# Глеб Бобров: Пора рассказать правду об Афганистане

Глеб Бобров

Луганчанин Глеб Бобров известен прежде всего как автор нашумевшего бестселлера - романа "Эпоха мертворожденных". Между тем, он считается одним из самых известных пишущих афганцев. В преддверии даты Дня вывода советских войск из Афганистана - luganews представляет эксклюзивное интервью с кавалером медали "За Отвагу", известным автором, членом Союза писателей России, главным редактором сайта современной военной литературы Окопка.ру.

- Глеб, когда вы попали в Афганистан?

- Летом 1982 года окончил среднюю школу, а уже 29 сентября был призван в армию. В общем-то я предполагал, что, скорее всего, попаду в Афган, но для меня это не было принципиальным вопросом - воспринимал это достаточно фаталистично. Плюс некий ореол романтики, ведь я сын ветерана Великой Отечественной войны. После прохождения курсов молодого бойца 17 ноября 1982 года я уже был "за речкой". Служить довелось в славном 860 отдельном мотострелковом полку, дислоцированном под Файзабадом в провинции Бадахшан. Домой улетел в январе 1985 года - встретил в Афганистане три Новых года.

- Кем служили?

- Царица полей - пехота. Рядовой, снайпер, хотя в "карантине" сначала проходил подготовку на стрелка-гранатометчика.

- Что "за речкой" поразило больше всего?

- Одним из самых больших потрясений для меня в Советской армии была дедовщина. Нужно понимать, в каких тяжелейших условиях ребятам приходилось служить, при этом еще испытывая дикое психологическое, а зачастую и физическое давление со стороны старослужащих. До года ты раб, а после года службы ты барин.

- Тяжелейшие условия?

- Да, сама по себе служба была тяжкой. С питанием более-менее нормально лишь на территории части. Как только выходишь в горы и паек кончается, то если где-то у "бабаев" барана не прихватил, значит будешь голодать. В полку жили в палатках, которые отапливались 2-3 часа в сутки, а в континентальном климате даже летом, хоть днем и очень жарко, ночи холодные - невероятно жесткие перепады температур. Еще надо учесть, что в Советской армии обмундирование солдат не предполагало, например, шерстяных носков, свитеров, шарфов. Вспомните, какая экипировка у альпинистов? Мы же действовали в высокогорье, где зимой минус 20 - норма. Высоты боевых действий до 5 км, а в горах после 4,5 км снег не тает даже летом. При этом одеты были в обычные бушлаты, шинели, х/б, кирзу и плащ-палатки. В этом же и спали, прямо в снегу, в окопах - ведь некоторые рейды длились неделями.

- Плюс война?

- Да. А это помимо всего прочего всегда дикие физические нагрузки. Проходить доводилось до 40 км в сутки по горной местности, а на тебе железа под 40 кг. И все это иногда без еды, без воды, изо дня в день, зачастую без сна, сутками напролет.

- Насколько серьезны были боевые действия?

- Бадахшан - настоящая глухомань, северная провинция на границе с Пакистаном, с таким отростком, тянущимся вплоть до Индии и Китая. Полк наш достаточно успешно контролировал свою зону ответственности и решал задачи. Жили, как в осаде: опоясавшись колючей проволокой, минными полями, траншеями в полный рост, огневыми точками и бронетехникой по периметру - мы стояли, буквально ощетинившись стволами.

- Боялись нападения?

- Надо просто понимать соотношение сил: если собрать всю часть полным составом, то это будет до 3 тысяч человек. При этом максимально выставить пехоты могли человек 300-400, остальные охраняли ППД, аэродром, многочисленные точки, плюс службы обеспечения. А при этом в банде инженера Башира, например, до полутора тысяч штыков, у Вадута свыше 2 тысяч. У рядового отморозка Джамалуддина - 300 с лишком бойцов, база в двух кишлаках в8 кмот полка, а ничего сделать не могли. Вот такое было соотношение сил. Конечно, мы решали всякие локальные задачи, но главным для нас было само присутствие, чтобы "душки" просто не вырезали местные органы "советской власти".

- Как живется ветеранам сегодня?

- Достаточно сложно. Огромное число "афганцев" тупо спилось. Проблема адаптации участников боевых действий в мирной жизни очень сложна и многогранна, а у нас тогда не существовало такого понятия как "посттравматический синдром", и каждый решал эту проблему по-своему. И в это же самое время другие ребята учились, получали профессии, заводили нужные связи и смотрели на тебя, как на контуженного придурка с жирными тараканами в голове. Многие из нас не могли составить им конкуренцию и долго вписывались в нормальную жизнь.

- Поэтому афганцы мало рассказывают?

- Сегодня афганские события несколько мифологизированы. Конечно, афганцы не особо любят на эту тему распространяться. Многие пережили "афганский синдром". Да и в советское время были некие ограничения - настоятельно не рекомендовалось "трепать языками". Кроме того, нужно понимать, что далеко не все реально "ходили в горы" - одно дело пехота, которая из рейдов не вылезала, но ведь три четверти личного состава ограниченного контингента зачастую вообще за пределы полка или "точки" не выходили и в боевых действиях не участвовали. Для них афганская тема тоже своего рода комплекс.

- Можно ли развеять эти мифы?

- Один пример: на сегодняшний день не существует ни одного аутентичного фильма, который бы отображал правдивую картину того, что происходило в Афганистане. Лично для меня основным побуждением к литературному творчеству было желание донести правду о тех событиях. Больше 15 лет я писал цикл "Солдатская сага". На сегодня эта тема закрыта: все что хотел - написано.

- И что дальше?

- Ключевым направлением для меня стало развитие современной военной литературы. В свое время ветеран Владимир Григорьев впервые на постсоветском пространстве создал объединение авторов-афганцев. В 2005 году война его догнала, и Володи не стало, но нашлись люди, поднявшие его знамя: сегодня сайты"Артофвар", "Искусство войны" и "Окопка", продолжают начатое им дело. За эти годы "выросли" десятки серьезных авторов, очень многие из них - члены Союза писателей России, других творческих союзов. Книги наших авторов издаются в крупнейших российских издательствах. Правда, рывка в большой кинематограф мы пока никак сделать не можем.

- Вы говорите о России, а что у нас в стране, в Луганске?

-И в Луганске - тоже работаем. В 2010 году под патронатом тогдашнего губернатора Александра Антипова был реализован уникальным проект - издан сборник современной военной поэзии "Осколки". Весь тираж бесплатно передали библиотечному коллектору. Так эта книга попала во все библиотеки Украины, а часть - в Москву и Питер. Ныне сборник размещен во многих сетевых библиотеках России и в т.ч. на сайте Союза писателей. Можно сказать, что он является антологией современной военной поэзии - жанра, который совершенно не интересует издателей и находится практически в подполье.

- Останавливаться не собираетесь? Поделитесь планами...

- В планах издание в Луганске еще одного поэтического сборника. Также подготовлена к печати антология современного военного рассказа. Собираюсь реализовать эти проекты в этом году. Безусловно, это будут заметные культурные события международного масштаба. Ближе к осени мы планируем провести съезд военных писателей России, Украины и ближнего зарубежья здесь, в Луганске.

- Съезд Союза писателей России в Луганске?

- Наш город является своего рода объединяющим центром. Возможно, сам Луганск этого еще не осознал, но это так. "Самый русский" город Украины является связующим звеном Украины и России. Наглядный пример - визит Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла. Он показал, что Луганск - действительно столица русского мира в Украине.

(c) Алекс Нортман специально для luganews