спуском. А тебе нужно найти место с бугорком. Когда ты перепрыгнешь через него, ты покатишься быстрее и дальше". Лиля взяла Люду за руку и повела на вершину холма, который возвышался между их домами. "Видишь разницу?"

Потом Лиля раскрыла второй секрет. "Когда ты начнёшь скользить на животе, подними голову как можно выше. Это увеличит скорость спуска. Но это ещё не всё. Нужно надеть пальто, где как можно меньше пуговиц. Пуговицы цепляются за снег и тормозят тебя".

Она натянула поглубже свою коричневую шапку-ушанку и продемонстрировала свою технику.

"Я хочу быть такой, как ты", - заявила Люда. На протяжении следующих трёх дней Лиля терпеливо тренировала свою маленькую подругу. Наконец, Людочкин звёздный час настал. Её шестилетний сосед Борис хвастался, что он умеет спускаться быстрее всех во дворе. "Я уверена, что ты не победишь Люду, она очень быстро спускается", - возразила Лиля. "Вспомни, чему я тебя учила", - шепнула она малышке, которая вдруг застыла и потеряла уверенность в себе.

"На старт! Внимание! Марш!"

Борис и Люда бросились наперегонки вниз по ледяному склону. Через несколько секунд гонка была окончена. "Люда на целый метр впереди!" - гордо провозгласила Лиля.

"Лиля, домой, обедать!" - закричала из окна мама. "Потом за уроки!" Лиля послушно пошла к дому, оставив на снегу свою коричневую шапочку. Люда крикнула вдогонку: "Ты забыла свою шапку!"

"Я заберу её завтра". Но так и не забрала. Она знала, что у Люды нет тёплой шапки, а ей повезло - у неё было две.

"У Лили и её семьи было всего не намного больше, чем у нас, но она всегда была очень щедрой", - вспоминала Людмила, давая интервью для этой книги.

## Глава 6


Немецкая швейная машинка "Зингер", на которой Анна учила Лилю шить

Москва, 1932...

Мечта Владимира Литвяк о лучшей жизни для своей семьи осуществилась, несмотря на расползающиеся слухи о том, что любое несогласие с философией и политикой товарища Сталина будет иметь ужасные последствия.

Они жили очень насыщенной жизнью. Анну уже назначили заведующей универмагом; Владимир стал уважаемым управляющим на железной дороге, а Лиля преуспевала в школе.

Анна, которая была замечательной и очень заботливой мамой, а также прогрессивной женщиной, успевала везде - готовила еду, убирала в доме, иногда работала сверхурочно, а также кроила и шила практически всю одежду для своей семьи - от рубашек для Владимира до Лилиных юбочек.

Лилю, которой теперь было уже одиннадцать, завораживало мамино виртуозное умение управляться со швейной машинкой, которая называлась нерусским словом "Зингер" и стояла в углу гостиной. Она любила смотреть, как Анна брала квадратики цветной ткани и превращала их в красивую одёжку, не пользуясь ни лекалами, ни инструкциями.

Как-то в субботу Анна мастерила домашнее платьице для Лили и представляла, как дочка будет надевать его после школы, играть в нём, а иногда они с мамой будут ходить в Центральный парк любоваться цветами.

"Мамочка, можно я помогу?"

"Может быть, в другой раз?" - ответила Анна, опасаясь, что не успеет приготовить обед к приходу голодного Владимира с работы.

Но если Лиля решила, удержать её было трудно. Она была не по годам настойчива. "Ма-а-ама!" - протянула она. "Это же моё платье. Разве это правильно: ты так занята, работа и всё такое, а я даже не помогу тебе?"

По опыту Анна знала, что спорить с Лилей выходило себе дороже. У дочки была железная воля, и если уж она что-то решила, она почти всегда добивалась своего. Родители научились беречь свои нервы и не вступать в спор, даже когда Лилины требования казались за пределами её возраста.

Анна улыбнулась и сдалась: "Ну хорошо".

"Так что мне делать, мамочка?"

"Сначала давай выберем ткань, из которой будем шить твою юбочку", - сказала Анна, доставая ткань из корзинки в углу. "Мы можем выбрать между красным и серым. Что тебе больше нравится?"

Конечно, Лиля выбрала красную шерсть. "Это радостный цвет. Революционный!"

Анна была озадачена: "А что ты знаешь о Революции?"

"Я учила в школе. И ещё мы беседовали с папой. И я многое узнаю, когда мы ходим на демонстрацию каждый год".

"Твой папа и политика. Ему бы следовало работать с товарищем Сталиным".

"А разве вы с папой лучше жили, когда работали в деревне?"

"Я вижу, твой папа хорошо научил тебя".

"Мой папочка самый сильный, храбрый, самый умный папа на всём белом свете!"

Анна покачала головой. Лилина любовь к отцу была достойна восхищения. А её политическая подкованность поражала.

"Подай мне ткань, детка, сейчас я обмеряю тебя, а потом раскроим юбку".

Лиля сделала как её просили.

"Теперь садись за машинку рядом со мной, я покажу тебе, как делать шов".

Лиля медленно передвигала ткань, а Анна направляла её под иглу, работая ножной педалью и регулируя скорость. Выполнив половину шва, она посмотрела на Лилю. "Теперь твоя очередь. Поменяемся местами. Я подаю тебе ткань, ты подкладываешь её под иголку, а я работаю педалью".

Лиля с точностью выполняла мамины инструкции. Нужно было принять ещё одно решение. "Лиля, прежде чем мы пойдём дальше, нужно решить, какой ширины будет твоя юбка. Чем шире она будет, тем больше получится сборочек и складок. Чем уже юбка, тем больше она будет облегать фигуру".

Лиля ответила без секунды сомнения: "Я хочу, чтобы на платье было много сборок, так чтобы когда я буду бежать по парку, я была похожа на птицу в полёте".

Анна снова улыбнулась: "Значит, ты хочешь когда-нибудь стать птицей?"

## Глава 7


Сказка "Морозко" была любимой в семье Литвяк.

Владимир обожал сказки не меньше, чем политику. Он верил, что коммунистический строй обеспечит прекрасную жизнь для всех в будущем, в то время как сказки, передаваемые из поколения в поколение, были чем-то вроде морального компаса в повседневной жизни.

Холодным и сырым зимним вечером Владимир уложил дочку в кроватку, подоткнул одеяло и начал рассказывать их любимую сказку "Морозко".

Жил-был один старый вдовец со своей дочерью. Жена у него умерла, и он женился снова на женщине, у которой тоже была дочка. Мачеха пестовала свою дочь, хвалила по каждому поводу, а падчерицу невзлюбила.

Она придиралась к ней за всё, что та делала, и заставляла её много и тяжело работать. Однажды старуха решила и вовсе избавиться от падчерицы. Она приказала своему мужу: "Отвези её куда-нибудь с глаз моих долой, чтобы я её не видела и не слышала. И не вздумай отвезти к каким-нибудь родственникам. Оставь её в лесу на морозе".

"А почему её мама такая злая?" - перебила Лиля. "Мамы такими не бывают". "Ты права, доченька,- ответил Владимир, удивлённый мудрым, не по годам, замечанием Лили. "Господь иногда проверяет нас таким образом". Лиля не совсем поняла, что это значит. "Ладно, давай дальше про Морозко".


"Старик погоревал, поплакал, но он знал, что ничего не поделаешь; его жена всегда добивалась своего. Поэтому он отвёз девочку в лес и оставил её там. Потом он быстро вернулся, чтобы не видеть, как она будет замерзать. Бедняжка сидела на снегу, вся дрожа, и зубы у неё стучали от холода! И тут к неё подошёл Морозко - Дед Мороз-Красный Нос, постукивая по заснеженным деревьям. "Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?" - спросил он.

"Тепло, дедушка, тепло, Морозушко" - ответила она, хотя уже почти совсем замёрзла. Сначала Морозко хотел заморозить её своим ледяным прикосновением, но потом восхитился её стойкостью и сжалился над ней. Он подарил ей тёплую шубку и пуховое одеяло, а потом ушёл. Через некоторое время он вернулся, чтобы проверить, как она себя чувствует. "Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?" - спросил он.

"Тепло, дедушка, тепло, Морозушко" - ответила она. И правда, она уже согрелась. В этот раз Морозко принёс ей большой сундук, на который она и села. А потом он ещё раз вернулся и снова задал тот же вопрос. Девочка уже совсем ожила, и Морорзко подарил её много злата и серебра и наполнил драгоценностями сундук, на котором она сидела!"

Тут Владимир остановился. "Когда-нибудь ты расскажешь эту сказку своим детям, чтобы они знали, что Бог награждает тех, кто просит малого". Лиля оглядела их скромную обстановку. Она вспомнила картинки с шикарными домами, которые она видела в журналах. "Папа, а мы что, много просим?" Владимир не знал, что ответить. Он предпочёл продолжить сказку.

"Тем временем старуха велела мужу поехать в лес, чтобы привезти оттуда тело падчерицы. Он повиновался. Приехал он на то место, где оставил её, и не поверил своим глазам от радости, когда увидел её живой и здоровой, завёрнутой в соболиную шубу и осыпанной золотом и серебром. Когда он приехал домой с дочерью и с сундуком, полным драгоценностей, его жена не могла опомниться от изумления.

"Запрягай лошадь, ты, старый дурак, и отвези мою дочь на то же самое место в лесу и оставь её там", - сказала она. Старик снова послушался. Как и старикова дочь вначале, старухина дочка начала мёрзнуть и дрожать от холода. Через некоторое время пришёл к ней Морозко и спросил, как она себя чувствует. "Ты что, ослеп, старый?!" - закричала она. "Не видишь, что ли, что у меня руки и ноги совсем онемели?! Чтоб тебе пусто было, дурень старый!"

Как только забрезжил рассвет на следующее утро, старуха растолкала мужа, чтобы он ехал в лес за её дочкой. И прибавила: "Да смотри, осторожно, не побей сундук с драгоценностями!"

Старик послушался и поехал за старухиной дочкой. Долго ли коротко ли, скрипнули ворота. Старуха выбежала встречать свою дочь и увидела старика, стоявшего возле саней. Она бросилась к саням, откинула полог и так и застыла, увидев тело своей дочери, которую заморозил злой Морозко.

Она начала кричать и проклинать мужа, но было поздно.

Прошло время, и старикова дочка вышла замуж за своего соседа, народились у них детишки, и жили они счастливо. Её отец часто их навещал и всегда напоминал, что нужно уважать и почитать Морозко - Дедушку Мороза".

Владимир поцеловал дочку в щёчку и выключил свет. Когда он выходил из комнаты, Лиля прошептала: "Папочка, когда я вырасту и у меня будет своя семья, мы будем часто приходить и навещать тебя и маму. Обещаю".

## Глава 8


Как мама, так и дочка.

Лилия навсегда полюбила полевые цветы...

Мама вложила свою любовь к полевым цветам в сердце и душу своей дочери.

С тех самых пор, как Анна была застенчивой сиротой, у которой почти не было друзей, она полюбила бродить по лугам в поисках диких цветов. Со временем она поняла, что независимо от времени года природа всегда прекрасна и она щедро делится со всеми своими богатствами. Она научилась искусно засушивать цветы и делать из них букеты, хотя красные, белые и лиловые цвета поздней весны и раннего лета навсегда остались её любимыми.

"Ну что, красавица, закончила свои уроки?" - спросила Анна как-то солнечным майским днём.

"Да, мамочка".

"Тогда пойдём погуляем на луг, и я покажу тебе кое-что".

Держась за руки, они прошли километра два от их дома на Новослободской до огромного луга, за которым начинались пологие холмы. Анна заметила полянку, на которой росло много белых цветочков с изящными жёлтыми язычками. Она наклонилась и сорвала несколько цветков. "Какие необычные. Это дикие ирисы, но обычно они бывают лилового цвета".

"Такие, как эти?" - спросила Лиля, показывая ей букетик нежных сиреневых цветов. "Как они называются?"

"У них сложное ботаническое название, папа сказал, что они называются змееголовник. Видишь, похоже на голову Змея-Горыныча?"

"А эти?"

"У них тоже трудное название".

Лиля уставилась на маму недоумённо. "Почему у каждого красивого цветка обязательно трудное название?"

"Давай попробую объяснить. Твоё полное имя Лилия Владимировна Литвяк. Но большинство людей называют тебя просто Лиля".

"То же самое с цветами. Змееголовник - это сокращённо от ... Драко... что-то там такое (Dracocephalums Argunense). Слишком сложно, я не помню".

"А почему люди всё самое красивое называют так сложно?"

"Хороший вопрос", - улыбнулась Анна. "Наверное, это просто в природе человека".

"Что это значит?"

"Людям свойственно усложнять то, что, возможно, Бог задумал гораздо проще".

"Мамочка, я не понимаю".

Анна посмотрела на темнеющее небо.

"Поговорим в другой раз. Уже становится поздно, а наш букет не завершён".

Анна сорвала ещё несколько цветков змееголова, добавила колокольчиков и несколько побегов папоротника. Она передала букет Лиле, и девочка, стоящая в поле с цветами в руках, в красном платье, с распущенными светлыми волосами, была теперь похожа на картинку.

"Белые", - сказала решительно Анна.

"Что - белые?" - не поняла девочка.

"Нашему букету недостаёт белых цветов. И я знаю, где их найти".

Анна взяла Лилю за руку, они углубились в луга и вскоре дошли до поляны, усеянной белыми цветами, которые ласкало предзакатное солнце. Возле поляны журчал чистый хрустальный ручей. Анна достала из кармана ножницы, осторожно срезала несколько нежных стеблей и поместила цветы в середину букета.

"Мама, они такие красивые! Как они называются?"

"Точно не знаю, но они такие нежные".

Лиля наклонилась, чтобы понюхать. "И запах такой приятный".

"Эта полянка здесь сколько я помню. Наверное, кто-то давным-давно посадил здесь эти цветы, а из их семян выросли новые. Я наткнулась на них, когда однажды мы гуляли здесь с твоим папой. Пусть это будет нашим с тобой маленьким секретом".

"А мы можем сделать клумбу возле нашего дома и сажать там такие цветы весной и летом?"

Анна на секунду задумалась. "Мы можем посадить белые лилии. За ними легко ухаживать, и они приятно пахнут".

Вот так лилии стали любимыми цветами Лилии.

Лиля кивнула и снова наклонилась, чтобы понюхать цветы. "Я хочу запомнить этот запах, пока мы не посадим цветы следующей весной". Она коснулась носом сердцевинки цветов, и он покрылся коричневой пыльцой. Она попыталась стереть её, но только размазала ещё больше.

Анна засмеялась.

Лиля, которая начинала уделять больше внимания своей внешности, спросила, что смешного.

"А-а-а... это коричневая пыльца на тычинках", - объяснила Анна, показывая на цветы. "Она липкая, но это хорошая пища для пчёл. Цветочная пыльца полезна для здоровья".

Пыльца и её целебные качества представляли собой мало интереса для Лили... в тот момент.

Они принесли свой маленький цветочный рай домой, и комнаты наполнились жёлтыми, белыми и лиловыми цветами.

С того дня у Лили начался роман с белыми лилиями. Она собирала полевые цветы, а в сезон - белые лилии. Почти всегда букет цветов стоял на её тумбочке, а со временем и в кабине её боевого самолёта.

Владимир очень гордился своей красавицей дочкой.

Он всегда с нетерпением ждал возможности побыть "со своими женщинами". Его любимым занятием было бродить по тропкам среди холмов в пригородах Москвы. Его любимое время? Ранний вечер в начале осени, когда особенно много светлячков.

"Доченька, видишь эти маленькие огоньки?"

Лиля кивнула.

"Их можно поймать и посадить в банку". Рука Владимира осторожно поймала светлячка, которого он тут же посадил в стеклянную банку и закрыл крышкой, в которой были просверлены дырочки. Потом ещё одного, и ещё. "Хочешь попробовать?"

"Конечно, папочка". Лиля сделал резкое движение, и ничего не получилось.

"Тихонько, детка. Светлячки разбегутся, дыши осторожно".

Вскоре Лиля поймала двух светлячков и поместила их в банку.

Тем вечером Владимир поставил банку возле дочкиной кроватки. Хрупкие светлячки ярко светились, но потом погасли. Утром папа помог Лиле отпустить из на волю.

## Глава 9


Лиля любила соревноваться с мальчиками на равных

Лиля проявляла смекалку в домашних играх, но всё-таки спорт она любила больше.

Её ловкое тренированное тело было прямо-таки создано для соревнований и спортивных игр. В тёплую погоду она была непревзойдённой защитницей в баскетболе и набирала больше очков, чем все другие девочки и даже чем большинство мальчиков. Когда наступали холода, её внимание переключалось на коньки. Казалось, она была нечувствительной к холоду, она каталась на коньках даже при температуре минус 20, надев всего лишь тонкий шерстяной свитер, шерстяные чулки и перчатки, а на голове красовалась маленькая шапочка, которая позволяла развеваться на ветру её белокурым волосам. К десяти годам она уже была лучшим конькобежцем в своей школе N1 и частенько побеждала даже старших девочек из других средних школ.

Чем быстрее она бегала на коньках, тем чаще она представляла себя представителем своей советской страны на Олимпийских играх.

"Можно я возьму твои часы?" - спросила как-то 12-летняя Лиля у папы.

"А зачем они тебе, детка?"

"Я хочу зафиксировать своё лучшее время".

Он посмеялся, но потом взял листок бумаги и карандаш и отправился с ней на каток. Отметив про себя прилежность и пунктуальность своей дочери, Владимир полюбопытствовал: "А каким было твоё рекордное время сегодня?"

"26 секунд".

"Неплохо для 40 метров".

"Я бежала не на 40 метров".

"А на какую же дистанцию?"

"Примерно 100 метров".

"Но этого не может быть. А как ты измеряла?"

"Ну, я заметила два дерева возле пруда и измерила расстояние между ними своими шагами".

Владимир был уверен, что дочка ошибается, потому что это был хороший результат даже для мужчины.

"Я хочу пойти завтра с тобой и посмотреть, как ты катаешься.

Лиля бросилась обнимать отца, радуясь его интересу к её успехам. "Вот это здорово!"

На следующий день Лиля показала папе эти деревья. Он замерил расстояние. Оказалось, 102 метра.

Лиля надела коньки и стала в стартовую позицию.

"На старт! Внимание!.." Она наклонилась ниже.

"Марш!"

Она полетела как ветер. Холодный воздух наполнил лёгкие. Шапочка плотно облегала голову, а из-под неё развевались, как лёгкое облачко, её светлые волосы.

В мгновение ока она долетела до второго дерева. Владимир посмотрел на часы. Прошло 25 секунд.

"Мама, мне нужно твоя помощь".

Анна кивнула, зная, что её самостоятельная дочь редко просит о помощи.

"С удовольствием", - ответила она. "Чем я могу тебе помочь?"

"Помоги мне связать шерстяной свитер с большими цифрами".

"Разве у тебя недостаточно вещей?"

"Свитер не для школы, а чтобы заниматься спортом".

"А для какого же вида спорта девочке нужен свитер с большими цифрами?"

"Для скоростного бега на коньках".

Анна улыбнулась и покачала головой.

"А какие же цифры мы будем вязать, ты уже решила?"

Лиля запнулась. Она помнила, что её любимый игрок из сборной страны по футболу, Андрей Старостин, носил на футболке номер 4. И лучший игрок сборной её школы, Дмитрий Стеников, тоже носил номер 4.

"44".

"А почему именно 44?"

"С таким номером я буду бегать быстрее".

Анна не поняла связи. Но она знала, что раз Лиля что-то решила, у неё есть на то своя причина.

С того момента любимым номером Лили стал 44. Сначала в спортивных соревнованиях, а потом и в боях.

Лев мечтал, когда вырастет, стать участником Олимпийских игр. Он определённо считал себя лучшим конькобежцем среди юношей Москвы. Чтобы поддержать свой уровень и подготовиться к "настоящим Олимпийским играм", каждую субботу в течение зимы Лев тренировался на катке, громко вызывая на состязание других мальчишек. "Кто хочет сразиться с самим Львом сегодня?" - кричал он самоуверенно, многозначительно подчёркивая своё звучное имя. Однажды, правда, парнишка по имени Алексей чуть не обогнал Льва всем на удивление. Девочки, и Лиля в том числе, болели за него, кричали и подбадривали, но это не помогло. Алексей ушёл вперёд на первых же 20 метрах, на следующих 50-ти он значительно увеличил отрыв, но потом Лев сделал рывок, его сильные мускулистые ноги не подвели его, и Алексей отстал.

"Неплохо для парня", - снисходительно улыбнулся ему Лев. "Ну, кто следующий?"

Лиля, облачённая в свой новый свитер с номером 44, выехала на лёд.

"Ты шутишь, малышка?" - насмешливо спросил Лев. "Я лучше посоревнуюсь с твоим папочкой".

Лиля не обратила внимания на насмешку. "Давай побежим от этого дерева до того", - показала она.

"Мужчины не соревнуются с маленькими девочками. Никто из моей команды не согласится. Это глупо".

Лилины глаза стального цвета холодно взглянули на Льва. Он почувствовал её решительность. "Ладно, ладно. Это твои проблемы, не мои. Только не ожидай, что я буду помогать тебе, если ты поскользнёшься и упадёшь".

"А я и не ожидаю"

"На старт!.. Внимание!.. Марш!" Конькобежцы стартовали.

Лев бросился вперёд довольно стремительно. Метров через 40 он был уверен, что Лиля побеждена.

Но Лиля придерживалась своего стратегического плана. Пусть Лев уйдёт вперёд и будет уверен, что он выиграл, а вот тогда она сделает рывок и обойдёт его. Наблюдая за ним много раз, она знала его тактику и рассчитывала обхитрить его.

К 70-метровой отметке они уже шли бок о бок. Лиля сделала рывок. Шапочка слетела с головы, и волосы вырвались на волю. Со стороны казалось, что Лев топчется на месте. Лиля обошла его на целых 10 метров.

Девочки бросились на л1д обнимать Лилю, как будто она выиграла золотую медаль, в то время как Лев стоял и не мог ни отдышаться, ни понять, как это случилось. Был только один выход из положения - реванш. Иначе не сдобровать.

"Малышка, если ты не слишком устала, может быть, устроим реванш?"

Лиля хмыкнула и оглянулась на подружек. Те дружно махали "Нет!" как бы говоря: "Победа наша, не будем больше рисковать!"

"Да, Лев, конечно!"

Минуту спустя они снова стояли на стартовой черте. Лев, который теперь был настроен более чем решительно, жёстко воткнул острие конька в лёд, чтобы резче оттолкнуться на старте.

"На старт, внимание, марш!"

Теперь Лиля сменила тактику. Она сразу полетела, как пуля, и ни разу не оглянулась назад. На 50-метровой отметке Лев отставал уже на 10 метров. К финишу разрыв составлял 20 метров, и он дышал тяжело, как большой чёрный медведь, который только что гнался за хитрой рыжей лисичкой.

Лев с достоинством принял поражение. Теперь он был сама галантность. "Прими мои извинения. В любое время я приму тебя в свою команду", - сказал он, протягивая Лиле свою руку, чтобы поздравить.

"Меня интересует другая команда", - улыбнулась Лиля.

"Но мы лучшие во всей Москве".

"Были лучшие", - съязвила Лиля. "Я бы предпочла представлять свою Родину на Олимпийских играх".

Никто не стал спорить с ней.

## Глава 10


Дед Мороз и его внучка Снегурочка были постоянными гостями в семье Литвяк на Новый год

Новый год в семье Литвяк был радостным событием, несмотря на то, что официально этот праздник был запрещён в молодой советской республике как пережиток буржуазного прошлого.

Стали традицией определенные ритуалы. После обильного пиршества, после которого и у хозяев, и у гостей чуть не лопались животы, детей приветствовал добрый седобородый Дед Мороз (Владимир), одетый в длинную красную шубу, отороченную белым мехом, в колпаке и с длинной расписной палкой в руках. Он приносил большой мешок с подарками, а сопровождала его внучка Снегурочка (переодетая Анна).

Как-то накануне Нового года не по годам развитая Лиля игриво спросила Снегурочку, почему та всегда сопровождает своего дедушку. "Разве он нуждается в защите женщины?"

Снегурочка в ответ рассказала ей легенду, которая передавалась из поколения в поколение. "Конечно, нет, детка. Много лет назад я однажды не захотела сопровождать дедушку, который собирался навестить бедных деток, из-за плохой погоды. Позже, поразмыслив, я поняла, что поступила неправильно, и передумала. Я наполнила корзинку подарками для детей и отправилась искать их. К сожалению, я не нашла ни дедушку, ни детей, и ребята остались в тот год без подарков".

Ребятишки сидели в кругу, слушали, и им было жалко детей из легенды.

"Я так расстроилась, и я поклялась, что этого больше никогда не случится. Поэтому каждый год, когда приближаются праздники, я, Снегурочка, обязательно прихожу домой к хорошим детям вместе с Дедом Морозом и раздаю подарки вместе с поздравлениями и добрыми пожеланиями".

Ванюшка, маленький двоюродный брат Лили, захлопал в ладоши.

"Ваня", - спросила Снегурочка: "А ты помогал маме и папе в этом году?"

Малыш широко раскрыл глаза и закивал головой, как резиновый болванчик.

Снегурочка улыбнулась, достала маленький тёмно-зелёный самолётик из мешка и протянула мальчику. Потом она повернулась к Лиле и достала ещё одну игрушку - маленькую куколку, сделанную из лоскутов, в пёстром платье. Лиля пробормотала: "Спасибо". Она лично предпочла бы самолётик.

Когда подарки были розданы, Дед Мороз кивнул соседу, дяде Фёдору, который вытащил блестящую серебристо-чёрную гармошку, доставшуюся ему от отца, и начал играть "В лесу родилась ёлочка".

Когда Владимир увидел радость в глазах ребятни, ему пришла в голову идея. Когда песня закончилась, он сказал: "Подождите минутку", встал и вышел из комнаты. Чуть позже было слышно, как он шуршит чем-то на чердаке.

"Я нашёл одну старую вещь, наверное, она принадлежала бывшему хозяину дома. Я приберёг её как раз для такого случая".

Дед Мороз медленно развернул синюю бархатную ткань, как будто готовясь показать коллекцию редких драгоценностей. Внутри лежала полированная деревянная балалайка. Дед Мороз взял инструмент, и зазвучала задорная народная песня "Светит месяц", под которую дети начали весело плясать.

Когда песня отзвучала, Дед Мороз и Снегурочка объявили: "Сегодня нам нужно навестить и других детей", - и направились к двери. Очутившись за дверью, они побежали в боковую комнатку, сменили свои наряды и снова стали Владимиром и Анной.

"Где же вы были, вы пропустили Деда Мороза и Снегурочку!" - воскликнула Лиля.

"Как жаль!" - ответила Анна, улыбаясь и подмигивая Владимиру.

"Мамочка, смотри, Дед Мороз подарил мне эту красивую лоскутную куклу, а Игорю (её маленькому приятелю) - красную деревянную машинку. А ещё мы пели и танцевали".

Когда вечер подошёл к концу, Владимир поднял традиционный тост за благополучие семьи, пожелал другим всего наилучшего и завершил словами благодарности Анне: "За женщину моей мечты, которая много-много лет назад нашла в поле не только картошку".

Анне никогда не надоедало слышать слова любви от мужа. Она вспыхнула, как подросток, и тогда Владимир взял старинную цыганскую гитару, украшенную красным бантом, которую он купил на рынке, и заиграл известный романс "Дорогой длинною", а Анна запела.

Ехали на тройке с бубенцами,

А вдали мелькали огоньки.

Мне б теперь, соколики, за вами,

Душу бы развеять от тоски.

Дорогой длинною,

Да ночкой лунною,

Да с песней той, что вдаль летит, звеня,

Да той старинною,

Да семиструнною,

Что по ночам так мучила меня!..

## x x x


Когда Лиля повзрослела и стала понимать, что Деда Мороза и Снегурочки не существуют, а их приход - это просто символ, она ничего никому не сказала, ведь это было так весело. Но однажды...

На следующее утро после новогодних праздников Лиля, которой теперь было уже 13, пошла в соседнюю комнату, чтобы извлечь оттуда мешок с маскарадными костюмами родителей. Поскольку мешка не было, она решила, что папа уже побывал там.

"Мама, а когда папа успел забрать мешок с костюмами?"

"О чём ты, Лиля?"

"Ну, я просто хотела посмотреть, не осталось ли там подарков для двух малышей, которые не смогли прийти к нам вчера".

"Я не уверена, что Деду Морозу понравилось бы, что ты лазишь в его мешок".

Лиля улыбнулась: "Мамочка, я уже давно знаю, что это вы с папой играете роли, а потом переодеваетесь в этой комнате. Обещаю, я никому не скажу, мне и самой эта сказка очень нравится".

"Спасибо, детка. Это важно. Что касается мешка, папа, наверное, спрятал его где-то до следующего года. Он в той комнате".

Лиля подошла к Владимиру. Она была удивлена, услышав: "Детка, я не убирал мешок. Я думал, это мама".

Лиля улыбнулась и подняла взгляд в небо.

## x x x


Несмотря на то, что Гитлер уже начал заявлять о себе, все были полны надежды и бодрости духа.

Для Анны и Владимира 1934 был особенно щедрым годом. Они решили, что Дед Мороз сделает Лиле особенный подарок... красивое блестящее пианино, изготовленное на белорусской фабрике. "Детка, возможно, наступит день, когда ты будешь учиться в Московской Консерватории", - с гордостью улыбнулся Владимир.

Лиля так и не оправдала музыкальных надежд отца, хотя и научилась довольно хорошо играть на пианино и часто развлекала своих подружек, которые любили собираться у них дома зимними вечерами. Особенно ей удавался русский городской романс середины - конца 19 века. Её обычна субботняя программа включала её любимые "Признание", "Ах ты душечка, красна девица" и "Белолица, круглолица".

.

На следующем месте после учёбы, спорта и музыки среди интересов Лили шли наряды.

"Мама научила меня пользоваться швейной машинкой", - говорила она. "Я хочу сама шить себе одежду, чтобы сэкономить вам деньги на старость", - в ней неожиданно проснулась практичность.

Но Владимир слишком хорошо знал свою дочь. "Со мной и с мамой всё будет в порядке. Что ты на самом деле задумала, дочка?"

"Я хочу иметь такие же наряды, как эти дамы", - призналась Лиля, показывая на зарубежные журналы Анны.

Анна сочла такое желание легкомысленным, но при этом она понимала, что девочка в какой-то мере унаследовала её собственное кокетство и желание нравиться. Как бы то ни было, но уже через несколько месяцев Лиля придумала и скроила себе несколько собственных костюмов. К концу школьного года у неё уже было больше нарядов, чем у любой другой девочки в школе. В ту пору она уже хорошо осознавала свою привлекательность и угадывала те фасоны, которые ей идут.

Анна и Владимир стали замечать, что местные мальчишки вьются вокруг их очаровательной дочки с её вьющимися белокурыми волосами и затейливыми платьями. Казалось, не проходило ни одного выходного, чтобы кто-то из молодых людей не пригласил Лилю на прогулку.

После 10-15 таких встреч стало понятно, какому типу парней она отдаёт предпочтение. Несколько лет спустя, когда пришёл срок, она соглашалась на свидания только с широкоплечими темноволосыми юношами, намного выше её собственного роста!

## Глава 11


Поэт Сергей Есенин, противоречивая личность, был особенно любим Лилей

Владимир непоколебимо верил в идеи Сталина о том, что современная индустриализированная Россия обретёт признание во всём мире, если все будут отдавать свои силы без остатка общему делу. И эта вера передалась Лиле и преумножала её чувство патриотизма.

В свои 14 лет Лиля верила в новую Россию, она верила, что нет такой мечты, которую нельзя достичь, которую нельзя исполнить. Она испытывала потребность запечатлеть этот исторический период в своём личном дневнике для будущего - будущего, которое, к сожалению, так и не настанет для неё. Каждый день после школы она уединялась в своей комнате, писала, а потом перечитывала написанное несколько раз, чтобы убедиться, что слова верно отражают то, что она испытывала в данный момент.

Анна поддерживала дочь, одобряя это занятие, в то время как Владимир считал это "типично дамскими забавами". После почти 16 лет совместной жизни с Анной, привыкшей иметь своё мнение, он всё ещё воспринимал его скептически.

Со временем Лилин дневник стал для неё больше, чем просто фиксация фактов. В нём всё больше проявлялась её женская природа.

Дневник отражал её тягу к прекрасному. Ей хотелось знать, почему цвет неба постоянно меняется, почему деревья, едва их коснутся солнечные лучи, тянутся в небеса, почему полевые цветы - дикие? Откуда берутся семена? Как они развиваются? Зачем природа создала так много видов и сортов?

Дневник отражал её любовь к Родине и её решимость защищать её в случае нападения.

"Когда-нибудь я хочу научиться летать, не в мечтах, не как сокол или орёл, а как военный лётчик, защитник неба нашей Родины".

Подрастая, Лиля также училась любить поэзию.

Часто зимними вечерами мама садилась рядом с дочкой и тихим нежным голосом читала ей Пушкина, Блока и Клюева, многие стихи которых она знала наизусть.

В школе литература была любимым предметом Лили. Многие стихи она записывала в свой дневник. Некоторые просто переписывала из книг, другие писала по памяти - полностью или частично. Она отдавала предпочтение стихам, воспевающим красоту, и тем, которые давали почву для размышлений, а особенно - популярному поэту с трагической судьбой - Сергею Есенину, который покончил с собой в возрасте 30 лет. Несмотря на красоту своих стихов и их энергию, Есенин вёл упадочнический, саморазрушительный образ жизни. Лиле было хорошо известно, что правительство не одобряло распространение его стихов. Она записала их по памяти, ничего не сказав об этом родителям.

Однажды в выходной, когда Анна и Лиля отправились в гости к друзьям, которые жили на другом краю Москвы, Владимир решил отдохнуть в своём любимом кресле. Откуда-то потянуло сквозняком. Он прошёлся по комнатам, пытаясь понять, откуда. Задел стул, стоявший в Лилиной спальне, и тут из-под сиденья выпал спрятанный там дневник.

Владимир с любопытством полистал страницы, улыбаясь простодушным мечтам дочки. И вдруг наткнулся на красивое, но противоречивое стихотворение Есенина.

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Предназначенное расставанье

Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой,

Без руки и слова.

Не грусти и не печаль бровей.

В этой жизни умереть не ново,

Но и жить, конечно, не новей.

Владимир озабоченно задумался. Разве его дочь не понимает, что это опасно? Как раз в этот момент открылась дверь. Анна и Лиля вернулись раньше, чем он ожидал.

"Папа, что ты делаешь с моим дневником?"

Анна посмотрела огорчённо, готовая защищать право дочки на личные секреты.

"Доченька, ты моя гордость и радость. Я свободолюбивый человек и хочу, чтобы ты была такой же. Но - Есенин? Изо всей прекрасной русской литературы - почему Есенин?"

"А почему нет?" - ответила Лилия.

"Он пишет только о боли, страданиях, разочаровании. Разве наша жизнь не заслуживает лучшего?"

Но Лилия не была бы Лилей. "Это твоё мнение, но разве от этого его чувства менее трогательны?"

"Ты имеешь ввиду чувства бунтаря, человека, который имел пять жён, труса, который повесился, не в силах противостоять трудностям жизни? Ты считаешь, что его жизнь достойна твоего дневника?"

Гнев Владимира удивил даже Анну. Она пыталась восстановить мир, прежде чем либо Лиля, либо её отец скажут такое, о чём потом будут долго сожалеть.

"Володя, разве его стихи не воспевают красоту нашей земли, не переполнены любовью к ней?"

Владимир замахал руками на Анну. "Мой мнение не имеет значения. Важно, что думает правительство. А что, если кто-нибудь найдёт эти стихи в Лилином дневнике? Такие времена... Разве мы не боимся за неё?"

Говорить больше было не о чем. Анна и Лиля понимали, что Владимир прав. Страничку вырвали из дневника, и она сгорела в печке.

Но не в Лилином сердце

## Глава 12


Лиля на первом праздновании Нового года в Колонном Зале Кремля

Продолжая укреплять свою власть, Сталин решил вернуть некоторые столь популярные в народе, но прежде запрещённые праздники.

В декабре 1935 года кандидат в члены Политбюро Павел Постышев предложил провести для советских детей Новый год. Инициатива была одобрена, и в январе 1936 года новогодние утренники были организованы в Харькове и других городах и сёлах, однако самый замечательный праздник был проведен в Колонном зале Кремля в Москве.

Билеты пользовались огромным спросом. Каждый школьник мечтал попасть на праздник. Владимир похлопотал, чтобы школа выделила Лиле билет на ёлку, как одной из лучших своих учениц и спортсменок.

"Нас наградили билетами", - закричал радостно Владимир, размахивая билетами.

Лиля взволнованно спросила: "Мамочка, ты поможешь мне сшить наряд? Я хочу что-нибудь потрясающее!"

В течение последующих двух недель, когда Анна приходила с работы, они с Лилей кроили, шили и клеили.

"Я так понимаю, что пока идёт производственный процесс, меня перевели на самообслуживание?" - смеялся голодный, но всё понимающий Владимир, приходя домой.

Наконец, платье было готово. "Я хочу сделать папе сюрприз!" - сказала Лиля. Вскоре пришёл Владимир.

Лиля вошла в комнату в образе Королевы Роз - восхитительная в красном бархатном платье, с пышной юбкой, украшенной оборками. Лиф был расшит сияющими камушками, а вырез оторочен тёмно-красной лентой. Богатый цвет платья оттенял нежные черты лица Лили, её длинные светлые волосы и стального цвета глаза. Лиля прошлась перед отцом, покружившись в одну и другую стороны.

"Сегодня моя прекрасная дочь стала настоящей принцессой", - гордо улыбнулся Владимир.

Такого прекрасного праздника Лиля даже представить себе не могла. Зал был украшен гирляндами и огнями, а посередине возвышалась огромная, идеальной формы ёлка. Праздничная программа включала танцы, игры, инсценировки и конкурсы. Среди многих мальчиков и девочек, соревнующихся в народных танцах, Лиля была лучшей!

Каждому участнику выделялось полторы минуты, чтобы продемонстрировать тот или иной народный танец. Больше всех хлопали красивому парню по имени Игорь, из Сокольников. Наконец, настала Лилина очередь. Она взялась пальцами за края юбочки, ожидая музыкального вступления. Все взгляды были обращены на неё. Она почувствовала приятное волнение. И вдруг мощный вихрь подхватил её, движение ног становилось всё быстрее и быстрее, движения были отточенными, артистичными. Её длинные светлые волосы развевались в вихре танца, как облачка, летящие по небу.

Сердце Владимира наполнилось невыразимой гордостью. Он чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Он посмотрел на Анну и с любовью поцеловал ей руку. В её глазах сияла такая же гордость. Больше ничего не нужно было говорить.

Лиля завершила ещё один круг, протянув вперёд руки. Музыка внезапно остановилась, и Лиля вместе с ней. Все зрители, и её родители тоже, стояли и аплодировали.

Через несколько минут объявили результаты конкурса. Победителем оказалась Лиля. Она гордо вышла к ёлке и получила свой приз от деда Мороза и Снегурочки. Анна и Владимир сияли. Призом оказался сам дед Мороз - его маленькая раскрашенная фигурка, вырезанная из камня, стоящая с красным мешком в руках перед маленькой ёлочкой.

## Глава 13


Участницы рекордного беспосадочного перелёта (слева направо) Полина Осипенко, Валентина Гризодубова, Марина Раскова

В старших классах школы Лиля впервые влюбилась... в самолёты.

Подвиги лётчиков первой мировой войны вдохновили многих молодых людей вступить в авиаклубы. Всем, кто прошёл подготовку, была открыта дорога в небо. Ленин, а вслед за ним и Сталин, понимали, что настанет день, когда самолёты понадобятся и для военных целей. Газеты и журналы прославляли подвиги мирных лётчиков.

В то время, как многие девушки мечтали о муже и детях, Лиля в своих грёзах бороздила небо, касаясь рукой звёзд и облаков, испытывала разные типы самолётов и руководила полётами. Она перечитала все книги об авиации, которые только могла достать в школьной библиотеке. Она также завела альбом, куда вклеивала фотографии и рисунки самолётов, а когда ей везло найти дубликат, она приносила его в школу и приклеивала к внутренней стороне крышки парты.

Однажды учительница спросила: "Почему тебя так привлекают самолёты?"

Лиля улыбнулась: "Настанет день, когда я стану лётчицей".

Её одноклассники засмеялись.

"Это хорошая мечта", - улыбнулась в ответ учительница, про себя подумав, что всё-таки это мужская профессия.

"Тогда почему Вы так улыбаетесь?" - поинтересовалась Лиля.

## x x x


Шли 30-е годы, и газеты пестрели статьями о подвигах лётчиков, совершающих длительные беспосадочные перелёты, в частности о полёте трёх отважных женщин: Марины Расковой, первой советской профессиональной лётчицы-штурмана, и её двух близких подруг - Валентины Гризодубовой и Полины Осипенко.

Они пытались побить рекорд дальности, совершив перелёт от Москвы до Дальнего Востока, это расстояние в 9 300 км. Когда до конечной цели оставалось примерно 300 км, у них внезапно кончилось топливо. Механик забыл долить горючее после предполётной тренировки. Гризодубова отдала приказ Расковой и Осипенко прыгать с парашютом. Она боялась, что штурман и второй пилот могут погибнуть при жёсткой посадке в лесу. Ей удалось посадить самолёт, и следующие десять дней она провела одна, стараясь выжить в диком лесу. Вся страна с волнением наблюдала за поисками, которые увенчались успехом, и подруги снова смогли обнять друг друга. 11 апреля 1935 года "Правда" с гордостью провозгласила: "Наши товарищи найдены!" Несмотря на неудачу, эти героические женщины побили мировой рекорд на целую тысячу километров. За свой подвиг отважная тройка была награждена медалью Золотая Звезда и орденом Ленина. За одну ночь из дисциплинированного офицера и красивой женщины Марина Раскова превратилась в образец для подражания для всех женщин, а особенно для подрастающего поколения. Это она с гордостью провозгласила: "В Советской России женщина может стать тем, кем захочет!"

Лиля пристально следила за подвигами трёх отважных лётчиц и носила в школьном портфеле фотографии и газетные вырезки, рассказывающие о них. В свободное время она ходила в библиотеку и читала всё, что только могла найти о развитии воздухоплавания, включая биографии братьев Орвилла и Уилбура Райт, американцев, известных как пионеров современной авиации.

Однажды морозным днём Лиля шла в библиотеку, когда главный хулиган в классе, Борис Кузнецов, который явно был к ней неравнодушен, незаметно подкрался из-за спины и выхватил из её рук портфель.

"Отдам, если поцелуешь".

"Ни за что! Отдай сейчас же!" - потребовала Лиля, из её глаз посыпались искры.

"Не отдам! Попробуй отними!" - дразнился Борис, и тут обратил внимание, что портфель необычно тяжёлый. "Ты таскаешь столько книг, неудивительно, что на парней у тебя не остаётся времени".

Лиля пошла прямо на Бориса. Началась потасовка. "Я никому не позволю забирать мой портфель!" Сумка внезапно распахнулась, и из неё на землю посыпались книги об авиации, вырезки из газет и журналов.

Борис уставился на них, а потом скептически ухмыльнулся. "Да неужели! Малышка мечтает быть пилотом!"

"Как Раскова, как другие!" - не колеблясь, ответила Лиля.

"Ага, а я буду королевой ангелов!"

## x x x


Лиля была постоянно занята школой, а Анна работой, особенно теперь, когда она стала управлять отделом и ответственности прибавилось. Поэтому у них редко вырывалась минутка пообщаться, побыть вместе.

Наконец, однажды утром, за завтраком перед школой Лиля решилась.

"Мамочка, а ты могла бы в субботу не пойти на работу и уделить мне время? Это важно".

"А что случилось?"

"Мне нужно посоветоваться. Я хочу обсудить с тобой одно решение".

"Я бы с удовольствием. Но нужно отпроситься у директора".

К счастью для Лили и Анны, директор пребывал в добродушном настроении.

В субботу было тепло и солнечно. Они решили побродить по лесу и нарвать диких цветов. Нагулявшись, сели у небольшого прозрачного озерца. "Мамочка, я не знаю, как и когда это будет, но настанет день, когда люди будут летать в дальние края".

"Судя по тому, что я читала, это маловероятно".

"Я хочу перевозить их туда".

"Что ты имеешь ввиду - "перевозить их туда"?"

"Ну, там будут аэропорты, аэродромы. Понадобятся лётчики"

Ответ Анны можно было предугадать. "Ты умеешь мечтать, дочка. Это хорошо. Но, к твоему огорчению, я не могу позволить тебе совершить такую глупость".

"Но почему, мама?" - спросила Лиля разочарованно.

"Летать опасно".

"Но ничего со мной не случится!" - убеждённо ответила Лиля. "Я буду хорошим лётчиком, как Осипенко и Гризодубова".

"Они - редкое исключение. Нам не дано летать. Существуют правила".

"А кто создаёт эти правила?" - спросила Лиля.

"Общественное мнение. Так рождаются традиции".

"Ну а если эти правила ошибочны?"

Анна не была готова к такому вопросу.

"Это маловероятно".

"Почему?!"

Анна решила сменить тему разговора. По опыту она знала, что Лилина настойчивость может завести их в тупик.

"А если я потеряю тебя? Тогда что?"

Это был запрещённый приём, Лиле было тяжело слышать это. Значит, ей придётся мечтать в одиночку... по крайней мере, пока, в обозримом будущем.

Но этот день не пропал даром. Мама и дочка ещё больше сдружились.

"У меня есть предложение", - улыбнулась Анна. "Я обещаю иногда брать выходной в субботу, если ты пообещаешь мне выбросить эти мысли из головы".

Лиля задумалась. Это было соблазнительное предложение. Но она не могла отказаться от своей мечты.

"Мамочка, давай спросим у папы". Лиля решила не отступать. "Я поступлю так, как он решит".

Анна была уверена, что Владимир поддержит её и спору будет положен конец.

Ошиблись обе.

"Это очень неожиданная просьба. Я и горжусь твоей мечтой, и беспокоюсь за тебя", - сказал задумчиво Владимир. "Мне предстоит командировка на неделю, буду готовить новичков. Дай мне срок подумать, пока я буду в отъезде. Я скажу тебе своё решение, когда вернусь".

## Глава 14


Сталин считал необходимым строительство железной дороги через всю Россию до Сибири

Был поздний субботний вечер. Владимир чувствовал крайнюю усталость. Шесть дней подряд он занимался с курсантами, обучая их управлять поездами, которые производились на многочисленных фабриках и становились всё более усовершенствованными.

"Администратор Лазарев распорядился, чтобы Вы зашли к нему, прежде чем уйдёте домой", - сказал начальник коммутационного оборудования.

"По какому поводу?"

"У него и спросите", - ухмыльнулся тот.

Владимир почувствовал смутное беспокойство. Начинали распространяться слухи о том, что Германия планирует нападение на Россию и захват промышленных объектов и природных ресурсов. Некоторые полагали, что Сталин сам насаждал эти "тайные слухи", чтобы ещё больше укрепить свою власть и влияние. Самые неосторожные инакомыслящие начали таинственно исчезать, в том числе двое из лучших друзей Владимира по железной дороге.

Хотя он не сделал ничего плохого, по крайней мере, не помнил за собой такого, он всё-таки беспокоился по поводу вызова к Лазареву.

"Товарищ Литвяк, как Вы знаете, железная дорога тянется на 270 километров от Москвы до Ярославля. Товарищ Сталин желает дотянуть её до Свердловска (1 700 км от Москвы) и в конечном счёте до озера Байкал (6 200 км), что необходимо для военных целей, а со временем и для мирного использования".

Владимир молча, про себя, размышлял, какое всё это имеет к нему отношение.

"Учитывая Ваши исключительные способности, партия выбрала Вас для подготовки новых кадров рабочих, которые будут тянуть полотно через города и посёлки вдоль этого маршрута", - сказал Лазарев, не упомянув, что маршрут будет также проходить через лагеря, о существовании которых многие подозревали, но боялись говорить вслух. "Чтобы Ваша работа была как можно эффективнее, Вы будете проводить в каждом пункте по три месяца, доводя до совершенства обучение и тренировку курсантов".

Тут Владимир допустил первый промах. "Товарищ Лазарев, не практичнее ли было бы тренировать их в Москве? Ведь здесь у нас есть все необходимые инструменты и оборудование".

"Откровенно говоря, товарищ Литвяк, может быть, Вы и правы", - сказал Лазарев, не желая вызывать подозрение. "Но нам нужен человек с Вашим опытом, чтобы отобрать нужных людей в Свердловске и Чите. После первой серии занятий напишите отчёт о том, что, по Вашему мнению, дешевле и практичнее. Я изучу Ваши наблюдения".

Владимир молчал, не зная, что ответить.

"Товарищ Литвяк, Вы осознаёте, что Вы и Ваша жена получают больше, чем большинство работников?"

"Да, товарищ Лазарев".

"И мы намерены и в дальнейшем поощрять Вас?"

"Да, товарищ Ларазев".

"Значит, всё решено".

Владимир понимал, что дальнейшая дискуссия будет рассмотрена как вызов вышестоящему лицу.

"Когда приступать?"

"Через две недели".

"Как долго я буду отсутствовать?"

"Включая дорогу и возможные дополнительные занятия для неуспевающих, примерно двенадцать месяцев".

"А как же моя семья? У меня дочка растёт".

"Неужели Вы думаете, что мы об этом не знаем? В июне следующего года пригласите семью погостить у Вас на озере Байкал. Там очень красиво в это время года. Им понравится. Ведь Байкал самое большое озеро в мире, в нём водится прекрасная рыба, и окружено оно альпийскими лугами".

"Но моя жена работает почти всю неделю. Она не может взять отпуск..."

"Спасибо за поддержку и понимание, товарищ Литвяк", - сказал Лазарев, провожая Владимира до двери и захлопывая её перед его носом.

## x x x


АННА, НА УДИВЛЕНИЕ, ПРОЯВИЛА ПОНИМАНИЕ, когда Владимир сообщил ей неожиданную новость.

"Мы и не с таким справлялись, дорогой. Давай проведём эти две недели, как будто они у нас последние", - пошутила она. "А потом мы с Лилей будем ждать летних каникул на Байкале, спасибо товарищу Сталину. Я слышала, что это очень красивое и тихое место".

"А как моя просьба насчёт полётов?" - спросила Лиля.

"Я думаю, сейчас не время об этом говорить. Папа уезжает, а ты... Это эгоистично с твоей стороны".

Лилю охватило чувство вины. Она опустила голову. Потом задумалась о командировке отца.

"Почему именно ты должен ехать? Почему так далеко? Почему тебе никто не помогает готовить новых работников?"

Владимир знал, что вопросам не будет конца, если не занять пытливый ум Лили менее философскими проблемами.

"Анна", - подмигнув жене, сказал Владимир достаточно громко, чтобы Лиля услышала. "Я думаю, что зимы на Байкале очень суровые. Придётся постараться, чтобы не замёрзнуть, пока вы не приедете согреть меня".

Анна поняла намёк мужа. "Не беспокойся, я упакую твои самые тёплые вещи, дорогой".

Лиля улыбнулась. Она тоже догадалась. "Может быть, я могу помочь?"

"Как, детка?" - улыбнулся Владимир.

"А вот погоди - увидишь".

Лиля порылась на полке, где Анна хранила разрозненные куски шерсти, из которых собиралась сшить пару тёплых одеял.

"Можно мне взять это?" - спросила Лиля.

"Для чего?"

"Сюрприз".

Следующие четыре дня, придя из школы, Лиля замеряла, резала и сшивала куски ткани на маминой швейной машинке, пока родители уединялись в углу комнаты, чтобы почитать новости.

Когда Владимир пытался заглянуть, Лиля смеялась и говорила: "Вижу, вижу! Не подсматривай".

Наконец, наступил вечер, когда Лиля гордо объявила: "Готово!" Она представила родителям своё изделие - яркую тёплую рубашку, в которой отцу будет удобно работать. Хотя стежки были местами не совсем ровными, рубашка сидела на нём на удивление ловко.

"Доченька, моя новая рубашка такая же красивая, как и мастерица".

"Папа, загляни в карман".

Владимир расстегнул пуговицу на нагрудном кармане. Внутри он обнаружил фотографию жены и дочки, которые сидели на лугу среди цветов.

"Тёплая ткань будет согревать моё тело, а ваша фотография - моё сердце".

Владимир был глубоко тронут. На глаза набежала слеза и покатилась по щеке.

Анна улыбнулась и провела по щеке мужа рукой.

## x x x


Лиля пообещала Владимиру ещё кое-что.

Она будет ходить на поле, когда будет позволять погода, собирать светлячков в банку и ставить возле кровати.

"И ты всегда будешь рядом со мной ночью".

"И никакого Есенина", - улыбнулся Владимир.

"И никакого Есенина", - улыбнулась в ответ Лиля.

## Глава 15


Владимир Литвяк становится объектом сталинских преследований

В том году осень была промозглой, её сменила долгая холодная зима.

Анна с нетерпением ожидала писем от Владимира, которые приходили раз в неделю, денежных переводов. Он строил планы на летний отпуск.

Они с Лилей сидели возле "буржуйки" и читали его письма вслух.

В одном из писем Владимир писал:

"Моя любимая,

В моей жизни не происходит ничего особенного. Мы встаём в 8 утра, делаем

зарядку, съедаем по тарелке каши, а потом занимаемся до обеда. На обед обычно

суп. Потом проходят практические занятия на свежем воздухе, я стараюсь

подготовить курсантов к возможным трудностям, с которыми они могут

столкнуться на практике. Вечером на улице хорошо, пока не становится слишком

прохладно. Мы разводим большой костёр и поём любимые песни, чаще всего

народные.

"Когда вы с Лилей приедете, я обещаю взять отгулы, и мы пойдём в поход. Это

одно из самых красивых мест нашей Родины. Но это так далеко, не уверен, что у

нас ещё когда-нибудь будет такая возможность.

Вечно твой Владимир".

В другом говорилось:

"Моя дорогая Фея картофельных полей!

В это воскресенье случилось настоящее приключение. Местный начальник

потребовал, чтобы мы отправились проводить занятия в тайге, в реальных

условиях. Мы оправились часов в 10 утра на участок в красивом ущелье возле

озера.

"Часа три спустя, мы добрались до цели и собрались перекусить, когда вдруг

хлынул дождь. Небо потемнело, как ночью. Вспыхнули молнии, загремел гром. В

течение получаса ущелье наполнись водой, почти по колено. Со скал срывались

камни. Мы, шестеро здоровенных мужиков, поднимались обратно наверх,

взявшись за руки.

"Я уверен, что если бы моя решительная дочь была здесь, она быстрее нашла бы

выход из положения!

Прижимаюсь своим замерзшим телом к твоему горячему сердцу,

Владимир"

А в третьем было:

"Пришла весна. Здесь нет душа, так что я каждый день хожу

плавать, пока остальные протапливают баню у озера. Мы

заходим по четыре человека, согреваемся до пота, а потом

хлещем друг друга берёзовыми вениками. Когда уже не

можем терпеть, бегом бежим и прыгаем в озеро. Холодная

вода обжигает тело, кровь приливает к голове.

Победитель получает обед, приготовленный остальными на

его вкус. Я неплохо питаюсь!"

Анна улыбалась, читая его письма, особенно последние строки:

"Мужики изголодались по женщинам. Когда ты приедешь, я

приготовлю баню и прослежу, чтобы мы там были одни.

Вся моя любовь моей единственной,

Владимир"

В своём последнем письме Владимир мечтал о возвращении домой.

"Моя навсегда самая любимая,

Есть хорошие новости. Благодаря упорному труду всех железнодорожников, трасса дотянута до самого Байкала, через всю Сибирь. Сегодня мой начальник порадовал, что нам дадут дополнительный отпуск за ударный труд.

Я решил, что мы используем его, совершив путешествие на теплоходе от Москвы до Барнаула через Пензу, Уфу и Омск, и побываем в исторических местах.

Конечно, царских условий не обещаю (времена царей давно прошли), но нам будет удобно.

Учитывая Лилину любознательность, нам придется отвечать на её вопросы до утра.

Сладких снов,

Владимир"

В своих оптимистичных письмах Владимир рассказывал не всё. Ему не хотелось тревожить близких теми тревожными признаками, которые он начал замечать.

Поезда стали ходить чаще, чем было вначале, когда он приехал. И всё чаще они привозили военное оборудование, пушки и амуницию, а не железнодорожное оснащение. Всё больше было военных, которых размещали в городах и посёлках вдоль железной дороги, соединявшей центр России с Сибирью.

Поезда также перевозили заключённых из лагерей, которых сопровождали охранники и солдаты.

С другой стороны, молодые железнодорожники, которые выполняли самую тяжёлую работу по прокладке путей и управлению оборудованием, были полны жизни и энтузиазма, вдохновлённые новыми возможностями, которые давало им молодое советское государство. В особенности, молодые коммунисты и комсомольцы.

Запрещалось говорить о волнениях среди рабочих и крестьян, да большинство и боялись, и Владимир в том числе. Однако, всё-таки ходили разговоры о тяжёлых жизненных условиях и о том, какое наказание ждёт тех, кто совершил преступление против государства.

Владимир никогда не высказывался открыто. По сравнению с другими, он жил в относительно комфортных условиях и не испытывал тягот, несмотря на суровый климат и тяжёлую работу. У него была собственная изба с железной печкой, которая обогревала жильё и на которой он готовил, большой дубовый шкаф, где он хранил свои пожитки, и деревянная кровать с матрасом, набитым конским волосом. А кроме того, по календарю, который висел на стене, выходило, что до приезда Анны и Лили оставалось 64 дня и 124 - до его окончательного возвращения в Москву.

ДНИ ТЯНУЛИСЬ ТРУДНО И МЕДЛЕННО, и чтобы скоротать время, Анна учила Лилю, как себя вести, если вдруг они заблудятся в тайге, или что-то случится, когда они будут путешествовать или плавать, когда летом поедут к Владимиру.

"Если ты вдруг продрогнешь, есть один верный способ согреться", - говорила Анна. "Я научилась этому, когда ещё в молодости работала в деревне, когда зима была морозной. Очень важно держать шею в тепле, защищать её шарфом от пронизывающего ветра"

"Почему, мамочка?"

"Потому что шея соединяет голову с остальным телом. Если шее будет тепло, значит, и всему телу будет тепло. Если шея озябнет - то и всё тело замёрзнет. Помни об этом всегда, пригодится в жизни".

"Хорошо, запомню", - сказала Лиля, не предполагая, что такой совет ей действительно может спасти жизнь когда-нибудь.

"Ну-ка, выбирай из моих запасов", - сказала Анна, протягивая ей три ярких шарфа, которые она достала из ящика.

Лиля, улыбаясь, примерила по очереди все три, любуясь собой в зеркале.

"Можно менять цвета и всегда выглядеть, как кинозвезда!"

Лиля выбрала красный и синий.

"Отлично!" - сказала Анна.

Лиля задумалась. По её мнению, чего-то не хватало. Она полезла в карман и достала помаду. Накрасив губы, она принялась раскланиваться и крутиться перед матерью, изображая кинозвезду.

"Прекрасно, дочка, прекрасно! Браво!" = аплодировала Анна.

## x x x


СЕМЁН ДЕМИДОВ БЫЛ НАЗНАЧЕН НАЧАЛЬНИКОМ местного НКВД. Анна считала, что они хорошие друзья. Квартира семьи Литвяк пустовала большую часть дня, пока Анна была на работе, а Лиля в школе. Майя Демидова знала, что живут они неплохо.

"Может быть, нам стоит обменяться запасными ключами на всякий случай. Мало ли что может случиться, когда ты на работе", - предложила Майя Анне. Та охотно согласилась, не догадываясь, что соседка завидует тому, что у них с Владимиром квартира больше и условия лучше.

(Будучи женой работника НКВД, она знала, что лучший способ дискредитировать кого-либо - это предоставить органам подозрительную информацию о нём, а это, в условиях царящей в обществе и растущей паранойи, даст повод рассматривать его любые действия как антигосударственные).

В следующий понедельник, дождавшись, когда Анна уйдёт на работу, Майя проскользнула в их квартиру и стала искать "вещественные доказательства", которые она могла бы использовать против соседки. Она нашла письма Владимира. На её лице появилась дьявольская улыбка, когда она прочла "царские условия".

В тот же вечер она закинула удочку: "Семён, а ты не задумывался, почему Владимир и анна так шикарно живут?"

"Ну да. Но они оба много работают".

"Я так считаю, дело не только в этом".

"Что ты хочешь сказать?"

"Сегодня я нашла доказательство того, что они принадлежат к подпольному движению, которое хочет восстановить царскую власть. Смотри. Я думаю, они тайно участвуют в его деятельности".

Майя разложила перед Семёном письма.

"Ты выкрала их у наших соседей?"

"Я тебя не понимаю", - Майя расширила глаза. "Разве твоей обязанностью не является защищать нашу Родину от тайных врагов?"

Потребовалось минут двадцать, чтобы убедить Семёна в том, что упоминание Владимира о политических событиях были тайным указанием для Анны передать информацию другим членам нелегальной организации для ведения антиправительственной деятельности. Семен написал обширную докладную.

На следующий день Майя вернула письма на место, а Семён доложил начальству о "вещественном доказательстве". В ходе расследования он побеседовал с администратором железной дороги Лазаревым, который доложил о "попытках неповиновения" со стороны Владимира.

Теперь в расследовании была поставлена точка!

## x x x


За два месяца до встречи с семьёй письма от Владимира вдруг перестали приходить.

Обеспокоенная Анна отправилась в Управление железных дорог. Там никаких записей о командировке Владимира обнаружено не было.

"Мой муж уже целый год работает в этой Богом забытой Сибири. Это какая-то ошибка. Я хочу поговорить с товарищем Лазаревым".

"Товарищ! Товарищ Лазарев очень занят".

Анна не хотела слышать об отказе. "Тогда я буду сидеть и ждать, пока он освободится".

"Но это может быть нескоро!"

"Ничего, я буду ждать сколько потребуется".

Секретарь видел по её глазам, что она не сдастся. Он встал и вошёл в кабинет начальника.

"Товарищ Лазарев примет Вас сейчас".

"Чем я могу помочь Вам, товарищ..."

"Литвяк. Вы помните, что откомандировали моего мужа, Владимира Литвяк, на Байкал, обучать железнодорожников составлять маршруты и управлять движением поездов?"

"Вы, должно быть, ошибаетесь. Байкал далеко отсюда. С какой стати мы бы его туда посылали?"

Анна была в ярости. Он лгал прямо ей в лицо. У неё есть доказательства!

"Товарищ Лазарев, я не знаю, что заставляет Вас лгать мне. Я просто хочу найти своего мужа".

"Товарищ Литвяк, Вы обвиняете меня во лжи? Это очень серьёзное обвинение!"

"Чёрт побери, у меня есть доказательства!"

"Какие ещё доказательства?"

"Мой муж присылал мне письма каждую неделю. Я сохранила их все. На них явно стоит штемпель Читы".

"И где же все эти письма?"

"В ящике моего стола, дома".

"Понятно", - уже мягче сказал Лазарев. "Я распоряжусь, чтобы кто-нибудь разобрался в этом деле. Это займёт несколько дней".

После ухода Анны Лазарев вызвал Демидова. Было решено отправить телеграмму на Байкал тамошнему начальнику НКВД.

В 2 часа ночи раздался оглушительный стук в дверь.

"Откройте, милиция!"

Анна вскочила с кровати, уверенная, что это ошибка.

"Анна Литвяк?"

"Да".

"Вы должны дать показания".

"О чём вы говорите?"

"У нас есть основания считать, что Ваш муж разглашает государственные тайны. Нам нужны его письма".

Анна закричала в гневе: "Этот мерзавец Лазарев! Он переврал мои слова!"

"Товарищ Литвяк, Ваши высказывания о начальнике железной дороги дают основания Вас арестовать. Мы понимаем, что у Вас ребёнок. Просто отдайте нам письма, и мы простим Вам Ваши необдуманные слова".

"Не отдам", - сказала она решительно.

"Держи её", - сказал один из милиционеров другому. Он подошёл к столу и обыскал ящики, в одном из них он нашёл пачку писем со штемпелем Читы.

Милиционер подошёл к Анне вплотную.

"Государство благодарит Вас за сотрудничество, товарищ Литвяк. Пока что мы не повезём Вас нВ допрос в тюрьму, ни Вас, ни Вашу дочь".

Она нервно кивнула.

"Но в любой момент ситуация может измениться... Вы меня понимаете?"

Лиля тихонько наблюдала за событиями из угла комнаты. Она никогда не забудет этой ночи.

## x x x


В 2 часа ночи раздался оглушительный стук в дверь.

"Откройте, милиция!"

Владимир вскочил с кровати, уверенный, что это ошибка.

"Владимир Литвяк?"

"Да".

"Вы арестованы".

"За что?"

"Государственное преступление. У нас есть приказ товарища Сталина, по которому Вы объявляетесь врагом народа".

Два дюжих милиционера подошли, чтобы надеть на Владимира наручники на глазах у его соседей.

Он оттолкнул их. "Это какая-то ошибка. Я всегда был предан Родине!"

"Будете говорить, когда Вас спросят. Или Вы идёте сейчас с нами, или Вы будете расстреляны прямо здесь. У нас приказ!"

Несколько минут спустя, Владимира в наручниках бросили в "воронок", тесную, душную машину, на которой арестованных доставляли в тюрьму. Ночной колючий ветер обжигал тело, прикрытое только рубашкой, которую Лиля сшила для него, и потрёпанными рабочими штанами.

К тому времени, когда они доехали до тюрьмы, наспех сооружённой в лесах, у него было отморожено несколько пальцев на руках и на ногах. Его посадили в бетонную камеру с деревянным полом и окном, затянутым решёткой.

На следующее утро его заволокли в соседнюю бревенчатую избу. В комнате был только стол и три стула. Владимир услышал: "Суд над Владимиром Литвяк, совершившим преступление перед государством, объявляется открытым!"

"Суд" был чистой формальностью.

"Мы выяснили, что в течение этого года Вы через свою жену передавали немцам расположение наших военных сооружений", - сказал высокий плотного сложения человек, темноволосый, с торчащими усами, которого все называли просто гражданин следователь.

"Это неправда".

"Разве Вы не писали ей регулярно?"

"Это верно".

"И что же Вы ей рассказывали?"

"Просто семейные дела. Обсуждали отпуск, я описывал свою ежедневную работу, и так далее. Больше ничего. Свяжитесь с моей женой, она покажет вам мои письма".

"В этом нет необходимости. Товарищ Лазарев уже обо всём нам доложил. (Лазарев не простил Владимиру его неосторожных слов. Когда ему доставили письма, конфискованные у Анны, он поручил своим подчинённым тщательно их исследовать в поисках каких-то слов, каких-то фраз, предложений, которые разоблачили бы недобрые намерения Владимира по отношению к товарищу Сталину и коммунистическому образу жизни).

"Разве Вы в своих письмах не утверждаете, что при царе жизнь была лучше?", - продолжал следователь, поглядывая на своих помощников. Один, у которого была семья и который сочувствовал Владимиру, считая, что тот несправедливо обвинён, выступил в его защиту, и это было его ошибкой.

Следователь рассвирепел. Его авторитет подвергли сомнению при всех. Он набросился на подчинённого. "Вы настолько ленивы? Настолько глупы? Больше нужно общаться с людьми, тогда Вы бы знали, как они сеют смуту, как они выступают против государства!"

Подчинённый опустил голову и промолчал.

"Вот, смотрите, гражданин Литвяк рассуждает об удобствах на теплоходе - разве это не достаточное доказательство?"

"Да, теперь я вижу, я понимаю, я был недостаточно внимателен к деталям".

"Ладно. Смотрите же, проверьте, чтобы все доказательства были переданы в Главное Управление в Иркутск".

"Да, конечно, гражданин следователь, я всё сделаю".

Суд заседал в Иркутске за закрытыми дверями и на основании представленных доказательств пришёл к выводу, что Владимир виновен.

Владимиру не предоставили защиту, ему даже не дали последнего слова.

## x x x


Рассвет занялся над лесом около шести утра.

Владимир закоченел в углу своей камеры, одетый только в любимую шерстяную рубашку и рабочие штаны.

"Выведите заключённого и отведите его к берёзе", - приказал командир охраны.

Владимир пытался что-то сказать, когда фотография Анны и Лили выпала из его кармана.

"Но я не сделал ничего плохого, клянусь! Пощадите, у меня жена, дочка".

Солдаты покорно выполняли приказ. Они выволокли его за шиворот из камеры, завязали глаза и поставили возле большой берёзы. Несмотря на трагический момент, ему на память пришли звуки "Андреевского вальса", навеянные потрясающей красотой амурских лесов. Он вспомнил, как Анна любила танцевать под эту мелодию в Центральном парке в Москве. И как Лиля слушала духовой оркестр и любовалась своими танцующими родителями.

Внезапно сердцебиение утихло, на него снизошло спокойствие.

Шесть солдат направило на него винтовки.

Владимир выкрикнул: "Да благослови вас Господь!"

Командир карательного отряда скомандовал: "Целься! Пли!"

Солдаты затолкали кровавую массу, которая несколько минут назад была человеком по имени Владимир Литвяк, в холщовый мешок, оттащили его к берегу Байкала, вместо груза привязали большой камень и столкнули в прорубь.

## x x x


Раздался оглушительный стук в дверь.

Анна открыла и увидела посыльного с письмом из военного ведомства.

"Гражданка Литвяк?"

"Да".

"Возьмите, это Вам".

Анна распечатала письмо. Её рука задрожала, и раздался её страшный крик: "Нет... Нет..."

Перепуганная Лиля подбежала к ней. Анна крепко прижалась к дочери.

"Что случилось?"

"Письмо... В нём говорится, что расследование по делу твоего отца завершено".

"Расследование по делу отца? Какое расследование?"

"Не сказано. Просто сообщается, что есть документы, подтверждающие..."

Анна замолчала. Слёзы потекли по её лицу.

"Подтверждающие что?" - настаивала перепуганная Лиля.

"В письме говорится, что Владимир объявляется врагом народа".

"Но этого не может быть, папа любит Родину! Я пойду к начальству и буду умолять пересмотреть дело. Я буду защищать папу, пока он не вернётся домой".

"Слишком поздно".

"Никогда не поздно!"

## x x x


Анна заглянула Лиле в глаза. "Они пишут, что он осуждён, признан виновным в государственном преступлении и казнён". Лиля пронзительно закричала. Анна крепко прижала её дрожащее тело к себе.

"Когда и где всё это произошло?" - прошептала Лиля.

Слёзы текли по щекам обеих.

Лилина грусть сменилась горьким недоумением. Её всегда учили верить в справедливость государства и товарища Сталина. "Как они могли?"

"Я не знаю".

"Меня учили, что только фашисты убивают хороших людей. Значит, это всё враньё?"

"Тихо, детка, осторожно! Говорят, что всех недовольных ссылают в лагеря".

Лиля была совершенно сбита с толку. Даже такой юной девушке, как Лиля, было ясно, что политическая паранойя в разгаре. Она читала газеты, слышала, как перешёптывались люди в общественных столовых о подозрительных исчезновениях.

Может быть, Владимир пострадал из-за своих высказываний в пользу ленинской "новой экономической политики" (НЭП), в противоположность Сталинскому прогрессивизму, который душил общество? Может быть, его выдал какой-нибудь доносчик, стремящийся выгородить себя? В конце концов, разве Сталин не поддерживает политическое развитие общества? На все эти вопросы Лиля не находила ответа.

Ни ей, ни Анне не приходило в голову, что их соседка Майя Демидова, которая притворялась верным другом, могла быть причастна к этому делу.

## x x x


Демидовы получили ордер на переселение в квартиру Анны и Лили, а семье Литвяк было предписано переехать в меньшую по размерам квартирку Демидовых. При этом Анну предупредили, что она будет находиться под надзором за свои взгляды, противоречащие политике Генерального Секретаря товарища Сталина.

Две недели спустя Майя Демидова устроила новоселье. Семья Литвяк приглашена не была.

## Глава 16


Лиля делает первые шаги к осуществлению своей мечты - самостоятельным полётам - в Таганской лётной школе


После таинственного исчезновения Владимира, оставшись без его материальной поддержки и лишившись своей удобной большой квартиры, Анны и Лиля почувствовали, насколько им стало труднее жить.

К тому же, вокруг них установилась напряжённая, почти враждебная атмосфера. Бывшие друзья перестали их навещать и даже на улице старались делать вид, что не заметили их. Им стало мерещиться, что все их знакомые - тайные агенты милиции, которым поручено наблюдать за каждым их движением.

Но несмотря на угрюмость и напряжённость обстановки, неунывающая Лиля продолжала посещать школу, а после занятий подрабатывала в местном бакалейном магазине. Она до дыр зачитывала свежие номера "Правды". Молодые люди того времени остро интересовались первым трансатлантическим полётом Чарльза Линдберга, о котором так много писали газеты, а также тремя техническими изобретениями - авиагоризонт, регулируемая педаль руля направления и более чувствительная рукоятка для управление рулём высоты.

В конце концов, Лиля решила найти способ начать свою лётную карьеру - с разрешения Анны или без него.

## x x x


Таганская лётная школа, которая располагалась на окраине Москвы, представляла собой не более чем покрашенная в красный цвет будка с запылёнными окнами, где стояло несколько столов, покрытых пятнами и царапинами, и стульев, а ещё была длинная перегородка, которая отделяла учебную часть от "рабочего кабинета".

Но школа (единственная в Москве школа, сочетающая обучение на земле и тренировке в воздухе) была оснащена несколькими устаревшими самолётами, на которых тренировались курсанты, и начальник лётной школы Павел Шерешевский умел удовлетворять потребности и тех, кто учился летать как любитель, и тех, кто потом будет призван в лётные войска. В школе была также комната для отдыха. На стенах красовались вырезанные из журналов фотографии красоток, и в ней собирались только мужчины - попить чаю с конфетами, и не только. Здесь пилоты обменивались информацией, опытом, а иногда и шутками.

Лиля заключила договор с мамой и не собиралась его нарушать. Но она также понимала, что без практического опыта, который она может приобрести на аэродроме, она не сможет осуществить свою мечту.

К её счастью, Таганский аэроклуб испытывал настоящий бум от желающих научиться летать, и им срочно требовался канцелярский работник, чтобы регистрировать растущий наплыв претендентов, составлять расписание занятий и выписывать свидетельства об окончании курсов. Лиля наткнулась на небольшое объявление в местной газете и направилась с ним в отдел кадров.

Она пришла на собеседование, скромно одетая, слегка накрашенная и закрутив свои длинные светлые волосы в пучок на затылке. В таком виде она выглядела намного старше своих 14 лет.

"Девушка, Вы умеете печатать?" - спрсил её Шерешевский.

"Так точно", - чётко ответила Лиля.

"И Вы выписывали свидетельства для лётчиков раньше?"

"Так точно".

"И Вы знакомы с планами полётов?"

"Так точно".

Шерешевский удивился, что такая молодая девушка успела сделать так много.

"И при этом Вам всего 16?"

"Так точно", - твердила Лиля.

"Девушка, у меня такое ощущение, что Вы готовы утверждать, что Вы летали на самолёте вверх ногами в грозу, лишь бы получить эту работу"

Миниатюрная, чуть выше 1,5 метров, Лиля улыбнулась: "Так точно".

Шерешевскому понравилась её отвага, граничащая с дерзостью. "Ладно, давайте попробуем. Вы сможете работать после школы три дня в неделю и полный рабочий день в субботу?"

"Так точно".

"Глупо с моей стороны было задавать Вам такой вопрос!"

Улыбка засияла на Лилином лице, серо-голубые глаза озорно блеснули:

"Так точно!"

## x x x


Лиля решила солгать матери, - в первый и единственный раз - это было неприятно, но необходимо, если она хочет достичь своей мечты.

"Мама, я нашла работу на механосборочном заводе, на окраине. Я буду работать после школы три дня в неделю и по субботам. Я смогу заработать немного денег и внести свой вклад в наш семейный бюджет".

"Как ты нашла такую работу?"

"Брат нашего учителя математики работает там контролёром... А я одна из его лучших учениц".

"Мне будет не хватать наших прогулок по субботам. Мы так хорошо стали проводить время вместе".

"Мне тоже. Но если у нас появятся лишние деньги, может быть, ты сможешь меньше работать?" - спросила Лиля, серьёзно не по годам.

"Да, конечно". Анна очень уставала физически, но тем не менее, она была огорчена решением Лили.

"Ну разве так будет не лучше?"

"Да, конечно".

## x x x


В те первые месяцы в Таганской лётной школе Лиля впитывала всё как губка. Она прилежно выполняла всю порученную канцелярскую работу и даже сама выступала с предложениями, как повысить производительность, и многие её предложения тут же применялись. За её старание Шерешевский повысил её в должности, поручив ей контролировать работу нескольких постоянных работников.

Со временем, это стало постоянной Лилиной обязанностью. Ленивая и завистливая сотрудница Ирина Иванова попыталась как-то оговорить Лилю, чтобы самой получить эту должность.

"Товарищ Шерешевский", - насмешливо сказала она: "Девушка считает, что важно работать быстрее и лучше. Это противоречит коммунистическому принципу, что каждый должен получать по его способностям. Наше общество - это не капиталистический марафон".

Шерешевский, который в отличие от Ивановой полагал, что надвигающаяся военная обстановка потребует от людей преданности, а не медлительности, решил призвать Ирину к порядку перед глазами её товарищей.

"Значит, Вы считаете, что не следует перетруждаться и перерабатываться?"

"Да".

"Ирина, позвольте задать Вам вопрос. Допустим, немцы нападут на нашу Родину, В snfr же не будете перетруждаться, чтобы производить как можно больше материалов и военного оборудования?"

Ирина не ответила.

Через два дня Лиля была назначена старшей.

## x x x


Теперь Лиле приходилось метаться между трёх огней - учёба в школе, работа и растущее желание научиться летать. Но она сразу правильно расставила приоритеты.

В первую очередь - хорошие оценки в школе и работа. Желание летать было на следующем месте, оно не исчезало, но могло подождать, тем более, что возможности реализовать его прямо сейчас не было. Но она твёрдо знала, что как только подвернётся возможность, она тотчас готова начать.

Про себя она решила, что знания - это самое необходимое условие, чтобы стать хорошим лётчиком. До самой темноты она пристально наблюдала, как курсанты совершали взлёты и посадки, и оценивала их для себя. Она делала записи в блокнотике. Было ясно, что у курсантов были проблемы с управлением стареньких По-2, построенных из древесины и холста, когда они достигали отметки 609 метров, но ещё труднее было садиться, так как над ухабистой посадочной полосой Таганского аэродрома постоянно дули резкие перекрёстные ветры.

Её пытливый ум постоянно работал.

Почему будущие пилоты советских воздушных сил должны тренироваться на таких допотопных самолётах? В конце концов, газеты сообщали, что первый советский истребитель, запущенный в массовое производство, был намного совершеннее. Если молодым пилотам придётся участвовать в боях, разве не на Яках им предстоит летать?

И почему сам аэродром так плохо оснащён? Всем известно, что механизм По-2 хрупкий, изношенный и требует постоянного ремонта.

Однажды вечером решилась обсудить эти вопросы с Шерешевским, в надежде, что это может приблизить её к осуществлению её мечты летать.

"Многим лётчикам приходится преодолевать трудности, чтобы получить качественную подготовку", - заметила Лиля.

"В самом деле", - рассмеялся Шерешевский. "Откуда тебе это известно?"

"Я часами наблюдала за полётами и делала записи", - сказала Лиля и показала ему блокнот.

"И проблема в самолётах. По-2 никогда не будут воевать, так зачем же тренироваться на них?"

"Представляю себе", - сказал Шерешевский насмешливо. "Может быть, мне позвонить товарищу Сталину и попросить прислать новые самолёты?"

Лиля пропустила насмешку мимо ушей. "Может быть, не товарищу Сталину, но..."

Шерешевский прервал её: "Мой юный друг, я подчёркиваю - юный, я ценю Ваш интерес, но не лучше ли Вам вернуться к своим канцелярским обязанностям?"

"Я способна на большее".

Шерешевский засмеялся: "Например?"

"Я хочу летать".

"А когда научишься, тогда что?"

"Буду тренировать других".

На Шерешевского произвела впечатление её решительность, к тому же ему нужны были люди на аэродроме.

"Я предлагаю сделку".

"Какую сделку?"

"Ты два месяца отмываешь горючее, а я попытаюсь найти лётчика, который согласится тренировать женщину". (Отмывание разлитого горючего в ангарах было довольно грязной работой, которой не хотелось заниматься ни одному уважающему себя мужчине).

"Договорились".

"Но я ничего не обещаю. Пусть пилоты решают сами. Такого ещё не случалось".

"Я понимаю".

Честно выполняя условия договора, Шерешевский искал добровольцев тренировать Лилю. Никто не высказывал желания.

"Но у неё есть желание, стремление", - убеждал Шерешевский Анатолия Морозова, молодого красивого лётчика. Тому было двадцать с чем-то, у него были чёрные глаза, смуглое лицо, и он считался неофициальным лидером на аэродроме.

"И она украсит собой твой самолёт".

"Ты хочешь, чтобы я тренировал этого хрупкого ребёнка вместо настоящих мужиков?" - ухмыльнулся Морозов. "Я тебе скажу - нет!"

"А если я выделю тебе дополнительное время для полётов? И составлю расписание по твоему желанию?"

"Всё равно нет. Анатолий не тратит своё драгоценное время на то, чтобы тренировать девчонок".

## x x x


"Я помню, что мы заключили договор", - сказал разочарованный Шерешевский. "Но я так и не нашёл никого, кто согласился бы тренировать тебя ".

Лиля была в ярости, но настроена ещё более решительно. Она секунду подумала. "А как насчёт Анатолия?" Лиля замечала, как Анатолий посматривал yа неё. Она понимала, что нравится ему.

"Анатолий в первую очередь".

"Что это значит?"

"Он сказал, что не тренирует девчонок. Он высказался вполне определённо".

Лиля решила взять дело в собственные руки. "Разрешите мне самой поговорить с ним".

"Да пожалуйста!"

## Глава 17


Лиля была привлекательна и хорошо сложена, и у неё не было недостатка в поклонниках

В следующую субботу Анатолий завёл самолёт в ангар после своего последнего в этот день полёта. Лиля с самоуверенной улыбкой стала перед ним, уперев перепачканные маслом руки в бока. Она выглядела старше своего возраста, и Анатолий считал, что ей лет 18-19.

"Отойди с дороги, женщина!" - крикнул он.

"Не отойду, пока не пообещаешь".

"Что тебе пообещать?"

"Спустишься - скажу".

Он был заинтригован. Лилин расчёт оказался правильным. Он положил глаз на неё с первой встречи.

"Час от часу не легче", - вздохнул Анатолий.

"Я хочу стать лётчиком. Мне нужен тренер".

"А при чём тут я?"

"Ты лучший", - сказала Лиля убеждённо.

Холодок в голосе Анатолия начал таять. "И каких же высот ты хочешь достичь?"

"Я хочу стать тренером".

Анатолий покачал головой. "Не уверен, что подготовка пилотов это подходящее занятие для..." Он запнулся.

Лиля понимающе улыбнулась. Она и раньше это слышала, и ей не нужно было ничего больше объяснять. Она была готова пойти на любые уловки, чтобы привлечь внимание Анатолия. Она решилась на предложение, дерзкое для того времени, а тем более для 14-летней девчонки, хоть и красивой, хоть и взрослой на вид. "Я готова поторговаться".

"Как поторговаться?" - поинтересовался Анатолий.

"Ты - мне, я - тебе".

"Что ты имеешь ввиду?"

"Если ты поможешь мне получить свидетельство лётчика, я научу тебя целоваться".

"А почему ты думаешь, что мне нужна помощь в таком деле?"

"Я кое с кем разговаривала", - соврала Лиля. "Не мешает кое-что усовершенствовать".

"Правда? Ну и кто этот "кое-кто"?"

"Я не могу разглашать конфиденциальную информацию".

"Что же именно тебе сказали?"

"Давай просто скажем, что мои советы будут не лишними".

"Если всё так ужасно, и я нуждаюсь в помощи, я готов к первому уроку", - улыбнулся Анатолий. "Да?"

"Нет", - твёрдо ответила Лиля. "Сначала ты меня тренируешь, а потом я плачу".

"Но мне придётся отказать другим в тренировках, чтобы заниматься с тобой. Откуда мне знать, что твои уроки окажутся такими же хорошими, как мои?" - улыбнулся Анатолий.

Лиля знала, что он уже на крючке. "Я уже сказала - договор есть договор. Хочешь принимай, хочешь - нет".

"Это твой окончательный ответ?" - спросил Анатолий.

"Окончательный".

Анатолий заглянул Лиле в глаза и протянул ей руку.

"Я согласен".

## x x x


"А что у нас так тихо?" - спросила Анна за обедом. "Ты выглядишь очень уставшей. Может быть, работа и школа - это слишком много для тебя?"

Лиля решила открыть маме свою тайну - что она уже сделала первый шаг к осуществлению своей заветной мечты. Хотя она побаивалась, что Анна снова начнёт упрекать её и снова придётся чувствовать себя виноватой. И всё-таки она решилась. "Мамочка, мне нужно сказать тебе что-то важное, но я боюсь, что ты рассердишься на меня".

"Я тебя люблю, как же я могу рассердиться?" - улыбнулась Анна.

Лиля набрала в грудь побольше воздуха. Она никогда не обманывала маму раньше, и теперь она не была уверена, какую вызовет реакцию, - и что касается обмана, и что касается желания работать на аэродроме. "Я работаю не на фабрике".

"А куда же ты тогда ходишь после школы?"

"На аэродром".

"Лиля, но это неподходящее место для девушки!"

"Мама, я хочу летать, но я должна этому научиться. Работа на аэродроме поможет мне приблизиться к моей цели".

"Летать? Для чего? Чтобы быть ещё одной Осипенко или Расковой? Это так важно для тебя?"

"Это моя мечта".

"А чем ты занимаешься на аэродроме?"

"Я помогаю в канцелярии. До полётов ещё далеко".

Анна обратила внимание на непривычный запах, который шёл от дочери. "У меня ещё один вопрос". Мама улыбнулась. Лиля расширила глаза. Неужели мама сдаётся? "Доченька, от тебя пахнет, как от бочки с горючим. Ты занимаешься канцелярской работой в топливном баке?"

Лиля поняла, что гроза миновала. Она демонстративно обнюхала свои вещи и разыграла притворный ужас.

"Извини, мамочка. С кем поведёшься, от того и наберёшься".

## x x x


На следующий день, ближе к вечеру состоялся её первый урок.

"Ты знаешь пять правил полёта?" - спросил Анатолий, когда они поднялись на борт.

"Нет", - удивлённо ответила Лиля.

"Правило номер один. Летать не опасно. Опасно разбиваться.

Правило номер два. Горючего бывает слишком много только тогда, когда горишь.

Правило номер три. Вероятность выжить обратно пропорциональна углу приземления. Больше угол приземления - меньше вероятность выжить, и наоборот.

Правило номер четыре. Благополучное приземление - это когда ты после него можешь встать и пойти. Отличное приземление - это когда ты после него можешь летать на своём самолёте снова.

И правило номер пять. Не заходи в облака. Облачко может казаться белым и пушистым, но внутри может оказаться другой самолёт, летящий в противоположном направлении. Достоверные источники сообщают, что иногда внутри бывают горы"

Лиля хохотала от души. Она была в восторге от Анатолия, который шутил с невозмутимым лицом, и от его сдержанной улыбки.

"Сегодня я только познакомлю тебя с управлением". Анатолий завёл мотор, прогрел карбюратор и вывел самолёт на взлётную полосу. "Теперь я нажимаю на эту рукоятку, чтобы взлететь. Видишь?"

Лиля кивнула.

"Только не слишком резко, если не хочешь, чтобы мотор заглох. И прислушивайся к направлению ветра, если чувствуешь, что машину заносит вбок, не спорь с природой. Иди по течению воздушного потока и продолжай подъём. Если нужно свернуть, используй руль направления, вот этот, возле твоей ноги. Двигаешь влево - сворачиваешь налево, двигаешь вправо - сворачиваешь направо. Только не дёргай, а то самолёт завалится набок".

Лиля улыбнулась и кивнула. Её мозг впитывал всё, что говорил Анатолий, как губка. А он красивый, между делом подумала она.

"Третий пункт, с которым тебе надо ознакомиться, это управление элероном. Вот этот механизм," - он указал на штурвал - "служит для того, чтобы машину не болтало из стороны в сторону. Если попадёшь в поперечный воздушный поток, эта ручка управления поможет тебе сбалансировать самолёт, чтобы крылья не болтались из стороны в сторону".

Нетерпеливая Лиля сразу захотела испытать все три ручки управления. "Хватит инструкций, когда можно будет попробовать?"

"Не сегодня", - сказал Анатолий. "Сегодня только ознакомление". И он снова продемонстрировал работу управления.

"Для меня это пара пустяков", - хвастливо заявила Лиля.

Анатолий понял, что девчонку не мешает поучить скромности. Он утопил левую педаль и дёрнул ручку управления влево. Самолёт резко свернул. Он ожидал, что Лиля завизжит от страха, а потом уж он выровняет направление полёта.

"Ух ты!!! Вот это здорово!" - действительно завизжала Лиля, только от восторга. Нервы у неё были стальные.

Анатолий, разделяя её восторг, направил самолёт навстречу оранжевому закату, а потом повёл машину прямо.

У Лили захватило дух от этой молчаливой красоты и от стремительного полёта сквозь облака. Она никогда не забудет этот закат.

Когда она приземлились, взволнованная Лиля выпрыгнула из самолёта и подождала, пока Анатолий выберется из кабины.

"Ну что ж, это был урок номер один", - улыбнулся Анатолий, приобнял Лилю за талию и нежно поцеловал. Её губы были нежными и влажными, как он и ожидал.

"А это мой урок номер один", - улыбнулась в ответ Лиля.

"А почему бы не выучить заодно второй и третий?"

"И нарушить наш договор?" - поддразнила его Лиля.

"Договор для того и заключается, чтобы его нарушать".

"Только не мой", - ответила Лиля, заботясь о своей репутации.

## x x x


Второй урок был по учебнику.

"Почитай эту книгу. Это практическое пособие. Потом я задам тебе десять вопросов, и если ты правильно ответишь хотя бы на восемь из них, в следующий раз сможешь ассистировать".

Три дня подряд после школы Лиля штудировала каждую страницу учебника. Отмечала абзацы, делала пометки, заучивала наизусть. Воскресным утром они с Анатолием встретились в аэроклубе. Больше никого не было. Они сели на большой камень под вязом, который рос недалеко от ангара. Он дал ей карандаш и листок, на котором было написано десять вопросов. "Ну, посмотрим, что ты выучила". Анатолий взглянул на часы. "У тебя десять минут. Время пошло".

Лиля закончила работу за восемь минут и самоуверенно протянула ему листок. Он проверил ответы. Все до единого были правильными.

"Ну что ж, ты произвела на меня впечатление", - сказал Анатолий, имея ввиду её результаты.

"Ты на меня тоже", - ответила Лиля, имея ввиду его профессионализм и самообладание.

"Хочешь взлететь?"

"А как ты думаешь?" Лиля помогла Анатолию с последними приготовлениями к полёту.

"Не уверен, что у нас достаточно горючего", - заметил Анатолий. "Может быть, отложим наш урок до понедельника, когда баки будут открыты?"

Лиля облокотилась на крыло самолёта и покачала ключами перед носом Анатолия.

Он только покачал головой. "Боюсь даже спрашивать, откуда они у тебя".

Уже через несколько минут они были в небе, и тёплый летний ветерок развевал льняные волосы Лили. Анатолий повернулся к ней, кивнул и указал на рычаг.

Лиля схватилась за рукоятку и медленно, но уверенно повела машину вверх сквозь пушистую пену облаков, потом выровняла направление. Анатолий поднял руку и помахал ею в воздухе в знак одобрения. Лиля подала ему знак, что она собирается повернуть вправо. Анатолий улыбнулся и развёл руками: "Да пожалуйста!" Она нажала на педаль управления и сделала поворот. Потом взялась за ручку управления и отрегулировала положение крыльев. Они повторили манёвр ещё несколько раз, потом Анатолий дал знак, что пора спускаться.

Лиля кивнула и указала на себя. Он отрицательно покачал головой, но было уже поздно. Она стремительно спускалась, перегрузка вжала их обоих в кресла. Лиля улыбалась во весь рот. Анатолий содрогнулся, понимая, что его жизнь в данный момент целиком и полностью в руках его ученицы, у которой ещё молоко на губах не обсохло. Когда они были в каких-то тридцати метрах от здания аэроклуба, Лиля резко свернула вправо, сделала ещё один круг над аэродромом, выровняла направление и гладко приземлилась на взлётно-посадочную полосу.

"Ты с ума сошла?" - заорал трясущийся то ли от гнева, то ли от страха Анатолий, когда самолёт коснулся земли. "Мы же могли разбиться!"

"Я правильно приземлилась?" - улыбнулась Лиля.

"Да, но..."

"Ты действительно думаешь, что я сошла с ума?" - сказала Лиля, стаскивая с шеи свой яркий шарф.

"Нет, но..."

Лиля распахнула объятия. Анатолий шагнул вперёд и поцеловал её. Его дрожь уже утихла.

"А это урок номер два", - засмеялась Лиля.

## x x x


Анатолий очень заботился о своей репутации. Он ни слова не проронил о том, какой страх он испытал от Лилиной выходки. Но вот как подступиться к самой Лиле - это была загадка. Его отец учил его, что он не должен проявлять слабости. Таков уж был у него характер.

"Может быть, я провожу тебя домой, а по дороге зайдём куда-нибудь выпьем кофе или чаю?" Лиля улыбнулась и кивнула, и её светлые волосы качнулись в такт. Когда они сидели в маленьком кафе на Арбате, недалеко от Лилиного дома, Анатолий осторожно завёл разговор, пытаясь разведать обстановку. "Завтра знаменательный день в моей жизни. Мой двадцать первый день рождения". Он полез в карман. "Отец подарил мне красивые лётные перчатки" . Лиля подержала их в руках. "А почему ты не надел их сегодня?" "Лучше будет надеть их завтра".

"А когда твой день рождения и сколько тебе исполнится?" - спросил он как бы невзначай. Лиля понимала, что проговориться нельзя. Он мог посчитать её слишком юной, чтобы встречаться. Хуже того - если Анатолий узнает, сколько ей лет, он может отказаться тренировать её.

"Ты ожидаешь ещё подарок от мамы?" Анатолий помрачнел. "Я никогда не видел её".

"Извини", - сказала Лиля.

"Она умерла, когда родила меня. Я видел только фотографии. Она была очень красивая. Как ты", - сказал Анатолий. Лиля молчала. Анатолий, видя, что ей неловко, сменил тему разговора.

"А правда, кем ты хочешь быть, когда вырастешь?" - сказал он, поддразнивая её.

Лиля колебалась с ответом. Как Анатолий воспримет, если она скажет правду? Она решила доверять своему внутреннему чувству. "Лётчиком-истребителем, я хочу служить в Военно-Воздушных войсках нашей Родины".

Анатолий был удивлён, но не шокирован. Он уже привык к упрямству и решительности своей ученицы. "Я уверен, что, когда наши уроки закончатся, ты будешь очень талантливым лётчиком. Может быть, даже лучшим из всех, кого я когда-либо тренировал. Но истребителем? Это же совсем другая подготовка. Я хочу спросить тебя. Ты действительно думаешь, что у женщин хватит храбрости для этого? Разве женщины созданы не для доброты, не для того, чтобы заботиться о своих семьях, своих детях?"

Лиля ответила твёрдо и решительно. "Это уже два вопроса. На первый я отвечу - да, у некоторых хватит. На второй - но я тоже хочу, чтобы у меня была семья и дети".

"Значит, ты хочешь одним дарить жизнь, а у других забирать?"

"Мой папа учил меня, что это наш долг - защищать свою Родину, невзирая на возможные последствия. Если приходится отнимать жизнь у врага - это только побочное явление этой миссии", - сказала Лиля, рассуждая не по возрасту серьёзно.

"И ты думаешь, что общество это одобряет?"

"Сейчас тем более", - ответила Лиля задумчиво. "Во всяком случае, так считают товарищи Ленин и Сталин. Разве ты не читаешь статьи, не видишь плакаты?"

"А ты веришь всему, что видишь и слышишь?"

Лиля почувствовала, что разговор заходит в тупик. "Почему бы нам не остаться каждый при своём мнении?"

"Договорились", - засмеялся Анатолий. "У меня есть ещё один вопрос".

Лиля чувствовала, что Анатолия всё больше влечёт к ней. То объятие на взлётной полосе было взаимным. Но ей было только 14, а ему уже двадцать один. Она не знала, как ей поступить в данной ситуации.

"Я полагаю, страх иногда полезное чувство. Как ты думаешь?" она уставилась на него, не понимая.

Анатолий попытался высказаться яснее. "Ты знаешь, я думаю, что внутренний страх может толкнуть человека на такие поступки, на которые он иначе никогда не был бы способен".

Лиля молчала, заинтригованная она просто не понимала, о чём разговор. Пока...

"Давай приведу пример", - продолжал Анатолий. "Вот сегодня мы летали. Твой манёвр неожиданный манёвр был вызовом для меня. Я не был уверен, что можно летать так низко, поворачивать так резко, ведь это может быть опасно для тех, кто на земле". Анатолий остановился. "Ты понимаешь, о чём я говорю?"

Лиля неуверенно улыбнулась. "Теперь понимаю. Ты хочешь, чтобы никто не узнал, что я, девчонка, сделала манёвр, который заставил большого сильного мужчину дрожать как осиновый лист?"

Анатолий сжал рукой подбородок, смущённо улыбнулся и потом кивнул: "Что-то вроде этого".

## x x x


Две недели спустя Лиля успешно сдала лётный экзамен. Ей было 14 лет и два месяца. Она была не только самым юным лётчиком в аэроклубе, она была первым лётчиком-женщиной в аэроклубе.

## x x x


Лето 1937-го...

На Таганском аэродроме, наряду ещё с двумя другими, было решено провести массовый праздник военно-воздушных сил России. ЯКи, которые могли развивать скорость до 560 км в час, должны были соревноваться с другими боевыми самолётами.

Анатолию, к этому времени стал лучшим лётчиком в своём регионе, была оказана честь возглавить парад. Он провёл целую неделю на аэродроме, осваивая ЯК.

На трибунах присутствовало около 700 служащих аэродрома, лётчиков, их родственников и гостей, когда Анатолий помахал приветственно и вырулил на взлётно-посадочную полосу. Лиля смело выбежала на середину бетонированной площадки, заставив Анатолия внезапно остановиться.

"Что, чёрт побери, ты здесь делаешь, девчонка?"

"Хочу тебе дать кое-что, чтобы ты меня помнил". Она протянула ему букет свеже-сорванных цветов. Он улыбнулся и покачал головой. Лиля взобралась на правое крыло возле кабины и передала ему цветы. Красавец-лётчик широко улыбнулся.

Всё так же улыбаясь, он просигналил взлёт и покатил по взлётно-посадочной полосе. Он продемонстрировал две "бочки" над аэродромом в своём новеньком красно-зелёном самолёте и потом исчез в облаках на высоте 4 тысяч метров. "Невероятные ощущения", - сказал он в микрофон, и его услышали в пункте управления полётами. Лиля, которой было разрешено присутствовать в пункте, радостно улыбнулась. "Вперёд, на фашистов!"

Минуты через две возникла проблема. "Индикатор уровня горючего перегрелся. Прошу разрешения на срочную посадку. Приём". В комнате повисло напряжённое молчание. Лиля почувствовала, как у Анатолия учащённо забилось сердце. "Кабина воспламенилась. Парашют заело. Не могу разблокировать его".

Раздался громкий треск. Панель управления загорелась. Последнее, что они услышали по радио, это пронзительный крик Анатолия. Потом наступило молчание.

Лиля выбежала на поле, безнадёжно глядя в облака. Горящая звезда пересекла небо. Потом вдалеке раздался взрыв.

## Глава 18


Мама и дочка стали ближе в этот период личных трагедий и перемен в обществе

Анну беспокоило о душевное состояние Лили. Полный энтузиазма, самоуверенный дух её 16-летней дочери был угнетён чередой личных трагедий: сначала от несчастного случая погибла Катя, её лучшая подруга. Потом невероятная гибель Анатолия, прямо у неё на глазах. И бессмысленное убийство Владимира.

Обед давно перестал быть весёлым совместным времяпрепровождением, когда они смеялись и делились мыслями, планами, секретами. Теперь матери приходилось быть очень осторожной в разговоре, чтобы не задеть чувства девушки, которая сидела за столом, погружённая в свои мысли. Была поздняя осень. Москва потонула в дождях, которые шли целыми днями. Лиля вернулась после занятий на аэродроме, уставшая, промокшая и продрогшая до костей.

"Деточка, скорее снимай мокрую одежду, пока ты не заболела". Лиля посмотрела на неё, как бы говоря: "Ну и что?" Анна деланно улыбнулась, не желая огорчать дочь ещё больше. "Я приготовила твой любимый суп, овсяный с томатом. Съешь, пока горячий, согреешься. Хорошо?"

После обеда они сели почитать, каждая в своём любимом кресле. Анна, ревностная читательница "Правды", благодаря постоянному интересу мужа к текущим событиям, изучала передовицу. В ней обсуждался великий план товарища Сталина о превращении России из отсталой аграрной страны в передовое индустриальное государство с современным военным комплексом. Это было своевременно, учитывая, что массы женщин устремились на производство - патриотично настроенных, молодых, энергичных, среди которых было немало ярких личностей. Статья сопровождалась репродукцией популярного в то время плаката, изображающего женщин, которые ведут свою Родину к светлому будущему.

Анна решила этой статьёй поднять настроение дочери. "Видишь, товарищ Сталин пишет о роли, которую вы, молодое поколение, можете сыграть в жизни страны в ближайшем будущем". Анна протянула ей газету. "Смотри". Когда она передавала Лиле статью, газеты выскользнула из её руки и упала на пол. "Мамочка, я подниму".

Она подняла газету, и её взгляд упал на другую страницу. Там была напечатана небольшая статья о роспуске "Женотдела", организации, которая с большой помпой была создана Лениным, чтобы способствовать защите прав и возможностей женщин. Эта статья утверждала, что в этой организации больше нет необходимости и что её председатель, кумир Лили, Александра Коллонтай, высокообразованная, элегантная, красивая женщина, которая владела несколькими иностранными языками и умела модно одеваться, "переведена на другую должность".

"Что сказал бы об этом папа?" - спросила Лиля. "Только скажи мне правду, пожалуйста".

Анна не спешила с ответом, но Лиля и так прочла всё по её лицу. "Думаю, он сказал бы, что Александра пострадала из-за своей красоты и образованности. Некоторые консервативные элементы, затесавшиеся среди членов партии, бесцеремонно вынудили её покинуть правительство, чтобы избавиться от её влияния".

Будут ли когда-нибудь женщины иметь равные права? - подумала Лиля.

"Я понимаю твоё разочарование", - продолжила Анна, испытывая боль за дочь, невзирая на свою собственную боль. "Папа был хорошим человеком и никому не желал зла. И никто и ничто не может повлиять на моё мнение".

"Значит, кто-то в правительстве допустил, чтобы папу несправедливо убили", - резко возразила Лиля, до которой всё-таки доходили разговоры о том, что Сталин становится всё более безжалостным, хотя мнения были противоречивыми. Анна понимала, что этот разговор опасен, хотя он и происходил наедине. "Я хочу думать, что его гибель была не напрасной. Может быть, кто-то из лучших побуждений хотел спасти Родину от неблагонадёжных граждан, а папа просто подвернулся под руку".

"Ты пытаешься убедить меня или себя?" - спросила Лиля. Глаза её были полны слёз, и она еле сдерживалась, чтобы не дать им пролиться.

"Я не знаю", - честно призналась Анна. "Но мы должны жить дальше. В том, что делает и говорит товарищ Сталин, много правильного. Я считаю, как и твой папа считал, что Гитлер, несмотря на Пакт о ненападении, намерен уничтожить наш образ жизни. И поэтому, даже имея ограниченные права и свободы как женщина, я должна защищать Родину".

## x x x


Несколько дней спустя, Лиля решила, что пора признаться маме в том, чем она занимается, хотя бы частично. "Мамочка, мне нужно сказать тебе кое-что важное", - сказала Лиля за обедом. "Я сдала экзамен".

"Какой экзамен?"

"Я первая женщина-инструктор в Таганском аэроклубе".

Анна ошеломлённо молчала. Потом она покачала головой и улыбнулась, гордая за свою дочь, которая способна решительно бороться за свою мечту. "Ты, действительно, "целеустремлённая женщина", как говорил твой папа обо мне, когда мы работали в поле".

Лиля была довольна маминой реакцией. "Так что же ты собираешься делать после окончания школы?"

"У меня есть план. Я буду инструктором. Буду готовить лётчиков для военно-воздушных сил. А потом пойду в армию и стану лётчиком-истребителем".

"Доченька, одно дело - иметь великую мечту, но истребителем?"

"Да, и Анатолий так говорил".

"Могу себе представить. Я помню, как ты умоляла папу подарить тебе коньки, пока он не устал сопротивляться, и ему ничего не оставалось как сказать "да", - сказала Анна.

"Не переживай, мама, со мной всё будет в порядке", - сказала жизнерадостно Лиля. "Мы разгромим Гитлера. Я встречу мужчину своей мечты. Мы будем жить рядом с тобой. Ты будешь видеть, как растут наши дети... Мы будем жить мирно и счастливо".

"Разве товарищ Сталин отдал приказ о создании женской авиационной дивизии? Разве Раскова не пыталась создать такую дивизию, неоднократно и безуспешно?"

"Но в ней есть потребность", - прервала Лиля. "Товарищ Сталин сказал: "Начинается новая эра для женщин"

"У меня есть сомнения", - сказала Анна, подняв взгляд на Лилю, однако она боялась при дочери высказываться скептически о неоднократных выступлениях Сталина и обещаниях, которых он не выполнял. Но она понимала, что для Лили это не просто желание - это настоящая страсть. Чувства бушевали в ней. Она потеряла любимого мужа и теперь не хотела рисковать потерять и дочь. В то же время, как мать она не могла и не хотела утратить уважение и любовь дочки. Этого она не смогла бы перенести. Она сделает ещё одну попытку убедить Лилю не спешить, подождать. Жгучее чувство утихло и вылилось в задумчивые вопросы? "Разве не найдётся работы на заводе, чтобы поддерживать наших мужчин на войне, если дойдёт до этого? Ты считаешь, что удел женщины - убивать в воздушных боях?"

Серо-голубые глаза Лили заблестели, она думала о своей высокой миссии. "Мамочка, я понимаю, почему ты беспокоишься. Не бойся за меня. Пап учил меня только хорошему. Что касается предназначения, иногда нам приходится спорить с судьбой. Я считаю, что я способна на большее. Не зря мне даны способности тренировать других, чтобы защищать наш советский образ жизни".

Анна крепко обняла дочь. У обеих на глаза навернулись слёзы и потекли по щекам. Они улыбнулись друг другу сквозь слёзы. Было ещё кое-что, что тяжёлым грузом лежало на сердце у Анны.

"Ну предположим, женщин допустят в военно-воздушные силы. А что делать с фамилией Литвяк?"

"Не понимаю", - сказала Лиля. Анна заговорила быстрее: "Имя твоего отца, конечно, занесено в какие-то тайные списки. А если при твоём зачислении они сверятся с этим списком, а если обратят внимание на твою фамилию, а если..."

Лилия перебила: "Ты предлагаешь, чтобы я всю жизнь прожила в страхе?"

"Нет, я предлагаю, чтобы ты изменила фамилию".

"Изменила фамилию? Но это невозможно", - сказала негодующе Лиля. "Это бы означало, что папина жизнь не имела смысла".

С этим Анна не могла поспорить. Её дочь оказалась мудрее.

"Я родилась с фамилией Литвяк. Я буду жить и умру с фамилией Литвяк".

## Глава 19


ПО-2 (Поликарпов) - устаревший самолёт времён первой мировой войны, на котором Лиля совершала тренировочные полёты.

Не так легко было начать тренировать лётчиков на Таганском аэродроме, и это заставило Лилю задуматься о других трудностях, которые ожидали её впереди.

"Почему никто не записывается?" - спросила Лиля, заметив, что против её имени не было занесено ни одного кандидата.

"Никто не хочет, чтобы его тренировала красивая девушка. Они боятся, что ты окажешься слишком хрупкой", - ответил начальник.

"Кто такое говорит? Я что, так и буду гадким утёнком? Может быть, мне одеваться как мужчина, спрятать волосы и стереть помаду? Я шучу. Я останусь такой, какая я есть".

"Тогда тебе надо подождать, пока появится мужчина, свободный от предрассудков".

"Значит, я буду заниматься с женщиной. Я докажу им, что глупо так рассуждать".

"Но у нас нет кандидатов-женщин".

## x x x


Лиля удручённо сидела на крыле самолёта.

К ней подошёл высокий худощавый скуластый молодой человек с чёрными вьющимися волосами, широкими плечами. "Я уже давно за Вами наблюдаю. Вы можете научить меня всему, что Вы вытворяете с самолётом?"

"Смотря чему. Это зависит от...", - ответила Лиля.

"От чего?" - переспросил он.

"От Вашей храбрости".

Он улыбнулся, глядя в её стального цвета глаза. "У меня больше храбрости, чем Вы можете себе представить".

Лиле понравилась его улыбка.

"Меня зовут лилия Литвяк", - сказала она, протягивая руку.

"Я знаю", - улыбнулся тот снова. "Я Георгий Шерешевский".

"Сын начальника аэродрома?"

"Я не нуждаюсь в привилегиях".

"А никто не собирался их Вам оказывать", - улыбнулась Лиля.

В течение следующей недели Лиля дала ему десять уроков. За это время она превратила его из зелёного новичка в почти квалифицированного пилота.

"Я готов просить дополнительный усиленный курс", - сказал Георгий. "Хочу научиться делать эти акробатические вращения и крутые падения".

"Моя задача - подготовить Вас к военным полётам. А не к воздушным представлениям".

Георгий настаивал. В своей настойчивостью он был похож на Лилю. Только мужского рода. Она поняла это. Наконец, она сдалась. "Только если Вам станет плохо, я нянчиться с Вами не буду. Договорились?"

Он протянул руку: "Договорились".

## x x x


"Рычаг вверх до упора", - скомандовала Лиля вскоре после того, как они достигли скромной высоты 2 000 метров.

Георгий поднял вверх большой палец: "Понял". На высоте 3 000 она крикнула: "Выше". 4 000: "Ещё выше". Когда высота была 5 000, самолёт начало болтать. Лиля знала, что это их предельная высота. Георгий был взволнован.

"Теперь падай, падай", - закричала Лиля. "Хочешь, я возьму управление на себя?"

Георгий отмахнулся. Через мгновение они стремительно неслись вниз сквозь облака. Когда они достигли 2 000 метров, Лиля крикнула: "Выравнивай! Выравнивай!"

К её удивлению, Георгий отрицательно покачал головой. Они достигли отметки 1 500 метров, затем 1 000. Лиля была уверена, что Георгий потерял контроль над самолётом и что они сейчас разобьются. Вдруг самолёт выровнял направление, и Георгий вывел его прямо на посадку.

Лиля выскочила из самолёта. "А если бы приборы отказали? Ты же мог убить нас!"

"Мы все когда-нибудь умрём", - невозмутимо улыбнулся Георгий.

## x x x


Теперь Лиля была не только самым умелым пилотом, она также стала самым опытным. Она всегда старалась выйти за границы возможного. Её полёты на предельно малой высоте стали легендой, наряду с её способностью видеть при плохой видимости, в туманную и облачную погоду, точно сажать самолёт в темноте.

Отзывы её коллег-лётчиков, мужчин, были превосходными. Её любили за профессионализм и острый язычок. Она умела настоять на своём, быть убедительной, не запугивая и не доходя до фамильярности.

Шерешевский был гордым человеком, но когда надо, умел находить ходы-выходы. Он связался с Министерством Пропаганды и убедил их написать статью о Лиле и её уникальных лётных способностях, сопроводив её комментариями и отзывами лётчиков, которых она тренировала. "Такая статья вдохновит многих молодых людей обучаться лётному делу, укрепит военно-воздушные силы нашей Родины, позволит другим женщинам увидеть, чего они могут достичь под руководством товарища Сталина".

Вскоре вышла хвалебная статья с заголовком "Юная лётчица, которая умеет всё". Телефон Шерешевского разрывался от звонков желающих научиться летать.

"Что это значит?!" - кипятилась Лиля. "Я делаю всё это не для славы". Шерешевский пытался что-то сказать в ответ, но только вызвал её гнев. "Что обо мне подумают?!"

"Но, Лиля..."

"Я что - киноактриса?"

"Лиля, пожалуйста..."

"Нет, я обыкновенная девушка". Она повернулась и ушла. И не разговаривала с Шерешевским целых две недели, ни под каким видом.

Но это уже не имело значения. С того дня, как появилась статья, Лиля стала самым востребованным пилотом на аэродроме. За всё время службы в Таганском аэроклубе Лиля лично подготовила 48 курсантов, которые успешно сдали экзамены и получили свидетельства. Все они стали первоклассными лётчиками советских военно-воздушных сил.

## x x x


Елена Демидова была высокой, статной девушкой, крепкого сложения, с коротко стриженными чёрными волосами, тёмно-карими глазами и крупным ртом. При росте 1 м 70 см она весила 72, 5 кг. Она следила за Лилиными успехами так же, как сама Лиля - за беспосадочным перелётом Марины Расковой и её подруг. Хотя разница была. Елена была дочерью сотрудника КГБ Семёна Демидова, который к тому времени уже имел немало наград. Она завидовала Лилиной известности, которая внезапно на неё свалилась. В конце концов, как могла дочь врага народа заслужить такое общественное одобрение, в то время как она сама, высокооплачиваемая заведующая государственного магазина, была вынуждена так много и тяжело работать - и оставалась никому неизвестной?

План Елены был прост. Она закончит курс обучения в лётной школе, записавшись к Лиле, изучит все тонкости её лётного ремесла, а потом превзойдёт её в мастерстве. А заодно воспользуется влиянием отца, чтобы опорочить репутацию Лили. А может быть, и не только...

"Папа, как ты считаешь, это правильно, что дети врагов народа тренируют курсантов для воздушных сил страны в такое трудное время?"

Семен, который уже дослужился до чина начальника КГБ, согласился с её мнением. "Доченька, было бы очень хорошо, если бы ты подружилась с ней, чтобы ты могла прослеживать все её действия и писать отчёты. Если она такая же, как и её отец, мы позаботимся о том, чтобы и судьба её была такой же".

## x x x


Лиля просмотрела своё расписание на завтра. Она обратила внимание на имя Елены Демидовой. Неужели та самая, подумала она.

"Я так понимаю, что я у тебя первая", - сказала Елена, не уверенная, как отреагирует Лиля.

У Лили было искушение перевести девушку к другому тренеру. Но отец Елены, искушённый в хитростях и обмане, научил дочь разбираться в языке мимики и жестов. Елена поняла, но проглотила обиду. "Лиля, я много думала о том, как глупо вела себя в детстве. Например, во время наших игр. Я слышала о твоём мастерстве. Я тоже хочу когда-нибудь стать лучшей". Елена протянула руку.

Лиля не спешила ответить. Слишком многое произошло с тех пор, чтобы помнить о глупой выходке избалованной восьмилетней девчонки, хлопнувшей дверью из-за игры в "Слова". Она всё-таки кивнула и шагнула навстречу. В конце концов, это просто рукопожатие, и оно ни к чему больше не обязывает. "Ты когда-нибудь летала раньше?"

"Нет, но я прошла теоретический курс в лётной школе, и у меня получалось".

"Почему ты хочешь научиться летать?"

"Как и ты, я хочу стать тренером. Чтобы помочь нашей Родине сражаться с Гитлером".

"Цель достойная".

Разговор неожиданно зашёл о политике.

"Ты считаешь, что Гитлер нападёт на Советский Союз?" - спросила Лиля.

"Это просто вопрос времени. Судя по докладам, это время может наступить быстро".

"Каким докладам?"

Елена заметила свою ошибку. "Я хотела сказать, судя по слухам".

"А ты доверяешь политическим слухам?" - настаивала Лиля.

"Это не моё дело. Я просто заведующая магазином".

Лилина интуиция подсказывала ей, что что-то тут нечисто, но она не была уверена.

"Может быть, лучше поговорим о требованиях?" - предложила Елена покровительственно-дружеским тоном.

"Как насчёт твоих технических способностей?"

"Я не понимаю вопроса", - призналась Елена.

"Когда начинаешь летать, я считаю, важно учитывать детали, вдруг тебе придётся приземлиться где-нибудь, а помощи ждать неоткуда. Я хочу предложить пару занятий в аппаратной, прежде чем начнём летать".

Профессионализм Лили произвёл впечатление на Елену, но пока ей нечего было написать в первом отчёте.

"Ты начальник".

Елене быстро наскучило, и она начала проявлять нетерпение. Для неё было уже многовато рассказов о руле управления, шасси, консолях, карбюраторе и т.д. "А зачем мне знать всю эту техническую ерунду?" - спросила она с вызовом. "Ты поднимаешь самолёт в небо, управляешь им, благополучно летишь и мягко садишься".

"А вдруг резкий ветер, когда ты меняешь высоту, а карбюратор заглох?" - возразила Лиля. "Ты должна знать, как себя повести - лечь в дрейф и дотянуть до первой подходящей посадочной площадки или, может быть, катапультироваться и спастись".

Елена поняла, что Лиля права. Но Лиля не закончила. Она была убеждена, что каждый, кого она обучала, должен знать всё, что знает она сама.

"А если заест шасси, как можно безопасно приземлиться?"

## x x x


Лиля была уверена, что в первый же день произойдёт авария, но всё шло на удивление хорошо. Они поднялись благополучно. Когда высота была 2 000 метров, она попросила Елену взять дроссель. "Спокойно и равномерно", - командовала Лиля. Елена поднималась ровно, как её и учили.

"Хорошо", - похвалила Лиля. "Теперь, когда мы на высоте 5 000 метров, сворачивай под углом 90 градусов на запад, потихоньку, дугой". Елена точно выполняла инструкции. "Видишь тёмное облако впереди?"

Елена кивнула.

"Иди прямо в просвет между облаками. Плавнее".

Когда Елена достигла просвета, самолёт начало швырять и трясти вследствие турбулентности.

"Давай я возьму на себя управление!" - крикнула Лиля в целях безопасности.

"Всё в порядке. Я справлюсь", - ответила самоуверенно Елена. "Ты меня хорошо подготовила". Несколько мгновений спустя самолёт снова пошёл ровно.

Сделав ещё несколько кругов в чистом небе, Лиля решила, что пора приземляться. "Хочешь, чтобы я помогла сесть?" - спросила Лиля. Елена утвердительно кивнула.

"Я спущусь до 500 метров над посадочной полосой, а потом передам штурвал тебе. Твоя задача будет вывести самолёт в одну линию с участком зелёной травы недалеко от аппаратной. Потом я возьму управление на себя и завершу задачу". Елена снова кивнула.

Когда они достигли высоты 500 метров, Елена сменила Лилю, ориентируясь на участок зелёной травы.

Сильный боковой ветер шатал самолёт из стороны в сторону. Елена мгновенно поняла, что не справится. "Лиля, возьми на себя управление, возьми на себя!" Несколько мгновений спустя самолёт благополучно приземлился.

"Елена, ты молодец сегодня, условия полёта были на удивление трудными", - сказала Лиля, протягивая ей руку. "Поздравляю!"

Недели шли, и Елена с каждым уроком узнавала всё больше. Лиля гордилась своей блестящей ученицей. "Ты уже готова к самостоятельному полёту", - объявила она. "Я дам тебе рекомендацию, можешь сдавать экзамен на получение свидетельства". Девушки обнялись, стоя на краю взлётно-посадочной полосы.

## x x x


"И где же твои отчёты?" - спросил Семён. "Прошло уже 12 недель".

Елена полностью изменила свои взгляды. Она поняла, что Лиля не только выдающийся лётчик и тренер, она действительно достойный гражданин своей Родины. У неё возникли вопросы насчёт Владимира. Может ли это быть, что государство допустило ошибку? Ей казалось невероятным, чтобы девушка, столь очевидно преданная своей Родине, могла быть воспитана низким предателем. "Папа, я хорошо узнала Лилю за эти несколько недель". Она запнулась. "А бывает, что КГБ ошибается?"

Семен поднял брови, его лицо окаменело. "Что ты такое говоришь, дочь?"

"Я не могу поверить, чтобы Лиля была врагом народа. В ней слишком много патриотизма. Слишком много честности".

"Значит, отчётов не будет?"

"Нет".

"Ты уверена?"

"Да".

"Значит, дело закрывается, и расследования не будет".

"Я хочу сказать ещё кое-что. Теперь мне кажется невероятным и то, что её отец был врагом народа".

"Что ты хочешь предложить?"

"Я думаю, что дело Владимира Литвяк нужно пересмотреть".

"Но он уже давно расстрелян".

"Я знаю, но может быть, его можно оправдать посмертно?"

"Ты понимаешь, что то, о чём ты просишь, невероятно, даже, может быть, опасно?"

"Понимаю".

Семен откинулся назад, сидя в своём кресле, и задумался. Может быть, его дочь и права. Но что подумают о нём, если он предложит заново пересмотреть дело? Что скажут о нём, о его взглядах, суждениях? Не сочтут ли его изменником Родины, если он будет выгораживать другого изменника?

Прошло полминуты. Но молчание показалось вечностью. Елена улыбнулась. Она поняла. В конце концов, разве дочери не должны разделять судьбы своих отцов?

"Дочь, это невозможно. Партия никогда не ошибается".

## Глава 20


Первый командир Лили, майор Марина Раскова

"Что-что ты хочешь делать?" - переспросил тучный лысый офицер, средних лет, в военной форме, который сидел за столом призывного пункта на улице Октябрьской.

Лиля хотела выполнять свой долг! Призыв Сталина к женщинам вносить свой вклад в оборону Родины укрепил её убеждения. Она отчаянно хотела быть полезной Родине, применить в деле лётные навыки, которые она получила в аэроклубе.

"Стать истребителем", - ответила миниатюрная Лиля. Над плечами вились её белокурые волосы.

"Обстановка, может быть, и напряжённая, но не настолько безнадёжная, чтобы мы отправляли в небо маленьких девчонок, вроде тебя. Отправляйся домой помогать маме!"

Лиля настаивала на своём. "Я уже четыре года тренирую лётчиков в Таганском аэроклубе. Посмотрите мои документы. Уже больше сорока человек, которых я подготовила, успешно сдали экзамены и приняты в военно-воздушные силы. Вот рекомендации и отзывы от лётчиков и командования клуба".

Офицер изучил документы. Его тон изменился. "Да, это производит впечатление. Но всё-таки ничем не могу помочь. Товарищ Сталин не одобряет принятие женщин в военно-воздушные войска".

"Из всякого правила бывают исключения", - сказала Лиля.

"Тогда почему бы тебе самой не позвонить в Кремль и не поговорить с товарищем Сталиным?" - ответил офицер. "Хотя самое полезное, что ты могла бы сделать для страны, - это вернуться в Таганский клуб и продолжать тренировать лётчиков. Они нам крайне необходимы. Я тебя вызову, если обстоятельства изменятся".

## x x x


Марина Раскова имела спортивное телосложение и была общительной и здравомыслящей женщиной с чёрными, как вороново крыло, волосами и смуглым лицом. У неё был властный, командный голос, и когда она говорила, все замолкали. Интерес к авиации проснулся в ней поздно. Но по иронии судьбы, именно она вдохновила тысячи молодых советских женщин на лётное дело. Её собственная юношеская мечта была стать оперной певицей. Но материальные трудности, преждевременная смерть её отца (он же был её учителем по вокалу), после которой она долго не могла оправиться, заставили её бросить музыку и сменить профессию.

После успешного окончания Московского Государственного Университета имени Ломоносова, самого престижного учебного заведения страны, она стала химиком, вышла замуж, родила дочь Таню и в конце концов поступила работать чертёжником в Аэро-Навигационной Лаборатории Академии Военно-Воздушных Сил. Туда ей помог устроиться её муж, инженер Сергей Расков. Там она пришлось столкнуться с машиностроением, физикой, радио и навигацией. Впоследствии она работала в Ленинградском Исследовательском Институте Военно-Воздушных Сил, а позже стала первой женщиной-штурманом в советской авиации.

Со временем Сергей и Марина развелись. Раскова никогда и ни с кем не обсуждала свою личную жизнь. Но общественное мнение было таково, что поскольку она больше не вышла замуж, то карьера оказалась для неё важнее семьи.

После совершения в 1938 году рекордного беспосадочного перелёта вместе с двумя её подругами Раскова в 1940 году стала членом Коммунистической партии Советского Союза и отправилась по стране с циклом лекций, прославлявших прогрессивную политику товарища Сталина. Несмотря на безграничное ущемление прав и свобод граждан и царящий повсюду страх быть объявленным "врагом народа", эта политика привела к тому, что миллионы солдат отдавали свои жизни на фронтах с последним криком на губах: "За Родину! За Сталина!"

В Европе продолжали свою наглую агрессию гитлеровские войска. Гитлер захватил Польшу и Чехословакию, покорил Францию, Югославию и Прибалтийские страны и оказывал поддежку своему итальянскому союзнику Бенито Муссолини в Северной Африке и на Балканах. Самоуверенно настроенный Гитлер также требовал ускорения разведывательных операций на русской границе, чтобы собрать данные о состоянии советских рубежей, и терроризировал и запугивал местное население, с целью деморализации накануне нацистского вторжения.

Популярность Расковой росла, наряду с ростом её влияния в высоких правительственных кругах. Ей предложили пост в военно-воздушных силах, где её талант военного стратега уже стал легендой, и она его приняла. Она очень скоро получила звание майора и стала образцом для своих боевых подруг, при этом к её стратегическим советам прислушивались многие военачальники. И всё-таки она оставалась неудовлетворённой. Она рвалась защищать Родину, летать на военных самолётах. Чем ближе подходил Гитлер к Советскому Союзу, тем больше она говорила о привлечении женщин в войска и предлагала создать женский боевой батальон.

## x x x


Офицер был хорош собой, но он был категорически против. "А кто Вы, собственно, такой?" - спросила майор Раскова во время еженедельного заседания штаба.

"Я майор Геннадий Алексеев. Я назначен под командование генерала Шапошникова".

"В качестве кого?"

"Мне поручено курирование военно-воздушных сил".

"Вы лётчик?"

"Награждали как лётчика", - насмешливо сказал Алексеев, будучи прославленным пилотом, и кивнул на многочисленные награды на кителе. На Раскову это не произвело особого впечатления. Она видела высшее назначение в служении Родине, а не в личных достижениях. Она продолжала выступление, делая упор на то, что лётчиков будет недостаточно, в случае, если Гитлер всё-таки решится напасть на страну. "Я предлагаю рассмотреть возможность призыва женщин в Армию", - завершила свой доклад Раскова.

"При всём уважении", - прервал её Алексеев, предубеждённый, как и большинство мужчин того времени: "Я не считаю, что это правильное решение".

"Ваши доводы?"

"Нам следует ускорить призыв и обучение других молодых людей. Небо не для женщин". Раскова была разгневана. Как дерзко было со стороны этого новичка так высказываться в её присутствии!

Офицер, который вёл заседание штаба, заметил, как напряглась Раскова, и понял, что могут начаться бурные и продолжительные дебаты. "Товарищи, эта дискуссия может подождать. У нас есть более срочные вопросы".

Когда они вышли из кабинета, Алексеев сказал совершенно невообразимую вещь: "Товарищ майор, разрешите пригласить Вас на чашечку чаю".

"Сначала Вы оскорбляете меня при всех, а потом хотите, чтобы я пила с Вами чай?"

В глазах Алексеева мелькнула совершенно мальчишеская улыбка. И Раскова не смогла устоять перед её теплом и обаянием. "Ну, хорошо".

Позже они не один раз пили чай после военных заседаний. Во время этих чаепитий Марина узнала, что мама Геннадия заболела небом, когда тому было всего восемь лет. К несчастью, во время одного из учебных полётов она погибла.

"Как ей удалось добиться разрешения летать?"

"Думаю, она брала командира измором, пока он, наконец, не сдался", - улыбнулся Алексеев. "Но они, видимо, заключили договор не разглашать тайну, потому что отец не знал, что мама летает, пока всё не раскрылось само собой при крушении".

"Вот это была женщина", - улыбнулась Марина.

"Как и та, что сидит передо мной".

## x x x


Первая встреча Марины Расковой и Лили состоялась в московской средней школе N1, на комсомольском собрании, куда Марину пригласили рассказать молодёжи о последних достижениях советской авиации и о международной обстановке. После выступления она отвечала на вопросы старшеклассников.

"Для нас большая честь, что товарищ Раскова, выдающаяся лётчица, согласилась выступить перед нами сегодня. Так что, пожалуйста, будьте внимательны", - сказал директор .Зал был заполнен, в основном, мальчиками, но кое-где мелькали и девичьи лица.

Речь Марины была нацелена на то, чтобы поднять моральный дух в это нелёгкое время обострения советско-германских отношений. "Мы великая страна, и мы стоим на пути исторических преобразований. У нашей Родины есть все необходимые ресурсы, чтобы собирать богатые урожаи, а выполняя мудрую индустриальную политику товарища Сталина, мы обеспечим Родину всем необходимым для счастливой жизни. Я также уверена, что под руководством товарища Сталина мы очень скоро станем страной, где при всеобщем равенстве каждый будет получать по потребностям. Станем образцом для всего мира. Мы гордый народ, и мы понимаем, что ничего легко не даётся. Жизнь - это борьба, и за счастье нужно бороться". Не называя имя Гитлера, но явно намекая на него, Раскова продолжала горячо: "Наши враги могут быть уверены, что мы никому не отдадим ни пяди земли нашей Родины!"

Все в зале встали и зааплодировали.

"Теперь можете задавать вопросы", - сказала Раскова.

"А каковы наши планы насчёт Гитлера?" - спросил кто-то.

"Когда придёт время, а это время приближается, мы сотрём с лица земли Гитлера и его фашистскую свору. То, что произошло в Польше, с такими семьями, как Зося, Янек и Томаш, не должно повториться!"

Молодёжь в зале затихла, только кое-кто шёпотом спрашивал друг у друга, о ком идёт речь. Марина подошла к столу, где стоял её портфель, вытащила свежий номер "Правды" и подняла его над головой. "Неделю назад польский крестьянин, по имени Томаш, оставив дома свою жену Зосю и сына Янека, под покровом ночи отправился навестить больную сестру Катаржину, которая жила в деревне неподалёку. Сообщается, что на вторые сутки его отсутствия немецкий патруль забарабанил к ним в дверь, прямо среди ночи. Они обыскали дом в поисках шпионов. Никого не найдя, они пришли в ярость. Очевидцы, которые случайно оказались неподалёку в лесу, рассказывают, что фашисты начали грабить дом. Зося попыталась защитить своё добро. Солдат грубо швырнул её на пол. Видимо, Янек крикнул, чтобы они прекратили.

Офицер закричал: "Ты, славянский ублюдок! Как ты смеешь указывать мне, офицеру фюрера, что делать! Какая наглость! Выведите его наружу". Очевидцы не видели, что произошло дальше. Просто раздался треск, потом долгая тишина, потом стон и одиночный выстрел.

Патруль, возглавляемый заносчивым молодым офицером по имени Герман Гердес, вытащил Янека в соседнее поле и там издевался над ним.

"Рой землю руками и жри её, славянская свинья", - приказал гердес.

Молодой человек не повиновался.

"Привяжите его к дереву". Офицер зашёл в ближайшее стойло и нашёл там кусок железа, которым клеймят скот.

"Разведите костёр".

Когда огонь разгорелся, Гердес раскалил в нём тавро.

"Откройте ему рот", - он приказал патрульным.

Гердес сунул раскалённое тавро в рот Янеку и держал, пока не сжёг ему язык.

Пока парень корчился от боли на земле, Гердес вытащил из кобуры револьвер и с дьявольской улыбкой посмотрел на свою команду. "А теперь я вам покажу, что случается с теми, кто осмеливается проявить неуважение к немецкому офицеру". Он приставил оружие к голове парня и нажал на курок.

После того, как солдаты ушли, она вышла во двор искать Янека. Всё было забрызгано кровью. Когда Зося увидела на земле кровавую массу, которая ещё недавно была её сыном, она забилась в истерике.

Мальчика невозможно было узнать. Зося кричала так громко, что на крик прибежали соседи.

"Его похоронили в тот же вечер".

Раскова замолчала. Её глаза блестели от слёз, но она сдержалась. В зале стояло гробовое молчание. Лиля чувствовала себя так, как будто острая стрела вонзилась ей в сердце.

"А что сделал Томаш, когда вернулся?"

"Томаш об этом не узнал. Когда он возвращался домой, у него схватило сердце, и он умер на дороге".

Лиля не смогла сдержать слёз. Она схватилась за спинку стула.

"Через несколько дней убитая горем Зося написала предсмертную записку, которую оставила на кухонном столе. "Пожалуйста, поставьте на могиле Янека эту фотографию с её любимой гитарой. Я хотела бы, чтобы все, кто его знал, запомнили его таким. Не ищите меня. К тому времени, как вы прочтёте это письмо, я уже буду вместе с моими сыном и мужем. Теперь, когда Томаша и Янека нет в живых, мне незачем больше жить".

В зале стояла такая тишина, что было бы слышно упавшую булавку.

"Тело Зоси так и не нашли", - закончила свой печальный рассказ Раскова.

Лиля взяла себя в руки. Её было что сказать. Она подняла руку.

Раскова заметила её. "Товарищ майор, я хочу внести свой вклад. Как, возможно, и многие в этом зале, я хотела после окончания школы вступить в вооружённые силы. Мне отказали, и даже не один, а два раза".

"У меня отличное здоровье".

Раскова поняла, что девушка рвалась в бой. "Я обращаюсь ко всем молодым девушкам в этом зале, а я вижу многих, - наберитесь терпения. Нет ничего такого, чего мы не могли бы добиться в нашей стране. Мы ещё сможем внести свой вклад в историю. Следуйте моему примеру".

Лиля была готова верить Расковой, но... Она снова подняла руку. На этот раз её вопрос прозвучал более резко: "Товарищ майор, а почему товарищ Сталин отказывается принимать девушек в советскую авиацию?"

"Я думаю, это не совсем так", - сказала Раскова, понимая, что Лиля имеет основания так говорить.

"При всём моём уважении к Вам, я уже говорила, я дважды обращалась с просьбой взять меня в истребительные войска, но мне отказали".

"О, но это другое дело".

"Но почему?"

"А у Вас есть соответствующая лётная квалификация?"

"Я подготовила к полётам больше пилотов, чем кто-нибудь другой из инструкторов в Таганском аэроклубе за последние три года. И моя подготовка лучше, чем у большинства из них".

"Как Вас зовут, девушка?"

"Лилия Литвяк".

"Лилия, почему бы нам не поговорить, когда собрание закончится? Есть ещё вопросы?"

Лиля снова подняла руку.

"Да, Лилия?"

"Ваши лётные достижения говорят сами за себя. А почему бы Вам не предложить создать женский лётный батальон? К Вашему мнению обязательно прислушаются".

"Вы так думаете?" - улыбнулась слегка польщённая Раскова.

"Почему бы хотя бы не попробовать?" - настаивала Лиля.

Задетая Лилиным замечанием и подчёркнутым вызовом, Раскова всё-таки не могла не почувствовать её страстный порыв. "Чтобы ответить на этот вопрос потребуется слишком много времени".

"А у нас есть время", - ответила Лиля, оглядываясь на зал.

Девушки поддержали Лилю аплодисментами.

"И много таких, как Вы?" - улыбнулась Раскова.

"Конечно! Сотни", - ответила Лиля, не задумываясь. "А как же братские народы Европы, ведь там уже столько людей погибло! Гитлера надо остановить. Сейчас!"

Раскова почувствовала, что ещё немного - и ситуация выйдёт из-под контроля.

"Я не уверена, что нам стоит обсуждать это сейчас всем вместе. Может быть, мы задержимся и обсудим Вашу ситуацию наедине?" - спросила она.

"Да, конечно", - ответила Лиля твёрдо.

Раскова поблагодарила аудиторию за внимание. Верная своему слову, она предложила Лиле пройти с ней в соседнюю комнату, где они стали лицом к лицу. Некоторые девочки, возможно, смутились в подобной ситуации. Но только не Лиля. "История Зоси потрясла меня. Теперь я ещё больше, чем раньше, стремлюсь в авиацию, чтобы защищать свою Родину".

Раскова поняла, что Лиля не потерпит ответа "нет". "Девочка моя, я не перестану искать, что можно сделать", - сказала она торжественно. "Но чудес я не обещаю".

"Я с нетерпением буду ждать сообщений о Ваших успехах".

Когда Раскова села в машину, чтобы ехать на следующее выступление, она представила себе, каково это было бы - быть Лилиным военным командиром.

Но всего, что случилось потом, Раскова предугадать не могла!

## Глава 21


Человек, который одобрил предложение Расковой о создании женского авиационного полка

Несколько недель спустя Марина Раскова была назначена в Комитет народной защиты. Там она подружилась с крайне влиятельным военачальником, маршалом Борисом Шапошниковым, который в то время возглавлял Генеральный Штаб Красной Армии.

Шапошников был одним из немногих командиров Красной Армии, имевших специальное военное образование. В 1921 он стал членом Генерального Штаба Армии, где завоевал уважение и доверие Сталина за свой талант вдумчивого и проницательного военачальника. При Сталине он служил на разных постах. В 1937 он был назначен главой Генерального Штаба, а в 1940 ему был присвоен титул маршала Советского Союза за его профессиональные достижения.

"Товарищ майор, как новому члену штаба, предоставляю Вам выступить со своими предложениями по укреплению защиты нашей Родины, теперь, когда мы живём в такое напряжённое время".

"Слушаюсь, товарищ маршал", - ответила Раскова.

"На следующем заседании?"

"Я готова сегодня". Общаясь с некоторыми членами штаба, Раскова знала о традиции первым предоставлять слово младшим по званию. "Я изучила стратегию Гитлера по захвату европейских стран", - сказала она, раскладывая на столе карту. "Сначала он засылает Люфтваффе, обычно мессершмитты-109, чтобы атаковать с бреющего полёта и разгромить наземные военные сооружения, склады военной амуниции и так далее. Эти самолёты быстрее и мощнее, чем любые другие в мире, разве что кроме американских F-1. Такой манёвр создаёт панику и подрывает силы противника, что даёт возможность наземным силам нацистов и бронетанковым войскам вторгаться на территорию страны, нанося максимальный ущерб и неся минимальные потери".

"Ваши предложения?" - спросил маршал.

"Значительно увеличить состав наших воздушных сил. Если Люфтваффе нападут, мы сможем быстро ответить на удар с численным преимуществом".

"Знакомые разговоры", - сказал, усмехаясь, маршал. "Майор, даже если я соглашусь с Вашими выводами о тактике Гитлера, у нас просто-напросто не хватит квалифицированных пилотов. Потребуется не один месяц, чтобы качественно подготовить и расширить наши воздушные силы".

"При всём уважении к Вам, товарищ маршал, должна возразить - у нас есть лётчики".

Маршал иронично хмыкнул: "Вы хотите сказать, майор, что Вы втайне готовили лётчиков и скрывали их от товарища Сталина?"

"Я хочу сказать, что могу собрать и подготовить немало преданных Родине и физически крепких женщин и сделать из них отличных боевых лётчиков".

Офицеры, присутствовавшие на заседании, захохотали.

"Это так смешно, что наши солдаты и гражданское население легко могут пасть жертвами Люфтваффе?" - нахмурилась Раскова. "Или попасть в концентрационный лагерь, когда нацисты захватят нашу Родину?"

"Ну, предположим, Ваше предложение не лишено смысла", - сказал маршал. "Тогда всё же остаётся проблема нехватки самолётов. Я не сомневаюсь, Вы знаете о том, что наши заводы и так производят Яки в полную силу".

"Я знаю об этом, товарищ маршал".

"Так на чём Вы предлагаете летать этим Вашим отважным высоко квалифицированным лётчицам? На ковре-самолёте? С пушкой, конечно..." Мужчины снова рассмеялись.

"Отдайте нам законсервированные бипланы. Я представлю Вам план подготовки".

"Майор, давайте говорить серьёзно. Мессеры развивают скорость 600 км в час на высоте примерно 5 000 метров, что делает их практически недостижимыми для бипланов. 600 км в час - это в три раза быстрее, чем летают эти устаревшие самолёты".

"Может быть, мой отец сможет обсудить этот вопрос непосредственно с товарищем Сталиным?" (Отец Расковой был выдающимся генералом).

Шапошникову не хотелось, чтобы его переиграла женщина. "Я сам найду подходящий момент и переговорю с товарищем Сталиным. Я сообщу Вам о результатах".

## x x x


Три дня спустя Шапошников обсудил предложение Расковой со Сталиным, который тотчас отверг её предложение.

Он считал, что время ещё есть. Гитлер, конечно, вынашивает план вторгнуться на территорию Советского Союза, но не теперь, а в будущем, и эта отсрочка даст возможность подготовить людей, выпустить больше самолётов и оружия. Он не сказал об этом вслух, но он действительно не хотел допустить, чтобы женщины воевали и гибли на фронте, разбивались в самолётах, ведь это подорвало бы его военный и государственный авторитет.

21 июня, 1941...

Закончились школьные экзамены, в Красном Луче (Ворошиловградская - ныне Луганская - область, Украина) пришло время выпускных вечеров. По традиции, юноши пришли на торжество в белых рубашках и тёмных брюках, некоторые в костюмах, а девушки - в нарядных белых платьях.

Директор школы выступил с речью, светясь гордостью за успехи своих питомцев, и отметил лучших выпускников. Он вручил им аттестаты зрелости с отметками, а некоторым - грамоты и похвальные листы за отличную учёбу и примерное поведение. Многие родители плакали от радости и лёгкой грусти - ведь беззаботное детство их ребят окончилось, а впереди их ждёт самостоятельная взрослая жизнь.

Учителя тоже прослезились. После 6-7 лет, проведённых вместе, наставники и их питомцы стали родными друг другу. Учителя относились к ребятам, как к своим родным детям.

Было предоставлено слово лучшим выпускникам. Сначала они сказали слова благодарности своей школе и учителям и вручили им цветы. Потом был двухчасовой концерт, где лучшие певцы и танцоры продемонстрировали свои таланты, дети читали стихи о Родине, о Сталине, о мире и надежде на счастливое будущее. Некоторые особо талантливые ученики выступили с собственными стихами и песнями, потом разыгрывали шуточные сценки друг о друге, своих учителях и школьной жизни. Настроение у всех было прекрасное, никто не обижался на шутки. Выпускники и учителя танцевали до половины четвёртого утра.

"Дети", - сказал директор: "Теперь пора встретить рассвет, первый рассвет вашей самостоятельной, взрослой жизни". Это была сложившаяся годами традиция - встречать вместе рассвет, а потом гулять по улицам и площадям, навещать любимые места. Некоторые мальчишки поднялись на железнодорожный мост и там на бетонных перекрытиях написали краской свои имена. Они стояли на мосту, взявшись за руки, и кричали: "Ура!!! Начинается новая жизнь! Мы свободны и счастливы!"

В 4 часа утра жители Красного Луча, в том числе и выпускники, ещё не знали, что немцы уже начали бомбить Брест и Киев. В полдень Вячеслав Молотов, Председатель Совета Народных Комиссаров, выступил по радио, сообщая населению о том, что произошло несколько часов назад. Несмотря на события в Европе, Молотов являлся инициатором подписания советско-германского Пакта о ненападении (Пакта Молотова - Риббентропа), и не мог не чувствовать ответственности.

Те жители Красного Луча, у кого не было радио дома, высыпали на улицу и слушали выступление по громкоговорителям, прикреплённым к столбам. Выпускники, вернувшиеся с выпускного бала только к утру, были ошеломлены страшной вестью, которую сообщили им родители. Но несмотря на потрясение, большинство было уверено, что война долго не продлится - несколько недель, в крайнем случае, месяцев.

## x x x


Гитлеровский план "Барбаросса" не привёл к молниеносной победе, и его провал ясно показал, что война будет затяжной, кровавой и закончится только либо поражением русских, либо разгромом гитлеровцев. Третьего не дано.

Гитлер делал всё возможное, чтобы запугать и устрашить плохо подготовленных к войне русских. Сотни советских самолётов были уничтожены в первые же сутки войны. Немцы атаковали 66 аэродромов, где были сосредоточены 75 процентов военно-воздушных сил СССР. В первый день боёв Советская Армия потеряла 1 136 самолетов, 800 из них на земле. К концу недели цифра возросла до 4 107 единиц. Русская авиация и наземные войска понесли огромные потери.

Чтобы не дать фашистам полностью захватить Родину, многие отважные советские лётчики шли на отчаянный героический шаг - шли на таран. Одним из первых лётчиков, совершивших таран, был Николай Гастелло, которому посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Другой герой, Александр Матросов, закрыл вражеский дзот своим телом, дав возможность своим товарищам совершить атаку.

Несмотря на эти и многие другие подвиги, Советский Союз пошатнулся под натиском Блицкрига, врагу удалось захватить тысячи километров. Военное оборудование, танки, артиллерия, жилые дома, фабрики и заводы были снесены с лица земли.

По мере того, как Гитлер продвигался к Сталинграду и Москве, Сталин изменил своё мнение о мерах по укреплению военно-воздушных сил. Он осознал, что необходимо немедленное пополнение. Если найдётся по крайней мере 50 женщин-добровольцев, Раскова получит средства для их подготовки и соответствующее количество самолётов, готовых к боям.

Приказ Сталина создать авиационный женский полк был встречен с энтузиазмом. Женщины толпами шли записываться добровольцами. Сдерживая своё обещание, он поручил командование полком майору Расковой. Далее было решено, что весь обслуживающий персонал будет состоять из женщин, в том числе механики, стрелки и наземный состав. Шапошников, воспользовавшись моментом, распорядился, чтобы отдел пропаганды выпустил и расклеил по Москве плакаты, прославляющие этих отважных женщин. В Парке Горького была построена палатка для записи добровольцев.

Была назначена неделя - с 7 по12 июля, и 478 женщин (включая Лилю) написали заявления. После того, как Раскова или её помощница Татьяна Лазуренко лично просмотрели каждое заявление, Раскова отобрала 296 - этого было достаточно не для одного, а трёх батальонов, даже если впоследствии кто-то отсеется. В конце этой недели Раскова провела предварительное занятие, чтобы наглядно объяснить задачу, которая стояла перед кандидатами, включая риск, которому они подвергались.

"Высока вероятность, что многие из вас не доживут до своего следующего дня рождения", - резко говорила Раскова, меряя шагами комнату. "Война - это не игрушки, не учебные полёты, не увеселительная прогулка. На войне люди совершают ужасные вещи. Поэтому я ещё раз спрашиваю у вас - кто передумал и хочет отказаться?"

Девушки переглянулись. Никто не забрал своё заявление. Так родился 586-й Истребительный Полк - первый в мире женский боевой полк.

## x x x


Первой задачей было определить, кто будет входить в первый учебный батальон.

"Товарищ майор", - сказала Татьяна: "У этого кандидата рекомендации уж очень хвалебные для такого юного возраста".

"Насколько юного?"

"Восемнадцать".

"Ну, слава Богу, а то уж я думала, ты скажешь четырнадцать".

"Если верить документам, она получила лётное удостоверение в четырнадцать и уже подготовила свыше сорока человек. Её рекомендации впечатляют".

"Кто дал рекомендации?"

"Начальник аэродрома и многие лётчики, которых она тренировала. Они все утверждают, что её лётные навыки превосходны".

"Как её имя?"

"Литвяк. Лилия Литвяк".

"Литвяк", - подумала Раскова, вспоминая московскую среднюю школу, которую она посетила год назад. "А-а-а, Лиля, значит, мы снова встретились".

"Вы знаете её?"

"Довольно решительная девушка".

"Судя по фотографии, к тому же довольно красивая".

"Я знаю. Это меня и беспокоит".

"Не понимаю, почему?"

"Будет ли она достаточно стойкой? На войне трудно. Профессия боевого лётчика жестока. Боевые вылеты, воздушные бои против опытных немецких лётчиков - это почётная работа, но..."

У Татьяны вызвало недоумение недовольство командира. "Товарищ майор, если судить по одним рекомендациям, товарищ Литвяк - наш лучший кандидат. Такая может в будущем стать офицером!"

"Пригласите на собеседование".

## x x x


"Вы понимаете, что если мы потерпим неудачу, мы вызовем бурю насмешек".

"Понимаю", - сказала Лиля.

"В высших военных кругах нас не очень-то поддерживают".

"Из-за нашей неопытности?"

"Из-за того, что мы женщины", - сказала Татьяна.

"Но сейчас 1941 год..."

"Не имеет значения. Старые предрассудки умирают медленно. У войны не женское лицо. Это верно. Война - это грубая, безжалостная, кровавая вещь. Она не для женщин".

Лиля самоуверенно усмехнулась: "Не волнуйтесь".

"Но я должна волноваться. Моя обязанность обучать, уничтожать и волноваться".

Лилина природная интуиция, нетерпение и недоумение - всё вылилось в одном вопросе: "Товарищ майор, а к чему этот разговор?"

"Потому что я тревожусь".

"А что Вас тревожит?"

"Ваша внутренняя убеждённость. У Вас хорошие рекомендации, Вы правильно рассуждаете, но сможете ли Вы выдержать тяготы войны? Предположим, Вас собьют над вражеской территорией - сможете ли Вы выжить? Если Ваш товарищ попадёт в беду во время сражения, сможете ли Вы прийти на помощь? Смогут ли другие положиться на Вас как на лидера, ен окажется Ваша храбрость просто бравадой?"

Лилю удивила эта долгая, полная сомнений речь майора. "Мои поступки скажут сами за себя".

"Вы знаете, что помада и зеркала строго запрещены на борту боевых самолётов?"

Это замечание задело Лилю. Она с усмешкой взглянула на майора: "Вы считаете, что женщины не должны помнить, что они женщины? Какое это имеет значение, в помаде или без помады я собью мессер?"

Майор протянула ей руку? "Лейтенант Литвяк, добро пожаловать в 586-й!"

## Глава 22


Для Лилии начинается солдатская жизнь

Июль 1941

Россия, г. Энгельс...

Теперь для них авиационная база в Энгельсе стала родным домом - несколько обветшалых лачуг, рассыпавшихся тут и там неподалёку от Москвы. Бесплодная, каменистая земля служила посадочной полосой.

Одной из первостепенных задач Расковой было организовать работу технического персонала, чтобы подготовиться к прибытию новобранцев.

Она знала, что мужчины в полку были настроены по-разному. С одной стороны, старший сержант Евгений Михайлов, кавалер Золотой Звезды и ордена Ленина, открыто хмыкал и посмеивался при разговорах об участии женщин в воздушных боях, хотя в душе восхищался этими отважными добровольцами и их готовностью к подвигам. К тому же, и он, и другие чувствовали ответственность за обеспечение их безопасности.

Другие, которых было больше, и среди них сержант Данило Луценко, считали, что идея женского истребительного батальона была опасна и для самих лётчиц, и для тех, кто будет летать рядом.

Раскова профессионально и по-деловому изложила свои требования скептически настроенным офицерам.

Среди всеобщего молчания Михайлов предложил свою помощь. Луценко громко проворчал: "Не женское дело воевать. Пусть бы оставались домохозяйками, поварами, продавщицами".

"За неподчинение приказам полагается расстрел. Вам понятно?" - сердито сказала Раскова. Разговор был окончен!

Стояла типичная июльская погода: тёплые дни, прохладные ночи и миллионы комаров. За четыре недели были возведены бараки, пригодные для жилья. Рядом примостилась каптёрка с военной формой и амуницией. Привезли керосинки, по одной на каждый барак, чтобы обеспечивать тепло в зимние морозы, которые не заставят себя долго ждать.

Лиля и ещё 27 перепуганных девушек-добровольцев 11 часов тряслись в грузовике по грязным ухабистым дорогам, под проливным дождём, от московского военкомата до авиабазы в Энгельсе. До войны все они принадлежали к разным слоям общества. Все были настроены решительно и по-боевому, однако, ни одной из них раньше не приходилось бывать в суровых армейских условиях, требующих дисциплины и слаженности. Они понятия не имели о военной субординации и подчинении приказам.

## x x x


Осанистая, ростом 180 см, 23-летняя Галина Петрова имела коротко подстриженные чёрные вьющиеся волосы, мускулистые руки, которыми она легко могла переломить толстую ветку. В последнее время она работала опылителем в большом колхозе в 60 км к югу от Москвы. Благодаря Сталинской программе коллективизации, она имела возможность летать на биплане и опылять скудные поля, раскинувшиеся внизу. "Эта девушка бесстрашна", - говорил председатель. "Она могла бы полететь и сбросить удобрения точно на нужное поле с закрытыми глазами даже в ураганный ветер".

Несмотря на уверенность в том, что она управляет самолётом куда лучше, чем большинство мужчин, Галина глубоко страдала от своей непривлекательной внешности. Ей нечасто назначали свидания и она неохотно общалась с представителями противоположного пола даже в своей лётной группе. Она считала, что мужчины посмеиваются над ней за её спиной.

## x x x


Двадцатишестилетняя Полина Фомичёва была дипломатична и так же разговорчива, как и Галина, и отличалась грубоватой внешностью. При росте 170 см она весила вполовину меньше, чем Галина, и обладала кошачьей ловкостью и быстротой. Её мать была швеёй. В 1932 она участвовала в Олимпийских играх в качестве спринтера. Отец Полины был звероловом и одним из первых русских пилотов во время первой мировой войны. Так что не удивительно, что Полина начала проявлять интерес к самолётам в самом раннем возрасте. А что в самом деле было удивительно, так это её организаторский талант. Уже в возрасте 21 года она управляла небольшой швейной фабрикой во Владивостоке. Фабрика работала так успешно, что когда началась война, именно её правительство наметило для производства военного обмундирования, выделив для этого новое оборудование. Будучи руководителем предприятия, Полина вела переговоры и обсуждала планы работы с военными представителями, которые были намного старше её.

"Вы можете начинать с чего хотите", - сказал один из офицеров, - "но в конечном итоге будет так, как решила Полина. А она всегда решает то, что необходимо для блага Родины. Когда вы встречаетесь с товарищем Фомичёвой, будьте готовы к тому, что вам придётся спорить, но в конце концов пойти на компромисс".

Какое-то время Полина продолжала управлять фабрикой, но потом решила, что она должна быть более полезной Родине. С той минуты, как её охватила страсть к полётам, понадобилось немного времени, чтобы наметить конкретный план действий.

"Значит, ты хочешь бросить работу?" - спросил в изумлении отец. "А что же ты будешь делать, ведь война в разгаре?"

"Я решила пойти в авиаклуб и научиться летать".

"Где летать?"

"На военных самолётах".

Четыре месяца спустя Сталин отдал приказ о создании женских авиаполков.

## x x x


Самой высокой их всех девушек была Нина Онилова из Дзержинска - молодого города, основанного в 1930 году в 400 км от Москвы, на реке Оке. Её мать умерла при родах, и её отец, Николай, переехал в Дзержинск, где стал слесарем на государственном заводе по производству "промышленных изделий". На самом деле, это был военный завод, который производил химическое оружие. Именно там Онилова проявила свои технические способности и стала специалистом по обслуживанию оборудования на том же заводе. Со временем, она превзошла отца по знаниям, что давало повод для гордости, но создало сложности в их отношениях.

Николай, огорчённый недостатком почтения со стороны дочери, чрезмерным её стремлением к независимости, а также придирками начальника, требующего повышения производительности любой ценой, начал сильно пить. Чем более подавленным он становился, тем меньше он мог проявлять к Нине родительской требовательности и тем увереннее в своих собственных возможностях она становилась. Когда поступил призыв к созданию женского авиаполка, Нина почувствовала, что она просто создана для того, чтобы стать авиамехаником. В конце концов, она была лучшей!

## x x x


Хриплый раздражительной мужской голос насмешливо крикнул из кабины водителя, "Дамочки, подготовиться, привести себя в порядок! Мы будем в лагере меньше, чем через час ".

Галина демонстративно отмахнулась, мол, не указывай, что мне делать!

Лилия не хотела прибыть в Энгельс пыльной и с соломой в волосах. В конце концов, они все были защитниками Родины. "А разве правильно будет, если мы приедем замарашками?" - спросила она.

"Кто ты такая, чтобы указывать?" - угрожающе спросила Галина у миниатюрной Лилии.

Лилия молча спокойно посмотрела в глаза Галине, желая загасить конфликт. В конце концов, воевать надо было с немцами, а не друг с другом.

Галина приняли Лилино молчание за признак слабости. Она была готова снова полезть на рожон, когда Полина с улыбкой пожала ей руку.

"Я Полина", она сказала Галине, "А как тебя зовут?"

"Я Галина Петрова."

"А какая у тебя специальность?

"Я летчик. И буду боевым командиром", убеждённо сказала она, стараясь, снова повернуться к Лилии.

Полина подумала, что Галина несколько самоуверенна, но по крайней мере с ней стало возможно общаться.

"Я тоже надеюсь, что буду летать. Уверена, что смогу многому научиться у тебя. Где ты тренировалась?"

"Я удобряла поля в колхозе. Летала и в дождь, и в жару".

Лилия чуть не лопнула от смеха. Она подумала про себя: вот это да, распылитель удобрений ставит на место квалифицированного инструктора!

Нина услышала часть разговора: все три девушки стремились стать лётчицами. "Кажется, вам всем повезло. Я самый лучший механик".

"А где ты обучалась?" спросила Полина.

"Я ремонтировала станки у себя на фабрике, когда они ломались."

"Возможно, мы станем "четырьмя мушкетерами", - улыбнулась Полина.

Галина пока не была убеждена в этом. "А ты?" - спросила, указывая на Лилию.

"Я Лилия. Я тренировала многих летчиков для борьбы в Таганкском аэроклубе", сказала она как ни в чем не бывало.

"А многих - это сколько?" - спросила Галина.

"Сорок восемь".

Прежняя напряженность улетучилась. Четыре девушки улыбнулись. Между ними начали устанавливаться отношения.

## x x x


ЛИЛИЯ стала шарить в своём вещевом мешке. Когда она вытащила оттуда щётку для волос, зеркало и тюбик красной помады, ее талисман удачи, фигурка Деда Мороза, которого она получила в детстве, посмотрела на нее. Она осторожно поставила его на свою ладонь. Потом она стала расчёсывать свои длинные светлые волосы и накрасила губы.

"Мы собираемся на войну или на буржуазный бал?" - спросила Галина.

"Моя мама всегда считала важным хорошо выглядеть, где бы она ни была".

"При всем уважении к твоей маме, я не думаю, что Люфтваффе это оценит".

"Это не для Люфтваффе", ответила Лилия: "Это для самой себя". Лилия решила оставить остальную косметику в сумке. Было явно не подходящее время наносить румяна и брызгаться очень популярными в то время духами "Красная Москва".

## x x x


Майор Раскова замерла на дороге, подняв вверх руку. Грузовики с визгом остановились. "Выходим. Выходим. Все выходим из машин", - резко скомандовала она. "Построиться в шеренги по трое. По трое... По трое...". Новобранцы торопливо повиновались. Галина, которая была последней, зацепилась за металлическую скобу, торчащую из грузовика. Пытаясь освободиться, она порвала верхнюю часть штанов. Она настолько растерялась, что не заметила, что стоит четвёртой в шеренге.

"Рядовой", - крикнула ей Раскова. "Вы умеете считать до трех?"

"Да, товарищ майор", - ответила Галина нервно.

"Тогда почему Вы стоите четвёртой?"

Девушки начали посмеиваться, водители грузовиков тоже. Раскова взглянула на шоферов: "Товарищи, вы свободны, можете возвращаться в свою часть!"

Майор начала перекличку. "Когда я назову ваше имя, отвечать: "Есть, товарищ командир!". Раскова хотела установить строгий порядок с самого начала. "Вы поняли?"

Группа нестройно ответила "Так точно".

"Что значит "Так точно"?"

""Так точно, товарищ командир".

Раскова заметила небрежность Галины. Ей нужно было преподнести урок всем присутствующим. "Петрова, шаг вперед".

Галина сделала шаг вперед.

"Мне кажется, ваш энтузиазм убывает быстро".

"Нет, товарищ командир".

"А мне кажется - да. Вы заработали свой первый выговор. Еще одно предупреждение - и Вы будете чистить уборные каждый вечер в течение ближайших трех дней, после выполнения всех других заданий".

Раскова посмотрела на испуганные лица своих первых новобранцев. Она хотела установить строгую дисциплину, но не показаться самодуром. Она понимала, что эти девушки были готовы пожертвовать своей жизнью, разделить трудности и опасности военной жизни с мужчинами. И ещё она понимала, что большинство из них погибнет.

Раскова ходил взад и вперед в течение нескольких минут, размышляя. Новобранцам эти минуты показались вечностью. "Надеюсь, вам всё понятно. Я майор, но я женщина и буду вашей второй матерью. Моя работа заключается в том, чтобы научить вас защищать Родину и при этом сохранить вашу жизнь и здоровье. Я никогда не потребую от вас того, чего не делаю сама. Мы первые. Мы должны подать пример. Глаза смотрят, уши слушают. Вы меня понимаете?"

Мысль Расковой была всем ясна. Все девушки ответили чётко и в унисон: "Так точно, товарищ командир". Потом она выкрикнула ещё 27 имён. Каждая ответила громко и чётко.

По завершению переклички Раскова улыбнулась: "Здравия желаю, пятьсот восемьдесят шестой полк!"

"Здравия желаем, товарищ командир!"

Она снова нахмурилась: "Разве так приветствуют командира настоящие солдаты?"

Новобранцы набрали в лёгкие побольше воздуха: "Здравия желаем, товарищ командир!"

"Вот так гораздо лучше".

Она прошла вдоль шеренги, то и дело останавливаясь, чтобы внимательно рассмотреть каждую. "Для тех из вас, кто не знает меня, я майор Раскова. И вы теперь солдаты! Вы ещё совсем немного времени провели вместе, очевидно, большинство из вас понятия не имеет, что это на самом деле означает. Возможно, переход от гражданской жизни к военной вам покажется трудным. Но у нас есть главная цель. И мы её обязательно должны достигнуть".

Раскова сделала паузу. "Вы меня понимаете?"

"Так точно, товарищ командир!"

Она повернулась и посмотрела вверх, как бы ища поддержки у неба.

"Как бы то ни было, я поздравляю вас. Теперь вы стали частью истории России. Вы первые женщины в мире, которые создали авиационный полк. Это ответственность, которую вы несёте не только за себя, свою семью и Родину, но на века. Ваш успех окрылит других, но и ваши неудачи будут заметны всем". Она почувствовала, как сердце каждой девушки наполняется гордостью и боевым духом.

## x x x


Первая проблема возникла в каптёрке. Нужно было должным образом подобрать девушкам обмундирование - гимнастёрки, обувь, шинели, шапки и так далее.

Галине полностью подошла форма, рассчитанная на рослого мужчину, и длинная шинель, хотя и она обнаружила проблему. "Знает ли товарищ Сталин, что мужчины и женщины устроены по-разному?" - засмеялась она, указывая на расстёгнутую ширинку своего новенького комбинезона.

Нине пригодились её домашние навыки портнихи. Она взяла ножницы, срезала пуговицы с брюк, нашла в рюкзаке иголку с ниткой и ловко зашила перед брюк. "Ну вот, теперь в самый раз!"

Что касается остальных женщин, большинству из них не так повезло, как Галине. Но была война, и со многим приходилось мириться. Нина возилась сапогами, которые были ей велики на два с лишним размера, поэтому она заполнила свободное место носками.

Лилия была самая маленькая и по росту, и по размерам. Ее тяжелая защитного цвета шерстяная шинель тянулась по полу, как свадебное платье.

"Нина, ты можешь мне помочь?"

Подогнать Лилино обмундирование было не так просто. "Это потребует немало времени. Давай сегодня вечером".

Прзвучал сигнал к обеду. Девушки торопливо и довольно неорганизованно двинулись в столовую. Полы длинной Лилиной шинели волочились по пыльной дороге.

"Товарищи, товарищи", - скомандовала майор. "Мне толкайтесь, мы же сестры. Построиться в колонну. Друг за другом. Еды всем хватит".

Майор заметила Лилину длинную шинель. "Рядовая Литвяк, Вы собираетесь мести дорогу?"

Лилия не знала, как реагировать. Сказать, что она самая маленькая девушка в полку и шинель ей непомерно велика? Послужит ли ей такое оправдание на пользу или во вред?

Вместо неё ответила Нина. "Товарищ командир, обмундирование рассчитано на мужчин".

"Кто Вы?"

"Рядовая Онилова".

"А что Вы делали до войны?"

"Я работала на швейной фабрике в городе Дзержинске", - сказала Нина скромно.

"Рядовая Онилова, в следующий раз Вы будете говорить, когда я предоставлю Вам слово".

"Есть, товарищ командира".

"А что Вы будете делать сегодня вечером, чтобы помочь своим друзьям?"

"Я помогу им подогнать форму".

"Очень хорошо, рядовая Онилова. Вы хорошо усвоили свой первый урок! Мы начинаем подготовку завтра в 6 часов утра. Я надеюсь, к этому времени вы все будете выглядеть как рядовые Петрова и Фомичева".

Вернувшись в барак, Нина была ошеломлена.

Двадцать четыре девушки выстроились в очередь к ней. Лилия стояла в стороне. Нина работала до 3 утра, показывая девочкам, как измерять, обрезать и шить и подгонять одежду под свой размер.

"Я вижу, мама хорошо научила тебя", - она сказала одной из девушек. "Но с таким толстым материалом нужно знать несколько специальных приёмов. Давай покажу".

Через два часа девушки были внезапно разбужены дежурным офицером, который вошёл в казарму с криком: "Рота, подъём!".

Нина посмотрела на тумбочку возле своей кровати. Каждая девушка положила ей на тумбочку по кусочку шоколада из своего пайка в знак благодарности. Она быстро сунула в рот шесть кусочков, чтобы восстановить силы после бессонной ночи.

## x x x


Следующей проблемой была парикмахерская.

Военное начальство имело свое представление о том, как должны выглядеть женщины-новобранцы.

"Товарищи", - сказала грубоватая женщина-сержант проверяющая состояние полка: "Вы делаете успехи. Вы уже почти похожи на солдат. Остается только один вопрос. Товарищ Сталин издал приказ, запрещающий длинные волосы". Она значительно посмотрела на них.

"Новобранцы должны иметь волосы не длиннее десяти сантиметров".

В то время гордостью практически всех русских женщин были её волосы. Многие ни разу не стригли их в течение всей жизни, выходя на люди, их заплетали в косы или укладывали на затылке в пучок.

Девушки переглянулись. У большинства волосы были около 25 сантиметров в длину, а у Лилии, возможно, раза в два длиннее.

"У вас есть два варианта. Вы можете воспользоваться услугами полкового парикмахера, ефрейтора Тимура Мустафина", - сказал сержант, указывая на красиого, черноволосого молодого человека. "Он никогда не стриг женщин, но мы всегда делаем что-то впервые. Или вы можете стричься сами, помогая друг другу. У нас есть ножницы, зеркала и линейки. Одна стрижёт и измеряет, а другая держит зеркало. После окончания будете отчитываться в том домике возле взлетно-посадочной полосы. Там будут проведут проходить ваши занятия по лётному делу на этой неделе, а в следующий четверг прибудет наше оборудование".

Большинство женщин были в слезах. Им казалось, что со стрижеными волосами они потеряли свою женскую привлекательность. Тем не менее, они не могли ослушаться приказа. Одним приглянулся Тимур, и они воспользовались его услугами. Остальные образовали группы и стриглись сами.

Все, за исключением Лилии. У неё было другое мнение. Сколько Лиля себя помнила, длинные локоны всегда были предметом её гордости. Она решила, что должна сохранить их. В конце концов, они не помешали её научиться летать и обучать этому других. Кому какое дело, если она хочет сохранить свою женственность, которая так важна для неё?

Она подождала, пока все группы сформировались, а потом тихо ушла в конец класса, где она села, прикрыв пилоткой тугой узел волос. отсутствие Лилино отсутствие никто не заметил, пока Раскова не зашла посмотреть, как идут дела.

"Извините, товарищ командир", сказала Лилия сладким голоском, надеясь, что майор не обратит на неё внимания.

Галина, Нина, Полина закатили глаза.

Раскова и Лилия стоили друг друга в умении добиваться своего. "Товарищ Литвяк, пожалуйста, выйдите на середину. Снимите пилотку", - сказал коротко Раскова, подойдя к шкафчику и доставая ножницы. "Я вижу, мой приказ не выполнен!"

"Товарищ Петрова, подойдите сюда". Раскова вручила ножницы Галине. "Пожалуйста, распустите волосы Литвяк и сделайте длину 10 сантиметров".

Через несколько мгновений у ног Лили лежала копна белокурых локонов.

"Товарищ Литвяк, уберите за собой. Полы в классе должны быть чистыми" Широко раскрыв глаза, стараясь скрыть разочарование, Лилия собрала состриженные волосы и выбросила в мусорное ведро.

Но это было не всё. "Теперь, пожалуйста, объясните всем, почему вы не выполнили мой приказ? Разве я не ясно выразилась?"

"Я не хотела проявить неуважение, товарищ майор", ответила Лилия, глядя на Раскову невинными глазами. "Мне не хватило группы. Я решила, может быть, я сделаю это в другой день".

"Солдат должен быть исполнительным и честным. Вам явно не хватает ни одного, ни другого. Посмотрим, как три дня на гауптвахте на хлебе и воде повлияют на вашу страсть к полётам ".

Лилия была помещена под арест. Она направилась к самодельной гауптвахте - тёмной, деревянной хижине с маленьким окошком высоко под потолком. Там была койка с соломенным матрацем и дырка в полу вместо туалета.. Лампочки не было, и ничего не мешало солдату поразмышлять, почему он там очутился.

Чтобы три дня пролетели быстрее, Лилия передвинула кровать на середину комнаты и устроила себе тренировку в виде ходьбы по периметру небольшой комнаты. Каждый день 10 кругов по комнате за один подход. Каждый день она проделывала 20 подходов. Она фиксировала количество кругов и подходов, царапая ногтями пометки на деревянной стене. Когда дверь, наконец, открылась, она насчитала 2257 кругов.

"Пора вернуться в полк, сегодня ожидается прибытие самолётов", - сказала Раскова которая со своим ростом, казалось, возвышалась над Лилией.

"Ну, девушка, и вид у вас", сказала Галина, когда Лилия вошла в казарму, мечтая принять душ и переодеться в чистую форму. Она посмотрела на себя в зеркало. Она была поражена тем, что увидела! - Лицо было покрыто пылью, волосы торчали дыбом, а под глазами и темные круги.

Однако, её решимость было не сломить.

Она быстро приняла душ, причесалась и вытащила баночки и коробочки, которые хранила в своем вещевом мешке. Она припудрила темныме круги под глазами и накрасила губы ярко-красной помадой. Когда она стала в строй вместе со всеми, другим девушкам осталось только удивляться, насколько хорошо она выглядела после трех дней на гауптвахте.

"Если я буду так выглядеть после трёх дней на "губе"", улыбнулась одна из них "возможно, мне следует попросить майора отправить меня туда добровольно".

"Самолеты прибудут через 15 минут. Все на взлетно-посадочную полосу", - раздался громкий голос, и новость полетела из казармы в казарму.

## x x x


В тот вечер она написала Анне:

Дорогая мамочка!

В эти первые дни я нашла новых друзей, получила новые навыки и многое узнала о воинской дисциплине. Военная жизнь гораздо сложнее, чем мирная. Со многим приходится считаться и мириться.

Теперь я понимаю, что не всегда получается иметь то, что хочешь, независимо твоих собственных амбиций.

Я знаю, я знаю. Ты всегда говорила мне то же самое. Теперь я убедилась.

Слава Богу, мне удаётся сохранить чувство юмора, а также помаду и пудру, которые я припрятала по прибытии. (Это отдельная история, которую я расскажу тебе в другой раз. Сейчас уже поздно).

Когда у меня будут собственные дети, я думаю, я буду учить их тому, что узнала здесь, но, возможно, не так строго.

До встречи. Мысленно ты всегда со мной.

С любовью,

твоя Лиля

## x x x


Несмотря ни на что, в течение следующих 6 месяцев Раскова превратила свой разношерстный девичий полк, которые обучались в авиаклубах, авиационно-технических училищах и институтах, или работали в гражданской авиации, в дисциплинированную воинскую часть. Лилия была признана одной из лучших среди новобранцев пятьсот восемьдесят шестого полка.

Расковой были предоставлены все возможности для подготовки 50 квалифицированных кандидатов, а также соответствующее количество боевых самолетов.

## Глава 23


"Ночные ведьмы"из 586 авиаполка возвращаются из успешного рейда в тыл врага

Август 1941 года ...

Когда самолеты появились из-за туч, лицо Расковой выразило разочарование. Пятнадцать долгожданных "новых" самолетов оказались бипланами "Поликарпов", с деревянным каркасом, покрытым холстом, которые использовались ещё во время Первой мировой войны. Предельная скорость составляла каких-то 200 километров в час при нагрузке 227 килограммов, причём бомбы крепились к днищу самым примитивным способом.

Новость мгновенно разнеслась по пятьсот восемьдесят шестому. Полк был явно недоволен такой "помощью". Раскова умоляла начальство сделать хоть что-нибудь.

"Товарищ генерал", объясняла она по рации: "Это самоубийство!

"Майор, раз Родине требуется, вы должны обходиться тем, что есть".

"Но мессершмиты против По-2? Это всё равно что солдатам воевать против детей ".

"Каждый самолет и так приходилось выбивать".

"В чём же тогда наша задача?"

"Я думаю, Вы понимаете, что товарищ Сталин прекрасно знает о Ваших трудностях. Так что Вы должны сами разработать план работы, который наилучшим образом подготовит Ваших курсантов. Жду Вас для обсуждения Вашего решения через 24 часа". Сталин и его консультанты понимали, что выпустить плохо обученных женщин лётчиков против Люфтваффе - было "допустимой жертвой военного времени " - тактикой выигрывания времени, пока более квалифицированные лётчики-мужчины и более современные самолёты будут привлечены в советские Воздушные Силы.

Глубоко разочарованная, Раскова провела вечер в одиночестве, выпив не одну чашку чая и выкурив не одну сигарету, пытаясь разработать план, который помог бы ей не подвергать целую эскадрилью опасности.

"Мы получили приказ", объявила Раскова на следующее утро. "Мы будем придерживаться тактики предупреждающего удара ".

Эскадрон молча стоял на взлетно-посадочной полосе, глядя на старые самолеты за ее спиной.

Только Лилия имела смелость заговорить. "Товарищ майор, и каков наш план?"

"Мы будем летать прямо в немецкие части, расположенные за линией фронта, когда они меньше всего будут нас ожидать, - посреди ночи - на исключительно низкой высоте, может быть, от 450 до 500 метров, сбрасывать бомбы, а затем отступать. Мы будем менять место нападения и угол атаки с каждым вылетом."

Летчики начали роптать вслух. "Это безумие. Кто рискнёт летать так низко? И каковы шансы вернуться? "

"Я понимаю вашу тревогу. Тем не менее, приказ есть приказ. Мне нужны добровольцы для первого вылета ".

Ни один человек не двинулся с места. За исключением одного ... Лилии. "У меня был опыт работы с подобными маневрами в авиаклубе".

Раскова уже достаточно знала о Лилии, чтобы понимать, что она говорила правду. "Товарищ Литвяк, мы с Вами начнём обучение в 19.00. Остальные свободны ".

"Лиля", сказала Галина, когда они шли к казармам, "Зачем ты добровольно напросилась на такой риск? Это почти верная смерть ".

Лилия улыбалась, вспоминая свои выходки на Таганке: "У меня большой опыт полётов на малой высоте".

## x x x


"Вы осознаёте опасность? " - спросила Раскова у Лилии, когда они подошли к бипланам.

"Почему Вы думаете, что не осознаю?"

"Вы слишком много внимания уделяете своей внешности", - пожурила Раскова. "Вы думаете, что для врага это имеет значение?

"Товарищ майор, может быть, это отвлечёт их внимание", - улыбнуласьЛилия несколько легкомысленно.

Впервые за их общение, а они встречались уже в третий раз, Раскова улыбнулась и покачала головой. "Лейтенант, Вы должны следовать за мной. Я научу вас всему, что нужно знать о маневрах полётов на малой высоте. Возможно, когда Ваши товарищи увидят Ваши успехи, больше будет добровольцев ".

Поднявшись в воздух, Раскова начала сеанс связи. Она хотела, чтобы первый полёт Лилии прошёл как можно успешенее.. Она медленно поднялся на 3000 метров. "Мы выравняемся здесь, потом резко свернём вправо, потом влево, как бы уклоняясь от зениток".

"Есть, товарищ майор".

"Хорошо, товарищ лейтенант, хорошо. Будьте осторожны, спускаемся до 500 метров ", командовала Раскова по радио. "Отлично. Теперь выравниваем. На счёт три открываем бомбовые люки".

"Есть, товарищ майор" .

"Приступить к проверке оборудования".

"Все функции работают нормально", - Лилия улыбнулась.

Раскова посмотрела и убедилась, что путь свободен.

"Отлично. Теперь возвращайтесь на базу. "

"Вас понял".

Теперь настала очередь Лилии.

"Товарищ майор, у меня есть предложения, которые могли бы улучшить успех нашего манёвра".

"Неужели? После первого вылета? "

"Как я уже говорила, у меня было много вылетов на Таганском аэродроме".

Раскова не могла себе представить, что такая миниатюрная девушка, почти подросток, может внести значительный вклад, но она не хотела ни унизить, ни разочаровать её.

"Если мы отключим моторы и выключим огни, когда достигнем малой высоты, немцам будет чрезвычайно трудно обнаружить нас. Как только мы сбросим груз, можно включить двигатели и вернуться на базу. В растерянности и суматохе, маловероятно, что немцы придут в себя достаточно быстро, чтобы следовать за нами. "

Раскова признала, что план заслуживает внимания, но требует высокой степени мастерства. " Вы уверены, что нам удастся это сделать, товарищ лейтенант?

"Я учила пилотов летать ночью на Таганском аэродроме. Я могу научить моих товарищей здесь ".

Раскова по-прежнему была настроена скептически.

"Покажите мне".

Через несколько минут они скользили по взлётно-посадочной полосе. На этот раз Лилия была впереди. После резкого поворота вправо от воздушной базы Лилия начала подниматься под углом 90 градусов и выровняла самолёт на высоте 5000 метров. Раскова не отставала. Лилия передала по рации, что собирается начать спуск до " высоты скольжения ". Раскова кивнула. Вдруг Лилия нырнула в тучи. Раскова, испугавшись, что самолёт Лилии неисправен, спустилась так быстро, как это только было возможно, в поисках её самолёта! 4000 метров, Лилии не видно. 3000 метров - не видно, 2000 метров - и до сих пор никаких признаков Лилии.

Но как раз в тот момент, когда Раскова собиралась объявить о чрезвычайной ситуации, она увидела, как Лилия игриво кружит на высоте менее 500 метров.

"Товарищ майор, а я как раз собиралась искать вас", - засмеялась Лилия по рации.

Когда самолеты сблизились, Лилия увидела, что майор качает головой. "Ночь очень ясная. Турбулентности практически нет. Я считаю, что мы можем снизиться до 200 метров без особых проблем ", заявила Лилия.

Раскова широко раскрыла глаза, словно хотела сказать: " Вы с ума сошли?"

"Никаких проблем, товарищ майор. Никаких проблем ".

Через несколько минут женщины летели так близко к земле, чтобы они могли ясно видеть свет в домах Энгельса. Лилия прикрыла двумя пальцами глаза, чтобы дать сигнал "Выключить двигатели, выключить огни".

Раскова последовала её примеру.

Женщины умело проскользили над авиабазой и продолжили путь на запад. Минут через десять Раскова, обеспокоенная тем, что они спускаются уже слишком долго, включила двигатель и начала подниматься.

Она дала сигнал Лилии последовать за ней. Лилия продолжала скользить ещё несколько километров, затем наклонила машину влево и продолжала в течение еще некоторого времени. Теперь уже Раскова была в ярости, что Лилия игнорирует её распоряжения.

Лилия не довела свой план до конца. Она включила двигатель снова и поднялась в облака еще раз. Теперь уже весь полк стоял на краю взлетно-посадочной полосы и глядел в небо. Лилия решила завершить представление резким падением и сделать последний круг над аэродромом на такой низкой высоте, что генераторы задребезжали и в казармах погасли огни.

Лилия вышла из кабины самолёта под аплодисменты. Она улыбнулась и раскланялась.

"Товарищ Литвяк", - сказала Раскова, с грохотом выскочив из своего самолёта. "Вы что, вообще не признаёте субординации?"

" Прошу прощения, товарищ майор. Но мне кажется, я делала всё правильно", - проговорила Лилия, делая невинный вид.

"Разве Вы не получили моей команды вернуться?"

"К сожалению, товарищ командир, моя рация дала сбой. Мне плохо было слышно".

Расковой показалось, что Лилия придумала это оправдание, но она не была уверена. Могла ли она позволить себе ошибиться перед всем полком?

Раскова сделала паузу.

"Начиная с завтрашнего вечера Вы отвечаете за ночную подготовку. Добровольцы есть? "

Вся группа шагнула вперед.

"Еще один вопрос, товарищ Литвяк," - сказала Раскова. "Проверяйте исправность всех раций до начала полета."

В течение следующих двух недель Лилия упорно готовила эскадрилью. Она начала с того, что каждый пилот выключал двигатель на высоте1000 метров и начинал скольжение. Когда этот рубеж был достигнут, она сократила потолок скольжения еще на 250 метров. Этот процесс повторялся, пока она не была уверена, что каждый может выключить двигатель и скользить16 километров без паники. Для тех, кто с трудом осваивал этот манёвр, она повторяла упражнение, пока все не достигли одинаковых результатов. Лилия считала, что такое обучение воспитывает чувство товарищества. Когда один помогает другому .... Эмоционально и физически, если возникнет такая необходимость.

Время от времени, девушки жаловались на усталость. Лилин ответ был всегда одинаков. "Если кто-то не выдержит, мы не сможем нести упавшего товарища на своих плечах. Вы должны быть готовы ко всему ".

У Расковой не было разведданных о количестве артиллерии и самолётов у противника, что ещё больше усложняло подготовку кадров.

В ночь на 30 октября 1941 года лётчицы пятьсот восемьдесят шестого ночного бомбардировочного авиационного полка отправились на выполнение своей первой боевой задачи.

Галина летела рядом с Лилией.

## Глава 24


Лётчица из отряда "Ночные ведьмы" Мария Смирнова проверяет лётные условия, пока в её самолёт загружаются бомбы

Немецкий лейтенант Отто Дейссенрот спокойно сидел в своей палатке, в то время, как его хорошо обученные солдаты, разбушевавшись, пили и пели. Они со дня на день ждали приказа о передислокации, прежде чем наступит суровая русская зима.

Он решил написать письмо своей жене Гизеле.

Моя драгоценная, любовь моя,

Когда мы поженились шесть лет назад, я даже представить себе не мог, что нашей семье предстоят такие времена. Надеюсь, Фреда и Ангелика (его дочки, четырёх и двух лет) здоровы и счастливы. Скажи им, что папа очень любит их и надеется скоро вернуться домой, чтобы провести всю оставшуюся жизнь рядом со своей семьёй.

Я пишу это письмо из захолустной украинской деревни, в 25 километрах от Киева, который мы рассчитываем взять со дня на день. Вокруг нас раскинулась плодородная украинская земля, но 20 лет большевистского беспорядочного хозяйствования довело её до разрухи. Бедность, нищета и грязь, которые окружают нас уже несколько недель, не передать словами. Ты не можешь представить себе ужасные последствия большевизма в этих плодородных краях. Всё, что мы раньше читали в газетах и книгах, бледнеет перед лицом ужасной реальности. Взгляд напрасно ищет хоть какие-то признаки цивилизации, прогресса, культуры. Мы мечтаем увидеть хоть один чистый дом, опрятную улицу, ухоженный сад. Куда ни посмотришь, везде грязь, разруха, отчаяние, тоска, смерть и страдания!

Наверное, в аду лучше, чем в этом "советском раю". Позор тем немцам, которые раньше думали, что большевизм - хорошая идея, и угрожали нам, национал-социалистам, смертью и кровопролитием только потому, что мы не верили в этот вздор! Мы были правы!

Когда видишь эту удручающую бедность, невольно вспоминаешь, что эти же самые большевистские скоты хотели нести культуру нам, трудолюбивым, чистым и творческим немцам. Как милостив к нам Господь! Как справедливо стремление Фюрера к Европейскому господству! Самая бедная немецкая деревня - это жемчужина по сравнению с этими разрушенными русскими деревнями.

Мы, национал-социалисты, солдаты Адольфа Гитлера, восстановили данный Богом порядок, хотя некоторые называют нас язычниками. Такова жизнь. А что делали те, кто говорил о Боге? Спроси у них!

Люблю тебя навсегда,

Отто

Закончив письмо, лейтенант решил, что пора положить конец веселью. Была уже почти полночь, а утренние манёвры предстояли сразу после завтрака в 6.00. ночь была ясная и прохладная. Ярко сияли звёзды, хотя луна была бледной. Он услышал странный, едва различимый звук и ему померещились тени в ночном небе. Внезапно с неба, как град, посыпались бомбы. Русские самолёты летели так низко к земле, что он мог бы попасть в них из пистолета. Солдаты разбежались в разные стороны, некоторые спрятались в укрытие, а другие заняли позиции, чтобы отстреливаться. Лейтенант Дейссенрот попытался разыскать своих ротных сержантов. Он опоздал. Он нашёл только разбросанные куски окровавленной человеческой плоти, вперемешку с игральными картами.

"Пушки, к бою! Огонь!" - пронзительно закричал он, бросившись через весь лагерь к фланговому оружию.

В этот момент самолёт Лили вернулся. Она сбросила последнюю бомбу и развернулась, чтобы лететь на базу. Бомба разорвалась менее чем в 20 метрах от лейтенанта. Он погиб мгновенно. Ему было 25 лет.

## x x x


Майор Раскова была довольна результатами рейда. "Товарищи, вы сражались достойно прошлой ночью", - сказала она наутро. (Вместе с Лилией в рейде участвовало ещё 9 лётчиц. Все вернулись без потерь. Всего они сбросили 18 бомб общим весом 227 кг). "Товарищ Литвяк докладывает, что нам удалось разгромить оружейный склад, три танка, зенитку и две казармы".

Девушки зааплодировали, радуясь своим достижениям, не думая о том, что их победа - это чьи-то унесённые жизни. В этот момент война казалась им какой-то далёкой игрой.

Раскова почувствовала этот ажиотаж.

"Война - это не игра, и пока нет повода для самодовольства. Вчера ночью мы использовали эффект неожиданности. В будущем это уже не поможет, они будут ждать нас. Нужно придумать что-то новое", - требовательно сказала майор. "Товарищ майор", - вмешалась Лилия. "Может быть, у кого-нибудь в полку есть и другие идеи. Ночные вылеты - это для всех нас новый опыт".

Первым желанием Расковой было строго отчитать Лилию за то, что перебила старшего по званию. Но она не сделала этого, понимая, что Лилия рассуждает не по годам здраво и что она, несомненно, является неофициальным лидером.

"Вы правы, товарищ Литвяк", - сказала Раскова и затем сделала паузу, которая показалась лётчицам вечностью.

"Мне трудно было управлять самолетом после того, как я сбросила груз на малой высоте", - сказала Полина. "У кого-нибудь были такие же проблемы?" трое лётчиц подняли руки.

"У кого есть предложения?"

"Я считаю, кое-что можно усовершенствовать", - вызвалась Галина. "Я сталкивалась с такими проблемами в колхозе, когда мы увеличили количество груза на "Аннушке" (Ан-2 - самолёты, применявшиеся в сельском хозяйстве СССР накануне войны - прим. переводчика). Нам удалось восстановить баланс при помощи системы натяжения канатов".

"И Вы думаете, эта система применима в наших самолётах?"

"Наши бомбы - это не что иное, как увеличенный груз".

"Не думаю, что немцы прошлой ночью согласились бы с этим", - криво усмехнулась Лилия.

"Прошлой ночью - это прошлой ночью. А сегодня - это сегодня", - строго перебила Раскова.

"Технически это будет непросто", - сказала Нина Онилова.

"Почему?" - недоумённо спросила Лилия.

"Потому что каждый биплан был изготовлен вручную, так что есть различия в наклоне и длине крыльев. К тому же есть существенная разница в весе самих пилотов", - засмеялась Нина, указывая на Галину и Лилию. Лётчицы захохотали. "В каждом самолёте придётся корректировать натяжение отдельно".

"Тогда давайте немедленно начнём", - сказала майор.

"У меня тоже есть вопрос", - сказала одна из лётчиц, Вероника Никитина. "Вы считаете, товарищ майор, что немцы будут лучше готовы к нашему следующему рейду. А можно как-то улучшить манёвренность, поскольку наши самолёты летают не слишком быстро?"

"Это хороший вопрос", - ответила Раскова, которая заметила, что Нина Петрова вздремнула в уголке комнаты. "Товарищ Петрова, Ваши соображения?"

"Я же просто рядовой, у меня нет опыта", - ответила Петрова, надеясь, что её подчёркнутая скромность избавит её от необходимости отвечать на вопрос.

Все засмеялись. Но из Расковой не так легко было сделать посмешище. "Поздравляю, товарищ Петрова. Вы только что стали механиком в экипаже товарища Ониловой. Вы будете в точности выполнять её распоряжения. Когда закончите, доложите мне лично и получите дополнительный наряд на вечер".

Смех прекратился.

"Ещё есть соображения? Комментарии? Предложения?"

Снова встала Лилия. "Только одно. Можно разместить в кабине зеркала, чтобы мы выглядели как можно привлекательнее, когда будем громить фашистов?"

В этот раз засмеялась даже Раскова.

## x x x


В тот же вечер майор вызвала Лилию в свою землянку. Лилия шла и размышляла, чем это она могла вызвать гнев начальства. Она вошла и отдала честь.

Разговор был короткий и приятный. "Каково Ваше мнение - как мы справились с задачей?" - спросила майор напряжённо.

Слегка испуганно, Лилия всё же ответила от всей души, сама не зная, к чему приведёт такая откровенность.

"Возможно, я кое-что сделала бы иначе. Особенно в первые дни, но в целом, я полагаю, я хорошо выполняла свою работу и относилась ко всем в батальоне с добрыми намерениями".

Майор стояла молча. В тишине можно было бы услышать, как упала булавка.

"Я согласна с Вами, товарищ Литвяк. Вообще-то, я хотела сказать, что горжусь тем, что Вы в моём полку".

Впервые майор улыбнулась и предложила Лиле чашку чаю.

## x x x


"Эти крестьяне, вообразившие себя лётчиками в своих ветхих старых самолётах, больше не застанут нас врасплох", - завопил немецкий ас, лейтенант Хорст Петцшлер, который заменил на посту погибшего лейтенанта Дейссенрота.

"Я требую, чтобы немедленно установили ночное освещение возле артиллерийских орудий и чтобы все МЕ-109 были оснащены инфракрасными самонаводящимися снарядами. Небо будет патрулироваться в две смены после наступления темноты каждый вечер до самого рассвета. Я требую, чтобы немедленно уничтожалось всё, что движется. Вы меня поняли?"

Чего Петцшлер действительно не понимал в то время, - это то, что несмотря на свою медлительность, По-2 имел определённые преимущества перед более быстрыми Мессершмиттами. Самая малая скорость немецких самолётов была выше, чем предельная скорость По-2, что делало невозможной прямую атаку. По-2 мог маневрировать на крохотном участке, в то время как Ме-109 требовался гораздо больший радиус пространства. И, наконец, существовала проблема обнаружения. Ме-109, оснащённый даже самыми последними инфракрасными приборами обнаружения, был не в состоянии уловить тот незначительный поток тепла, который выделял мотор По-2 мощностью всего в 110 лошадиных сил. Летая чуть ли не по земле, По-2 часто оставался незамеченным, благодаря корпусу, покрытому холстом, который не "видели" радары.

"И после наступления темноты никакой выпивки и никаких песен, и строжайшая светомаскировка. Мы больше не станем помогать врагу, обнаруживая свои позиции".

## x x x


Раскова, предвидя, что немцы усилят бдительность, район вторжения на вражескую территорию. Она также распорядилась, чтобы в рейде участвовало больше самолётов. "Сегодня мы изменим угол полёта и нападём на немецкие укрепления с юго-востока, застав врага врасплох. Поскольку полетит 16 самолётов, я разделила вас на четыре группы, каждая будет отвечать за свой участок, таким образом мы сможем поразить больше целей на данной территории".

"Мы нападём с фланга, где, вероятно, находятся вражеские расположения, и уничтожим их склады боеприпасов, продуктовые склады и казармы. И, конечно, постараемся уничтожить как можно больше фашистов!"

Если не считать опасности, 586 полк становился для них домом... раз уж им приходилось воевать.

## x x x


Несмотря на усилившуюся бдительность немцев, второй рейд начался так же, как и первый.

Они выключили моторы на высоте 2 000 метров и тихо скользили над расположением врага, прежде чем ринуться вниз. Когда высота была примерно 400 м, часовые услышали, как свистит ветер, бьющийся о крылья По-2. В панике они поняли , что происходит, но было уже слишком поздно. Кто успел, бросился в укрытие. Все 16 самолётов одновременно начали сбрасывать свой груз. Взрывы были слышны на несколько километров вокруг. Впервые Лилия была так близко к месту взрыва, что слышала предсмертные крики людей, в которых она попала. Эти звуки она забудет нескоро. Её мысленный взор обратился в другое время и в другое место. Она увидела своего отца, привязанного к дереву. Она услышала выстрелы. Она увидела, как его тело сползло на землю.

Когда самолёты возвращались домой, Галина заметила, что крыло её самолёта было пробито. Самолёт начало швырять из стороны в сторону, она теряла высоту.

"Держи уровень", - крикнула Лилия по рации. "Держи уровень. Не пытайся увеличивать высоту. Я прикрою тебя с фланга". Не успела Лилия договорить, как огонь зениток с земли ударил в заднюю часть самолёта Галины.

"Я падаю", - пронзительно закричала Галина. "Парашют заклинило. Парашют заклинило".

"Держись!", - закричала Лилия подруге. "Обрезай стропы, потом ломай перегородку. До земли недалеко".

"Не могу. У меня нет ножа". Галина понимала, что у неё оставались считанные секунды. Если её суждено погибнуть, она должна вы полнить ещё один долг перед Родиной. Собрав все свои последние силы, она развернула самолёт и врезалась в оружейный склад гитлеровцев, недалеко от артиллерийского укрепления.

Когда Лилия развернулась, чтобы лететь на базу, она почувствовала мощный толчок взрыва, который осветил небо. Полк понёс первую потерю.

## x x x


На следующее утро состоялись простые и трогательные похороны Галины. Лётчицы собрались, чтобы почтить память своего боевого товарища. Тело взорвалось, и хоронить было нечего, но чувства переполняли их. Лилия плакала, не скрываясь. Пожалуй, впервые девушки осознали, что они на войне, а война кровава и беспощадна.

Лилия написала домой:

Дорогая мамочка!

Сегодня я впервые увидела смерть так близко. Это было тяжело. Тренировки в Таганском аэроклубе теперь кажутся просто забавой. Быть пилотом на войне - совсем другое дело, хотя это и почётно. Я никогда не забуду Галину, мою боевую подругу. Я также думаю о семьях тех, кто погиб от моей руки. Твоя дочь быстро взрослеет.

Береги себя, скоро мы снова будем вместе.

Твоя Лиля

## x x x


Ещё не пришедшие в себя после вчерашнего побоища, немцы наткнулись на кусок выжженной дотла земли, где погибла Галина. Покорёженные куски металла, обожжённое дерево и холст валялись повсюду. Гитлеровцы не могли поверить своим глазам. Они пытались осознать увиденное.

"Разве на этом антиквариате можно летать?"

Это открытие дало им повод для надежды. "Если они летают на такой рухляди, то, что произошло вчера ночью, больше не повторится. Армию этих первобытных людей не сравнить с нашей", - сказал один. Остальные засмеялись.

В этот момент приблизился единственный из выживших офицеров, их командир. "Что за разговоры? Это наши потери вызывают у вас такой смех?"

"Никак нет, господин лейтенант", - ответили солдаты, поспешив присоединиться к остальным. Офицер осмотрел то, что осталось от самолёта, переворачивая обгорелые куски дулом ружья. Среди огарков он заметил остаток лётного шлема. Размер показался ему слишком маленьким. Он решил осмотреть место падения самолёта более внимательно. И тут ему на глаза попался армейский ботинок, ещё тёплый после пожара. Он тоже был маленького размера. Вывод был невероятный, но несомненный. Лётчик был женщиной! А самолёт - развалиной, жалким подобием летательного аппарата времён Первой мировой войны. Офицер обессилено присел на лежавший рядом камень. Он представил себе, что его ждёт по возвращении. Повсюду, и среди равных, и среди старших по званию, будут распространяться сплетни о его бесславном поражении. И кем он побеждён! "Ночными ведьмами" - бабами, летающими на развалюхах. Потом он предстанет перед трибуналом и будет повешен. И, возможно, сам Гитлер узнает об этом. Такого унижения он вынести не мог. Он достал из кобуры "Люггер", приставил к виску и нажал на курок.

## x x x


На протяжении следующих трёх месяцев "Ночные ведьмы" совершили 30 рейдов, налетая всегда неожиданно и заставая немцев врасплох.

Смелый план майора, дерзкое предложение Лилии, необыкновенный героизм и мужество лётчиц нанесли тяжелый психический и физический удар по немецкому командованию и по тем войскам, которые пытались передвинуть линию фронта дальше на русскую территорию.

Официальные источники сообщали, что "Ночные ведьмы" убили 10 000 солдат противника, уничтожили 25 танков, нарушили многочисленные линии связи за первые два месяца своего существования.

(Члены отряда "Ночные ведьмы" заслужили 23 Ордена Героя Советского Союза и десятки Орденов Красного Знамени. Две женщины-бомбардировщицы - Катя Рябова и Надя Попова - за одну ночь вылетали на немецкие позиции 18 раз. Пилоты По-2 совершили более 24 000 боевых вылетов и сбросили на противника 23 000 тонн бомб. Большинство женщин-бомбардировщиц, которые дожили до победы в 1945 году, совершили по 1 000 вылетов каждая. Для сравнения - успешный американский лётчик насчитывал 50.

В конце войны Генсек Сталин за выдающиеся заслуги в годы войны удостоил полк "Ночных ведьм" честью участвовать в завершающем штурме Берлина).

## x x x


Благодаря успеху "Ночных ведьм" 586 полк под командованием Расковой был расширен и включал теперь дивизии истребителей и бомбардировщиков, ему было предоставлено новейшее оборудование и достаточное количество боеприпасов. Список женщин, желающих попасть в полк рос после каждой статьи об их подвигах, опубликованной в газетах. Некоторые просто испытывали желание летать, а некоторые, такие как Катя Буданова, крепкая, физически сильная девушка, стремились попасть во вновь созданную дивизию истребителей.

Раскова уже достаточно изучила лётные способности Лилии, чтобы понимать, что она обладает задатками таланта истребителя. Но Раскова не торопилась с выводами. Одно дело летать за линию фронта и сбрасывать бомбы без предупреждения, и совсем другое - участвовать в воздушном поединке, стреляя из пушки. Сможет ли Лилия справиться с нагрузкой, с переживаниями? Не слишком ли она хрупкая, и физически, и морально, для такого жестокого жизненного опыта?

Однажды поздно вечером Лилия имела серьёзный разговор с майором. "Разве я не доказала, что я настоящий боец?"

"Да, Лилия, доказала". Они беседовали два часа, и в конце концов Раскова уступила. Лилия снова выиграла спор.

## x x x


Лилия получила очередное звание - старший лейтенант - и была переведена в дивизию истребителей.

Там ей доверили истребитель Як-1, одноместный самолёт с низко расположенными крыльями и закрывающейся кабиной, двумя мелкокалиберными пушками и мотором в 1 100 лошадиных сил с жидкостным охлаждением. Его максимальная скорость составляла 700 км в час, что вдвое превышало скорость По-2.

"Тренировки будут интенсивными", - предупредила Раскова. "Эти самолёты несравнимо мощнее, чем все, на которых ты летала раньше". Лилия только кивала. Она снова была настроена на решительные действия. Пусть её дела говорят за неё сами.

Первые уроки прошли в классе и на взлётно-посадочной полосе, где Лилию обучали адаптации к высоте и маневренности.

"Ну вот это самолёт!" - улыбнулась Маша Кузнецова, второй пилот, недавно принятая в 586-й. Кузнецова, которая возвышалась над Лилией, улыбалась уверенно, шутливо поглаживая пушки, прикреплённые к фюзеляжу. "Я уже не дождусь, когда мы встретимся лицом к лицу с врагом и уничтожим его".

После всего, что им пришлось испытать, Лилия уже знала, что такое ужасы войны. Но ей всё же было трудно считать правильным убийство людей, даже врагов, какими бы жестокими они ни были. Она понимала, что какой бы беспощадной ни была военная машина, запущенная Гитлером, какой бы зверской ни была его идеология, какой бы неудержимой ни была его страсть к мировому господству, она всё-таки убивала отцов и матерей и детей, у которых были отцы и матери. "А я вижу в этих самолётах только машины, только средство вернуть мир наше Родине, больше ничего", - ответила она с достоинством.

"Разве так рассуждают отважные воины, которым можно довериться в яростном бою?" - насмешливо спросила Кузнецова. "Мне нужен рядом беспощадный боец, у которого не дрогнет рука, чтобы убить врага".

"Моё дело - служить Родине, а не твоим амбициям", - отрезала Лилия, не проявляя ни страха, ни слабости духа.

Раскова вмешалась: "Товарищи бойцы, приберегите свой пыл для противника".

В течение следующих нескольких недель Лилия сосредоточилась на меткости стрельбы. Сначала она постоянно промазывала.

"Эти пушки не рассчитаны на стрельбу с большого расстояния. Целься ближе", - учила её Раскова.

К началу третьей недели Лилины результаты улучшились, но всё ещё отставали от её лётных умений. Она хорошо видела цель, но нажимала на гашетку или слишком рано, или неточно, поэтому её снаряды ложились то правее, то левее. Раскова понимала, что эти недостатки можно исправить личным обучением, но у неё не было времени заниматься одним человеком, а больше ни у кого не было такой квалификации. Раскова решила сделать то, что считала наиболее целесообразным для всего батальона. "Лейтенант, я приняла решение. Вы принесёте больше пользы, обучая других и совершая эскортные вылеты, а с вами будет летать опытный напарник".

Лилия подчинилась приказу. Хоть она и была не согласна, но она была теперь солдатом. Она обязана была подчиняться приказам. Изначально, её, казалось, устраивала эта роль. В конце концов, она защищала небо над Саратовом, где размещалось множество военных заводов, госпиталей и гражданских служб.

Но к тому времени, как она совершила свой 35-й боевой вылет, патрулируя горд и сопровождая грузовые самолёты, ей надоело. Она обратилась к Расковой наедине, понимая, что прилюдный спор не принесёт моральной пользы батальону.

"Я вступила в воздушные силы не для того, чтобы играть роль няньки".

"Наберитесь терпения, товарищ Литвяк, придёт Ваше время", - заверила её Раскова.

И оно действительно пришло.

## Глава 25


Лилия и её ведомый, Катя Буданова, просматривают план полёта


Смоленская область, Россия...

Декабрь 1916 года

Екатерина Васильевна Буданова (Катя) родилась 7 декабря 1916 года в семье крестьян-бедняков Василия и Нины Будановых, которые жили в крошечной деревне Коноплянка, с населением всего в 520 человек, в 460 км к западу от Москвы. Её мама умерла при родах, оставив Василию Катю, её брата Петра и двух сестёр, Валентину и Ольгу. Катя была на редкость крепким ребёнком, при рождении она весила 4 килограмма. К 10 годам она уже умела сажать и окучивать картошку, помогая отцу. Когда Кате исполнилось 14, с отцом случился удар, после которого ему приходилось лежать, а на Катины плечи, хотя и крепкие, легли все заботы по хозяйству - посадка, прополка, защита урожая от сорняков и паразитов. В 1936, в возрасте 20 лет, уверенная в себе и в своих силах Катя, отказавшись от крестьянской жизни, отправилась в Москву с 10 рублями в кармане и небольшой котомкой, в которой лежал весь её нехитрый скарб.

Работы на фабриках было много. В соответствии с экономическими планами Сталина, Россия должна была стать развитой индустриальной державой с мощными военно-воздушными силами, способными защитить бескрайние просторы Родины. Прочтя несколько газетных статей о развитии авиации, Катя, которая много занималась самообразованием, решила стать авиамехаником на местном авиационном заводе, который производил одноместные УТ-1 и проводил испытания более мощных и быстрых истребителей ЯК-1.

Катя, как и Лиля, немедленно влюбилась в авиацию. Она стала членом местного авиаклуба и стала тренироваться без отрыва от производства. Получив удостоверение, она начала работать инструктором. Её крепкое сложение, искренний смех и отличные лётные качества сделали её всеобщей любимицей. Она участвовала в воздушных парадах, летая на УТ-1. к 1940 году она уже подготовила 20 лётчиков и была твёрдо намерена стать испытателем, несмотря на то, что была девушкой.

После нападения гитлеровской Германии на СССР в июне 1941 года, когда Сталин уже не так решительно отвергал идею создания женского авиаполка, она вступила в авиацию, поначалу не участвуя в боях, а обслуживая самолёты. Когда было объявлено о создании 586 женского авиаполка, Катя попросила друзей, знакомых с Расковой, замолвить словечко о её способностях и достоинствах.

Катю вызвали для беседы. Она явилась с рекомендациями, подписанными многими лётчиками, которых она подготовила к полётам. Она также была готова к экзамену по качествам самолета ЯК-1, так как она участвовала в его создании и испытаниях.

"Вы действительно летали на этом самолёте?"

"Много раз", - без заминки солгала Катя.

"Вы считаете, что можете обучать других?"

"Так точно".

"А как насчёт Ваших боевых качеств?"

"Я тренировалась в точности стрельбы из пушки, но только на земле", - ответила Катя, снова блефуя.

"Есть что-либо, чего Вы не знаете об этом самолёте?"

Катя подумала секунду. "Никак нет, товарищ майор".

"Значит, Вы знаете всё, что следует знать?"

"Так точно, товарищ майор".

Раскова была уверена, что Катя скажет всё, что угодно, только чтобы быть принятой в её полк.

"Вы напоминаете мне одну лётчицу из моего полка. Та тоже говорила всё, что я хотела бы услышать".

Катя улыбнулась, увидев, что её раскусили: "Понимаю, товарищ майор".

"Война - это не только полёты".

"Я понимаю".

"Вы готовы отдать жизнь за Родину?"

"Так точно, товарищ майор".

## x x x


Инна Паспортникова была среднего роста и телосложения и неброской внешности. И внешне, и по семейному положению она отличалась от Лили и Кати. Её мать и отец были школьными учителями в Сталинграде, оба закончили Московский университет. Они мечтали, чтобы их единственная дочь Инна пошла по их стопам. Она научилась читать и писать задолго до школы. К 13 годам она отличалась умением решать сложные творческие задачи. Как говорила её классная руководительница: "Похоже, нет такой задачи, которую Инна не сумела бы решить".

Случилось так, что её пытливый ум увлёкся автомобилями и двигателями внутреннего сгорания.

Одним январским утром, в 20-градусный мороз, её класс, во главе с учительницей, Анастасией Семеновной, отправился на долгожданную экскурсию в древнерусский город Кострома на Волге. Примерно на полпути мотор внезапно застучал и заглох, автобус остановился, как вкопанный. Водитель пытался завести мотор вручную, но ничего не получалось, и ему не оставалось ничего, как отправиться за помощью. "Анастасия Семёновна", - сказал он учительнице: "Займите детей чем-нибудь, я постараюсь вернуться как можно быстрее".

Учительница кивнула и начала развлекать детей пением популярных пионерских песен - "Взвейтесь кострами" и шуточной "Ах, картошка, объеденье". Но её усилий хватило ненадолго. Было очень холодно, и дети начали дрожать. Казалось, время остановилось. В конце концов, Инна решила взять дело в свои руки.

"Куда ты?" - спросила учительница, когда Инна направилась к месту водителя.

"Попробую завести мотор". Инна кивнула Сергею, самому сильному из её одноклассников: "Пожалуйста, выйди и подними капот, пока я попробую завести двигатель".

"Но ведь там холодно", - запротестовал Сергей.

Инна усмехнулась и попробовала польстить его самолюбию: "Я знаю. Но я попросила именно тебя, потому что ты самый большой и сильный".

Парень растаял. Удержать тяжёлую крышку капота было непросто, но он старался. Инна подёргала стартёр, потом вскочила в автобус, чтобы попробовать завести мотор. Что-то тихонько лязгнуло и застучало. "Что-то с зажиганием?" - спросила Инна. Сергей только пожал плечами, он не имел никакого представления о механизмах.

Инна поняла, что нужно искать другое решение.

"Игорь", - обратилась она к другому однокласснику. "Мы с Сергеем будем работать на улице. А ты садись за руль, я дам сигнал, когда ты включишь зажигание".

Мальчик испуганно покачал головой: "Но я никогда не делал этого раньше".

"Это легко", - успокоила Инна. "Просто тихонько поверни этот ключ. Только осторожно: если ты повернёшь его слишком резко, аккумулятор взорвётся, и мы все замёрзнем насмерть".

На лице у мальчика был написан ужас.

"Игорь, я пошутила".

Инна обнаружила, что клапан карбюратора неправильно открывался и закрывался, когда Игорь поворачивал ключ, а Сергей снова открыл капот. Она заметила, что контакты аккумулятора покрыты смазкой. Она сняла перчатки, набрала немного смазки на указательный палец, одновременно приоткрыв клапан левой рукой. Пока она наносила смазку на края клапана, её руки чуть не отмёрзли.

Она махнула рукой: "Игорь, поворачивай ключ". На этот раз автобус завёлся. Инна вскочила в автобус под приветственные крики одноклассников. Игорь, видя, как замёрзли у неё руки, включил печку и бережно поднёс её ладони к теплу.

Этот случай заставил Инну задуматься о своём будущем. К большому огорчению родителей, после окончания школы она решила пойти в профессионально-техническое училище. Как и многие девушки её возраста, она заинтересовалась авиацией после полёта Расковой на самолёте "Родина", особенно узнав, что лётчицы были вынуждены совершить посадку, когда у них внезапно кончилось горючее. Будь я главным механиком, такого не произошло бы, была уверена она.

Как Лиля и Катя, узнав о создании женского авиаполка, она тотчас поспешила записаться в него.

"Значит, вы хотите быть механиком?" - недоверчиво спросила секретарь.

"У меня есть к этому способности".

"Но все другие женщины, которые пришли, хотят быть лётчицами".

"Я не все другие".

Январь, 1942...

Катя и Инна прибыли в Энгельс через месяц после того, как Лиля получила повышение.

Лиля отчаянно рвалась в полёт. "Товарищ майор, я Вас уверяю, я могу помочь другим истребителям".

Раскова понимала, наверное, лучше, чем сама Лилия, что ей были необходимы две вещи, прежде чем она начнёт успешно участвовать в наступательных операциях. "Творческий" механик, который усовершенствует её самолёт и сделает его более манёвренным и быстрым, чем более мощные "мессеры", и бесстрашный ведомый, обладающий непоколебимой решительностью сбивать и уничтожать более опытных немецких лётчиков. Лилия неохотно согласилась с доводами Расковой.

## x x x


К концу их первого обеда Катя и Инна успели подружиться.

Они чувствовали друг в друге преданность делу и желание поскорее отправиться в бой. Общим было также то, что обе были мало озабочены своими внешними данными. Ни одна не пользовалась особым успехом у противоположного пола.

При росте 170 см и весе 85 кг, Катя любила поесть. Она поставила на свой поднос миску со щами, кусок хлеба и стакан компота и посмотрела на свою еду. Ей было этого мало. Она кивнула на хлеб: "Можно взять ещё кусок?"

Получив согласие повара, Катя взяла два ломтика.

"Может быть, и другим оставишь?" - ехидно спросила Лиля, стоявшая за ней в очереди. Инна, которая стояла дальше, заметила, что Катя не оценила шутку. Инна пришла на помощь подруге.

"Зачем ты так резко?" - спросила Инна. Катя благодарно кивнула.

"Это так вы разговариваете со старшим по званию?" - сказала Лиля, поворачиваясь так, что стали видны её знаки отличия.

Девушки ахнули. "Извините, товарищ старший лейтенант. Мы не знали".

"Надеюсь, что не знали. Ну и кто же вы такие?"

"Я механик".

"Я хочу быть истребителем".

"И насколько вы хорошие специалисты?"

"Инна... Товарищ сержант очень хороший механик".

"А товарищ Буданова - отважный лётчик".

"Вы всегда отвечаете друг за друга?" - улыбнулась Лилия. "Так уж случилось, что мне как раз нужны механик и ведомый. Может быть, взять вас?"

Катя решила сказать своё слово. "Товарищ старший лейтенант, спасибо за предложение. Но я лучшая в своём деле. И я хочу работать с лучшими. А лучшая - это старший лейтенант Литвяк".

"Я тоже", - эхом отозвалась Инна.

"Я тоже так считаю", - улыбнулась Лилия. "Может быть, когда-нибудь потом?"

"Может быть", - согласились девушки.

На следующее утро Катя и Инна стояли перед Расковой. "Я решила, что вы составите хорошую команду со старшим лейтенантом Литвяк". Девушки просияли.

"Старший лейтенант Литвяк, Вы не присоединитесь к нам?" Лилия вошла. Девушки так и разинули рот.

"Товарищ старший лейтенант, виноваты!"

"Лучше быть не виноватыми, а лучшими. Самыми лучшими", - Лилины глаза лукаво блеснули.

"Товарищи, завтра в 6:00 на взлётной полосе. Товарищ сержант, самолёты должны быть готовы к вылету".

## Глава 26


Талантливый механик Инна Паспортникова была назначена в помощь Лилии и Кате

Майор Раскова рассказала Лиле о хвастливых Катиных заявлениях. Они заключили договор. "Я проверю, настолько ли Буданова хороший лётчик, как она хвастается", - улыбнулась Лилия.

Девушки стояли на взлётной полосе. "Ну что, ведомый, готовы сопровождать и защищать своего лейтенанта?"

Катя утвердительно кивнула: "С огромным удовольствием". Инна что-то сомневалась в этом.

Лилия планировала подняться сразу вверх, резко свернуть направо, потом под углом 90? нырнуть к земле, пока Катя не потеряет её из виду, а потом возвратиться на базу и ждать Катю там. Интересно будет посмотреть, как она поведёт себя, потеряв ведущего.

"Катя, полёт может оказаться гораздо сложнее, чем ты думаешь."

"Почему, Инна?"

"Облака слишком уж плотные. Я не думала, что лейтенант решится проводить первый пробный полёт в такую погоду. Разве только она..."

"Что вы там бурчите, как две бабки?" - прервала их Лилия.

Как только они поднялись над посадочной полосой, Лилия резко дёрнула ручку управления и направила самолёт прямо в облака. Она достигла 1 200 метров и продолжала подниматься. К её удивлению, Катя двигалась строго параллельно. Прибор показал 2 500 - Катя всё так же была рядом. Лилия нырнула вниз. И снова Катя не отставала, улыбаясь и махая рукой. Она выдержала экзамен. Лилия дала сигнал спускаться.

Вернувшись на аэродром, Лилия подошла к Инне. "Сержант, я хочу, чтобы мой самолёт был так же усовершенствован, как и у сержанта Будановой".

"Почему Вы думаете, что я что-то с ним сделала?"

"До сих пор никто не мог летать наравне со мной".

(Лилия была права. Инна потихоньку "поколдовала" над Катиным карбюратором, в результате чего самолёт подруги смог совершать резкие повороты, не теряя мошности).

"Товарищ старший лейтенант, считайте, что уже сделано", - улыбнулась Инна.

"Товарищ старший лейтенант", - с улыбкой спросила Катя, забыв, какому испытанию она только что подверглась: "Ну, как я летаю? Я сдала экзамен?"

"Пока - да. Но это не повод успокаиваться. Поживём - увидим. А как насчёт меткости? Насколько Вы точно стреляете?"

"Ну вот завтра и посмотрим, хорошо?" - уверенно улыбнулась Катя.

На следующее утро температура упала до минус 29?. Инна встала пораньше, чтобы прогреть моторы и не дать им замёрзнуть. Жгучий северный ветер кружил над аэродромом. Было 5 часов утра. Металл был ледяной. Инна лила горячую воду в охладительную систему, чтобы растопить лёд. Она начала разбираться с мотором. Работа требовала аккуратности и осторожности. Инна стряхнула варежки, чтобы движения пальцев были точнее. Мотор нагрелся и обжигал руки. Она старалась работать быстрее, но обожглась, потому что перемёрзшие пальцы потеряли чувствительность, и она неосторожно задела раскалённые части мотора.

"Я думаю, тебе лучше пойти в лазарет. Я назначу кого-нибудь другого", - сказала Лилия.

"Товарищ старший лейтенант, со мной всё в порядке, правда", - старалась убедить её Инна. Она перевязала руку тряпкой, чтобы остановить кровотечение. Ей оставалось закрутить буквально одну гайку. Она потёрла онемевшие руки, чтобы восстановить кровообращение, сложила их лодочкой и стала дуть, восстанавливая чувствительность. Пока она закручивала гайку, руки снова начали неметь. Не получалась попасть гайкой на болт, и она насадила гайку на ноготь, поставила на место, а потом докрутила её ключом.

"Готово!" - крикнула она, перебивая шум мотора.

Лилия кивнула. Она гордилась Инной - её мужеством, решительностью и талантом. На протяжении всего боевого пути Лилии Инна будет её постоянным механиком.

"Похоже, сегодня в небе будет много фашистов", - сказала Катя. "Я готова... Время покажет, к чему я готова".

## x x x


Лилия настаивала на первом совместном вылете. Катя была готова. Внезапно Лиля вскрикнула и выскочила из кабины.

"Что случилось?" - закричала Инна, выбежав из ангара с гаечным ключом в руках.

"Чуть не забыла", - ответила Лиля и бросилась к пригорку неподалёку. Там дрожал на ветру кустик замёрзшего чертополоха и несколько стебельков ковыля. Она быстро сорвала потерявшие цвет растения. Этот безжизненный букет заменил ей синие и золотистые полевые цветы.

Лилия вскочила в кабину и бережно пристроила там свой букет. Инна переглянулась с Катей и пожала плечами. Однажды, будучи в кабине Лилиного самолёта, она не могла не обратить внимания на открытку с белыми и красными розами, прикреплённую к приборной доске. Теперь она поняла, что для Лили этот "букет" из чертополоха и ковыля был чем-то большим, чем казался постороннему взгляду.

"От винта!" - скомандовала Лилия. "Займёмся делом".

Взглянув на неё, Инна заметила ещё кое-что, что было не к месту. На Лиле был разноцветный шарфик, сшитый из обрезков парашютной ткани. Инна подумала про себя: Странная девушка! Нарядилась, как на бал, а идти-то и некуда!

## x x x


Девушки находились в полёте добрый час в поисках врага в небе. Они сворачивали вправо и влево, но немцев не было. Они поднимались над облаками, но и там не было немцев. Наконец, на границе русской воздушной территории они увидели вдалеке с десяток мессеров.

"Давай атаковать", - возбуждённо крикнула Катя.

Лилия рассуждала более спокойно. "Их слишком много. Лучше вернёмся на базу".

Катя буквально подпрыгнула от возмущения. "Повторяю - возвращаемся на базу", - твёрдо приказала Лилия.

Приземлившись, девушки заспорили. "Мы солдаты", - доказывала Катя. "Наша задача - уничтожить врага, а не давать ему улететь".

"Наша задача - защищать наше воздушное пространство. У нас не было приказа пресекать линию фронта".

"Но они были такой лёгкой добычей", - хвастливо заявила Катя.

"Без поддержки нашей эскадрильи - нет!"

На следующее утро Катя, Инна и Лиля стояли на взлётной полосе. Было холодно, но не так, как накануне, просто обычный зимний день.

"Наверное, майор слышала, как ты рассуждала за обедом или в землянке. Сегодня нам приказано отправиться на поиски немцев в радиусе 100 км вокруг аэродрома и сбивать всех, кто бы ни подвернулся", - сказала Лилия.

"Наконец-то", - вздохнула Катя с облегчением, не то в шутку, не то всерьёз.

"Машина готова", - сказала Инна.

Лилия и Катя стояли у самолёта с картой в руках и обсуждали маршрут. Поскольку дул сильный северный ветер, они решили лететь в восточном направлении, чтобы ветер не мешал, а наоборот, помогал им, пока они не поднимутся на высоту 3 000 метров. Оттуда им откроется хороший обзор, а облака будут служить прикрытием.

Девушки покатились по взлётной полосе, взлетели и взяли поворот направо. Лилия приказала, чтобы Катя держалась поблизости, но когда она поднялась над облаками, она не увидела Катин самолёт. Вдруг она услышала её пронзительный крик и резко спустилась, решив, что Катя ввязалась в бой. С удивлением она увидела, что рядом никого нет, а Катин самолёт швыряет из стороны в сторону. Наверное, что-то вышло из строя, подумала она и скомандовала: "Немедленно катапультируйся!"

Катя продолжала кричать, как будто её разрывали на куски. Лилия снова осмотрела небо. Нигде не было видно вражеских самолётов. Наконец, после долгого молчания, прерывистым голосом Катя произнесла: "Связь восстановлена. Возвращаюсь на базу".

Когда до базы оставалось метров 500, самолёт снова резко дёрнулся вправо, потом влево. Лиле оставалось только молиться, чтобы подруга благополучно приземлилась. Каким-то образом ей это удалось, и вскоре Катин самолёт, подпрыгивая, уже катился по посадочной полосе. Когда он, наконец, остановился, Катя вылетела из него, как ошпаренная. Лилия приземлилась несколькими минутами позже и побежала к подруге, в то время как Инна тщательно осматривала самолёт. Заглянув в кабину, она вдруг начала хохотать. Она вытащила за хвост крошечного мышонка, который верещал и извивался, стараясь освободиться.

"Убери эту чёртову тварь подальше от меня!" - завопила Катя. "Сначала она забралась в мой комбинезон, а потом начала бегать по приборной доске". Инна отпустила перепуганную мышь. Та посмотрела на кричащую Катю и побежала прочь от посадочной полосы.

С того дня Катю прозвали "Победитель мышей".

## x x x


Несмотря на происшествие с мышью, Катя, Инна и Лилия стали самым лучшим и самым результативным экипажем в 586 полку. На их счету было уже 50 успешных вылетов, и они продолжали засыпать начальство рапортами с просьбой направить их на Сталинградский фронт. Оттачивая свои боевые навыки, Лилия также продолжала улучшать свой самолёт. Сначала она нарисовала номер 44 на фюзеляже своей боевой машины - в память о счастливом времени, когда она ребёнком, а потом подростком, побеждала в школьной конькобежной команде. "С этим номером я как будто снова лечу на коньках", - объяснила она Инне, с которой быстро подружилась.

Со вторым изменением вышли проблемы. В честь своей мамы, она хотела нарисовать белые лилии по обеим сторонам кабины. Сначала ей не разрешили - ведь это же боевой самолёт. Но Лилия, как всегда, настояла на своём. Дело дошло до командира, и Раскова разрешила - только если рисунок будет сделан профессионально.

На следующий вечер Инна встретила Лилю, сияя: "Лиля, я нашла Владимира Колесова из 73-го, и он согласился".

Лилия и Катя уставились на неё непонимающе: "Колесов? На что согласился?" Инна объяснила, что до войны Владимир был художником, рисовал вывески и плакаты. "Он согласился нарисовать для тебя цветы, но в обмен..."

"В обмен на что?"

"Что Катя его поцелует".

"Я думаю, это выгодная сделка", - улыбнулась Лилия.

"А как он выглядит, этот Владимир?" - поинтересовалась Катя.

"Какая тебе разница? У тебя что - много таких предложений?" - засмеялась Инна.

"Я считаю, мы договоримся. Сначала пусть он нарисует лилии. Если работа меня устроит, Катя заплатит ему поцелуем, когда будет подходящий момент".

"А моё мнение никто не хочет спросить?" - поинтересовалась Катя.

## x x x


10 сентября 1942 года...

Лилия, Катя и Инна добились своего - их просьба отправить их на Сталинградский фронт была удовлетворена.

Взволнованная Катя написала отцу:

Дорогой папочка,

Уже поздно, так что моё письмо будет коротким.

Завтра меня отправляют на фронт.

Во мне нет страха, мы полны решимости сражаться до конца, пока не добьём фашистов.

Мы победим!

Люблю, люблю,

Твоя Катя

## x x x


"Вы спите?" - шёпотом спросила Инна.

"Нет", - ответила Лиля.

"Я тоже", - откликнулась Катя.

"Наверное, волнуемся перед завтрашним днём", - сказала Лиля. "Может быть, пойдём погуляем, посмотрим на звёзды? Сегодня чудесная ночь".

Девушки оделись и потихоньку пошли по лагерю, взяв друг друга под руку. Они заметили огонёк в землянке майора и заглянули в оконце. Раскова сидела, задумавшись, над документами и потягивала чай из кружки. Девушкам стало неловко подсматривать.

"Пойдём отсюда", - прошептала Лилия. К несчастью, Катя споткнулась о кочку, чуть не упала и ударилась о стену землянки. Раздался шум. Раскова вскочила и резко открыла дверь. "Кто это тут шпионит среди ночи?"

Инна и Катя вытолкнули Лилю вперёд как старшую. "Товарищ майор, мы не нарочно. Мы просто не могли заснуть, всё думали о завтрашнем дне. Увидели у Вас огонёк, и вот..."

Раскова улыбнулась и вздохнула: "Понимаю. Мне тоже не спится".

Она распахнула дверь и пригласила: "Заходите на чай".

Разговор получился душевный. "Я вижу, у вас сложилась отличная команда. Здорово, что вы так сдружились. Это на всю жизнь".

"Вы будете скучать по нам?" - улыбнулась Лиля.

"Вы все мои дети, и вы выполняете благородную миссию. Вы воплощаете надежды и мечты многих женщин, защищая Родину наравне с мужчинами".

"Да, сейчас мы и должны быть наравне, чтобы делать то, что должны делать", - сказала Лилия. "Но потом я хочу быть просто женщиной, во всех смыслах".

"Я чувствовала то же самое, до того, как вышла замуж за Сергея. Но некоторым мужчинам это трудно понять и принять".

"Сергей смог?" - спросила Лилия.

"Лиля, но это же очень личное", - перебила её Катя. "Нас это не касается".

Майор улыбнулась. "Ничего. Наверное, из этого тоже можно вынести урок. Лиля, Сергей хотел видеть во мне самостоятельную женщину, какой я и была, и сейчас являюсь. Но в то же время ему нужно было, чтобы я была хорошей женой и нежной матерью. А вот это у меня не получилось. Я выбрала своей миссией научить женщин бороться за наше дело, и это оказалось главным в моей жизни, а семейной жизнью пришлось пожертвовать".

"Вы жалеете?" - снова спросила Лилия.

"Лиля!" - с упрёком воскликнула Инна.

"Я иногда задаю себе этот вопрос. Дело в том, что я и сама наверняка не знаю. Возможно, когда-нибудь люди будут вспоминать меня и оценят то, что я сделала для народа. А может быть, я не так уж много и сделала..."

Наступило молчание.

"Лейтенант, когда-нибудь и Вы встретите своего любимого. Я желаю Вам, чтобы он уважал Вас и Ваши мечты, а Вы окружите его любовью, пониманием и заботой, которые ему необходимы".

## Глава 27


Лилии - красивой девушке и боевому офицеру - пришлось отстаивать право на своё место в небе

Сентябрь, 1942

Сталинград...

473-й авиаполк был обычной авиабазой, наскоро созданной на окраине города, - открытое поле, 2000 на 500 метров, вытянутое с востока на запад, которое разровняли и покрыли восьмигранными бетонными плитами, два метра в диаметре, напоминающими по форме пчелиные соты.

У этого временного сооружения были свои преимущества: оно было прочным, защищало от осенней грязи, и можно было быстро заменить отдельные плиты, если они были повреждены во время воздушной атаки. База была создана за два дня, и в этом тоже проявился русский характер - сработано грубо, примитивно, но надёжно, а главное - хорошо послужит защите Родины. Единственный ангар на базе был закамуфлирован, так же как и крыши землянок. В таких же землянках хранились боеприпасы и горючее.

## x x x


"Товарищ генерал, я просил прислать опытных лётчиков, способных участвовать в боях, а Вы присылаете мне трёх женщин?" - разочарованно произнёс майор Николай Баранов, командир элитного 473-го истребительного полка. "Разве мы недостаточно хорошо проявили себя? Без ложной скромности скажу, что в нашем полку служат лучшие лётчики страны!".

"Согласен", - раздался голос на другом конце телефона.

"Тогда в чём дело?"

"Эти женщины тоже доказали, что они храбрые воины. Поверьте мне".

"Когда их ждать?"

"Завтра".

Баранов был типичным представителем мужской части населения, пренебрежительно относившийся к женщинам. Но он также был преданным солдатом, и последнее обстоятельство перевесило. Он пообещал сделать всё от него зависящее, чтобы женщинам было удобно.

"Вы подготовили отдельную землянку?" - спросил он у дежурного сержанта.

"Для кого же такие привилегии?" - спросил широкоплечий капитан Алексей Соломатин, который без сомнения был лучшим авиатором полка, и по количеству полётов, и по количеству сбитых немцев.

(Соломатин родился в сибирской тайге в семье лесоруба. Довольно рано, может быть, лет в 12, он начал помогать отцу валить лес. Он был довольно высоким для своего возраста, где-то 183 см, но худым и расторопным. Напряжённая работа превратила его тело в мощную и мускулистую машину. Вскоре он занялся боксом. Его приёмы были простыми и прямыми. У него была только одна цель - вперёд! И никто не мог ему помешать или остановить его!

К 18 годам он провёл 21 бой в среднем весе, и ни в одном из них не был побеждён, хотя его противники были больше и сильнее. Он посылал своих противников в нокдаун, но сам ни разу не упал на ринге. Вскоре в местных газетах появились статьи о нём, которые дали ему прозвище "Сибирский охотник", а его мощную, неудержимую манеру ведения боя называли "стилем разъярённого быка", при этом подчёркивая его впечатляющий список побед.

Чем чаще он побеждал, тем смелее становились его мечты. Однажды у него не останется ни одного соперника в его весовой категории, и он станет сильнейшим спортсменом России. Он отправился в Москву и вступил в спортивный клуб Краснопресненского района, чтобы тренироваться у легенды российского спорта Леонида Федуна. Федун посвящал перспективному новичку немало времени, обучая его новым приёмам, стараясь сделать его технику боя менее предсказуемой.

"Наноси удар и отскакивай, чтобы не быть доступной мишенью", - втолковывал ему Федун.

Но Алексей был так уверен в силе своих ударов, что не видел смысла прислушиваться к советам тренера. И чем больше боёв он выигрывал, тем упрямее становился. Несмотря на технические промахи и споры с тренером, ему организовали бой с ленинградцем Виктором Морозовым. Оба боксёра были до сих пор непобедимы в среднем весе, но теперь победа должна была достаться кому-то одному.

Оба избегали ближнего боя. Морозов боксировал и увивался вокруг Алексея, который сыпал мощными беспорядочными ударами. После десяти раундов Алексей был измотан, ссадины кровоточили.

На следующий день Алексей встретился с Федуном в спортивном клубе. Парень присмирел, выглядел смущённым и готов был слушаться указаний тренера.

"Нам предстоит много работы", - сказал Федун. "Тебе следует много и упорно тренироваться, отрабатывая технику ударов. Я также предлагаю составить расписание боёв с самыми сильными боксёрами, независимо от того, к какому клубу они принадлежат".

Алексей сомневался.

Федун признавал природный талант парня, но он хотел научить его дисциплине и порядку. Он предложил ему другой выход.

"Алексей, может быть, тебе стоит перейти к другому тренеру или даже в другой клуб, например, ЦСКА (Центральный Спортивный Клуб Армии - прим.переводчика)".

"Может быть, мне это и не по душе, но я не привык бегать от трудностей", - ответил Алексей.)

"Мы ожидаем гостей".

"Гостей?" - Соломатин удивлённо поднял брови, взглянув на Баранова своими чёрными глазами. "Так у нас, вроде бы, военная авиабаза, а не отель".

"К нам прислали пополнение - три женщины. Два лётчика и механик".

"Это что - шутка?"

"Капитан, я уверен, что они скоро запросятся назад. Уж слишком тяжёлые бои идут под Сталинградом, они не выдержат".

"Если не погибнут раньше, чем это случится".

"У них очень хвалебные рекомендации из 586-го полка".

"Что Вы хотите - там же все женщины".

"Мне сообщили, что они прекрасно справляются со своим делом, так что я попрошу Вас содействовать мне и принять их должным образом".

"Что я должен делать?"

"Я хочу, чтобы Вы и лейтенант Литвяк летали в паре и защищали западные подходы к городу".

"Товарищ майор, но этот район усиленно патрулируется немцами".

"Вот мы и должны сломить эту защиту, чтобы войска и мирное население получили помощь до наступления зимы. Это потребует особых усилий, и нужны самые лучшие лётчики".

"Слушаюсь!"

## x x x


Когда на следующий вечер девушки прибыли, их не встречали с оркестром, а просто проводили в предназначенную для них землянку, построенную в стороне от остальных.

К их удивлению, там их приветствовал строгий, подтянутый майор Баранов.

"Добро пожаловать, товарищи. Полагаю, вы понимаете, что ваше прибытие является историческим событием для русской авиации". (Лилия, Катя и Инна думали об этом не так высокопарно). "Ваша землянка находится далеко от остальных лётчиков, так что в случае неожиданного налёта немцев будьте начеку".

"Товарищ майор, какие будут приказания?" - спросила Лилия.

"В 6-00 завтра утром явиться на командный пункт, а там посмотрим".

Лилия не поняла - что значит "там посмотрим"? Она инстинктивно чувствовала, что Баранов и сам пока не знает, будет ли от них польза или они станут обузой для полка. Она мысленно поклялась доказать ему, что уж чем-чем, а обузой они точно не будут!

Вскоре Баранов попрощался и исчез в темноте ночи.

"Добро пожаловать в наш новый дом", - улыбнулась Катя и в шутку подняла фляжку, как бокал.

На следующее утро, ещё до восхода солнца, Лилия отправилась на командный пост. Часовой при виде её прикоснулся к пилотке, небрежно отдавая честь. Лилия, будучи офицером, отчитала его: "Рядовой, как Вы приветствуете старшего по званию?!"

"Виноват, товарищ старший лейтенант!" - ухмыльнулся часовой.

"Надеюсь, такое больше не повторится?"

"Никак нет, товарищ старший лейтенант!"

"Как пройти к командному пункту?"

"Шагов 400 направо, товарищ старший лейтенант".

Лилия продолжила путь, пристально вглядываясь в темноту.

Через несколько минут она вздрогнула от оклика. Трое солдат с винтовками наперевес преградили ей путь:

"Стой! Кто идёт?"

"Старший лейтенант Литвяк", - ответила она.

"Пароль?"

"Я не знаю. Но меня ждёт майор Баранов".

"Сейчас проверим", - недоверчиво протянул сержант. "Младший сержант Кислица, проверьте информацию".

Через минуту Кислица вернулся. "Всё верно. Товарищ старший лейтенант будет летать с капитаном Соломатиным".

К тому моменту, когда Лилия дошла до командного пункта, весь полк уже был осведомлён о том, что их долгожданное пополнение - женщины.

"Доброе утро, товарищ старший лейтенант", - сказал Баранов.

"Доброе утро, товарищ майор", - отсалютовала в ответ Лилия.

"Это Ваш ведущий, капитан Соломатин".

Соломатин оторопел при виде Лилии. Интересно, как эта хрупкая, миниатюрная девушка справляется с мощной машиной? В то же время, заглянув в её сияющие серо-голубые глаза, он внезапно почувствовал, как что-то ёкнуло в сердце.

"Вы летали на Яках?"

"Так точно".

"Как долго?"

"Около шести месяцев".

"Не так много, чтобы хорошо овладеть этой техникой".

"Я училась летать и раньше".

"На чём?"

"На По-2".

"По-2? Их давно пора сдать в музей".

"Согласна", - сказала Лилия. "Но в то время у нас ничего другого не было. Мы отключали моторы и сбрасывали бомбы, и немцам было трудно определить наше местонахождение".

Соломатину уже доводилось слышать о храбрых лётчицах, которых немцы метко прозвали "Ночными ведьмами". Лилия была первой "ведьмой", с которой ему довелось познакомиться. Она запала ему в душу.

Через несколько минут беседа была закончена. Они взяли карты, парашюты и оружие и бок о бок направились к самолёту. Соломатин улыбнулся, как всегда, уверенный в себе. "Товарищ старший лейтенант, извините".

"За что, товарищ капитан?"

"За моё нерадушное поведение".

Лилия смутилась. Её было странно, что такой сильный и мужественный офицер оказался таким чувствительным и тактичным.

Она решила помочь ему. "Товарищ капитан, я Вас понимаю. Вам ещё не приходилось летать на военных самолётах с блондинками полтора метра ростом?"

"Это правда", - с явным облегчением улыбнулся Соломатин.

К тому времени, как они подошли к самолёту, они уже весело смеялись и шутили. Инна, которая регулировала управление, чтобы её миниатюрная подруга могла дотянуться до педалей, была озадачена. Позже она делилась с Катей: "Капитан взял её за руку и подмигнул, когда она поднималась в кабину. Потом он поднялся на крыло и помог Лиле с парашютом. А она просто светилась от удовольствия, как зверушка, которую погладили по шёрстке".

## Глава 28


Лилия и Лёша бьют фашистов в небе над Сталинградом

473-й авиаполк был оснащён более совершенными Як-9. Такие же, как Як-1, но полностью металлические, со скоростью 550 км в час, они были способны быстро взлетать под крутым углом. На них были расположены 37-мм пушка и два 12,7 мм пулемёта, которые стреляли разрывающимися снарядами и которых очень боялись немцы. Як-9 немногим уступали Мессершмиттам 109. С начала немецкого вторжения русская промышленность, под руководством Сталина, сделала большой рывок вперёд в производстве военных самолётов. С точки зрения Соломатина, Як-9 в руках опытного и отважного лётчика становился мощной машиной для убийства, не хуже тех, что производила Германия.

На высоте 3 500 м Соломатин вместе с Лилией совершал полёты к востоку от города, в поисках немецких формирований, а потом они возвращались назад в надежде по пути застать врасплох стаю стервятников.

Лилия сняла предохранитель и дала короткую очередь, чтобы проверить, как работает её оружие. Слева от себя, немного ниже, она увидела сквозь стаю облаков несколько бомбардировщиков Хенкель-111. "Товарищ капитан, три хенкеля ниже. Три хенкеля ниже. Будем атаковать?" - Взволнованно запросила Лилия по радио.

"Вижу" - коротко бросил Соломатин. "А ты заметила также три мессершмитта над ними?"

"Нет".

"Держитесь своего курса. Мы не будем ничего предпринимать, если немцы не заметят нас".

Соломатин знал, что после того, как бомбардировщики сбросят свой груз, они изменят курс. Именно в этот момент они будут наиболее уязвимы. Поэтому Соломатин и Лилия приняли решение лететь параллельно, на некотором расстоянии позади, воспользовавшись густыми облаками, которые скрывали их от немцев.

Лилия летела на 600 м правее от Соломатинского Яка. Она постоянно крутила головой то направо, то налево.

"Следуй за мной", - прокричал голос Соломатина в её наушниках. Он сделал петлю, а потом резкий разворот влево. Лилия нажала педаль до предела, повернула рычаг влево и последовала за самолётом Алексея. Теперь они были выше и позади немецких бомбардировщиков. Но где же мессершмитты? Лилия внимательно вглядывалась вперёд.

Неожиданно ведущий бомбардировщик заметил их самолёты и изменил курс. Соломатин начал стрелять. Самолёты разнесло в разные стороны. Она увидела обломки крыла и дым, вырывавшийся из двигателя одного из бомбардировщиков. Соломатин продолжал снижаться. Лилия последовала за ним. Они настолько приблизились к другому немецкому самолёту, что он оказался прямо перед её ветровым стеклом. "Огонь!" - закричал Соломатин. "Огонь!"

Её рука замерла на спусковом крючке. Её охотничий инстинкт был не так силён, как у Соломатина.

Алексей закричал ещё громче. "Огонь! Я сказал - огонь!" Его голос звенел у неё в ушах. Лилия нажала на гашетку и начала стрелять. Её выстрелы не попадали в цель. Она резко свернула влево, чтобы увернуться от хвоста бомбардировщика, потом с силой нажала на рычаг и устремилась вперёд, чтобы догнать своего ведущего.

Лилия потеряла Соломатина из виду. Она уже почти развернула свой Як и повернула обратно к бомбардировщикам. Они разлетелись в разные стороны. Ведущий хенкель беспорядочно вращался, потеряв контроль управления, оба его мотора были охвачены пламенем и дымом. Где же капитан? Она слышала в наушниках его голос: "Опасность! Опасность позади тебя. Сворачивай вправо". Она посмотрела в боковое зеркало и увидела "мессер", который кружил вокруг неё и стрелял. Она даже слышала, как барабанят пули по её кабине. Она резко повернула вправо, снижаясь и постоянно вращаясь. Немцы продолжали висеть у неё на хвосте. Она видела вспышки их выстрелов, но не чувствовала ударов. Внезапно она увидела в боковом зеркале большую оранжевую вспышку.

Когда она поднялась выше и немного взяла влево, она увидела, что Соломатин ждёт её метрах в 500. "Возвращайся на боевую позицию метрах в 300 от меня". Оба лётчика внимательно осмотрели небо вдоль всего горизонта. Прошло всего пара минут после их внезапного столкновения с немецкими самолётами. И мессеры, и хенкели исчезли из виду.

Соломатин начал снижение. Лилия последовала за ним к западу от города, сквозь разорванные облака.

Они заметили хенкель без сопровождения в 1 000 м от них, удирающий со всех ног. Прикрытия не было видно. Соломатин увеличил скорость и бросился за ним. Лилия поняла, что он собирается сделать. По опыту, Соломатин знал, что сбоку от немецкого бомбардировщика есть "мёртвое пространство", где пулемёт будет неэффективен. Соломатин помахал Лиле, давая знак, чтобы она приблизилась и начала атаковать. "Сможешь? Я могу рассчитывать на тебя?"

"Да!" - крикнула Лилия по рации.

"Не стрелять, повторяю, не стрелять, пока я не дам приказ!"

Когда Соломатин скомандовал начать огонь, Лилия подошла к хенкелю так близко, что могла бы дотронуться рукой до его кабины. Она снизила скорость, чтобы поравняться с вражеским самолётом, попала в зону пониженного давления, тянущуюся за ним, и самолёт качало. Потом она нажала на гашетку и держала на ней руку секунд десять. Она видела, как её выстрелы разрывали брюхо хенкеля. Потом она повернула машину влево, так как осколки попадали ей на крыло и мотор.

Раздался взрыв, и из мотора вырвалось пламя. Хенкель полетел прямо к земле. Соломатин не был уверен, погиб ли лётчик или он притворялся, чтобы суметь улизнуть. "Продолжать атаку!" - крикнул он жестко. "Продолжай атаку!"

"Думаю, это прямое попадание. Я вижу пробоину. Вижу пробоину".

Соломатин проигнорировал Лилино замечание. "Атакуй, пока я не прикажу прекратить!"

Они оба по очереди атаковали, прикрывая друг друга. Зрелище было ужасное. Бомбардировщик был весь охвачен пламенем, от кабины до хвоста.

На высоте 1 000 м капитан и Лилия вышли из стремительного падения и вывернули машины влево. Они кружили над поверженным бомбардировщиком, пока он не взорвался на поле. Черный столб дыма поднялся над местом его падения.

Когда они вернулись на базу, майор Баранов поджидал их на взлётной полосе, чтобы отправить в следующий полёт. Лилия и Соломатин выполнили акробатический трюк на высоте не более 20 метров над аэродромом: она сделала круг вправо, а Алексей - влево. Инна, стоявшая в конце полосы, была уверена: Баранов придёт в ярость, ведь он только недавно предостерегал своих асов от таких проделок. "Товарищи, показной удали не место на войне, это может привести к аварии. Празднуйте свои победы на земле, а не в воздухе". Но сегодня Баранов только посмотрел вверх, махнул рукой и ухмыльнулся.

Лилию одновременно переполняло чувство радости и смущения, она понимала, что Соломатин готов был подвергнуть величайшей опасности своих боевых товарищей - в данном случае её - лишь бы только уничтожить врага. Её чувства были противоречивы. Война не считалась с личными трагедиями, их было так много, что каждая по отдельности просто не имела значения. Но поведение Соломатина возмутило её. Неужели война полностью убила в нём нравственные чувства?

Её размышления были прерваны громким ликующим голосом Соломатина. "Эта девушка станет асом - клянусь чем угодно", - радостно заявил он во всеуслышание. Потом он заметил пробоины в кабине. Только тут до него дошло, что произошло.

"Ты в порядке?"

"Может быть, нужно было спросить раньше, когда мы были в воздухе? Когда мы рисковали жизнью".

Соломатин запнулся. "Таковы обстоятельства. Наша главная задача во время войны - разгромить врага для общего блага. Само собой разумеется, что некоторые из наших товарищей не доживут до победы. Моя обязанность взвешивать шансы каждый раз, когда мы ввязываемся в битву".

"Товарищ капитан, при всём уважении, я считаю, что только Бог может определять цену жизни". Она хотела сказать что-то ещё, но сдержалась.

Соломатин понимал, что спор не закончен, но он не мог не обратить внимание, как красива Лилия, даже в пылу сражения, покрытая копотью и потом. "Поговорим об этом в конце дня".

"Да, товарищ командир".

"Если нам предстоит быть одной командой, я бы предпочёл, чтобы ты называла меня по имени. Меня зовут Алексей, а друзья называют Лёша".

Лиля заглянула в глубину его тёмных глаз. Несмотря на несогласие с ним, она почувствовала, как в груди что-то ёкнуло. "Тогда я буду называть тебя Лёша".

"А как Вас звали в мирное время, лейтенант?" - улыбнулся Алексей.

"Лилия".

"А как тебя называют близкие друзья?"

"Лилия".

Они от души рассмеялись.

## x x x


Подбежала Инна. "С вами всё в порядке?"

"Сержант", - обратился к ней Алексей. "Подготовьте самолёт к следующему вылету где-то через час".

"Товарищ капитан, я бы с радостью, но потребуется больше времени. Мне нужно проверить фюзеляж, не повреждены ли панели, кабели или руль высоты".

"может быть, на сегодня достаточно?" - сказал Алексей. Они с Лилей улыбнулись Инне и направились в командный блиндаж отчитываться о полёте. Закончив отчёты, Лиля вернулась поболтать с Инной. "Ну, как мой самолёт?"

"Сегодня летать не сможет. Слишком много пробоин".

"А Лёша знает?"

"А кто такой Лёша?"

"Наш капитан".

"Лёша", - подумала Инна. Один бой - и уже Лёша".

"Лёша - это настоящее орудие убийства", - вздохнула Лиля.

Если бы Алексей и Лилия встретились в другом месте и в другое время, они могли бы бродить, взявшись за руки и разговаривая о будущем. Но сейчас будущее для них означало не что иное, как ближайший бой. И разговоры у них были иные. Алексей пообещал: "Пока идёт война, я научу тебя, как стать орудием возмездия". А ещё: "Каждого немца, которого я убью, - я убью в твою честь".

Всего в то утро они вдвоём убили одиннадцать немцев.

## x x x


Лиля всегда уделяла много внимания своей внешности, но теперь она, Катя и Инна столкнулись с трудностями - как оставаться всегда чистыми и свежими, ведь они находились в мужском окружении. Водопровода не было. Когда позволяла погода, они купались в реке. Когда стало прохладнее, они грели воду на плитке и устраивали себе купание. Мужчины даже построили для них грубую деревянную кабинку.

Но девушки особенно любили, когда к ним на фронт приезжал "банный поезд". Было много воды, можно было уединиться, и, как женский пол, они получали право купаться первыми. Эта сцена стала в 473-м полку уже привычной. Десятки лётчиков и служащих терпеливо выстраивались в очередь возле поезда, пока Лилия, Катя и другие женщины наслаждались душем, не жалея горячей воды. Обычно, когда "банный поезд" уходил, Алексей подшучивал: "Теперь от тебя больше пахнет женщиной".

## x x x


Особой проблемой для троицы было мытьё головы. Грязь и копоть, а без них не обходился военный быт, забивались в волосы, и их нужно было долго отмывать. Но тогда мужчинам пришлось бы ждать их ещё дольше, а это было невозможно.

Поэтому Лиля, когда всегда находила выход из положения, придумала, как им справиться с этой проблемой. Каждый день после последнего полёта Лиля просила Инну принести большое ведро и полотенце и кусок мыла к ним в землянку. Лиля открывала клапан радиатора своего Яка, набирала воды в ведро, а потом доливала доверху холодной водой. Потом она снимала свой шлем о обматывала шею полотенцем. Инна лила воду ей на голову и взбивала мыльную пену. Потом снова лила воду. Потом Лиля тщательно прополаскивала волосы холодной водой и быстро шла к себе в землянку, обернув голову полотенцем. Её волосы всегда выглядели упругими и сияющими.

Сначала мужчины не могли поверить своим глазам. Даже Катя посмеивалась над этим ритуалом, который она прозвала "Лилины мыльные танцы". Но потом они все трое стали использовать этот способ мытья волос. Сначала все думали, что Баранов разозлится и запретит это своеволие. Но Лилия явно покорила его. Наблюдая эту картину, он только пожимал плечами и хмыкал.

Много лет спустя, Инна написала в своём дневнике: "Лиля доказала, каким хорошим лётчиком она была. Раз уж ей хотелось мыть голову под радиатором Яка, немного горячей воды вряд ли могло ослабить мощь Советских Воздушных Сил".

## Глава 29


Берёзовая роща, залитая солнечным светом,

хоть ненадолго отвлекает от военных будней

Январь 1943

Саратов

БИТВА ЗА СТАЛИНГРАД ПОДХОДИЛА К КОНЦУ

Остатки немецкой шестой Армии начали отступление, когда на разрушенный некогда великий город, как называли его русские, падал густой мокрый снег.

Прекратились и немецкие воздушные налёты на Сталинград.

Лилия и Лёша решили совершить последний рейд над опустошённым городом, который ещё недавно представлял собой поле битвы. Они летели на высоте всего двести метров, так что им хорошо был виден город, который стал такой важной частью их жизни. Глядя на то, что осталось от Сталинграда, они понимали, как должно быть выглядит ад, в котором побывали и солдаты, и гражданское население.

Они никогда не ходили по этим улицам, вымощенным булыжником, но под крыльями их самолётов мелькали калейдоскопом виды разрухи, и впечатление было удручающее; километр за километром - здания, стёртые с лица земли, представляющие собой груды измельчённых камней и кирпичей. Они пролетели над разрушенными корпусами тракторного завода, который служил им ориентиром во время полётов. Оба подавленно молчали.

Потом они сделали полубочку, один за другим, и облетели Мамаев курган, за который шли такие ожесточённые бои. Почти на вершине они увидели остов сгоревшего немецкого танка. По всем склонам кургана лежали непогребённые тела и советских, и немецких солдат. Колонна русских солдат, заметив самолёты, помахала им с земли. Лилия и Алексей отсалютовали им ответ, помахав крыльями . это приветствие приободрило Лилию - значит, не зря они совершили столько трудных вылетов.

Несколько минут спустя, они пролетели над Сталинградским элеватором. Конечно, ни Лилия, ни Алексей не знали этого, но именно здесь работала 17-летняя старшеклассница Тамара Памятных, которая была влюблена в 19-летнего старшего сержанта Ивана Егорова. В ту зиму она проводила на элеваторе по 16 часов и больше, формируя буханки безвкусного хлеба из пшеничной шелухи, остатков зёрен и пыли, чтобы хоть чем-то кормить жителей города, отрезанных немцами от внешнего мира. Тамара носила фотографию Ивана в кармане у сердца. Она говорила своим товарищам по работе - в основном, таким же подросткам, как она сама - "Любовь Ивана греет меня в самые суровые, самые холодные дни".

Утром 11-го декабря немецкий батальон окружил завод и одержали победу в короткой рукопашной битве с рабочими элеватора, которые были вооружены только деревянными скалками, сковородами и кухонными ножами. Тамара сражалась бесстрашно, пока её сердце не пронзил 16-дюймовый немецкий штык. Она погибла мгновенно. Иван узнал о своей утрате толко весной следующего года.

## x x x


ВЕРНУВШИСЬ ИЗ ПОЛЁТА, ПРИОБОДРЁННАЯ ЛИЛИЯ решила в тот вечер написать домой.

Дорогая мамочка,

Поздравляю тебя с Новым годом! Желаю тебе пережить все тяготы войны как можно легче, а главное - быть здоровой, тогда всё остальное тоже будет хорошо.

Верь в нашу победу! Верь в то, что счастье придёт!

Мы на фронте празднуем нашу победу под музыку боя. Линия фронта передвигается, и мы преследуем врага. Мы живём в землянках, условия, конечно, хуже, чем в бараке. Сыро. Конечно, я лучше себя чувствую в воздушном бою.

Теперь для меня всё это стало уже привычным, а не пугающим. А вообще всё хорошо. Я абсолютно уверена, что это последний Новый год, который мы празднуем не вместе.

Ты должна верить в меня. Я здорова и жизнерадостна.

До свидания, целую.

Твоя Лиля.

## x x x


Видя храбрость Лилии и Кати вызвали уважение и восхищение со стороны мужской половины 473-го полка, тем более, что Лёша открыто расхваливал их лётные способности. Теперь каждый лётчик знал - на таких напарников можно положиться во время боевого вылета.

Одним январским вечером, когда в небе было тихо, Лёша, Даниил Петров, друг художника Владимира Колесова, и ещё один лётчик, лейтенант Максим Федосеев, явились в гости к Лиле, Кате и Инне в землянку.

"У нас есть тост", - заявил Алексей с широкой улыбкой.

"По какому поводу?" - спросила Лилия, стоя на пороге, не желая впускать нежданных гостей.

"По поводу того, что все мы живы и здоровы".

После небольшой перепалки с Катей и Инной Лиля неохотно разрешила мужчинам войти. Девушки предпочли горячий чай, в то время как мужчины пустили по кругу бутылку водки. Они сидели через одного: парень - девушка. Катя рядом с Даниилом, Инна - с красивым темноволосым Максимом, а Лиля - рядом с Лёшей.

Даниил первым заметил, что в землянке у девушек было значительно теплее, чем в их собственной, несмотря на то, что у них была точно такая же керосинка и размеры землянки были примерно одинаковы.

"А почему так?"

"А где вы ставите керосинку?"

"Посреди комнаты, конечно", - фыркнул Даниил, подумав: что за глупый вопрос.

"А мы ставим свою ближе к входу. Тогда воздух, который просачивается через дверь, тоже согревается". Лёша засмеялся. Всё оказалось так просто. "А как насчёт лишнего одеяла?" - продолжала Катя. "Лишнего одеяла?" - уставился на неё Даниил.

Катя подошла к входу в землянку.

"Ну да, возьмите ещё одно одеяло и завесьте вход. Тогда холодный воздух не будет проникать внутрь, и ночью будет тепло".

"Я думал, ты лётчик из деревни", - засмеялся Даниил. "Кто знал, что ты инженер из Москвы?"

Теперь засмеялись все.

Прикончив бутылку, мужчины вернулись в свою землянку и занялись усовершенствованиями. В эту ночь им спалось куда лучше, чем за всю предыдущую зиму.

Утром, пока Лёша и Даниил сидели в офицерской столовой, Максим, размахивая руками, убеждал в чём-то начальника склада. Наконец, тот утвердительно кивнул. Они пожали друг другу руки. Максим вытащил пригоршню махорки из кисета и протянул кладовщику.

Потом Максим вошёл в столовую и присоединился к товарищам.

В ходе разговора Максим спросил: "Согласны, что девушки нам сделали большое одолжение?"

Лёша и Даниил согласно кивнули.

"Тогда я предлагаю устроить для дам танцевальный вечер".

"Широкий жест", - засмеялся Лёша. "Но может быть, ты заметил, что кругом война? Свободное время может выдаться нескоро, так что может быть, лучше не давать им пустых обещаний".

"А когда придёт время", - поддразнил друга Даниил, - "Я напишу маме и попрошу прислать наш семейный граммофон". Лёша снова засмеялся, представив картинку.

К их полному удивлению, на утреннем совещании майор Баранов объявил, что товарищ Сталин присылает двадцать лётчиков, самолёты и продовольствие в 473-й полк как поощрение за их выдающиеся боевые заслуги.

"Такое пополнение позволит нам немного расслабиться... по крайней мере, на один денёк. Я предлагаю разделить полк на группы и давать им отдых на сутки по очереди".

Так вдруг оказалось, что возможность отдохнуть и провести время с девушками из отдалённой мечты превратилось в реальность.

Максим был готов использовать момент.

"Послушайте, вот и давайте пригласим Лилю, Катю и Инну к нам в землянку на танцы. Лёша, тебе поручается обеспечить еду и напитки. Я полагаю, на моём счету достаточно убитых немцев, чтобы отдавать распоряжения", - сказал он с напускной важностью.

Лёша был не против идеи с танцами.

"Да, транспорт я тоже обеспечу".

"Хорошо", - сказал Максим. "А я достану музыку". Потом он пошёл на склад и вернулся с несколько потрёпанным граммофоном и пластинкой, на одной стороне которой было танго "Брызги шампанского", а на другой - популярный вальс "На сопках Манчжурии".

"Как тебе это удалось?" - поинтересовался Лёша.

"Догадайся!"

"Похоже, что ты это заранее запланировал. А кто пойдёт приглашать?"

Даниил и Максим дружно указали на Алексея.

"Даниил, а каков будет твой вклад?"

"Я сам - для Кати".

"Этого маловато".

Даниил подумал. "Тогда я раздобуду водку".

## x x x


"А ЗАЧЕМ ВЫ НАС ПРИГЛАШАЕТЕ?" - спросила Лилия, стоя у входа в свою землянку.

"Мы хотим пригласить вас на танцы. Мы уже всё приготовили. Даже землянку нагрели".

"Вы сошли с ума?"

"Нет, просто хотим сделать вам подарок. Поблагодарить за то, что теперь спим в тепле и не тарахтим костями от холода, как раньше".

Леша заглянул Лиле в глаза. "У нас есть транспорт, музыка и напитки. А майор дал нам день отдыха от этого ада. Пожалуйста, приходите к нам".

Она почувствовала его волнение. И он был такой красивый, так убедительно говорил.

Она посмотрела на девушек, которые улыбались, пожимая плечами, как бы говоря: решай сама, но мы заинтригованы.

Лиля неохотно согласилась. Но с самого начала хотела внести ясность: "Но при одном условии: если вы будете вести себя как джентльмены".

Парни улыбнулись и приложили ладони к сердцу.

## x x x


ЛЁША ПОЗАБОТИЛСЯ О ТОМ, ЧТОБЫ он, Максим, Даниил и девушки попали в первую группу "отпускников". Сначала они отправились на вершину холма, который находился в пяти километрах от базы. Их окружили берёзы, которые уцелели после бомбёжек. "Здесь так красиво", - сказал Лёша. "Я бывал здесь, когда было свободное время, и невольно молил Бога, чтобы он помог нам вернуть всё так, как было до войны".

"Нам всем следует молиться об этом", - сказала Лиля. Они молча прошли километра два, думая каждый о своём. !Давайте вернёмся в нашу землянку", - сказал Даниил. "У нас есть для вас сюрприз". Мужчины согласно кивнули.

Несколько минут спустя грузовик подвёз их к землянке. Даниил помог Кате спрыгнуть с машины. Войдя внутрь, Максим извлёк граммофон и поставил пластинку. Послышалась знакомая музыка. Он протянул руку Инне, и они начали танцевать.

Даниил улыбнулся Кате. Она кивнула. Всем уже было понятно, что молодой человек покорил её своими обходительными манерами. К ней ещё никто так тепло не относился. Она молчала и краснела.

Лёша медленно подошёл к Лиле. Он не мог оторвать от неё взгляда. Он стоял перед ней, открыто, честно, протянув к ней руки.

"Это ничего не меняет", - сказала она.

"Конечно".

Пока они танцевали, Лиля чувствовала себя свободно и раскованно. Она склонила голову на его плечо. Трудно было представить себе, что вокруг шла война.

Музыка закончилась.

У Даниила появилось предложение. "Давайте отметим этот день и нашу дружбу! У нас есть водка".

Девушки обиделись: "Нет, мы не будем".

Они двинулись к выходу.

"Подождите. Это не обычная водка, а ... коровья!"

Даниил принёс из грузовика ведро молока и несколько кружек. Девушки удивились. Молоко на фронте было большой редкостью.

"Где вы взяли этот божественный напиток?" - спросила Катя.

Даниил улыбнулся, переглянувшись с друзьями. "А это наш маленький секрет".

На этот раз с необычным предложением выступила Катя.

"Теперь, когда мы напились вашей "водки", - она хитро улыбнулась, вытирая рукавом рот, - "Я предлагаю поиграть в "облака"

Все пятеро переглянулись недоумённо.

"Вы что, никогда не играли в "облака"?"

Не сговариваясь, они ответили хором: "Нет, мы никогда не играли в "облака".

Это получилось забавно, и все начали хихикать, как расшалившиеся дети.

"Тогда я объясню. В нашей деревне все этим увлекались. Мы должны лечь на спину и смотреть в небо".

Друзья уселись на поваленный ствол дерева, устремив взгляд в синее небо, усеянное белыми облаками.

"Смотрим на облака", - рассказывала Катя. "Включите воображение. Что вы видите? У ког7о получится самая интересная картина, тот и победил".

Лилия не была уверена - не хочет ли Катя посмеяться над ними.

"Поскольку ты самая опытная из нас в этом деле, с тебя и начнём".

"Согласен", - сказал Лёша.

Катя повела глазами направо, потом налево. Она увидела большое облако, к которому прижалось другое, поменьше, а за ними плыли ещё два, маленьких, как пушинки.

"Это семья из четырех человек. Папа, за ним следует мама, а потом две дочки-близняшки. Они идут к своей бабушке. Видите, у них новогодние подарки в руках. Папа поворачивается к ним, сказать, чтобы они поторапливались, а то уже опаздывают".

Даннил был заворожен Катиным нежным, задумчивым, трогательным голосом.

Прошло двадцать минут, и они все закончили свои истории. Там были и драконы в лагунах, и привидения в домах, солдаты в битве, и ещё много чего.

Но все согласились, что самая лучшая история получилась у Кати.

"Становится поздно. Нам пора домой", - озабоченно сказала Лилия.

"Неубедительно звучит", - сказал Лёша.

"А что нужно, чтобы было убедительно?"

"Поцелуя хватит".

Лиля улыбнулась и подошла к Лёше. Он обхватил её стан руками. Объятие было нежным.

Остальные им захлопали.

Их союз был как бы официально признан.

## x x x


Даниил настаивал, чтобы Катя ехала рядом с ним, когда они возвращались.

Лиля, Лёша, Максим и Инна тщетно пытались прислушаться, что Даниил говорил Кате - грузовик так тарахтел по каменистой дороге и гудел мотором, что это было невозможно.

Час спустя девушки уже готовились ко сну в своей землянке. Наконец, Инна решилась задать вопрос, который у них с Лилей вертелся на языке.

"О чём вы с Даниилом шушукались целый час?"

Катя улыбнулась, сунула руку в карман и вытащила оттуда серебристый с красным перочинный ножичек.

"Такой красивый", - сказала она с гордостью. "Мой Даниил сказал мне, что его отец подарил этот ножичек ему на 16-летие. Он принадлежал его отцу, а ещё раньше - деду".

## x x x


Лёша понимал, что он сражён наповал.

Он сидел в своей землянке и размышлял, как правильно действовать в отношении своих чувств к Лиле. Он очень хотел бы знать, что же она чувствует к нему. Они почти ничего друг другу не сказали во время их танца. Подумать только - это было всего несколько часов назад.

Он решил, что напишет ей письмо, в котором объяснит свои чувства. Если Лиля не ответит, его сердце будет разбито, но, по крайней мере, об этом будет знать только он.

Он нашёл обрывки старого плана полёта - другой бумаги не было. Он решил писать на обратной стороне, стараясь, чтобы никто не догадался, чем он занимается. Он написал одно письмо, потом скомкал его. Слова все были не те. Он написал второе, потом третье - с тем же результатом. Наконец, в четвёртом ему удалось более-менее правильно выразить то, что он испытывал, слова были сдержанными, но они верно выражали его чувства.

Он перечитал письмо, свернул его и положил в карман.

Но события разворачивались так, что он так и не передал письмо Лиле лично в руки.

## Глава 30


Капитан Соломатин быстро завоевал сердце лейтенанта Литвяк

Февраль 1943...

СЕГОДНЯ БЫЛ ОДИН ИЗ ЛУЧШИХ ДНЕЙ В ЖИЗНИ ЛИЛИИ.

Инна заметила хитрую улыбку на губах подруги, когда они шли по взлётному полю после обеда.

"Почему ты так ухмыляешься?" - спросила Инна, которая теперь стала лучшей подругой Лили.

"Сегодня майор Баранов пообещал оставить нас с Катей в нашем полку до конца войны. Он сказал, что мы представляем собой прекрасный пример для других женщин".

"А меня вы не посвятили в свои планы", - слегка обиделась Инна. "Это значит, что вы хотите, чтобы я ушла, когда придёт моё время?"

"Не говори глупостей. Мы с Катей замолвили словечко Баранову за всех троих. Мы теперь одна семья. И наша семья будет защищать Родину, пока Гитлеру не придёт конец. А когда война закончится, мы так и останемся семьёй, потому что это наша судьба, и у неё нет границ".

Девушки остановились и крепко обнялись.

Вдруг из-за тени деревьев появился вооружённый часовой и наставил на них оружие.

"Стой! Кто идёт?" - часовой охранял артиллерийские орудия. "Пароль".

"Волга", - сказала лилия.

Часовой узнал её. "Прошу прощения, товарищ лейтенант, но так положено".

"Всё в порядке, товарищ, Вы правильно поступаете".

Часовой улыбнулся: "Я горжусь, что служу вместе с Вами".

Лилия застенчиво улыбнулась и покачала головой.

"Да ты у нас знаменитость", - шутливо подколола её Инна.

Лилия не знала, что ответить, поэтому просто промолчала. Девушки продолжали путь на пригорок, они прошли последний пост и остановились полюбоваться заревом, которое освещало темнеющее небо над Сталинградом. Издали грохотали "катюши", бьющие по последним немецким позициям по другую сторону Волги.

"Перевес на нашей стороне. Великий город остался нашим. Разве ты не чувствуешь гордости за то, что мы совершили, несмотря на всю боль и страдания?"

В глазах Лилии сверкали отблески ночных вспышек.

"Майор сегодня сказал такое, от чего мы с Катей почувствовали гордость. Представляешь, он сказал, что мужчины лётчики могут спокойно доверить нам свои жизни во время боевых вылетов", - сказала Лилия с чувством радости и достоинства.

"Это значит, что мот руки будут продолжать мёрзнуть, пока я буду готовить ваши самолёты к вылету", - улыбнулась Инна.

Инна заметила, что Лиля не ответила на её шуточное замечание. Было ясно, что её мысли витают где-то далеко.

"Вызываю лейтенанта Литвяк. Повторяю. Вызываю лейтенанта Литвяк. Ответьте".

Лиля улыбнулась. Она вернулась на землю.

"В каких облаках ты витала?"

"Ты знаешь, мне кажется, что я влюбилась в Лёшу".

"Ты сошла с ума?" - спросила Инна.

"Думаю, что это серьёзно, Инна. Я увлекалась другими, но так ещё никогда не было. У меня начинает колотиться сердце, даже когда он просто посмотрит на меня. А иногда, даже когда я только подумаю о нём".

"Вы же только недавно познакомились. Может быть, это просто потому что идёт война..."

Лилия задумалась. "Нет, не поэтому. Он настоящий орёл. Мой орёл, сильный, смелый и красивый".

"Ты помнишь, о чём мы так часто говорили? Представь себе, что..."

"Я знаю, знаю", - улыбнулась Лиля, вспомнив решение, которое женщины часто принимали на войне. "Никаких отношений с мужчинами, пока не закончится война!"

Лиля остановилась и намотала прядку волос на палец.

"И тем не менее, это случилось. Мне нужно разобраться со своими чувствами. Решить, что делать дальше".

Несмотря на военные обстоятельства, у Лили было романтическое настроение, и её дальнейшие отношения с Алексеем рисовались ей как идиллия. Она летала на истребителе, что всегда было её мечтой, а теперь она была влюблена в человека, который был лучшим среди лётчиков-испытателей. И он был рядом с ней. Более того, она была уверена, что он тоже влюблён в неё.

"Он сказал тебе об этом?"

"Ну конечно, нет!" - ответила Лиля чуть ли не с возмущением, как будто сам факт войны запрещал говорить на такие темы. "Он понимает, что сейчас неподходящие обстоятельства".

"Тогда почему ты так уверена? Может быть, ты выдаёшь желаемое за действительное?"

Выражение лица Лили стало задумчивым. Она ещё никогда не открывалась Инне с такой стороны.

"То, как он смотрит в мои глаза. Как помогает мне подняться в самолёт. Как улыбается, когда мы возвращаемся домой. И как..."

Инна замахала руками: "Остановись!" Теперь она была убеждена, что Лиля по уши влюбилась, эмоции били из неё фонтаном, как будто она превратилась в сентиментального подростка, но ведь война... Нужно её остановить, пока кто-нибудь посторонний не заметил.

"Конечно", - сказала Лиля, вдруг снова став серьёзной: "Несмотря на силу моих чувств, я не могу полностью им отдаться. Как можно сейчас?"

"А вы говорили о будущем? О том, что будет после войны?"

"У нас не было возможности побыть наедине. Он говорит: "Сейчас только война имеет значение. Завтра я научу тебя, как стрелять, чтобы убивать побольше немцев".

"Очень романтично", - хмыкнула Инна.

## x x x


В ТЕ КОРОТКИЕ ЗИМНИЕ ДНИ отношения между Лилией и Лешей стали крепче и доверительнее.

Под Лёшиным руководством к февралю Лилия сбила ещё шесть немецких самолётов - три истребителя и три транспортных самолёта, которые везли продовольствие немецким пехотным войскам, окружённым советскими солдатами. Русская армия набирала силы с каждым днём.

В те дни, когда они не летали и не бомбили военные цели, они проводили время вдвоём и уже не таили свои чувства друг от друга.

Как позже написала Инна в своём дневнике, через много лет после окончания войны, "Большинство девушек в женском авиаполку были влюблены в кого-нибудь. Можно сказать, что это было модным явлением. На самом деле, большинство парней появлялись в их жизни ненадолго, только на то время, пока они делили лётное поле. Потом их романы продолжались только в письмах, и только изредка им удавалось встречаться. Такие встречи редко приводили к близости. Для этого не было ни времени, ни подходящих условий".

"Но у Лили и Лёши всё было по-другому. И все наши товарищи понимали это. Днём они обычно летали вместе и вечера тоже, по возможности, проводили вдвоём.

"В их поведении не было ничего недостойного. Леша обычно приходил в нашу землянку, и они с Лилей сидели и тихонько разговаривали в уголке. Они держались за руки и иногда просто сидели молча часами. Это не было неловкое молчание, им просто хорошо было вместе.

"Я думаю, они задавались вопросом, как сложится их жизнь после войны, но они боялись обсуждать это их страха, что кто-то из них может не дожить до конца войны."

Однажды, когда Лёша отдыхал в своей землянке, Катя, Инна и лилия обсуждали только что завершённый полёт.

"Мне кажется, что немецкие укрепления слабее всего в одном месте, в 130 км на запад от нашей базы".

"А это значит..." - посмотрела внимательно Катя.

"А это значит, что нам надо лететь прямо к цели, вместо того, чтобы облетать с левого фланга и заходить с тыла, что будет значительно быстрее".

Обычно добродушная Катя решила подразнить Лилию. "Конечно, надо поспешить, чтобы побыстрее вернуться к дорогому Лёше".

Лилю задело, что одна из её лучших подруг считает, что она готова на такой опасный риск, просто чтобы пойти на поводу у своих желаний.

"Катя, что ты говоришь!"

"А что? Не правда?"

"Я не стыжусь, это правда, я люблю Лёшу, и я хотела бы быть с ним каждую минуту, но я никогда не ставлю свои чувства выше долга".

"Ну извини, я не хотела тебя обидеть", - Катя протянула подруге руку в знак дружбы.

Вместо этого Лиля крепко обняла Катю. "И тебя я тоже люблю".

В ту ночь Лиле приснилось, что они с Лёшей в офицерском клубе в Москве празднуют окончание войны. Оркестр играет "Андреевский вальс". Леша держит её в объятиях крепко и бережно и шепчет ей на ухо: "Я влюбился в тебя. Безнадёжно и навсегда". И она нежно целует его.

## x x x


ИНОГДА ОНИ ПРОСТО НЕ МОГЛИ СКРЫВАТЬ СВОИ ЧУВСТВА, особенно после трудного задания. Однажды, после такого полёта, Лёша заметил несколько пробоин на фюзеляже Лилиного самолёта, как раз позади кабины. Он подхватил её под руки и помог ей спуститься на землю так бережно, как будто она была фарфоровой куклой. Её волосы прилипли к вспотевшему лбу, когда она сняла шлем. Она улыбнулась и закатила глаза к небу, как бы говоря: вот это была драка! Леша наклонился к ней и прошептал что-то на ухо. Она снова улыбнулась и тоже шепнула ему что-то в ответ. Как остальные ни пытались, они ничего не смогли расслышать, оставалось только догадываться.

## x x x


ЛЮБОВЬ ЛИЛИИ И АЛЕКСЕЯ УЖЕ ДАВНО была "шилом в мешке" для всех, об этом секрете знали практически все, потому что почти каждый вечер он проводил в девичьей землянке.

Обычно Лёша и Лиля обедали и ужинали в офицерской столовой вместе с остальными. Иногда они громко смеялись, но обычно просто разговаривали о полётах и заданиях. После ужина, обычно часов в шесть, она возвращалась домой вместе с подругами, а он - к себе в землянку.

Потом, через 30 минут, как часы, он приходил в гости к Лиле.

"Можно войти?" - обычно спрашивал он.

"Инна и Катя всегда спрашивали хором: "Кто Вам нужен, товарищ капитан?"

Лёша отвечал им в тон: "Я хотел бы обсудить задание на завтра со старшим по званию".

Потом он не выдерживал и улыбался, Инна и Катя прыскали, как девчонки, а Лиля появлялась из-за занавески - волосы красиво убраны, лицо сияет, губы накрашены красным.

## x x x


Баранова связывала с Алексеем крепкая дружба, и этим тоже в какой-то степени объяснялось то, что он закрывал глаза на его любовь с красивой лётчицей.

Влюблённые видели, что все относятся с пониманием к их сердечным делам. Они ценили это и не давали волю своим чувствам на людях. Лилия не обнимала и не целовала Алексея перед полётом. И после возвращения они не стояли, взявшись за руки и глядя друг другу в глаза.

Но когда они оставались одни, они переставали сдерживаться и смотрели друг на друга с любовью и нежностью. И когда они возвращались с трудного задания, на лице Алексея читалось откровенное облегчение, что Лилия вышла из смертельной битвы цела и невредима.

"Мамочка", - часто писала Лиля домой, - "иногда мне бывает трудно находиться рядом с человеком, которого я полюбила на всю жизнь. Мне хочется крепко обнять его. И чтобы он тоже крепко обнял меня. Но мы оба понимаем, что близкие отношения невозможны, когда вокруг идёт война. Любовь - это безумие, правда? Но и война не имеет смысла, правда?"

Как объясняла Инна много лет спустя: "Обстоятельства не позволяли людям, которые глубоко и искренне любили друг друга, быть вместе. Но наши влюблённые делали всё возможное. Иногда вечерами Лиля и Лёша натягивали на себя свои тёплые шлемы и меховые полушубки и прогуливались по лётному полю - миниатюрная фигурка Лили, похожая на медвежонка в тяжёлой, неуклюжей лётной одежде, и рядом высокая фигура Соломатина, гордо вышагивающая рядом с ней, засунув руки глубоко в карманы комбинезона.

## x x x


"К сожалению, такие прогулки часто совершались в жгучий мороз, так что, несмотря на шерстяные носки и меховые сапоги, им приходилось шагать быстро, чтобы не замёрзнуть.

"Лиля рассказывала мне, как ужасно было видеть во время полёта, как на Лёшину машину летят немецкие самолёты. Но их любовь давала им силы сражаться как можно лучше. Их чувства не мешали им быть собранными в бою, а наоборот, помогали. С самого первого дня нашего знакомства Лиля всегда проявляла в полёте свои лучшие качества. Но её чувства к Лёше подняли её боевые качества на новый, более высокий уровень".

## x x x


Лилия утомлённо лежала на кровати с закрытыми глазами, а Лёша сидел рядом на стуле, прислушиваясь к её дыханию.

В голове у него крутились вопросы, на которые не было ответа.

Почему мы встретились здесь, сейчас, а не в солнечных полях, покрытых яркими цветами?

Почему именно мне поручили обучать эту девушку, это прекрасное божье создание, целиться и убивать?

А Гитлер... Что заставляет человека вмешиваться в историю мира и причинять несказанную боль и страдания тысячам, миллионам людей?

Чем больше он размышлял, тем больше бередил себе сердце. Лоб покрылся испариной, сердце забилось сильнее, руки начали дрожать. Он глубоко вдохнул чистый прохладный воздух. Потом тихонько вышел из землянки и достал из кармана пачку сигарет.

Из темноты вынырнула чья-то тень. Леша вытащил пистолет.

"Над нашей базой 109-й, примерно на высоте 2 000 метров. Не вижу, один или есть ещё", - на бегу крикнул часовой, поднимая тревогу.

Леша побежал обратно в землянку. Он потряс Лилю за плечо. "Подъём! Тревога!" - закричал он. "Катя, Инна, подъём!"

## x x x


Девушки вскочили, схватили вещи, выбежали и посмотрели в чистое, покрытое звёздами небо.

Над полем отчётливо видна была тень мессершмидта-109. Все четверо пытались угадать его направление, пока бежали к своим машинам. Вдруг Алексей остановился. Лиля потянула его за рукав: "Ты сошёл с ума! Быстрее! Пожалуйста!"

"Он один. Других не видно", - сказал Алексей, указывая на небо.

Лиля посмотрела в том направлении, куда он показывал. Лёша был прав.

Самолёт ещё покружил над базой, не сделав ни одного выстрела. Интересно, какова была его цель? "Какой смысл? Или он такой храбрый, или дурак".

МЕСЯЦ ЗА МЕСЯЦЕМ ПОСТОЯННЫХ БОЁВ с русскими истребителями наложили свою печать на Люфтваффе, силы которых начали иссякать. Те лётчики, которые ещё остались в районе Сталинграда, действовали теперь очень осторожно, понимая, что перевес уже на стороне Советов.

И всё-таки этот одинокий "мессер" появился. Это могло означать только одно, думал Алексей. Отчаявшийся пилот предлагал поединок русскому лётчику, как в старые гладиаторские времена.

"Прошу разрешения на вылет. Я собью этого нахала", - крикнул Соломатин Баранову.

"Даю разрешение".

Лешин Як был заправлен, пулемёты заряжены.

Лиля была очень бледна. "Лёша, но почему ты? Почему не кто-нибудь другой? Ты же только что вернулся с задания".

"А почему бы и не я?" - Лёше хотелось увеличить счёт своих побед.

Лиля стиснула его руку. Он отстранился: "Со мной всё будет хорошо".

Несколько минут спустя Алексей уже был в воздухе и приближался к немцу. В этот раз, по какой-то, ей самой непонятной причине, Лиля почувствовала, что не может наблюдать за поединком. Она повернулась и ушла к себе в землянку.

Как выяснилось, волноваться, действительно, было не о чем. Несмотря на то, что вначале у немца было преимущество в высоте, битва продолжалась не более пяти минут. Алексей подлетел под брюхо "мессеру" и продолжал подъём, практически неуязвимый. Поравнявшись с врагом, он начал стрелять сразу из обеих пушек. Почти мгновенно фюзеляж и хвост мессершмидта превратились в клубок пламени и дыма, рухнувший на землю. То ли пилот был ранен и не смог выброситься, то ли у него не было парашюта. Как бы то ни было, самолёт взорвался при падении на землю вместе с лётчиком.

Лиля услышала взрыв и выбежала из землянки с выражением ужаса на лице.

"С капитаном всё в порядке. Он сбил фрица".

Лиля вздохнула с облегчением, видя, как самолёт Алексея спустился и совершил победный круг над лётным полем. Когда он приземлился, он выпрыгнул из кабины, и все приветствовали его радостными криками. Он довольно усмехнулся и подмигнул Лиле. Она послала ему воздушный поцелуй. Инна многозначительно толкнула Катю в бок.

Полчаса спустя они снова были в воздухе в поисках вражеских самолётов.

## x x x


НИКО ЛАТАРИЯ ВЛЮБИЛСЯ В ЛИЛЮ с первого взгляда, когда она только что вернулась с трудного задания, уставшая и покрытая потом.

Но он, как и все другие, знал, что она уже нашла мужчину своей мечты, поэтому смуглый красавец-грузин Латария только заглядывался на неё издали. Он был лейтенантом, то есть младше по званию, чем Соломатин. Он понимал, что не имеет смысла, да и неумно затевать распри в полку, тем более, что Лилия, хотя и знала о чувствах Нико к ней, ничем его не поощряла. Даже были моменты, когда Катя и Инна упрекали её за то, что она уж очень груба с Латарией, хотя его ухаживания не выходили за рамки учтивости, когда, например, он предлагал ей заправить самолёт раньше него.

"А я не прошу и не требую от него учтивости", - резко отвечала Лиля.

И всё-таки Лиля неоднозначно давала понять, что она не оставляет незамеченным неразделённое внимание к ней самого красивого, талантливого и смелого лётчика в полку. Соломатин, со своей стороны, никогда не видел в нём серьёзного противника.

Несмотря на то, что оба проявляли интерес к Лилии, мужчины неплохо ладили. Обстоятельства гибели Нико потрясли Алексея, хотя в глубине души он задавался вопросом, что же это на самом деле было - преднамеренное самоубийство или проявление храбрости.

## x x x


СЛУЧАИ СОВЕРШЕНИЯ ТАРАНА НА ВРАЖЕСКИЕ САМОЛЁТЫ не были единичными среди советских лётчиков. Такие подвиги, совершённые в отчаянной ситуации, как последний способ сбить врага, награждались правительством высшими наградами.

Был солнечный, но очень морозный зимний день. Латария проследил глазами за Лилией, когда она шла к своему самолёту. Его назначили в одну группу с Лилией, Лёшей и Катей, в качестве ведомого.

Их задачей было атаковать бомбардировщики "юнкер". Латария получил пробоину. Пламя быстро дошло до кабины, люк заело, и он не мог выбраться и выпрыгнуть с парашютом.

В агонии он начал кричать. Он понял, что обречён. Случайно он включил связь, и на земле все, кто столпился возле рации, могли слышать его последние слова, которые он выкрикивал, из последних сил пытаясь сосредоточиться и справиться с пламенем, охватившем его тело.

"Фашист проклятый, чтоб ты сгорел в аду!"

Лилия и остальные лётчики видели, как его истребитель, объятый огнём, врезался в немецкий бомбардировщик. Два самолёта, превратившись в один огненный клубок, взорвались в воздухе.

"Я слышал, что лётчики совершают тараны, но никогда сам не видел", - сказал Лёша, качая головой в отчаянии.

Лиля была совершенно потрясена тем, чему они были свидетелями. Было ужасно потерять товарища в бою, но представить, как его тело горит, было невыносимо.

Лилию мучило чувство вины. Может быть, ей надо было быть добрее к нему?

## x x x


В ТОТ ВЕЧЕР, ВО ВТОРОЙ, И ПОСЛЕДНИЙ, РАЗ за всю свою военную жизнь, Лиля выпила водки и крепко обняла своего любимого Лёшу.

Её рука дрожала, когда она подносила стопку ко рту.

"Ты хочешь иметь детей?" - спросил Лёша, в этот момент он вовсе не был похож на непробиваемого военного.

Лилия помолчала. Она чувствовала, что этот разговор очень важен для них обоих.

"Я хотела бы мальчика и девочку. А потом всё равно, кого", - ответила Лиля.

"А если будут одни мальчики?"

"Значит, я буду королевой в мужском царстве", - сказала она застенчиво.

Лёша от души рассмеялся. Лиля никогда ещё не видела его таким раньше.

"А если будут одни девочки?"

"Тогда я буду королём".

Оба они чувствовали, что перешли Рубикон, какую-то запретную черту. И никогда уже не вернутся.

Никогда.

## Глава 31


Март 1943...

Восточная Украина...

Для Эриха Хартмана, который летал в истребительной эскадре, известной как "бубновые тузы", это был чертовски неудачный день. Лейтенант Хартман был знаменитым асом, безжалостным в бою, по прозвищу "Белокурый рыцарь Германии".

После молниеносных побед в Северной Африке и Восточной Европе, Гитлер приказал эскадре взять направление на Харьков (Восточная Украина) и обеспечить дополнительную поддержку с воздуха войскам, которые вторглись в Россию в ходе опреации "Барбаросса".

"Бубновые тузы" были воплощением мечты нацисткой пропаганды. Возглавляемая генерал-майором Манфредом фон Рихтгофеном, двоюродным братом знаменитого Красного Барона, аса Второй мировой войны, эскадра имела в своих рядах таких известных асов как Геральд Бархорн и Вильгельм Батц. К 1943 году они совершили 1 100 вылетов, одержали 420 побед в воздухе и сбили 27 самолётов, не считая 12 выбросов с парашютом.

Солнце взошло над Харьковом в 6 утра. По лётному полю был разбросан инвентарь, принадлежавший Ме-109, когда личный самолёт Хармана, украшенный римской цифрой I и именем "Уш" внутри красного сердца, сел под вишней. (Уш Петч была его невестой. 21-летний Хартман старался писать ей каждый день). После войны красавец-лётчик планировал вернуться в Берлин и начать карьеру на радиовещании.

Хартман, одетый в серую рубашку, серо-синие брюки и серые туфли, только что закончил умываться и бриться в ручье, протекавшем неподалёку.

"Два яйца, вкрутую", - скомандовал он двум пленным русским женщинам. "Нам то же самое", - откликнулись Бархорн и Батц, которые, дурачась, стучали вилками по металлическим мискам.

"Сегодня Генерал-Майор сказал мне, что мы сопровождаем 189-е (бомбардировщики среднего веса) в 7 утра". (Главной задачей на тот день было уничтожить несколько месторождений антрацита в районе города Красный Луч).

В 7.03 Хартман пристегнулся в своей кабине и пошутил, обращаясь к своему товарищу Бимелю Мертену: "Давай-ка быстренько разделаемся с этими русскими свиньями, мне ещё нужно успеть написать моей Уш. Она жалуется, что мои письма недостаточно пылкие. Я пишу ей, что жив и здоров, по крайней мере на данный момент, а она мне шлёт подробные описания каждого своего дня во всех деталях".

Мертен засмеялся, нажимая на стартер, а Хартман убрал закрылки и проверил горючее. Все двенадцать цилиндров самолёта закашляли, в воздух поднялись клубы дыма, и самолёт плавно взлетел, в то время как два их товарища следили за взлётом с земли. Он дал газу, нажимая на педали. Когда он отпустил тормоза, его 109-й резко рванул вперёд и быстро достиг скорости 200 км в час. Они развернулись влево, выполняя привычные действия: убрать шасси, закрыть клапаны радиатора, ослабить дроссель и проверить приборы и оружие.

Они поднялись до 2 000 м, откуда хорошо было видно 189-е. полёт проходил гладко. В наушниках Хартмана затрещало, и он услышал сообщение от Адлера, с наблюдательного пункта: Десять, а может быть, и двадцать самолётов красных с запада". Хартман напрягся слегка и приказал своей команде следовать за ним.

"Вызываю Острый Глаз" (позывной Хартмана был связан с его острым зрением и быстрыми рефлексами) - крикнул Батц по рации. "Слева эскадрон. Слева эскадрон".

Три больших штурмовика, сопровождаемых Яками, появились в поле зрения. Тяжёлые бомбардировщики начали стрелять из боковых орудий. Хартман, не колеблясь, дал приказ к атаке. Он резко устремился вниз, потом поднырнул под бомбардировщик, целясь в его радиатор.

Теперь, когда его скорость была под 600 км в час, Хартман зашёл с той стороны, где бомбардировщик не мог его видеть. На расстоянии 200 м он был недостижим для его обстрела. Он приблизился на 150 м, потом на 100, всё ещё не стреляя. Потом он сразу нажал на гашетки и не отпускал их несколько секунд, пока не подошёл вплотную к самолёту противника. Хартман оглянулся и увидел стену из синего пламени и чёрного дыма. Он удовлетворённо улыбнулся. На счету белокурого аса был появился ещё один русский.

Несколько минут спустя прямо перед собой он заметил Як. Он завилял из стороны в сторону, стараясь уйти от огня, потом резко нырнул и сделал петлю, чтобы оказаться позади Яка. Сделав два быстрых выстрела из пулемёта, он заметил второй Як, который был охвачен пламенем.

Бархорн и Батц тоже не теряли времени зря, они совершали манёвры, уведя за собой три Яка. Несколько минут спустя, русские самолёты, не выигравшие боя, удалились на восток, на свою базу. Их задание не было выполнено.

Хартман по рации передал приказ своей команде возвращаться в Харьков.

"Задание не выполнено. Повторяю, задание не выполнено", - кричал сам Рихтгофен по рации.

"Кончились боеприпасы. Кончились боеприпасы", - ответил Хартман.

"Возвращайтесь на базу", - естественно, прозвучало в ответ.

Было уже 9-00. долетев до базы, Хартман два раза качнул крыльями, что означало две победы. Когда он приземлился, друзья и наземная команда окружили его и осыпали поздравлениями. Потом Хартман отправился на командный пункт с докладом.

"Герр Хартман, Адлер сообщает, что русские повысили активность", - сказал наземный оператор. "Генерал-майор просит Вас быть в постоянной готовности".

Хартман пожал плечами, и как раз в этот момент разгневанный Рихтгофен вошел в комнату. "Вас следует расстрелять за наглость. Это неслыханно - позволить своим подчинённым отступить! Соберите своих людей и ждите моих приказов!"

Хартман кивнул. Он направился к своим друзьям. Они уединились неподалёку от взлетной полосы. Вскоре утомлённые лётчики уже спали в своих кабинах.

Но недолго.

## x x x


МАЙОР БАРАНОВ ТОЖЕ БЫЛ ВЗБЕШЁН.

"Трусы! Мы не выиграем войну, если будем отступать", - кричал он на пристыжённых молодых лётчиков, выстроившихся на взлётной полосе, после того, как они бежали от Хартмана и его эскадрона.

Соломатин - а он не принимал участия в том вылете - попытался деликатно вмешаться: "Товарищ майор, в следующий раз мы постараемся драться лучше. Мы извлечём уроки из наших ошибок".

Баранов внимательно посмотрел на Соломатина. Он понял намёк. Прилюдное унижение не даст положительных результатов. "Да уж, не мешало бы. Товарищ Сталин не допустит, чтобы желторотые юнцы защищали Родину. Вы же понимаете, что в наших руках судьба всего народа".

Лиля тихонько стояла рядом с Лёшей. По своему собственному боевому опыту она знала, что Люфтваффе состоял из опытных лётчиков и имел высококлассную технику. В то время как воздушные силы России состояли из храбрых, преданных Родине, но плохо обученных пилотов, которые летали на плохих самолётах. По крайней мере, в данный момент, Россия брала скорее качеством, чем количеством людских ресурсов, сырья, промышленных товаров (как своего производства, так и полученных по ленд-лизу из Америки), и только благодаря этому выигрывала в битвах с Германией.

Чего Лилия не знала, так это то, что политика Германии "Летай пока не погибнешь" начала давать сбой - даже среди таких прославленных асов как Хартман, Батц и Бархорн. Они были истощены и эмоционально, и физически. Но им предстояло ещё немало вылетов и боёв.

## x x x


В 11-00 РИХТГОФЕН РЕШИЛ ПРЕДПРИНЯТЬ внезапную атаку. Его охватила навязчивая идея разрушить угольные шахты. Ведь они были надёжным источником энергии для русских военных заводов.

Он отправил на выполнение задания трёх своих прославленных асов плюс ещё 21 самолёт.

На русском аэродроме завыли сирены.

"Вижу 109-е. Вижу 109-е".

В этот раз Баранов сам решил возглавить эскадру, сопровождаемый Лёшей и Лилией. Они втроём тщательно отбирали, кто ещё полетит с ними. Через несколько минут 32 самолёта поднялись в воздух.

Ещё несколько минут спустя небо над Красным Лучом, что в 200 км от Ростова, было покрыто самолётами. Два часа продолжалась жестокая битва.

Лёша хорошо обучил Лилю! Теперь она была безжалостным, расчётливым, метким стрелком. К удивлению своих однополчан, она дважды пикировала, преследуя противника. Дважды она совершала глубокое падение, затем выполняла вираж и, оказавшись в каких-то 100 метрах от вражеского самолёта, стреляла в него в упор из пулемёта. Лиля заметила раненого товарища, пробоины в его правом крыле, в то время как он атаковал "мессер" в 300 м от неё.

Хартман увидел то же самое, но с другой стороны. Он тоже бросился на помощь своему товарищу. Но было слишком поздно. В долю секунды русский самолёт пошёл на таран немца. Тот инстинктивно свернул влево. Но Лиля предвидела это движение. "Мессер" буквально упал в её объятия. Она стреляла снова, снова и снова. Её пули буквально изрешетили его кабину. Она видела, что всё стекло залито кровью, когда вражеский самолёт падал на землю.

Теперь Хартман был на хвосте у Лили. Она поднялась сквозь облака на высоту 6 000 м, надеясь уйти от преследователя. Хартман, предвидя манёвр Лили, скрылся в облаках. В последний момент Хартман начал стрелять. Но он сам поступил вопреки своему правилу - стрелять в упор, в непосредственной близости от цели. У него кончились боеприпасы. Стрелять было нечем.

Лиля поняла, что у её противника нет боеприпасов. Теперь настала её очередь. Он попытался уйти, используя всю мощь своего самолёта. Лиля сократила расстояние между ними и совершила петлю вокруг него. Теперь она была прямо перед ним на расстоянии всего 1 000 м. она набрала скорость. Он попытался свернуть влево и нырнуть вниз. Она преследовала его по пятам. Он был поражён мастерством пилота. Это было непохоже на русских, такого он ещё не видел. Лиля начала стрелять. Она проделала и полдюжины пробоин в его правом крыле. Его самолёт начало швырять из стороны в сторону. Он уклонился вправо. Она снова выстрелила. Теперь было пробито и левое крыло. Самолёт Хартмана загорелся. У него не было другого выхода как только катапультироваться и прыгать с парашютом.

"Первый, командир противника выпрыгнул из самолёта", - передала Лиля.

Леша, видя, что остальные "мессеры" ретируются, дал сигнал трём своим самолётам сесть в предполагаемом месте приземления немецкого лётчика.

"Всем остальным, возвращаться на базу".

К несчастью для пилотов из команды Соломатина, парашютист приземлился на открытой местности, покрытой льдом, Якам садиться там было опасно. К тому времени, как они нашли подходящее место для посадки, Хартман уже скрылся в лесу, километрах в двух от того места. Был очень холодный мартовский день, градусов 15. легко одетый Хартман скоро замёрз и устал. Он остановился передохнуть и взглянуть на компас, чтобы определить, в каком направлении двигаться и где линия фронта. Он пошарил в карманах в поисках перчаток. Их не было. Он выругался.

И тут он почувствовал, как в затылок упёрлось дуло пистолета. Кто-то похлопал его по плечу.

"Поворачивайся медленно, а то я прострелю тебе череп", - сказал вооружённый лётчик. "Возвращаемся в поле. Ты первый".

Пройдя половину пути, Хартман решил притвориться, что потерял сознание. Лётчик оказался ниже его ростом, поэтому он решил, что когда тот подойдёт к нему, он его свалит с ног, отнимет оружие, застрелит и убежит.

Хартман упал. Однако лётчик не купился на его приём. Он выстрелил у ног Хартмана. "Поднимайся, ты, фашист".

Хартман понял и быстро поднялся. Когда они вышли в открытое поле, лётчик помахал Лёше, давая знак спускаться, и указал на место, где это можно сделать безопасно.

Через несколько минут Лёша и другие пилоты связали Хартмана и передали на базу своё местонахождение.

"Спасибо, товарищ", - улыбнулся Лёша лётчику с пистолетом.

## Глава 32


Немецкий лётчик-ас узнаёт, что он был сбит женщиной

ВО ВРЕМЯ ДОПРОСА ХАРТМАН сообщил только своё имя, звание и личный номер. "Я лейтенант Эрих Хартман, личный номер 3468970". Алексей молча наблюдал за допросом.

"Ваша цель?"

Хартман надменно хмыкнул. "Цветы собирать. Я лейтенант Эрих Хартман, личный номер 3468970".

Русский переводчик узнал его по имени и отвёл Алексея в сторону, в то время как часовые присматривали за пленным. "Вы понимаете, товарищ капитан?" - сказал переводчик. "Мы взяли в плен самого знаменитого аса из эскадры Рихтгофена, "Белокурого рыцаря", как они его называют. Майор Баранов будет доволен".

Алексей бегом отправился в землянку Баранова сообщить ему потрясающую новость. "Хартман!" - воскликнул Баранов. "Он должен владеть сверхсекретной информацией. Пусть его допрашивают, пока он не развяжет язык. Мы заставим его разговориться".

Алексей вернулся и передал приказ переводчику. Минуты текли за минутами, часы за часами. Прошло два дня, но допросы не принесли никакого результата. После каждого допроса Хартмана возвращали в его холодную землянку, заменявшую тюремную камеру, где он сидел в полной темноте. Он либо разговаривал сам с собой, либо делал физические упражнения, совершая круг за кругом по камере. Наконец, на четвёртый день он нарушил молчание. "Вам нужна информация? Сначала вы предоставьте мне кое-что".

"Что Вы хотите?"

"Я хочу встретиться с человеком, который сбил меня. Я хочу видеть его с глазу на глаз. Тогда, может быть, повторяю - может быть, я отвечу на некоторые вопросы".

Переводчик посмотрел вопросительно на капитана. Алексей кивнул. "Я сообщу этому лётчику". Он отправился к Лиле в землянку. "Твой друг", - сказал он насмешливо, - "тот, которого ты сбила, хочет встретиться с тобой".

"Лёша, ты шутишь?!"

"Это ещё не всё! Очевидно, ты сбила известного фашистского аса".

В Лилии, лётчике-истребителе, мгновенно проснулась женщина. "Но я не готова. Мне нужно привести в порядок причёску, и..."

Катя покачала головой. "Лиля, ты же идёшь на допрос, а не..."

Лиля перебила: "Знаю, знаю..."

Миниатюрная, хрупкая девушка с развевающимися светлыми волосами вошла в землянку.

"Барон Хартман, познакомьтесь, это лейтенант Литвяк. Это она сбила Вас".

Хартман встал. "Как вы смеете насмехаться надо мной?! Я герой войны!"

Солдат, ведущий протокол допроса, засмеялся. Лиля рассердилась. Она подошла вплотную к Хартману. "Что, фашист, правда глаза колет?"

Руки Хартмана были закованы в наручники, и он надменно вздёрнул голову, указывая Лиле на дверь: "Уберите этого ребёнка, не разыгрывайте комедию". Лиля оттолкнула его обеими руками. Алексей со смехом растащил их: "Но это правда".

"Тогда докажите!"

Лиля была полна решимости поставить знаменитого Хартмана на место. "Ваш самолёт летел прямо на меня".

"Много самолётов летит на меня. Немногие возвращаются".

"Тогда, может быть, Вы помните номер 44".

"Номеров было много, всех не упомнишь".

"Полагаю, Вы также заметили лилии на моём самолёте". Да, цветы, действительно, молнией промелькнули в его мозгу. Уж очень необычны они были в обстановке боя. Особенно на кабине истребителя. И всё же он сомневался - могла ли его сбить эта белокурая девушка.

Постепенно его высокомерие сменилось недоумением. Она изобразила ход боя руками. "Я нырнула вниз, и мне удалось обойти Ваш самолёт сзади. Думаю, Вас сбило с толку моё внезапное исчезновение, ведь я могла задеть Ваше крыло с фланга".

Хартман побледнел. Великого аса Хартмана вот так запросто сбила и взяла в плен женщина.

Из уважения к его званию и боевым заслугам, Лилия не сочла нужным более унижать его. Она решила не напоминать ему о том, как они шли по заледеневшему полю, как он притворился, что потерял сознание, как её пули плясали у его ног. Пусть это останется их маленьким секретом.

Хартман предложил сделку. "Возможно, я отвечу на ваши вопросы завтра, если вы дадите мне поесть и попить".

Переводчик посмотрел на капитана, ожидая приказаний. Алексей кивнул. Изголодавшийся Хартман жадно набросился на хлеб, картошку и воду, не обращая внимания на то, что землянка была полна часовых. Покончив с едой, он посмотрел на Лилю. "Вы храбрая женщина, несмотря на то, что такая маленькая и хрупкая. Я ценю Ваше мужество". Потом он снял с руки свои эксклюзивные швейцарские часы и протянул Лиле. "В знак уважения. Моя персональная меда ль".

Лиля посмотрела на часы, потом швырнула их на пол, разбив циферблат. "Я не нуждаюсь в подарках от врагов", - сказала она.

## x x x


В ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР ХАРТМАНА ПРЕПРОВОДИЛИ в другое помещение, которое отапливалось и освещалось, на другой конец аэродрома. Майор решил улучшить условия его содержания, чтобы сделать его разговорчивее.

По пути Хартману попался на глаза самолёт Лилии. Он заметил номер 44 и лилии, нарисованные на борту.

На следующее утро, когда часовые пришли за Хартманом, чтобы доставить его на допрос, комната была пуста. Каким-то образом ему удалось обнаружить и вырвать голыми руками расшатанную доску. Часовые обыскали всю прилегающую территорию, но так и не нашли беглеца.

## x x x


"КАКАЯ БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ" - кричала разъярённая Лилия. "Какой смысл ловить знаменитых асов, если потом мы так легко позволяем им бежать?"

Леша пытался возразить: "Успокойся. Всякое случается".

"Алексей, но такое не должно случаться".

"Знаешь, о чём я подумал? Помнишь, пока его допрашивали, писарь вёл протокол. Я предлагаю изготовить листовку, в которой мы расскажем о том, что немецкого аса взяла в плен женщина".

"И что мы будем делать с этими листовками?"

"Мы напечатаем их сотни, может быть, тысячи. И пусть каждый лётчик разбрасывает их перед боем и во время патрулирования в течение целой недели. Без сомнения, кто-нибудь найдёт такую листовку и принесёт её Рихтгофену. Хотел бы я посмотреть на Хартмана в тот момент, когда он будет её читать. Он станет для всех посмешищем".

Лиля улыбнулась. "Кто же это такой умный, кто придумал такое?"

## x x x


Была ещё одна деталь, которую майор скрыл от Лёши и Лили. Он решил добавить в листовку фотографию Хартмана. Он решил, что это усилит эффект от листовки.

"Герой войны, поздравления уже в приказе", - сказали Лиле Инна и Катя несколько дней спустя.

"О чём это вы?" - спросила Лиля.

"У тебя здорово получается вести допрос", - продолжала Катя. "Фотограф постарался".

Лиля снова посмотрела на неё непонимающе.

"Так ты правда не знаешь?" - Катя протянула Лиле листовку. "Ты становишься знаменитостью по всему фронту!"

## x x x


СОВЕРШИВ ПОБЕГ, ХАРТМАН прошёл 50 км по снегу и льду к линии фронта. Майор Рихтгофен устроил ему настоящий допрос о том, как он попал в плен. Хартман рассказал обо всём, кроме одного - что его сбила и взяла в плен женщина.

"Вы достойны уважения", - сказал Рихтгофен, гордый тем, что его прославленный ас сумел пережить и преодолеть всё - плен, мучительные допросы, опасное бегство лютой зимой.

## Глава 33


Благодаря Министерству пропаганды, Лилия стала знаменитостью, помимо своей воли.


Апрель, 1943

Батайский аэродром, вблизи Ростова...

Каким-то образом листовка с рассказом о том, как Лилия взяла в плен немецкого аса, попала в руки репортёра газеты "Правда".

Яков Морозов, отвечающий за вопросы пропаганды в Советском Верховном штабе, быстро оценил, какую воспитательную и вдохновляющую роль может сыграть и красота Лилии, и её выдающиеся боевые качества, если их широко осветить, сделать девушку-истребителя знаменитостью.

"При всём уважении к Вам, товарищ Морозов", - сказал майор по телефону, - "Я сомневаюсь, что товарищ Литвяк согласится давать интервью, а тем более, печатать его в газете".

"Товарищ майор", - с иронией поинтересовался голос в трубке, - "Я не совсем понимаю - Вы командуете своими подчинёнными или у Вас солдаты сами решают, какие приказы выполнять, а какие нет?"

Баранов сердито перебил: "Вы всё-таки настаиваете? Может быть, желает сообщить товарищу Сталину о нашем разговоре?"

Два дня спустя военный корреспондент капитан Михаил Сарафанов предстал перед майором Барановым. Майор вызвал к себе Лилию.

"Товарищ Литвяк, это капитан Сарафанов из Министерства Пропаганды. Рад сообщить Вам, что товарищ Сталин желает, чтобы история о захвате Хартмана была напечатана в "Правде". Поздравляю".

Лилия растерялась и не знала, что сказать в ответ. Это приказ, или ей предоставлено право выбора? "Мне кажется, здесь не о чем особенно рассказывать", - вежливо сказала она репортёру.

"Это уж предоставьте мне. Я соберу факты, а там посмотрим".

## x x x


В ТОТ ВЕЧЕР ТРИ ДЕВУШКИ сидели в своей землянке, придвинувшись к маленькой керосиновой печурке. На дворе стоял жгучий мороз. Вошёл Алексей и немедленно приступил к делу.

"Майор сказал, что ты отказалась давать интервью корреспонденту "Правы?"

"Извини, Лёша. Я думаю, что я солдат, а дело солдата воевать, а не расхваливать себя. Я здесь, чтобы защищать Родину".

"Я понимаю. Но иногда солдаты тоже должны делать то, о чём их просят, а не только то, что считают нужным".

"А как будут чувствовать себя другие? Будет ли это справедливым по отношению к ним? Разве они не жертвуют собой каждую минуту? Разве газета написала бы обо мне, будь я мужчиной? Я не совершила ничего особенного".

"Не согласен. Ты воюешь замечательно и подаёшь пример другим. Ты в числе лучших защитников Советского Союза".

Лилия покраснела. "Если бы я не была Лилей, а ты бы не был Лёшей, ты говорил бы так высокопарно?"

"Я думаю, что говорю от лица всех мужчин. И это никого не обидело бы".

Лёша поймал её на непоследовательности: "Ты сравниваешь себя с мужчинами. А как же разноцветные шарфики? Цветочки в кабине самолёта? Постоянное внимание к своей внешности?" Он понимал, что ей хотелось подчеркивать свою красоту и индивидуальность, быть женщиной, а вместо этого приходилось быть солдатом и защищать Родину.

Когда Лиля была не согласна и не могла возразить, а поступить против своей воли не хотела, она обычно говорила: "Я подумаю".

"Я подумаю", - сказала Лиля.

## x x x


"ОНА СОГЛАСИЛАСЬ?" - спросил Баранов у Алексея на следующее утро.

"Думает".

"Капитан, я так понимаю, что Вам в этом деле мешают эмоции. Тогда я сам заёмусь этим делом".

В тот же вечер майор постучал в дверь девичьей землянки. "Товарищи, Вы, должно быть, помните капитана Сарафанова. Его прислали написать статью о женщинах-лётчицах", - провозгласил он.

Смущённая Лиля пыталась отвернуться и натянуть кожаный шлем на голову, покрытую бигуди, но не получилось. Всё ещё повернувшись спиной к репортёру, она вытащила из сумки голубой шарф, надела на голову и завязала под подбородком.

"Капитан, Вы также помните Лилию. Она наша гордость. Именно у неё Вы и хотели взять интервью".

Журналист посмотрел на девушку и, несмотря на нелепый головной убор, был потрясён её красотой. Он попытался сделать комплимент: "Это невероятно: такая красивая девочка, как Вы, - и вдруг лётчик истребитель!"

Трудно было подобрать более неподходящие слова для Лилии. Особенно её задело снисходительное слово "девочка".

Это был подходящий повод отказаться от интервью. "Вы наблюдательны", - сказала Лиля. "Вам лучше бы взять интервью у настоящей женщины".

Она на минуту исчезла из землянки и тут же вернулась, таща за рукав упирающуюся Инну. Инна только что закончила возиться с мотором Яка, и у неё не было времени даже вытереть грязь и масло с лица и рук. "Это Инна Паспортникова", - объявила Лиля. "Она намного старше меня (Инне в то время был 21 год), и у неё намного больше опыта. Ваш рассказ о ней будет гораздо интереснее".

С этими словами Лиля быстро натянула шинель и перчатки и вышла из землянки.

"Ваша подруга не слишком приветлива", - заметил репортёр раздражённо. "Родине нужны защитники. Разве она не понимает, что такая статья привлекла бы в их ряды ещё больше женщин?"

"Вы должны извинить её. Вы сами виноваты".

"Что я такого сказал?"

"Вы назвали её девочкой".

"И что же в этом плохого?"

"Женщина, которой приходится убивать и которую тоже могут убить в любую минуту, это уже не девочка. Но мы поможем Вам собрать необходимую информацию. Задавайте свои вопросы", - сказала Катя.

Беседа продлилась два часа, но он остался недоволен. Он хорошо подготовился и уже знал многое о Лилии - о её тёплых ботинках, цветных шарфиках, полевых цветах. Он видел её центральным лицом своей статьи.

"Но мы не можем рассказывать о более личных вещах", - сказала Инна.

"Товарищи, меня направили сюда, чтобы написать эту статью. И я закончу, с помощью лейтенанта Литвяк или без неё. Я понимаю, что вы её лучшие подруги. И я очень хотел бы сделать рассказ о ней более тёплым, человечным".

Катя и Инна подумали и согласились ответить на его вопросы. Они говорили о героизме Лилии, её боевых качествах, её выдающейся личности, её красоте и женственности. Они даже подарили репортёру фотографию сияющей Лили в её боевом снаряжении возле самолёта, сделанную полковым фотографом.

"Замечательная фотография", - заметил репортёр.

"Жаль, что это не её самолёт", - сказала Катя. "Не видно лилий".

"Лилий?" - удивился корреспондент.

"А я думала, Вы действительно хорошо подготовились", - не преминула уколоть его Катя.

"Лилин талисман", - сказала Инна. "Разве Вы не знаете, что на её самолёте нарисованы белые лилии с обеих сторон? Даже её позывной "Белая лилия",

Несколько дней спустя в "Правде" появилась статья под названием "Позывной - Белая лилия", сопровождаемая фотографией. Другие издательства перепечатывали статью, и вскоре она разошлась по всему Советскому Союзу. Лилия тотчас стала знаменитостью. Из статьи сделали листовку, и её можно было найти на всех заводах и витринах по всей стране.

"Я чувствую себя так неловко", - говорила Лилия. "Откуда они могли узнать такие подробности?"

"Да, действительно", - согласно кивали Катя и Инна, ен решаясь сознаться, что они и были источником этих подробностей.

## x x x


ЕЩЁ ДО ВОЙНЫ высокий, широкоплечий Генерал Генрих Альдемар был Председателем Департамента Антропологии в Берлинском Университете и лучшим другом Пауля Джозефа Геббельса.

Геббельс непоколебимо верил, что нацистской разведке следует глубже изучить культуру и психологию врага, чтобы быстрее сломить его дух сопротивления после вторжения и оккупации.

Хотя Гитлер был изначально настроен скептически, Геббельсу удалось убедить его, что было бы крайне разумно назначить на этот стратегический пост человека с академическим образованием. К тому же, Альдемар бегло говорил по-русски. Должность Альдемара, Директор по культуре, была специально создана, чтобы скрыть его истинную роль, и это было известно только самым близким кругам фюрера. Главной задачей Альдемара было изучать русские газеты, листовки, радиопередачи - всё, что только могли найти его подчинённые. Он часами просиживал за столом, выискивая мельчайшие зацепки, указывающие на возможность ослабить военную силу Советского Союза.

Когда он прочёл статью "Позывной "Белая Лилия", он понял, до какой степени по-разному смотрели немцы и русские на роль женщины в обществе. В отличие от других нацистов, настроенных более шовинистически, Альдемар быстро понял, что если русская женщина смогла вырасти до роли лётчика-истребителя, что до сих пор было исключительно мужской привилегией, то этот факт станет мощным оружием в пропагандистской борьбе. Эта публикация беспокоила и просто преследовала его, как ночной кошмар. Природная красота этой женщины, её вызывающие шарфики и яркая помада, цветы, украшающие самолёт, бросали вызов немецким лётчикам-мужчинам.

"Герр Геббельс", - заявил Альдемар", - необходимо срочно уничтожить "Белую лилию". Она представляет опасность и не способствует поднятию духа наших солдат".

Вскоре все германские войска на восточно-европейском фронтк получили необычное предписание.

СРОЧНО

Фюрер обращает ваше внимание

на особо опасного вражеского лётчика,

позывной "Белая лилия".

Отличительные черты: номер 44 на борту и

Белая лилия на фюзеляже.

При обнаружении уничтожить.

Подчёркиваю - во что бы то ни стало,

при обнаружении уничтожить.

После уничтожения срочно сообщить об этом

в письменном виде по данному адресу.

КОГДА ЛИСТОВКА С ФОТОГРАФИЕЙ ЛИЛИИ попала в немецкий штаб, Хартман перестал быть героем. Теперь его имя было покрыто позором.

"Господин генерал-майор, эти листовки разбросаны повсюду, по всему полю", - доложил молодой командир немецких пехотинцев. Он держал перед собой рисунок, изображавший Хартмана в наручниках во время допроса, а рядом с ним Лилию. В довершение ко всему, в листовке говорилось о "глупом фашисте и хрупкой женщине, которая нанесла удар всемогущественному фюреру".

## x x x


Счёт боевых побед Лилии рос день ото дня, её лётные навыки совершенствовались, ведь она летала бок о бок со своим любимым. Постепенно она превращалась из просто способной лётчицы в военного аса.

В редкие спокойные минуты она писала маме.

"Здравствуй, дорогая мамочка!

Шлю тебе горячий привет с фронта! Мы наступаем. Я уже совершенно привыкла к боевой жизни.

Трудно найти минутку, чтобы написать тебе и сообщить, что я жива и здорова, что я люблю Родину и тебя, моя дорогая мамочка, больше всего на свете.

Я горю желанием поскорее прогнать фашистов с нашей земли, чтобы снова вернуть нашему народу мирную и спокойную жизнь.

Я вернусь домой и расскажу тебе обо всём, что я пережила за эти трудные дни и годы, что мы провели врозь.

До свидания. Целую.

Твоя Лиля".

## x x x


НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ кто-то из соседей Анны постучал к ней в дверь и протянул номер "Правды" с рассказом о Лилии.

"Я и понятия не имела", - сказала соседка. "Ты всегда так мало рассказываешь. Ты должна гордиться своей дочкой".

Анна сначала даже не поняла, о чём та толкует. Она прочитала статью и потом, оставшись одна, долго думала, почему Лиля так мало рассказывает о себе в письмах.

Позывной "Белая Лилия"

## Глава 34


Жди меня, и я вернусь,

Только очень жди.

Жди, когда наводят грусть

Жёлтые дожди,

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера...

К. Симонов

Начало мая 1943

Батайский аэродром...

ИННА ТЕРПЕЛИВО ЖДАЛА Лилю на взлётной полосе, чтобы обсудить те усовершенствования, которые она произвела в её самолёте перед вылетом.

Лилия задерживалась, потому что в этот день не было боевых заданий, можно было отдохнуть, подготовиться, продумать стратегию полётов.

Был прекрасный, тёплый, почти летний день. Лиля решила прогуляться, отдохнуть от боёв, от войны. От смерти. От мыслей о несправедливой гибели отца. В нескольких километрах от их базы, среди деревьев и кустов, она наткнулась на ручеёк, вдоль которого яркими лоскутками пестрели колокольчики, душица, тысячелистник, качаясь на лёгком ветерке.

Она опустилась на четвереньки и стала собирать себе букет, который возьмёт с собой в полёт. Вскоре вокруг неё собрался целый рой мошек и комаров, которые буквально облепили ей лицо и руки. Чем больше она отмахивалась от них, тем назойливее они летали вокруг неё. Наконец, обе стороны сдались. У Лили уже было достаточно цветов, а комарам было пора возвращаться в своё болото.

По пути домой Лиля начала чувствовать, как зудит и опухает лицо. И это при том, что она всегда так заботится о своей внешности!

Она тихонько подкралась к Инне сзади и хлопнула по плечу. Она явно не хотела, чтобы кто-то ещё её видел. И Инна быстро поняла, почему!

Лицо подруги было всё покрыто укусами комаров.

"Господи, что с тобой случилось?"

"Тс-с-с", - прошептала Лиля. "Пропусти меня в кабину. Не хочу, чтобы кто-нибудь меня такой видел, особенно Лёша".

"На тебя напали фашистские комары?" - захихикала Инна.

"Я собирала полевые цветы", - похвасталась Лиля, гордо показывая свой букет.

Инна только покачала головой. "Хорошо, что хоть кто-то занимается делом".

"Что ты имеешь ввиду?"

"Пока ты собирала цветочки, я совершенствовала твою боевую машину".

"Как?"

"Пойдём покажу".

Девушки направились к самолёту.

"Смотри, что я сделала с клапанами, теперь ты сможешь увеличить скорость", - гордо заявила Инна. "Если я правильно рассчитала, твой самолёт будет более маневренным, чем неповоротливые "мессеры", хотя они и мощнее".

"Ты уверена?" - Лиля была придирчива, потому что знала, что в воздушном бою каждая мелочь может оказаться фатальной.

Инна помолчала, раздумывая.

"Нет, я не могу сказать, что уверена на сто процентов. Но для этого и существуют тренировочные полёты".

"Хорошо, я спрошу по-другому. Если бы пришлось лететь прямо сию минуту, ты была бы уверена?"

"Вполне".

По иронии судьбы, уже через несколько минут по аэродрому разнёсся командный голос Марины Расковой:

"Товарищи, по машинам! Немедленно по машинам! Фашисты на подходе. Зададим им жару!"

Лилия вскарабкалась в свой Як, в то время, как Инна быстро закончила осмотр. Лилия вырулила на взлётную полосу, впереди неё Лёша и ещё несколько самолётов. Инна отчаянно замахала руками, Лиля остановилась и открыла кабину:

Что?! Что случилось?!"

"Ты забыла свои цветы!"

Лиля передразнила Инну: "Кругом война, а ты заботишься о моих цветах!"

Инна улыбнулась.

"Давай сюда", - улыбнулась Лиля в ответ.

## x x x


ТРИ ЧАСА ПРОДОЛЖАЛСЯ ГРОХОТ ожесточённого воздушного боя из-за густых туч, которые вдруг покрыли небо над Луганском и Старобельском. Вдали рокотали пушки, и время от времени вздымались клубы дыма, там, где падал сбитый самолёт.

Неожиданно наступила тишина. Все, кто остался на аэродроме, столпились на взлётной полосе и как один смотрели в небо. Внезапно над их головами появились Лиля, Лёша и весь их батальон, которые скользили по небу с выключенными моторами. За несколько минут до приземления Лиля снова включила мотор и, игриво покачивая крыльями, пронеслась прямо над самой крышей командного пункта. Здание задребезжало, со стен слетели карты и разлетелись по комнате. Майор Раскова была в ярости.

Потом Лилия совершила свой фирменный переворот. Один переворот означал один сбитый немецкий самолёт. Два переворота - два самолёта.

Сегодня Лилия сделала два. Инна поняла, что она не зря реконструировала клапаны.

## x x x


Волнение улеглось, но следы комариных укусов остались.

Лиля хотела направиться прямо в свою землянку, но Лёша её перехватил.

"Может быть, отпразднуем победу с друзьями?" - спросил он.

"Не могу", - сказала Лиля, отворачиваясь от него, чтобы Лёша не успел увидеть её лицо.

"Ты успела во время боя полюбить другого?" - улыбнулся Алексей. "Может быть, немецкого аса?"

"Никогда не смей так говорить, даже в шутку".

"Почему? Похоже, им нравится быть у тебя на допросе".

"Ты хочешь, чтобы я праздновала в таком виде?" - спросила смущённо Лиля.

Для Лёши это не имело никакого значения. "Для меня ты всегда красивая". Но всё-таки он считался с чувствами Лили. "Конечно, лучше, чтобы нас было немного. Совсем немного".

"Что ты задумал?"

"Может быть, пойдём вдвоём погуляем. Я знаю поляну, где можно развести костёр и полюбоваться закатом. Я даже приготовлю чай".

Лиля улыбнулась и кивнула: "Хорошо, на это я согласна".

## x x x


ВСКОРЕ ВЛЮБЛЁННЫЕ УЖЕ ШЛИ ЧЕРЕЗ ПОЛЕ, а потом очутились в лесу.

"Правда, красиво?" - сказала Лиля, остановившись между двумя полянками, покрытыми розовыми маргаритками и белыми ромашками. "Такие трепетные, такие живые".

Леша заглянул в её сияющие глаза. "Да, красиво. И надеюсь, что я тому причиной".

Лиля вспыхнула, как девчонка, потом нарвала букетик цветов и протянула Лёше. Оба не проронили ни слова.

Потом они вышли к озеру, такому спокойному, что деревья в нём отражались, как на картинке. Было так красиво, что Лиля забыла о войне, о страданиях, боли и жестокости. Она раскинула руки, как бы желая обнять весь мир, и начала читать свои любимые стихи Пушкина.

Мороз и солнце; день чудесный!

Еще ты дремлешь, друг прелестный -

Пора, красавица, проснись:

Открой сомкнуты негой взоры

Навстречу северной Авроры,

Звездою севера явись!

Леша захохотал: "Лиля, очнись! Какой мороз? Уже скоро лето!"

Лиля, смущённая тем, что Лёша не почувствовал её настроения, стала защищаться: "Ну и что? Это мои любимые стихи".

"Значит, ты любишь Пушкина?"

"Конечно. Я всегда читала его стихи на школьных вечерах". Лиля помолчала и улыбнулась. "А я-то думала, что ты и Пушкина не знаешь".

Леша ответил с вызовом: "Ну так почитай ещё что-нибудь".

"С удовольствием", - улыбнулась Лиля.

Я вас люблю, - хоть я бешусь,

Хоть это труд и стыд напрасный,

И в этой глупости несчастной

У ваших ног я признаюсь!

Мне не к лицу и не по летам...

Пора, пора мне быть умней!

Но узнаю по всем приметам

Болезнь любви в душе моей.

Сказать, что Лилю удивило то, что произошло дальше, - это не сказать ничего. Он стал рядом с девушкой и продолжил с вдохновением:

Без вас мне скучно, - я зеваю;

При вас мне грустно, - я терплю;

И, мочи нет, сказать желаю,

Мой ангел, как я вас люблю!

Когда я слышу из гостиной

Ваш легкий шаг, иль платья шум,

Иль голос девственный, невинный,

Я вдруг теряю весь свой ум.

Вы улыбнетесь, - мне отрада;

Вы отвернетесь, - мне тоска;

За день мучения - награда

Мне ваша бледная рука.

Лиля была рада, что Лёша оказался таким чувствительным. Таким она любила его ещё больше. Он, действительно, оказался мужчиной её мечты. "Оказывается, ты любишь поэзию".

"А что тебя удивляет?" - спросил Лёша, с притворной обидой. "Разве мужчины не умеют чувствовать?" он помолчал. "Я из Сибири, но у меня сердце не ледяное".

Лиля почувствовала себя неловко. "Не обращай внимания. Я не хотела тебя обидеть".

"Извинения принимаются", - с улыбкой сказал Алексей. "Знатоки умеют быть великодушными".

Теперь настала Лилина очередь подразнить его. "Ах, так ты знаток? Тогда угадай, кто написал это".

О, как убийственно мы любим,

Как в буйной слепоте страстей

Мы то всего вернее губим,

Что сердцу нашему милей!

Леша сел на поваленное дерево и захохотал.

"Ну что, загнала я тебя в тупик?"

"В тупик?" - фыркнул Лёша. "Это был Тютчев, Фёдор Тютчев. Кто же этого не знает?"

"Теперь, капитан, попытайтесь меня загнать в тупик".

"А если загоню, какой будет мой приз?" - улыбнулся Лёша с хитрым блеском в глазах.

"Нежный поцелуй от самого лучшего лётчика".

О да, любовь вольна, как птица,

Да, все равно -- я твой!

Да, все равно мне будет сниться

Твой стан, твой огневой!

Да, в хищной силе рук прекрасных,

В очах, где грусть измен,

Весь бред моих страстей напрасных,

Моих ночей, Кармен!

Лиля растерялась. Она не могла угадать автора. "Должна признаться, я не знаю этих стихов".

"Такой знаток литературы - и не знает Блока?"

"Это был Блок?! Я думала, что знаю все его стихи".

"Может быть, ты хуже соображаешь, когда на тебя оказывают давление?"

Лиля слегка оттолкнула его.

"Не имеет значения. Мне пора получить мой приз".

Леша видел своё отражение в Лилиных глазах, когда она нежно обнялись и слились в поцелуе. Лилю охватили чувства, которых она никогда не испытывала раньше.

"Это безумие", - прошептала она ему на ухо.

"Вряд ли", -ответил он.

## x x x


ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ, НО ОНИ ПОКАЗАЛИСЬ ИМ МИНУТАМИ.

Солнце начало заходить за тучи, и небо покрылось малиновыми, жёлтыми и оранжевыми мазками.

"Становится прохладно. Наверное, пора возвращаться", - сказала Лиля.

"Давай подождём, пока солнце зайдёт и покажутся звёзды. Я разведу костёр, и мы согреемся".

Лиля кивнула. Леша собрал хворост и положил вокруг камни. Потом достал спички из кармана. Они уютно расположились у костра.

Леша смотрел, как пламя отражается в серых глазах Лили, а она, улыбаясь, любовалась своим красавцем-лётчиком, его смуглым лицом, чёрными волнистыми волосами.

Леша задумчиво молчал.

"Хотела бы я знать, о чём ты думаешь", - улыбнулась Лиля.

"Просто задумался".

"О чём?"

"Если бы не война, смогли бы мы встретиться?"

Лиля пожала плечами. На этот вопрос не было ответа.

Вдали продолжали глухо грохотать пушки.

"Почему мы должны убивать, чтобы любить?"

"Ты хочешь сказать, что любишь меня?" - тепло улыбнулась Лиля.

"Я хочу, чтобы ты ответила первой".

"Мой храбрый капитан боится быть первым?"

"Возможно, он боится, что его собьют..."

"А если меня?"

Они молчали, а их сердца переполняли чувства.

Ещё никогда они не говорили о своей любви так открыто. "Я хочу прочесть тебе кое-что", - сказала Лиля, вдруг становясь серьёзной.

Лёша вопросительно посмотрел на неё. Лиля вытащила из кармана свёрнутый в несколько раз листок.

Жди меня, и я вернусь.

Только очень жди,

Жди, когда наводят грусть

Желтые дожди,

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера.

Жди, когда из дальних мест

Писем не придет,

Жди, когда уж надоест

Всем, кто вместе ждет.

Лиля продолжала, и пламя, танцуя, отражалось на её лице. У Лёши перехватило дыхание от глубины чувств.

Жди меня, и я вернусь,

Не желай добра

Всем, кто знает наизусть,

Что забыть пора.

Пусть поверят сын и мать

В то, что нет меня,

Пусть друзья устанут ждать,

Сядут у огня,

Выпьют горькое вино

На помин души...

Жди. И с ними заодно

Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,

Всем смертям назло.

Кто не ждал меня, тот пусть

Скажет: - Повезло.

Не понять, не ждавшим им,

Как среди огня

Ожиданием своим

Ты спасла меня.

Как я выжил, будем знать

Только мы с тобой,-

Просто ты умела ждать,

Как никто другой.

У Лёши на глазах заблестели слёзы. Он был потрясён и тронут одновременно. "Потрясающе красивые стихи. Кто их написал?"

"Молодой поэт, Константин Симонов. Я прочитала эти стихи в "Правде", и мне захотелось их сохранить. Хотя тогда не знала, зачем".

"Ты знаешь, они о нас"., - сказал Лёша. "О нас с тобой. Обо всех людях, которые любят друг друга. И о войне".

"Нет", - твёрдо сказала Лиля. "Не о войне. Они о любви. О вере. О жизни".

Наконец, Лёша решился задать вопрос, который давно носил в себе. "Лиля, ты всегда будешь ждать меня?"

Лиля дотронулась до его руки. "Да. А ты?"

"Я тоже. Но мы никогда не погибнем".

"Никогда?"

"Мы будем всегда. Я клянусь тебе".

## Глава 35


Неутомимая Лилия испытывает судьбу снова и снова


Май, 1943

Горловка, Украина...

ВОЙНА КАТИЛАСЬ ВСЁ ДАЛЬШЕ.

473-й полк Баранова постепенно набирал силу и уже не уступал более быстрым и мощным "мессерам" и их прославленным асам. И всё же иногда случались значительные потери в воздушных боях. Баранов воспринимал каждую из них как свою личную утрату. Эти лётчики были для него гораздо больше, чем просто солдаты, они практически стали его семьёй. Когда кто-то из них погибал, он чувствовал себя, как отец, потерявший сына, одновременно испытывая и боль, и чувство вины за то, что не уберёг. Он всё спрашивал себя, что ещё было в его силах, чтобы предотвратить трагедию? Как уменьшить потери?

И у него созрел план. "Капитан Соломатин, мне потребуется Ваша помощь", - сказал Баранов однажды вечером после особенно тяжёлых воздушных боёв.

"Да, товарищ Баранов, я в Вашем распоряжении".

"Вы хороший ведущий. Ваши подчинённые демонстрируют беззаветную преданность и готовность идти навстречу опасности. Но я считаю, что они слишком рискуют, иногда даже погибают, подставляя себя огню противника. Они должны научиться быть более неуязвимыми. Атаковать внезапно".

"Не могу не согласиться. Вопрос в том - как?"

"Я хотел бы, чтобы они научились стрелять как можно ниже".

"Боюсь, я не совсем понимаю".

"Обозначим самый высокий холм в нашей зоне полётов. Возьмите самых толковых механиков и инженеров и соорудите макет для стрельбы размером с "мессер". И научите наших лётчиков поражать эту цель на небольшой высоте".

"Товарищ Баранов, есть одна проблема", - тактично заметил Алексей.

"То есть?"

"Самый высокий холм на нашей территории не более 1 500 метров. Летать так низко, точно поразить цель и вернуться в целости и сохранности - нелёгкая задача".

"Неужели труднее, чем поражать врага, который летает на 100 км в час быстрее и на 6 км выше в сплошную облачность?"

КАТЯ ЛЕТАЛА УЖЕ ДЕСЯТЬ МЕСЯЦЕВ без перерыва. Её успехи говорили сами за себя. Её не нужны были какие-то дополнительные тренировки.

"А какова цель?" - спросила Лилия, когда было объявлено о начале тренировок под руководством Соломатина.

"Сколько вылетов на нашем счету?" - вторила ей Катя.

"87".

"А сколько раз нас подбили или хотя бы зацепили?"

"Ни одного".

"Тогда мне это не нужно", - заключила Катя. "Если бы этими манёврами руководил не Лёша, ты согласилась бы участвовать?"

Лилин ответ удивил Катю. "Я скажу "Да", потому что до сих пор удача была на нашей стороне. Но может наступить такой момент, что бой будет неравным, когда решающим может оказаться каждый выстрел. Я предпочитаю быть подготовленной. Я мечтаю дожить до конца войны".

Катя замолчала. Ей вспомнились их погибшие товарищи - Новиков, Смирнов, Любимова и другие - все прекрасные молодые лётчики, которые были сбиты за последние недели. "Может быть, им не хватило удачи?" - спросила Катя, и то, что прозвучало в её голосе, граничило с самоуверенностью.

## x x x


У ЛИЛИИ БЫЛО СТРАННОЕ ЧУВСТВО, КОГДА ОНА СТОЯЛА НАВЫТЯЖКУ перед человеком, которого она любит. В синем, как сапфир, небе не было ни облачка, и в нём кружили ястребы, легко, без малейших усилий, раскинувшие свои широкие крылья. Но разговор между ними шёл отнюдь не о красотах природы. Они говорили о том, как лучше и точнее сбивать врага, которого она сможет слышать и чувствовать, но не сможет видеть и осязать.

"Для тебя это так же трудно, как и для меня?" - спрашивал у неё мужчина, который, казалось, мог читать её мысли, чувствовать то, что и она сама.

Лилия уставилась на сухую пыльную землю. Она недоверчиво покачивала головой.

"У нас сильный достойный противник. Ты летаешь, как ветер, но убивать тебе трудно".

"Ты же знаешь, мне это не свойственно".

Леша жёстко посмотрел на неё. Сейчас он был не её любимый, а командир эскадрильи. "Мне тоже. Но судьба распорядилась именно так. Мы вынуждены это делать. Ты должна испытывать злость, когда вылетаешь на задание. Представь себе, что каждая обойма дана тебе для того, чтобы уничтожить фашиста. Ты должна думать о каждом погибшем товарище. Если будет цель, появится и возможность её достичь".

Лиля заглянула в глаза человеку, который стоял перед ней. Она глубоко вздохнула. "Я понимаю. Тогда давай начнём. Что нужно сделать, чтобы стрелять эффективнее?"

Леша объяснил ей тактику, предложенную Барановым, затем кивнул на самолёт. "Когда поднимемся в воздух, следуй моим инструкциям".

Лилия задержалась на крыле, прежде чем войти в кабину. "Капитан, а Вам не нужны инструкции, как летать низко на высокой скорости?"

Лёша улыбнулся и послал ей воздушный поцелуй.

"Белая Лилия, Белая Лилия", - вызывал он её по рации, когда они приближались к цели. "Подлетай как можно ближе к цели, и только тогда нажимай на гашетку и стреляй прицельно короткими очередями".

"Прямо в яблочко", - отозвалась Лилия.

"Наше умение летать и храбрость не менее важны, чем точная стрельба. Мы захватим врага врасплох", - уверенно улыбнулся Алексей. "Они и не догадаются, что у нас со стрельбой проблемы. Тем более, что наши женщины воюют не хуже, чем мужчины".

Лилия взглянула на своего боевого товарища и тоже улыбнулась. Уверенность, звучавшая в его голосе, придала стойкости и ей.

"Так точно, товарищ капитан!"

## x x x


КАТИНА ЖИЗНЬ ОБОРВАЛАСЬ 22 мая 1943 года

Немецкие наземные войска были раздроблены, будучи лишены поддержки с воздуха.

Лилия и Катя совершали полёт на высоте примерно 8 000 метров. "Белая Лилия, фрицев не видно с запада", - передала по рации Катя, входя в густые облака.

"С востока тоже".

Девушки не учли, что вражеские самолёты могут оказаться выше или ниже их.

Внезапно с полдюжины "мессеров" вынырнули из облаков и направили орудия прямо на них.

Лилия заметила их первая. Она резко свернула в сторону и совершила буквально акробатический трюк, нырнув вниз, исчезнув из их поля зрения.

Катя решила остаться и принять вызов. Она открыла огонь и сбила один самолёт. Остальные пять попытались окружить её. Она выскользнула, совершая маневры то вверх, то вниз. Ей удалось обмануть всех, кроме одного.

Немецкий лётчик яростно атаковал Катин самолёт с левого фланга. Один из её пулемётов вышел из строя. Немец, почувствовав, что огонь ослабел, продолжал стрелять. Катя пыталась стрелять из второго пулемёта, но не попала. Вдруг она почувствовала жгучую боль в ноге. Кровь обильно потекла из раненой ноги. От боли и кровотечения у неё закружилась голова. Ей ничего не оставалось, как спуститься ниже в надежде, что Лилия окажется где-то поблизости. Лилия видела, что Катя спустилась до 1 500 метров, в то время, как враг слегка отстал в растерянности, и это дало Лиле возможность проскочить между ними. Она поспешила на помощь подруге, стреляя в фашиста короткими очередями, как учил её Алексей. Несколько секунд спустя вражеский самолёт, вращаясь, полетел к земле горящим факелом.

Приземлившись, Катя бросилась к подруге и крепко обняла её со словами благодарности. "Это будет мне уроком. Я буду практиковаться в стрельбе, чтобы хорошо подготовиться к следующему полёту".

Когда Катю отвели в лазарет, Лиля задумчиво посмотрела на белые цветы, нарисованные на её кабине. Может быть, именно они были её надёжным талисманом? Ведь она вышла невредимой из стольких боёв, в то время как другие были ранены или убиты.

В тот же вечер Лёша высказал своё мнение: "Мне кажется, чем больше опыта ты приобретаешь, тем больше тебя хранит судьба".

ДОКЛАД НЕМЕЦКОГО АСА ЗВУЧАЛ УДРУЧАЮЩЕ.

"Мы потеряли только одного", - сказал он, стараясь придать голосу бодрость.

"А они?" - спросил майор.

"Их было всего двое".

"А они?" - настойчиво повторил майор свой вопрос.

"Это была та, с цветами. Наш злой гений. Нам просто не повезло".

"Дело не в везении. У нас достаточно опыта", - хмыкнул майор. "Эта дама достойный соперник. Но мы должны сделать всё, чтобы удача ей изменила. Слишком уж хороший пример она подаёт этим русским крестьянам, вообразивших себя лётчиками".

## x x x


НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ Лилия яростно преследовала бомбардировщик Хейнкель 111, в то время как Алексей прикрывал её с фланга.

Уверенная, что она убила стрелка, она спустилась ниже, чтобы попасть прямо в мотор. Она с силой нажала на гашетку. Мотор вражеского самолёта взорвался пламенем. Прежде чем машина начала падать, она с удивлением поняла, что и её двигатель был задет огнём. Она начала скользить вниз с заглохшим мотором, стараясь держаться подальше от немецкого самолёта, падающего вниз пылающим факелом.

Леша сразу понял, что у неё отказал мотор. "Белая Лилия, Белая Лилия", - спокойно вызвал он её по рации. "Поле для посадки, 44 км, влево 80 градусов. Повторяю, влево 80 градусов".

"Красная Гора (позывной Алексея), Вас понял. Ситуацию контролирую", - Также спокойно ответила Лилия, понимая, что больше ничем Алексей не может ей помочь.

Леша, не до конца осознавая опасность ситуации, похвалил её: "Молодец, Белая Лилия, фашисты отступили, они удирают".

Лилия не ответила, потому что в этот момент она совершала чрезвычайно сложную посадку. Она только знала, что это была безопасная территория, где-то в Украине. И она также понимала, что ей не дотянуть до поля, о котором её говорил Алексей. Единственно возможное решение - сесть на ближайшей поляне между деревьев.

Алексей заметил, как лилия внезапно начала снижаться. Он повторил координаты поля.

Лиле ничего не оставалось, как поделиться с ним своей проблемой.

"Красная Гора, мне не дотянуть. Мотор вышел из строя".

Алексей постарался скрыть волнение, хотя сердце у него бешено заколотилось. Он и помыслить не мог о том, чтобы потерять свою любимую таким образом. Он рискованно направил свой самолёт вниз, в поисках более ровного и безопасного места, чтобы Лилия могла приземлиться.

"27 градусов вправо, метров пятьсот, лучше всего".

"Спасибо, Красная Гора".

Первоначальный шок от необходимости срочной посадки улёгся. Теперь Лилия поняла, что её ранило, причём сильно. Боль всё усиливалась. Она почувствовала, что по ноге течёт кровь, и её волновало, сможет ли она посадить самолёт, прежде чем потеряет сознание. Она как будто снова услышала предсмертный крик Анатолия тогда, на аэродроме. Она не могла допустить, чтобы такой же крик услышал Лёша; в конце концов, он всё равно ничем не сможет ей помочь. Она отключила рацию.

К счастью, выбор Алексея оказался правильным. Поле для посадки было достаточно длинным и широким, и деревья стояли достаточно далеко.

Як, всё ещё с невыпущенными шасси, грохнулся о землю и протащился на пузе ещё метров 500. Он пропахал борозду и его развернуло, прежде чем он окончательно остановился. Лилия осмотрелась. Она не могла поверить, что самолёт не раскололся на части. Её всю трясло, когда она отстегнула ремни, отодвинула стекло, выбралась наружу и оказалась на безопасном расстоянии. Через несколько секунд самолёт превратился в пылающий шар, сила взрыва швырнула Лилию на землю.

Она в изнеможении лежала на земле. Кровь текла из ноги и полностью пропитала ботинок. Леша пролетел низко над полем, и она отчаянно замахала рукой. Он уже сообщил о происшествии на базу, а сам продолжал кружить над местом её падения, чтобы дать знать спасательной команде.

В ожидании, Лилия доковыляла до бревна, сняла свой приметный красный шарф с шеи и соорудила из него жгут, чтобы остановить кровотечение.

Леша, у которого заканчивалось горючее, вернулся на базу, сделав ещё один круг над Лилией.

Она помахала ему и послала воздушный поцелуй, прежде чем он исчез за деревьями.

Несколько минут спустя, подъехала машина, и сам Баранов выскочил из неё.

Лилия знала, что его личное присутствие означало многое. За это время между ними сложились дружеские отношения.

"Лиля, как ты, в порядке?"- спросил майор.

"Так точно, товарищ майор", - улыбнулась Лилия, которая поднялась, чтобы отдать честь, и тут же потеряла сознание от большой потери крови.

## x x x


АННА ЛИТВЯК РАСПЛАКАЛАСЬ, КОГДА ЕЁ ДОЧЬ, хромая, вошла на костылях в их квартиру на Новослободской.

"Мамочка, не нужно плакать. Я в порядке".

Лиля не рассказала матери всей правды. "Это был просто несчастный случай. Я не заметила, что отогнулась заклёпка, и поранилась о неё, когда спрыгнула с крыла после задания. Рана оказалась довольно глубокой. Пришлось наложить около двадцати швов".

Эти слова были незнакомы Анне. "После какого задания? Какая заклёпка? Как она могла отогнуться?"

Лиля объяснила, как могла, но постаралась сделать это так, чтобы не тревожить мать, и не рассказала, что была ранена в бою.

"Врачи дали мне время на поправку. Так давай проведём это время вместе, вдоволь наговоримся".

Следующий вопрос был неожиданным: "А ты сохранила швейную машинку, которую папа подарил мне на день рождения?"

"Конечно. Она в той комнате. Я пользуюсь ею время от времени, но теперь мне трудновато из-за боли в суставах".

"Бедная мамочка, мне так тебя жалко".

"Не огорчайся, что поделать - возраст. Вот доживёшь до моих лет - сама увидишь".

После ужина и чая Лиля достала из вещмешка полоски цветного парашютного шёлка.

"Что ты собираешься делать с этими лоскутами, детка?"

"В военное время всему научишься. Я люблю надевать яркий шарф, когда я летаю. Во-первых, предохраняет горло от сырости, а во-вторых, мне нравится быть непохожей на других".

Анна засмеялась. "Девочка моя, это очень на тебя похоже - отличаться от других".

Они провели вместе целую неделю. Лиля выздоравливала и шила.

"Береги себя, красавица моя", - умоляла её Анна, когда Лиля собралась возвращаться на фронт.

"У меня для тебя подарок", сказала Лиля, протягивая маме белый шарф. "Чтобы ты берегла своё горло. Каждый раз, когда будешь надевать его, будешь чувствовать мою любовь и тепло моего сердца".

## x x x


В ТЕЧЕНИЕ СЛЕДУЮЩИХ ДВУХ НЕДЕЛЬ Лилия и Лёша летали без происшествий. И вдруг, как гром среди ясного неба, Лёша слёг с гриппом. Он не мог летать, его буквально выворачивало наизнанку. Майор приказал ему отлежаться.

"Не волнуйся", - сказала Лиля, сидя у постели больного. "Ты хорошо научил меня. Обещаю тебе, Катя присмотрит за мной в воздухе".

В тот же день поступили сведения о готовящемся немецком конвое, который направляется к линии фронта. 473-й получил приказ остановить его, чтобы фашисты не получили подкрепление.

"Поскольку мы сейчас испытываем недостаток и самолётов, и лётчиков", - сказал Баранов, "с нами полетит 73-й полк с Кировского аэродрома".

Совместная эскадрилья, состоящая из десяти самолётов, атаковала конвой, бой продолжался около десяти минут. Когда он окончился, на земле лежала груда дымящегося металла. Но по пути на базу Лилия внезапно увидела четыре "мессера", которые преследовали пилота из 73-го. Она резко развернулась, чтобы уйти от преследования, один из "мессеров" тоже нырнул вниз, поджидая её. Он дал очередь, прошившую кабину Лилии и ранил её в руку и плечо. Кровь забрызгала лобовое стекло. Она сразу не поняла, насколько серьёзна рана, но стало трудно управлять самолётом одной рукой. Она решила садиться в открытом поле и спрятаться в лесу среди деревьев.

Один из фашистов заметил белые цветы на её фюзеляже. Он понял, что ему в руки идёт настоящий военный трофей - захватить или убить такого противника! Он приземлился неподалёку от Лили, потом направился к зарослям, держа в руке пистолет. В этот момент Як из 73-го полка заметил Лилию, спикировал вниз и взорвал немецкий самолёт. Фашист пришёл в ярость. Потом Як сделал круг и приземлился. Лилия вскочила в самолёт, и они направились на базу.

"Товарищ, спасибо, Вы спасли мне жизнь", - сказала Лилия, откидывая со лба белокурые волосы.

"Не за что, Белая Лилия. Будет что рассказать внукам когда-нибудь".

Несколько минут спустя самолёт приземлился на нашей территории. Лилия вылезла из кабины. Она думала, что пилот последует за нею. Однако он помахал на прощание и поднялся в воздух.

Лилия так и не узнала его имени и никогда не видела его больше.

Интересно, откуда он узнал её позывной?

## x x x


ПОСЛЕ ДВУХ РАНЕНИЙ ЛИЛИЯ ЗАДУМАЛАСЬ, так ли уж неизменна её удача. Возможно, не стоит так уж на неё уповать.

В то же время, она как никогда была готова драться до конца, чтобы остановить фашистскую военную машину. "Позвольте мне сбить аэростат", - уговаривала она Баранова пару дней спустя.

(Немецкий аэростат, наполненный горячим воздухом и начинённый разведывательной техникой, угрожающе висел над линией фронта уже несколько дней. Его охраняли противовоздушные орудия, вращающиеся на 360 градусов).

Баранов категорически отказал. Уже не один советский лётчик поплатился жизнью, пытаясь уничтожить аэростат, защищала сплошная огненная стена.

Кроме того, Лилия только что вышла из госпиталя и ещё не совсем поправилась после ранения. Врачи настаивали, чтобы она восстановила силы и снова навестила свою маму в Москве. Но она отказалась покидать фронт. Она только отлежалась в землянке несколько дней, а потом явилась к Баранову с рапортом.

"Категорически запрещаю. Тебе ещё нельзя летать".

Лилия не отступала. "Если Вы не разрешите, я сделаю это без Вашего разрешения".

"Ты не имеешь права нарушать приказ!"

"В самом деле?"

Баранов видел её горящие глаза, чувствовал силу её страсти. Если бы это был кто-нибудь другой, не Лилия, он посадил бы его под арест за нарушение субординации.

"Я так полагаю, у тебя готов план, поскольку до сиз пор ещё никому не удавалось сбить его".

"Так точно, товарищ Баранов".

"Тогда докладывайте, лейтенант".

Выслушав, он удостоверился, что её план был целесообразен, он мог сработать, если тщательно продумать детали.

Спустя четыре часа Лилия уже сидела в своём самолёте, спокойная и уверенная, ожидая, когда солнце окажется как раз в нужном положении. Потом она резко поднялась в воздух - но направилась не прямо к линии фронта, а параллельно ей, к тому месту, где не было ни войск, ни артиллерии. Потом она пересекла линию фронта и направилась к аэростату с подсолнечной стороны. Немцы не видели ничего, кроме слепящих лучей солнца, если, конечно, они вообще смотрели в этом направлении.

Ещё несколько минут - и Лилия расстреляла аэростат в упор. Тот вспыхнул, как огненный шар. Она услышала агонические крики тех, кто находился на борту того, что только что было аэростатом. Потом она стремительно полетела на расположение артиллерийских орудий и начала стрелять короткими очередями. На земле осталось кровавое месиво. Она сделала ещё один круг и расстреляла всё, что оставалось в обоймах. Потом поднялась вверх и полетела на свою базу.

Прилетев на свой аэродром, она решила отметить свою победу. Она спустилась до 200 м и начала исполнять акробатические трюки над полем. Поднялся вихрь, захлопали люки машин, стоявших на взлётной полосе. Какой-то щит сорвало с места и понесло на холм. Баранова её хулиганство привело в ярость. "Под арест!" - закричал он. "Я ей покажу! Она заплатит за это!"

Подкатив к Инне, она спросила: "Батя сильно ругался?"

"Просто из себя вышел!"

Баранов тотчас вызвал её к себе. Как только она вошла, он швырнул её шлем на стол в ярости, схватил стул и грохнул о пол.

"Товарищ Литвяк, какого чёрта, что вы себе позволяете?!"

"Праздную, товарищ Баранов".

"Что празднуете?"

"Аэростата больше не существует. Артиллерийского полигона тоже. Взвода охраны тоже".

Баранов прервал свою гневную тираду и расцвёл улыбкой. "Поздравляю, товарищ Литвяк!"

Две недели спустя Лилия была представлена к награде за свой подвиг - ордену Боевого Красного Знамени

## Глава 36


Представления Гитлера о роли женщины в обществе отличались от представлений Сталина


Берлин...

МИЛЛИ БРАНДТ РОДИЛАСЬ И ВЫРОСЛА В БЕРЛИНЕ. Теперь ей было 20, и она была соперницей Лилии. Она была умна, образованна, привлекательна и при росте 170 см имела длинные белокурые волосы, светло-голубые глаза и потрясающую фигуру. Она обладала мужеством и стальной волей. С одной стороны, она, как и многие немцы того времени, была под гипнозом ораторского таланта Гитлера, который заставлял неистовствовать и бесноваться толпы, которые, к тому же были охвачены ужасом перед грядущей опасностью. С другой стороны, она не принимала для себя часто повторяемую доктрину Гитлера о том, что "мир женщины - это её муж, её семья, дети и домашний очаг".

Милли, как и Лилия, не понимала, по какой причине она не может участвовать в военных действиях. Женщины должны играть свою роль. Но в то время, как прагматично настроенный Сталин всё больше склонялся к необходимости привлекать женщин к защите Родины, Гитлер упорно отвергал любые намёки на эмансипацию женщин и феминистское движение. Таким же настроением было охвачено всё гитлеровское командование, что делало исполнение желания Милли трудным, но, с её точки зрения, не безнадёжным.

## x x x


"КОГО ВЫ ЖЕЛАЕТЕ ВИДЕТЬ?" - недоверчиво переспросил чопорный дежурный офицер, стоящий у двери Рейхканцелярии в Берлине.

"Фюрера".

"Могу я поинтересоваться, по какому делу?"

"Я хотела бы обсудить с ним, каким образом женщины могли бы быть полезны на военной службе".

"А, понятно", - ухмыльнулся офицер. "Я уверен, что Фюрер с удовольствием выслушает Ваши идеи, но как раз сейчас он немного занят - он руководит страной, ведёт войну и планирует наступление. Вы не могли бы зайти лет через пять?"

"Это глупая шутка", - ответила Милли.

"Фройляйн", - сказал офицер, начиная злиться и вытаскивая оружие: "Уходите, пока я не применил его по назначению".

Милли решила попробовать другой способ. Она зашла с бокового хода, нашла прачечную и залезла в тележку с бельём. Очутившись в здании, она прошла по коридорам, пока не увидела кабинет Фюрера, который тщательно охранялся. Она подошла к охране. "Мне назначена встреча с Фюрером".

"В самом деле? По какому вопросу?"

"Планы военной службы".

"Глупая девчонка, уходи отсюда, пока я не применил силу. А это, уверяю тебя, будет не очень приятно".

Охранник схватил её за руку. Она пронзительно закричала: "Убери от меня свои лапы, ты, неотесанный мужлан!" В этот момент мимо проходил Рейхсмаршал Герман Геринг. Милли узнала его по фотографиям в газете.

"В чём дело, почему такой шум?"

"Эта бродяжка утверждает, что ей назначена встреча с Фюрером по вопросу военных преступлений".

"Военной службы".

"Прошу прощения".

Герингу понравилась запальчивость и решительность Милли. "Юная фройляйн, я помощник Фюрера. Давайте пройдём в мой кабинет, и Вы мне расскажете, каковы же Ваши идеи по поводу военной службы".

Милли кивнула. Она готова была предложить создать организацию, которую можно было бы назвать "Женщины из Камня". В их задачи входило бы выполнять разные военные поручения, такие как брать в плен и охранять пленных, ухаживать за ранеными, хоронить убитых и спасать имущество.

Геринг заинтересовался, но всё же был настроен скептически. "И Вы думаете, многие женщины согласятся на такую работу?"

Милли была готова к возражениям. "Я уже думала об этом, Герр Геринг. Я считаю, что если развернуть пропаганду, выпустить патриотические плакаты, это привлекло бы внимание многих молодых женщин и призвало их помочь общему делу".

Две недели спустя группа "Женщины из Камня" была создана. Милли удалось зарекрутировать 10 000 женщин в возрасте от 18 до 40 лет, преимущественно одиноких, которые были готовы помочь делу Германии, при этом не беря в руки оружие.

Сталину было известно об истории Милли Брандт от разведки, которая имела сведения о том, что происходит в Нацистской партии. Он увидел в этом повод усилить влияние на русских женщин, чтобы укрепить режим накануне Великой Отечественной войны, которая, как он считал, была уже не за горами. Сталинская пропаганда "переработала" эту историю для русского восприятия, теперь это немцы выглядели необразованными крестьянами, принуждающими своих женщин выполнять только такие тяжёлые и неблаговидные работы в военное время. Их сравнивали с советскими женщинами, которых сам Сталин призывал в Красную Армию.

Хоть и перекроенная, но эта история глубоко затронула души русских людей. Тысячи писем полетели в Кремль от женщин всех возрастов, умоляющие руководителей Коммунистической партии поддержать их в их благородных стремлениях. Впоследствии, газета "Правда" регулярно печатала одну-две статьи о беззаветных подвигах героических советских женщин, защищающих свою Родину.

Таких, как Лилия.

## Глава 37


Девчонки всегда остаются девчонками. Даже во время войны...


ЭТО БЫЛО КАК МАННА НЕБЕСНАЯ. Густые тучи, похожие на огромные горы, дождь, идущий сплошной полосой, и резкий, пронизывающий ветер.

Баранову ничего не оставалось, как отменить все полёты. Стоя перед батальоном, он посмотрел на Лилию. "Вы все много и успешно летали. Сейчас можете отдохнуть, и физически, и морально". Лилия согласно кивнула.

Когда пилоты вышли из палатки, Лёша подошёл к Лиле, которая стояла в окружении подруг - Инны, Кати и порывистой, уверенной в себе темноволосой Раисы, которая недавно прибыла в 586-й полк. До этого она воевала с "Ночными ведьмами".

"Значит, у нас есть время побыть вместе?" - спросил Алексей.

Лиля остановилась и нерешительно посмотрела в сторону улыбающихся подруг, потом нежно взяла Лёшу за руку.

"Не обижайся, милый, я хотела бы провести время с девушками".

Леша с нежностью и любовью посмотрел ей в глаза. "Я понимаю". Хотя немного всё-таки обиделся.

"Я же вижу по твоим глазам", - заметила это Лиля.

Леша улыбнулся и повёл плечом.

"Значит, мужчинам можно собираться, выпивать, сплетничать о женщинах?"

Больше ничего не потребовалось говорить. Леша поправил пилотку и вышел.

Раиса заметила, что в землянке, заменявшей баню, никого не было.

"Предлагаю устроить баню, чтобы смыть грязь и копоть войны с наших тел и насладиться чистотой - хоть ненадолго!" - предложила она.

"А у меня есть настоящие полотенца", - сказала запасливая Лиля, доставая из походного сундучка простыню.

Катя пошла первой. Она мылась и мылась. "Оставь и нам хоть немного воды", - засмеялась Инна.

Минут сорок спустя распаренные девушки, завернувшись в простыни, тесно уселись у печурки, разнеженные и умиротворённые.

"Ну, ты хорошо выдрессировала Лёшу", - засмеялась Раиса. "Я не уверена, что у меня получилось бы так с моим парнем".

"Расскажи нам о нём", - улыбнулась Лиля.

Раиса запнулась. Она хотела-было, как многие девушки в военное время, придумать историю своей любви. Но не стала. "Да не о чем рассказывать".

"Не стесняйся", - хихикнула Катя, хотя обычно такая игривость была ей несвойственна. "Расскажи. Нам интересно, правда, девочки?"

Вместо ответа Раиса взяла со стены гитару, украшенную красным бантом, которая висела над неё кроватью. "Я вам лучше спою песню, а вы сами представите себе моего Юрия". Она запела "Тёмная ночь", нежную, трогательную песню о войне, о любви, разлуке и надежде на скорую встречу.

Тёмная ночь... Только пули свистят по степи,

Только ветер гудит в проводах. Тускло звёзды мерцают.

Ты меня ждешь, ты, любимая, знаю, не спишь

И у детской кроватки тайком ты слезу утираешь.

Как я люблю глубину твоих ласковых глаз,

Как я хочу к ним прижаться сейчас губами.

Тёмная ночь разделяет, любимая, нас,

И тревожная чёрная степь пролегла между нами.

Верю в тебя, дорогую подругу мою,

Эта вера от пули меня тёмной ночью хранила.

Радостно мне, я спокоен в смертельном бою.

Знаю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось...

Пока Раиса пела, Лиле представлялся день, когда всё это закончится. Когда они с Лёшей и их детьми будут весело проводить праздники с мамой и с друзьями, новыми и старыми.

Инна видела в своих мирных мечтах самовар, горячий чай на травах, банку смородинового варенья, кувшин мёда, связку бубликов и как она говорит кому-то (кому?): "Давай попьём с тобой чаю со свежими бубликами".

Когда песня отзвучала, в комнате повисло задумчивое молчание, и каждая девушка мечтала о чём-то о своём, близком и дорогом сердцу. Лиля шла по лугу, поросшему дикими цветами, со своей мамой. Раиса вспоминала, как праздновала Новый год с семьёй и друзьями. Песни, смех. Инна вспомнила свой первый поцелуй. Прикосновение. Дыхание. А Катя почувствовала, как её волосы раздувает ветер, когда она летит над полями в своих родных краях.

Потом Катя нарушила тишину: "Рая, сыграй теперь что-нибудь весёлое. Сердцу хочется радости".

Раиса была готова. Но она придумала ещё кое-что. "Возьмите покрывало, давайте сделаем занавес, а ты будешь ведущей и представишь меня".

Катя охотно подыграла. Она встала на стул, держа занавеску, чтобы скрыть Раису от зрителей, которые уже начали хлопать и топать ногами от нетерпения. "Уважаемые товарищи! 586-й музыкальный полк имеет удовольствие представить вам нашу прекрасную артистку Любовь Орлову, которая талантливо сыграла в знаменитом фильме "Весёлые ребята" (самая известная и популярная музыкальная комедия того времени). Сегодня вечером она с нами!"

Теперь Раиса изображала Орлову, и её песни стали весёлыми и задорными.

Катя сдёрнула тёмное одеяло со своей кровати и завернулась в него, изображая мужской костюм. "Моя дорогая", - сказала она басом: "Прошу Вас доставит мне удовольствие и станцевать со мной".

Инна тоже разыгралась. Она томно заглянула ей в глаза: "Почту за честь принять приглашение от такого сильного, потрясающего мужчины".

Раиса начала играть "Светит месяц", популярную шуточную народную песню о любви.

Светит месяц, светит ясный,

Светит белая луна.

Освети мне путь-дорожку

Вдоль до Сашина двора.

Праздник был в полном разгаре. Лиля, у которой не было партнёра для танцев, решила "соблазнить" Инниного "мужчину" (Катю). Она взяла вторую простыню и быстро соорудила из неё бальное платье с откровенным разрезом, открывающим её красивые ноги. "Кого же предпочтёт этот роскошный мужчина?" - проворковала она заигрывающе.

И вскоре в ход пошли все простыни, одеяла и занавески. Куда делся строгий порядок, царивший в их строгой землянке?

"А кто видел "Весёлые ребята?" - спросила Раиса.

Все дружно подняли руки. "А давайте мы тоже устроим джазовый оркестр! Пусть каждая изображает какой-нибудь инструмент".

Идея всем понравилась. "Я буду большим барабаном", - вызвалась Катя.

Инна захотела быть трубой, а Лиля - пианино. Раиса подняла руку. "Начинаем!" Лиля решила подразнить Инну. "Инна, ты не похожа на музыканта. Ты похожа на авиамеханика, который вообразил, что умеет играть на трубе". Инна засмеялась: "Ах, ты так!" Она схватила подушку и бросила в Лилю. Та увернулась, и подушка попала в Катю. Катя в свою очередь схватила подушку и бросила обратно. И вот уже все четверо швыряли друг в друга подушки. И вдруг на одной из них лопнул наперник. Потом на другой. Перья разлетелись по комнате. Девушки утомлённо упали на пол и наконец угомонились.

"Ну, Раиса, так расскажи же нам о своём Юрии", - сказала, улыбаясь, Лиля, которой хотелось поговорить о чём-то уютном, домашнем.

"Я же сказала - не о чем рассказывать", - внезапно помрачнев, ответила Раиса. ""Юрий погиб в бою несколько месяцев назад".

Мечтательное настроение улетучилось. В комнате повисло тяжёлое молчание.

"Я тебя понимаю", - сказала Лиля, пытаясь как-то сгладит неловкость.

Раиса подняла бровь и тяжело вздохнула.

"Как ты можешь понять? Твой Лёша всегда рядом с тобой, следит за каждым твоим шагом. Беспокоится о твоей безопасности".

"И я о нём".

Раиса заговорила, и в её голосе прорвалась горечь: "У моего Юрия таких привилегий не было".

"Разве я в этом виновата?"

"Извини, я не это хотела сказать".

Катя и Инна потянули Лилю за руку, чтобы та не успела сказать лишнего и не вызвала бурю со стороны Раисы. Лиля поняла намёк.

Она улыбнулась. "Мы участвуем в тяжёлых сражениях. А личного времени так мало, и оно так быстро кончается. Может быть, артистка Орлова споёт нам ещё что-нибудь?"

Раиса извиняюще улыбнулась, взяла гитару, и девушки снова начали петь и танцевать.

Вдруг дверь широко распахнулась. Вошёл майор Баранов. При виде такого беспорядка, он напустил на себя негодующий вид.

Перепуганные девушки непроизвольно выстроились в шеренгу, но это выглядело нелепо, ведь они всё ещё были в простынях, одеялах и тому подобном. Они пытались сохранить серьёзность, но, глянув друг на друга, не выдержали и прыснули от смеха.

"Товарищи, вынужден напомнить вам, что вы солдаты на войне, а не дети в детском саду. Думаю, наш враг не дремлет и не устраивает вечеринки в пижамах, или что вы там ещё придумали. Почему в казарме такой беспорядок?!"

"Так точно, товарищ командир", - невинными голосами ответили девушки в унисон.

Баранову пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить строгое выражение лица. "Немедленно привести в порядок себя и казарму - и на обед! Хотел бы я знать, кто инициатор этого безобразия. Несколько дней на "губе" ему не помешали бы".

Баранов повернулся и командирским шагом вышел из казармы. Девушки переглянулись и прыснули от смеха.

До Баранова долетели звуки их веселья. Он пожал плечами, покачал головой и сам не мог удержаться от смеха. Всё-таки девчонки и на войне остаются девчонками. Ему вспомнилась его собственная молодость. Он был спортивен и любил похвастаться своей силой и ловкостью перед девушками. Хитрая улыбка появилась на его лице. Он оглянулся - не видит ли его кто. Никого не было, и он прошёлся "колесом" - раз и ещё раз. .. и снова деловым шагом продолжил путь к своей землянке.

## x x x


ДЕВУШКИ ПРИВЕЛИ В ПОРЯДОК СВОЁ ЖИЛИЩЕ и на обед явились в форме, как и подобает военным. Лиля оглянулась. Ей вдруг пришло в голову, что некоторые, а может быть, и многие их этих молодых, сильных, жизнерадостных парней и девушек никогда не вернутся домой.

Что-то сдавило ей сердце и не отпускало, даже когда они уже возвращались в казарму. Войдя, они уселись возле печурки. Лиля всё так же была задумчивой.

"Что-то грустно. Давайте помечтаем, поделимся мыслями и надеждами".

Девушкам это не приходило в голову, но идея понравилась.

Катя начала первой. "Я хотела бы изобрести новое удобрение, чтобы повысить урожаи, чтобы больше никто не голодал. А потом я хотела бы усовершенствовать свои лётные навыки и продолжать работать в сельскохозяйственной авиации".

"А я хочу стать лётчиком-испытателем. Испытывать новые самолёты", - произнесла Инна.

"Но ты же механик", - заметила Раиса.

"Нет", - улыбнулась Инна. "Я художник лётного дела. Мой талант помогает вам, лётчикам, летать быстрее, летать выше".

"Тогда почему тебе бы не стать лётчиком сейчас? Война даёт нам такую возможность"

"Я думаю, делая то, чем я занимаюсь сейчас, я приношу больше пользы Родине. Но когда война закончится, я хочу внести свой вклад в создание новых самолётов, новых боевых машин, которые помогут исключить возможность развязывания новой войны".

Настала очередь Раисы. Она откинулась назад и улыбнулась. "Я уже рассказывала вам о своей мечте. Я хочу встретить сильного, нежного, решительного и вместе с тем чувствительного мужчину. А ещё я хочу, чтобы он был красивым, мужественным, верным и имел чувство юмора".

Инна в шутку закатила глаза. "Чтобы такого найти, придётся хорошенько поискать".

Девушки расхохотались.

"Да никаких проблем. Уж я-то хороший сыщик".

"Ну а теперь очередь нашей знаменитости", - поддразнила Катя, намекая на то, что листовки и плакаты с портретом Лили были расклеены повсюду.

"Можно мечтать о чём угодно?"

"Мечты на то и мечты, чтобы их не ограничивали никакие правила", - сказала Катя.

"Моё первое желание - быть похожей на мою маму. Я хочу, чтобы у меня была счастливая семья и не меньше троих детей. И хочу долго-долго жить с Лёшей".

"А дети - мальчики или девочки?" - спросила Раиса.

"Не имеет значения. Лишь бы они были здоровыми и любящими".

"Похоже, этого уже достаточно для счастья. Или у тебя есть ещё мечты?" - улыбнулась Инна.

Лиля взяла в руки кружку с чаем и поочерёдно посмотрела на всех своих подруг.

"Я думаю, когда война закончится, самолёты будут использоваться в гражданской авиации и перевозить всех людей, а не только военных. Я хотела бы летать на таких самолётах. Даже более того - я хотела бы руководить такой организацией, которая строит такие самолёты, чтобы люди разных национальностей, говорящие на разных языках, живущие в разных странах, могли легко общаться друг с другом, преодолевать вместе все трудности, проблемы и различия".

Девушки молчали. Все их мысли, мечты, чаяния были о том, чтобы защитить Родину и выжить в этом сумасшествии, где один маньяк стремился завладеть всем миром. То, о чём мечтала Лиля, им просто не приходило в голову. Семья. Любовь. Равенство. Мир. Но разве она хотела слишком много?

## Глава 38


Мальчишки всегда остаются мальчишками. Даже во время войны...

БАРАНОВ НЕПОДВИЖНО СИДЕЛ В СВОЕЙ ЗЕМЛЯНКЕ, уставившись на пустой стакан и непочатую бутылку водки. Стояла непривычная тишина. Ни отдалённого грохота гаубиц, ни рокота самолётов в небе.

Алексей вошёл, чтобы уточнить задание на завтра. Он заметил, что майор в подавленном состоянии и подумал, что причиной плохие вести с фронтов. "Товарищ майор, какие-то непредвиденные трудности?"

"Капитан, Вы сами знаете, что дела идут хорошо", - резко прервал его Баранов. "Фашисты отступают с каждым днём". Резкий тон обескуражил Алексея. В чём же причина?

"Капитан, Вы знаете, что сегодня за день?"

"Видимо, нет", - дипломатично ответил Алексей.

"Я вступаю не в лучшую пору моей жизни. Сегодня мне исполняется 50 лет. Если меня не доконает война, то доконает старость".

Алексею повод для уныния показался смешным, но он сдержался. "Товарищ майор, Вы же ещё крепкий, в самом расцвете сил. У Вас ещё много-много счастливых лет впереди. Вы ещё переживёте нас всех".

"Маловероятно".

## x x x


ВЫЙДЯ ИЗ ЗЕМЛЯНКИ МАЙОРА, Лёша решил обсудить этот вопрос с Лилей и адъютантом Баранова сержантом Игорем Булатовым. "Похоже, что майор сильно подавлен".

Лиля встревожилась. "Наверное, предстоит трудный бой".

"Нет, его настроение вызвано другими причинами. Ему сегодня стукнуло 50".

"А я и не знала, что он такой старый", заметила Лиля, которой самой было 21 год и 7 месяцев. "Ты рассуждаешь так же, как и он сам", - укорил её Лёша. "Я предлагаю поднять ему настроение - устроить день рождения с подарками".

"Умница, капитан", - улыбнулась Лиля. "Только как мы устоим день рождения на войне?"

Но у Алексея был продуман план. Он предложил объявить о дне рождения майора во время обеда. Чтобы Баранов зашёл во время общего обеда, ему скажут, что с питанием возникли проблемы и что необходимо его личное присутствие. Они приготовят три подарка. Сержант начистит ему до блеска сапоги и пряжку ремня. Лёша с друзьями вымоют его машину, а Лиле поручалось приготовить именинный торт из картофеля, лука и свеклы и красиво его украсить. Всем остальным предлагалось внести свою лепту - поделиться водкой из своих личных запасов, чтобы можно было предложить тост за здоровье майора.

Часа три спустя, все приготовления были закончены. К счастью, в этот день не было налётов. Сержант позвал майора. Когда тот вошёл в столовую, весь полк дружно поднял жестяные кружки, а Алексей провозгласил тост:

Желаем Вам долгой и счастливой жизни и крепкого здоровья. А самое главное - желаем Вам счастья - безмерного, каждый день!

Баранов оглядел комнату. Все лица были обращены к нему с любовью и уважением. Это были его дети. Он был тронут до глубины души. Как он ни старался скрыть свои чувства, на глаза набежали слёзы. "Не знаю, что и сказать. Наверное, впервые в жизни мне не хватает слов. Спасибо вам всем, дай вам Бог здоровья".

Потом вошла Лиля, неся красиво украшенный торт. "Мне даже в голову не приходило, что ты можешь заниматься такими чисто женскими делами", - засмеялся Баранов. "Я думал, ты умеешь только мужиками в бою командовать". Баранов посмотрел на Лёшу с любовью. "Когда-нибудь эта лётчица станет для кого-то хорошей женой. Настоящая русская женщина". Растроганный Баранов произнёс целую оду в честь женщин. "На протяжении веков, наши женщины стояли бок о бок с мужчинами. Как говорится, "коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт". Теперь мы можем ещё кое-что добавить к этим знаменитым строкам", - улыбнулся Баранов, глядя на Лилю. "А когда закончат совершать подвиги, ещё и вкусные торты пекут!"

## x x x


"Теперь время для подарков", - сказал Лёша. Сержант достал сияющие сапоги и протянул майору, который с удовольствием надел их. Полк одобрительно загудел. "А теперь, товарищ майор, пожалуйста, выйдите наружу", - продолжал Алексей. Всегда седая от пыли, машина майора сегодня сияла на солнце. Он сел на водительское место и засмеялся: "Никогда ещё не видел её такой - прямо как новенькая! Кто же привёл её в такой порядок?" Лёша скромно отдал честь. "Вот ещё один сюрприз - летает, как птица, а блеск навёл - любая хозяйка позавидует".

Оставалось ещё одно дело. Леша договорился с фотографом, чтобы сделать снимок майора в машине. Но майор решил, что не годится ему фотографироваться одному. "Сержант, давайте вы с Алексеем присоединитесь ко мне". Он оглянулся "И моя дочка тоже", сказал он, протягивая руку к Лиле. Фотограф уловил момент, когда Баранов поднял ногу, показывая адъютанту, что тот пропустил пятно на сапоге. Алексей смотрел на них со смехом, а Лиля грациозно облокотилась на капот машины, украшая собой общую картину. Так он их и заснял.

## Глава 39


Катя позирует перед фотокамерой


Май, 1943 года...

КАТЯ ПОЛУЧИЛДА СООБЩЕНИЕ из дому, что отец тяжело болен и умирает. Она решила написать ему письмо ,чтобы насколько возможно поддержать его.

Дорогой отец!

На фронте дела идут благополучно. Я стала квалифицированным пилотом. Спасибо тебе за то, что в своё время ты разрешил мне поехать в Москву, чтобы работать на фабрику. Иначе я до сих пор была бы крестьянкой.

А здесь я занимаюсь тем ,что необходимо Родине. У меня две близкие подруги, Инна и Лиля, которых я привезу познакомиться с тобой, когда война закончится.

Когда-то я была твоей маленькой девочкой, а теперь я летаю на самолётах со скоростью 400 км в час. И стала очень метким стрелком.

Посылаю тебе фотографию, которую сделал корреспондент "Правды". Он написал статью обо мне и моих товарищах. Ты читал её? Представь себе - твоя дочь стала героем, о котором узнала вся страна.

Я постоянно думаю о тебе. А сейчас мне пора идти. Убивать фашистов!

С наступающим Новым годом!

С любовью, Катя.

## x x x


ПИСЬМО ПРИШЛО В ДОМ СЕРГЕЯ БУДАНОВА накануне Рождества.

Катина сестра Ольга прочла его отцу, который уже очень ослабел. Она показала ему фотографию, на которой его улыбающаяся дочь залазит в кабину самолёта. Будучи в полузабытьи, Сергей всё же узнал её. Он улыбнулся, взял фотографию слабыми руками и положил себе на грудь - поближе к сердцу. Несколько минут спустя он тихо скончался.

## x x x


ДАНИИЛА ПЕРЕВОДИЛИ В ДРУГУЮ ЧАСТЬ. В тот вечер, когда ему нужно было уезжать, они стояли возле грузовика, держась за руки. "мы будем писать друг другу", - сказал он, глядя ей в глаза. "А после войны..." Катя не дала ему говорить, приложила пальцы к его губам. Она не хотела сейчас думать об этом. Лиля слегка подтолкнула Катю к Даниилу, чтобы они поцеловались на прощание. Но та не сдвинулась с места.

## x x x


С КАЖДЫМ ПОЛЁТОМ КАТИНА РЕПУТАЦИЯ становилась выше. К этому времени у неё уже был Орден Красной Звезды и Орден Отечественной войны.

Она только что завершила задание и возвращалась на базу. На ярко-голубом небе не было ни облачка. Немногие лётчики смотрели вверх во время схватки. Большинство успевали только осматриваться вокруг на 360 градусов.

Но Катя решила провести тщательный обзор, прежде чем спуститься ниже, где поле зрения ограничивалось облаками.

Она поднялась до 4 000 метров. Потом до 5 000, 7 000, 8 000. И наконец, до 10 000 метров, непреднамеренно попав в воздушное пространство врага. Она заметила 13 "юнкерсов", которые летели на несколько сотен метров ниже. Она решила атаковать. Её самолёт стремительно ринулся на врага, Катя строчила из всех орудий сразу. Немцы были захвачены врасплох и сразу лишились двух бомбардировщиков. Остальные выстроились в линию и стеной пошли на Катин самолёт, поливая его огнём. Катя резко дёрнула рычаг, самолёт пошёл в высоту. Она знала, что немецкие бомбардировщики неповоротливы и уступают ей в маневренности. "Два сбитых самолёта - неплохо для одного дня", - засмеялась она про себя.

Немцы радировали на свою базу, прося подмоги. Несколько минут спустя в воздухе были шесть 109-х. они рыскали по небу в поисках вражеского "эскадрона". Но всё, что они увидели, - это одинокий Катин самолёт. Ведущий приказал пяти пилотам подняться как можно выше, скрываясь за облаками, идущими с запада, а сам спустился ниже, в качестве приманки. Он рассчитывал, что Як примет вызов и пойдёт в атаку.

Катя купилась на приманку. Она ринулась вниз, рассчитывая на лёгкую победу. И вдруг обнаружила, что находится в окружении 109-х. Она сражалась отчаянно. Спустила самолёт ниже. Потом ещё ниже. И вдруг её самолёт стал почти неуправляемым. Она отстреливалась ещё некоторое время, но 109-е окружили её и буквально изрешетили её самолёт градом огня. Катин самолёт превратился в пылающий шар. Случилось так, что её тело упало в густые заросли на русской стороне, в то время как самолёт взорвался в открытом поле на стороне немцев.

"Лёша", - спрашивала Лиля на командном посту, - "Слышно что-нибудь от Кати?"

"Бомбардировщики приземлились. Говорят, что она покачала им крыльями на прощание часа два назад".

Лиля заволновалась. "Нужно отправляться на поиски".

"Я понимаю тебя", - сказал Алексей. "Я полечу с тобой. Вдвоём лучше, чем одному. В случае, если..."

Они разработали план поисков. Вариантов было два. Либо у неё кончилось горючее на обратном пути, что, впрочем, маловероятно. Либо она заметила вражеский самолёт и решила преследовать его.

Два дня они летали над русской территорией на низкой высоте в поисках Кати. Но не нашли ни Кати, ни её самолёта.

Неделю спустя, русская разведка, прочёсывающая Луганскую область в поисках отставших вражеских пехотинцев, доложила начальству, что фашистов на территории не осталось. "Я капитан Яков Егоров", - представился офицер, выступавший перед людьми, собравшимися на центральной площади небольшого шахтёрского городка Антрацит. "Счастлив сообщить, что наша Армия отбросила фашистов далеко к границе. Но мы должны продолжать наступление и быть бдительными. Мы должны отыскать и уничтожить всех оставшихся на нашей территории фашистов. Будем признательны вам за любую оказанную помощь".

В ответ - молчание. Егоров увидел море человеческих лиц - усталых и гордых. В этом шахтёрском краю родились шахтёрские батальоны, которые фашисты называли "Чёрной смертью", потому что они всегда сражались насмерть. В этих краях не было ни одной семьи, которая не пережила бы трагедию, в которой никто не погиб от рук фашистов.

"Мы понимаем ваши страдания и сочувствуем вам. Мы тоже потеряли многих своих товарищей в боях за Родину. Товарищ Сталин, отец всех народов, также понимает ваше горе и разделяет его с вами". Когда капитан окончил свою речь, к нему подошли две девчушки, лет по двенадцать.

"Товарищ командир, мы хотим сообщить вам, что видели кого-то в кустах, недалеко отсюда".

"Фашистских гадов?"

"Нет. Она из наших".

Километрах в трёх от города, в зарослях травы они нашли тело Кати. По одежде и опознавательным знакам определили, что она была лётчицей 473-го полка.

## x x x


ДЛЯ ЛИЛИ БЫЛО НЕСТЕРПИМО ВИДЕТЬ Катю мёртвой и неподвижной. Всегда такая стойкая, Лиля разрыдалась. Ей вспомнилось и то, что было так давно. Смерть другой Кати, подруги детства. Она была потрясена и подавлена. Неужели она обречена терять тех, кто ей так близок?

"Когда же этому безумию придёт конец?" - выкрикнула Лиля, стуча кулаками по груди Алексея. Тот крепко прижал к себе её дрожащее тело. Почувствовав его родное тепло, она мало-помалу начала затихать. "Что же будет с нами? А если один из нас..."

Лёша тихонько приложил пальцы к её губам, как бы прося - не надо. "Нет, этого не случится, мы всегда будем вместе".

Лиля затихла. Хоть на короткий момент ей стало легче.

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Предназначенное расставанье

Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой,

Ни руки, ни слова.

Не грусти и не печаль бровей.

В этой жизни умереть не ново.

Да и жить, конечно, не новей.

С. Есенин

## x x x


В ТОТ ВЕЧЕР ЛИЛЯ НАПИСАЛА МАМЕ О СВОЕЙ ТРАГЕДИИ.

Дорогая мамочка!

Сегодня мне довелось как никогда испытать боль, которую испытала ты. Одно дело терять на войне своих товарищей. Совсем другое - терять близкого друга.

С большой горечью сообщаю тебе о гибели моей лучшей подруги Кати. Моего боевого товарища.

Я испытываю ярость. Почему эти звери творят такое?

Не знаю, смогла бы я пережить ещё одно такое горе. Как бы я хотела, чтобы ты была сейчас рядом со мной.

Мамочка, я постоянно думаю о тебе.

Очень люблю тебя.

Твоя Лиля.

Только одно было хорошо - Катя так и не узнала, что её отец умер от сердечного приступа всего за несколько дней до её гибели.

## Глава 40


Прекрасная пара - капитан Соломатин и лейтенант Литвяк - в день их свдьбы


ТРАГИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ С КАТЕЙ, ПАНКРАТОВЫМ и другими заставили Алексея пересмотреть свои намерения относительно Лили. Он мечтал жениться на ней, когда весь этот ад закончится. Сыграть традиционную русскую свадьбу, позвать родственников, друзей, а может быть, и венчаться в церкви, если Лиля захочет. Но если что-то случится с одним из них? Мечты могут рухнуть в один момент, и они встретятся уже только в другом мире.

Он решил поступить по-другому, но пока не посвящал Лилю в свои планы. Ближайшим другом Алексея был его механик Геннадий Кузнецов. "Ты спасаешь мою жизнь в воздухе, готов ли ты спасти меня на земле?" - спросил он у друга, улыбаясь, однажды тёплым летним днём. "Интересно, он всерьёз спрашивает?" - подумал Геннадий.

"Ты умеешь хранить секреты? Я решил сделать Лиле предложение стать моей женой. Но мне нужно кольцо. Ты мастер на все руки, поэтому я решил попросить тебя об этом".

Геннадию было приятно, что его технические способности были замечены и оценены, но ещё больше ему было приятно, что он был первым, с кем Алексей поделился своими планами насчёт свадьбы. Он задумчиво потёр подбородок. Он вспомнил о "мессере", который недавно был сбит недалеко от их аэродрома и теперь лежал у склона холма. "Ну что ж, друг", - улыбнулся механик. "У Геннадия всегда найдётся решение". Он предложил отодрать полоску дюраля от обшивки немецкого самолёта и сплавить два кольца на горелке, которой он пользовался при ремонте самолёта. "Не ювелирное изделие, но свою службу сослужит".

В тот вечер Лиля и Лёша сидели у костра, глядя на небо, полное мерцающих звёзд. Алексей нервничал, не зная, с чего начать разговор. "Ты когда-нибудь думала о вечности?"- спросил он.

Лилины глаза сверкнули улыбкой: "Вечность - это слишком долго".

"А если нам пожениться сейчас?" - спросил он неловко. "Тогда вечность станет ещё дольше. Это же хорошо, правда?"

У Лили гулко забилось сердце. Ей было приятно, но всё-таки она спросила: "А почему так вдруг? Мне казалось, мы договорились..."

Лёша перебил: "А если вдруг что-то изменится? Я хочу, чтобы наши души были вместе. Если одному из нас суждено будет уйти, другой останется на земле и будет помнить".

У Лили не было и тени сомнения, что она любит Алексея, бесконечно, беззаветно. Она широко улыбнулась. "Тогда - да. Но, капитан, раз уж делаете предложение, доводите дело до конца".

"Для начала", - сказал Лёша, доставая из кармана два кольца, - "Вот". Какими бы они ни были грубыми, Лиле они показались самыми красивыми кольцами, которые она когда-либо видела. Она протянула руку, чтобы Алексей надел ей колечко на палец. Тот заколебался: "Разве ты не хочешь, чтобы у нас была настоящая свадьба?"

"Каждая девушка хочет, но я могу обойтись и без неё".

"Нет необходимости в таких жертвах", - ответил жених. Лиля посмотрела на него непонимающе. "Я попрошу майора, и он поженит нас. Тогда это будет более-менее официально. А когда война закончится, мы сыграем настоящую свадьбу с родственниками и друзьями".

Лиля улыбнулась его решительности. Он одинаково решителен и на земле, и в небе. Её переполняла гордость за то, что человек, которого она полюбила навсегда, тоже любит её так сильно, что настаивает на немедленной свадьбе. Но она сильно сомневалась в том, что командир согласится выполнить такую необычную просьбу.

Леша прочёл её сомнения в глазах. "Кстати, майор кое-чем нам обязан", - напомнил он. "Мы ему устроили день рождения, который он надолго запомнит. Сержант отполировал ему сапоги, ты отутюжила китель, а я начистил до блеска машину. Кроме того, мы его любимчики". Лёша подумал и поправился: "Нет, мы ему как его дети".

В ТОТ ВЕЧЕР ПОСЛЕ УЖИНА Алексей отвёл майора в сторону. К его удивлению, майор не только согласился на свадьбу, но и настоял на том, чтобы тотчас объявить об этом во всеуслышание. "Товарищи, все сюда! Я должен сообщить вам кое-что важное. Наконец-то на этой проклятой войне произошло хоть что-то хорошее. Наши капитан и лейтенант", - сказал Баранов, обнимая за плечи Лёшу и Лилю", - решили пожениться и попросили меня провести эту церемонию. Вы все приглашаетесь быть свидетелями".

Влюблённые решили, что на свадьбе будут в своих мундирах. Но Лёша припас сюрприз.

## x x x


ТРИ ДНЯ СПУСТЯ небеса разверзлись, задул ураганный ветер, вылеты стали невозможными, и наступила передышка от воздушных боёв.

"Товарищи", - провозгласил Баранов промокшим влюблённым, которые собрались в его землянке: "Сегодня идеальный день для вашей свадьбы". Больше ничего не пришлось говорить. Два часа спустя Лёшины планы осуществились. Кусок брезента послужил навесом, был сооружён самодельный алтарь из трёх веток, а вместо ковра постелили парашютную ткань. Когда сияющая пара приготовилась идти по проходу, Геннадий тихонько заиграл на гитаре песню, специально выбранную Алексеем. Когда они прошли половину пути, вступил весь полк.

Мне декабрь кажется маем,

На снегу я вижу цветы,

Отчего так в мае

Сердце замирает -

Знаю я и знаешь ты.

Ласковое имя в тихий вечер

Шепчут мне уснувшие листы,

Отчего смущенно

Ты молчишь при встрече -

Знаю я и знаешь ты.

Скрипки чудный звук

Слышу, как в волшебном сне,

Все цветет вокруг,

Когда ты улыбаешься мне.

Солнце вижу я в день дождливый,

Радужно сияют мечты,

Отчего прекрасен

Этот миг счастливый -

Знаю я и знаешь ты.

Лиля сияла. Как прекрасна моя невеста, думал Алексей, стоя перед ней. Инна передала им кольца, и новобрачные надели их друг другу.

Когда церемония закончилась, влюблённые поцеловались, а остальные зааплодировали. Лиля обняла майора. "Товарищ майор, Вы сделали меня самой счастливой женщиной на свете".

Баранов улыбнулся: "Это ещё не всё".

"Ещё не всё?" - удивилась Лиля. "Я ещё не сделал вам свой подарок". "Зачем? Не нужно никакого подарка", - сказал Лёша: "Вы и так сделали для нас достаточно".

"Ерунда", - отмахнулся майор. "Послушайте: сегодня вы остаётесь ночевать в моей комнате".

## Глава 41


Село Павловка, Россия, впоследствии переименовано в Соломатино в честь капитана Алексея Соломатина


В тот вечер влюблённые обменялись подарками.

Лиля протянула своему другу маленький предмет, завёрнутый в кусочек ткани. "Это мой подарок тебе. Я надеюсь, он будет защищать тебя так же, как защищал меня".

Лёша развернул ткань и увидел маленькую фигурку деда Мороза, которого Лиля получила за победу в танцевальном конкурсе 10 лет назад.

ПОСЛЕ ИМПРОВИЗИРОВАННОЙ СВАДЬБЫ Лиля прилегла отдохнуть и проспала несколько часов. Её разбудил Лёша, который нежно шептал её на ухо: "Любимая, проснись. Ты кричишь во сне".

"А что я говорила?"

"Ты не помнишь?"

Лиля посмотрела недоуменно: "Нет".

"Ты кричала "Нет, нет". Больше ничего".

Влюблённые не знали, что Лиле приснились события, которые произошли на следующий день.

## x x x


"ХОРОШИЕ НОВОСТИ, ОЧЕНЬ ХОРОШИЕ", - сказал майор. "Немцы продолжают отступать".

Лётчики радостно загалдели.

"Сейчас задача 473-го ускорить отступление фашистов и очистить воздушное пространство над Украиной, чтобы облегчить наступление наземных войск и помочь им отогнать захватчиков нВ запад".

На следующее утро Лёша, Лиля и остальные лётчики батальона вылетели на поиски фашистских самолётов. В небе было чисто. Вражеских самолётов нигде не было видно.

Леша передал по рации: " возвращаемся на базу. Я лечу дальше на запад, чтобы наметить цели на будущее".

"Я с тобой", - передала ему Лиля.

"Нет необходимости, Белая Лилия. Столкновений не предвидится. Возвращайся и готовься к следующим полётам, как мы и планировали".

Она посмотрела на Лёшу. Тот улыбнулся и поднял вверх большой палец.

Когда Лиля спустилась сквозь облака метров до 3 000, огромный орёл распростёр свои широкие крылья и пролетел прямо перед её кабиной. Какой красивый, - подумала она.

Спустя двадцать минут, когда он поднялся до 10 000 метров, внизу начали сгущаться тучи. Чем дальше летел Алексей, тем темнее они становились. Видимость резко ухудшилась. Он решил возвращаться на базу, потому что всё равно не было видно ни отдельного самолёта, ни группы.

Он спустился до 6 000 м, рассчитывая обойти сгущение туч снизу. И вдруг, просто ниоткуда, появились три 109-х и окружили его. Прежде чем он успел прицелиться, он получил удар в бок. Самолёт начал вращаться. Пламя охватило его. Вражеские самолёты были начеку, когда он попытался нырнуть вниз. Они снова открыли огонь. Бак горючего взорвался. Горючее потекло. Было ясно, что самолёт не вернётся. Алексей открыл кабину и выбросился с парашютом из дымящегося самолёта. Он рассчитывал на то, что немцы не заметят его в пелене дыма и огня. Или проявят милосердие.

Но ни того, ни другого не случилось.

## x x x


ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ, но Алексей не возвращался.

Лиля почувствовала, что что-то случилось. Она предложила отправиться на его поиски.

"Ты отдыхай. Я пошлю кого-нибудь другого", - сказал Баранов, у которого уже тоже появилось нехорошее предчувствие.

Лиля настаивала. Инна вызвалась лететь с ней, и Лиля согласилась.

Через несколько минут они уже были над тем местом, откуда Лёша в последний раз помахал Лиле.

Они полетели дальше на запад. Самые страшные предположения оправдались. Тело её любимого висело на парашюте, зацепившись за дерево. Это был кошмар из её страшного сна. Лётчики молча стояли, не веря своим глазам.

Лиля без сил опустилась под деревом, возле окровавленного тела, она кричала и плакала почти полчаса. Наконец, Инна обняла её хрупкое, содрогающееся в рыданиях тело, пытаясь оттащить её прочь. Лиля ухватилась рукой за гимнастёрку Алексея. Карман расстегнулся, и оттуда выпала фигурка деда Мороза и сложенный в несколько раз листок, на котором наискосок было написано Лилино имя.

"Моя дорогая, любовь моя!

Сегодня, когда мы танцевали среди берёз,

я понял, что ты моя единственная на всю жизнь,

сегодня, завтра и всегда.

Я хотел сказать тебе об этом сам,

но подумал, что сейчас не самое подходящее

время для этого. К тому же, не был уверен,

что ты чувствуешь то же самое. Я, такой сильный

и уверенный в себе мужчина, - и испугался.

Я много раз начинал писать это письмо.

Но не находил подходящих слов. Я надеюсь,

что когда-нибудь разделю свою жизнь с тобой,

у нас с тобой будут дети. Мы проживём вместе

всю жизнь и умрём в один день. Мне жаль что

пришлось учить тебя убивать. Женщина создана,

чтобы давать жизнь, а не отнимать её. Надеюсь,

Бог простит меня за это. Я так хочу, чтобы

ты всегда оставалась живой и невредимой.

Любящий тебя,

Лёша

## x x x


ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА майор Баранов распорядился провести церемонию похорон Алексея Соломатина - похоронить его недалеко от взлётной полосы в присутствии всего полка.

Лиля согласилась с этим планом, но у неё было своё мнение относительно места захоронения.

"Товарищ майор", - попросила она, - "Лёша заслуживает большего".

"Я понимаю, лейтенант, но сейчас война. Что ты предлагаешь?"

"Дайте мне немного времени, мы с Инной найдём достойное место".

Инна удивилась, но согласилась с подругой и кивнула.

"У вас в распоряжении 12 часов".

Девушки сели в машину и отправились в близлежащую деревню Павловка, Ростовской области, где нашли небольшое кладбище. Нал одной из могил молились две пожилые женщины. За кладбищем, освещаемое солнцем, раскинулось поле, покрытое жёлтыми, белыми и малиновыми полевыми цветами.

"Вот где будет лежать Лёша. Это место достойно его", - сказала Лиля. Потом она разыскала местное начальство Юрия Гело.

"Для нас будет большой честью предоставить место для захоронения храброго воина", - сказал он, услышав от Лили историю Алексея. Он сочувствовал её горю.

В тот вечер Лиля написала письмо маме.

Дорогая мамочка!

Случилось много горестных событий, поэтому я долго не писала тебе. Мы много летали, уничтожая врага, но мы тоже несли потери.

Погибло несколько человек из нашего полка - моя боевая подруга Катя Буданова и мой близкий друг Лёша Соломатин. Он очень любил меня. Мы похоронили его в деревне Павловка Ростовской области. Хоронил его весь полк и жители деревни.

Мне очень не хватает его, моего дорогого друга. Я постараюсь побольше летать, чтобы хоть как-то забыться.

Вечно твоя, Лиля

## x x x


ВТОРОГО МАЯ 1943 ГОДА ДЛЯ 473-ГО ПОЛКА ВОЙНА ОСТАНОВИЛАСЬ НА ШЕСТЬ ЧАСОВ. Майор распорядился, чтобы все сели в грузовики и легковые машины и отправились на кладбище.

Однополчане отдали почести своему погибшему товарищу. Лиля мужественно старалась сдержать слёзы.

"Вы все знаете, что капитан Соломатин был не просто лётчиком-асом. Он был мне как младший брат. Он был отважным и бесстрашным. Но это ещё не всё".

Баранов посмотрел на Лилю. "Он был добрым и нежным. Он мог бы стать любящим мужем и прекрасным отцом". Баранов остановился, сдерживая рыдание. "Я надеюсь, что когда-нибудь это место, где теперь покоится Алексей, станет мемориалом. Я помню наш разговор с капитаном перед его последним полётом. Он спросил: "Зачем люди развязывают войны?" У меня не нашлось ответа. И сегодня, на этом святом месте, у меня всё так же нет ответа".

Майора окружали угрюмые, торжественные лица. Они как будто давали клятву. Церемония подошла к концу. Баранов дал Лиле знак возглавить процессию, которая двинулась к холму. Однополчане несли останки Алексея в скромном деревянном гробу.

Лиля глубоко вздохнула, на глаза накатились слёзы и медленно потекли по щекам. Она наклонилась, чтобы сорвать полевых цветов и положить их на могилу. Остальные - однополчане, жители деревни, включая священника и председателя Виктора Демидова, тоже возложили цветы к могильному холму.

Председатель, тронутый гибелью лётчика, поклялся Лиле: "Я всё сделаю, чтобы этот человек никогда не был забыт. Мы переименуем нашу деревню в Соломатино - в честь Героя Советского Союза капитана Алексея Соломатина".

## x x x


ВЕСЬ ПОЛК ВЫСТРОИЛСЯ В ШЕРЕНГУ, ЧТОБЫ отдать почести герою. Уходя, каждый подходил к Лиле, чтобы обнять её и выразить сочувствие. Лиля осталась одна у маленького холмика, под которым теперь покоился её любимый. Дул лёгкий ветерок, издали доносились разрывы.

Склонив голову, она вспоминала время, когда они были вместе. Его нежность, чувствительность, его силу. Воспоминания переполняли её. Дрожащим голосом она проговорила: "Господи, почему всё так? Почему ты подарил мне его, а потом отнял? Ну почему?"

Она вспомнила тот день, проведённый в лесу.

Жди меня, и я вернусь,

Только очень жди.

Жди, когда наводят грусть

Жёлтые дожди.

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера

Инна дотронулась до плеча подруги.

"Я думала, ты ушла вместе со всеми".

"Кто же тогда останется с тобой, чтобы поддержать в такой момент?"

Инна и Лиля хорошо знали друг друга. Они столько пережили вместе. Больше ничего не надо было говорить. Инна протянула к подруге руки. Они крепко обнялись, слёзы застилали глаза. Инна достала из кармана платок и вытерла Лиле глаза.

"Он обещал, что вернётся. Он обманул меня", - в отчаянии сказала Лиля.

"Ты не должна так думать. Лёша не обманывал тебя. Разве ты не чувствуешь его любовь?"

Лиля кивнула.

"Разве его тепло не защищает тебя?"

На лице Лили промелькнула слабая улыбка.

"Он всё ещё здесь. И он будет любить тебя до тез пор, пока ты будешь помнить его".

"Как ты думаешь, мы с ним встретимся?"- спросила Лиля.

Теперь настала очередь Инны улыбнуться. "Конечно, только это будет в другом месте. Он просто улетел на задание".

Лиля посмотрела в широкое чистое небо. По нему плыло одно-единственное облако. Она достала из кармана деда Мороза, сделала ямку в рыхлой земле и закопала фигурку рядом с Лёшей.

## x x x


В ТОТ ВЕЧЕР ЛИЛЯ ПЛАКАЛА, ПОКА НЕ УСНУЛА. Ей приснился сон, который задел самые тонкие струны души. Сон, который должен был бы сбыться, но...

Был канун Нового года, уже после войны, самый главный праздник на Новослободской улице.

Анна целый день украшала дом и готовила яства, чтобы устроить пир. Они с Владимиром ждали своего зятя, прославленного героя войны, Алексея Соломатина, который впервые должен был приехать к ним в гости. Чтобы праздник удался на славу, Анна постаралась пригласить всех Лилиных фронтовых друзей. Вот это будет сюрприз для неё!

Владимир удобно расположился в своём любимом кресле с газетой. Впервые за долгое время, с самого начала войны, железнодорожное управление не работало, а работникам дали выходные на время праздника. Хотя война была тяжёлым, жестоким испытанием, Анна и Владимир знали, что им есть за что благодарить судьбу.

У обоих теперь была хорошая работ. Владимира недавно повысили в должности, а это означало, что им будет хватать не только на хлеб.

Их дочь Лиля, герой войны, вышла замуж за Лёшу, мужчину её мечты. Господь подарил им здорового сынишку Бориса, а теперь Лиля ждала второго ребёнка.

Перелистывая страницы, он наткнулся на статью о маленькой белорусской фабрике музыкальных инструментов, которая производила гитары с уникальным звучанием. Он улыбнулся.

"Чему ты улыбаешься такой блаженной улыбкой?" - спросила Анна.

"Я вспомнил, как Лиля впервые "играла" на дедушкиной гитаре. Без конца дёргала струны. Она никогда не признавала запретов".

"Твоя дочь - ей всегда хотелось делать то, чего нельзя", - засмеялась Анна.

"Точно так, как и её мама".

Владимир поднялся, подошёл к вазе с белыми лилиями и вытащил одну.

"Это тебе, женщина моей мечты".

Владимир всегда умел сделать так, что Анна чувствовала себя принцессой. Она нежно поцеловала его.

Раздался стук в дверь. Начали прибывать гости. Лилю и Лёшу ждал прекрасный сюрприз, приготовленный Анной.

"Спасибо за приглашение. Я Анатолий Морозов. Я не виделся с Вашей дочерью с тех пор, как мы вместе служили на аэродроме. Когда я тренировал её, мне и в голову не приходило, что она станет такой знаменитой!"

Следующими были Катя со своим мужем Даниилом и дочками-близнецами, Викторией и Верой.

"Я знала из писем, что у вас дочка, но не знала, что их две".

"Ну хоть в чём-то я превзошла Вашу дочь", - пошутила Катя.

Вскоре после них прибыл Сергей Панкратов вместе со своей красавицей-невестой Радой, начинающей талантливой актрисой.

"Рада, Вы, оказывается, ещё красивее, чем на фотографиях".

"Спасибо, Анна Михайловна. Вы очень любезны".

"Вы знаете, я был без ума от Вашей дочери", - сказал Сергей. "Но это было до Рады, конечно".

"Да мы все были от неё без ума", - улыбнулся Анатолий.

Снова раздался стук. Прибыли Инна и её муж Владимир. Катя и Инна обнялись. На глаза набежали слёзы. "Случались моменты, когда я думала - неужели настанет когда-нибудь такое время, когда мы сможем вот так собраться вместе", - сказала Инна тихонько.

"Я тоже", - призналась Катя.

Когда все перезнакомились, снова кто-то постучал в дверь.

На пороге стояла Марина Раскова в красивом платье из коричневого шифона, её длинные каштановые волосы, как всегда, были аккуратно забраны в узел.

"Анна Михайловна, Валдимир Иванович, я так рада, что Вы пригласили меня. Это мой близкий друг Геннадий Алексеев".

Симпатичный мужчина поцеловал Анне руку. "Теперь я понимаю, от кого Ваша дочь унаследовала свою красоту".

Марина была несколько удивлена его замечанием: "Ты знаком с Лилей?"

"Мы встречались однажды во время войны. Но это была мимолётная встреча".

"Зная Лилю", - улыбнулась Инна, - "бьюсь об заклад, что она опоздает. Она всегда опаздывала. Если не из-за помады, то из-за причёски. Если не из-за причёски, то... Она доводила Лёшу до белого каления, когда ему приходилось ждать её, ведь нам не часто выпадали свободные минутки".

Анна улыбнулась в ответ. "Судя по Лёшиным письмам, мало что изменилось с тех пор".

Пока они смеялись, дверь отворилась. Вошли Лиля, Лёша и Борис. "Сюрприз!"

Все бросились обнимать Лилю и Лёшу.

Лиля раскраснелась: "Боже мой, мама, вот это сюрприз!"

Не было необходимости представлять всех друг другу. Лиля уже так много рассказывала ему о его будущих родственниках. А они, в свою очередь, знали Алексея по Лилиным письмам. Они тепло обнялись.

"Добро пожаловать в наш дом. Теперь это и твой дом", - сказал Владимир. Он пожал руку Алексею и взял на руки 11-месячного Бориса. "У вас такой красивый сынишка. Такой крепыш. И глазки красивые".

"Отец", - сказал Лёша, - "Можно мне называть Вас отцом?"

"Конечно".

"Я Вас тоже поздравляю с внуком. Посмотрите, у него такие же потрясающие серо-голубые глаза, как у Вашей дочери".

"Скоро будем обедать, а пока давайте сядем поговорим", - сказала Анна. "Расскажите нам обо всём".

Лиля и Лёша были рады услышать, что Анна и Владимир находились в добром здравии и что, несмотря на послевоенные трудности, они жили относительно в достатке. Что Катя и Инна удачно вышли замуж и обе были ужасно счастливы. Что Анатолий изучал юриспруденцию, Сергей учился на доктор, а Марина стала профессором и преподаёт в местном инженерном институте.

"Дом выглядит таким же, как и прежде", - улыбнулась Лиля, оглядывая комнаты. В углу стояла её старенькая швейная машинка и лежали нитки для вязания.

"Доченька, помнишь, как я учила тебя шить для себя наряды?"

"Конечно, мамочка. Не поверишь, но эти уроки пригодились мне во время войны".

Анна посмотрела на неё недоумённо: "Как это?"

"Достаточно сказать, что я шила яркие шарфы, чтобы поднять себе настроение в трудные времена".

Лиля улыбнулась. Она решила не продолжать. Ни к чему родителям знать, что эти шарфы пригодились ей в качестве жгута, когда она пыталась остановить кровотечение, когда её ранило в небе.

У Владимира тоже накопилось немало вопросов. Он знал, что его дочь награждена не одной медалью за отвагу, что она была ранена и наверняка насмотрелась разных ужасов во время войны. Но сегодня вечером они не будут говорить обо всём этом. Лиля, Лёша и Борис проделали немалый путь, чтобы приехать к родителям из Ленинграда.

К тому же, у них в гостях было много людей, которым хотелось поговорить, поделиться воспоминаниями.

"Лёша, так чем же ты занимаешься?" - спросил Владимир, когда они уселись за праздничным столом.

"Я инженер на ЛМЗ (Ленинградский Металлический Завод) на Неве. Мы производим мощные турбины для Российских городов. После войны многое нужно восстановить и перестроить".

"Интересно. Но я думал, что ты как-то станешь применять свои лётные навыки".

Красивый, широкоплечий Лёша откинулся назад на стуле и от души рассмеялся. "Война вылечила меня от этой страсти. Теперь я хочу работать на земле. А вот Ваша дочь останется лётчиком".

"Моя дочь теперь сама мама", - возразила Анна.

"И скоро станет ею ещё раз", - улыбнулся Лёша.

"Боже мой! Тогда мы станем ещё счастливее. С двумя малышами ты будешь очень занята".

"Ничего, впереди у меня ещё много времени", - сказала Лиля.

"Времени для чего?"

"Для самолётов".

"Самолётов?" - не понял Владимир. "Каких самолётов?"

"Я хочу стать гражданским лётчиком. Меня примут в Аэрофлот".

"Что такое Аэрофлот?"

"Это авиационная организация".

"Чем она занимается?"

"Когда-нибудь люди будут летать по России на самолётах запросто, в гости к родным и друзьям, на работу или чтобы посмотреть свою страну".

"Но можно же ездить на поездах, как сейчас".

"Самолёты куда быстрее".

"Я не понимаю вас, нынешнюю молодёжь, и ваши сумасшедшие идеи".

"папа, но то же самое ты говорил, когда я хотела быть истребителем".

Владимир повернулся к Алексею. "Я вижу, тебе не придётся скучать с такой женой. Замужество нисколько не изменило её".

"Я люблю Вашу дочь такой, какая она есть. И надеюсь, наши дети будут такими же, как она".

Анна улыбнулась с гордостью. Она хорошо воспитала свою дочь. Лиля стала личностью и всегда такой останется. Она нашла себе в мужья человека, который понимает и ценит это. Мужчину, который счастлив с ней.

## x x x


ОБЕД ПОДОШЁЛ К КОНЦУ. Пора было как-то развлечься.

Владимир достал старую дедовскую гитару и начал наигрывать "Светит месяц", весёлую народную песню, которую Лиля хорошо помнила.

"Папа, когда ты играл эту песню, мне всегда казалось, что весь мир сейчас пустится в пляс".

"Может быть, эту ты тоже вспомнишь". Он начал играть "Ой, мороз, мороз". Пока он играл, в комнате появились дед Мороз и Снегурочка с мешком подарков. "Присаживайтесь, пожалуйста", - сказала Снегурочка. "У нас для всех есть подарки". Все заулыбались. Раздав гостинцы взрослым, Снегурочка подошла к маленькому Борису. В мешке деда Мороза оставался ещё один подарочек. Она протянула его Борису - маленький зелёный самолётик с цифрой 44 на борту и двумя белыми лилиями на фюзеляже.

Дед Мороз и Снегурочка помахали всем на прощанье и исчезли.

Лиля заметила, что она уже пообщалась со всеми, кроме Геннадия, который пришёл с Мариной.

"А где же вы познакомились, если не секрет?"

Геннадий улыбнулся: "Там же, где и мы с Вами... На войне".

Лиля растерялась.

"А разве мы с Вами встречались?"

"Только один раз".

"Извините, я не помню".

"Вы брели через поле. Я понял, что Вас сбили. Я подбросил Вас на базу в своём самолёте".

"Теперь я вспомнила. Но почему же Вы так быстро исчезли? Я даже не успела Вас поблагодарить как следует".

Мужчина запнулся с ответом, потом искренне улыбнулся: "Мне нужно было спасать других".

## Глава 42


Последняя фотография Лилии

ПОСЛЕ ГИБЕЛИ АЛЕКСЕЯ ЛИЛИЯ УЖЕ НИКОГДА НЕ БЫЛА ПРЕЖНЕЙ ЛИЛЕЙ.

Настал её 22-й день рождения, но от живой, жизнерадостной девушки, из которой энергия била ключом, не осталось и следа. Она стала совсем другой. Она не узнавала сама себя. Такую себя она не знала. Сердце её было разбито, душа увяла.

Наедине сама с собой, отдыхая между полётами, она задумывалась, что же за человек такой Гитлер - человек, который причинил боль и страдание буквально каждой семье в России, да и не только в России.

И почему Бог допустил создание такого человека?

А Сталин, который завладел умами и душами всех граждан её страны? А ведь он называл лётчиков своими славными соколами. Так ли незыблема его позиция? Правдивы ли слухи о его кутежах?

И почему так случилось, что судьба пощадила её? Почему не Катю, не Лёшу? Каково её высшее предназначение? Почему именно ей достался дар летать, несмотря на все преграды?

Её застенчивая улыбка стала отстранённой и рассеянной. Она стала беспокойной, и общаться с ней было нелегко. Она была похожа на зверька в клетке, который свернулся клубком, но готов броситься, только тронь. Единственной отрадой для неё теперь были полёты в поисках врага. Небо стало для неё единственным домом. Её единственным предназначением была страсть, которую внушил ей Алексей - убивать фашистов. Война и горе, которое она несла, превратили эту юную очаровательную женщину в орудие мести.

Время превратилось в безвременье. Существовало только туманное сегодня. Завтра - было неведомым лабиринтом. Ни рассмотреть, ни разгадать.

Несмотря на свои внутренние противоречия, внешне Лилия продолжала выполнять свои обязанности, преданно служить Родине. Эта миниатюрная девушка, летающая на самолёте, превратилась в орудие смерти. Как позже писала о ней Инна, "воинствующий ангел 473-го полка, который бросал вызов врагу в каждом полёте". За 60 дней, последовавших за гибелью Алексея, она совершила 38 вылетов. Под её руководством во время этих полётов не пострадал ни один самолёт, ни один лётчик не был ранен.

Её было присвоено звание старшего лейтенанта, и она воевала в элитном 73-м Гвардейском истребительном полку, который был признан одним из лучших в России.

По просьбе Лилии, Инна последовала за ней.

## x x x


НИЧЕГО ОСОБЕННОГО НЕ ПРОИСХОДИЛО В ТОТ ДЕНЬ, 11 июня.

Это был тёплый солнечный день, пушистые облака плыли по чистому голубому небу, а на земле продолжалась жестокая, Богом проклятая война.

Лилия, как всегда, вылетела на поиски врага. Охваченная холодной жаждой мщения. Одна.

Два "мессера" почти игриво вынырнули из-за туч. Они не видели её. Лилия села на хвост одному из них и расстреляла в упор. Другой заметил лилии на её фюзеляже и начал спасаться бегством. Он резко свернул вправо и стремился уйти в тучи, надеясь, что Лилия потеряет его из виду. Она преследовала его несколько километров, а потом действительно потеряла его. Он колебался некоторое время, пытаясь определить её местонахождение. В эти считанные секунды она поднырнула ему под брюхо и расстреляла в упор. Из подбитого "мессера" повалил дым. Непонятно, почему, но Лилия решила, что лётчик имитирует падение, чтобы избежать её атаки. Она преследовала самолёт, пока он не упал на землю.

Она представила себе, как справа от неё летит Лёша, показывая ей поднятый вверх большой палец в знак одобрения. Лилия улыбнулась в ответ, и тут из-за облаков вылетели ещё два "мессера". У неё было сильно повреждено правое крыло. Она начала терять управление, но продолжала стрелять, в то время как вражеские самолёты кружили возле неё. Она поливала фашистов огнём, и один из них взорвался в воздухе. Она увернулась от взрыва, чтобы осколки не зацепили её самолёт. Второй самолёт был прямо напротив неё и стрелял не переставая. Её левое крыло было также задето. У неё не оставалось другого выхода, как только катапультироваться и спуститься на парашюте. Сознавая, что она будет для него лёгкой мишенью, она полностью расстреляла боеприпасы, находясь в кабине до последнего момента. Вражеский самолёт развернулся, чтобы улетать. К этому моменту Лилия выпрыгнула с парашютом, приземлилась в поле и исчезла в ближайших зарослях.

Лётчик передал на свою базу по рации: "Вижу Белую Лилию. Прошу разрешения на посадку".

"Даю разрешение", - ответил начальник немецкой авиабазы. "Подождите подмоги. Потом найти и уничтожить".наконец-то, подумал начальник, мы поймали эту стерву в свои сети! Женщина, которая сумела унизить Фюрера и его лучших солдат.

Через несколько минут три "мессера" сели в открытом поле, недалеко от парашюта.

"В последний раз я видел её, когда она летела на запад", - сказал лётчик. "К тому лесу".

Как лётчикам скоро довелось узнать, тот лес был практически непроходим. Быстро сгущались сумерки. Они ничего не видели и не слышали.

"Мы разобьём палатку и подождём до утра. Потом возобновим поиски".

Пока немцы разводили костёр и начали есть и пить, Лилия продолжала пробираться сквозь заросли. Она спешила изо всех сил. Наконец, ближе к полуночи, она, совершенно выбившись из сил, остановилась отдохнуть. Она пристроилась у поваленного дерева, чтобы немного вздремнуть. Потом она намечала двигаться на восток, туда, где проходила линия фронта и где находилась её база.

Вместо этого, она провалилась в глубокий сон. Когда она проснулась, было уже утро. Она собралась и направилась дальше на восток, не заметив, что ночью компас выпал из её кармана. Она перешла ручей, набрав немного воды. Она также набрела на ягодную поляну, где также росли белые и голубые полевые цветы, покрытые пыльцой. Она поела ягод и слизала цветочную пыльцу, чтобы поддержать силы. Так учила её мама, когда она была маленькой девочкой.

Воздух был тихим и спокойным. В небе ни облачка. На дороге была развилка. Она поискала компас. Пришлось воспользоваться солнцем, чтобы определить направление. К концу дня её казалось, что она так же далеко от фронта, как была утром. Она подошла ещё к одному пруду, мелкому и чистому. В воде она заметила рыбёшек. Ей удалось загнать их в угол, а потом поймать в пилотку. Теперь у неё был обед! Она оглушила рыбу, потом очистила от чешуи и костей и съела сырой. Как она слышала, так рыбу едят японцы.

Покончив с едой, она подошла к пруду зачерпнуть воды. Она увидела своё отражение. Она не узнала саму себя - настолько её лицо было грязным и измазанным. Было ясно, что до наступления ночи идти ей нельзя. Вокруг не было ни души. Она сняла одежду и искупалась. Пруд был холодным, но это было и хорошо - воды освежила её. Солнце зашло, она снова свернулась калачиком возле впавшего дерева и укрылась ветками и листьями, чтобы согреться. Уставшая, но освежённая, она быстро заснула, и ей приснился Лёша. Где он? Что он делает? Когда они будут вместе снова?

"

"

"

## Глава 43


Семья гостеприимных украинцев Зины и Ивана Гончаренко, которые прятали Лилию от преследования фашистов

Май, 1943...

Чугуев, Украина

ЛИЛЯ ШЛА ПО НЕОККУПИРОВАННОЙ УКРАИНСКОЙ ТЕРРИТОРИИ, километрах в пяти от небольшого провинциального городка Чугуева. Когда начало всходить солнце, Лиля вздрогнула, внезапно увидев перед собой фигуру человека. Она схватила пистолет, и тут поняла, что перед ней просто маленький темноволосый мальчик с круглым лицом и широкой улыбкой.

"Ты солдат?"

"А как тебя зовут?"

"Антон".

"Ты здесь живёшь?"

"А где твоё ружьё?"

Лиля улыбнулась. "Я лётчица. Я летаю в небе на самолёте".

Мальчик в страхе отшатнулся: "Ты сбрасываешь бомбы?"

"Только на фашистов".

Антон не сказал Лиле, что немецкие "мессеры" частенько пролетали над городом, сбрасывая бомбы на город, просто чтобы обозначить своё присутствие. Много раз ему приходилось просыпаться среди ночи и прятаться под маминой старенькой швейной машинкой. "Наш дом там, дальше, за деревьями. Хочешь посмотреть?" Пока они шли, Лиля не снимала руки с рукоятки пистолета, а глаза зорко вглядывались в пространство - не появится ли где вражеская поисковая группа. Мальчик показал на скромное жилище из камня и глины, покрытое соломенной крышей. Лиля осмотрелась. Вокруг никого не было. Они быстро подошли к двери.

"ПОЧЕМУ ВЫ НЕ НАШЛИ ЭТУ ВЕДЬМУ?" - спросил немецкий офицер, стоя перед Лилиным самолётом.

"Это её машина", - продолжал он, стуча кулаком по нарисованным цветам. "Я дам десять марок тому, кто найдёт её живой, и двадцать тому, кто доставит её мёртвой".

## x x x


ЗИНА И ИВАН ГОНЧАРЕНКО были простыми людьми.

Они оба работали в ближайшем колхозе. Когда Зина была свободна от работы, она хозяйничала по дому и присматривала за двумя своими детьми, Антоном и его младшей сестрёнкой Лидой. Коренастый, с квадратной челюстью, Иван никогда не был доволен своей судьбой и частенько выпивал, чтобы забыться.

С тех пор, как немцы вторглись в Советский Союз, каждый день доносились разговоры о тех неописуемых зверствах, которые они творили, и слухи, что Чугуев тоже скоро будет оккупирован, что всех дееспособных мужчин отправят в концлагеря и в Германию на принудительные работы.

"Мама, папа", - с гордостью сказал Антон, заходя в дом вместе с Лилией. "Я нашёл этого солдата в поле. Она устала и голодная".

Иван посмотрел на Лилю. "У нашей армии так плохи дела, что на фронт посылают детей?"

"Товарищ, я не ребёнок, мне уже 21 год".

Зина смутилась. "Мой муж не хотел обидеть Вас. Я Зина Гончаренко. Жаль, что приходится знакомиться в таких обстоятельствах. Пожалуйста, садитесь, отдыхайте, сейчас мы Вас накормим. У нас небогато, но всё, что есть, мы разделим с Вами".

Лиля съела картофельный суп с хлебом, потом немного курятины - и впервые за долгое время улыбнулась.

"Как же так случилось, что Вы отстали от своих?"

"Мой самолёт был сбит недалеко отсюда, за тем лесом. В бою я потеряла компас и не смогла найти дорогу".

Пока Лиля рассказывала, Иван обратил внимание на её красивые светлые волосы и серо-голубые глаза. Ему припомнилась газетная статья и он узнал эту красивую лётчицу.

"Так это Вы были на плакате?"

"Я не хотела этого", - сказала Лиля смущённо.

"Почему? В такой трудный час такие статьи наполняют русское сердце гордостью".

"Эта девушка настоящая героиня. Это Белая Лилия. Это она была на плакатах. Это о ней писали".

"Это правда?" - спросила Зина.

Лиля скромно кивнула.

"Это большая честь для нас", - улыбнулся Иван.

После ужина Иван и Зина предложили Лиле лечь отдыхать на их кровати, принесли ей одеяло и подушки.

"Вы очень добры". Она посмотрела на Антона, который, казалось, был чем-то озабочен. Зина тоже заметила это. "Антон, детка, пойдём с мамой".

"мама, я боюсь бомбёжки".

Лиля деликатно вмешалась: "Зина, Вы не возражаете, если я поиграю с Антоном? Эта игра называется "Морской бой", я играла в неё в твоём возрасте", - обратилась она к мальчику. У него загорелись глаза. Он будет играть в игру с настоящим солдатом!

"У вас найдётся клочок бумаги?" - спросила Лиля. Она взяла бумагу и карандаш, и они с Антоном сели за стол. "Сначала нужно начертить два больших квадрата, по одному на каждой стороне листа. А теперь я расчерчу каждый на 10 клеток. Видишь?"

Антон внимательно наблюдал.

"Теперь по горизонтали напишем десять букв - от А до К, а по вертикали десять цифр. Поможешь мне?"

Антон медленно написал цифры от 1 до 10.

"Ты хорошо пишешь для своего возраста".

"Папа научил меня", - улыбнулся польщённый Антон.

Лиля наметила десять кораблей внутри квадратов и объяснила, как они будут играть, сидя на разных концах стола и отгородившись друг от друга картошками. Нужно попытаться сбить "вражеские" корабли, называя клетки "Д10", "А7".

"Если угадаешь, я скажу "убит" или "ранен" и заштрихую потопленный корабль. У кого останутся целые корабли, тот и выиграл. Понятно?"

Антон снова кивнул, и слабая улыбка промелькнула на его бледном личике.

Лиля и Антон сыграли шесть партий "Морского боя" в тот вечер. К Лилиному удивлению, Антон честно выиграл четыре из них.

## x x x


ПЕРВЫЕ БОМБЫ УПАЛИ около полуночи. Они сотрясли домик семьи Гончаренко. Лилю вышвырнуло из кровати. Антон начал плакать. Иван бросился к Лиле и Антону и потащил их под швейную машинку, а Зина схватила маленькую дочку и залезла с ней под кровать.

Вдруг один снаряд попал в дом. Одна стена рухнула и осела в облаке пыли. Потом всё стихло. Иван отряхнул с себя пыль и штукатурку и поднялся. "Чёртовы фрицы улетели. Можно выходить", - сказал он. "Зина, давай разгребём мусор, насколько это возможно в темноте, и постараемся поспать. Утро вечера мудренее".

Они втроём расчистили угол и улеглись все вместе, укутавшись одеялами и одеждой, которую смогли найти в темноте.

## x x x


НАСТАЛО УТРО. УВИДЕВ, ЧТО ОСТАЛОСЬ от их дома, Зина и Иван не смогли сдержать слёз. Вокруг лежали руины. Дом нужно было строить заново.

Через несколько минут появилась телега, в которую были впряжены две лошади. Повозкой управляли немцы. "Скорее", - поторопил Иван. "Через задний двор в лес".

Лиля быстро побежала к лесу и скрылась в зарослях. На улице появился отряд немцев - человек, наверное, сто. Они начали вытаскивать из близлежащих домов мужчин, женщин и детей. Высокий надменный офицер резким голосом выкрикивал приказы. "Женщин и детей направо, в телегу. Дееспособных мужчин налево". Возле телеги стоял солдат и делил мужчин на группы. Некоторых толкал в телегу, другим велел стать в сторону. Через несколько минут телега была полна, не было даже места пошевелиться. Иван поискал взгядом Зину.

"Герр капитан, что делать с остальными?" - спросил сержант, указывая на группу отобранных мужчин, которые не поместились в телегу.

"Ставьте к негодным!"

Женщин рассортировали таким же образом. В суматохе Зина потеряла из виду Антона. "Пожалуйста, где мой сын, пожалуйста", - умоляла она. Солдат поднял ружьё и ударил Зину прикладом. Она упала, изо рта потекла кровь. Антон с ужасом наблюдал эту сцену, которую он никогда не сможет забыть.

Через некоторое время процедура была закончена. 1 500 больных или пожилых мужчин и женщин, признанных негодными, стояли в поле недалеко от дома Гончаренко. К ним добавили 500 взрослых крепких мужчин, которые не поместились в телеги. Капитан дал знак. Немцы подняли ружья и автоматы и стреляли до тех пор, пока никого не осталось в живых.

"Стрельбы закончены. Вы хорошо потренировались", - насмешливо сказал капитан.

## x x x


12 июня, 1943

Русский фронт...

КОГДА ЛИЛИЯ ПЕРЕСЕКЛА ЛИНИЮ ФРОНТА, её радостно приветствовали бойцы 73-го полка. Их боевая подруга выжила. Приятно удивлённая тёплым приёмом, она всё-таки была расстроена тем, что ничем не могла помочь семье Гончаренко.

"Товарищ Литвяк, Вам нужно отдохнуть несколько дней после всего, что Вы пережили", - сказал командир.

"Разве мы перебили уже всех немцев?"

"Да нет, их ещё много, и мы будем бить их, пока не перебьём всех".

"Тогда я остаюсь".

Командир настаивал. Лиля отказывалась.

"Тогда предлагаю компромисс. Начнёте завтра. Нам нужно время, чтобы заново нарисовать на самолёте лилии и цифру 44".

Лиля согласно кивнула и отправилась в свою землянку. Она решила использовать время, чтобы написать маме письмо.

## Глава 44


"Освободите наших женщин от позора и бесчестия, которым подвергают их фашистские изверги"


28 июля, 1943...

Берлин

ЧТО-ТО В ХОДЕ ВОЙНЫ ПОШЛО НЕ ТАК, КАК БЫЛО ЗАПЛАНИРОВАНО.

Тройственный Союз проявлял большую решимость, чем он ожидал, в то время, как его собственные союзники - нет, что и привело к критическому положению. Да ещё и эти мерзкие, неграмотные русские со своей отсталой военной техникой! Как могло так получиться, что они до сих пор ещё не завоёваны и не перебиты?

Герман Геринг, глава Люфтваффе, предвидел, что совещание генералов при Фюрере будет не из приятных.

"Что, чёрт побери, происходит?" - закричал Фюрер. "Мы, мужчины, сражаемся с женщинами и детьми. Сообщения с фронтов не радуют. Вы что, не можете вдохновить солдат на победу? Вы недостойны имени немецкого солдата!" - кричал он ,стуча кулаком по столу, и его тёмные глаза метали молнии сначала в Геринга, потом в Генриха Эбербаха, Генерала танковых войск, Карла Эйбла, Генерала пехотных войск, и наконец, Карла Эглзеера, Генерала альпийских стрелков.

"В последнее время военно-воздушные силы делают успехи", - вставил слово Геринг, стараясь выделиться на фоне остальных.

"Ну, представьте мне", - с насмешкой сказал Фюрер, - "свой блестящий отчёт".

Генерал зачитал отчёт о последних атаках, количестве сбитых русских самолётов и т.д.

Гитлер перебил его.

"Тогда откуда же вот эти данные?" - сказал он, бросая на стол "Правду" со статьями и фотографиями белой Лилии.

Остальные злорадно усмехнулись.

"Прекратите ухмыляться, ни у одного из вас нет оснований для улыбок!.

"А Вы, Генерал Геринг, меньше всех заслуживаете похвалы. Вы позволили женщине сделать посмешище из военно-воздушных сил Рейха. И в довершение ко всему, этот бездарный Сталин разводит пропаганду, чтобы убедить своих подданных, что они ещё могут надеяться на победу".

Геринг имел неосторожность слабо возразить, что разозлило Фюрера ещё больше.

"Мы выступили как посмешище. Нас называют фашистскими извергами!" - закричал Гитлер, швырнув плакат через всю комнату.

"Если в самое ближайшее время я не увижу перемен к лучшему, на Вашем месте окажется Галлад (29-летний Адольф Галлад, генерал, вызывавший восхищение по обе стороны Ла-Манша тем, что за всё время своей службы не дал ускользнуть ни одному противнику, встреченному им в небе). Вам понятно?"

Гитлер дал своим генералам понять две вещи - то, что наземные войска должны достичь весомых успехов любой ценой, даже ценой потерь, и то, что он не желал больше слышать об этой девчонке, уничтожающей его лётчиков.

Гитлер достаточно хорошо понимал цену пропаганды. "Когда она будет уничтожена, я хочу, чтобы её останки оказались в наших руках".

Генералам было непонятно, почему он придаёт такое большое значение одной-единственной лётчице из всех.

Но Гитлер уже решил, что когда Лилия будет убита, он пустит в ход пропагандистскую машину, чтобы развенчать её славу. Он представит её изменницей. Он покажет превосходство своей системы над русским коммунизмом.

Он развенчает Сталина и его приспешников, уничтожит их физически и морально.

## x x x


31 июля, 1943...

Село Мариновка, Украина

ИННА НЕ ОЧЕНЬ БЫЛА РАДА, ПОЛУЧИВ направление на учёбу в Академию Военно-Воздушных Сил.

"Когда тебе ехать?" - спросила Лиля.

"Завтра".

"Так скоро?"

"Я не просила. Я не хочу ехать в Москву", - сказала Инна, оправдываясь.

"Инна, это хорошо, что тебя направляют на учёбу", - сказала Лиля с воодушевлением. "Война многому тебя научила - и хорошему, и плохому. Как знать - может быть, однажды ты будешь разрабатывать новые самолёты".

"Разве это правильно, что я буду в целости и сохранности в Москве в то время, когда повсюду идёт война? Разве мы с тобой не близкие друзья?"

Лилия была тронута. Инна сразу почувствовала перемену в её настроении. "Мы самые близкие друзья", - промолвила Лиля, стараясь удержать слёзы. "Сначала Катя покинула меня, потом Лёша, а теперь и ты уезжаешь".

Теперь настала очередь Инны поддержать подругу. "Лиля, ну я же не навсегда уезжаю, я только поеду сдавать экзамен. Я вернусь буквально через несколько дней".

"Я понимаю. Но эти несколько дней покажутся мне вечностью. Мой самолёт так привык к тебе, он полностью от тебя зависит. И я тоже привыкла зависеть от тебя. Я так жду встречи с тобой после каждого полёта".

"Лиля, мы служим в 73-м. Мы лучшие. Я лично попросила прикрепить к тебе Николая Минкова".

"Николая? Но ведь он такой молодой", - заметила Лиля, которой к тому времени исполнилось 22.

Тяжести, которые ей пришлось пережить сделали её старше своего действительного возраста. Ей больше не казалось, что она молодая девушка. Совершив 170 боевых вылетов, она ощущала себя заслуженным ветераном.

"Он обслуживал самолёт майора и не имел претензий. Разве это не говорит само за себя? Я уверена, что ничего не случится за время моего отсутствия".

"Обещаешь?" - улыбнулась Лиля.

"Обещаю", - Инна крепко обняла подругу.

Потом Инна упаковывала свои вещи. Лиля решила поделиться с ней сокровенным.

"Ты знаешь, я не боюсь погибнуть. Если это случится, я только воссоединюсь в вечности с нашей подругой Катей и моим любимым Лёшей". Она помолчала. "А там на небесах могут быть дети? Мы так мечтали о детях. Я хотела бы двоих".

Инна улыбнулась. "Уверена, что могут. Но ты завела этот разговор..."

Лиля перебила. Она взяла перчатку Кати, которая осталась ей как память о подруге. "Как ты думаешь, она встретилась с Даниилом там? Он так же забрал её сердце, как Лёша моё".

Лиля снова замолчала. Инна не находила слов в утешение.

"Но одного боюсь - что, если мне суждено пропасть без вести?"

.

## Глава 45


Лилия отважно сражается


против 12 "мессершмиттов"


1 августа 1943 года...

"ОДИН ИЗ БАКОВ ПРОТЕКАЕТ", - Николай старался перекричать рёв моторов. "Тебе нельзя лететь, пока я не устраню поломку".

Лилия нетерпеливо посмотрела на товарищей, один за другим исчезающих за облаками. Потом бросила взгляд на мамину открытку с красными и белыми розами. "Насколько это серьёзно?"

"Похоже, пробоина небольшая, но во время боя может увеличиться".

"Я вылетаю, отремонтируем позже", - настаивала Лилия.

"Я не согласен", - твёрдо ответил Николай.

Майор Баранов услышал перепалку и тотчас стал на сторону механика. "Лейтенант, быстро из кабины, пока неполадка не будет устранена, никуда не полетите. Мне не нужны сбитые асы".

НАКОНЕЦ, САМОЛЁТ БЫЛ ГОТОВ К ВЫЛЕТУ. Командир Александров сжато объяснил задачу: "Найти и уничтожить врага, где бы он ни был - возле линии фронта или за ней. Во что бы то ни стало, даже ценой своей жизни".

Они быстро обнаружили крупную цель - конвой, сопровождавший гружёные бомбардировщики.

Лилия заметила их первой и первой начала атаковать. Она решила воспользоваться эффектом неожиданности. Как всегда, она скомандовала, чтобы товарищи прикрывали её с флангов, как обычно делали Лёша и Катя. Но её новые товарищи ещё недостаточно привыкли к её тактике. Иван Борисенко, который летал с Лилией, так позже описывал этот случай в письме к Вере Тимофеевой, комиссару женского авиационного полка: "Лиля просто не заметила 109-е, которые прикрывали немецкие бомбардировщики, когда они вынырнули из-за облаков".

В ТОТ ЧАС, КОГДА ЛИЛИЯ ВЫПОЛНЯЛА ЗАДАНИЕ, Сталин разрабатывал свою военную стратегию.

У Иосифа Сталина было несколько резиденций на побережье Чёрного моря, но его любимой дачей был утопавший в зелени особняк на склоне гор в Гагре. Во время войны он проводил стратегические совещания с приглашёнными военачальниками, охраняемый трёхтысячным персоналом.

Сегодня совещание проходило в исключительно узком кругу. Он пригласил на встречу только своего знаменитого Тайного советника, тоже грузина, известного своей жестокостью Леонтия Берию. Это был лысый человек в очках с тонкой золотой оправой, который всегда носил отлично сшитые костюмы. Он любил привлекательных женщин и особенно молодых девочек. Советника часто видели рядом со Сталиным, но он подчёркнуто играл значительно менее важную роль. Он в основном молчал или шёпотом обращался к вождю, обеспечивал необходимые документы. На самом же деле он был очень влиятелен и вероломен. Будучи "правой рукой" Сталина, он сеял ужас в народе, ведь именно по его приказу десятки тысяч людей были арестованы и казнены по навету или просто по подозрению.

Когда Советник зашёл к нему в сумерках, Сталин сидел за большим столом, покрытым стеклом. Они обменялись рукопожатием, потом Сталин зажёг кованую лампу под голубым абажуром, которая стояла справа, а потом подошёл к большой карте Европы, которая тоже была под стеклом и висела за его столом. "Мне сообщили, что наши наземные войска добились существенных успехов здесь, здесь и здесь. Это верно?"

"В основном, да. Но успех стоил дорого, мы понесли немалые потери и имеются случаи дезертирства".

"Потери не имеют значения, у нас достаточно большое население. Но о дезертирах надо говорить меньше. Такие разговоры - признак трусости и паникёрства"" .

"Я понимаю, товарищ Сталин. Дезертиров нет. Есть только пропавшие без вести".

"А что насчёт поддержки с воздуха?"

"Как и на земле, есть потери, но мы становимся сильнее с каждым днём".

И тут Сталин удивил Советника своей осведомлённостью. "А как там наша знаменитость? Та женщина, которая задаёт Гитлеру жару? Та, что летает с цветами на борту?"

"ВИЖУ ОДИНОЧНУЮ ЦЕЛЬ, 120 ГРАДУСОВ", - закричал командир группы, Голубой Ангел, когда его бомбардировщик спустился ниже. "Нужна немедленная поддержка". Четыре самолёта пришли ему на помощь, к тому же, кстати оказалась тёмная туча. Он скомандовал: "Двое с правого фланга, двое с левого. 1 000 выше, 1 000 ниже".

Сконцентрировавшись на бомбардировщиках, Лилия только сейчас заметила "мессеров" у себя на хвосте. "Белая Лилия" в окружении. 4 "мессера". Ведомые, где вы? Нужна немедленная помощь. Огонь изо всех орудий". Она была в плотном окружении четырёх вражеских самолётов. Она пыталась увернуться, пока её товарищи спешили её на помощь. Немцы пытались не отставать. Лилия оглянулась в поисках поддержки. Пока что она была одна.

Выполнив петлю, она оказалась позади одного из самолётов и открыла отчаянный огонь. Самолёт взорвался. Остальные постарались увернуться, чтобы не попасть под град осколков.

"Всем, кто находится поблизости, на помощь Голубому Ангелу. Одиночный По-2, опасен. При обнаружении уничтожить". Ещё 11 "мессершмиттов" вступили в бой.

Лилия оказалась полностью окружена врагами. Один из лётчиков с расстояния 100 метров от её самолёта, заметил белые лилии, нарисованные на фюзеляже. Он сразу узнал её.

"Ахтунг, Литвяк. Ахтунг, Литвяк" - передал он по рации.

"Ведьма из наших ночных кошмаров", - закричал Голубой Ангел. "Стреляйте, пока я не скажу стоп".

Как бы хорошо ни научил её Лёша, к такому она не была готова. Она не могла приблизиться к своим мишеням. Тогда она попыталась воспользоваться своими лётными навыками и сделать петлю, чтобы вывернуться и уйти от преследования. Вражеских самолётов теперь уже было 14, но два из них были подбиты своими же соплеменниками в перестрелке. Но Лилия понимала, что её не одолеть оставшихся 12.

Немцы выстроились в ряд, как будто собрались расстреливать её в упор. Лилия начала целиться. Небо было прошито градом выстрелов. Одна пуля попала в кабину Лилиного самолёта, вторая разбила панель управления, а третья пробила бензобак, который тотчас начал сильно дымить. Она почувствовала, что самолёт перестал её слушаться, к тому же, она была ранена в ногу. Ничего, бывало хуже, и ей удавалось выжить.

Она решила сымитировать падение. Ведя дымящийся самолёт сквозь облака, вращаясь, она делала вид, что самолёт полностью неуправляем, надеясь, что немцы поверят, что её машина сбита и вот-вот разобьётся.

Подоспевший Борисенко услышал перестрелку и рёв моторов. "Белая Лилия, сообщите о своём состоянии. Белая Лилия!" Лилия не могла ответить, боясь, что немцы поймут, что она жива.

Её план сработал хорошо, но она не учла одно обстоятельство. Пробоина в баке, которую Николай починил, снова распаялась от жары. Самолёт охватило пламя. Горючего почти не осталось. Лиля хотела катапультироваться, но люк заклинило, и ей не хватило сил, чтобы открыть его. Она в отчаянии осматривала покрытую лесом территорию, надеясь, что успеет приземлиться. Она отыскала единственную поляну на краю расщелины, недалеко от крошечного хутора Кожевня. Она попыталась скользнуть к земле и сесть на брюхо. Сердце сильно заколотилось.

Внезапно она увидела большого красивого орла, который, широко взмахнув крыльями, стремглав бросился с небес. Он заглянул в её кабину. Она улыбнулась. Она знала, что ещё немного, - и она снова будет с Лёшей. Ей вдруг стало очень спокойно. Она запела............

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой.

Выходила на берег Катюша,

На высокий берег на крутой.

Выходила, песню заводила

Про степного сизого орла,

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла.

Ой, ты, песня, песенка девичья,

Ты лети за ясным солнцем вслед

И бойцу на дальнем пограничье

От Катюши передай привет.

Пусть он вспомнит девушку простую,

Пусть услышит, как она поет,

Пусть он землю бережет родную,

А любовь Катюша сбережет.


Пылающий самолёт сполз в расщелину, ударился об огромный валун и раскололся надвое. Кабина, вращаясь, сползла в овраг, а остальная часть, ударившись о валун, вспыхнула. Никто теперь не узнает, погибла ли Лилия мгновенно или оказалась в западне горящей кабины.

Борисенко отчаянно искал следы погибшего боевого товарища. Искал повсюду. Но не видел ни взрыва самолёта, ни лётчика, выпрыгнувшего с парашютом. Он передал на базу: "Никаких следов". Ему был дан приказ возвращаться на аэродром.

Самые страшные опасения Лилии оправдались. Она пропала без вести. Эта фраза оставалась в её документах на протяжении 36 лет.

## Эпилог


Члены отряда Разведчиков Военной Славы В карауле у памятника Лилии Литвяк

Валентине Ващенко было восемь лет, когда Гитлер напал на её родной шахтёрский город Красный Луч, который находится в Восточной Украине. Родители и бабушка с дедушкой старались защитить девочку от жестокостей войны. Но полностью оградить её от страшных сцен было невозможно.

Она видела, как отчаянно, насмерть сражались бойцы 383-й шахтёрской дивизии, состоявшей из бывших шахтёров.

Она слышала отзвуки сражений, которые шли неподалёку от города, воздушных боёв, которые советские лётчики вели против превосходящих их по силе и количеству "мессершмиттов".

Несколько русских пехотинцев из 383-й шахтёрской дивизии наткнулись на покорёженные фюзеляж Яка где-то на территории Донбасса.

"Товарищ сержант", - обратился к сержанту Андрееву солдат по имени Тарас, - "Вы не поверите!" Тарас обыскивал кабину самолёта, пытаясь определить, кому он принадлежал.

"Цветы? Открытки? В кабине самолёта? Странно...", - удивился Андреев.

"Давайте поскорее похороним нашего товарища, пока не подоспели фашисты".

Пока солдаты копали могилу в близлежащем окопе, сержант Андреев подтащил тело к месту захоронения. Тело оказалось на удивление маленьким и лёгким. Офицер снял шлем с головы лётчика. Из-под него рассыпались белокурые волосы, и Андреев с удивлением понял, что лётчик - красивая молодая женщина.

"Это, наверное, знаменитая лётчица - Лилия. Я слышал о ней", - сказал Андреев.

Когда пехотинцы похоронили Лилию, сержант приказал отдать последние почести погибшему товарищу залпом из автоматов. Андреев скомандовал: "Готовсь - пли!" Раздалось три залпа, и они двинулись дальше на запад. Несколько минут спустя их обнаружил летящий на бреющем полёте "мессер". Посыпался град пуль, солдаты бросились врассыпную в поисках укрытия. Когда самолёт улетел, Андреев вылез из-за поваленного ствола и стал искать товарищей. Он обнаружил, что, кроме него, в живых никого не осталось. До самого конца войны, и долго после неё, он испытывал горечь и чувство вины, уверенный, что он мог что-то сделать для спасения своих солдат.

1946

Полусгоревший остов самолёта с цифрой 44 и двумя нарисованными лилиями на фюзеляже лежал на поле недалеко от хутора Кожевня. Теперь, когда война закончилась, обнищавшие местные жители отыскивали сбитые самолёты - и Лилин в том числе - и из дюралюминия делали ложки, вилки и кружки. Они также извлекали части моторов и другие детали и меняли их на тракторы, чтобы пахать и засевать землю для будущего урожая.

Остов Лилиного самолёта оставался лежать на земле, ржавел и рассыпался. А её останки лежали в могиле, вырытой в окопе, и никто не знал об этом, и никто их не тревожил.

1961


Валентина Ващенко в молодости


После окончания Луганского Педагогического Института Валентина Ивановна Ващенко начинает работать учителем истории в средней школе N 1 города Красный Луч. Её учащимися - подростки, только-только начинающие расправлять свои крылья. Она очень хочет, чтобы её дети были достойными патриотами своей страны и передали эти качества своим детям и детям своих детей, чтобы они рассказывали им о жертвах, которые понесли их родители и деды в годы Великой Отечественной войны. Она начинает думать о деле, которое могло бы захватить детей, о поисковой работе.

1963


Валентина тронута историей Лили, которую поведала ей Инна


Поисковая работа приводит Валентину в Москву, где она встречается с членами Советского Комитета ветеранов войны. Здесь её представляют прославленным асам Покрышкину и Кожедубу, которые рассказывают ей, как много лётчиков погибло на территории Донбасса, которые, к сожалению, числятся как "без вести пропавшие". В ходе этих встреч она знакомится с Инной Паспортниковой, которая и рассказывает ей о своей подруге Лилии Литвяк.

Валентина понимает - вот оно! Она нашла нужную тему для поиска для нынешних и будущих учеников. Они будут искать героев, погибших в их краях, и устанавливать их имена.

1967


В городе Красный Луч создан Отряд Разведчиков Военной Славы


За четыре года было написано много писем и обращений. Наконец, Валентина получает разрешение Министра Обороны создать поисковый отряд. Его наименовали РВС (Разведчики Военной Славы). Их задача - поиски в районе боёв 73-го Гвардейского Авиационного Полка на территории Донбасса. Тем летом под руководством Валентины её ученики начинают поиски.

1969

Лилино письмо маме с фронта


Независимо от Отряда Разведчиков Военной Славы, местные школьники находят части самолёта времён Второй мировой войны и неглубокую могилу, выкопанную в окопе недалеко от деревни Дмитровка. В могиле они обнаруживают останки лётчика. Как и сержант Андреев в своё время, они понимают, что миниатюрный лётчик - женщина. В могиле лежат пряди белокурых волос, а в кармане они обнаруживают свёрнутую в несколько раз записку.

Останки решено с почестями перезахоронить в братской могиле N 19, где лежат герои войны, в центре села, которое расположено в 33 км от Красного Луча. Вместо имени высекли - "Неизвестная".

1971

Отряд Разведчиков растёт качественно и количественно

1971

Валентина едет с членами своего отряда, который становится всё многочисленнее, в Москву. Там они встречаются с Инной, которая рассказывает им о подвигах Лилии, и просит их отыскать её место гибели и захоронения. Она также рассказывает им, что Сталин, Хрущёв и Брежнев отказались присвоить Лилии имя Героя Советского Союза, высочайшую воинскую награду (посмертно) вследствие того, что она числилась пропавшей без вести. Она дала себе клятву, что всю жизнь будет свято хранить память своей боевой подруги.

1974


Вещи, переданные в музей Лилии Литвяк её родными - её книга об авиации, свадебное платье, полевой блокнот


Инна, её муж и внуки проводят лето за летом с Валентиной и её учениками в поисках Лилии, используя металлоискатель и лопаты. Они находят 30 самолётов - но среди них нет Лилии.

В то же время Валентина получает разрешение открыть в Красном Луче музей, посвящённый Лилии. Первые экспонаты были переданы в музей Анной Литвяк, включая Лилино свадебное платье, её первую книгу об авиации, экземпляр "Правды" с историей о Белой Лилии и плакат, на котором Лилия проводит допрос Эриха Хартмана.

1976

Братская могила, в которой уже три десятилетия покоится тело Лилии Литвяк

Тарас Андреев, который родился в 1926 году и которому теперь было уже 57, всегда считался бунтовщиком. (Тарас в переводе с греческого - бунтарь).

Когда ему говорили сделать что-то, он всегда делал наоборот. Когда учителя в школе предлагали классу пойти в лес, он возражал - а почему не на озеро? А когда отец пытался научить его работать лопатой и плугом в поле, он решил стать шахтёром в близлежащем Красном Луче.

Никто не удивился, что в день, когда Гитлер напал на Советский Союз, 15-летний подросток бросил школу и пошёл в Армию. Он приписал себе годы. Так как в Армию брали только 18-летних.

Он достойно сражался в 383 шахтёрской дивизии и был награждён Орденом Красной звезды, потом был ранен в ногу осколком немецкой бомбы, когда его батальон шёл в окружение в 1945-м, в самом конце войны. Когда война окончилась, он перебивался случайными заработками, пил и рассказывал о своих боевых приключениях.

## x x x


Летним днём Валентина и её отряд разведчиков решили передохнуть от поисков. Они остановились под раскидистыми вишнями неподалёку от центра села.

Пока дети отдыхали, Валентина попросила старшего из разведчиков и лучшего учащегося школы N1 Евгения Краковского пойти к источнику и набрать воды для ребят. Евгений пошёл.

В сопровождении двух других ребят, 13 и 14 лет, он набрал воды. В это время Тарас, гревшийся на солнышке, заметил школьников в военной форме. "Хлопцы", - засмеялся Тарас, - "Война давно закончилась!"

Евгений посмотрел на неопрятного мужика, от которого несло перегаром, и ответил: "Для некоторых, может быть, и кончилась, а для нас - нет". Он объяснил задачу отряда - найти останки женщины-лётчицы, которая защищала Донбасс.

"Несмотря на свою красоту, маленький рост и юный возраст, лейтенант Литвяк была отважным воином и убила много фашистов. Мы хотим, чтобы она была найдена и достойно награждена".

"Кто рассказал вам эту байку?" - спросил Тарас. Но вдруг его память вернулась на 36 лет назад, когда он со своими доблестными солдатами в составе 383 шахтёрской дивизии участвовал в кровавых боях против фашистских захватчиков. Они оттеснили врага к Ростову-на Дону, через густые леса, и именно тогда они наткнулись на тело юной лётчицы. Потом налетели "мессеры", он спрятался за деревом, а когда самолёты улетели, он обнаружил, что остался один.

"Товарищ, с Вами всё в порядке?" - спросил встревожено Евгений, заметив, что у Тараса заблестели от слёз глаза, а лицо передёрнуло судорогой.

Тарас вздрогнул. Может ли это быть правдой?

"Кто у вас главный?"

"Товарищ Ващенко, Валентина Ивановна".

"А где эта товарищ Ващенко сейчас?"

"В лагере".

Дети проводили Тараса к вишням, где сидели остальные вместе с учительницей. Тарас рассказал Валентине всё, что помнил, которая сразу инстинктивно почувствовала, что их поиски увенчались успехом. Хотя и грустно было осознавать, что эта прославленная героиня покоится в общей могиле, безымянная, уже 36 лет.

1977

Лилин самолёт найден после 36 лет поиска

Валентина ставит в известность Экспертную Группу Военной Авиации, которая исследует останки самолёта и устанавливает, что это Як-1 из 73-го полка - то есть именно на таком самолёте Лилия была в своём последнем бою.

1978

Исследования продолжаются. По официальным данным Министерства Обороны, в полку служили три женщины-лётчицы - Лилия Литвяк, Катя Буданова и маша Кузнецова. Катя погибла в июле 1943 года и похоронена в деревне Ново-Красновка Луганской области. Маша Кузнецова была жива. Это означало, что погибшая лётчица, похороненная в братской могиле, - Лилия Литвяк.

1979

Памятник Лилии Литвяк в Красном Луче


26 июля 1979 года, через 35 лет и 359 дней после гибели Лилии, Военно-Экспертная Группа Военного Министерства официально объявила, что останки принадлежали Лилии Литвяк, которая пропала 1 августа 1943 года.

В августе приказом Министерства Обороны СССР запись в личном деле Лилии Литвяк была изменена - вместо слов "пропала без вести" было написано "Погибла в неравном бою 1 августа 1943 года вблизи деревни Мариновка, похоронена в братской могиле N 19 в деревне Дмитровка Донецкой области. Факт установлен отрядом Разведчиков Военной Славы средней школы N1 города Красный Луч Луганской области".

Однополчане Лилии, Инна Паспортникова и Разведчики Военной Славы обращаются к правительству с просьбой присвоить Лилии звание Героя Советского Союза посмертно.

В сентябре 1979 года Валентина получает краткое письмо от Генерального Секретаря КПСС Брежнева, который написал: "Родина достаточно высоко оценила подвиг Лилии Литвяк и удостоила её наград. Лучшей наградой для товарища Литвяк будет ваша память о ней".

Этот ответ лишь ещё больше утвердил Валентину и ребят в их решении добиться для Лилии достойной награды.

Валентина разрабатывает план. Она снова встречается с ветеранами войны в Москве, чтобы заручиться их поддержкой. Она хочет установить памятник Лилии в Красном Луче. Благодаря поддержке отряда и рекомендательным письмам однополчан Лилии, правительство даёт согласие на установление памятника возле школы N1, хотя денег на осуществление проекта никто не даёт. Ребята из отряда решают сами собрать деньги, собирая металлолом - старые кровати, рельсы, вёдра.

Решено на памятнике оставить свободное место для слов "Герой Советского Союза".

Бывший ученик школы N1 Николай Щербаков в соавторстве с архитектором Борисом Ивановичем Челомбитько работает над созданием памятника почти 12 месяцев. Им помогают рабочие заводов и фабрик Красного Луча, которые узнали о проекте из статей и фотографий в местной газете.

Николай намерен высечь на памятнике стихи. В последний момент, посоветовавшись с Валентиной, он высекает лилию, символ чистоты, нежности и любви, и крыло сокола, которое означает мужество и твёрдость.

Он оставляем место для надписи "Герой Советского Союза".

1981

Музей в школе N 1, который основала и которым руководит Валентина


Валентина открывает скромный музей, посвящённый Лилии, в школе N 1. В нём содержатся все памятные вещи, которые ей передали родственники, друзья и однополчане, включая фронтовые письма Лилии своей матери Анне Литвяк. Здесь же находится дневник, куда лилия записывала свои сокровенные мысли и чувства, в котором она рассказывала о своей любви и привязанности к Кате, Инне и Лёше.

1988


Памятная доска на улице Красного Луча


Благодаря усилиям Валентины, улица Пролетарская в Красном Луче переименована в улицу имени Лилии Литвяк, а средняя школа N 1 теперь носит имя Лилии в честь легендарной лётчицы и в знак признания большой патриотической работы, проводимой отрядом Разведчиков Военной Славы. Мемориальная доска установлена на доме N 4 на улице Лилии Литвяк, где в квартире N 12 по сей день проживает Валентина.

1990


5 мая 1990 года президент Горбачёв официально провозгласил Лилию Литвяк Героем Советского Союза, что является самой высокой воинской наградой страны


Давно не стало Брежнева, давно осталась позади "холодная война", Валентина продолжает дело всей своей жизни. Наконец, информация о Лилии стала известна президенту Михаилу Горбачёву, который подписывает Указ о присвоении ей звания Героя Советского Союза. Теперь Валентина может высечь на памятнике эти слова.

## ПОСЛЕСЛОВИЕ


Дорогие читатели,

Вы держите в своих руках плод доблестного сотрудничества между двумя культурами, к которым мы имеем честь принадлежать.

Я учитель английского языка из маленького украинского города Красный Луч Луганской области. Лилия Литвяк, прототип этой книги, сражалась за наш город во время второй мировой войны и погибла недалеко от него. Имя этой 22-летней москвички включено в Книгу рекордов Гиннеса как самой результативной лётчицы-истребителя второй мировой войны.

Я проработала 27 лет в школе, носящей её имя. В этой школе расположен музей "Разведчиков Военной Славы", где можно увидеть фотографии, документы и артефакты, принадлежащие героям войны, многие из них связаны с именем Лилии Литвяк. Многие поколения детей воспитаны на героическом прошлом нашей страны. Я горжусь, что имею отношение к этой школе.

Я думаю, тот факт, что три человека - американский писатель, украинская учительница и куратор музея, живущие за многие тысячи километров друг от друга, объединились общей идеей - донести до мира эту замечательную историю - это сам по себе интересный опыт, который никогда не встречался ранее.

Мы хотели, чтобы мир узнал о тех великих жертвах, которые люди заплатили за мир на планете. Чтобы знали, что и в Америке, и в Европе люди доброй воли одинаковы, они хотят жить в мире, они хотят найти общий язык, в самом широком смысле этого слова, они хотят делиться культурными ценностями и опытом.

Мы верим, что миру будет интересно узнать об этой красивой и храброй девушке. Это не планировалось как просто коммерческий проект о непонятной культуре. Эта книга, прежде всего, - прославление несгибаемого духа женщин... всех женщин, повсюду.

Книга также непредвзято показывает, что наши патриотические взгляды, гражданская гордость не отличаются от взглядов обычного американца.

Мы желаем, чтобы читатели во всём мире нашли наше литературное сотрудничество информативным и вдумчивым. На данный момент мы также включили фотографии, иллюстрации, плакаты и реликвии времён Лилии, которые, как мы полагаем, никогда не публиковались за пределами России. Мы надеемся, что они обогатят ваш читательский опыт.

С огромным уважением, Елена Сиволап, Валентина Ващенко

М.Г.Криши с директором музея Ващенко (в центре) и учителем английского языка / переводчиком / консультантом по культуре Еленой Сиволап, в Красном Луче

## Библиография


ИНТЕРВЬЮ

Беседы, интервью и письма. Валентина Ващенко. Куратор музея Лилии Литвяк, Красный Луч, Украина. 2007 - 2009.

Беседы, интервью и письма. Елена Сиволап. Школа N 1, Красный Луч, Украина. 2007 - 2009.

Интервью с Энтони Гончаренко и его семьёй. Сан Диего, 2006

World War2 through Russian Eyes. Mark Talisman. Exhibit Developer. San Diego, CA. 1999.

Вторая мировая война глазами русских. Марк Талисман. Exhibit Developer. San Diego, CA. 1999.

Беседы и интервью. Людмила Агафеева, улица Новослободская, 19, Москва

ПЛАКАТЫ, ФОТОГРАФИИ И АРТЕФАКТЫ

Музей Лилии Литвяк, школа N 1, Красный Луч, Украина

Центральный Музей Вооружённых Сил, Москва

Музей авиации и космоса на аэродроме в Жуковском, Московской области

Личный архив Энтони Гончаренко, Сан Диего, Калифорния

КНИГИ

Culture Shock! Russia. Anna Pavlovskaya. Marshall Cavandish Editions.2007.

Культурный шок! Россия. Анна Павловская. Издательство Marshall Cavandisр. 2007

A Dance with Death. Anne Noggle. Texas A&M University Press. 1994.

Танец со смертью. Анна Ноггл. Texas A&M University Press. 1994.

Air Aces. Christopher Shonis. Bison Books. 1983.

Воздушные асы. Кристофер Шонис. Bison Books. 1983.

A History of 20th Century Russia. Robert Service. Harvard University Press. 1997.

История России, 20 век. Роберт Сервис. Harvard University Press. 1997.

Barbarossa - The Air Battle: July - December 1941. Christopher Bergstrom. Classic Publications. 2007

Барбаросса - Битва в воздухе. Июль - декабрь 1941. Кристофер Бергстром. Classic Publications. 2007

Heroines of the Soviet Union. Henry Sakaida. Osprey Publishing. 2003.

Героини Советского Союза. Генри Сакайда. Osprey Publishing. 2003.

Night Witches. The Untold Story of Soviet Women in Combat. Bruce Myles. Mainstream Press.1981.

Ночные ведьмы. Нерассказанная история о советских женщинах на войне. Брюс Майлс. Mainstream Press.1981.

Revolution and Civil War in Russia. Elizabeth Ellis, Anthony Esler. Pearson Prentice Hall. 2007.

Революция и гражданская война в России. Элизабет Эллис, Энтони Эслер. Pearson Prentice Hall. 2007.

Russia in the Era of NEP. Shile Fitzgerald. Indian University Press. 1991.

Россия в эпоху НЭПа. Шайл Фитцджеральд. Indian University Press. 1991.

The Soviet Collective Farms. R.W. Davies. MacMillan, London. 1990.

Советские колхозы. Р.В.Дэвис. MacMillan, London. 1990.

Wings, Women & War. Reina Pennington. University Press of Kansas University. 1997.

Крылья, женщины и война. Рейна Пеннингтон. University Press of Kansas University. 1997.

Women in Russia. A New Era in Feminism. Edited by Anastasia Posadskaya. Translated by Kate Clark. Centre for Gender Studies. Inter-Verso. London. 1994.

Женщины в России. Новая эра феминизма. Под издательством Анастасии Посадской. Перевод Кейт Кларк. Centre for Gender Studies. Inter-Verso. London. 1994.

Women in War and Resistance. Selected Biographies of Soviet Woman Soldiers. Kazimiera Cottam. 1998.

Женщины на войне и движение Сопротивления. Избранные биографии Советских женщин-воинов. Казимера Котам. 1998.

Yakovlev Aces of WW2. George Mellinger. Osprey Publishing. 2005.

Асы Яков на второй мировой войне. Джордж Меллингер. Osprey Publishing. 2005.

Young Stalin. Simon Sebag Montefiore. Orion Publishing Group. 2007.

Молодой Сталин. Симон Себаг Монтефиоре. Orion Publishing Group. 2007.

ARTICLES

СТАТЬИ

www.icl-fi.org. From Women and Revolution. Journal of the International Communist League. Issue 12. 1976.

www.icl-fi.org. О женщинах и революции. Журнал Международной Коммунистической Лиги. Выпуск 12. 1976

www.vor.ru. Russian Culture Navigator. "The Merry Guys"

www.vor.ru. Русский Культурный Навигатор. "Весёлые ребята"

www.barynya.com. Russian songs

www.barynya.com. Русские песни

www.mirpesen.com. Russian songs and lyrics

www.mirpesen.com. Русские песни и стихи

www.en.wikipedia.org/wiki/lydialitvyak

www.en.wikipedia.org/wiki/lydialitvyak

www.redarmyonline.org.kazimieraJanina, Jean Cottam2006.

www.redarmyonline.org.kazimieraJanina, Jean Cottam2006.

www./Sovietawards.com.2002.The memorial to soviet ace Lydia Litvyak.

www./Sovietawards.com.2002. Памятник советскому асу Лидии Литвяк

www.donaldgranger.home.att.net/yak-1.htm

www.donaldgranger.home.att.net/yak-1.htm

www.123exp-biographies.com/t/00034527358/ (Biography Research Guide).

www.123exp-biographies.com/t/00034527358/ (Поисковик биографий)

www.anticsonlineco.uk. Yak-1 Litvyak ace model kit.

www.anticsonlineco.uk. Модель Яка, на котором летала Литвяк

www.elknet.pl/acestory/litvak.htm

www.elknet.pl/acestory/litvak.htm

www. ozvarvara.wordpress.com/2008/04/07. Voices from Russia.

www. ozvarvara.wordpress.com/2008/04/07. Голоса из России

www.experiencefestival.com/lydia

www.experiencefestival.com/lydia

www.encyclo.co.uk/define/zhenotdel

www.encyclo.co.uk/define/zhenotdel

http://pratt.edu/marinaraskova

http://pratt.edu/marinaraskova

www.elknet.pl/marinaraskova

www.elknet.pl/marinaraskova

www.machair.net/,marinaraskova

www.machair.net/,marinaraskova

http://airports.fai.org/marinaraskova

http://airports.fai.org/marinaraskova

www.ctie.monash.edu.av/hargrave/soviet_women_pilots.html

www.ctie.monash.edu.av/hargrave/soviet_women_pilots.html

www.jewishsightseeing.com/russia/moscow/central_armed_forces_museum/19990219-russia_eyes-exhibit.htm

www.6.dw-world.de/en/saa0.php

www.6.dw-world.de/en/saa0.php

www.nationalmuseum-af.mil/factsheets. women of rubble

www.nationalmuseum-af.mil/factsheets. women of rubble

www.cmaf.ru. central armed forces museum of Moscow

www.cmaf.ru. Центральный Музей Вооруженных Сил, Москва

www.elknet.pl/acestory/litvak/litvak.htm. WW II Ace Stories.DariusZtyminski.

www.elknet.pl/acestory/litvak/litvak.htm. Истории Асов второй мировой войны. Дариус Зтымински

www.ww2F.com/russia-war/1336-letters-rerman-soldiers.html. Lt. Otto Deissenroth, Military Post No. 12-827D

www.ondirpower.org/docs/litvyak_lidiya_vladirjrovna

www.ondirpower.org/docs/litvyak_lidiya_vladirjrovna

www.acepilots.com/german/ger_aces.html

www.acepilots.com/german/ger_aces.html

www.minervacenter.com. Quarterly Report on Women and the Military. 2000.

www.minervacenter.com. Квартальный отчёт о женщинах в Вооружённых Силах. 2000

http://cnc.wikia.com/wiki/stalin'sadvisor

http://cnc.wikia.com/wiki/stalin'sadvisor

www.emayzine.com/lectures/stalin.html. Stalin's economic Policy 1930 - 1940.

www.emayzine.com/lectures/stalin.html. Экономическая политика Сталина в 1930-1940 годах.

Wait for me, and I'll be back,

In spite of all the deaths.

All of them, who did not wait,

Will say that luck's the case.

And they can't imagine that,

Through the blazing flame

I was carried without harm

By your faithful name

-Simonov