Okopka.ru Окопная проза
Кокоулин Андрей Алексеевич
Визит

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения] [Рекламодателю] [Контакты]
Оценка: 7.62*14  Ваша оценка:

   На девяносто лет Победы ветеранов не осталось.
  Был парад стареньких, кое-как видевших войну детей. Но и их набралось немного, человек двести. Они медленно шли по площади, и Селиванов смотрел на них с жалостью. Гвоздички, ленточки. А пошагай вот так, по булыжной мостовой! Кому это нужно?
   Он переключил канал.
  Пухлая рука его нащупала кекс на блюдце, рот приоткрылся.
   В дверь позвонили.
  -Рита! - крикнул Селиванов жене. - Открой, пчелка!
   Рита высунулась из кухни.
  -Милый, - сдобное лицо супруги с румяными яблоками щек приняло обиженное выражение, - вообще-то я занята.
  -Чем?
  -Готовлю нам ужин!
   Селиванов вздохнул.
  -Окей, рыбка.
   Отложив кекс, он оторвал внушительный, обтянутый шортами зад от дивана, с сожалением щелкнул пультом и, шаркая тапочками по пластиковому паркету, прошел в прихожую.
  -Кто?
   За дверью закашлялись, потом сказали:
  -Свои.
   Селиванов помедлил (родственники, что ли, какие-то?) и открыл.
  За дверью стоял красноармеец. Совсем молодой, чумазый, коротко стриженный, с почему-то неуютными, злыми глазами. Он косо улыбался. Гимнастерка, шаровары. Пилотка. Винтовка на плече. В такой форме только что, в рябых кадрах документальной кинохроники, поднимались в атаку бойцы. И пахло от него чем-то кислым, тревожным.
   Театрализованное представление? - подумал Селиванов.
  -Вы, простите...
  -Вот и свиделись, - перебивая, сказал красноармеец.
   Не снимая ботинок, он деловито прошел в гостиную, покрутил головой, кислым выражением оценивая картины, ковры и горку под красное дерево.
  -Богато.
  -Извините, - сказал Селиванов, плетясь за непонятным гостем, - мне бы хотелось узнать...
   Красноармеец вдруг глянул ему в глаза.
  -Узнаешь.
   От зловещего тона Селиванов вздрогнул.
  Несколько мгновений он хлопал ртом, затем рука его выпрямилась в сторону прихожей.
  -Потрудитесь...
   Пальцы неожиданно уткнулись в мягкое, выпуклое, хотя должны были попасть в пустоту дверного проема. Селиванов повернул голову. Девушка. Молодая. Круглолицая. С упрямо сжатыми губами. Откуда? Или они вместе?
   Как-то он это проморгал.
  -Простите.
   Селиванов убрал палец от обтянутой гимнастеркой женской груди.
  -Проходи, Инга, - сказал красноармеец и застыл над тарелкой с кексом. - Ты смотри, что едят. Как буржуи.
   Обеспокоенная, из кухни выдвинулась супруга.
  -Котичек, кто это?
  -Не знаю, ласточка, - ответил Селиванов, вздернув плечи.
  -Мы скоро уйдем, - сказал красноармеец и обернулся к Рите: - Вы пока в кухне посидите, если можно. У нас тут разговор...
   Он окинул взглядом грушевидную фигуру хозяина квартиры и добавил:
  -Семейный, в общем, разговор.
  -Понятно, - кивнула Рита, хотя по натянувшемуся лицу Селиванов видел, что ничего ей не понятно.
   Осторожно прикрылась дверь на кухню.
  Позвонит в полицию? Догадается или нет? Ведь не решится, сомик глупенький!
  -Садись, - красноармеец указал Селиванову на диван.
   Сам он присел на подлокотник кресла, стянул с плеча винтовку, положил ее на колени и прикрыл глаза.
   Чувствуя противную дрожь в ногах, Селиванов опустился на подушку.
  Девушка Инга обнаружилась справа - она сняла со спины деревянный ящик на лямках и теперь сосредоточенно копалась в его внутренностях. Селиванов заметил железную пластину со шкалами настройки, моток провода с наушником и, кажется, аккумуляторные батареи.
   Как-то все это было дико.
  -Значит, хорошо живешь? - спросил его красноармеец, чуть шелохнувшись.
  -Д-да, - выдавил Селиванов.
   Гость кивнул.
  -Работаешь?
  -В транспортной компании. "Бегунок". Маршруты, расчет оптимального, километро-часы. Логистика, как бы это пото...
   Гость снова кивнул, и Селиванов умолк на полуслове.
  -Это кто, жена?
   Едва заметное движение подбородка в сторону кухни.
  -Жена, Рита, - Селиванов привстал. - Она может чаю...
  -Не надо. - Красноармеец поколупал ногтем цевье винтовки, открыл глаза. - Дети есть?
   Селиванов похолодел.
  -Н-нет.
  -С соседями как?
  -Так это, никак... шапочно... - Селиванов заерзал. - Вы, простите, почему интересуетесь? Что значит "семейный разговор"?
  -На, - красноармеец достал из нагрудного кармашка бледно-желтую книжицу, - читай.
   Книжица шлепнулась Селиванову в пухлые ладони.
  "Красноармейская книжка" - прочитал он. Развернул. Пробежал глазами. "Красноармейскую книжку иметь всегда при себе. Не имеющих книжек - задерживать. Фамилия - Селиванов. Имя и отчество - Алексей Матвеевич. Звание и должность - сержант, командир отделения".
  -Как это? - спросил, теряясь, Селиванов.
   Гость встал.
  -Так это, - он наклонился и выдернул книжку из толстых пальцев. Глаза его сощурились, челюсть вспухла желваками. - Так это, что я за тебя тогда...
   Он выпустил воздух сквозь зубы, резко повернул голову:
  -Инга! Что со связью?
  -Сейчас.
   Девушка размотала через всю комнату проволочную антенну, вывесила конец в открытую форточку и вернулась к ящику.
   Селиванов смотрел, как она хмуро подкручивает ручки настроек.
  -Есть частота!
  -Передавай, - красноармеец скользнул к окну и там застыл темной фигурой на фоне дня. - Чайка - Кречету. Наблюдаем скопление вражеской техники в районе... Координаты... Окружены. Нет сил держаться. Прощайте.
   В такт его словам стучал телеграфный ключ.
  Селиванов думал: как окружены? какое скопление? Это розыгрыш? Это всерьез? А в груди тоненько подсасывало.
   Будто с балкона, высунувшись по пояс, смотришь вниз. Ох, не навернуться бы.
  -Прощайте, - глухо повторил красноармеец.
   Сухой треск точек и тире. Тишина.
  -Ждать ответа? - Инга подняла на своего командира серые глаза.
   Селиванов подсмотрел этот взгляд, и сердце его колко сбилось - столько во взгляде было твердой уверенности, любви, желания идти сквозь и вместе, поддерживая и превозмогая. Даже тень смерти, угадываемая в зрачках, не казалась страшной.
   Ничего не казалось страшным.
  -Нет, - качнул головой красноармеец и повернулся, - сворачиваемся.
   Он в два шага подступил к Селиванову.
  -Сучонок ты.
  -Мне сорок два, - попытался возмутиться Селиванов, - и вы слишком молоды...
  -Я уже погиб! - проорал вдруг красноармеец в его лицо. - Погиб! За тебя! За эту твою... ласточку! Погиб!
   На шее у него напряглись жилы.
  Несколько мгновений он тискал в руках винтовку, словно хотел больно врезать Селиванову прикладом в потный лоб.
   Убирая антенну, Инга коснулась ладонью его плеча, и красноармеец сник, мотнул головой, с силой провел тыльной стороной ладони по скуле.
  -Выдалось последнее время, дай, думаю, посмотрю... Хорошо ли живут.
  -Я... мы хорошо... - проговорил Селиванов.
  -Хорошо - это не для себя. Хорошо - это для всех, - лицо красноармейца исказилось. - Хорошо - это для страны! Ни детей, ни друзей...
  -Почему же... - промямлил Селиванов.
  -А что ты для Родины сделал? Лично ты? Для людей вокруг?
   Селиванов обнаружил, что страшные, злые глаза мальчишки (мальчишки же!) заглядывают в него, в мозг, в мысли, в душу.
   Словно имеют право.
  -Я... я плачу налоги.
  -И так живешь?
   Селиванов растерялся.
  -Ну, как бы...
  -На машине ездишь, да? - сплюнув, тихо поинтересовался красноармеец.
   Селиванов кивнул.
  -Да, "фольксваген туарег пятый".
  -Угу, народный вагон. Знаем. Фашистский.
  -Немецкий.
   Красноармеец криво улыбнулся.
  -И ради таких вот... Инга!
  -Да.
   Инга, взвалив на спину ящик с рацией, встала за ним бойцом маленького отряда.
  -Пошли, - сказал красноармеец, - все тут понятно.
   Презрение, с которым это было сказано, обожгло Селиванова, словно кипятком.
  -Что это за представление?! - вскрикнул он. - Вломились, наговорили! Вы в чем, позвольте, меня обвиняете? Что я хорошо живу?
  -Еще и дурак, - грустно подытожил мальчишка-красноармеец, и, пропустив радистку вперед, вышел из квартиры.
   Шагов Селиванов не услышал.
  Подбежав, он захлопнул дверь, провернул замок, выдохнул, пытаясь унять раскудахтавшееся в груди сердце.
  -Зайчик, - осмелилась выглянуть из кухни супруга, - это кто был?
  -Не знаю.
   Селиванов под ее воловьим пустым взглядом (не такого, нет, не такого хотелось бы) пробрался обратно в гостиную.
   Горечь стояла в горле, щипало уголок глаза.
  Обидные мысли покусывали. Думалось: я-то что? Я-то? Почему я? С книжкой он!
   Кекс был, слава богу, нетронут.
  Разнервничавшийся Селиванов поднес его ко рту. Он уже ощутил мягкое, пахнущее марципаном тесто, и тут за окном грохнуло, всплеск огня и дыма отразился на дрогнувшем стекле, и сразу же гулко заквакали автомобильные сигнализации.
   Селиванов, побледнев, так и застыл.
  Что-то подсказывало ему, что его "фольксваген туарег пятый"... только что... противотанковой...

Оценка: 7.62*14  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на okopka.ru материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email: okopka.ru@mail.ru
(с)okopka.ru, 2008-2015