# Гражданская война в Одессе (1917-1920)

Алексей Геннадьевич Ивакин

Попытка взглянуть на события Этой гражданской через события Той гражданской

Ничего особенно интересного для не-историков. Впрочем, хотелось бы предупредить, что поняв механизмы Той Гражданской, станут немного понятны и события Этой Гражданской.

Итак, март 1917 года, Одесса...

Город молодежи. Рост промышленности привлекал молодежь со всего мира. 55% - русские, 35% - евреи, 6% - украинцы. Остальное поляки, немцы, греки, молдаване, болгары, румыны...

Из 500-тысячного населения - 40 тысяч рабочих на заводах, 50 тысяч - кустари-ремесленники. Мелкие предприниматели - 50 тысяч. Средние и крупные - 9 тысяч. Хипстеров Интеллигенции - 35 тысяч. К началу 1917 года до 20 тысяч безработных.

Семнадцатый год вообще был очень тяжелый. нет, большевики тут не причем. Все вопросы к либерастам из Временного правительства. Это при них в Одессе хлеб вырос в цене в 300 раз. А сливочное масло, например, в 900 раз.

1 марта пришло известие, что Николай 2 под давлением либералов отрекся от престола. Одесса пожала плечами и продолжила заниматься контрабандой. Городской голова Борис Пеликан призвал к спокойствию, после чего был арестован..Кем, а приехала сенатская комиссия из Питера.

Памятник Екатерине тут же закрыли полотном, дабы "ливарюцинеров" не раздражать. Жандармов распустили, их место заняли студенты. Начальником милиции стал... профессор университета.

Тут надо сказать, что у либерастов есть какое-то дикое стремление к дискуссиям в коворкинг-центрах. То тебе клуб блогеров создадут, то послов ЖЖ назначат. Их предшественники ни чем не отличались. При городской думе создали Общественный комитет. Если перечислять все организации, отправившие туда представителей - это займет пару страниц печатного текста. Это если десятым шрифтом. Одних партий было 20 штук - самые активные:кадеты, самые популярные:эсеры. А тут еще и Украинская партия Социалистов-федералистов появилась. Укро-федералы выступали за автономию УКраины в Составе Российской Федеративной Республики, признания Одессы украинским городом, украинизации образования. Лидеров укро-федералов был Владимир Чеховской, его потом расстреляют в 1938 за "самостийность". Некто Луценко начнет украинизацию армии. Он создает Украинскую Военную Раду. Погибнет в бою с красными в 1919 году.

В июне 1917 создание украинских частей разрешит Керенский.

Теперь про Совет рабочих депутатов. С весны 1917 года большевики, меньшевики и эсеры. в Одессе (вместе, да) создают параллельную структуру власти. Советы. Думаете, он был один? Ха. Совет рабочих депутатов, Совет матросских и офицерских депутатов, солдатский Совет, Совет трудовой интеллигенции, Крестьянский Совет, Совет профсоюзов, Совет фабрично-заводских комитетов... Заняли Воронцовский дворец под заседания. И это далеко не все.

Представляете, какая каша была?

В апреле состоялась демонстрация - вышло 50 тысяч человек в поддержку завоеваний февраля. Все вместе вышли, от кадетов до анархистов, от рабочих до генералов, от солдат до судовладельцев.

8 мая привезли прах лейтенанта Шмидта. Совершили панихиду в Кафедральном соборе. В почетном карауле стол, между прочим, и адмирал Колчак. Керенский даже приехал. Тогда же и создали Румчерод - Исполком съезда советов РУМынского фронта, ЧЕРноморского флота, ОДесского округа.

В мае Керенский отказался признать автономию Украины. Центральная Рада послала нахер Временное Правительство и заявило автономию. Временщики согласились, потом отказались, потом опять согласились и предложили вести переговоры...

В августе состоялись выборы в городскую думу.

Эсеры - 105 тысяч голосов.

Кадеты - 26 тысяч.

Еврейский список - 23 тысячи.

Меньшевики - 13 тысяч.

"Украинцы" - 7 тысяч.

Большевики - 4,5 тысячи.

Явка - 60%.

Тем не менее, в Одессе продолжало существовать "Троевластие" - претензии на власть имели Центральная Рада, Советы, Временное правительство.

А тут еще и либералы организовали амнистию уголовникам. А тут еще солдаты Румынского фронта плюнули и полками поехали по домам. Морячки-анархисты развлекались с частной собственностью. Пацаны с Молдаванки тоже включились в общее веселье. Тем более, оружия появилось как навоза за баней. Солдатики за бесценок продавали винтовки, а то и просто меняли на спиртоводочные изделия.

А тут еще Корниловский мятеж.

Все три власти моментально объединились и создали Временный Ревком. Туда вошли всего лишь 6 большевиков из 57 участников. Но именно они проявили железную волю к организации. Красная Гвардия с сентября 1917 года перешла под управление большевиками. После неудачи Корнилова полетели погоны. Новым начальником Одесского округа стал генерал Никандр Маркс. Крайний левак, симпатизировал левым эсэрам и большевикам, склонялся к украинизации армии. Открыл военный склады для красногвардейцев. Деникиным он будет приговорен к 4 годам каторги, но освобожден по возрасту. Умрет в Екатеринодаре\Краснодаре в 1921 году естественной смертью.

А, чуть не забыл, в это время левые эсэры послали нахер эсеров правых и вошли в союз к большевикам. И к ним же стали склоняться еврейские социалисты, левые бундовцы, меньшевики-интернационалисты, максималисты и анархисты всех мастей..

Тут еще и украинцы активизировались - 6 тысяч украинцев были сведены в Одесскую Гайдамацкую дивизию. Шапки смушковые, шлыки красные, жупаны малиновые, шинели синие, погоны серебряные. Красота.

Только вот в сентябре-октябре - До Октябрьской революции - по городу лучше было не ходить в ночное время. Постоянные перестрелки всех со всеми. Грабежи под видом реквизиций, реквизиции под видом грабежей. Хлеба не купить, не на что. Да и не везут крестьяне продукты в город.

А тут и Октябрьский переворот случился.

Центральная Рада не признала Ленина. Румчерод тоже Ленина не признал, но не признал и Раду. Городская Дума не признала Ленина, Раду и Румчерод. Совет вообще закатил глаза к небу и начал ковыряться в носу, делая вид, что все это его не касается.

В конце концов, Румчерод и украинцы объединились и создали "Временное революционное бюро", куда привлекли и военных.

Создали еще одну дивизию гайдамаков - пластунскую. Приехал Ахтырский гусарский полк. Большевики открыли методичку и политически разложили гайдамаков и гусар, заодно провели переговоры с украинцами.

В итоге сложилась парадоксальная ситуация.

Румчерод и Дума выступила против украинцев и большевиков, а большевики заключили союз с гайдамаками. Киев заявил, что Одесса входит в состав Украинской Народной Республики, большевики ухмыльнулись и согласились. При этом, УНР входила на правах республики в состав Федеративной Демократической Российской Республики, как говорится в 3 универсале Рады.

Но тут рявкнул Ленин и Совет Народных Комиссаров. Дело в том, что Киев хапнул под шумок Херсонскую, Харьковскую, Екатеринославскую и север Таврической губерний. Заметьте, про Крым и речи нет.

Одесса тоже перешла под УНР.

И тут большевики Одессы (впрочем, не только они, но еще и эсеры, Бунд и меньшевики) - возмутились: э, хохлы, а где же референдум? Тогда он назывался народным плебисцитом. Киев традиционно не заметил возмущения и продолжил наращивать военное присутствие. Был поднят влаг Украины на крейсере "Память Меркурия". Остальные моряки Андреевский флаг снимать отказались. А вот кадеты, артиллеристы, кавалеристы, технические части присягнули Киеву... Так же, как и генералитет и офицеры штаба округа. Тут еще и донские казаки нарисовались, тоже присягнули Центральной Раде.

Однако, и Красная Гвардия времени не теряла. Ее командиром был М.Чижиков, из рабочих.

Каждый день совершались нападения "неустановленными лицами" на гайдамаков, пластунов, цейхгаузы... Гайдамаки решили разоружить красногвардейцев. Однако, вместо реквизиции оружия, предпочли заняться грабежами. В конце концов, украинцы плюнули и решили оружие у рабочих не отнимать.

Тут Петлюра - тогда он был что-то вроде военного министр Рады - объявил о трехнедельном отпуске для солдат, выходцев из Великороссии. Петлюра был не дурак, он понимал, что из отпуска солдаты не вернутся.

Большевики почесали подбородок и ускоренно стали готовить восстание в Одессе.

30 ноября - 2 декабр была совершена первая попытка переворота. На стороне большевиков выступили не только красногвардейцы. Но два запасных полка, запасной арт.дивизион, железнодорожный батальон, две прожекторных роты, два миноносца, два броненосца, крейсер "Алмаз". Четыре тысячи штыков и 18 орудий.

По всему городу шли бои - от Ланжероновской до Большого Фонтана. Тем не менее, большевикам не удалось захватить стратегические объекты, кроме гаража с 50 авто. пришлось отступить на завод "РОПИТ", где были вырыты окопы, а пару грузовиков обили броней и поставили на них пулеметы. Гайдамаки пытались штурмом взять завод, но тут им передали, что броненосцы "Синоп" и "Ростислав" откроют огонь. Тогда командир Красной Гвардии Чижиков и командир гайдамаков Поплавко договорились о прекращении огня и все вернулись в свои здания. Штаб Красной Гвардии вернулся на улицу Торговую 4, а Украинская Военная Рада в Английский клуб, что в начале Пушкинской.

А тут еще и анархисты и пацаны с Молдаванки подсуетились с грабежами. Склады коньяка и шампанского немедленно разгромили, да.

Все существующие власти немедленно осудили - морально! - большевиков и в качестве наказания... Ни одного ареста, ни одного расстрела. Только лишили Красную Гвардию зарплаты. Вот так да. Красная Гвардия до средины декабря 1917 года получала зарплату как милиционное подразделение.

После чего украинцы, Румчерод и Дума создали компромиссный орган - "Совет Десяти".

Эсеры, меньшевики, украинцы... Ни одного большевика.

Первым делом провели реквизицию ценностей у буржуев на сумму в 1 миллион золотых рублей. На нужды власти...

ПЕРИОД ВТОРОЙ. Анархический. Декабрь 1917 - январь 1918

Казалось, конфликт исчерпан. Но тут Киев начал поглядывать на Восток - на Донецк, Луганск, Кубань и Дон. Теория "Панукраинизма" в действии, так скажем. Заодно гайдамаки начали разоружать советские части, подчинявшиеся Питеру.

Одесский "Совет Десяти" плюнул на оба дома и решил создать "Социалистический масонский рай в городе на холме". Большевики-одесситы задумались, но были одернуты из Центра. И начали готовиться ко второму восстанию.

А "Совет Десяти" создал еще и "Совет Шести". Это не советские советы, напомню, а либерально-националистические. Советские Советы начали, наконец, соединяться, хотя и со скрипом.

Благодаря хаосу в стране, созданному либералами, а в Украине еще и националистами, к яянварю 1918 года в Одессе воцарились голод, холод и безработица. Милиция практически разбежалась - нечем было платить бывшим студентам. Красная Гвардия охраняла только рабочие районы, ахтырские гусары, которым поручили патрулировать Центр - непрестанно бухали в казармах, военный за пределы частей не выходили, моряки контролировали только порт.

с 25 по 30 декабря на Одесском вокзале поселилась банда с Молдаванки, которая грабила всех, кто попадется.26 числа в порт прибыл транспорт "Юлия" со спиртом для госпиталей. Анархисты и босяки немедленно захватили судно.

Румчерод собрался на съезд. И на нем победили... Большевики, левые эсеры, анархисты, максималисты - блок набрал 60% голосов. Съезд тут же порвал отношения с Радой и признал власть Совнаркома.

Тем временем, большевиками же была реанимирована идея объявления Одессы "Вольным городом". Надо мол, местное Учредительное собрание организовать,у строить плебисцит... Постоянные переговоры, временные компромиссы, проекты и прожекты, коалиции и прочие коворкинг-центры были лишь дымовой завесой, за которой большевики и обозленные на голод и разруху рабочие готовили новый переворот.

Внезапно Рада оказалась не против. В Одессы был создан новый "Совет десяти". Понеслись ппредложения конституции, различных реформ и прочая болтология, на которую только и способны прекраснодушные идеалисты, фиалками пахнущие.

А тут еще и банки встали. Взамен, "Совет Десяти" начал выпускать одесские боны. Однако, крестьяне отказывались на Привозе эти боны брать, впрочем, керенки тож не брали.

Кстати, вольный город - это не отдельное государство. Это значит, что бОльшая часть доходов остается в городе, а "излишки" передавать в Киев. "какой процент этих излишков - либералы не задумывались. При этом, университеты и заводы общегосударственного значения должен финансировать Киев. Официальный язык делопроизводства, кстати, был русский. Дело осталось за референдумом.

Единственные, кто был против - большевики. Оно и понятно, либералы за год превратили цветущий, один из самых богатых городов Империи в бандитскую клоаку. На улицах царствовал холод, в домах голод. Особенно, в рабочих домах - ведь заводы стояли. А если и работали, то расчет по заказу мог вообще не поступить. На рынках царил натуральный обмен.

Тем временем, гайдамаки приступили к разоружению неукраинских частей, оставшихся в Одессе еще с царских времен.

Ага, представьте себе - вы солдат, например, кольтовского пулеметного батальона. Сидите в казармах Одессы, сами родом, например с Калуги. Жрать нечего, поезда ходят как попало, уехать возможности нет - тут еще и приходят разоружать. А зарплату не платят. У Рады денег нету. Хорошо один из большевиков Шнайдерман тогда сказал: "Если Центральная Рада - власть, то пусть платит деньги рабочим. Но она не платит. А раз нет - то нет и власти". Кстати, рабочие Одессы зарплаты не видели с сентября 1917. А на дворе январь, уголь для домашних печек денег стоит.

Рада таки напечатала денег, Курьеры собрались привезти их в Одессу к двадцатым числам января. Говорят, что рабочие Одессы добрались тогда до Питера, пожаловались Ленину на Раду и отсутствие денег. Ильич усмехнулся: "Деньги у вас. Хотите - берите их сами".

Ежедневно проходили митинги - на заводах, в частях, на кораблях. Понеслись забастовки. Город остался без света.

Большевики развернули агитацию среди гайдамаков.

Тут еще и Харьков заявил, что Украина это он. Началась война между УНР и УСР. Гайдамаков отправили в Александровск\Запорожье. Там они получили люлей от шахтеров и металлистов, пролюбили броневик и вернулись обратно в Одессу. Очень расстроенные. Харьков пошел в контрнаступление, взял Екатеринослав\Днепропетровск и Александровск\Запорожье.

В Одессе же опять начались перестрелки - каждый день, на Греческой и Соборной, на Пушкинской и Ришельевской, На обоих Арнаутских.

И убитые, убитые, убитые со всех сторон.

Макар Чижиков стыбздил грузовик с 2 тысячами винтовок. Всем властям показал фигу, сказал, что грузовик не вернет. Оружие раздал рабочим. Где-то в это время Мишка Япончик зачем-то пытался наехать на биндюжников с Пересыпи. Биндюжники вышли без оружия, отмудохали щеголеватых гопников с Молдаванки пудовыми кулаками, отобрали у них револьверы и отпустили по домам. Крепко побитый Мишка решил примкнуть к большевикам: "За ними - сила!".

В ответ на это Советы осудили большевиков. кажется, парадоксально, да? Привыкли, что Советская власть это большевики?

Ан нет, в январе 1918 все было очень непросто. Сложилось очередное многоцарствие - Рада против Советов и большевиков, Советы против большевиков, но за переговоры с Радой, большевиков эта болтология просто задолбала. Где между всем этим еще и "Совет Десяти", "Совет Шести", потом еще "Совет Пятнадцати" появился... Порой один и тот же человек участвовал сразу везде и между всюду. Агась.

Большевики создали Ревком из 15, потом из 38 членов. На Гоголя 16 заседали, если что.

9 января Киев заявил об отделении Украины от России. Одесса забурлила. Либералы и украинцы создали еще один орган - Временный комиссариат. Успели учредить три государственных языка - русский, украинский, идиш.

К утру 13 января 1918 года на стороне Рады, Советов и ВК были:

- 1 и 2 гайдамацкие курени.

- Отряд одесских студентов и гимназистов "Одэська сiч"

- Сербская дружина (эти тут стояли еще со времен войны с германцами)

- Польский легион.

Крейсер "Память Меркурия" на связь не стал выходить, хотя и блакитно-жовтый флаг не снял. Большая часть юнкеров заявила о нейтралитете. Лишь несколько отделений юнкеров-артиллеристов Сергеевского училища подчинились хрен пойми чьему приказу и вышли из казарм. 3-й гайдамацкий курень тоже заявил о нейтралитете. А у ахтырских гусаров все еще не кончилось шампанское, им было пофиг вообще.

В общей сложности, у Совета и Рады было не более 2.000 штыков и сабель.

Примерно столько же было и у "красных". Заметьте, только сейчас я начал использовать этот термин. Дело в том, что меньшевистско-право-эсэровский одесский Совет тоже выступал под красным флагом.

На стороне большевиков выступили:

- Красная Гвардия из докеров, рабочих и биндюжников. Биндюжники - это грузчики, кстати.

- Еврейская самооборона Мишки Япончика и Яшки Блюмкина. Да, это теперь не просто пацаны с Молдаванки. Это Еврейская самооборона.

- "Железный отряд" анархистов.

- Боевики левых эсеров.

- Интернациональный отряд Олеко Дундича.

- Союз Молодежи Семена Урицкого. Он потом ГРУ возглавит.

- Матросы броненосцев и крейсеров.

- 49 и Ахтырский пехотный полк.

Около 3,5 тысяч штыков и сабель с двумя орудиями. Это если не считать сами броненосцы.

И вот пришел день 13 января 1918 года...

Итак, вечером 13 января 1918 года большевики и их союзники подняли восстание.

Это была суббота, офицеры штаба округа чего-то праздновали в самом штабе. Никто не ожидал восстания, подготовка велась в условиях строжайшей конспирации.

Моментально взяли телеграф, почту, казначейство, вокзал, штаб округа.

Утром 14 все было спокойно - погибло лишь 2 человека, 8 было раненых. Одесситы узнали о перевороте из утренних газет. Как отреагировали? А флегматично - фиг ли, кабаки работают, театры тоже, магазины открыты, на Привозе спокойно. А что власть сменилась - первый раз, чи шо?

Ни баррикад, ни взрывов, ни погромов.

Восставшие создали Военно-Революционный комитет. ВРК заявил, что вся власть перешла Советам.

Совет сильно удивился - там бал правили правые эсеры и меньшевики, которые к восстанию никакого отношения не имели. Они конечно, обрадовались и поддержали лозунг "Вся власть Совету", но при условии согласования решений с либеральной Думой и украинской Радой. Большевики плюнули на проект говорильни и создали свой Совет рабочих, крестьянских, солдатских и матросских депутатов.

Кстати, интересный факт. На январь 1918 года в Одессе и окрестностях осело около двадцати тысяч офицеров. Из них против большевистского переворота выступят... Триста.

А часть поддержат большевиков. Окружной арсенал взяли пулеметчики прапорщика Курганова.

И здесь большевики совершили крупную ошибку аля-Янукович. Они не стали разоружать гайдамаков, а когда лидер "украинцев" приехал в штаб большевиков, располагавшийся на крейсере "Алмаз" его даже не арестовали.

Гайдамаки тут же выдвинули ультиматум - об освобождении штаба округа и разоружении Красной Гвардии. Дали сутки. Но суток ждать не стали.

Утром 15 января из района Большого Фонтана гайдамаки начали наступление. Развернулись ожесточенные бои. Постепенно, украинцы шаг за шагом отбивали город у большевиков. Захватили вокзал, продвинулись по центру до Дерибасовской - линия фронта шла от Соборной площади через Греческую площадь до Николаевского\Приморского бульвара. Дошли даже до Воронцовского дворца, где их атаку отбил едва ли не последним резервом.

Дума предложила перемирие, но ее никто всерьез не воспринимал.

Казалось, почти все. Однако красные удерживали порт. В тылу была Пересыпь, Слободка, Молдаванка, Мельницы - рабочие районы. А, самое главное, вечером 15 числа в порту высадился сводный отряд 6-ой большевистской армии - 600 бойцов и два легких орудия. Командовал отрядом прапорщик Георгий Софронов - будущий командир Приморской армии в 1941 году. Отряд разделился - 200 бойцов подпоручика Максимова атаковали вокзал, 350 бойцов подпоручика Чистовского артиллерийские казармы.

16 числа броненосцы открыли арт.огонь по гайдамакам и юнкерам. Это их и сломало. К часу дня 17 января бои прекратились. Большая часть гайдамаков разбежалась, часть перешли на сторону красных. Всего лишь около 400 отправились в сторону станции Раздельной, где их и догнали одесские большевики, разоружили и отправили по хатам.

В чем причина поражения украинцев? Не только в численном превосходстве и артиллерии. Но и в том, что они не знали - за что воюют. Красная Армия подошла к Киеву, там тоже началось восстание, военный комиссар Центральной Рады Поплавко сбежал сразу после начала боев, а глава украинцев Чеховской просто самоустранился. Да и рабочая Одесса враждебно относилась к украинизации.

21 января погибших похоронили в одной могиле - на Куликовом поле. И красногвардейцев, и юнкеров, и гайдамаков, и мирных жителей. Данные о погибших разнятся - от 120 до 180 человек.

Вернемся к революционному хаосу. 17 января, вечером, старый Совет самораспустился. 25 января был выбран новый исполком Совета - 36 большевиков, 10 левых эсеров, 9 левых меньшевиков и левых бундовцев, 5 анархистов.

29 января был создан Совет Народных Комиссаров и провозглашена Одесская Советская Республика. Она сразу отказалась подчиняться Харькову, тогдашней столице УССР по причине, цитирую "неукраинского положения Одессы". Подчиняться одесситы согласились непосредственно Петрограду. ОСР была провозглашена на территории Бессарабской и Херсонской губерний. Вышел даже небольшой конфликт с шахтерами Донецка. Те назвали Донецко-Криворожская республика. А Кривой Рог находился на территории Херсонщины. Впрочем, как такого конфликта и не было. Так, фигня, никто ей не заморачивалс в тот момент. Проблемы были другого характера.

Дело в том, что села и местечки ОСР вообще никому не подчинялись. Что ни волость - то отдельная республика. Некоторые даже деньги свои печатали на водочных этикетках. Крестьяне чихать хотели на перевороты. Им что Советская власть или киевская влада. Было б кому подчеревок подороже продать.

Да в самой Одессе все еще было не спокойно. Надо было выстраивать вертикаль власти - а как это делать: никто не представлял. Вот есть большевистский Совет, есть СНК, но есть еще и Румчерод.

Действовали они разобщенно - один и тот же вопрос надо было согласовывать во всех трех инстанциях.

Но и это еще пол-беды.

Анархисты-моряки категорически отказывались подчиняться кому угодно. Они ж герои Января - им экспроприации подавай. На этом фоне они спелись с Мишкой Япончиком. Вот реальная история.

Моряки опубликовали в газете обращение к преступному миру, мол 16 февраля они праздничный вечер в драматическом проводить будут, и любезно просят граждан бандитов в этот вечер не проводить налетов. Через газету же анархисты получают ответ: "Мы не будем грабить в этот день, мы так же проливали кровь в печальные январские дни, идя рука об руку с товарищами матросами и рабочими против гайдамаков. Мы также имеем право на звание гражданина Российской республики".

Вот такие пироги с котятами.

А еще 22 января Мишка Япончик со своей боевой дружиной сжег к херям "Регистрационное Бюро" судебной милиции - там хранилось 16 тысяч дел с фотографиями и отпечатками. С 1900 года собирали картотеку, между прочим. Его дружина тогда вошла в состав Одесской Красной армии.

Вот как их обуздать, если созданная ЧК состояла из анархистов? Причем первое время ЧК работало вполне гуманно - отпускало офицеров под расписку о неучастии их в войне. Офицеры на расписки плевать хотели.

Анархисты вообще весело отжигали. Создали "Союз безработных" - 20 тысяч человек. Предлагали национализировать все дома: "Вся власть - безработным. Все дома - безработным". Создали свою боевую дружину, накладывали на буржуев и банки контрибуции. Чистый рекет. Деньги шли в фонд помощи безработным, не все конечно. Многое оседало в карманах боевиков. Сделать с ними большевики ничего не могли. Моряки договорились до того, что заявили о создании "Вольного Черноморского флота". Фиг знает, как они это представляли. Большевики в феврале начали все же аресты и разоружение анархистов. В ответ те убили начальника милиции и запретили приходить к нему на похороны. Тем не менее, процессия состоялась. ее немедленно обстреляли. Гроб стоял на улице до тех пор, пока не появились красногвардейцы и не разогнали "братишек".

Не было денег. Совсем. Нарком финансов Л.Рузер, войдя в должность, нашел в казначействе 900 рублей. Пришлось печатать одесские боны. Крестьяне упорно их не принимали. Пришлось разрешить хождение украинских денег. Нашли станок с оттисками украинских денег, начали печатать.

А тут еще на внешнем фронте началось.

Еще в декабре молдавский "Сфатул Церий" пригласил на свою территорию румынские войска. Молдавские ополченцы и Ручемрод сдерживали их как могли. Но постепенно были оставлены Болград, Измаил, Кишинев, Килия, Вилково. РСФСР выразила протест и начала войну с боярской Румынией. Соответственно Одесская республика тоже. И Центральная Рада тоже. Вот так, да. Одесситы одновременно воевали с украинцами и румынами, украинцы с румынами и одесситами. Из Севастополя прибыли новые моряки-анархисты под руководством Анатолия Железнякова. Того самого, про которого песня: "Он шел на Одессу, а вышел к Херсону". Песня врет - нормально он вышел к Одессе. А вообще, если со стороны Крыма идти, то в Одессу попадаешь именно через Херсон. Всего их было около тысячи. А тут еще и левоэсеровская Красная Гвардия не хотела разворачиваться в Красную армию. Ее командир Чижиков был резко против. Уговорили силой внушения, ага. Тут еще и Христиан Раковский прибыл для помощи в организации обороны от румынских оккупантов.

Знаете, сколько в Одессе частей было на тот момент? Батальон им. тов. Спиридоновой (левые эсеры), дружина анархистов-террористов, отряд независимых анархистов, славянский интербатальон, немецкий интербатальон, еврейский батальон, литовская, латышская, польская дружины, сводный отряд военморяков, сводный отряд торгморяков, отряд "Союза безработных", гусарский полк, червонные казаки-гайдамаки. И никто не хотел на фронт. На фронте воевали остатки русских частей Румынского фронта и Тираспольский отряд, где, кстати, воевали Котовский и Якир.

14 февраля командующим Одесской Красной армией был назначен Михаил Муравьев.

Та еще фигура. Капитан царской армии, продрейфовал от черносотенцев до левых эсеров. Властный, жесткий диктатор. При взятии Киева и Полтавы расстреливал пленных только в путь. Ненавидел украинцев, считая тех австрийскими шпионами и предателями-мазепинцами. При этом отличал малороссов от украинцев.

Когда приехал, первым делом разогнал Городскую Думу. Да, эти все еще заседали. Про них уже все давно забыли, а они все заседали. Уничтожил все винные склады, поставил под контроль железную дорогу. Объявил город на военном положении - рестораны работают до 21.00, театры до 19.00. Пьяные объявлялись лицами вне закона. То есть расстрел на месте. Ввел военно-революционные трибуналы. Наложил контрибуцию на город - 10 миллионов золотом. Собрали только два, бумажными. Деньги пошли на армию.

Свою армию перебросил за сутки из Киева под Бендеры. Подмял под себя и СНК, и Совет и Румчерод. В общем, наводил порядок как мог. Его бойцы даже сцепились с одесской Красной Гвардией.

Спаслись тем, что Красная Гвардия Одессы была левоэсеровская. Сами судите - командующий Одесской армией Лазарев - левый эсер, командир Красной Гвардии Чижиков - эсер-максималист, начальник милиции Зайцев - эсер-максималист, нач.штаба Одесской армии Чакваная - левый эсер, его зам Блюмкин - левый эсер, руководитель воздушной обороны Черкунов - эсер-максималист. А, и ЧК - анархисты. Большевики занимались на тот момент только гос.строительством, экономикой, хозяйствованием. Именно левый эсер муравьев будет угрожать одесским буржуям расстрелами, а офицеров соберется топить в море. Умудрился даже разоружить 1-й полк им. тов. Ленина. Красноармейцев отправил в Крым как ненадежный элемент. Рабочих Одессы называл буржуйскими прихвостнями - в армию к нему не спешили записываться.

Да, чуть не забыл, никакой национализации предприятий не проводилось, поэтому Муравьев заявил, что всем рабочим, которые записались в армию, сохраняется заработная плата за счет хозяина предприятия.

Естественно, между СНК и Муравьевым возник конфликт.

Тем не менее, Муравьев бьет румын, освобождает Приднестровье и собирается двигаться на Кишинев, оттуда на Бухарест.

Однако, как говорят, "в футбол играют 22 человека, а выигрывают всегда немцы". Причем тут немцы? А сейчас узнаете.

В эти дни шли долгие и трудные переговоры с Германией. И большевики, под нажимом Ленина, пошли на вынужденный Брестский мир. Но далеко не сразу. А пока шли переговоры, австро-венгерские и германские войска методично двигались на восток. Подходили они и к Одессе. И если румын удалось разбить и отогнать, то против соединенных сил двух Центральных держав и их союзников УНР (Украинской Народной республики) устоять было очень сложно. Если вообще возможно.

В начале марта пришло известие о Брестском мире. Одесские большевики были в шоке. Воинственные левые эсеры немедленно начали всеобщую мобилизацию и заявили о неподчинении РСФСР. Анархистам все похрену, лишь ы еще повеселиться. А тут еще и на севере Херсонщины крестьяне восстали, объявив себя вольными казаками. Арсенал захватили и создали аж две конных и четыре пеших сотни. Сотня это не сто человек. Это что-то вроде роты. Муравьев собрался еще и северный фронт открыть.

Но не тут то было.

Немцы наваляли анархистам Железнякова под Котовском. Не, это он сейчас Котовск, тогда была станция Бирзула. Всего пара часов на поезде до центра Одессы. Анархисты побежали.

А в ответ на всеобщую мобилизацию одесситы, задолбанные войнами, вышли на демонстрацию на Куликово поле, где их и расстреляли из пулеметов. 12 убитых, несколько десятков раненых. ПрОклятое место. Там же еще в царское время было место казни. Степана Халтурина там повесили. Многих казненных прямо на поле и хоронили. Кстати, не знаю, правда или нет, но слышал, что первая могила павших в январских боях располагалась там, где ныне стоит Дом Профсоюзов. Когда его строили как обком КПСС - могилу перенесли.

Началась подготовка к эвакуации. "Союз безработных" попытался начать грабить банки. Вмешались красноармейцы Софронова. Как он сам вспоминал "...пришлось эту гопкомпанию разогнать штыками и прикладами".

Ну и опять денег нет. Муравьев лично выдал два миллиона на зарплату рабочим. Из Москвы прибыло 9 миллионов, но их раздать не успели, эвакуировали в Севастополь.

В это время ВРК, СНК и Совет непрерывно заседали. Большевики подчинились Ленину, предлагали эвакуировать флот. Левые эсеры и анархисты стояли за войну с Германией.

А на город наступали две пехотных и три кавалерийских дивизии Двенадцатого австро-венгерского корпуса. Когда об этом узнали в Одессе - левые эсеры признали необходимость эвакуации. Хотя была идея избежать войны, объявив Одессу "вольным городом", мол австрияки тогда не сунутся, ибо в условиях Брестского мира нет ничего о "вольных городах". Интересно, когда это фрицев волновали буквы договора?

А тут еще по тихому собрались думцы, отправили делегатов австро-венграм с хлебом-солью. Приходите и владейте, мол, но чур вместе с нами.

Одни анархисты сражаться хотели. Тут им прибыл броненосец "Ростислав" - 1200 добровольцев из Севастополя. Практически все они полегли под Раздельной - час езды на поезде.

Армия Муравьева начала разбегаться. Сам Муравьев дал приказ флоту - расстрелять боезапас по Одессе. Изумленные моряки послали его на двадцать третью букву старорежимного алфавита, а именно на хер, да. Мало того, флот ему вообще не подчинялся, но и стрелять по Жемчужине даже анархисты не захотели.

Хотя броненосец "Ростислав" собрался было выпустить 6000 снарядов. Тут думцы приехали на него и отговорили братишек. Взамен, флотские потребовали беспрепятственной эвакуации, шоб австрияки не мешали. Думцы поехали к австриякам. Договорились о том, что те задержаться на сутки. Ну хоть какая польза от думцев случилась.

Флот ушел в Севастополь. прихватили и жовтно-блакитный "Память Меркурия". На три бронекатера, 20 тральщиков и транспортов, 11 вооруженных самоходных барж и две канонерские лодки "Кубанец" и "Донец" не хватило экипажей.

Ушла и Одесская Красная Армия, и Красная Гвардия, и армия Муравьева - все они высадились в Крыму. В Румынию увезли на вспомогательном крейсере "Император Траян" - а вы не знали, что руманешты себя наследниками Рима считают? - военнопленных. Несколько десятков офицеров, двух генералов и одного адмирала. Это Муравьев постарался.

Кстати, о румынах. После разгрома в Приднестровье они отказались было от Бессарабии, но тут им фрицы кулак показали и мамалыжники снова захватили Молдавию и Южную Буковину. Румыния вошла в зону немецкого влияния.

Утром 13 марта австро-венгерские войска вошли в Одессу.

Началась эпоха интервенции. Началась, как водится, с арестов тех "красных", кто остался в городе. Газеты захлебывались в плаче о жертвах "большевицкого" террора.

Хотя причем тут большевики? Но для либералов что левые эсеры, что анархисты, что большевики - все были на одно лицо. Большевики так не считали. Того же Муравьева не то пристрелят, не то сам застрелится 11 июля 1918 года в Симбирске.

Дзержинский скажет он нем вот что:

"...худший враг не мог бы нам столько вреда принести, сколько он принес своими кошмарными расправами, расстрелами, предоставлением солдатам права грабежа городов и сел. Все это он проделывал от имени нашей советской власти, восстанавливая против нас все население. Грабеж и насилие - это была сознательная военная тактика, которая, давая нам мимолетный успех, несла в результате поражение и позор."

Но это совсем другая история, Одессы не касающаяся.

Итак, в марте 1918 года Одессу оккупировали австро-венгры и немцы.

Нельзя сказать, что жизнь сразу наладилась, хотя после либерального, а потом левоэсеровско-анархистского бардаков стало полегче. Номинально город находился под управлением УНР, переименованной в скорости в Украинскую Державу.

Фактически же городом управляли фельдмаршал-лейтенант фон Эссер от австрияков и полковник фон Фотель от фрицев. Немецкие колонисты вздохнули спокойно и распустили свои отряды самообороны. С Гросс-Либенталя и Люстдорфа в город потянулись подводы с продовольствием. Тем более, в городе появились кроны и марки.

Коворкинг-центр, тьфу, Городская Дума опять была разогнана - либералы достали всех. Совет тоже разогнали. И профсоюзы. Мало того, меньшевиков, правых эсеров начали арестовывать вместе с левыми эсерами и большевиками. Анархистов просто шлепали на месте весте с бандитами. Какие суды или трибуналы? Вы о чем? Присяжные - пули в обойме, приклад - адвокат, штык - прокурор.

Тут меньшевики с правыми эсерами начали заговор делать. Даже, по примеру левых эсеров, боевые еврейские дружины создали. Цель? Вы не поверите - создание Украинской Социалистической республики со столицей в Одессе.

Но тут пришел Петлюра и все испортил. Немцы проиграли войну, потянулись домой, у них там своя революция случилась. А Раду и гетмана Скоропадского снес Петлюра. Под Одессой загулял атаман Григорьев - вроде как петлюровец.

Австрийцы же моментально превратились в "товарищей большевиков". Генерала одного хлопнули, своего конечно. Офицеров начали стрелять... В общем, повторение русской революции.

Одесситы матюкнулись, ибо только свой хаос пережили, теперь еще и австрийский надо как-то переживать.

Самозародились офицерские боевые дружины. Эти кое-как поддерживали порядок, гоняя гетмановцев, австрийцев и гоп-стопщиков. Впрочем, от пацанов с Молдаванки они тоже мало чем отличались, не брезгуя реквизициями. Это только в кино все они "блаародные". В реалиях той войны офицеры спокойно принимали десятки присяг. А как вы хотите? Сначала царю присягали, потом Керенскому, потом гетману, потом Петлюре, потом сами себе... Некоторые бегали из Красной в Добровольческую и наоборот. Офицерская честь? Ну, ну...

В общем, опять бардак начался. И тут вмешались НАТО и ООН, прислав миротворческий контингент. Ну, если серьезно - Антанта. А именно - Франция и Англия.

Мало кто знает, но еще 23 декабря 1917 (семнадцатого, я не опечатался) Англия и Франция подписали секретные протоколы по разделу Советской России. Так что "Молотов-Риббентропп" вполне в духе европейской политики. Не надо тут лицемерить.

Франции отходила западная территория по линии Керчь-Ростов-на-Дону-Курск. Бриттам все, что восточнее.

Одесса вошла в зону Франции, естественно.

Клемансо потребовал еще в октябре 1918 (ДО окончания войны с Германией) ввести войска на Украину. Генерал Франше д'Эспере резонно сказал - там, мол, слишком холодно, может только Одессу возьмем? Помнили, лягушатники, судьбу Буонапартия. И вообще, генерал предложил через Венгрию в Германию сходить.

Тут русские либералы от Добровольческой армии (окститесь, не было там монархистов, разве что единицы) открыли очередной болтологический центр в Яссах. Французы и англичане не принимали участия в Ясской конференции. Лучше всего о ней скажет Владимир Гурко, тот еще монархист и имперец: "Бесцельность производимой работы, думается, сознавалась каждым. Это не мешало, однако тому, что пускали в ход все доступные каждому красноречие и спорили до потери голоса и изнеможения сил". О чем спорили? Ну... Как нам обустроить Россию, а как же? В общем, увидел блогера - убей блогера. Ну или хотя бы хипстера. Тоже польза. России, в целом, насрать было на ясских мечтателей, ей надо было выживать как-то. Единственной силой, которая смогла обуздать тот хаос оказались большевики. Без всяких оценок - это исторический факт. Пока белые болтали, большевики делали. И учились на своих ошибках.

Ну вот собралась толпа и спорят - то ли федерация, то ли конфедерация, то ли коалиционная Директория, то ли военная диктатура. И че? И ни че.

Французам, кстати, импонировала конфедерация, в том числе и с республикой Новороссия. Но тут Скоропадский уперся рогом - Одесса це Украина, ага.

В конце концов, французы плюнули и ввели Средиземноморский англо-французский флот в Черное море. Цель? Оккупация портов от Одессы до Таганрога.

14 декабря на рейде Севастополя встали 22 корабля, 16 декабря в Одесский залив вошел британский миноносец. Цель - напугать Москву. И разогнать "Правый сектор", то есть Петлюровскую Директорию селюков. Я серьезно - петлюровцев французы именовали не иначе как "антиправительственные банды", Заодно стыбздили линкор и 4 миноносца у Деникина. Тот попротестовал, но затих.

Сами французы воевать не хотели. Слишком большие потери понесли в Великую Войну. Надеялись на сербов, поляков, греков, добровольцев, гетмановцев. Чужими руками надеялись вернуть царский кредит - 10 миллиардов золотых рублей. Этакая коллекторская компания и кампания. Вот и сами подумайте, что было бы, если бы интервенция удалась - полвека расплачивались бы. А так как денег нет - расплачивались бы с французами землей и заводами.

Тем временем, бешеные петлюровцы подошли к Одессе. И ее опять никто защищать не хотел - 600 штыков гетмановцев, бывших червоных гайдамаков, да пара сотен добровольцев-офицеров.

А тут еще и Мишка Япончик выплыл. По Молдаванке чужим пройти было нельзя. Снимали все - вплоть до нижнего белья. Мишка обнаглел настолько, что разнес к херям отделение Державной Варты (типа полиции гетмана), а потом бросил бомбу в Русский театр, где офицеры бухали "Шустовский". Заодно отходящий австрийцев и немцев чувствительно грабили.

Злоключений добавила эпидемия холеры.

Французы привезли сербов и поляков. Те немедленно сцепились с немцами.

В общем, тот еще праздник жизни.

Клемансо явно руководил по глобусу - он потребовал выдвижения на Киев, Юзовку\Донецк, Харьков. Большевиков он всерьез не воспринимал, а зря. В планах было отправить на Украину 12 французских дивизий. Генерал Бертелло телеграфировал, что у него только три есть, и то, одна с испанкой лежит в госпиталях. Он предложил сформировать смешанные дивизии - греко-румынско-французские. Офицеры, естественно, французы, мясом все остальные.

Настроение же у французских солдат было, мягко говоря, не очень. Задолбались воевать, хотелось домой, к мадамам своим. А их с одной войны на другую посылают.

В начале декабря 1918 года в Одессу прибыл капитан Эмиль Энно, вице-консулом назначенный. Поселился в гостинице "Лондонской" на Приморском бульваре. Начал с того, что объявил порт и Приморский бульвар вместе с Потемкинской лестницей зоной французских интересов. Читай - территорией Франции.

Одесса планировалась как база для наступления на Москву силами трех армий - гетманской, Добровольческой, Польского легиона. И немножко французской. По пути еще не забыть Петлюру разбить. А, еще и итальянцы приехали. 2 декабря с броненосца "Мирабо" высадились первые французские части. 17 декабря они перешли "границу Франции с Одессой" возле Оперного Театра. Начался период в жизни одесситов, когда выходя за хлебом до булочной приходилось пересекать пару государственных границ. Это в "Зеленом Фургоне" хорошо показано.

Но тут буча в самой Франции началась. Социалисты начали критиковать Клемансо в парламенте. "Народ устал от войны". Ллойд Джордж потер унылое британское лицо и сказал, что большевизм рухнет сам. Американский Вудро Вильсон высказался против интервенции, что не помешало потом пендосам таки поучаствовать в ней.

Задержка, в общем. Энно клятвенно уверяет Скоропадского, что сенегальские стрелки вот-вот на Киев пойдут, это Булгаков в "Белой Гвардии" хорошо показал. Тем временем, правосеки-петлюровцы берут Раздельную.

Дальше анекдот чистой воды - французы туда посылают пару немецких (!) батальонов. Немцы, пожав плечами, спокойно едут до Раздельной, там договорившись с петлюровцами едут домой кушать баварские сосиски. Под Раздельной Польский легион ревет ревмя и кроет французов пся кревом. А как им не реветь? Их 150 штыков. Гетмановцы туда 150 студентов отправляют и 100 конных полицейских. Добровольческая армия объявила нейтралитет, ага.

Гетмановцы плюнули и перешли на стороны Петлюры. Не все. Некоторые ушли на Дон, к Деникину.

В Одессу вошел Петлюра. Их было много, поэтому, когда в Малом переулке случилась свара между поляками и австрийцами - люлей отхватили все.

Командующим петлюровскими войсками был некто Луценко.

14 декабря Янукович, тьфу, Скоропадский от власти отрекся.

Французы призадумались - че делать-то? Единственный союзник исчез, а большевики активности не проявляли.

И опять про Мишку Япончика - этот под красно-черными флагами штурманул городскую тюрьму. Чтобы французы не мешались - пели "Марсельезу". 700 человек освободили, 60 фсиновцев\жандармов были растерзаны, а начальника тюрьмы сожгли живьем. Петлюровцы бросились в погоню - усели дать залп по толпе. Убили около полусотни бандитов. Кто ж их считал? 16 декабря Мишка Япончик призвал не грабить рабочие кварталы. Был прав - взять там было нечего. А вот казначейство 18 числа грабанул - 2 лимона унес.

За некоторое время до этого в город прибыл генерал Гришин-Алмазов - соратник Колчака, один из организаторов мятежа белочехов. 32 года всего мужику было на тот момент. Немного подиктаторствовал, а при петлюровцах он ушел в белогвардейское подполье. Вы все еще думаете, что гражданская война - это просто? Ну, ну...

Наконец, 17 числа в городе высадились зуавы - сенегальские и марокканские стрелки. Французы решили вытеснить петлюровцев из города, но руками Гришина-Алмазова.

Ночью с 17 на 18 на Польском спуске начались бои между белогвардейцами и петлюровцами. На все это дело лениво смотрели французы и угрюмо большевики. Бои шли два дня - по городу лупили французские орудия с эскадры, петлюровцы путались в топографии города - фактически повторилось январское восстание большевиков. Как обычно, пострадали вокзал, центр и Новый рынок. Потери с трех сторон - добровольцы, петлюровцы и мирные жители - от 100 до 120 человек. А хрен его знает, где похоронили. Это ж не большевики, которые всех в одной могиле похоронили.

Потом опять начались долгие формирования каких-то правительств. "Совещание" было создано. туда вошли - профсоюзы, "Союз возрождения России", Земско-городской совет Юга России, кооперативы, "Национальный Центр", Совет государственного объединения России, ДобрАрмия. Начали решать вопрос о государственном устройстве. И тут же задолбали и Гришина-Алмазова, и французов.

Энно, кстати, был русофилом, украинскую нацию считал "австрийским недоразумением", Консул даже женился на одесситке, это тут запросто. Жена Галина искренне считала, что украинская власть продаст кого угодно кому угодно.

И тут Гришин-Алмазов послал куда подальше Деникина. Он не желал подчиняться никому. Создал свое правительство, отказался выполнять приказы деникинского Особого Совещания. В правительство набирал знакомых - своих и своего советника В.Шульгина. Так министром внутренних дел стал бывший могилевский губернатор Пильц.

Денег, как обычно, не было. Французы не давали, а Деникин свои не слал. Пошли по пути большевиков - нашли станок, начали печатать деньги гетмана, да. Деникин обозвал Алмазова "одесским сепаратистом", бывший министр финансов УНР Бородаевский заявил французам протест и потребовал, чтобы станок ему передали. Бородаевского тут же арестовали. Всего Гришин-Алмазов напечатал 523 миллиона карбованцев.

А число безработных достигло 90%, цены на хлеб выросли еще в три раза только за две недели. Начались голодные бунты. Народ просто приходил на рынки и сносил торговцев вместе с прилавками.

Зуавов поселили в Воронцовском дворце, они его немедленно засрали и заболели испанкой.

Французы замучались разбираться в хитросплетениях одесской политической жизни, махнули рукой и стали курить бамбук.

Гришин-Алмазов же занялся бухлом, развратом и картами. Свой блэкджек построил, в смысле казино, где и кутил. Срамота.

Гурко подумал-подумал и организовал "Правый..." Не угадали, "Правый Центр". А в целом против Гришина выступали все - либералы, гетманцы, петлюровцы, бундовцы, сионисты, черносотенцы, деникинцы, кадеты и, естественно, "левые". Но это не значит, что они друг с другом ладили. Черносотенцы вполне успешно деникинцам гадили, например.

А еще Гришин-Алмазов был крайним противником украинизации. Похороны офицеров Добровольческой армии вообще были апофеозом антиукраинства. Преподавание на "Галицийской мове" - так он называл украинский - стало необязательным. Вместо истории и географии Украины - история и география Юга России.

Назревала очередная буза - все против всех...

Итак, диктатор Одессы Гришин-Алмазов объявил войну бандитам.

Разоружил Сахалинчик - 30 винтовок и револьверов. Провел облаву на Молдаванке - 40 арестованных. Восемь налетчиков взятых на Госпитальной - расстреляли. Сорок четыре "малины" были накрыты - буфеты, трактиры, паштетные.

Всего было арестовано 150 человек, изъято 105 винтовок и револьверов. Даже два пулемета отобрали у налетчиков.

И это только за две недели января 1919 года.

Однако, бандитов это не остановило - в ночь с 19 на 20 января ими было убито 7 человек, совершено 8 ограблений, совершен налет на завод Канитепа, там добыли 25 тысяч рублей, совершено нападение на Одесское общественное собрание, где был торжественный ужин всея элиты. Добыча - 100 тысяч рублей драгоценностями.

Япончик рассылал письма по магазинам, мастерским и фабрикам, требуя плату за крышу и "на революцию". Подписывался анархистами. Те открестились, сказали, что террором обывателей не занимаются.

Тех, кто не платил - убивали. Большинству вымогателей было 19-20 лет. Кидали в окна бомбы по ночам.

А грабить было кого - в Одессу, которая казалась островком благополучия под французским мандатом, съехалась элита бывшей империи: от миллионера Путилова до бывших депутатов Государственной Думы. Шикарные магазины, публичные дома, казино, дорогие рестораны, кабаре, театры. Даже синема свое снимали.

А народ голодал. Пир во время чумы.

Благодаря куче властей - французская, гетманская, петлюровская, гришин-алмазовская - установилась дикая анархия. После пяти вечера выходить без вооруженной охраны было смерти подобно.

Япончик до того обнаглел, что совершил покушение на Алмазова. Генерал-Губернатор вышел из гостиницы "Лондонская" сел в машину и...

И его обстреляли из пулемета. Шофер так рванул, что Гришин-Алмазов выпал из машины, побежал следом, но ничего - догнал. Пулемет был установлен за деревом на Приморском бульваре.

В интервью газете "Одесские новости" генерал разорался так, что у читателей кровь застыла в венах: "...я положу им конец, и если мне понадобится для этого сжечь половину Одессы, собственноручно вешать беременных баб и расстреливать в упор грудных младенцев - будьте уверены, я не остановлюсь и перед этим".

А ведь грабили все - и бандиты, и бывшая Державная Варта, ныне одесская полиция, и восемнадцать контрразведок. Япончик пишет Алмазову письмо: "Мы не большевики и не украинцы. Мы уголовные. Оставьте нас в покое и мы вас трогать не будем". Губернатор послания не принял, война продолжилась.

И только за одну неделю февраля 1919 года в моргах Одессы появилось 70 трупов с огнестрелами.

Сотрудничал Мишка и с подпольщиками. Продавал одесскому ревкому револьверы и гранаты, например. Помогал выкупать арестованных. Уничтожал провокаторов. При этом сам крови боялся и в мокрухе лично не участвовал.

Пришлось ввести внесудебные расстрелы. В марте преступность пошла на спад.

Было бы наивно думать, что в грабежах не участвовали интервенты. Еще как участвовали - сенегальцы, например, просто заходили в любой дом и тащили оттуда все, что понравилось. В одной квартире им пианино понравилось. Тащить с четвертого этажа было лень - выкинули из окна. Долго сокрушались, что оно поломалось. Ушли. Флегматичный хозяин инструмента порадовался, что остался жив и появились новые дрова.

В первый же день своего пребывания в городе командующий французскими войсками на востоке генерал Франше д`Эспере сделал следующее заявление: "Офицеров прошу не стесняться с русскими. С этими варварами надо поступать решительно, и потому -- чуть что, расстреливайте их, начиная от мужиков и кончая самыми высшими представителями их. Ответственность я беру на себя". Вот господа офицеры и не стеснялись. Под русскими они понимали всех жителей Южной Пальмиры -- гибли евреи, молдаване, арнауты и украинцы.

За четыре месяца оккупации интервенты и армия Гришина-Алмазова:

- убили 38 436 человек,

- изувечили 16 386,

- изнасиловали 1 048,

- арестовали и выпороли 45 800 человек.

Это походило на конец света.

Вы все еще уверены, что большевиков никто не поддерживал?

В конце февраля 1919 года в Одессе активизировалось подполье. Из Москвы прибыли хорошие организаторы.

Впрочем, тут можно и поподробнее.

Еще в декабре 1918 года в Одессу прибыл агент ВЧК "Шарль", он же граф де ля Фер. Он устроился работать переводчиком во французский штаб. Задачами его были: 1). Используя его старую легенду [дворянин, поэт, переводчик, богема], - внедриться в одно из штабных учреждений поближе к главному французскому командованию. 2). Установить изнутри стратегические намерения союзников, их конечную цель, территориальные притязания. Соотношения сил французов, англичан, добровольцев, петлюровцев, галичан. Взаимовлияние. Разведки, контрразведки (что сможет). 3). Выяснить все возможные пути невоенного прекращения интервенции. Тайные пружины, которые могли бы повлиять на быстрый ее исход с территории юга. Никаких активных мероприятий в этом направлении до согласования с нами не проводить.

Эх и вещи творил! Стырил прямо из номера начальника французской контрразведки его записную книжку, переписал ее и вернул на место.

Тем не менее, его уже второе донесение в Москву было перехвачено. Кем? Организацией "Азбука". Эта уникальная разведывательная система, созданная дилетантом Василием Шульгиным, позывной "Веди", Задачами организации являлись сбор разведывательной информации и её анализ: сбор сведений о внутреннем и внешнем положении России (по обе "стороны фронта"); выяснение политических настроений солдат и офицеров; анализ этой информации и предоставление аналитических докладов Ставке Главкома ВСЮР. Обычно донесения составлялись по определённой схеме: внешний вид города, настроения населения, военный гарнизон, мобилизация, эвакуация, органы надзора, советские учреждения, пропаганда и агитация, контрибуция и реквизиция, институт заложников, внутренний фронт. Круг освещаемых вопросов довольно широк. Агенты организации внедрялись в различные властные и городские структуры. В руках "Азбуки" находились сведения не только о действиях, дислокации, планах Красной армии, но и Антанты, Белой армии. Все эти данные тщательно анализировались и подвергались критике, независимо от того, в чью они были пользу. Сохранились донесения агентов из Ростова, Таганрога, Донецкого района, Екатеринослава, Софии, Белграда, Бессарабии, Константинополя, Чехословакии, Галиции, Берлина, Варшавы, Вильно, Минска, Москвы, Петрограда.

В Одессе "Азбука" располагалась на Молдаванке. Тут к ее задачам добавился перехват донесений ВЧК из Одессы в Москву. Вот и перехватили.

Шарль был хорош, но не профи. Слишком легко его вычислили по содержанию письма - большая осведомленность в делах французского штаба, свободное владение французским, адресат - француженка, подписано французским именем. Да еще и проговорился, что знаком со звездой синема. А тогда в Одессе блистала Вера Холодная. На раз-два вычислили среди ее знакомых "Шарля". Возможно, она была отравлена "Азбукой". Очень уж быстро скончалась от испанки. За два дня.

Шарля же утопили или расстреляли.

Настоящее его имя Жорж Лафар. Француз, гражданин Российской Империи. Лафар Георгий Георгиевич. Он действительно был поэтом, при этом достаточно богемным - любил тусить в Питере на поэтических вечерах. Никто из поэтов-собутыльников и не догадывался, что он служит в ВЧК.

По приезду в "Одессу" он вышел на советского резидента Апостола - тогдашняя звезда кино Петр Инсаров. Через него и привлекли к делу Веру Холодную. Слухи про нее ходили разные - мол, была любовницей самого Гришина-Алмазова. Она бывала в доме и начальника деникинской контрразведки полковника Орлова. Но самой главной целью был некий полковник Фрейденберг, начальник штаба французских войск. Именно с ним велись тайные переговоры Москвы. О чем? О бескровной сдаче Одессы. Фрейденбергу была вручена немалая сумма и он обеспечил бескровный уход французов в начале апреля 1919 года. А потом он ушел в отставку и открыл банк, да.

А Орлова арестуют в Германии как советского шпиона в 1929 году. В 1939 переведут в концлагерь. В 1941 он погибнет при невыясненных обстоятельствах. Ну а что вы хотели от немцев, если выяснилось, что Орлов в 1918 году работал... В Петроградской ЧК, председателем уголовно-следственной комиссии.

Вот такие загогулины...

И да, кстати о контрразведках. Я уже говорил, что их было около 18 штук на тот момент в Одессе.

Помимо, английской, французской. греческой, немецкой, итальянской, украинской (гетмановской), украинской (петлюровской) и даже японской (эти что тут делали - не понятно) - существовал добрый десяток "белых" контрразведок. Давайте перечислим:

1. Контрразведка ВСЮР - деникинская.

2. "Азбука" Шульгина - гришинская.

3. Международное информационное бюро полковника Тишевского.

4. Информационное бюро генерала Глобачевского.

5. Информационное бюро газетных работников.

6. Контрразведка русско-германского союза монархистов капитана Вачнадзе.

7. Контрразведка князя Кочубея

8. Контрразведка "Союза русского народа".

9. Контрразведка капитана фон Кубе.

10. Контрразведка поручика Браузе.

Ну как вам цирк с конями и шапито?

И все эти друг другу передавали реальную, лживую и полуправдивую информацию. Вели интриги и информационные войны. Запутывали следы и запутывались сами.

А тут еще и большевики подкузьмили. Прислали "Иностранную коллегию" агитаторов.

Немного поясню для тех, кто кривится при слове агитация и пропаганда.

Если группа Шарля занималась чистой разведкой, то группа "Иностранной коллегии" - диверсионной деятельностью. Диверсиями не в стиле бомбистов-анархистов или левых эсеров, а диверсиями против морального состояния французских войск.

А ведь там солдаты и впрямь были недовольны. Пять лет кровавейшей на тот момент войны позади и тебя, вместо демобилизации, отправляют на дикий и холодный Восток, воевать против бывших союзников. Да еще дело эксцессами осложнялось. Когда французы и греки обороняли от наступающих григорьевцев Николаев, прямой наводкой французский эсминец расстрелял барак, превращенный в тюрьму - живьем сгорело около 300 человек из местных крестьян.

Большевики издавали на нескольких языках газету "Одесский коммунист" тиражом до 7 тысяч экземпляров - работали несколько подпольных типографий. Плюс еще и листовки. В материалах подчеркивалось, что большевики не хотят сражаться со своими революционными товарищами из Франции, братьями по классу, рабочими и крестьянами. В кабачке "Дарданеллы" регулярно проводились встречи большевиков и французских солдат. Итог?

Бунт 58-го Авиньонского пехотного полка, который пришлось разоружить под пушками и отправить в Румынию. Затем 501-й артиллерийский, 1-й полк африканских зуавов, 40-й пехотный полк, 190-й полк полевой артиллерии, 15-й инженерный полк, 176-й пехотный полк, 153-й пехотный полк.

Вспыхнул открытый бунт на линейных кораблях "Мирабо", "Жюстис", "Жан Барт", миноносцах "Фоконно", "Мамелюк", крейсере "Брюи" и флагманском корабле "Вальдек Руссо".

И это результат всего двухнедельной работы.

Почему так мало?

Так 2 марта Жанну Лябурб и ее 11 товарищей расстреляли у стены Еврейского кладбища. Ночью, без суда, по-воровски бросив тела. Кто? Об этом чуть позже.

Кстати, в неистовую Жанну, говорят, был влюблен Ленин. Красивая женщина была, что уж говорить. Дружила с Инессой Арманд и Александрой Коллонтай.

Как их взяли? Да очень просто. "Конспирация для трусов", считала Жанна и ее товарищи. Она вообще не скрывалась от контрразведок. Ее знаменитая шляпа со страусиными перьями была видна издалека - ее шпики так и называли "Шляпа". Но взять ее надо было с поличным.

Немецкий офицер Манн, правая рука генерала Франше д`Эспере, по его личному заданию вошел в контакт с одесскими подпольщиками, которым представился как член коммунистической группы "Спартак". А появление в Одессе объяснил необходимостью вести пропагандистскую работу среди немецких солдат. Да, да, в Одессе, Николаеве и Херсоне весной все еще стояли немцы. Перед своим отъездом в Константинополь Манн выдал французам все адреса явочных квартир, назвал пароли. 1 марта 1919 года в квартирке ┼ 13 по улице Пушкинской, 24 были арестованы Жанна Лябурб, Стойко Ратков, хозяйка квартиры Рива Лейфман, три ее дочери. В подвалах французской контрразведки на Екатерининской, 7 их жестоко пытали, а ближе к ночи посадили в автомобиль и куда-то повезли.

Когда машина выехала за город, арестованные воспряли духом -- значит, везут в тюрьму, а не на Стрельбищное поле, где оккупанты расстреливали большевиков. Один из арестованных -- Стойко Ратков -- решил совершить побег. Ударив конвойного, он оттолкнул его в сторону и выпрыгнул из автомобиля. Конвоиры открыли стрельбу вслед, но Ратков скрылся в темноте. В ночной тиши до беглеца донеслись выстрелы, крики и стоны расстреливаемых.

Утром рабочие водопроводной станции обнаружили убитых. Все они были до неузнаваемости избиты, лица -- сплошное месиво. Жанну опознали по ее знаменитой шляпе, темным с проседью кудрям и коричневому пальто, сшитому в Париже.

Их хоронили на 2-м Христианском кладбище. Это прямо напротив места казни. 7 тысяч человек пришли проводить в последний путь непокорную Лябурб и ее товарищей.

Непосредственным исполнителем казни был майор французской армии Андре Бенуа и еще три французских офицера. Так что Жанна погибла от рук своих соотечественников. Другие погибли в руках деникинской контрразведки.

Через месяц в город вошли большевики. Ну как большевики? Атаман Григорьев со товарищи. Большевиком его назвать трудно, но при желании...

Назревал очередной пожар в публичном доме во время наводнения.


Итак, в апреле 1919 года, французы покинули Одессу. Без боев, но зато с деньгами в кармане полковника Фрейденберга.

Не надо, однако, демонизировать и идеализировать большевиков - напомню, что это Москва подкупила французский штаб в Одессе. Без политического решения в Париже эвакуация не состоялась бы. Деньги просто ускорили процесс.

Почему Франция отказалась от идеи колонизации Юга России? Очень просто - экономически не выгодно держать армию на восточных территориях, на которых идет война всех со всеми. Бесконечная, как тогда, в девятнадцатом казалось. А сами воевать не хотели - предпочитая кидать в бои греков, а, иногда, нанимать бывших врагов немцев, застрявших тогда в Николаеве. Да и армия устала. Воевать уже шестой год... И если войну с бошами французы еще понимали, то войну на Востоке - нет. Да и в самой Франции усиливались коммунистические и социалистические идеи. Кстати, со времен последней парижской революции прошло всего лишь полсотни лет.

Да и опереться в России французам было не на кого. Деникина, например, тот же Фрейденберг в грош не ставил. Он сравнивал белых с французскими роялистами начала 19 века и писал, что "Их армия никакого успеха иметь не может". Привет белодельцам, кстати.

В общем, так или иначе, французы ушли. Утром 6 числа отчалили последние суда и корабли, оставив после себя в порту груды консервов, ящики шампанского, автомобили с боеприпасами. Много вкусного, в общем.

К вечеру в город вошли красные.

Ну как красные? Вчера петлюровцы, сегодня красные, завтра зеленые. Кстати, все эти термины лишь условности поздней историографии. Бывали ситуации, когда красные с красными воевали. Тогда неправильных красных стали к зеленым причислять, дабы путаницы не было. Да и белые с белыми хвостались, а уж про зеленых вообще молчу.

Вот и атаман Григорьев тоже был на вечер 6 апреля красным. А до этого...

Гражданская война создает условия, в которых возможно таким личностям как Григорьев моментально взлететь на пик славы. Если, конечно, не шлепнут на взлете. Сотни, тысячи авантюристов с похожими характерами всплывают в эпоху смуты, десяткам удается остаться в истории. Единицы доживают до старости.

Ничипор Серветник стал Николаем Григорьевым еще до революции, когда семья перебралась из Подольской губернии на Херсонщину, в село Григорьевка. Закончил 2 класса ЦПХ - церковно-приходской школы. В 1905 воюет в Манчжурии. Потом работает в полиции. Но он уже отравлен войной и в 1914 году идет на войну с германцем. Он становится прапорщиком 56-го пехотного полка на Юго-Западном фронте. В боях против германцев Григорьев показал себя смелым и опытным бойцом, был награжден за храбрость Георгиевским, дослужился до штабс-капитанского чина.

Солдаты его любили. Бойкий, живой на язык, вечно под хмельком, бесшабашен и прост в общении с нижними чинами. Но и на руку тяжел, и на расправу скор. Но по делу, пока в нормальной армии был.

После Февраля поддержал революцию, как и абсолютное большинство императорской армии.

А вот дальше началось натуральное шоу.

Григорьев, чуравшийся своего малоросского происхождения, становится ярым сторонником украинизации, антисемитом, ну все как положено щирому хохлу. С Петлюрой знакомится, да. Создает Украинский ударный полк Центральной рады, за что получает звание подполковника.

Когда Скоропадский совершает переворот - Григорьев его поддерживает. Становится полковником. Бешеная скорость карьерного роста.

Однако, через несколько месяцев, когда крестьяне Украины начинают восставать против гетманских и австро-немецких реквизиций - да, да, продразверстка была у всех - сам бежит со службы и начинает воевать с карательными отрядами Державной Варты. Иногда он вламывает гетманцам, иногда ему влюливают. Война ж.

Сначала пара удачных боев на Херсонщине, авторитет его среди повстанцев растет. Даже пушку захватил. Сумел объединить 120 отрядов общим количеством около трех тысяч штыков и сабель. Да, некоторые отряды из пяти бойцов состояли.

Однако, если против гетманцев получалось, то вот немцы ему неиллюзорно раздали звездюлей. Пришлось уходить на север, в леса Киевской губернией.

Там уже были свои атаманы. Одного звали Коцюр, другого - только громко не ржите - Чучупака. Видать, прародитель Чубакки и Чупакабры. С ними Григорьев полаялся. Пришлось возвращаться обратно. И тут, наконец, Петлюра против Скоропадского восстал и пошла плясать губерния.

Скинули гетмана, немного отлупили немцев, много отлупили белых. Попытались пойти на Одессу, но там уже были французы, считавшие петлюровцев вариантом большевиков. Тем не менее, 1 января 1919 года Григорьев берет Николаев. А после 10-дневных боев, и Херсон, где оборонялись белогвардейцы. Одновременно ведет бои с независимой армией Махно и - внимание! - с соседней петлюровской дивизией полковника Самокиша. При этом демонстрирует полную лояльность самому Петлюре. Со словами "Коммунистов надо вешать!" вступает в партию украинских левых эсеров-боротьбистов, которые Петлюру критикуют и выступают за союз с... коммунистами. Нормально, да?

Посылает делегацию к красным, с целью перехода к ним. Пока делегация ведет переговоры - встречает в своем штабе Симона Петлюру и дает в его честь званый обед.

25 января Григорьев получает приказ выдвинуть свою дивизию (около 5 тысяч штыков и сабель) в район восточнее Павлограда.

И чтобы вы представили себе неразбериху тех дней - попробую обрисовать ситуацию.

В районе Павлограда петлюровцы воюют с белогвардейцами. Северо-восточнее, в 250 километрах от Павлограда, махновцы воюют с белогвардейцами и петлюровцами. Белогвардейцы же в это же время отбиваются от красных в Донецке. Красные подходят с севера к петлюровцам и махновцам. Где-то на юге сидит Антанта и пытается ни с кем не воевать, но на них григорьевцы время от времени нападают. Из этой мешанины пытаются свалить нах Фатерлянд фрицы, но их все время кто-то не пускает и они наемничают изо всех сил. А еще есть большевистские партизанские отряды, анархистские левоэсеровские... Да просто банды числом до пяти сотен сабель.

И вот куда бы вы тогда подались без послезнания? Это был риторический вопрос.

Атаман Григорьев послезнания не имел, но своим звериным чутьем понял, чью сторону надо выбирать. Приказ о выдвижении на Павлоградский фронт он проигнорировал.

А 30 января открытым текстом послал Киев на известные всем славянам буквы: ""В Киеве собралась атамания, австрийские прапорщики резерва, сельские учителя и всякие карьеристы и авантюристы, которые хотят играть роль государственных мужей и великих дипломатов. Эти люди не специалисты и не на месте, я им не верю и перехожу к большевикам".

Между нами говоря, Москва не доверяла ни Григорьеву, ни Махно, здравомысляще полагая, что подчиняться приказам эта вольница не намерена. А уж про Григорьева точно можно сказать - предавший трижды, предаст и четвертый. Однако, от использования григорьевцев и махновцев как пушечного мяса большевики мудро не отказались. А смысл отказываться? Это ж какая экономия, хотя бы на переброске войск из Центральной России, например, под Одессу! Белые может и были отличными рубаками и неплохими тактиками, но стратегически и государственно они думать не хотели. Или не умели. Или и не хотели, и не умели.

Но вернемся в вечер 6 апреля 1919 года, когда григорьевцы вошли в город.

В те года у одесситов было любимое развлечение - встречать и провожать разнообразные армии. Они ждали солдатское море, а в город вошло от силы тысячи три крестьян в рваных зипунах на низкорослых лошадках. Остальные остались в степях. В смысле, не лежать в степях, а квартировать по станицам и колониям. В конце концов, вон, у Березовки Григорьев разгромил французов, взяв трофеями 8 орудий, 100 пулеметов, 7 паровозов и 5 танков. Первые танки, кстати, взятые красными.

Было захвачено, кстати, и много обмундирования. Его тут же раздали и красная дивизия полковника(ему сохранили звание!) Григорьева с 8 апреля щеголяла в английских мундирах. Сам он въехал в город на белом красавце-жеребце. Толпа его встречала овациями, так задолбал одесситов французско- греческо-итальянско-петлюровско-белодельческий бардак.

Бардак и террор.

Григорьев медленно ехал по Пушкинской, под копыта коня бросали цветы, ему цеовали руки. Звездная болезнь схватила моментально, особенно после того, как Григорьев узнал, что во Франции Клемансо сместили. "Одним снарядом я выбил кресло из-под французского премьера!"

В штаб ему доставляли вино ведрами. Именно в ведро он положил орден Красного Знамени и таким образом обмыл его. Мировой стратег, победитель французов, которые победили немцев - так грезилось ему! Звездная болезнь как она есть.

Ну и после французского террора начался григорьевский грабеж.

10 дней город грабили. Григорьев вывез из Одессы 38 эшелонов всякого добра. В херсонские села были отправлены: 20 тысяч комплектов антантовского обмундирования, 30 тысяч винтовок, 30 цистерн нефти и бензина.

Ну и не без погромов, естественно.

Несомненно, Григорьев тут же вступил в конфликт с местными и московскими большевиками. Потом он будет хвастаться Нестору Махно, что пачками коммуняк расстреливал. Вранье, никого он в Одессе не расстреливал. Резня коммунистов, продотрядовцев и чекистов начнется на Херсонщине. Но ночные перестрелки будут. Между еврейскими боевиками Мишки Япончика, григорьевцами, анархистами коменданта Домбровского и большевиками. Япончик, кстати Григорьева ненавидел. Ну это и понятно, не может урожденный Моисей Винницкий любить антисемита Ничипора Серветника.

Через 10 дней Григорьева удалось таки выпроводить из Одессы. Москва настойчиво его посылала на Запад, на помощь красной Венгрии. Но он выпросил три недели отдыха и начал переговоры с Нестором Махно. Дальше история уводит Григорьева от Одессы.

Упомяну лишь, что в начале мая Григорьев поднимет восстание против Советской власти. Его бывшие красноармейцы, а до того петлюровцы, а еще до того гетмановцы будут тысячами вырезать москалей и жидов на Херсонщине. В одном Елизаветграде (ныне Кировоград) за сутки будет зарублено три тысячи человек.

После тяжелых и продолжительных боев Григорьева разобьют в июне 1919 года. Он всего 80 километров не дойдет до Киева. Заключит союз с Махно, будет воевать дальше, но за спиной Махно начнет переговоры с Добровольческой армией. И тут ему не повезет. Связников - белогвардейских офицеров - перехватит махновская контрразведка. Из-за письма, в котором союз Добрармии и Григорьева будет одобрен, офицеров расстреляют. А 26 июля в упор, за столом, во время совещания штаба махновские командиры пристрелят Григорьева за предательство. Кстати, к тому времени, Клим Ворошилов издаст приказ, в котором за живого или мертвого Григорьева пообещает 100 тысяч советских рублей.

Через полгода о Григорьеве все забудут.

А мы вернемся в Одессу.

Стояли заводы. Замер порт. Пришла в упадок торговля. Французская эскадра хотя и ушла с порта, но все еще стояла на внешнем рейде. Огромные проблемы были с водой - 20% от насущной потребности.

Надо было как-то налаживать жизнь. Обо всем рассказать сложно. Расскажу лишь об одной стороне пребывания красных в Одессе 1919 года.

Кино.

До апреля 1919 года одесские кинематографисты люто голодали. Денег не было ни у кого на съемки новых фильмов, а процент от одесских кинотеатров за прокат был ничтожно мал. Всем надоело смотреть одно и тоже. А тут еще и хозяева киноателье сбежали все со всем гешефтом и форшмаком.

Что сделали красные?

Объединили киношников в единую кинофабрику. И поставили на котловое довольствие 41 дивизии Красной Армии. Армейцы регулярно присылали на Французский бульвар бойцов для восстановления павильонов. А 45 дивизия взяла на котловое довольствие все театры Одессы. Красный Черноморский флот кормил одесских музыкантов - Консерваторию, Оперный Театр, Симфонический оркестр.

Снимали фильмы - "Пауки и мухи", "Паразит", "Красная Звезда", "Красные по белым", "Четыре месяца у Деникина" - пропаганда? Ну да, пропаганда. Кинопроектор на телегу и вперед, по селам. Натянул простынь - вот тебе и кинотеатр. Население-то поголовно неграмотное. А тут наглядно - хроника фронтов Гражданской войны, просветительские фильмы - как уберечься от холеры. Снимали и учебные: "Мастерство штыкового боя".

Однажды снимали фильм по Леониду Андрееву "Рассказ о семи повешенных". Режиссировали Петр Чардынин и Николай Салтыков. На съемки вызвали всех одесских кинооператоров - всех трех: Гринберга, Дробина, Капитто.

На обрыве, над морем, выстроили виселицу, повесили на ней семь манекенов.

А там же французская эскадра! Кто-то в бинокль увидел "зверства большевиков". Дали залп. Недолет.

Съемочная группа моментально снялась с площадки. Фильм удалось закончить лишь к 1924 году...

Увы, но музыка играла недолго. В августе 1919 года в Одессе высадится деникинский десант. Коменданта киностудии, актера Одесского Русского драматического театра, сотрудника ВЧК Петра Инсарова арестует белогвардейская контрразведка. Накануне ареста Инсаров успеет спрятать коробки с фильмами где-то на территории Одесской киностудии. Где? Об этом он не расскажет и белым. Его расстреляют, а тайна захоронения фильмов так и остается нераскрытой.

Кстати, будете в Одессе, непременно сходите на Французский бульвар. Под нумером 33 там как раз остатки киностудии и находятся. Спросите у вахтера Вадима Васильевича. Он вам проведет экскурсию на шару. Сможете примерить кожаный плащ и шляпу Жеглова, например. Пощелкать на печатной машинке Бабеля. Полистать картонные страницы альбомов кинопроб "Приключений Электроника". Погладить добродушный сторожевых псов. Посмотреть на руины кино-бассейна, в котором когда-то снимались батальные сцены "Адмирала Ушакова". А еще там стоят пара ящиков: "На корм собак" и "На содержание музея". Там уж как сами пожелаете.

Остановились мы на том, что в апреле 1919 года город взяли красные. Ну как красные? Атаман Григорьев менял цвета чаще хамелеона. Вот кем выгодно - тем и будет. На апрель ему было выгодно быть красным.

А уже в мае - а именно 8 мая - поднял восстание против Советской власти.

Говорят, что Григорьев пил как лошадь. Оно и немудрено, в таких-то условиях. Патологический авантюрист не мог не любить "балтийский чай" - коньяк с кокаином. А нет коньяка - сойдет и водка. Или спирт. А кокаин в любой аптеке - от зубной боли.

Кстати, доктор Фрейд начинал свою научно-медицинскую карьеру, изучая обезбаливающее действие кокаина на глазах. На своих глазах, если что. Здорово его вштырило, что он психоанализ придумал в итоге. Офтальмолог стал психиатром, в итоге.

Впрочем, я же о Гражданской войне.

Дивизия Григорьева была очень мощной по своему составу. Двадцать тысяч штыков и сабель, 700 пулеметов, шесть бронепоездов...

Его ж с Одессы выдвинули в Бессарабию, от греха подальше, пока всех евреев не перевешал. А там Венгрия восстала, Советская республика образовалась. Ну, конечно, от Тирасполя до Будапешта не ближний свет, но дойти бы в мае григорьевцы смогли. Некому было бы остановить их. Немцы свалили к себе, у них там своя война была. И достаточно кровопролитная, кстати. Полыхала не только Россия, но и вся Европа.

Румыны... Ну этих только ленивый не бил всегда. Румынская армия еще не оправилась толком от феноменального разгрома в Великую войну и жадно осваивала полученные по Версалю Трансильванию, Добруджу и под шумок украденную Молдавию. Вот, кстати, всегда изумлялся румынам. Бьют их все, а по результату всегда в лагере победителей. Как так?

Думаю, что руманешты с удовольствием пропустили бы григорьевцев в Венгрию. У них с венграми свои вечные терки. Они там будучи союзниками во Второй мировой умудрялись перестрелки вести на границе.

Тем не менее, получилось так, как получилось, атаман Григорьев поднял восстание. Отличился погромами и взятием Екатеринослава (Днепропетровск). Восстание разгромили, а Григорьев получил пулю в лоб от батьки Махно.

Ну ладно. Не в лоб, в спину. И не от лично Махно, а от его телохранителя и ординарца Чубенко. За попытку связаться с Деникиным. Махно очень не любил белых офицеров.

Однако, возвращаемся в Одессу.

Разгромленная петлюровцами, французами, григорьевцами Одесса пыталась придти в себя. В ситуации анархии гражданской войны первым делом страдает что? Коммунальная служба. Туалеты не чистятся, мусор не убирается, в парадных гадят. В июле 1919 года в город поступало лишь 20% воды от необходимого минимума.

Какой там мыться-подмываться? Пить нечего. Мыться в море ходи.

Если кто-то будет стенать о безхозяйственности красных, желавших выморить Одессу - напомню, что красные только в апреле пришли в город. А до этого там хозяйничали французы. И пятьдесят тысяч убитых - это на совести просвещенной Европы.

В Одессе есть такое 2-е христианское кладбище. Напротив него - СИЗО. Где сейчас сидят пацаны-куликовцы, арестованные на Греческой площади, за то, что их соратники погибли на Куликовом поле.

Так вот, если стоять лицом к СИЗО, с левой стороны - Артиллерийский парк. Это бывшее Еврейское кладбище. Так вот, по окраинам этого кладбища есть траншеи, забитые костями. Траншеи незаметны, там надо экскаваторами работать. Кости голые, то есть ни одежды, ни гробов. Массовые захоронения. Это мне один дядька рассказал, который работал на прокладке труб в СИЗО. Проверять, конечно, надо. Но как в нынешней ситуации?

Это я к чему? А к тому, что пятьдесят тысяч трупов надо куда-то деть. А это очень много. ОЧЕНЬ. Даже скелетированные останки - на сотню нужен "Урал". А там же еще мясо.

Кто-то сейчас скажет, что это, мол, жертвы ЧК.

Разочарую. Дело в том, что красные, как они сами говорили, "пришли всерьез и надолго". Если осенью семнадцатого не все большевики верили - да что там! не надеялись! - удержаться больше двух-трех месяцев, то весной девятнадцатого они вцепились во власть насмерть.

И, извините, хоронить пятьдесят тысяч трупов прямо под носом у себя же - это идиотизм.

В отличие от французов, потом румын и немцев, которые рассматривали эти территории как колонии. Россия\СССР всегда рассматривалась на Западе только как колония. Эдакая сибирская Африка - привет от Лейбница. Приехал на сафри, шлепнул туземца, вернулся обратно.

Так вот, в условиях летней жары, закопанных где попало трупов, нехватки воды - в конце июля 1919 года в Одессе вспыхнули две эпидемии - тифа и холеры. Тиф - вшивая болезнь, холера - болезнь немытых рук.

Одесса была крайней юго-западной точкой Советской власти на тот момент. Деникин начал наступление на Москву. Юденич, наконец, начал подготовку к наступлению на Петроград. На Украине продолжали бегать туда-сюда петлюровцы-махновцы-боротьбисты и еще всякие разные. Поляки начали поход на Минск и Киев. Маннергейм вырезал красных русских и белых русских - ну это исторический факт. Шюцкор активно занимался этническими чистками в том же Выборге - офицеров бывшей императорской армии просто расстреливали по квартирам. Финны, не красные чекисты. Атаковали Карелию, планировали захват Петрограда. В семи километрах от Петрозаводска стояли финны летом девятнадцатого. Об этом не помнят, стонут только за тридцать девятый год.

18 июля 1919 года белые берут Николаев. Деморализованная 58 дивизия РККА разбегается. Кто уходит к махновцам, кто отступает в Одессу.

Был создан "Комитет Обороны". Один из его руководителей, товарищ Клименко, потом вспоминал за Одессу - "Все время жила в положении эвакуации".

Сколько было красных?

"...Комитетом обороны были приняты меры что бы встретить десант должным образом, но командование 47-й дивизии, которая охраняла Черноморское побережье и части которой стояли в Одессе, приказа не выполнило... В городе не было абсолютно никаких сил, так как все местные силы были оттянуты для ликвидации поражения в Николаеве, восстановления фронта по Бугу и значительные части были направлены против Махно...Был в городе караул, штыков в 4 000, но он был ненадёжен...В городе были отряды в незначительном количестве при Чрезвычайной комиссии, при особом отделе, которые охраняли самые важные места..."

В общей сложности, до десяти тысяч штыков. Говорят, что сейчас всех силовиков в Одесской области около 20 тысяч штыков, из которых половина сепары. Ну а если не сепары, то антикиевские точно. Не обязательно пророссийские.

И тогда из десяти тысяч, максимум, не менее половины просто не хотели воевать.

А задолбало.

Не, ну а как? Вот был полк Мишки Япончика, набраный из гопников с Молдаванки. Им бы афоны отжимать, ой, буржуев грабить, а их в атаку. Оно им надо? Мишу сделали беременным свинцом, это да. но остальные то никуда не делись. Да, они типа в Красной Армии. Но РККА образца 1919 года и образца 1943, например, это две большие разницы. Я уж молчу за территориальные различия. Одно дело суровые карельские мужики, держащие Карельский фронт против хорошо оснащенных английским и немецким оружием финнов, другое расслабленные южным солнцем одесситы, привыкшие на договориться. Одесса всегда была городом договорняков. Исключение, пожалуй, это советское поколение 30-70 годов. Не рождения, а живших там. Они были готовы за Маму убить, но не продать ее.

В конце июля вспыхнули крестьянские восстания вокруг Одессы.

Причины? Мобилизация и продразверстка. Горожанам нечего было есть. Нечего, это не когда гречка в пять раз вздорожала. Просто когда совсем нет еды. Вообще. Никак.

Колхозов нет. Нет единой государственной системы. Нет продовольственных складов. Нет торговых представителей. Нет купцов. Нет ООО и ЧП.

Есть селюк, который зарезал свина, везет его на Привоз. И там продает за ту цену, за которую захочет. Че? Свободное регулирование? Рука рынка?

Либерасты не знают крестьянина. Он сдерет с тебя за фунт мяса столько, сколько захочет. Нету денег? "Польту неси". Мясо сдохнет на жаре? Та хай с ним, лишь бы бесплатно не отдать. А це ж мое. Хочу убью, хочу под венец отдам.

Именно поэтому - продразверстка. Кстати, интересно, когда ее Порошеценюки введут?

Вот и вспыхнули восстания.

Более того, восстания явно инспирировались разведкой ВСЮР (Вооруженные силы Юга России). Чего это я так решил? Да дело в том, что они докладывали через "Азбуку" Шульгина о том, что "Всё хорошо, Одесса в кольце. 12 тысяч восставших...положение красных ненадёжное"

Вот, ребят, поверьте на слово - у руководителей восстаний не было интернета и айфонов. Сталин же запретил их в 1919 году. И телеграфов в селах не было. Вот как-то вот не было, почему-то.

Немного о разведке времен Гражданской. Вот, допустим, некто ччто-то разведал. Спешит донести информацию до своих.

Ты ж не будешь телеграфом отправлять информацию? Или вы представляете, что было типа: "Барышня, соедините срочно с Кремлем, я с захваченного белыми Севастополя, это срочно!"

Ходоки были. Это вот сейчас я в ЖЖ любую хуергу могу отписать за три секунды.

А тогда вместо трафика и провайдеров - был ходок и транспорт. Ходок - это официальное название сотрудника разведки в то время. Как-нибудь отдельно об этом расскажу.

Так вот, это сообщение было доставлено из Одессы в штаб Деникина за сутки. Сутки! Это как сейчас вы фильм в HD качестве качнете за пятнадцать минут.

Операция была скоординирована на том уровне, который на тот момент был максимально достижим.

В пять утра 23 августа 1919 года на пляж Люстдорфа высадились первые части белого десанта...

Ну, если по честному, то деникинцы высадились чуть раньше. В три утра. И не на Черноморке, а в Сухом Лимане.

Там высадилась разведка.

Впрочем, давайте обо всем по порядку.

Значит, как готовились белые?

Собрали эскадру - крейсер "Кагул", два эсминца "Поспешный" и "Живой", три катера безымянных, баржа, два тральщика "Роза" и "Адольф" (вот же имечко!), буксир "Доброволец" и пассажирский лайнер "Маргарита". Ну как лайнер, так, лайба обыкновенная.

А вот тут начинается самое забавное.

Дело в том, что "Маргарита" совершала пассажирские рейсы. Между белым Севастополем и красной Одессой. Поэтому, не удивляйтесь, что между РФ и Украиной есть пассажирское сообщение и поставки товаров. Для гражданской войны - это нормально.

Ага. Сформировали белые сводный драгунский полк. Драгуны - это такие полудесантники, полуегеря того времени. Кавалерия, обученная воевать в пешем строю. Ну или мотопехота. Приезжают на место боя, спешиваются и окапываются. Из кого сформировали? Крымский конный полк - это сбору о сосенке. От лихих джигитов, до тех кто лошадь на картинке видел. Два эскадрона из настоящих драгун. Эскадрон улан. Уланы это такие дядьки с пиками. Что-то вроде противотанкистов, заточены на борьбу с кавалерией противника. Это была метафора, если что.

Это вот на бумаге хорошо выглядит, да?

Только вот по факту получилось, что в составе Сводного Драгунского 2\3 - мобилизованные студенты, крымские татары и немцы-колонисты. Немцев, кстати, в ту войну били все. Попадало им ни чуть не хуже евреев. Ну вот бежали, попали под мобилизацию.

А дальше вообще анекдот.

Каждому (!) бойцу Сводного Драгунского был куплен билет (!) на "Маргариту"! Под строгим секретом!

Не, вы сцену представляете?

Сидят парни в казарме. Ну или по домам, не важно. Приходит офицер из штаба.

- Вам секретное поручение.

- Так точно, ваше благородие!

- Вот пакет, распишитесь. Вскроете, все прочитаете. Но держать все в тайне

- Вашбродь, да Христом Богом клянусь!

Угу.

Две тысячи человек получают, значит, пакеты, там "секретная информация" в виде билета до Одессы.

В том числе и штабисты получают.

А разведка красных тоже знает как работать. Те же офицеры, вместе воевали в Великую Войну. Только потом фифти-фифти раскололись. Одни красные, другие белые. Агент есть в штабе Деникина. Что-то вроде "Адьютанта его Превосходительства". Он и сообщает в Одессу, что тридцать транспортов с десантом собирается высадится.

Разведка вообще дело такое, что "точных и достоверных" данных не бывает. Любая информация нуждается в подтверждении.

Думаю, что штаб красных в Одессе просто не поверил в "тридцать судов". Откуда бы им взяться?

Да, конечно, к белой эскадре присоединились британцы. Один крейсер "Карадок", четыре миноносца и две гидроаэропланных матки. Шо этим надо было - непонятно. Англичанка всегда гадит - вот конкретный пример.

Но тридцать транспортов?

Не поверили в тридцать, но поверили в десант.

И, практически, все силы бросили на побережье между Николаевом и Одессой. Там логично высаживать десант. Белые взяли Николаев - раз. Два - с севера Одессы господствующие высоты. Та же Жевахова гора, например. С нее очень хорошо в сорок первом лупить румыны будут. Именно там же и десант произойдет... Но это совсем другая история.

Капитан "Маргариты" и командир "Кагула" по выходу в море открыли свои пакеты.

Секрет Полишинеля можно стало озвучивать.

Но вот тут белые сыграли на ять, а красные опарафинились. Вместо логичной высадки десанта на севере Одессы, эскадра белых пошла на юг.

К Сухому Лиману. Так-то он вполне себе мокрый, но так называется, ага.

В три утра высаживается разведка. 300 человек. С пиками, но без лошадей. А шторм был, не получилось лошадей с "Маргариты" высадить. Лошади умеют плавать, но не далеко и не глубоко. На шлюпках только для ординарцев смогли высадить.

В Сухом Лимане красных частей не было.

Ну чего делать? Белые реквизируют подводы у немцев. Немцы-колонисты там жили - Гильдендорфы да Люстдорфы сплошные. Не думаю, что немцы сильно рады были, но тем не менее. Кстати, о подводах... Это не просто телега была. Это рессорная повозка. Это "БМВ" того времени.

С Сухого Лимана до центра Одессы сейчас примерно час на маршрутке.

На тачанке с пулеметом быстрее.

Но белые не спешили.

Дело в том, что командир красного Черноморского флота каперанг Шейковский умудрился на полевые батареи, расставленные вдоль берега, устроить бывших офицеров. А что вы хотите, от "добровольца". Он был типичным, для своего времени человеком. Работал на красных и сотрудничал с белыми.

Белые выдвигаются от Сухого Лимана через Люстдорф к Даче Ковалевского. И каждая батарея, стоящая на берегу просто переходит на их сторону.

В пять утра высаживается основной десант на Черноморке. Ой, то есть на пляже Люстдорфа. А там, в принципе, ничего не изменилось.

Широкий пляж, достаточный для высадки десанта, высокий обрыв - сегодня он застроен первой линией домов: дебилы там за бесценок строятся. не понимая, что глинистый берег едет, а ветер зимой это не добро. А немцы строили свои дома в глубине.

Вот на этом обрыве и стояли красные снаружи, но белые внутри батареи полевой артиллерии. Сейчас там часть ПВО стоит. Вот честно, не знаю, какова боеспособность этой части. Я знаю, что колючку там не меняли с 1991 года, через кожухи С-300 просвечивает солнце, а вся война заключается в откопированных бумажках и повешенных на кривые столбы: "Обережно! Заминовано!". Иногда они выезжают к супермаркету "Метро", чем вызывают лютый страх у прорусских интернет-хомячков: "ААА! Они хочут на ПМР идти!". Ребяты, если они стрельнут в Москву, то попадут в Стамбул. Чаянно или нечаянно - это я не знаю.

Отвлекся, извините.

Так вот. Батареи мирно переходят на сторону белых. От Дачи Ковалевского до центра Одессы сегодня минут сорок на маршрутке.

И тут белые встали, почти на сутки. Зачем? А ждали восстания в городе.

Белая агентура создала сеть из "десяток" офицеров, которые ждали сигнала. Но тут ЧК переиграла белых - аресты, расстрелы. Я уже говорил, что ребята в кожанках пришли навсегда. Поэтому любую движуху против Советской власти они карали моментально и беспощадно. Подчеркиваю, это нормальная реакция любой власти. Хунтовская она, красная или белая - голем государства беспощаден и жесток. Хочешь с ним бороться? Будь готов к пуле в лоб.

И необходимо напомнить - в ЧК, в отличе от ОСВАГА, работали зверюги, сожравшие не один пуд соли на конспиративной аботе.

А, блин, забыл совсем... За день до высадки британца на гидропланах полетели окрестности осматривать.

Один гидроплан краснюки сбили, пилотов увезли в Одессу. Беляки, узнав об этом через сутки, обиделись за британцев, сытно позавтракали в Люстдорфе за счет местных жителей, поехали в Александровку разбираться.

Ну не все, конечно. Так, полуротой. А там, в Александровке, никого не оказалось.

Сейчас расскажу почему. Тут, понимаете, все одновременно происходило. А вы ж читаете последовательно.

Пока одни едут за британцев спрос взять, другие с Дачи Ковалевского пошли в Одессу. Дошли до Большого Фонтана. Там взяли прожектора, полевую кухню с обедом готовым - пожрали.

И никого вообще!

То есть, сопротивления по факту не было.

А почему?

В этот момент городом командовали некто Якир, некто Гамарник. Они срочно утром поехали на фронт в район Вознесенска. Вот как только узнали за десант так и поехали. Ничего, что они под репрессии Сталина попали? Ну, Гамарник не успел, ибо застрелился. А вы уверены, что в сорок первом Якир не побежал бы к немцам?

Приказа не было частям. Они вслед за командармами тоже побежали. Практически все.

Белые шли пятью колоннами.

Первая шла от Дачи Ковалевского через Аркадию, затем по Французскому бульвару к центру города. В Аркадии, кстати, плотно пообедали. Нечаянно. А там ресторан какой-то "освободили" и опять покушали.

Вторая пошла с Большого Фонтана по трамвайным путям к вокзалу.

Третья и Четвертая колонны шли по Люстдорфской дороге к тюрьме - освободили всех, кто был посажен по классовому принципу. В том числе и уголовников. Эти, по привычке, тут же начнут разбоями заниматься. А шо?

Пятая на товарную станцию. Ну еще два отряда в тылу остались. Нагужбанились там с немцами в хлам, кстати, но повезло. В виду бегства Якира и Гамарника красные практически не оказали сопротивления.

А тут еще флот помог.

На самом деле, случилась уникальная для гражданской войны ситуация. Белые смогли наладить связь между десантом и флотом. Приставили двух гардемаринов к войскам. А те с берега флажками давали сигналы на русский "Кагул" и британский "Карадок".

Те открывали огонь по площадям.

Что такое огонь по площадям? А вот квартал, например. Еврейская-Троицкая-Екатерининская-Покровский переулок накрывается бесцельно и все. Просто по всему кварталу. И не важно, кто там.

Когда будете в Одессе - а вы там точно будете - вы пойдете по центру города. Обратите внимание на "вставные зубы" - дома построенные при Советской власти.

Они построены там, где стояли уничтоженные огнем здания еще 19 века.

Большинство снарядами и бомбами румын в сорок первом. А некоторые и огнем белой гвардии. Вместе с жителями, если что. С обывателями, которые просто не понимали - на какой стороне-то воевать? То, что сейчас называют "мирняк" или "мясо".

Вот так и шли, плотно накрывая огнем перед собой жилые кварталы.

А у красных начальство сбегло, не понимающие, что происходит - начали собираться в районе артиллерийского училища. Выжившие после облав ЧК белые подпольщики тут же послали ходока к своим. Через полчаса красных накрыло русско-британскими снарядами.

Красные просто разбежались.

Кто-то по домам, сбрасывая оружие и форму, кто-то на вокзал. Около двух тысяч дернулись на поезде, но тут и их накрыло.

Убитых было много. Куда их дели потом - не понятно. Где-то закопали, наверняка. Август, между прочим, самый жаркий месяц в Одессе.

Сгорел вагон архива одесского ЧК. Это к слову о "секретных архивах", которые не рассекречены.

К 23.00 23 же августа вся аристократическая (восточная) часть Одессы была под контролем белогвардейцев - как восставших, так и высадившихся.

24 августа, когда отряды белых перерезали железную дорогу, боев не было совсем.

"...мы - "грозная" сила в 400-500 человек - наступали, и враг... позорно бежал. Смелость города берёт! Тут было даже не смелости, а просто нахальство - занять город в 800 тысяч населения. Мы превратились в кусты хризантем, которыми утыкали нас благодарные жители. На тревожные вопросы: "Сколько вас?" - мы важно отвечали: "Сорок тысяч". При виде нашей тонкой цепочки возникал второй вопрос: "Да где же они?" - "Идут вокруг города!" Так свершилось - и почти без выстрела "Одесса-мама" из красной стала белой..."

Тут улан приукрасил. И было их не 500 человек, а в четыре раза больше. И цветами встречали исключительно аристократы и интеллигенция. А вот рабочие кварталы встретили освободителей выстрелами.

Тут же открылась Городская Дума - в том же, кстати, составе, что и в 1917 году - то есть с эсэрами, которые внезапно перестали быть эсерами, с кадетами, которые остались кадетами.

Началось расследование красных зверств и начались белые репрессии. Например, были уволены все - ВСЕ! - сотрудники государственных служб. В условиях лета 1919 года - это голодная смерть.

Я уже писал неоднократно о французских зверствах - это белые не заметили.

Они просто провели банкет в гостнице "Лондонской", что на Николаевском (Приморском) бульваре. Потом парад по Александровскому проспекту. Кстати. тех кто перешел на сторону белых в самой Одессе - до парада не допустили.

Наверное, было за что не допустить.

Вот характерный пример - при большевиках бывшие офицеры создали "Одесский конный дивизион". Исправно несли службу, петлюровцев гоняли, григорьевцев, опять же. Когда высадились белые - лошадей передали уланам. Сами от службы в Добровольческой армии категорически отказались.

Ну а пока суть да дело - полковник Саблин объявил себя "Командующим силами Одессы". На банкете, видать.

Потому как дальше этот полковник исчезает без вести, а прибывший в город Николай Николаевич Шиллинг его не заметил.

И тут можно заметить коренное отличие беляков от краснюков.

Красные учились на своих ошибках.

А белые нет...


В город вошли белые.

К сожалению для современных белодельцев, воспринимающих тогдашнюю белую гвардию как некое единение ангелов и эльфов в сверкающих доспехах, реальность, как обычно, оказалась жестче.

Это не мои домыслы, это рассказы самих белогвардейцев.

Я уже упоминал резидента деникинской, а затем врангелевской разведки "Азбука" Шульгина.

Василий Витальевич лично у меня вызывает искреннее уважение. В первую очередь, как литератор. Мало кто может так четко и ясно описывать свои ошибки. Во вторую - как разведчик. Наглый, хитрый, умный, опасный враг, переигрывавший ЧК на раз-два. Не раз ходивший по лезвию ножа, но так и не попавшийся. Пока в операции "Трест" его не переиграли.

Если бы он не опубликовал свои дневники, пожалуй, историки так никогда и не узнали бы об "Азбуке". Хотя, его биография сложилась таким образом, что эти дневники не могли быть не опубликованы.

Но меня сейчас интересует не то, как он создавал, организовывал и оперировал "Азбукой". Меня интересует то, как он отзывался о деникинской Одессе.

А там, ребята, сложилась классическая для белогвардейщины ситуация.

Пока Деникин рвался к Москве, в лучших традициях будущего блицкрига, в Одессе зависали офицеры. Помните, фильм "Новые приключения неуловимых"? Полковника Кудасова и штабс-капитана Овечкина? Да, фильм о Крыме. Но точно это же было и в Одессе,

В октябре 1919 года войска красного Южного фронта начали контрнаступление. В январе большевики взяли Ростов-на-Дону и разрезали деникинцев напополам. Часть бежала в Новороссийск, часть в Крым, часть в Одессу, которая тогда считалась столицей Новороссии.

Деникиным было принято решение, что Новороссией надо пожертвовать, а основная точка обороны - это Крым. Мол, отсидевшись за Перекопом, можно перейти к крымско-татарской тактике. Выход на материк, набег, грабеж продовольствия и людей, уход обратно. Ясырь, так называл эту манеру генерал Драгомиров.

Англичане, бывшие основными спонсорами деникинской армии на тот момент, протестовали. Обещали помочь вооружением и боеприпасами, даже обещали артиллерийскую поддержку с линкора, если красные подойдут к Одессе.

Но фишка в чем, воевать было не кому. На учете в деникинской Одессе, по разным оценкам, состояло от 20 до 80 тысяч офицеров. Давайте возьмем низшую оценку - двадцать тысяч офицеров.

ДВАДЦАТЬ ТЫСЯЧ!

По меркам той гражданской войны, это полнокровная армия, между прочим. Население города - 450 тысяч на тот момент. В Великую Отечественную, первый штурм румын отразили силами в два раза меньше, когда на позиции выехали милиционеры и рабочие заводов.

А тут двадцать - минимум! - тысяч, которые просто не хотели воевать. Что они делали? Да ничего. Нюхали кокаин да с проститутками общались. Это не я придумал, это Шульгин описывает. Белогвардеец до мозга костей.

Улицы Одессы были неприятны по вечерам. Освещение догорающих "огарков". На Дерибасовской еще кое-как, на остальных темень. Магазины закрываются рано. Сверкающих витрин не замечается...

Среди этой жуткой полутемноты снует толпа, сталкиваясь на углу Дерибасовской и Преображенской. В ней чувствуется что-то нездоровое, какой-то разврат, quand même, - без всякой эстетики. Окончательно перекокаинившиеся проститутки, полупьяные офицеры...

"Остатки культуры" чувствуются около кинотеатров. Здесь все-таки свет. Здесь собирается толпа, менее жуткая, чем та, что ищет друг друга в полумраке. Конечно, пришли смотреть Веру Холодною После своего трагического конца она стала "посмертным произведением", тем, чего уж нет...

Меня потянуло взглянуть на то, чего уж нет, - на живущую покойницу. Я вошел в один из освещенных входов.

Что это такое? Офицерское собрание или штаб военного округа? Фоне было сплошь залито, как сказали бы раньше, "серой шинелью" и, как правильней сказать теперь. - "английской" .

Воровство эшелонами. Взятки миллионами. Вот, что представляла собой деникинская Одесса.

"Все высшее начальство уверяет население, что опасности со стороны большевиков для Одессы нет, но, вместе с тем, во второй половине декабря семьи многих высших лиц были отправлены в Варну. Это стало известным всему городу и вызвало панику. Вообще большинство стоящих во главе ведомств должностных лиц заняты одной целью - набрать возможно больше денег, потому взяточничество процветает. Лица, заведывающие эвакуацией, берут взятки за предоставление мест на пароходах; комендатура порта - за освобождение судов от мобилизации; управление начальника военных сообщений - за распределение тоннажа в Черном море. Описать хищения, которые происходят на железных дорогах, нет возможности - там пропадают целые составы поездов с казенным грузом. Началась пляска миллионов... "

Как могли белые проиграть войну? Да как, как... Без проблем. Большая часть романтической Белой Гвардии была занята выживанием. Меньшая часть - уничтожением русского народа.

Дом вздрогнул от резкого, безобразно-резкого нашего трехдюймового... Женщина вскрикнула...

- Это что?

Это было одиннадцать часов. Это мы подавали "помощь" такой же "брошенной", вымирающей от сыпного тифа деревне, за четыре версты отсюда...

Там случилось вот что. Убили нашего фуражира. При каких обстоятельствах - неизвестно. Может быть, фуражиры грабили, может быть, нет... В каждой деревне есть теперь рядом с тихими, мирными, умирающими от тифа хохлами - бандиты, гайдамаки, ведущие войну со всеми на свете. С большевиками столько же, сколько с нами. Они ли убили? Или просто большевики? Неизвестно. Никто этим и не интересовался. Убили в такой-то деревне - значит, наказать...

- Ведь как большевики действуют, - они ведь не церемонятся, батенька... Это мы миндальничаем... Что там с этими бандитами разговаривать?

- Да не все же бандиты.

- Не все? Ерунда. Сплошь бандиты, - знаем мы их! А немцы как действовали?

- Да ведь немцы оставались, а мы уходим.

- Вздор! Мы придем - пусть помнят, сволочь!.. Деревне за убийство приказано было доставить к одиннадцати часам утра "контрибуцию" - столько-то коров и т. д.

Контрибуция не явилась, и ровно в одиннадцать открылась бомбардировка.

- Мы, - как немцы, - сказано, сделано... Огонь!

Безобразный, резкий удар, долгий, жутко удаляющийся, затихающий вой снаряда и, наконец, чуть слышный разрыв.

Кого убило? Какую Маруську, Евдоху, Гапку, Приску, Оксану? Чью хату зажгло? Чьих сирот сделало навеки непримиримыми, жаждущими мщения... "бандитами"?

- Они все, батенька. бандиты - все. Огонь!

Трехдюймовки работают точно, отчетливо. Но отчего так долго?

- Приказано семьдесят снарядов.

- Зачем так много?

- А куда их деть? Все равно дальше не повезем... Мулы падают...

Значит, для облегчения мулов. По всей деревне. По русскому народу, за который мы же умираем...

Могли ли они победить? Нет, конечно.

Шульгин все это описывает с ужасом, недоумением и отчаянием. МЫ же белые, мы же чистые - как так?

И какой разительный контраст будет, когда в Одессу придут красные. Но если бомбардировку села он описывает с отчаянием, то субботник по восстановлению железной дороги он опишет с ненавистью.

Кроме белых офицеров - в количестве нескольких десятков тысяч - в Одессу еще попали части УГА.

О! Украинская Галицкая Армия - это моя любимая песня в этом бардаке.

Еще в восемнадцатом году она была создана на основе сечевых стрельцов австро-венгерской армии. Пока была вокруг послевоенная свистопляска, три области - Львовская, Тарнопольская и Станиславовская - объединились в Западно-Украинскую Народную Республику. И тут же восстали местные поляки, которым хотелось в новообразованную Польшу. ЗУНР на основе сечевых и создало УГА путем всеобщей мобилизации. Сначала, вроде бы, УГА поляков победило. Но поляков-повстанцев. Потом пришла польская армия, щедро снабженная французским оружием. и вытурило УГА из Галиции. Галицкая армия оказалась армией без территории. Зато у Петлюры была территория, но не было армии. Итогом стал "Акт Злуки" - 22 января 1919 года. Это когда объединилась армия без территории и территория без армии. Ныне это день Соборности Украины. Воевать галичане за Киев ни разу не хотели. После пары стычек с деникинцами - ой, как профессиональные укропатриоты об этом вспоминать не хотят! - УГА расторгло Злуку и перешло на сторону деникинцев в начале декабря 1919 года.

И оказалась в Одессе.

Так галицаи впервые понаехали в Одессу. И там их сразу сразил сыпной тиф - бич вшивых войск. В январе 1920 года из всей Украинской Галицийской армии в строю находилось до 300 бойцов. Фактически, это был легион наемников, который воевал не за идею свободы Галиции от Польши, а за выживание и деньги. Вуйки, что с них взять? В январе они предали и Деникина, подписав договор с Советам и переименовавшись в ЧУГА - Червону Украинску Галицку Армию. Збройдны силы, да. Но и это было не последнее их предательство.

Когда Польша напала на Советскую Белоруссию и Советскую Украину, части ЧУГА перешли на сторону поляков. Говорят, что участвовали во взятии Киева. Документов нет, но какие тогда документы были?

В составе УГА-ЧУГА-УГА воевал и Жид╕вський пробойовий кур╕нь - Еврейский боевой батальон, сформированный из уроженцев Тарнополя - евреев, бывших солдат австро-венгерской армии. Воевал он под командование поручика Ляйнберга, чьим именем названа одна из улиц во Львове.

После того, как части ЧУГА перешли на сторону поляков, советские власти ответили репрессиями. Часть из галицийцев была расстреляна в вагонах на вокзале в Одессе.

Так или иначе, в январе 1920 года в деникинской Одессе царицей была Ее Величество Паника.

Бежали все. Брали штурмом пароходы.

Ой, но я же забыл рассказать про новые добровольческие батальоны, сформированные по секторам и церквям.


Отрядомания и паника - видимо, это общая часть всех гражданских войн.

Когда белые офицеры - напомню от 20 до 80 тысяч - всеми правдами и неправдами пытались получить пропуска на пароходы, отходившие в Стамбул и Севастополь - в Одессе случилась "отрядомания".

Отряды самообороны создавали все, кому не лень.

Паника была такова, что когда красные вышли к берегам Азовского моря - началось поспешное бегство из Мариуполя, Николаева, Херсона.

Генерал Шиллинг, который командовал армией в Одессе, заверял англичан, что оборона города крепка как скала. А сам, тем временем, паковал чемоданы. Точно такая же паника была и в Крыму. Между прочим, англичане считали, что первым падет как раз Крым, а вот Одесса будет еще долго держаться.

Причем, Шиллинг действительно использовал какие-то взаимоисключающие параграфы. Одновременно он уверял, что красные не возьмут Одессу ни при каких условиях, и тут же просил помощи в переговорах с Румынией, чтобы те приняли беглецов из России.

Кстати, Румыния отказывала в принятии белой армии Шиллинга. Мы еще увидим, как умеют быть благодарны румыны. А быть благодарными им было за что. Когда в 1916 году Румыния вступила в войну на стороне Антанты, то немецкие и австро-венгерские войска наголову разбили армию руманештов. При этом, гордые наследники Рима (Romania!) обладали десятикратным преимуществом. И лишь наспех сформированный Румынский фронт удержал немцев и австро-венгров от полной оккупации страны. Лишь в 1918 году они практически капитулировали и потеряли значительные территории. К счастью для них, война закончилась победой Антанты. При этом Румыния округлилась намного больше, чем навоевала. Странное государство - всегда проигрывает, но всегда в стане победителей.

Так вот, Румыния отказала в приеме войск Шиллинга. Они побежали в Турцию и Грецию. В Крыму нашлись Врангель и Слащев, организовавшие оборону полуострова. В Одессе не нашлось никого.

Ну как нашлись? На период этих событий Врангель сидел в Константинополе. Он отправился было в Одессу, принимать военные дела у Шиллинга. При этом сам Шиллинг оставался Главноначальствующим войск Новороссийской области. Это не шутка, это должность такая. Главнокомандующим всех войск Юга России все еще оставался Деникин.

Возможно, Врангель и смог бы организовать оборону Одессы, а то и всей Новороссии. Но бюрократические проволочки и мегасрач с Деникиным привели к тому, что пока вопрос решался, пока Врангель плыл на пыхтящем пароходике из Константинополя через Севастополь в Одессу - в город вошли большевики. И, практически, бескровно.

Впрочем, вернемся в декабрь девятнадцатого.

Отряды самообороны, значит. Их создавали все, кому не лень. Подчиняться они по плану должны были генералу графу Игнатьеву, назначенному Начальником обороны Одессы. После окончания Гражданской войны, в 1922 году, он вернулся в Советскую Россию, работал в сфере энергетики, получил, кстати, звание "Почетного энергетика", в годы Великой Отечественной служил в РККА в звании капитана. Репрессий по отношению к нему и его семье не было.

Отряд немцев-колонистов. Ну эти понятно, свои имения защищали и никуда за пределы Люстдорфа не высовывались. Кстати, одно из самых спокойных мест в ту войну было. Впрочем, как и в Великую Отечественную. Да и в эту тоже.

Малороссийский Крестьянский партизанский отряд батьки Струка. Известен активным участием в еврейских погромах. Всю войну Струк мотался по Украине и активно занимался грабежами, умудрившись повоевать во всех армиях той войны.

Еврейская боевая дружина убитого Мишки Япончика раскололась на две части. Одни ушли в красное подполье, другие поддержали белую власть. Я таки думаю, шо вторые прикрывали первых, первые помогали вторым и все вместе гоняли батьку Струка, а потом он их. Это гешефт, ничего личного!

Союз Возрождения России - Бог его знает, кто и чем они занимались.

Рабоче-офицерский отряд. Эта кракозябра состояла из киевских рабочих и офицеров. Не спрашивайте меня - КАК? А вот так.

1-й Одесский партизанский батальон 1-го офицерско-добровольческого полка Новороссии. Эти, в основном, воевали в кафе у Фанкони.

Ну и еще несколько десятков "полков", порой состоявших из 5-6 человек. Особо меня умиляет "Отряд Священного Долга" митрополита Платона. То есть, митрополит решил создать свой отряд, назвал его фиванским именем, начал набирать людей. Но, видимо, на тот момент порядочные люди или плюнули на все, или воевали в Добровольческой армии, или ушли к красным. К нему в отряд записывались откровенные уголовники и жулье.

Более сорока человек одновременно в этом отряде никогда не было. А по бумагам - полторы тысячи.

Как так, спросите вы?

Отвечаю.

Генерал Шиллинг приказал обмундирование и вооружение самооборонцам выдавать с армейских складов. Бежать собирался, все равно пропадет.

Приходит человек записаться в отряд. Ему выдают винтовку, шинель, сапоги, папаху, белье нательное. Этот человек тут же идет на Привоз, продает это все и идет записываться в следующий отряд. Как вам?

В общем, обули белую армию как могли, а английские ботинки еще долго ходили по Дерибасовской.

Вот как описывает этот бардак Шульгин:

Очень большой какой-то дом. Не помню, где это.

Тут формируется "самый важный" отряд. Этот отряд, кажется, находится под "сильным покровительством"... Но чьим? Хорошенько не разберу.

Кажется, он называется... впрочем, оставим это. Nomina sunt odiosa.

Словом, это должен быть "полк"... Первый батальон такой-то организации, второй - такой-то общины, третий - такого-то учреждения... четвертый - мог бы быть наш "отряд особого назначения"...

Я добираюсь до командира полка. Двигаюсь постепенно из этажа в этаж, из комнаты в комнату. Внизу меня слегка коснулся запах спирта. Затем этот запах все усиливался, по мере того, как я двигался выше. по всяким "отросткам" мгновенно сформировавшегося штаба... Вообще мы двигались беспрепятственно. Мой спутник называл меня. И тогда пьяные и полупьяные лица. перед этим скользившие по моим "подпоручицким" погонам полупрезрительным взглядом, делались любезными и милыми, поскольку они могли быть милыми. Потому что... ведь так много разрушено за это время. Разрушалось и искусство быть любезным...

Запах спирта достиг наивысшего напряжения, когда я достиг командира полка.

Этот полковник был пьян. Он был молод, и лицо у него было тонкое. Бритое, худощавое, оно носило отпечаток энергии. Но какой "энергии"? Это было почти очевидно.

Полковник принял меня в высшей степени любезно. Но из его "повышенных" объяснений я понял, что денег ему еще не дано - раз, и что полк его еще не "утвержден" - два. Что кто-то (кто, неизвестно, но какие-то люди или "силы") мешает... Что генерал Шиллинг сочувствует, но...

- Впрочем, мы их зажмем! В два счета. Церемониться не станем... Нет, уж не до церемоний... Куда же дальше... ведь штабы будут на пароходе... а мы? Нас, как цыплят, угробят? Нет! Довольно!

Запах спирта усилился, потому что пришел кто-то с докладом...

- Господин полковник, разрешите доложить ..,

Офицер тянулся, хотя был пьян...

Полковник, приняв доклад, продолжал громить... кого-то.

Я его плохо слушал. Я понял.

Все пьяны, денег нет, разрешения нет... и это при сильном "покровительстве".

А большевики в этот день опять сделали большой скачок.

Мы "драпанули" - "в два счета"...

Свеклы в этот винегрет добавляли красные. Рабочие окраины Одессы не любили белую Маразлиевскую. На Пересыпи, Слободке, Молдаванке формировались рабочие полки большевиков, анархистов, боротьбистов и борьбистов. (Боротьба и Борьба это разные организации, черт его знает какого толка. Ну, красные, конечно. Но большевики их потом разгромят)

Еще 8 января англичане были уверены в том, что Одесса не сдастся. Об этом так и телеграфировали Шиллингу:

"Британские власти охотно помогут по мере своих сил, но сомневаются в возможности падения Одессы. Это совершенно невероятный случай..."

Но уже 10 января бригада Котовского и 41-ая дивизия Красной Армии начали наступление на юг вдоль Днепра.

Белые побежали моментально. 16 января пал Херсон. 16 января Николаев. 21 января сдан Очаков.

Штабные толпами побежали из Одессы. Строевые или массово дезертировали или переходили на сторону красных.

Да еще 23 числа вспыхнуло восстание рабочих Одессы.

Офицерские дружины - те, которые еще не скокаинились и не сбежали, - смогли подавить открытые выступления. Но ночами рабочие отряды полностью контролировали свои районы и совершали свои вылазки в Центр, вплоть до порта.

Генерал Шиллинг же уже 23 января сел на пароход и сбежал, передав полномочия по подавлению восстания полковнику Стесселю.

Заметьте, не общее руководство, а лишь частную операцию по очищению предместий Одессы. А дальше что делать? А никто не знал.

Вот еще один пример бардака.

В Новороссийской группе войск был 3-ий танковый отряд. Состоял он из четырех английских пушечных танков "Марк-V". На тот период, в условиях Гражданской войны, это чудо-оружие. Состав отряда - танки "Генералиссимус Суворов", "Фельдмаршал Кутузов", "Фельдмаршал Потемкин", "Генерал Скобелев".

Из вспомогательных машин было несколько 3-тонных грузовиков, легковая машина, мотоциклеты, ремонтная мастерская, электрическая станция, запасы горючего и смазки, снаряды, патроны, лазарет, кухня и т.д.

Мемуары штабс-капитана А.Д. Трембовельского мне очень напоминают мемуары немцев, времен Второй мировой. Мы наступали, наступали, нанесли красным тяжелые потери, а потом отступили из-под Киева в Николаев. Как так - непонятно. Не описывается.

Зато в деталях описывается великий драп Фастов-Николаев-Одесса-Севастополь.

Организованно доехали по железной дороге до Николаева, отбиваясь от махновцев и разрушая за собой мосты. В Николаеве силой оружия захватили транспорт "Дон", находившийся в ужасном состоянии - крен судна составлял 15 градусов.

Кое-как, в новогоднюю ночь, поползли в Одессу. По пути сели на мель, но буксир сдернул. Пришли в Одессу. А там они нафиг никому не нужны оказались. С 1 января по 25 декабря стояли на рейде, пытаясь выяснить - кто здесь и кому мы нужны? Портовые рабочие, прознав, кто на транспорте, начали бомбардировать "Дон". Письмами, конечно. В письмах гарантировали неприкосновенность и отсутствие репрессий, если танкисты перейдут на сторону РККА.

И, кстати, не обманули. Никаких репрессий после взятия Одессы красными не было. Сразу не было. Репрессии начались позже и совершенно по другим причинам.

Белые танкисты отказались переходить, дожидаясь хоть какого-то приказа от Шиллинга. Приказа не было.

Дальше слово самому Трембовельскому:

Итак, утром 25 января (ст.ст.) 1920 года из города стала доноситься стрельба. Толпы беженцев со своим скарбом устремились на молы. Уже кажется, что все корабли и яхты заполнены, а беженцы все прибывают и прибывают.

К автору этого очерка подошел командир отряда полк.Миронович и предложил сопровождать его в штаб. Захватив ручные гранаты, а за плечи закинув карабин, я поспешил за командиром. Поднявшись в гору, мы увидели на перекрестках стоящие офицерские дозоры. По некоторым улицам пройти было нельзя, так как большевики, стреляя из пулеметов вдоль улицы, расстреливали каждого, выходящего из дома. На тротуарах и посреди улицы лежало несколько трупов.

Все же нам удалось дойти до штаба ген.Шиллинга. Но никого там уже не было. На столах стояли пишущие машинки. В одной из них был незаконченный приказ, на полу валялись какие-то бумаги. Видно было, что штаб оставили неожиданно и в спешке. Разглядывать брошенные документы у нас не было времени, и мы поспешили в канцелярию английского представителя. Там также, кроме брошенных бумаг, мы ничего и никого не увидели.

Пришлось идти назад. Но путь, по которому мы пришли, был уже в руках красных. Сделав небольшой крюк, мы вышли к мраморной лестнице, которую охраняли юнкера - какого училища, не помню. Спустившись по лестнице в порт, мы вернулись на транспорт.

Обезумевшие беженцы метались по порту, но все уже было полно и никого больше не принимали. Мы видели, как отошел переполненный транспорт "Владимир", вот отходят небольшие частные яхты. У одного из молов пришвартован английский миноносец, палуба которого уже пестрит толпой беженцев. Улица вдоль порта опустела, видны только отдельные запоздавшие. Вдруг раздалась трескотня пулеметов, а затем на молу у английского миноносца, который еще принимал беженцев, разорвались одна за другой две гранаты. Миноносец рванул и, оборвав швартовы, поспешно покинул порт. Порт опустел. Все, что могло уйти, ушло. Красные сдержали свое слово, транспорт "Дон" остался в порту, а обещание ген.Шиллинга оказалось пустой болтовней. Мы, танкисты, были предоставлены самим себе.

Всем пофиг, как говорится.

"Дон" попытался выйти из порта. Но не было буксиров. Пришлось захватить оружием портовый буксир. Начали выходить из порта. Не получилось, застряли в сале. Нет, не в еде. Сало - это такой мелкий лед. За ночь с 25 на 26 сало превратилось в нормальный лед и транспорт "Дон" застрял напротив Воронцовского маяка. Пришли два красных парламентера, прямо по льду. Одного из парламентеров белые взяли в заложники. Очень рыцарское поведение, да.

Двое суток англичане и французы - крейсер ""Кардифф" и броненосец "Жюль Мишле" - ломали лед вокруг "Дона". Наконец, вытащили судно из ледовой западни и потащили "Дон " в Севастополь.

Заложника, кстати, отпустили. Красные, в это время, "Дон" не обстреливали.

Дотелепали до Севастополя, где и благополучно разгрузились. Потом эти танки попали в плен, кстати. Сейчас подобные - НАСТОЯЩИЕ! - стоят в Луганске.

И это еще не весь бардак.

Просто хронология:

22 января генерал Шиллинг объявляет эвакуацию.

Вечером 23 января генерал Шиллинг передает всю полноту власти Украинской Галицкой Армии генерала Сокиры-Яхонтова. Это у которого триста бойцов и все болеют тифом.

Власть петлюровской Директории УНР продержалась около полутора суток.

Утром 24 появились на улицах указы Шиллинга о передаче власти, а уже утром 25 были расклеены новые указы Сокиры-Яхонтова, что от обороны Одессы он отказывается. Между делом, еще были листовки некоего "отамана Зегожа", который захватил власть в Одессе на пару часов. Кто это, откуда он взялся и куда делся - темна вода в облацех.

К полудню 26 января все закончилось.

Город контролировали красные.

И тут начались стррррашные, ужжжжасные репрессии!


А теперь поговорим о красных репрессиях 1920 года в Одессе.

После панического бегства генерала Шиллинга и его "армии", в городе остались части Украинской Галицкой армии - УГА. Сколько их было - все говорят по разному. Кто-то пишет о том, что их было сто человек и все больны тифом, кто-то - двадцать тысяч. Не разберешь по источникам.

Явно, было несколько тысяч, причем многие квартировали по хатам. Так или иначе, галицийцы воевать не стали и в очередной раз перешли на сторону победителей - Красной армии. ЧУГА начали называться.

И вот эпизод, который современные украинские историки выдают как пример москальского зверства, направленного против свидомого украинства.

23 апреля 1920 года на станцию "Одесса-Товарная" был подан поезд, в который погрузились солдаты ЧУГА. Ночью поезд оцепили чекисты и расстреляли из пулеметов. Погибло от 20 до 60 человек, остальные были арестованы, затем этапированы в Харьков.

Ну и вот - это невинные жертвы "кровавой чека" или?

А давайте посмотрим, что произошло ПЕРЕД этими событиями.

А перед этим в Тирасполе восстал кавалерийский полк ЧУГА во главе с атаманом Эдмундом Шепаровичем, перерезал местные Советы и пошел маршем на соединение с петлюровскими частями УНР, которые тогда шли по северу нынешней Одесской области. А 20 апреля в Одессу прибыл поручик Галицкий, который поднял одесские отряды ЧУГА и попытался вывезти их на фронт.

На какой фронт? Всего через два дня, 25 апреля, началось польское наступление на Киев. И 7 мая Киев был взять поляками и петлюровцами.

А части ЧУГА в очередной раз собирались предать, на этот раз красных.

И вот в этом контексте как рассматривать действия чекистов? Гуманисты скажут, надо было разоружить и интернировать галицийцев. Ага. А как?

Ведь взятие города не означает того, что там моментально заканчивается бардак и все мирные жители сидят ровно и принимают новую власть. Бардак не закончился, он продолжился.

Вот, например, никуда не делись анархисты. Их основное ядро - боевая дружина Мишки Япончика - стало основой 54 стрелкового полка 45 дивизии Якира. Только вот, на фронт они не стремились, предпочитая отсиживаться в родной Одессе. Занимались своеобразным "рекетом" - при красных, например, похищали членов ревкомов и требовали выкуп.

Для уничтожения "анархо-бандитов" была создана Особая ударная группа ЧК по борьбе с уголовным и политическим бандитизмом. Группа вербовалась из приговорённых к расстрелу боевиков-анархистов, которые, в обмен на жизнь стали уничтожать известное им анархистское подполье.

В Одессе командовал анархистским подпольем начальник уголовной милиции товарищ Шахворестов.

На Юго-Западной железной дороге комендантом управления служил некто Александрович. Руководил, в том числе, охраной железной дороги. 35 человек в группе охраны было. Группа полностью состояла из анархистов, которые совсем не стеснялись реквизировать на мировую революцию то, что им понравится. Помогала им анархистская группа железнодорожных грузчиков, возглавлявшаяся бывшим членом "Черного знамени" В. Дубиным (Крикливым), а теперь депутатом горсовета.

Ликвидированы.А еще были просто бандиты.

А вот еще одна интересная личность - Марк Герщанский. Был начальником Херсонского райотдела милиции. Осужден за "пьянство, разгильдяйство и взяточничество". Отправлен в концлагерь (в районе Березовки) до конца войны, но оттуда сбежал. Приехал в Одессу. Дальше комедия, не удивляйтесь. Он идет в ЧК, где говорит, что он идейный борец с буржуазией. И, будучи в розыске, устраивается в отдел по борьбе с бандитизмом! И чем там занимается? Правильно, не борьбой, а просто бандитизмом.

Из уголовного дела: "М.Герщанский с помощью взятки в 150 аршин мануфактуры затягивает в свою компанию нового начальника райотдела милиции Абрамовича, помощника начальника по следственной части Немировского, помощника начальника по наружной части Хесельмана и нескольких рядовых милиционеров"

По началу они крышевали Новый рынок. Брали с продавцов. Этого показалось мало. Начали грабить, используя мандаты ЧК. Ну а что? Сами себе выписали, сами поехали, сами ограбили.

Когда летом приехал новый состав ЧК, начальником стал Макс Дейч - вся эта шайка была арестована. Пятеро расстреляны, остальные на лесоповал.

Кто-то скажет, вот, мол, лицо красной гидры. Но вот в чем отличие "красных" от "белых"... Красные в своих рядах порядок наводили. А белые - нет.

Вот, что писал по этому поводу Врангель:

Сложив с себя все заботы о довольствии войск, штаб армии предоставил войскам довольствоваться исключительно местными средствами, используя их попечением самих частей и обращая в свою пользу захватываемую военную добычу.

Война обратилась в средство наживы, а довольствие местными средствами - в грабеж и спекуляцию.

Каждая часть спешила захватить побольше. Бралось все, что не могло быть использовано на месте - отправлялось в тыл для товарообмена и обращения в денежные знаки. Подвижные запасы войск достигли гомерических размеров - некоторые части имели до двухсот вагонов под своими полковыми запасами. Огромное число чинов обслуживало тылы. Целый ряд офицеров находился в длительных командировках: по реализации военной добычи частей, для товарообмена и т. п.

Армия развращалась, обращаясь в торгашей и спекулянтов.

В руках всех тех, кто так или иначе соприкасался с делом "самоснабжения", - а с этим делом соприкасались все, до младшего офицера и взводного раздатчика включительно, - оказались бешеные деньги, неизбежным следствием чего явились разврат, игра и пьянство. К несчастью, пример подавали некоторые из старших начальников, гомерические кутежи и бросание бешеных денег которыми производилось на глазах у всей армии.

Деникин сильно обиделся на эти и другие слова, кстати, обвинив Врангеля в том, что, он работает на развал Добровольческой армии:

Генерал-лейтенант

А. И. Деникин

Февраля месяца, 25 дня, 1920 г.

Милостивый Государь, Петр Николаевич!

Ваше письмо пришло как раз вовремя - в наиболее тяжкий момент, когда мне приходится напрягать все духовные силы, чтобы предотвратить падение фронта. Вы должны быть вполне удовлетворены...

Если у меня и было маленькое сомнение в Вашей роли в борьбе за власть, то письмо Ваше рассеяло его окончательно. В нем нет ни слова правды. Вы это знаете. В нем приведены чудовищные обвинения, в которые Вы не верите. Приведены, очевидно, для той же цели, для которой множились и распространялись предыдущие рапорты-памфлеты. Для подрыва власти и развала, Вы делаете все, что можете.

Когда-то, во время тяжкой болезни, постигшей Вас, Вы говорили Юзефовичу, что Бог карает Вас за непомерное честолюбие...

Пусть Он и теперь простит Вас за сделанное Вами русскому делу зло.

А. Деникин.

Но это так, как иллюстрация того гадюшника, который творился внутри Белого дела.

После этого, когда смотришь на официальную статистику, начинаешь по другому смотреть на цифры:

С февраля по конец сентября 1920 г. ОГЧК привлекло к ответственности:

- за антисоветскую агитацию и пропаганду - 233 чел.; - как думаете, после череды бесконечных переворотов, когда идет наступление поляков и петлюровцев, является ли антигосударственная агитация и пропаганда преступлением?

- за выдачу коммунистов и ответственных работников - 140 чел.; - логично?

- за службу в деникинской контрразведке - 221 чел.; - думаю, комментарии излишни. ОСВАГ и Азбука вполне себе действовали в Одессе и после января 1920 года. Шульгин об этом пишет, не скрываясь.

- за службу в Добровольческой армии - 88 чел.; - это из нескольких десятков тысяч белых офицеров, между прочим.

- за провокации и хранение оружия - 173 чел.; - нормальная статья.

- за участие в контрреволюционных организациях - 451 чел.; - я уже привел пример анархистов.

- за подготовку восстаний - 77 чел.; - ничего удивительного. Каждый год в Одессе по несколько восстаний. Кто весной 1920 года даст гарантию, что нового восстания не будет? В январе 1921 года меньшевики соберут митинг и поведут толпу штурмовать ЧК и брать власть в руки.

- за организацию погромов - 32 чел.; - логично.

- за шпионаж - 133 чел. - Сидней Рейли не один работал, а создавал свою агентурную сеть.

Всего, общее количество арестованных за 1920 г. одесской ЧК составило 10.225 чел., из которых расстреляно 1418, отправлено в концлагерь 1558, освобождено 4644, остальные осуждены на различные сроки, в том числе и условные.

Обнаружено и сдано в Нарбанк в 1920 г. денег и ценных бумаг на сумму 10.000.000 руб., золотой монеты 600 руб., серебряной монеты 400 руб., серебра в изделиях 12 пудов, золота в изделиях 15 фунтов, бриллиантов 120 карат. Кроме того, зарегистрировано и опечатано до 800 крупных потайных складов с большим количеством припрятанных, с целью спекуляции, различного рода товаров. Обнаружено также много военного обмундирования, амуниции и полевых биноклей, до 500 винтовок, револьверов и шашек.

Многие мне скажут, мол, все это ерунда. На самом деле, арестовывали и стреляли безвинных людей.

А давайте посмотрим, что происходило с теми белогвардейцами, которых бросил главноначальствующий Шиллинг? Они не эвакуировались морем, не стали пробиваться в Крым, они начали уходить в Румынию.

Сосредотачивались в районе Овидиополя, пытались несколько раз перейти границу с Румынией. Румыны же открывали огонь из пулеметов. Один раз отряду Шульгина удалось договориться с румынами, что они пропустят женщин и детей, мужчины же уйдут обратно в Россию. Мужчины ушли воевать с красными. На следующий день румыны ограбили женщин и детей и выгнали их в Россию. А что же красные?

Ведь по идее, своих кровных врагов-беляков "краснопузая сволочь" должна была расстрелять и шашками порубать на заснеженных берегах Днестра?

Я вот лучше белогвардейцам и дам слово. Все же, немало сохранилось воспоминаний о тех днях.

Вот, например, Михаил Арцюшкович, кадет, вспоминает, что утром 31 января их просто бросили в Овидиополе. Свои, белые. Ушли пробиваться на встречу с группой генерала Бредова.

Кадетам этим было от 10 до 16 лет. Старшие ушли с войсками. "Утром 1-го февраля Овидиополь был тих и пуст. Воинских частей и военных не было. Местные жители позакрывались в домах и только изредка, кто-либо прошмыгнет, да бабы у колодцев, осторожно озираясь по сторонам, что-то шопотом одна друга говорили.

После шума и гама предыдущих дней, тишина создавала атмосферу чего-то страшного и рокового, будто что-то неизвестное висело в воздухе. Каждый из нас, оставленных на произвол судьбы, чувствовал себя обреченным. Каждый думал: "что будет, когда нас встретят большевики, что с нами сделают и почему нас здесь оставили голодных, холодных и никому ненужных?"

И вот сорок этих пацанят пошли обратно в Одессу. Пешком, конечно. Один с ними офицер остался - полковник Овсянников. Дошли до Люстдорфа, где их, наконец, накормили и уложили спать немцы. На следующий день ребята отправились в город. Через будущий мемориал 411 батареи вышли к Даче Ковалевского. Там и встретили их красноармейцы. И как? Да никак, обругали "белогвардейской шпаной" и отправили их казармы кадетского корпуса, выделив для сопровождения одного конного бойца. Тот всю дорогу над пацанами прикалывался: "Сейчас придем, вас там покормят и расстреляют". Почему прикалывался-то? Может, угрожал. Да потому что привел в казармы, велел располагаться и... И обратно уехал. Кадеты остались предоставлены сами себе. Вот прям там в казармах и жили. Мало того, "сволочи краснопузые" еще и трехразовое питание обеспечили. Хреновое, правда. "Утром - кусок черной замазки и жестяная кружка чая; обед - тарелка мутного, без определенного состава супа и немного ячменевой каши; ужин - кусок хлеба и чай"

Ну так ведь это общая ситуация. Другие, что ли лучше питались? Вся страна в разрухе.

Кадеты из одесситов просто разошлись по домам. Те, которые не из местных, так и жили в корпусе. Потом их разобрали по домам дамы из бывшего аристократического света. Арцюшкевич отболел тифом, затем жил на квартире вместе с генералом В.И. Черкасом. 17 марта 1922 года Арцюшкевич уезжает в Польшу, где и живет до 1978 года. Про остальных кадетов он почти ничего не рассказывает. Разве что, кроме: "Миша Терехов жил со мною на одном этаже, в соседней квартире. Васю Федорова осенью 1921-го года по призыву взяли в красную армию. Стась Ярмолинский работал в парикмахерской "м-сье Серж" на Преображенской улице".

Интересно было бы найти судьбу Васи Федорова. Участвовал ли он в заговорах или стал героем Великой Отечественной? Каждый выбирает свою судьбы. Вот полковник Овсянников стал активным участником белогвардейского подполья и был расстрелян летом 1920 года.

Или вот рассказ Шульгина. Его отряд состоял из... гимназистов.

Единственный бой, в котором схлестнулись котовцы и отступавшие белые - бой под Канделем. Наступающую красную конницу встретили кадеты и гимназисты.

Тут у меня возникает вопрос - слушайте, а где белая гвардия-то? Где эти штабс-капитаны Овечкины? Где эти Турбины и прочие "Поле, русское поле..." Почему в снегах-то семнадцатилетние пацаны? Котовский, конечно, победил Шульгина. Были погибшие, но то ведь бой.

К отряду Шульгина прибиваются и офицеры. О четырех полковниках он точно упоминает. Командует же отрядом - редактор.

Идут, идут ночами, по степям, по снегу. Один из местных говорит беглецам - села обходите. Разденут и убьют. Местные. Не котовцы, у них порядок.

Шульгин плюет на все, приказывает спороть погоны и идти к Котовскому, в Тирасполь, минуя села.

Выходит отряд к Тирасполю. Видит - эскадрон. Сдаются в плен. И что делают красные конники?

Предлагают меняться. То есть шульгинцы отдают красным шинели и папахи, а те им дают гражданскую одежду. "- Вам, товарищ, в вашем положении лучше меняться."

Для чего? Да чтоб местное население к стенке не поставило. Не злобное чека, а местные. Ибо Котовский запретил расстрелы.

Мы пошли по улицам. День был теплый, и солнце ласково грело. Не помню, как начался разговор. Он сказал:

- Как мы все довольны, что товарищ Котовский прекратил это безобразие...

- Какое безобразие? Расстрелы?

- Да... Мы все этому рады. В бою, это дело Другое. Вот мы несколько дней назад с вами дрались... еще вы адъютанта Котовского убили... Ну бой, так бой. Ну кончили, а расстреливать пленных - это безобразие...

- Котовский хороший человек?

- Очень хороший... И он строго-настрого приказал... И грабить не разрешает... Меняться - это можно... У меня хорошее пальто, приличное.

Не знаю, почему, разговор скользнул на Петлюру. Он был очень против него восстановлен.

- Отчего вы так против Петлюры?

- Да ведь он самостийник.

- А вы?

- Мы... мы за "Единую Неделимую".

Я должен сказать, что у меня, выражаясь деликатно, глаза полезли на лоб. Три дня тому назад я с двумя сыновьями с правой и левой руки, с друзьями и родственниками, скифски - эпически дрался за "Единую Неделимую" именно с этой дивизией Котовского. И вот, оказывается, произошло легкое недоразумение: они тоже за "Единую Неделимую".


Как вам диалог? Шикарен, да? А ведь так и получилось, в итоге. Хотя и в другой форме.

А Шульгин получает пропуск, практически без всякой проверки. Добирается кое-как до Одессы. Встретил там семью, за которую золотом заплатили румынам. Живет тяжело, переболел тифом, денег мало. Но мы же о терроре? Так вот, террора просто нет. Вернее, он есть, но в отношении уголовников. Это слова Шульгина, не мои:

"Одесса с покон веков славилась как гнездо воров и налетчиков. Здесь, по-видимому, с незапамятных времен существовала сильная грабительская организация, с которой более или менее малоуспешно вели борьбу все пятнадцать (нет, их было, кажется, 14), - все четырнадцать правительств, сменившихся в Одессе за время революции. Но большевики справились весьма быстро. И надо отдать им справедливость, в уголовном отношении Одесса скоро стала совершенно безопасным городом."

Правда, он оправдывает этот факт тем, что "чрезвычайка" должна кого-то убивать. Но это уже проблемы Шульгина. Ведь именно его деятельность привела к тому, что террор начал усиливаться.

По Одессе вовсю бродили слухи, что немецкая армия перешла румынскую границу и солдат рейхсвера уже видели в Люстдорфе и они вот-вот освободят город от красных.

Шульгин начинает воссоздавать свою агентурную разведывательную сеть. Однажды, он слишком поздно засиделся на конспиративной квартире и нарушил комендантский час. Со спутником, фамилию которого не называет, решают ночевать в милиции. Для этого надо попасться патрулю. Попадаются первому патрулю - а те их... Отпускают, идите, мол, с миром. Неудача. Ищут второй патруль - те их отводят в участок таки. В участке их выслушивают и... Выгоняют. Дальше я ржал от наглости Шульгина, представляя комедию в лицах:

В конце концов, проэкзаменовав нас еще о роде наших занятий, при чем снова на сцену выплыла гитара и старинные романсы, нам объявили что мы свободны. Но это совсем не входило в мои планы.

Прежде всего, я рассудил, что прятаться от чрезвычайки выгоднее всего в районе, ибо карающей руке советской власти не придет в голову искать контрреволюционеров в своей собственной полиции. А, во-вторых, куда же нам идти?.. Опять на улицу? .. Но первый патруль схватит нас снова.

Поэтому я попросил разрешения переночевать здесь в районе, каковое милостиво получил.

Мы улеглись на широком подоконнике. Начальство "дормировало" на деревянных скамейках.


В следующий раз, после того, как Шульгин получает инструкции и деньги из Крыма, ему уже нельзя попадаться. И, когда очередной ночью его задерживают, он играет истерику:

- Да вы чем, собственно, занимаетесь?

Тут меня осеняло вдохновение... Патруль обступил меня кругом, вроде, как публика. И я внезапно "впал в роль".

- Чем я занимаюсь? .. Ведите меня в район - вот что!.. Мне все равно... чем я занимаюсь? Как вы меня спросили, - так лучше бы не спрашивали!.. Потому, - я человек пропащий... Все равно - в район, так в район !..

Наступила почти драматическая пауза..

- Чем я занимаюсь?.. Как бы не так?.. Чем я занимался!.. Скрипачом был, скрипку имел хорошую... Вот в оркестр договорился... Так вот нате... заболел!.. Сыпняк. Денег нет... Продал скрипку... Теперь, какой я человек?!. Скрипач без скрипки... Где ее возьму?.. Что мне с этой чертовой гитары!.. Гитара у меня осталась. Учу романсы распевать... Так много ли их, дураков, ко мне ходит? Сыт с этого будешь?!.

Длинная пауза. Кажется, они были растроганы .. И с заднего ряда кто-то сказал:

- Отпустить бы...

Тогда, старший, почувствовав "глас народа", который действительно был для меня и данном случае почти что "гласом божьим", оказал;

- Ну, как вы скрипач, товарищ...

И прибавил:

- Только не попадитесь другому патрулю... Тихонько идите, не шумите...


Какие жуткие репрессии.

Как замечательный подпольщик, Шульгин ни словом не обмолвился - что конкретно он делал. Я предполагаю, что готовил офицерские боевые отряды на предмет восстания. Для этого и получал деньги, чтобы господа офицеры могли нормально готовиться к часу "Х". Но ни одной фамилии, ни одного намека на свою работу. Рассказывает только то, что касается исключительно его. Это и понятно - записки изданы в Болгарии, в 1921 году. Еще есть те, кто спокойно живет в Одессе и ждет этого самого часа "Х". Гражданская война вовсе не кончилась с последним выстрелом на поле боя.

Она продолжалась еще очень долго. Только уже в форме не открытых столкновений, а борьбы разведок, агентур, диверсий.

Агенты Шульгина никуда не делись.

Конечно, репрессии были. Но в этом ничего необычного нет. Большевики вовсе не были исчадиями ада, которым лишь бы убить и не важно кого. Это была политическая сила, для которая стремилась к нивелированию сословных различий. И бывшие белогвардейцы, фабриканты, кулаки - вполне себе жили первое время. Пока не ступали на дорогу борьбы с властью. А реакция власти, если это не власть Януковича, всегда адекватна - репрессия. Есть масса примеров, когда бывшие белогвардейцы становились уважаемыми членами общества. Самый характерный пример - маршал Говоров, поручик колчаковской армии. А были и те, кто, будучи, отпущенными по "честное слово" - слово свое нарушал и начинал борьбу с Советской власти. Вот как Шульгин. Находясь в советской Одессе он ненавидит всё, даже цветы.

В окошко мне виделась часть города с садиками и двориками.

В этих садиках всюду шевелились работающие на земле люди. Можно было без всякого колебания сказать, кто они. Это, конечно, были буржуи, контрреволюционеры, парии советского режима. В социалистической республике почему-то устроено так, что чиновники, профессора, писатели, адвокаты, торговцы, офицеры, словом, люди интеллигентных профессий, должны работать физическим трудом. А люди мускульного труда должны работать головой.

Что же делают эти "буржуи" на хорошеньком квадратике, где зеленые узоры на желто-коричневом фоне раскалившейся одесской земли?.. Кажется, ухаживают за розами... Неужели розы есть в Советской Республике?.. Представьте себе, - есть... Не только розы, - масса цветов на улице. Просто удивительно, - почему нет декретов об уничтожении всех цветочных заведений и запрещении продажи цветов на улице. Что может быть буржуазное цветов... Есть, пить, - это ведь, во всяком случае, и пролетарское занятие. Но цветы? Ленин и нарциссы... Троцкий и фиалка...


А когда тобой движет ненависть к цветам, людям, соседям, стране, Родине, народу - то эта ненависть возвращается с десятикратной силой.


ПОСЛЕСЛОВИЕ

Как вы уже увидели, гражданская война - это, в первую очередь, бардак, хаос и разруха. Это не война между государствами - это война внутри государства. А там нет четкой линии фронта и нет точной, окончательной даты начала или конца. В гражданской войне нет и однозначных сторон.

Красные могут воевать против красных, а белые против белых. Красные могут сегодня быть зелеными, завтра белыми, послезавтра черными. А могут быть вообще отдельные силы - ни красные, ни белые, ни зеленые. Обычные бандиты, в зависимости от выгоды, могут быть кем попало и работать хоть в ЧК, хоть в ОСВАГе. И свои будут стрелять своих.

И заканчивается гражданская война не в День Победы. Подпольные организации противников победившего режима будут спокойно работать днем на этот режим, а ночью организовывать теракты и диверсии. А под саботажем может пониматься обычная уголовщина. А уголовник, ускользнув от карательных органов за границу может выдавать себя за политического эмигранта.

И бесчисленные комитеты спасения, и волонтерские организации, и конференции, и расстрелы, и непонятные боевые действия, и информационные войны, и интервенции всех желающих стран.

Все это было, все это есть и повторится, к сожалению, не раз.

Но в гражданской войне выигрывает тот, кого поддержит народ - не нарисованный рейтингами или сайтами, а тот, у которого оружие в руках. Но это еще не достаточное условие. Побеждают еще и те, которые начинают наводить порядок на своих территориях. И, порой, совершенно негуманными методами.

А как поступать с человеком, который привык "Маузером" или "Калашниковым" добывать себе сало или новый телефон? И который работать не хочет и учиться не умеет? Простить? Ну, один раз можно. А если рецидив? Опять под честное слово отпускать?

Гражданская война - страшная вещь. На ней нет ангелов. Но есть бесы.

И есть люди.

Они и побеждают.

Будьте людьми, люди.