# День Матери

Юрий Далилевич Хабибулин

Рассказ написан на конкурс "СССР-2061"

Сознание выплыло из небытия.

В голове гудело так, будто бы она, всё тело, превратилось в сплошной комок боли, попавший внутрь огромного чугунного колокола размеренно отбивающего последние секунды земной жизни.

Елене стало жутко. Она попыталась пошевелиться и чуть не вскрикнула от боли - плечи были зажаты чем-то твёрдым, давящим, руки и ноги затекли, спину ломило. Во рту ощущался противный привкус меди.

Женщина с усилием открыла тяжёлые веки.

Тёмно-красная пелена с какими-то мельтешащими пятнами... В нос ударила вонь от горелой резины, пластика, машинного масла.

Похоже, она лежит на полу, провалившись между креслами. Удар при падении гравилёта был такой силы, что лопнул ремень безопасности. Ничего удивительного. Воздушное судно было небольшим и довольно старым, это она заметила ещё при посадке, ощутила неприятный холодок на спине, но, поскольку остальные пассажиры вели себя спокойно, решила не обращать внимания на специфические местные особенности бразильских авиалиний.

Ну и вот... Прилетела...

Постепенно вернулась чувствительность пальцев. Красный туман перед глазами рассеялся, колокол в голове немного утих. Елена, упёршись ладонями в пол, приподнялась и с трудом села в кресло.

В салоне царил страшный разгром. Энергия отключилась и стены стали непрозрачными. Часть кресел впереди была вырвана из разболтавшихся креплений в полу и смешалась в кучу позади, в хвосте гравилёта, перекрыв доступ к туалетной кабине. С той стороны доносились негромкие стоны и плач.

Впереди, вместо двери в коридорчик к закутку стюардессы и кабине пилота, зияла огромная дыра... На её краю, свесившись головой наружу, лежало чьё-то неподвижное тело. За ним просматривалась полоса пропаханной почвы, в конце которой, неестественно задрав нос вверх, застыла головная часть гравилёта. Дальше высилась сплошная стена джунглей. Крылатая машина, проехавшись брюхом по вершинам деревьев, рухнула на небольшой прогалине.

Жаркое тропическое солнце клонилось к закату.

Недавно прошёл ливень, и роскошный зелёный ковёр проплешины в амазонской сельве блестел на заходящем солнце сверкающими, как мелкие бриллианты, капельками воды. Снаружи, из пролома корпуса, в салон тянуло сыростью, испарениями прелого мха и какой-то гнили.

Елена несколько раз сжала-разжала кулачки, сильно вдавила ногти в кожу, пытаясь болью быстрее вернуть себе способность соображать. Постаралась успокоиться, выровнять дыхание. Сейчас нужно забыть о себе! Нужно помочь тем, кому ещё можно...

Она неуклюже вывалилась в проход и, царапая колени о какие-то острые осколки на полу, поползла на стоны.

- Сколько ж было всего пассажиров? Кажется, шесть или семь. Она даже удивилась, что так мало и только молодые женщины лет 20-30. И ещё была стюардесса. Это, наверное, её тело в белой блузе и синей юбке лежит на кромке разломанного фюзеляжа. Кажется, она мертва.

В хвосте самолёта пятеро. Все с синяками, ушибами, порезами и царапинами. Перепуганные, но живые. Им повезло.

Не хватает одной или двух пассажирок. Скорее всего, при ударе о землю и переломе корпуса "гравиптички", их выбросило наружу.

И как там лётчики в пилотской кабине? Надо добраться до них, помочь. А сейчас, в первую очередь, успокоить воющих в истерике дамочек! Сама бы завыла вместе с ними, но... нельзя. Она тут старше всех, по возрасту некоторым из этих девчонок не то, что в матери, в бабушки годится. Хоть и в прекрасной форме, выглядит неплохо, вот только 62 - это не тридцатник, уже понимаешь, что одними эмоциями жить - непозволительная роскошь. И глупость.

По одной всех вытащила, усадила в кресла, вытерла зарёванные лица салфетками и платками.

- Ну, ну, будет, будет! Успокойтесь! Всё хорошо! Нас скоро найдут!

Елена повторяла это снова и снова, с материнской нежностью поглаживая девушек по головам и стараясь придать голосу уверенность.

Паула и Амалия постепенно перестали трястись и всхлипывать, притихли. Как зовут остальных?

Смуглая худая брюнетка - Жоана. С кровоточащей царапиной через всё лицо - Адель, Аделаида. И последняя, пышная блондинка с глубоким декольте в измятой и мокрой голубой кофточке, Розана.

Познакомились.

Как сильно колотится сердце. Ещё 5-10 минут покоя. Отдышаться бы...

Но каждое потерянное мгновение снижает шансы на выживание.

- Сеньориты, надо собраться, взять себя в руки. Скоро ночь. Вон там, видите, стюардесса. Может, ей можно ещё помочь. Кого-то, кажется, выбросило наружу...Нужно выйти, поискать. Посмотреть, что с лётчиками.

- Я иду, - Паула поднялась первой. За ней неохотно и боязливо стали выбираться из кресел остальные.

Внезапно впереди раздался страшный рык. Огромная пятнистая кошка молниеносным прыжком вымахнула из пустоты на край искалеченного фюзеляжа, перекрыв дорогу женщинам. Они на мгновение остолбенели, затем завизжав от ужаса, гурьбой, отталкивая друг друга и сбивая с ног, кинулись в хвост самолёта, стараясь пробраться сквозь нагромождение разбитых кресел и спрятаться в единственном безопасном месте - в крохотной кабинке туалета.

Елена пропустила девушек и, сдерживая страх, повернулась к ягуару.

Тот, пригнув голову и оскалив пасть с огромными клыками, сжался в тугую пружину, готовясь к прыжку. Жёлтые безжалостные глаза не отрывались от Елены.

К ней почему-то пришло спокойствие. Она вспомнила совет деда-охотника - не смотреть в глаза хищному зверю. Это воспринимается как вызов и провоцирует нападение. Медленно отступила назад, опустилась на сиденье и исчезла из поля зрения кошки.

Потеряв из виду жертву, ягуар приподнялся на лапах, зарычал и сделал несколько осторожных шагов внутрь салона. Елена старалась не дышать и не шевелиться.

Девушки сзади ожесточённо дрались за место в туалетной кабинке. Все в неё не помещались и дверь не закрывалась.

Надо было срочно что-то придумать...

Елена подобрала с пола чью-то увесистую дамскую сумку и, не глядя, швырнула её поверх спинок кресел в сторону зверя.

Случайно попала по голове.

Ягуар пригнулся, рыкнул и шарахнулся в сторону, переключив внимание на сумку. Обнюхал. Задней лапой задел неподвижное тело стюардессы. Та от толчка пришла в себя, зашевелилась. В следующее мгновение хищник впился клыками в шею некстати очнувшейся жертвы, придержал лапой затрепыхавшееся в агонии тело и, когда оно затихло, легко поволок добычу в сельву.

Драка возле туалетной кабинки прекратилась. В салоне повисла оглушительная тишина.

Елена первой пришла в себя от шока и встала. Посмотрела на белые от ужаса лица девушек. Тяжело вздохнула, но сказала правду

- Он вернётся.

Помолчала и добавила

- Нам надо найти лётчиков. Пока зверь... занят... пойдёмте...

Розана сморщила нос

- А зачем нам лётчики? Они наверняка разбились. А если даже ещё живы, то...

Последовала тяжёлая пауза.

Мысль все прекрасно поняли. Пусть ягуар лучше займётся лётчиками, чем пассажирками...

Елену передёрнуло от такой чёрствости

- Если хоть один из лётчиков жив, то у нас появляется шанс выжить. Во-первых, мужчина может защитить нас от зверя. Отпугнуть его. Сами мы не справимся. Оружия у нас нет.

Во-вторых, лётчик может попытаться связаться со спасателями по радио или помочь нам добраться до ближайшего поселения. Без мужчины у нас очень мало шансов выйти из сельвы живыми...

Этот аргумент подействовал.

Девушки боязливо прижимаясь друг к другу, пошли вслед за Еленой к открытому зеву в разорванном фюзеляже, в пугающую неизвестность.

Вокруг останков гравилёта валялись обломки крыльев, двигателей. На смятой зелёной траве, в нескольких метрах от выхода, выделялось большое бурое пятно засохшей крови. От него шёл широкий след в сторону леса.

- Вот и исчезнувшая пассажирка, - с грустью подумала Елена.

Дверь в кабину пилотов оказалась заперта. Обошли её спереди. Сквозь разбитые стёкла увидели тела двух пилотов.

Долго и бестолково суетясь, через проломы фонаря кабины женщины кое-как вытащили раненых на траву.

Один лётчик был мёртв, другой - без сознания.

Елена обтёрла ему лицо водой из пластиковой бутылки, потормошила за плечи.

Вскоре мужчина пришёл в себя, зашевелился, открыл глаза.

Несколько минут ему хватило, чтобы восстановиться, понять, что произошло и узнать о ягуаре-людоеде.

Пилота звали Антенор. Это был крепкий мускулистый человек лет 35, среднего роста, светлокожий, с короткой стрижкой и уверенным внимательным взглядом. Его тёмно-синие форменные брюки и белая рубашка были испачканы в крови.

Когда Антенор, морщась от боли в ушибленных голове и рёбрах, поднялся на ноги и принял на себя руководство маленькой группой выживших, напряжение женщин немного спало.

О ягуаре на время забыли.

Девушки забрались в пассажирский отсек искать уцелевшие бутылки с водой, провизию, лекарства.

Антенор открыл багажное отделение, и вместе с Еленой стал вскрывать контейнеры, коробки, ящики. Может быть, там удастся найти что-нибудь полезное для спасения...

Примерно через час все находки были свалены в кучку на траву, и Антенор провёл быструю инвентаризацию.

Улов был небогатым. Несколько бутылок питьевой воды, пара ручных фонариков, немного сендвичей с сыром, рыбой и колбасой, фрукты, складной нож, один мачете. Пара больших и прочных дорожных сумок, полотенца, аптечка и бесполезные в джунглях коммуникаторы...

Аппаратура связи и спутниковой навигации в гравилёте была разбита.

Куда, в какую вообще сторону идти, неизвестно...


Когда Елену Семёновну Снежину, преподавателя истории, в начале первого рабочего дня после отпуска вызвали к начальнику, ректору Сибирского Университета, она почему-то сразу подумала о сюрпризе.

Леонид Петрович, лысоватый добродушный дядька, встретил Елену со слегка смущённым видом, хотя и пытался скрыть настроение за наигранной весёлостью.

- Садись.

Он окинул Елену внимательным взглядом, улыбнулся

- Лен, с каждым разом, что я тебя вижу после каникул, ты всё стройнее и моложе. Как это у тебя получается?

- Ни на кого не злюсь. Веду здоровый образ жизни, читаю добрые хорошие книжки, занимаюсь спортом, как и весь советский народ. Детки радуют. Мужа люблю. Работа интересная, в удовольствие. Чего ж не молодеть-то?

- Как там сыновья на Марсе? Купола поставили? Скоро мы туда переселяться будем?

- Старший, Витька, строитель, рассказывает, первая стадия терраформирования уже полностью закончена. Климатические купола стоят, городки постепенно заселяются. Витька сам в "Китеже". Там подземные объекты - энергостанции, хранилища и лаборатории уже давно сданы, работают. Сады, оранжереи, теплицы третий год, как кормят весь персонал. Саня у меня там ксенобиолог, Лёшка - селекционер-садовод, выводит новые сорта растений.

Ректор восхищённо хмыкнул

- Вот значит, дожили! Сбылось! Помнишь, была такая старая-старая песня, времён ещё Первого Союза, про то, как на Марсе будут яблони цвести?

- Помню. Даже слова знаю. Да, исполняются мечты наших дедов. Жизнь стала в радость всем людям, а не только отдельным "избранным"!

Помолчала, затем лукаво спросила

- А ты, Леонид Петрович, чего с лекции-то меня сорвал? Комплименты слушать? Или песни распевать?

Ректор стал серьёзным.

- Лена, тут такое дело... В общем, нам пришло приглашение на национальный праздник Бразилии, День Матери. Впервые за четверть века. Сама понимаешь, это важное политическое событие после стольких лет холодной войны, что тянется со времени аннексии всей Северной и Южной Америки Соединёнными Штатами. Бразильцы просят приехать, выступить на Ассамблее местной женской организации в Рио-де-Жанейро, рассказать о жизни женщин в Советском Союзе нового образца. Ты у нас историк, владеешь материалом, кроме того, ты прекрасно знаешь английский язык, а он сейчас в Бразилии второй государственный. Ты многодетная мать, и, наконец, ты спортсменка, умница и просто красавица! Можешь представлять у капиталистов женское лицо СССР и России. В общем, ты - лучшая кандидатура. Соглашайся, а?

- Вон ты какой змей, Петрович! А на кого я своих студентов брошу? Да и муж меня, может, не отпустит.

"Змей" Петрович вздохнул с облегчением

- Главное, что ты скажешь. Ты - согласна? Твоим студентам я замену дам, не волнуйся, а с мужем сам договорюсь, объясню.

- Ну, если так... В принципе, интересно, конечно, в Бразилии побывать...

- Вот и договорились, - с явным облегчением подвёл итог Леонид Петрович, - праздник День Матери в Бразилии отмечается во второе воскресенье мая, то есть, в этом году 8-го числа. Вылетаешь послезавтра утром. Электронный заграничный паспорт, платёжную карту с валютой, коммуникатор для бразильской сети и инструкции от МИД-а получишь вечером, авиеткой. Подготовь небольшой доклад минут на сорок, о жизни женщин в новом Советском Союзе с 2025 года по нынешний, 2061 год, и будь готова ко всяким пакостным вопросам.


В международном аэропорте Галеан, где приземлился транзитный гравилайнер рейса Пекин-Москва-Мадрид-Рио-де-Жанейро, Елену встречали две молодые бразильянки, Паула и Амалия. Обе бегло говорили по-английски, иногда сбиваясь между собой на португальский.

Паула - высокая девушка лет 30, с лицом голливудской красавицы, водопадом пышных рыжих волос, ниспадающих до плеч, в кричаще цветной маечке, туго облегающей высокую грудь. Паула очень старалась выглядеть перед гостьей из СССР авторитетной учёной дамой из высшего света, но опытных глаз Елены обмануть не смогла. Яркие фантики, всякие психологические приёмчики и маски - это одно, а внутреннее истинное содержание человека, прорывающееся в деталях поведения, фразах и интонациях - совсем другое.

Амалия была ростом пониже Паулы, помоложе и полнее, со жгуче чёрными волосами, уложенными в причёску "каре". Лёгкая жёлтая рубашечка какого-то местного вычурного фасона девушке шла. Амалия казалась более простой и открытой, чем подруга, но вот в глубине её тёмных глаз будто бы стояли какие-то масляные светофильтры и "зеркало души" не просматривалось...

Обе посланницы от "женской ассоциации Бразилии" были в белых обтягивающих брюках и туфлях на высоких каблуках. А в манере разговора, в движениях, улыбках, было что-то неуловимо объединяющее этих двух молодых и симпатичных женщин, что-то такое, что наводило на мысль о каком-то общем "инкубаторе", профессии или... пройденном курсе специфической психологической подготовки.

Встречающие устроили гостье небольшую экскурсию - облетели на авиетке центр с историческими памятниками, статую Христа-искупителя, пляжи, деловые кварталы, держась подальше от районов трущоб. Посетили несколько музеев. Затем Елене вручили информационный чип с программой выступлений на официальной части праздника и отвезли в гостиницу. Завтра с утра, Паула и Амалия заедут за "приятной русской из СССР" и доставят её на ассамблею.

Оставшись одна в номере, Елена, прежде всего, вставила чип в микрокомп, изучила программу и тезисы докладов участников. Чем больше она читала, тем выше поднимались её брови, и тем сильнее портилось настроение.

В конце концов, она в сердцах швырнула микрокомп на кровать и скрипнула зубами от злости

- Ну, идиотки... я вам покажу! Завтра сдохнете от зависти!

К кому конкретно относилось слово "идиотки", Елена уточнять не стала. Она приняла душ, немного отдохнула и занялась просмотром материалов к своему выступлению.

Ассамблея проходила в огромном конференц-центре "Rio Centro", расположенном в глубине прекрасного парка.

Большой зал на несколько тысяч человек был заполнен до отказа. Судя по всему, здесь собрались представительницы со всех штатов новой "объединённой" Америки. По протоколу Елене, как почётной гостье, было предназначено место в Президиуме, но при её появлении в зале, за столом ведущих возникли шум и раздражённые переговоры между председательствующей дамой и главой приглашённой женской организации из Нью-Йорка, неприятной наглой особой, напоминающую видом настороженную злобную овчарку.

Гостью из СССР вместе с Амалией попросили обождать в небольшой комнатке за сценой, а Паула осталась отвечать на вопросы спорящих дам.

Через несколько минут девушка, раскрасневшаяся и сконфуженная, вернулась за Еленой. Заминку, пряча глаза, объяснила так

- Глава делегации "от метрополии" возмутилась тем, что делегатку из СССР пригласили, не посоветовавшись с головным бюро "Национальной организации для женщин" в Нью-Йорке, и в бюро не видели тезисов доклада. Наша ведущая встречи, сеньора Алисия Альмейда, на это заявила, что Бразилия, как независимый штат, не обязана согласовывать с бюро список гостей. А тезисов вашего доклада в программе нет по нашей вине - мы поздно направили приглашение. Так что всё в порядке, пойдёмте.

В зале включились объемный экран, акустика. Председательствующая взяла слово и официальная часть праздника, бразильского Дня Матери, началась.

Елена, хотя уже и была знакома с "тезисами" докладов, будто бы провалилась в нереальный мир. Если бы не серьёзные лица соседок, не высокий статус мероприятия и его светлое содержание, она бы решила, что попала в театр абсурда или больницу для душевнобольных на местную самодеятельность...

Ни в зале, ни среди выступающих почему-то не было мужчин. С трибуны Ассамблеи говорили не о счастье материнства, не о помощи многодетным семьям, заботе государства об институте семьи или внимании к беременным. Нет, вместо этого все ораторши с упоением рассказывали об увеличении количества абортов, о введении новых законов, ограничивающих права "агрессивных и тупых" мужчин, о передачах и книгах по "этичной полигамии" для женщин, о пропаганде "секса без самцов" - лесбийских извращениях и подготовке нового законодательства США, в котором за мужчинами, кроме небольшой привилегированной группы, будет окончательно закреплена роль рабов и "недочеловеков".

Елена слушала и не верила своим ушам. И это говорят цивилизованные люди, почти все с несколькими высшими образованиями и учёными степенями всяких "окологендерных наук"? Она хоть и много знала о радикальном феминизме в США, но в первый раз столкнулась с андрофобками "вживую".

Фактически, США остались единственной страной в мире после 25 года, где у власти оставался скрытый государственный феминизм, последовательно проводящий политику геноцида мужчин и уничтожения традиционной семьи. После краха античеловеческой экономики и дефолта в начале века, американцы, используя свою, тогда ещё мощную военную машину, захватили и насильственно присоединили к "новому свету" практически все государства континентов Северной и Южной Америки, став там полными хозяевами, распространив на новые протектораты бОльшую часть своих маразматических законов.

Новые людские и природные ресурсы, новые территории, временно поддержали умирающее чудовище, его сгнившие "демократические ценности" и США пока ещё оставались на плаву, но в состоянии холодной войны со всем остальным миром.

Объявили выступление Елены.

Она подошла к кафедре. Соединила свой микрокомп с каналом ввода данных и включила подготовленные видеоклипы.

Зал, затаив дыхание, ошеломлённо и недоверчиво смотрел и слушал.

Волнуясь, Елена рассказала о тех огромных проблемах, которые удалось преодолеть её стране за последние десятилетия. И самой главной из этих проблем была ложь! Ложь, растлевающая души людей, искажающая действительность, убивающая всякое желание любить, надеяться и строить! Эта ложь мутными вонючими потоками годами лилась с экранов телевизоров, компьютеров, из громкоговорителей радио, из глоток предателей, рядящихся под "защитников демократии", из уст добросовестно заблуждающихся охмурённых обывателей.

Елена рассказала, что много раз пытаясь решить проблемы демографии, коррупции, увеличения продолжительности жизни, образования, развития науки, подъёма промышленности и укрепления единства народа, страна каждый раз натыкалась на одну и ту же непреодолимую преграду. Но всё-таки её взяли. И взяли с помощью самих же женщин, многодетных матерей, которых феминистки презрительно называли "глупыми курицами"!

Когда докладчица громко назвала воинствующий феминизм с его звериной фашистской идеологией очередных "сверхлюдей", насквозь искусственной и лживой "гендерной теорией", страшной опухолью и метастазами, проникающими во все сферы жизни населения Земли, основным и самым трудным препятствием на пути к построению справедливого общества и счастливого будущего человечества, в зале раздались возмущённые выкрики, гул голосов, стук и даже свист.

Но шумели и возмущались далеко не все женщины. У многих на лицах были видны растерянность и сомнения...

Лицо же представительницы от "нью-йоркского бюро" из "метрополии" покрылось красными пятнами бешенства...

После скомканного и скандального закрытия праздника, к Елене подошла сеньора Альмейда. Произнесла несколько общих слов благодарности за приезд и выступление, затем, неожиданно предложила

- Сеньора Снежина, нас очень заинтересовало то, что вы рассказали об СССР. В Бразилии традиционно в семьях всегда было много детей, и теперь, когда нам из старой Америки стали навязывать ассоциации по планированию семьи, аборты, дискриминацию мужчин, то это многим нашим женщинам пришлось не по нраву. Это рушит баланс между полами, сЕмьи и традиции страны. Поэтому у нас существуют сильные трения с "нью-йоркским", главным офисом феминизма. Я хотела бы вас попросить выступить и в других наших городах. Например, в Манаусе. Увидите Амазонку. Вам организуют экскурсию.

Елена немедленно и с удовольствием согласилась. Сопровождающими с ней отправились Паула и Амалия. Во время полёта с расширенными от удивления глазами они слушали подробности о жизни в СССР. Елена рассказывала о том, как на Марсе строят города, как победили коррупцию и воровство, убрав из обращения наличные и оставив только электронные деньги. Как каждая советская семья живёт в отдельной просторной квартире или родовой усадьбе и воспитывает, в среднем, 5-7 детей.

Рассказала о том, что образование и медицина в её стране бесплатные, природные ресурсы и все предприятия государственные, частная собственность устранена, есть только личная. Есть мелкое предпринимательство, но без наёмного труда. Средняя продолжительность жизни обоих полов составляет 95 лет. Женщины и мужчины, старики и дети счастливы в СССР, но такое стало возможным лишь после того, как феминизм приравняли к экстремистскому террористическому движению, направленному на геноцид мужчин и разрушение страны, закрыли полностью все представительства организации, перекрыли финансовые потоки из-за рубежа. Вот только тогда и наступил демографический взрыв и быстрое развитие промышленности, экономики, культуры. Всё стало на свои места. Женщинам больше не требовалось соревноваться с мужчинами, доказывать, что они умнее, сильнее, независимее... Это не их стихия. Их природное призвание - семья, материнство. Это - главное, а работа на втором плане... Кто, хочет, может и работать в свободное время. Лозунг феминисток "Кайф, драйв и карьера", предполагающий лёгкий приятный серфинг по жизни без обязанностей, ответственности и обузы в виде семьи, мужа и детей, подразумевающий лишь одни наслаждения, полностью сгнил и рассыпался. Каждая мать, приводя в этот мир ребёнка, знает, что о них будет заботиться и муж, и государство. И ей не нужно будет в поте лица добывать пропитание. Чем больше детей рожает женщина, тем больше она получает уважения, личного счастья и помощи общества.

В последние десятилетия многие мужчины и женщины из Европы и Америки переезжают жить в СССР.

За разговорами прошла большая часть воздушного путешествия.

Внезапно рядом с гравилётом мелькнула быстрая тень - промчался скошенный треугольник истребителя. Он зашёл сбоку и на его крыльях вдруг заплясали злые огоньки, к корпусу пассажирского лайнера потянулись красные трассеры. Раздался грохот, свет в салоне погас, засвистел воздух в пробитом фюзеляже. Гравилёт, теряя высоту, понёсся к земле...


Ягуар пришёл перед самым рассветом. Осторожно ступая мягкими лапами по полу салона, он остановился в середине коридора, рассматривая женщин, спящих в хвосте гравилёта на снятых со стен занавесках.

Зверь принюхался. Его беспокоило какое-то чувство опасности. И она исходила не от слабых человеческих самок... А от сильного самца...

Ягуар сделал несколько осторожных шагов, пытаясь обнаружить источник угрозы. Как только он приблизился к спящим женщинам, сбоку, из-под большого, измазанного машинным маслом куска брезента, на него бросился Антенор.

Рёв хищника разбудил девушек, их визг заложил уши Антенору. Он и ягуар сцепившись в смертельной схватке, яростно катались по полу салона, снося по пути оставшиеся кресла, и стараясь убить друг друга. Ягуар, подбираясь к горлу, терзал левую руку Антенора в которой был зажат мачете, и рвал тело человека когтями задних лап. Ножом, зажатым в правой руке, пилот бил в спину зверя...

Когда всё стихло и уже рассвело, мёртвого ягуара, скользя по залитому кровью полу, женщины вытащили из гравилёта и бросили в заросли. Тело Антенора, плача, завернули в брезент и понесли тяжёлый тюк в сельву, рыть могилу.

Мачете и ножом копать трудно. Возились долго. Солнце поднялось уже высоко. Когда засыпали яму под кроной большого бразильского ореха, над джунглями послышался низкий гул. Прямо над останками гравилёта пронесся треугольник истребителя. Жоана и Амалия хотели выскочить на открытое пространство и привлечь внимание лётчика, но Елена их остановила. Она вспомнила красные трассеры...

Самолёт зашёл на второй заход. Пролетая над разбитым лайнером, выпустил серию ракет, полностью уничтоживших всякие следы авиакатастрофы.

Девушек, прижавшихся к Елене, била дрожь...


Они вышли из сельвы только через неделю. Измученные, но живые.

При прощании девушки попросили Елену прислать им приглашение в СССР.