# Вторая бронетанковая

Алустон Ал

Все вещи из цикла "Вторая бронетанковая" в хронологии событий одним файлом.

Вторая бронетанковая


Оглавление


-- БМП

-- Становление отряда

-- Голоса

-- Пепел Одессы

-- Герои по сходной цене

-- Сломанная "Рапира"

-- Невольничий рынок

-- Экзамен по войне

-- Ночные соблазны

-- Честные люди

-- Алкогольно-табачная операция

-- Унесенные Галей

-- Сапог на царстве

-- Инструктор олигархического обкома

-- Гиперболоид рядового Обушка

-- Темнота - друг шахтера

-- Поговори со мной


БМП


БМП-2 захватили при неудачном штурме блокпоста на окраине Ивановки силами киевского режима. В машину метнули бутылку с горючей смесью (смесь бензина с растворенным в ацетоне пенопластом). Пылающая жидкость растеклась по крыше десантного отделения, экипаж машины быстро ее покинул, сопровождающие БМП бойцы МВД Украины поспешно отступили.


Ополченцы быстро потушили трофей, облив машину раствором медного купороса - его солидный запас был всегда под рукой, чтобы тушить случайно загоревшуюся горючую смесь.


Для БМП быстро нашли водителя - в мирное время бульдозериста, тот за несколько минут вывел машину в тыл.


***


Утром бронебойщика отряда рядового с позывным "Обушок" вызывали к командиру.

- Ты у нас хозяин главного оружейного калибра отряда, - завел речь командир.

"Обушок" был командиром расчета противотанкового ружья Симонова (ПТРС) образца 1941 г. Отряд ополчения, в основном, вооружался старым советским оружием со складов резерва, заложенных еще в послевоенные годы. Калибр 14,5 мм, который имело ПТРС, был пока самым крупным в отряде. Использовалось ружье активно, так как атаки киевских сил, как правило, подкреплялись легкой бронетехникой, обычно БТР, иногда БМП. Танки против Ивановки пока не применялись.

- Так вот, - продолжал командир, имеющий позывной "Колун", - ребята раздобыли настоящую пушку. БМП-2 вчера отжали. Рабочая, на ходу, снарядов почти полный комплект, пулемет, патроны...

Вчера Обушок тоже повоевал, но на другом блокпосту. Получив попадание из ПТРС, БТР хунты быстро развернулся и скрылся, пехота тоже отступила.

- Поэтому слушай приказ, - Колун прямо посмотрел в лицо Обушка, - назначаешься оператором-наводчиком на БМП-2. Стоит она в боксе автопарка, сейчас ей занимаются механики и оружейники. Механик-водитель уже есть, позывной Рыбак.

Обушок кивнул.

- Командовать машиной буду пока я. Посмотришь, научишься - сможешь сам командовать.

До сих пор Обушку доводилось командовать только вторым номером своего расчета, бойцом, таскавшим части ружья и боеприпасы.

- Начальнику гаража я позвоню, тебя встретят, проведут к машине, расскажут о ней в общих чертах. Остальному научишься в бою.


***


Степан Чередниченко, позывной "Обушок", по профессии был шахтером. Потомственным шахтером, и в отряд явился с прадедовским обушком - шахтерским кайлом на укороченной рукоятке, для удобства в рукопашном бою. Придумать позывной для новобранца оказалось легко.

Степан не стремился к вооруженной борьбе, всего лишь дважды вышел на митинги протеста против бандеровского переворота на Украине. Но двух его товарищей схватила Служба безпэки Украины, приезжали и за ним, но, на счастье, не застали. Одного товарища потом выкупили, отдав сбушникам почти новую, неполностью выплаченную, машину. У парня были отбиты легкие, работать он не мог, целыми днями лежал, надсадно хрипя и кашляя, и было понятно, что он не жилец. На второго товарища пришла похоронка - уведомление о смерти от "сердечной недостаточности".

Обушок, узнав об аресте товарищей, быстро собрался и отправился в Ивановку, где разгорался огонь вооруженного сопротивления бандеровскому режиму.


***


Позывной второго номера расчета ПТРС был "Салат" - салага, молодой. Он действительно был парнем 18 лет, худым, с вечно полуоткрытым, будто от удивления, ртом. За это и взял его в расчет Обушок - не нужно будет специально учить открывать рот при выстреле.

- Поздравляю, Салат, ты дорос до командира расчета, - пожал ему руку Обушок. - Подумай, кто бы тебе подошел во вторые номера. Потом скажешь мне, обсудим. Бери кого-нибудь покрепче, пусть тяжесть таскает.

Как целиться, ты научился, где уязвимые места у "коробок" - знаешь, позицию выбрать умеешь. Не забывай о запасных позициях, почаще передвигайся,

- Я же еще плохо стреляю, - испуганно произнес Салат.

- Ничего, с опытом умение придет. А бои у нас каждый день, опыт быстро наживешь.


***


До автопарка Обушок ехал в маршрутке, карабин держал в руках стволом вниз. Водитель от денег за проезд отказался, лишь похлопал бойца по плечу.

Документы на проходной не проверяли, все знали друг друга в лицо, да и командир позвонил. Караульный подсказал Обушку номер бокса, где стояла БМП.

В боксе с машиной работали трое. Гражданские - два механика, Петро и Филипп Иванович, и ополченец-оружейник, позывной "Карась".

- Машина на ходу, - Карась оторвался от работы, принялся вытирать руки ветошью. - Мехвод на часок отлучился. Пушка исправна, пулемет в норме...

Кроме пулемета ПКТ, стоящего в БМП, в отряде был только один пулемет - дисковый "дегтярев" образца 1927 г. К этому пулемету было несколько пулеметчиков, которые заступали на пост посменно.

- Что с прицелом, точно сказать не могу, вроде цел, но выверен ли - надо проверять. А некогда, и снарядов жалко.

Обушок и Карась поднялись на башню.

- Здесь стояла установка ПТУР "Конкурс", неисправная и без снарядов, - показал оружейник. - Мы ее сняли.

Бойцы влезли в люк.

- Вот здесь кнопка электропривода вращения башни. Только пока отключена. Электросистемы проверить надо... Крути пока башню вручную, - Карась показал, как. - Стрельба из пушки и пулемета тоже кнопкой, это я пока специально отключил. Потренируйся так. Прицел единый для пушки и пулемета. Прямой выстрел из пушки - километр. Прицельная дальность стрельбы из пушки - четыре километра... Умеешь пользоваться оптическим прицелом?

- Нет, - Обушок пару раз стрелял из легкой снайперской винтовки, иногда ему давали посмотреть в бинокль. На ПТРС оптики не было. - Да километра хватит на что угодно, - пробормотал он.

ПТРС било на полкилометра, и считалось самым грозным оружием в отряде.

- Ты все-таки научись, - настаивал Карась. - Здесь у тебя - настоящая пушка, а не ружье. Если ствол поднять, так и навесом бить можно, только снарядики слабые.

- Навесом - это корректировщик нужен, - заметил Обушок.

Корректировщиков в отряде не было, как не было и артиллерии. Даже минометов.

- Надо завести, - твердо сказал Карась. - Я скажу командиру, и ты скажи - пусть пошлет кого-нибудь учиться. В Славянске есть артиллерия, есть корректировщики. Или надо найти кого-то с армейским опытом.

- Я скажу, - пообещал Обушок.

"Мне бы самому подучиться" - подумал он.

- Пушка стреляет одиночными... Самое простое - ручной спуск на самой пушке... Очередями медленным темпом и быстрым темпом. С отсечкой по 8 снарядов, - продолжал Карась. - Переключение режимов здесь, - он показал.

- Офигеть, - пробормотал Обушок. - А зачем?

- Из этой пушки можно стрелять и по воздушным целям, - пояснил Карась, - только не советую: нужен большой навык, которого не будет никогда - дуэль "коробки" и вертолета - редкая вещь. И газов пороховых от частой стрельбы будет немеряно, поплохеет. Ты, конечно, перед стрельбой закрывай вот тут вот... это окно фильтра-поглотителя. И говори мехводу, чтобы включал нагнетатель.

"Сказать-то я скажу..."

- Система стабилизации не работает, так что стрелять с ходу - только снаряды тратить. Для стрельбы останавливайся.

"Я и так с ходу никогда не стрелял", - подумал Обушок.

- Если надо наверняка вырубить БТР или БМП, бей очередью с низким темпом, поводя башней. Кнопки электроспуска - на маховиках вращения башни, - показал Карась.

- А танк она возьмет? - похлопал по замку пушки Обушок.

- Танк возьмет в особых случаях. Если будут дополнительные баки с горючим, а их поджечь - не станет танка. А так не пробьешь. Но динамическую защиту, оптику и антенны можно смести. И настучать по броне так, что все оборудование из гнезд повылетает, а экипаж напугается.

- Класс! - восхищенно пробормотал Обушок.

- Класс-то класс, да ты пока встречаться с танками не готов. И мехвод не готов. И командира у вас нет. Так что пока ты - большое самоходное ПТР. И пулемет.

- Пулемет я могу отдать, - щедро предложил Обушок. - Он снимается?

- Все снимается... - пробормотал Карась. - Только это электрический пулемет, и переделать под обычный - уметь надо. Да и не стоит без пулемета оставаться. На близкой дистанции в борт бронебойными ты и из пулемета БТР или БМП пробьешь.

- Пробить-то пробью, а какое заброневое действие будет? - блеснул знаниями Обушок. - Но динзащиту с танка лучше из пулемета сбивать, снаряды сэкономятся...

- С близких дистанций в борт легкую бронетехнику бей осколочно-фугасными снарядами, - Карась показал на правую ленту со снарядами для пушки. - Заброневое действие будет роскошное. - "В лоб" бей бронебойными, - он сделал указывающий жест рукой на левую ленту. - И те, и другие - трассирующие.

Где у тебя уязвимые места, и как надо ездить, чтобы не подставляться, думаю, учить не надо?

Обушок как бронебойщих все это неплохо знал - только с другой стороны.

- Не надо, - согласился он.


***


С механиками Обушок облазил всю БМП, разобрался с переговорным устройством, управлением дымовыми гранатами, местами для десанта и бойницами для оружия десанта. Неприятно поразило, что во многих местах трубопроводы текли, а на днище машины была решетка из стальных прутков, под которой находилась целая лужа смазки и топлива.

- Движок мощный, вибрации создает, - пояснил Филипп Иванович. - Соединения на дюритной ленте ослабевают, патрубки текут...

- То-то укропы (комбинация слов "украинец" и "европеец") припустили, когда их горючкой подожгли, - понимающе кивнул Обушок. - Но надо же что-то делать! А то потеряем машину от пустяка!

- Да... - признал механик. - Будет разрыв в боях, все переберем и подтянем... Только оно за день снова разболтается.

- Может, какие-то особые детали нужны? Ты скажи, будем добывать. Машина у нас единственная.

- Затяжные хомуты нужны, чтобы не текло... И еще кое-что. Я составлю список. Передам командиру.

Из наружного оборудования Обушок обратил внимание на фару на башне (почти что прожектор) и нож для самоокапывания. В свое время бойцу пришлось попотеть, копая окопы, и возможность делать это машинным способом очень его обрадовала.


***


Обушок вернулся на место оператора, уселся поудобнее, принялся вертеть башней и прицеливаться в разные точки, тренируясь.

Потом пришел Рыбак, бойцы закончили изучение матчасти и выехали из бокса во двор. Сделали круг.

Переговорное устройство у мехвода оказалось нерабочим, дали ему командирский аппарат, а неисправный оставили чинить механикам.

Фара на башне оказалась неисправной, габаритные огни на корпусе - тоже. Механики, все мрачнея, дополняли список необходимых запчастей.

БМП с рыжим пятном обгорелой брони на крыше десантного отсека выехала из автобазы - "на испытания". На самом деле бойцам не терпелось показать машину товарищам.

На полпути их остановил "уазик" командира - хунта снова начала наступление.


***


Полсотни служащих МВД Украины в сопровождении двух БТР сбили позиции ополчения на окраинном блок-посту и приближались к центральным кварталам Ивановки.

Командир отряда занял командирское место в башне, "уазик" рванул дальше, а БМП двинулась навстречу бою.

Колун приник к прицелу.

- Малый ход, - скомандовал он ТПУ мехводу. - За ларьком останови, дай только башню выставить.

С минуту командир обдумывал ситуацию. Обушок приник к прицелу - расстояние до бандеровцев было меньше полутора километров. Скоро можно бить прямыми выстрелами.

- Давай объедем, - решил командир.

Потом включил рацию и скомандовал своему заместителю, остававшемуся в войсках:

- Отступай помалу к центру. Людей береги. Я минут через пять-десять ударю.

Мехвод повел машину в сторону от линии наступления врага, потом запетлял между домами, проломился сквозь кустарник, поцарапал чей-то автомобиль. Повинуясь указаниям командира, установил БМП на боевую позицию.

- Обушок, вдарь по ближнему, только старайся не попортить - хочу захватить "коробку".

До ближнего БТР было меньше километра. Бронемашина медленно двигалась к центру, давая короткие очереди из ПКТ. Рядом бежали автоматчики.

Оператор закрыл окно фильтра, попросил Рыбака включить нагнетатель. Нагнетатель нашли только с помощью командира.

Обушок навел пушку на десантное отделение БТР, зарядил бронебойный снаряд, привычно взял упреждение. Пару секунд подержал палец на спусковом рычаге - это его первый выстрел из пушки.

Удар!

Упреждение, взятое из привычки стрелять из ПТРС, оказалось ошибочным. Снаряд попал не в десантное, пустое отделение, а в боевое. Ранив наводчика и командира экипажа, разбив устройство стабилизации, бронебойная болванка ударила в противоположный борт машины, заклинив башню.

- Пулеметом по пехоте, - распорядился командир.

Обушок короткими очередями открыл огонь по автоматчикам. Прицел на таком расстоянии давал хороший обзор и точность. Привычка тщательно целиться и стрелять одиночными помогала бывшему ПТРСнику.

Автоматчики попрятались за препятствиями, те, что шли сзади, отступали вместе со вторым БТР.

- Вперед, прикрывайся домами, - приказал командир мехводу.

- Дымовую завесу ставить умеешь? - спросил Колун у наводчика.

- Знаю, где кнопка для отстрела гранат, - ответил тот.

- Мехвод, у тебя тоже есть аппаратура для дымовых завес, - обратился Колун к Рыбаку.

Тот не знал, как ставится завеса, но командир объяснил.


***


БМП промчалась сквозь порядки бандеровцев, отстреливая дымовые гранаты и волоча за собой дымовую завесу. Автоматчики между завесой и линией фронта оказались отсеченными от огневой поддержки своего БТР. Ополченцы перешли в наступление и начали теснить бандеровцев.

БМП, выйдя из зоны боя, снова сделала крюк и вышла в тыл группировке хунты, поддерживаемой вторым БТР.

- Поаккуратней, - попросил командир Обушка.

Наводчик нацелился прямо в десантное отделение БТР и нажал на спуск. Вражеская машина дернулась, но продолжила движение, хотя и рывками. Чувствовалось, что внутри не все в порядке. Обушок снова прицелился и дал бронебойным.

БТР еще немного проехал и остановился. Через люки стал выскакивать экипаж.

БМП подъехала поближе к вражеской пехоте, оставшейся без бронеподдержки, и Обушок принялся обстреливать автоматчиков из ПКТ.

Бандеровцы рассеялись, оставив на поле боя с полдесятка раненых и убитых.

Атака была отражена.


***


Захватили оба БТР, подобрали четыре трупа бандеровцев, семерых раненых. Потом по подворотням выловили и пленили еще четверых сторонников хунты. Всего по результатам боя было захвачено 22 автомата, 18 бронежилетов и касок.

Первый БТР полностью восстановить не удалось, башня так и не двигалась. На нее приварили турель и поставили КПВТ. ПКТ сняли, переделали спуск с электрического на механический и переоборудовали под использование в пехоте.

Второй БТР был восстановлен и стал служить Новороссии.


Становление отряда


Несмотря на быстрое прибавление бронетехники, Колун организовал по четыре сменных экипажа на каждой машине - правда, в сокращенном составе (наводчик-оператор и водитель). Командовали на заданиях командиры блок-постов и отделений, на усиление которых придавалась техника.


Наводчиками-операторами в остальных экипажах были пулеметчики. Салат был полезен с ПТРС, да и боевые задачи решались, в основном, ПКТ.


Иногда экипажи простаивали - машины находились в ремонте. Механиков тоже было четыре смены, даже с запасом, но это были механики по ремонту гражданской техники, да и запчасти для боевых машин требовались дефицитные.


Во время вынужденного простоя экипажи участвовали в патрулировании города, разъезжая на легковушках и изучая местность.


***


Наличие бронетехники позволяло легко решать масштабные задачи.


Однажды ночью Колун собрал колонну из всех трех "коробок" и двинулся в соседний городок. Ливадино не был никем занят, а местные силовики, формально подчинившись хунте, против ополчения активных действий не предпринимали. Но долго это продлиться не могло, и нужно было ликвидировать потенциальную угрозу, а отряд - усилить.


Колонна разоружила милицейский пост на въезде в Ливадино, без единого выстрела добралась до центра. Пулеметы и пушка БМП нацелились на здание райотдела МВД.


Колун вручил Обушку рацию, показал, как пользоваться.

- Когда скажу - "шумни", сделай перегазовку, скрежетни гусеницами. Когда скажу - "огонь", дай бронебойным над крышей.


Командир с пятью автоматичками, экипированными лучше всех в отряде (бронежилеты, каски, разгрузки, перчатки, наколенники, налокотники, тактические очки) отправился в здание.


Минут через десять из рации хрипло донеслось: "шумни".


Обушок сказал Рыбаку, и тот взревел двигателем, громко скрежетнул гусеницами на месте. Наводчик слегка покрутил башней, как бы нацеливаясь на окна.


Приказа "огонь" так и не поступило. Через несколько минут в здание РОВД вошло еще с десяток ополченцев, которые вскоре стали выходить, нагруженными автоматами, амуницией и оргтехникой. Начальник РОВД открыл перед ополчением оружейную комнату.


У ливадинской милиции забрали почти все оружие (оно осталось только у нескольких милиционеров на удаленных постах) и бронежилеты. Вынесли даже целую связку наручников. Реквизировали "уазики", несколько компьютеров, телевизоров, принтеры и ксероксы. Ополчению было пора налаживать свой штаб.


Для того чтобы милиция могла работать дальше, ополченцы оставили в РОВД 30 револьверов "наган" образца 1895 года, вполне исправных, и приличный запас патронов.


Колун, довольный удачей операции, оставил рацию Обушку, а вдобавок вручил ему "наган" с коробкой патронов - наводчику нужно было личное оружие, карабин был слишком громоздок.


Карабин Обушок убрал в десантное отделение, вещь полезная. Револьвер положил под сидение, решив в ближайшее время обзавестись кобурой.


***


Следующим заданием было такое, на котором Обушок понял, что он не только бронебойщик и оператор бронемашины, но еще и снайпер.


Нужно было подавить вражеского наблюдателя на большой дистанции, под километр. Снайперов в отряде не было, и снайперского оружия тоже. Но оптический прицел БМП и дальность боя ПКТ делали задачу простой.


Командование экипажем принял начальник разведки отряда, Ломоть.


Он сам подъехал на автобазу, занял место командира и повел машину в нужную точку.

Остановились.


- Куда стрелять-то? - спросил Обушок.

- Погоди стрелять. Вылезай, объясню, где сидит наблюдатель и как лучше выехать на огневую.


Оставив машину за углом, разведчик и Обушок стали подниматься на чердак пятиэтажки. Пригибаясь, прошли по крыше, залегли за бортиком.


- Смотри, где большая труба, - показал разведчик, - она у нас "ориентир один".

- Бандера на трубу влез?

- Нет, их наблюдатель совсем не там. Я тебе объясняю с самого начала. По всей наблюдаемой местности слева направо определяются и нумеруются ориентиры. Определяются направления и расстояния до них.


Обушок с уважением посмотрел на Ломтя.


- От ориентира первого, вправо сорок метров, дальше семьдесят метров - вышка ЛЭП, - показал разведчик. - Эта вышка у нас - второй ориентир. Третий - отдельно стоящее дерево. Четвертый - трансформаторная будка. Пятый - административный корпус завода, левый угол. Шестой - крыша пустующего склада...


"Даже знает, пустует ли склад", - восхитился Обушок.


- На крыше этого склада, у второй вентиляционной трубы, находится наблюдатель противника.

Разведчик дал Обушку свой бинокль. Оператор долго не мог навести прибор на нужную точку, не было опыта. Но с помощью Ломтя он смог осмотреть позицию вражеского наблюдателя. Тот был близко от края крыши, сам склад был невысок.

- А чего это он так низко засел? - поинтересовался Обушок. - Чем выше, тем ведь виднее?

- У высоких зданий вокруг большие непросматриваемые, "мертвые" зоны. А бандера не хочет, чтобы его застали врасплох. Со склада он вовремя заметит нашу группу и сбежит.


Бойцы спустились к БМП, заняли свои места.

- Ты умеешь стрелять с учетом угла места цели? - уточник Ломоть.

- А тут разве не прямой выстрел?

- Прямой из пушки. А из пулемета очень даже не прямой, - пояснил разведчик.


Тратить снаряд на наблюдателя было жалко, Обушок планировал использовать пулемет - и нужно сделать это правильно.


- Тогда не умею, - признался мотострелок.


Ломоть объяснил Обушку все с самого начала - показал, как пользоваться многочисленными отметками прицела, делать поправки на дальность, на угол места цели, на температуру воздуха и ветер. Брать упреждения Обушок уже умел.


БМП осторожно выехала на огневую позицию, прикрываясь сараями и кустами. Обушок минуты две искал вражеского наблюдателя прицелом, потом принялся вычислять расстояние до места цели, ее угол по отношению к машине. Достал потрепанную книжицу с таблицами поправок. С сомнением внес их в прицел, посмотрел на Ломтя.


Тот одобрительно махнул рукой:

- Хватит выверять. У тебя не винтовка, а пулемет. Дай очередь снизу вверх.


Обушок дал очередь. Фигурка наблюдателя дернулась и распласталась на крыше.


- Вот что значит оптика, - довольно сказал Ломоть.

- Возьми меня к себе на пару дней, - попросил Обушок. - Хочу научиться работать наблюдателем.

- Хорошо, что сам попросился. Мне твоей оптики очень нехватает. С битого БТР сняли прицелы, но это только на две точки наблюдения. Вот достану для тебя масксеть, позову на дежурство.


"Сетка - вещь классная", - обрадовался Обушок.


- Послал бы кого-нибудь на крышу, - кивнул на пустующий склад боец. - У бандеры там что-то должно было быть оптическое.

- Пошлю, - пообещал Ломоть.


***


Свое следующее дежурство Обушок провел, патрулируя улицы Ивановки. У БМП был перерыв на техобслуживание - подтягивались хомуты, герметизировались патрубки, натекшее на пол масло и горючее засыпали песком и выгребли его наружу. Починили ТПУ, теперь Обушок мог разговаривать со всем экипажем и десантным отделением, но десант в БМП ездил редко.


"Уазик" проезжал мимо магазина, когда оттуда раздался звук бьющегося стекла. Командир патруля остановил машину, бойцы вышли наружу, взяли оружие наизготовку, заняли позиции за укрытиями. Перебежали к дверям и окнам, осторожно заглянули внутрь.


Потом командир спокойно распахнул дверь и вошел. У прилавка нетрезвый ополченец спорил с продавщицей.

- Не платит, товарищ начальник, - пожаловалась продавщица. - Буянит, - показала она на разбитые бутылки и разбросанные пакеты.

- Я их защищаю, еще и платить должен! - невнятно проговорил злодей, пошатнувшись.


Командир присмотрелся - разбитыми были бутылки с пивом.


- Сдать оружие и ремень, - приказал он дебоширу. - Платить должен, потому что это приказ командования. Мы не захватчики, мы защитники.


Дебошир опустил голову, отдал карабин, снял ремень. Невнятно пробормотав извинение продавщице, вышел, сопровождаемый двумя бойцами.


- От имени комендатуры города выражаю свое сожаление в связи с инцидентом, - вежливо произнес командир патруля.

- Да чего уж там, - махнула рукой продавщица. - Вы только записку для хозяина оставьте, а то вычтет из зарплаты.

- Не вычтет... - заверил командир патруля, заполняя листок блокнота и ставя на него печать комендатуры. - Вот протокол.


Обушок с уважением проводил взглядом печать. "Важная вещь".


Виновному ополченцу надели наручники (ливадинский трофей) и усадили на заднее сиденье между двумя бойцами.


Через пару дней Обушок узнал, что дебошир получил две недели штрафных работ на рытье окопов.


Отбывая наказание, штрафник был легко ранен и досрочно освобожден. Свой проступок он искупил кровью.


***


Настала очередь ополчения атаковать блок-пост противника.


Командир отделения занял место в башне, его бойцы устроились на броне.

- Езжай потише, - попросил Обушок Рыбака.


Была опасность стряхнуть десант на ходу.


- Потише так потише, - согласился мехвод.


Двинулись, как обычно, в объезд, по степи и кустарнику. Выехали на шоссе и двинулись к Ивановке.


На блок-посту не увидели подозрительного в БМП, подошедшей из собственного тыла, и продолжали "досматирвать" автомобили. Командир блок-поста, не таясь, пересчитывал "выявленное при досмотре" прямо у дороги.


Сам блок-пост представлял собой выложенный из мешков с песком полукруг высотой меньше метра, большой пляжный зонт со снарядным ящиком, приспособленным вместо лавки. Еще на одном ящике стояли бутылки пива и лежала на салфетке снедь.


БМП пришлось въехать чуть не в сам полукруг из мешков, прежде чем на нее обратили внимание.


- Сдавайтесь, - крикнул, высунувшись из люка, командир отделения. - Его бойцы направили карабины на бандеровцев, Обушок навел пулемет на командира.


Сопротивления никто не оказал. Было взято четыре автомата, полцинка патронов, снаряженный РПГ с тремя запасными выстрелами, пистолет, бронежилеты, каски, две рации. Один из ополченцев сел за руль микроавтобуса, на котором солдаты АТО приехали на блок-пост.


Командир отделения заставил бандеровского главаря вернуть отнятые деньги водителю машины, с интересом наблюдавшему за операцией. Остальные деньги были конфискованы в фонд отряда.


Закованных в наручники пленных погрузили в микроавтобус и повезли степью в направлении Ивановки. Когда-нибудь их поменяют на своих бойцов, попавших в беду.


- Как они так воюют, - недоумевал Обушок. - Мы спокойно объехали с тыла, взяли их "тепленькими". Так и наши посты могут с тыла объехать!

- Ты не думай, что линия фронта - это один длинный окоп, заполненный солдатами, - вразумлял его командир, - и даже не натыканные там и сям по соседству блок-посты. Линия фронта образуется наблюдательными пунктами, по сигналу которых опирающиеся на блок-посты и точки базирования мобильные группы выдвигаются для отражения противника. Вот мы такая группа и есть. А наблюдатели у нас тут - все жители. Каждый - наш сторонник, и у каждого есть мобила с камерой.


- А машина была зачем нужна? Такси, что ли? Ни разу не выстрелили даже!

- Потому и не выстрелили, что БМП нас замаскировала, не знают они, что у нас тоже бронетехника есть. А потом что может сделать пехота против пулемета и пушки в упор? Без тебя пришлось бы пострелять, еще потери бы случились.


Обушок вспомнил, что в Ливадине его использовали тоже для психологического давления, стрельбы не понадобилось. Ну, командирам виднее, как использовать "коробку".


***


Хунта принялась возводить блок-посты помощнее. На другую точку бандеровцы подогнали трейлер с железобетонными фундаментными блоками на платформе, грузовик с бухтами колючей проволоки, кран.


На этот раз решили операцию проводить с большей осторожностью. Вряд ли такие серьезные фортификационные работы делались для малых и плохо обученных сил. Решили пост брать атакой пехоты, с поддержкой огнем БМП со средней дистанции. За три часа до штурма выслали наблюдателя. По проселочным дорогам в объезд блок-поста пустили трофейный микроавтобус. БМП с десантом двинулась полями к точке встречи.


На точке БМП замаскировалась в кустах, дождалась, пока на связи выйдет водитель микроавтобуса. Потом десант пересел в гражданскую машину - чтобы без подозрений доехать прямо до строящегося блок-поста. БМП, немного выждав, двинулась к атакуемой позиции параллельно дороге, по полю.


Однако наблюдатель сообщил, что на блок-посту только трое военных с оружием, остальные - строители. Обушок спокойно подвел машину вплотную к стройке, выскочившие из микроавтубуса бойцы в момент положили противника лицом на землю, обезоружили, связали.


Пленных отвели за бетонную стенку - от посторонних глаз - и начали допрашивать. Обушок тем временем вышел и осмотрел трофеи. Трейлер с оставшимися двумя блоками. Кран. "Уазик" - видимо, на котором приехали вражеские бойцы.


- Та мы только строим, - объяснял старший боец бандеровцев, армейский сержант. - Тяжелое оружие подвезут, когда будет готово. А потом дежурную смену пришлют.

- Ну, достраивайте, - разрешил командир ополченцев.

Под прицелом бойцов Новороссии строители уложили оставшиеся два блока. За руль трейлера, крана и "уазика" сели ополченцы, развернули машины и двинулись маршрутом, которым на операцию приехал микроавтобус.


Прежние водители промолчали, лишь проводили свои машины взглядом.


- Теперь говори, чтобы привезли оружие, - приказал командир пленному сержанту. - Если все пройдет нормально, отпущу. И справку под глаз сделаю, что ты доблестно бился с нами.


Бандеровец с полминуты что-то соображал, потом включил рацию.

- Семен Петрович, как слышишь меня, это Онопенко с нового блок-поста, прием.

- Онопенко, Петрович в отъезде, - донеслось из рации. - Как обстановка, прием.

- Стройку закончили, готовы принять вооружение. Как поняли меня, прием.

- Поняли тебя. Ждите.

- Давайте побыстрее, а? Мы тут без воды и без жрачки.

- Потерпите, не барышни.

- И сепары где-то здесь, жопой чую, - искренно сказал сержант, которому дуло карабина упиралось ниже пояса.

- Жди. Отбой.


БМП отогнали подальше в кусты, откуда, тем не мене, блок-пост и отрезок дороги прекрасно просматривался и простреливался.


КрАЗ с оружием и солдатами приехал минут через сорок.

- Ты Онопенко? - спросили с грузовика сержанта, которого держали на мушке ополченцы.

- Я...

- А где остальные?

- Там, в тенечке. И двое по воду пошли, бо жара.

- Воду мы привезли. И поесть. Волонтеры подбросили. И оружие, само собой.


Солдаты спрыгнули на землю, начали разгружать ящики. Командир ополченцев дождался, когда руки солдат будут заняты, подал знак.


Ополченцы вышли из-за блоков и кустов с карабинами на изготовку.

- Стоять! Не двигаться! - приказал командир.


Солдаты застыли. Ополченцы осторожно, не опуская карабинов, подошли к бандеровцам и сняли у тех с плеч автоматы. Водителя грузовика и сопровождающего разоружили и вывели из кабины.


- Теперь кладите ящик на место, - распорядился командир, потом влез в кузов.


Там оказалось целое богатство. Гранатомет АГС-30 с двумя коробами гранат. Три РПГ-7 и два ящика с выстрелами по 6 штук. Крупнокалиберный пулемет Никитина-Соколова-Волкова (НСВ) с двумя цинками патронов к нему. Три ящика ручных гранат. Три цинка автоматных патронов. Вода, консервы, пищевые концентраты, две палатки, железные койки, матрацы, одеяла, шанцевый инструмент, бухта колючей проволоки, бухта обычной стальной проволоки, стального каната.


Все оружие и часть боеприпасов погрузили в десантный отсек БМП. Грузовик с остальными трофеями отогнали подальше в степь и спрятали за пригорком. Пленных связали и уложили за кустами.


- Кем укомплектована боевая смена? - поинтересовался командир отделения у сержанта.

- Национальной гвардией.

- Сколько их ожидается?

- Пятнадцать человек на автобусе, и завтра еще семеро должны подъехать. С экскаватором, материалами и рабочими. Чтобы вырыть окопы и сделать бункер.


Командир отделения отошел в сторону и переговорил по рации с командиром отряда. Национальных гвардейцев было решено в плен не брать. Полтора десятка за раз, все с оружием - а ополченцев всего ничего, разве что при бронетехнике. Бойцы заняли позиции в кустах, двое - на противоположной стороне дороги, проверили связь по рации с БМП.


Почти через час вдали показался автобус, Онопенко дал знак сидящим в засаде. Командир отделения включил-выключил рацию, предупреждая Обушка.


Когда автобус подъехал к блок-посту и стал притормаживать, Онопенко призывно замахал бандеровцам руками. Это было сигналом для ополченцев - ошибка исключена, в автобусе - нацгвардия.


Обушок дал короткую очередь по месту водителя, Онопенко упал и пополз за бетонные блоки. Наводчик методично прострочил автобус длинной очередью из пулемета на уровне ниже окон. Затем БМП переехала на другую сторону дороги и обстреляла автобус с другого борта. Потом Обушок попросил Рыбака таранить автобус.


Тот перевернулся на обочину, изнутри никто не стрелял.


Ополченцы развязали четверых пленных и поручили им вытаскивать нацгвардейцев из автобуса. Убито было шестеро, остальные тяжело ранены - выжили благодаря бронежилетам, сопротивляться не могли.


В автобусе были взяты: два ручных пулемета Калашникова, СВД, двенадцать автоматов, из них пять с подствольными гранатометами, три пистолета, тридцать ручных гранат, сорок гранат для подствольников (ВОГ), множество патронов в запасных магазинах, два бинокля, бронежилеты, каски, множество амуниции. Особенно ополченцев порадовали три прибора ночного видения.


Убитых и раненых разложили на обочине - с интервалом метра в два, и проезжающие машины притормаживали, чтобы посмотреть на незадачливых завоевателей Донбасса.


Ополченцы забрали у нацгвардейцев телефоны и электронные планшеты. Разведка изучит списки контактов, фотографии и видеосъемки.


Один из телефонов зазвонил в руках командира отделения.

- Да, - последовала недолгая пауза. - Ваш сын уничтожен. Кто говорит? Говорит защитник своей земли, защитник Донбасса.

Ополченец прекратил разговор.


К нему нерешительно подошел Онопенко.

- Ну что, - обратился к пленному командир, - аккуратный удар по морде - и ложись, очухивайся. А хочешь, я тебе из нагана по ребрам стрельну? Для убедительности?


Пленный посмотрел на ряд нацгвардейцев, уходящий вдаль.

- Куда уж, и так убедительно. Не хочу я обратно, я лучше у вас в плену буду.

Ополченец посмотрел на него пристально.

- А ведь ты предатель, Онопенко.

Пленный пожал плечами.

- Я строитель. При Черненко строил. При Горбачеве строил. При Кравчуке, Кучме, Ющенко и Януковиче строил. Когда эти бандюки скакали на Майдане, я строил. Меня мобилизовали в армию, чтобы я строил на войне. Эти придурки сами виноваты - приказ был ехать всем сразу, занять позицию. А они пограбили магазины и пошли на почту посылки домой отправлять. Берите меня в плен, вам тоже надо блок-посты строить.


***


Для выполнения следующего задания в автопарк приехал сам Колун.


- На изюмской трассе чинится БТР, - сообщил он. - Надо захватить.


Колун занял командирское место в башне, посадил на броню семерых бойцов. За воротами автобазы к БМП присоединились трейлер и автокран.


Полями и проселками выехали на изюмскую трассу, бойцы расселись на места для десанта, захлопнули люки, просунули оружие в бойницы.


БТР стоял на обочине, рядом был ремонтный грузовик-летучка. За дорогой следил автоматчик, БМП, идущая из тыла, не вызвала у него ни малейших подозрений, тем более трейлер и кран.


Старший ремонтник в испачканном маслом комбинезоне без знаков различия оторвался от внутренностей БТР и подошел к новоприбывшим.

- Воды привезли? - был первый вопрос.

- А как же! - не растерялся Колун и распорядился в ТПУ: - Всем выйти, доставайте воду.


Бандеровцы спокойно отнеслись к разномастно вооруженным и обмундированным бойцам - в формированиях хунты это тоже было в порядке вещей.


- Чего это нас увозить вздумали? - спросил старший ремонтник. Остальные, напившись, вернулись к БТР. - Мы бы часа через полтора и сами бы управились, до расположения бы доползли. Сепаров тут нет, в семи километрах дальше - блок-пост, так что бояться нечего.


- Что сепаров тут нет, знаем, - кивнул командир отряда. - Что вы так близко к блок-посту, в расположении не знают, прислали на помощь. А еще говорят, на блок-посту тачку крутую тормознули, но хозяин заартачился, движок вырубил и ключи выбросил. Мы бы ее и прихватили.

- Ну так езжайте, прихватывайте.

- Да ладно, мы лучше здесь пока побудем, раз вам всего полтора часа осталось. И, слышь-ка, у меня с "коробкой" тоже проблемы есть. Не посмотришь? Я тебе бутылку воды двадцатилитровую оставлю.

- Вода - это хорошо, - признал ремонтник. - Да только двадцать литров - зачем же?

Он заставил Рыбака погонять мотор на холостом ходу, прислушиваясь. Проверил и отрегулировал коробку передач, сцепление, рулевое управление. Кое-где заменил старый крепеж и фурнитуру. Установил рабочую лампу на фару, еще одну дал в запас. Долго возился со стабилизатором вооружения, достал из летучки ящик, напоминающий саквояж врача, что-то регулировал, чистил, проверял пробником ток.


- На совесть постарался, - доложил ремонтник. - Теперь можно стрелять в движении, как и предусмотрено конструкцией. Небось, не умеешь? - спросил он Обушка.

- Не умею...

Ремонтник все доходчиво объяснил и показал. Навел на точку в степи пушку, Рыбак немного поездил по степи, по складкам местности. Пушка, после небольших пауз, поворачивалась, оставаясь нацеленной на выбранное место.

- А сделай так, чтобы прицел удерживался на движущейся цели!

Ремонтник усмехнулся.

- Такой аппарат подороже всей "коробки" будет. Ладно, с вас - ящик пива. Холодного!

- Договорились. Вернемся в расположение, проставлюсь, - заверил командир ополченцев.


Наконец, все ремонтные работы были закончены.

- Аккумуляторы дохлые, - сплюнул старший ремонтник, оценивая отремонтированный БТР. - Разве что до базы доехать.

- Где бы разжиться аккумуляторами? - поинтересовался Рыбак.

- На заводе в Саратове, - усмехнулся ремонтник. - Наши резервы на нуле, интенданты все списали и продали, вещь нужная, и на трактор, и на комбайн, и на грузовик, и на автобус, и на тепловоз пойдет.

- Так сними с летучки да поставь пока на БТР, - посоветовал Колун.

- На летучке у нас один аккумулятор, а на "коробку" нужно два. Они оба никакие.

- Ясно, - подвел итог Колун. - Теперь давай доедем до блок-поста.

- А что, сами не доедете?

- Да как бы бдительные хлопцы по нам сгоряча не пальнули, - честно сказал Колун. - А летучку и БТР они знают.

- Пальнуть они могут... - задумчиво проговорил ремонтник. Он включил рацию.

Ополченцы придвинулись к служащим киевского режима.

- Тарасыч, это Диденко, - начал ремонтник. - Ремонт закончен. Думаю доехать до блок-поста, помочь ребятам.

- Ха-ха, помочь! - с шипением раздалось из рации. - Тоже хочешь поиметь трофейную тачку? Да мне не жалко, на всех хватит. Только глянь у хлопцев генератор, жалуются, что стучит.

- Гляну. Предупреди их, что свои едут. Чтоб мою летучку трофеем не вязли.

- Добро, предупрежу.

- Отбой.

Напряжение на лицах ополченцев спало.


Бойцы Колуна расположились на броне БМП и БТР, один сел в кузов летучки, с ремонтниками. Грузовик поехал первым, за ней - БТР, потом БМП, кран и трейлер.


Дежурные бойцы на блок-посту сидели в тени большого пляжного зонта на обочине. В кустах по соседству спала смена.


Колун подал сигнал бойцам. Ополченцы, сидевшие на броне БТР, скользнули в открытые люки внутрь и наставили карабины на экипаж.

- Молчать! Руки за голову! Армия Новороссии!

Экипаж повиновался.


Обушок навел пушку на охрану блок-поста, Колун крикнул:

- Руки вверх! Сложить оружие!


Ополченец в кузове летучки нацелил карабин на ремонтников. Еще один боец Новороссии взял на прицел кабину грузовика.


Сопротивления не последовало.


- Ну что, герои? - попытался сохранить апломб командир блок-поста, сержант ВСУ. - Если я через полчаса не выйду на связь, и не доложу, что все в порядке, сюда пришлют мобильную группу с танком и передавят вас как клопов!

- Но ведь ты доложишь, что все в порядке, - утвердительно сказал Колун, подойдя к сержанту и поправляя автомат на ремне.

Бандеровец промолчал.


Оборудование блок-поста было стандартным. АГС-17 с тремя коробами гранат. Пулемет НСВ на станке. Ручной пулемет Калашникова. Три РПГ-7 с двумя ящиками выстрелов. Два ящика ручных гранат, два бинокля, два пистолета, двенадцать автоматов. Цинки с пулеметными и автоматными патронами. Бронежилеты, каски, разгрузки, наколенники, налокотники, тактические перчатки, тактические очки. И барахлящий дизель-генератор.


Осмотрев это все, Колун задумчиво спросил командира бандеровцев:

- Мобильная группа, говоришь? С танком?

Сержант затравленно посмотрел на БМП, разложенные РПГ, БТР с наведенным на дорогу крупнокалиберным пулеметом.

- Ну, они необязательно приедут...

- А что нужно, чтобы точно приехали?

Сержант помялся.

- Чтобы я их вызвал. Чтобы шел бой. И чтобы они захотели приехать...


Колун связался по рации с Ломтем. Минут через сорок к блок-посту подъехал микроавтобус с бойцами, вооруженными РПГ. Привезли и расчет ПТРС, которым командовал Салат. Еще из микроавтобуса вытащили большие цинковые ведра и винтовки-трехлинейки.


- А вот и шумовые эффекты приехали, - обрадовался Колун. - Смотрите-ка...

По его жесту один ополченец поставил ведро на землю, сунул в него дуло винтовки и нажал курок. Раздался оглушительный грохот.

- Ну как вам артподготовочка?- усмехнулся Колун. - На такой бой наверняка подмогу вышлют. Занимайте позиции.

БМП и БТР замаскировали в кустах, невооруженную технику нагрузили связанными пленными и отогнали в степь подальше, поставили караульных. Из бандеровцев на блок-посту оставили только сержанта.

- А теперь связывайся с командованием, проси подкрепления.


- Товарищ майор, это сержант Пилипенко! - начал разговор пленный. - Я атакован! -

Для убедительности в ведра дважды выстрелили холостыми из винтовок. - Веду неравный бой! Прошу помощи!

- Ну и что, что атакован, - раздалось из рации.

Колун сделал жест, в ведра выстрелили еще дважды.

- Доложи потери, - приказал майор.

- Потерь нет! - выкрикнул сержант, Колун не успел его поправить.

- Держись, - донеслось из рации. - Привыкай находиться под обстрелом. Это война.

- Товарищ майор! Мы же погибнем!

На той стороне возникла минутная пауза.

- Какими силами, каким оружием атакован?

- Атакован большими силами. Отряд сто или пятьсот человек. Или пятьсот пятьдесят... Судя по звуку, артиллерия. Не знаю, минометы или ствольная. Ну пошлите подкрепление, пожалуйста!

- Жди... - рация отключилась.


Через две минуты захрипела снова.

- Ребята не хотят под артобстрел выезжать, - сообщил майор.

- Что же мне делать?

- Ты уточни обстановку, может, у тебя не артиллерийский обстрел, а ружейно-пулеметный?

- Да, точно! Обстановка изменилась, разрывов нет, обстрел только ружейно-пулеметный! - с готовностью доложил сержант.

- Жди... - снова буркнула рация и отключилась.


Майор отозвался через пять минут.

- Ребята не верят, что обстрел ружейно-пулеметный. Говорят, что артиллерийский, а я их обманываю.

- Ну сделайте что-нибудь! Погибаем!

Вновь пауза.

- Доложи координаты огневых позиций вражеской артиллерии. Мы нанесем контрбатарейный удар.

Сержант беспомощно посмотрел на Колуна.

- Да какие координаты? Пусть пришлют корректировщика! Я ему пальцем покажу, если сам не увидит!

- Ты же сержант. Возьми карту, компас - как учили. Определи положение противника...

- Меня учили ботинками торговать!

Колун взял сержанта за руку, привлекая внимание, и энергично закивал.

- Ладно, буду определять координаты... А пушкари нехай готовятся.


Колун связался с Ломтем.

- Тут у нас есть возможность навести бандеровскую артиллерию. Куда лучше ударить?

Ломоть через пару минут дал координаты, предположительно, полевого лагеря соседней бригады ВСУ.

Сержант пересказал их своему майору.

- Тю! - удивился тот. - Так это ж не твой квадрат!

- Если бы я сказал на свой, вы бы по мне бы и попали!

- Так то не со зла... - примирительно проговорил майор.

"Меткость" артиллерии ВСУ была общеизвестна.

- И потом, они же не из АГС стреляют. Бьют крупным калибром!

Очередные выстрелы в ведро явственно это доказали.

- Ну ладно... Держись, сейчас поддержим тебя огнем.


Огневой налет артиллерии потерь не нанес, но вызвал ответный удар артиллерии соседней бригады. Этот удар тоже ни по кому не попал. Лишь обе батареи обнаружили себя и потратили боеприпасы.


***


Колун, посмотрев, как легко и нелепо силы АТО несут потери на блок-постах, всерьез взялся за оборудование своих. К трофейным трейлеру и крану добавилась землеройная и строительная техника, мобилизованная на близлежащих предприятиях. На земляных работах использовался труд пленных, проштрафившихся ополченцев и приговоренных к исправительным работам гражданских лиц.


На каждом блок-посту строили бетонный ДОТ с бетонной же крышей и "лабиринтом" на входе - колонной, преграждавшей линию прямого выстрела в дверной проем. Амбразуры затягивали сеткой - от гранат. К доту примыкала щель, ведущая к фундаменту соседнего дома. В фундаментах делали проломы, при возможности - щели проводили под фундаменты, таким образом ДОТ сообщался с подвалом, куда можно было отступить. Из подвалов - по другим щелям, в крайнем случае - по канализационным коммуникациям - можно было двинуться еще дальше. Также щели вели к огневым позициям, защищенным железобетонными колпаками. При необходимости такой колпак поднимался краном и перевозился на грузовике. Бункеры, щели и колпаки накрывались маскировочными сетями. В ДОТах и на огневых позициях Колун расставил пулеметы Дегтярева, РПК, противотанковые ружья. Станки автоматических гранатометов прибили к земле железнодорожными костылями. На танкоопасных направлениях в специальных нишах в бункерах, ДОТах и щелях были разложены заряженные РПГ-7. На гранаты, чтобы не портились, были надеты пластиковые пакеты.


У каждого блок-поста было вырыто два окопа для бронетехники, соединенных траншеей с остальными огневыми позициями.


Где рядом с ДОТами не было домов, выкапывали котлованы, делали дренаж и строили бункеры, защищенные землей от прямых выстрелов. Потолок бункера был тоже железобетонный, способный защитить от прямого попадания ротного миномета.


На дорогах, перекрываемых блок-постами, делали из фундаментных блоков лабиринты, предотвращающие прорыв вражеских машин на скорости. Зону досмотра также отгораживали блоками и натянутыми стальными тросами, по возможности - колючей проволокой.


Зоны ответственности блок-постов были разделены на сектора, закрепленные за конкретными огневыми позициями. В секторах были выделены ориентиры, до которых измерили расстояние. Стараясь экономить боеприпасы, провели пристрелку. Командиры блок-постов постоянно проводили учения, следя, чтобы по тревоге бойцы быстро заняли свою огневую позицию и изготовились к бою. Для взаимозаменяемости каждый был обучен владению ручными пулеметами и АГС. РПГ изучали только в теории, выстрелы берегли.


Каждый блок-пост был опорным пунктом для сети наблюдательных постов. Некоторые наблюдательные пункты вели не только визуальное наблюдение, но и сканировали радиоэфир. Сообщения наблюдателей поступали через портативные рации и передавались в штаб отряда - по Скайпу, либо по городскому телефону, либо по мобильной связи, либо по радио. Связь шифровалась.


Голоса


Даже для неисправной бронетехники находилось важное применение.


Обушок привел БМП на блок-пост на окраинах Ивановки, доложился командиру поста, получил данные по ориентирам и расстояниям до них, въехал в окоп, взял под прицел свой сектор ответственности. С машины сняли топливный насос, погрузили на подъехавший вместе "коробкой" пикап с автобазы, увезли ремонтировать.


Обушок поздоровался с бойцами. Ополченцы с большим интересом рассматривали БМП-2 - самую мощную силу отряда. Командир поста и Обушок перевели этот интерес в практическое русло.


Наводчик разъяснил, куда надо целиться, чтобы поразить бронетехнику - прицелы, люки командира и мехвода, которые часто высовываются наружу, триплексы наблюдения экипажа и десанта. Бутылки с зажигательной смесью следовало бросать за башню - на крышу десантного отделения у БМП и БТР или моторного отсека у танков. ПГШ (партизанские гранаты Шавгулидзе образца 1943 г., изготовленные из промышленной взрывчатки - аммонитовой шашки, вставленной в отрезок трубы, засыпанной рубленой проволокой и гвоздями, капсюля-детонатора, куска бикфордова шнура) следовало метать под гусеницы. Из РПГ можно было стрелять куда угодно, лишь бы не в противокумулятивную решетку и не в навесы динамической защиты. Но лучше, конечно, в корму, борт или стык башни с корпусом.


Потом бойцов стали обучать навыкам мотострелков - усаживать на места для десанта, вставлять оружие в амбразуры. Сначала каждый трижды влез-вылез в десантное отделение через кормовые и потолочные люки, а также на десантное место рядом с мехводом. Потом стали проделывать это на время. Потом с усложнением - в десантное отделение "укладывали раненого". Бойцы учились охотно, понимая, что БМП в случае чего вывезет их из-под огня.


Дальше Обушок принялся учить десант пользоваться танковым переговорным устройством.

- Посадка закончена, - произносили бойцы стандартную фразу-сигнал, придерживая облезлый шлемофон на голове и включая ТПУ.

Или:

- Десант готов к спешиванию.


Один боец, совсем еще подросток с громким позывным "Гранит" после обычной фразы добавил:

- Пользуясь случаем, передаю привет папе и маме! А также моей девушке Марине!

Он немного задумался.

- И еще Люде, она тоже очень хорошая девушка!

Гранит снова задумался.

- Какая мама, какая хорошая Люда? - рассмеялся Обушок. - Это ТПУ, тебя слышат только в "коробке".

- Так переключите ТПУ на радиостанцию, - посоветовал Гранит.


Тут настала очередь задуматься Обушку. Радиостанция на БМП была, но он ею никогда не пользовался. На операциях обычно командир был рядом в башне. Редко - поддерживал связь по портативной рации.


Затруднения наводчика были решены одним из бойцов. До войны он был телемастером. Антенна была подключена и настройка частоты сделана еще предыдущим, хунтовским экипажем - на канал, обычно используемый экипажами бронетехники и САУ. Нужно было сделать совсем немного.


Рация включилась, импровизированный радист перевел переключатель рода работы ТПУ для работы на радиостанции.


Гранит снова нахлобучил шлемофон и произнес:

- Папа и мама, вы меня, конечно, не слышите, но все равно вам привет! И от моих товарищей тоже! Мариночка, моя хорошая, и тебе привет! Люда, ты на меня не обижайся, и тебе привет!


Паренек замолчал, не зная, что еще сказать.


- Ты откуда, парень? - вдруг донеслось из радиостанции.

Гранит подумал, что его спросил Обушок, находящийся в башне.

- Да ты же знаешь. С улицы Калинина.

- С какого города? - продолжал голос.

- Так с Ивановки же, - отвечал Гранит, начиная понимать, что он разговаривает вовсе не с Обушком. И не с кем-то знакомым вообще.

- Привет, Ивановка! Мы - Славянск!

- Привет, Ивановка, мы - Краматорск!

- Привет, Новороссия! Мы с Дона!


Радиус действия радиостанции был 20 километров, и слова Гранита разнеслись по всей округе.


- Мы вместе, братья! Мы с Кубани!

- Привет, Новороссия! Мы с Забайкалья!

- Мы с вами, друзья! Мы с Амурской области!

- Северный Урал приветствует братьев! За победу!

- Нижний Новгород с вами!

- Привет из Питера, мужики!

- Мы из Калининградской области, привет!


Бойцы, затаив дыхание, слушали голоса соратников. Добровольцы прибыли в Новороссию со всех концов огромного Русского мира. Маленький пост с крошечным гарнизоном плохо вооруженных и плохо обученных солдат, кривовато установленный железобетонный колпак с надписью аэрозолем "Костя + Вика = Любовь", замаскированный городским мусором, оказались передовой крепостью могучего народа.


- Да здравствует Новороссия! - продолжало звучать в эфире. - Мы из Тулы!

- Мы из Екатеринбурга. Мы вместе, ребята!

- Мы из Сербии. Будьте здоровы, братья!

- Мы из Тверской области. Привет!

- Мы из Астрахани! Жмем руки, братья!

- Мы из Гомельской области! Да здравствует Новороссия!

- Мы из Харькова! Мы боремся вместе!

- А мы с днепропетровщины! Новороссии - ура!

- Мы с Хабаровского края! Всем привет, братья!

- Мы с Одессы. Победим здесь и пойдем на запад!

- Мы с Запорожья! За победу, казаки!

- Мы с Казахстана! Мы вместе!

- Мы из Финляндии! Вместе победим!

- Мы из Осетии! Здравствуйте, друзья!

- Мы из Армении! Привет, Новороссия!


А потом произошло то, что ополченцы почему-то не ожидали.

- Мы тоже из Одессы, - произнес мрачный голос. - Мы здесь по мобилизации. Мы не сами. Мы не хотим войны.

- Мы тоже из Харькова, - присоединился к нему другой. - Когда вы нас освободите?

- И нас освободите, Николаев...

- Мы хотим домой, Полтава...

- Долой войну, Херсон...

- К нам тоже придите, в Закарпатье...

- И Киев тоже освободите! Пожалуйста...


В эфире завыло, загудело, зашипело.

- Прыпыныть розмовы з ворогом! Негайно! Це прыказ! - голос бандеровского командира то усиливался до дребезжания, то ослабевал до писка. - Усим заборонено увыходыты в эфир! - Бандеровец снова стих до писка и перестал быть слышен. В эфире наступила пауза.


Сейчас радиообмен шел между станциями, установленными на бронетехнике и САУ, нагвардия и фанатики Майдана такой техники не имели, поэтому в эфире отсутствовали. Но какой-то армейский киевского режима все-таки вторгся в радиообмен.


- Пропали бабушка и маленькая девочка, - внятно и размеренно вдруг произнес печальный женский голос. - Девочка одета в розовое платьице, на голове два бантика - красный и белый. Девочку зовут Галочка. Бабушку - Ольга Сергеевна. Пропали три дня назад. Поехали в город лечить зубик Галочке. Очень у нее зубик болел... - голос дрогнул, пресекся. - Очень добрая, послушная, спокойная девочка. Четыре годика. Если кто видел, кто что-то знает, отзовитесь. Звоните по телефону...

- ... негайно! - вновь зажужжало в эфире. - Заборонено! Розмовы з ворогом е нэзаконни!


Из радиостанции послышалось размеренное шипение - видимо, ВСУ включило глушилку.


Пепел Одессы


После событий 2 мая в Одессе Колун собрал в Ивановке митинг.


- Нам говорят - зачем вы захватили власть? - сказал командир ополчения на митинге. - Ведь вы не имеете государственного аппарата. У вас нет финансовой системы, налогов, бюджета. Вы не можете платить пенсии старикам, зарплаты врачам и учителям, денежное довольствие военным.

Да, у нас нет государственного аппарата. Пока.

Да, у нас нет налогов и бюджета. Пока.

Да, мы не можем платить пенсии, зарплаты и денежное довольствие. Пока.

Да, мы не можем предотвратить жертвы среди мирного населения от боевых действий.

Но мы можем защитить вас от сожжения заживо, как это было в Одессе.

И, значит, мы взяли власть не зря.


Герои по сходной цене


Колун хозяйственными делами не занимался принципиально. Конечно, когда какой-то вопрос нельзя было решить без него, он подключался. Но обычно хозяйством занимался заместитель командира отряда по тыловому обеспечению - зампотыл. Позывной у него был соответствующий - "Калита".


Какое-то время бойцы обращались к Колуну по вопросам снабжения, но каждый раз твердо переадресовывались к Калите. Командир отряда должен был заниматься военными вопросами. Иногда - политическими и дипломатическими. Если он погрязал в хозяйстве, отряд как военная единица деградировал.


Калита вел дела удачно. На "наганы" с патронами выменял у хозяина пейнтбольного магазина в соседнем нейтральном городе десятки пар тактических перчаток, наколенников, налокотников, а также подствольные фонарики с выносной кнопкой-включателем. Экипажи бронетехники он обеспечил рюкзаками с емкостями для воды, которую можно было пить через трубку, не отвлекаясь от боя.


В ивановском ателье мод Калита разместил заказ на разгрузочные жилеты. Сделки шли, в основном, по бартеру - ателье получало в уплату трофейные палатки и камуфляж.


Оружие в отряд поступало из трех основных источников. Первый - так сказать, базовое снабжение от Министерства обороны республики. Это были карабины СКС, винтовки Мосина, "наганы". Теоретически было возможно получить что-то сверх того, для проведения особых операций или в награду за особые достижения. Но пока таких случаев в Ивановке не было. Второй источник - боевые трофеи и реквизиция в охотничьих и пейнтбольных магазинах. Реквизицией старались не злоупотреблять, тем более что всегда находилась возможность дать что-то взамен. Третий источник - оружейная барахолка в Донецке, где можно было выменять или купить широкий ассортимент стрелкового оружия, а также кое-что из артиллерии и бронетехники.


На этой барахолке, например, Калита выменял пять трофейных АКС74, которым ополченцы предпочитали оружие калибра 7,62, на три пулемета Дегтярева.


В перспективе намечался четвертый источник - собственная военная промышленность Ивановки в лице оружейника Карася и его помощников, которая пока выпускала сошки для СКС и гранаты ПГШ.


***


Однажды Калита пришел к Рыбаку с новостью.

- На изюмском направлении на проселке киевский БМП сгорел. Такой же, как у тебя. Ты бы сгонял, посмотрел, что там пригодного есть. Ребята на "тачанке" (джип с пулеметом) подкинут.


"Тачанка" остановилась в саду на окраинах близлежащего к горелому БМП-2 села. Населенный пункт был нейтральным. Участковый давно был "перевооружен" и расхаживал с "наганом" и винтовкой Мосина.


Переговорили с наблюдателем, который безотрывно следил за дорогой и который-то и сообщил о горелой бронемашине.

- Похоже, аккумуляторы сдохли у нее. С ними еще БТР был и два грузовика с каким-то имуществом. Солдаты только на броне были. Стали заводить от внешнего источника. Ну и что-то не получилось. Мат, крики, потом дым, потом все разбежались. А потом уже пламя стало видно. Что-то взрывалось внутри.

Уехали часа три назад, с тех пор никого. Гореть престало, да и дыма тоже нет.


Рыбак пришел к выводу, что вышла из строя система электрооборудования, от искрения зажглись потеки горючего и масла на дне моторно-трансмиссионного отделения, от повышенной температуры стали взрываться боеприпасы.


Осмотр сгоревшей бронемашины подтвердил его предположения. Двигатель просто обгорел снаружи, топливные баки не взорвались, трансмиссия осталась цела. Вышла из строя электросистема, была обожжена оптика прицелов, взорвалось несколько осколочно-фугасных снарядов и пулеметных патронов. Деформировался затвор орудия, детали пулемета. Установки ПТУР, похоже, на машине не было уже давно.


Внутри машины дышать от гари было невозможно, противогазов бойцы не имели.


Рыбак вернулся в Ивановку - скоро как раз была его смена ездить на БМП вместе с Обушком. Он объяснил ситуацию Калите и наводчику. Нужно было грузить горелую машину на трейлер и вывозить. Калита договорился с Колуном, в БМП посадили еще пятерых бойцов, всему экипажу дали противогазы и налобные шахтерские фонари - чтобы работать внутри брошенной машины. Для трофейных боеприпасов взяли с собой плетеные из проволоки короба, заполненные керамзитными шариками. Возгорание было исключено.


Еще одного бойца посадили в кабину трейлера. Старшим всей группы назначили Обушка, что было для наводчика первым большим назначением. Правда, лишь на несколько часов.


Когда ополченцы приближались к месту назначения и запросили обстановку у наблюдателя, тот сообщил, что у БМП уже находятся солдаты киевского режима. Четверо на грузовичке "УАЗ".


Обушку пришлось импровизировать.

- Здорово, хлопцы! - крикнул он солдатам, подъехав поближе и высовываясь из люка. - Как дела? А то начальство беспокоится.

- Да нормально дела, - пожал плечами старший из солдат, с погонами ефрейтора. - Сейчас пулемет достанем, и все.


Согласно унаследованной с советских времен традиции, особую ответственность военнослужащие несли за утрату индивидуального оружия. Поэтому солдаты были готовы бросить на дороге бронемашину с пушкой, главное - забрать закрепленный за кем-то индивидуально пулемет.


Из люка горелой башни высунулась голова в противогазе.

- Работай, все в порядке, - кивнул ей ефрейтор, и голова опустилась обратно.


- Ваш старлей просил передать, что нужно еще и снаряды с патронами достать, - начал сочинять Обушок.

- Не знаю, о ком ты... - буркнул ефрейтор. - То, может, не старлей, а кэп наш?

- Наверное, - пожал плечами Обушок.

- Да пошел он вон! - возмутился ефрейтор. - Пусть на такой жарище и в такой вонище сам возится!

- А он вам просил водички передать... - вкрадчиво произнес Обушок. - И перекусить...


Он дал команду в ТПУ, десант вышел наружу, доставая бутыль с водой и свертки с едой.


- А когда сделаете все, выпьем по-маленькой, - заманчиво пообещал Обушок.


Ефрейтор дулся, дулся, но смирился. Солдаты перекусили, перекурили, вздремнули 600 секунд в тенечке. Потом принялись за дело.


Вытащив пулемет, они продолжили работу. Извлеченные снаряды они укладывали на траву. Обушок осматривал каждый и укладывал в короб.


- А что это у тебя? - поинтересовался ефрейтор, указывая на короб. - Уж не тебе ли поручили снаряды доставать, и ящик дали?

- Не, не мне, - безмятежно отвечал Обушок. - А ящик я вожу всегда с собой, на складе то и дело снаряды россыпью выдают. Тара, типа, ломается.

- Ага, ломается. Воруют, списывают и сепарам продают, - зло сказал ефрейтор и сплюнул.


Когда все взрывоопасное было нейтрализовано, Обушок по рации вызвал трейлер.

- Машину тоже приказано забрать, - пояснил он ефрейтору.

- Не, тогда это не наш кэп, - уверенно сказал солдат. - Уж не знаю, какой такой старлей нашелся - всякий хлам по дороге собирать. Может, из штаба какой приехал...


БМП зацепили лебедкой, втянули на трейлер, закрепили. Обушок сел в кабину "уазика", два бойца разместились в кузове. Трейлер поехал первым, потом грузовичок, БМП замыкала колонну.


- Прикольная штука, - указал ефрейтор на "наган" Обушка. - Первый раз вижу такой. Где взял?

- Наградной, типа, - похвастался наводчик.

Ефрейтор осмотрелся по сторонам.

- А куда мы едем?

- К нам в расположение.

- К нам ехать по другой дороге.

- Так поедем сначала в наше расположение... - предложил Обушок. - Я же обещал "по маленькой".

- А ты не врешь? - подозрительно заинтересовался ефрейтор. - Мы за тебя всю работу сделали, а ты все в свои ящики сложил и себе везешь? Так нечестно! - он схватил Обушка за грудки. - Поехали сначала к нам, сдадим пулемет и все остальное. А тогда и "по маленькой" можно!

- Ладно, - вздохнул Обушок. - Открою тебе тайну. Мы - бойцы Новороссии. Сдавайся в плен, - ополченец достал "наган" и наставил его на солдата.

- Вот падла, а?! - возмутился ефрейтор. - Что только не удумает, лишь бы не работать! Да отсюда до позиций русских - два блок-поста. Что ты выдумываешь?


Обушок удивился такой недоверчивости, но все же отвернул лацкан гимнастерки и показал георгиевскую ленточку.

- Теперь-то ты сдашься?

Ефрейтор что-то мрачно буркнул, отвернулся и замолк. Его солдаты безмятежно доехали до самой Ивановки, где и были зачислены в дружные ряды военнопленных.


***


С горелой БМП сняли двигатель, коробку передач, наружное электрооборудование и оптику. Аккумуляторы были забракованы. Двигатель и коробку передач предстояло перебрать, кое-что заменить. Пулемет тоже требовал ремонта, а вот пушка могла быть восстановлена только в заводских условиях.


Калита решил извлечь пользу даже из обгорелой бронированной коробки. По Скайпу он связался с одним из офицеров киевского режима.


- Хочешь благодарность в приказе и внеочередной отпуск? - спросил зампотыл.

- А что для этого надо?

- Для этого тебе надо уничтожить БМП и десяток-полтора живой силы. Если договоримся, завтра с утра в условленном месте будет стоять БМП, уже уничтоженная. Все труды беру на себя. Сфотографируешься с ней, напишешь донесение. Поощрение гарантировано.

- Что хочешь от меня?

- Два ящика гранат и бочку солярки на расходы.

- Гранат не дам, ваши же против моих их и применят. Дам 120 мм мины - 2 ящика, 4 штуки. Ведь артиллерии у тебя нет.

- По рукам!


На рассвете горелая БМП стояла уже в условленном месте. К ней подъехала целая колонна машин и бронетехники, офицеры по очереди сфотографировались у "коробки". Сочинили донесение - потери ополчения в живой силе составили полный экипаж (3 постоянных члена экипажа и 7 десантников), а также 2 человека сверх того (ведь, типа, были еще бойцы - те, которые вывезли трупы экипажа). Получилось 12 убитых. По пропорции 1:3 посчитали раненых. Еще 36 человек. Итого потерь ополчению нанесено 48 человек. Одного скинули на всякий случай. Отрапортовали о 47. Всем понравилось.


Но на следующее утро горелой БМП уже не было на месте.


- Ты куда ее дел? - спрашивал армейский.

- Вернул обратно. В других частях тоже в отпуск хотят.

- А как мне объяснить, куда делась "коробка"?

- Напиши в донесении, что была тобой заминирована и взорвалась при попытке сепаратистов вывезти неисправную машину.

- Это идея!


Сочинили донесение - записали убитыми 4 человека, по коэффициенту - еще 12 раненых. Получилось 16, показалось мало - приписали еще одного. Теперь в самый раз! Доказательство потерь противника - отсутствие уничтоженной бронемашины. Доказательство твердое.


***


Потом Калита выменял фотосессии с БМП-2 на: 2 снаряда для гаубицы Д-30, четыре ящика ручных гранат, 8 литров машинного масла, 12 блоков сигарет, 30 пар берцев, комплект запчастей для двигателя и трансмиссии горелой БМП. Артиллерийские боеприпасы зампотыл отвез в Донецк и отдал в обмен на более нужные для пехоты вещи - тактические очки, военные ботинки и выстрелы к РПГ-7.


Вершиной фотобизнеса стала заявка одного из хунтят на подбитый танк ополчения.

- Я хочу баллотироваться на выборах в Раду, - заявил один майор. - Понимаю, заявка сложная. Но вознагражу соответственно. Отдам тебе исправную "Рапиру".


100мм пушка МТ-12 была бы роскошным приобретением. Основной ее профиль - борьба с танками, но могла стрелять и осколочно-фугасными по пехоте. Большим достоинством пушки была ее повышенная точность, дистанция прямого выстрела составляла 800 м.


- Будем искать танк, - пообещал Калита. - У тебя, случайно, нет на примете подходящих?


К сожалению, самопроизвольно сгоревших и брошенных на дороге танков не было. Танков вообще еще было мало на фронте.


Начальник разведки отряда осторожно навел справки и выяснил, откуда у майора "Рапира". Оказывается, пушку в подконтрольной майору мастерской оставила на ремонт шасси одна артиллерийская часть. При этом с пушки был снят прицел с панорамой, так что "Рапира" могла теперь работать только прямой наводкой. Снарядов артиллеристы не оставили.


***


Танк нашли. Он несколько десятилетий стоял на постаменте у соседнего нейтрального райцентра. Старый добрый Т-34.


Его аккуратно сняли краном, сошлифовали краску и обработали металл кислотой. Броня покрылась коричневыми пятнами - типа, от ожога. Танк привезли в условленное место. Башню повернули набок, ствол орудия опустили, выбили из трака палец и сняли гусеницу, бросив ее "в художественном беспорядке".


Майор осмотрел приобретение скептически.

- Что-то уж совсем несолидный танк.

- А у тебя пушка без панорамы и боеприпасов. Не торгуйся, бери, что дают.

- Ну ладно... Только пропишите в газетах, что сняли с постамента и применяете Т-34. А то не поверят, что я его в бою подбил.

- Пропишем.

- И пушку сами заберете. Там у нее охрана, солдатик артиллерийский...

- Заберем.


***


После фотосессии майор сообщил местонахождение пушки и уехал. Ополченцы увезли танк обратно, покрасили его и поставили на постамент.


"Рапира" стояла в автомастерской, удаленной от расположения войск, и лишь неотлучно находившийся при ней солдат-артиллерист охранял военное имущество. За пушкой поехал сам Колун на своем "командирском" БТР (этот БТР был самый неповрежденный из имевшихся в отряде, в свое время дважды простреленный Обушком из орудия).


Командир рывком распахнул дверь в мастерскую, прошагал к пушке, надвинулся на часового.

- Доложить обстановку!

- В мое дежурство никаких происшествий нет! Вверенное мне имущество в сохранности!

- А где панорама?

Солдат сник.

- Так ее сняли, когда пушку сюда на ремонт отдавали. Оптика - штука нежная.

- А может, и не было этой панорамы?

Солдат опустил голову.

- Ладно, я забираю пушку! - заявил Колун.

- Разрешите обратиться! - выкрикнул солдат. - Представьтесь, пожалуйста! В каком вы звании и должности?

Колун немного помешкал.

- Десятник самообороны Майдана. Позывной "Волк".

- А в какой сотне вы десятник?

Колун замешкался еще больше. Импровизация становилась все более трудной.

- В Небесной сотне, - сказал он твердо и пристально посмотрел солдату в глаза. Ополченец не очень хорошо разбирался в формированиях Майдана, но о существовании Небесной сотни знал наверняка.

- Так вас же всех убили... - непослушными губами пролепетал солдат.

Колун прикрыл глаза. Придуманная на ходу легенда рассыпалась.

- Всех... - произнес он и заторопился к выходу.

Артиллерист попятился.


Ополченцам, забравшим пушку, он не противился, так и остался сидеть в углу мастерской с недоуменным видом.


***


Майор, "подбивший" танк ополчения, действительно пошел в гору. Ломоть доложил Колуну, что в расположение части "героя" прибыла машина с журналистами.


Журналистов потом встретили на обратном пути - типа, на "мобильном посту" ВСУ. Остановили их автомобиль, забрали всю аппаратуру, заканчивая телефонами - якобы на проверку военной цензуры. Скопировали на ноутбук Ломтя все содержимое, вернули, извинившись - "недопущенной к публикации информации не обнаружено". Полученные данные отправили командованию, за что удостоились устной благодарности в приказе и полусотни пар берцев.


Впоследствии "героический" майор ездил в США, где встречался с сенаторами. Его фотографии у "подбитого" танка, с автографом, пользовались популярностью.


Сломанная "Рапира"


Колун решил, что даже без снарядов пушка должна воевать. Отсутствие артиллерии у ополчения было общеизвестным, поэтому "Рапира" была прекрасной маскировкой. Грузовик с пушкой на прицепе через нейтральную зону проселками выходил на оперативный простор в тылу врага.

***

Наблюдатель сообщил - по шоссе движется колонна с артиллерией хунты. Выждав 10 минут, на шоссе с проселочной дороги, в непросматриваемом с бандеровского блокпоста месте, выехал "КрАЗ" с солдатами в кузове и "Рапирой" на буксире.

У блок-поста ополченцы остановились.

- Здоровэнькы булы! - поздоровались они с бандеровцами.

- Привет...

- Наши давно проехали?

- Да минут десять как. Что ж это вы отстали?

- Сломались немного. Ничего, нагоним. Водичкой не богаты?

- Найдется...

Ополченцы спешились, выстроились в очередь за водой. Командир "артиллеристов" стал осматривать пушку.

Когда все напились и передохнули, он начал:

- Ай-яй-яй! - произнес "артиллерист", пристально глядя на пушку.

На него никто не обратил внимания.

- ... ... ...!!! - громко выругался "артиллерист".

Теперь к нему обернулись.

- Чего там? - поинтересовался командир блок-поста.

- Да ствол у пушки погнулся. Жара... - "артиллерист" снова выругался.

- Во ..., - удивился бандеровец. - Он же такой толстый с виду, крепкий. Неужто погнулся?

- У тебя мабила есть? С фотиком? Вот посмотри, что увидишь в кадре?

Бандеровец достал мобильный телефон, включил режим фотографирования, посмотрел на картинку.

- Ё, как же пушку перекосило! - поразился он.

- Фотик, конечно, преувеличивает, но ствол погнулся, - подтвердил "артиллерист".

- И что, теперь, типа, снаряды криво падать будут? - поинтересовался командир блок-поста.

У пушки собрались остальные бандеровцы, осматривая и ощупывая ствол.

- Из гнутой пушки вообще стрелять нельзя, - печально ответил "артиллерист".

- Во беда...

- Надо выпрямлять! - озабоченно сообщил "артиллерист".

- Как это? - поразился бандеровец.

- Она не сильно погнулась, нужно приложить усилие в обратную сторону сгиба. Дай своих бойцов, вместе с моими попробуем выпрямить...

Командир блок-поста дал команду, его бойцы по указанию артиллериста отцепили пушку, половина группы ухватилась за начало ствола, вторая подставила плечи под конец.

- Хватайте покрепче! - велел "артиллерист". - Смотрите, чтобы не соскользнуло! А то еще кривее станет!

Когда руки всех бандеровцев были заняты пушкой, ополченец негромко, но четко скомандовал:

- Сдавайтесь! Армия Новороссии!

Его бойцы, до того момента возившиеся с замком пушки, навели автоматы на солдат.

Команда блок-поста была ошеломлена и не сопротивлялась. Лишь командир бандеровцев спросил напоследок:

- Так пушка в самом деле гнутая или как?

- Ты же ее выпрямил.

***

Весь гарнизон блок-поста, оружие, снаряжение и продовольствие были отправлены в расположение ополчения Ивановки. Отпускать никого было нельзя - следовало сохранить военную хитрость в тайне.

На следующий день операцию повторили на другом блок-посту, в зоне ответственности другой бригады ВСУ. Но на этот раз пришлось пообещать командиру гарнизона ящик пива.

А потом уже выехавшую группу ополченцев экстренно остановили.

- Контрразведка ВСУ о вас знает, дала ориентировку на все блок-посты. Не исключено применение вертолетов. Так что прячьтесь до ночи куда-нибудь, а потом возвращайтесь.

***

"Артиллеристы" до ночи простояли в овраге, прикрываясь маскировочной сеткой. Наблюдатель ополчения поблизости регулярно докладывал обстановку. Ночью бойцы степью и проселками вернулись в Ивановку.

- Что, кто-то из пленных сбежал? - поинтересовался командир "артиллеристов".

- Не сбежал. Колун отпустил. Дал солдату позвонить домой, за тем мать приехала, в слезы... Колун пацана и отпустил. Того - в контрразведку, вся наша военная хитрость теперь бандере известна.

***

Осмотрев "Рапиру", Карась сплюнул.

- Ночью, по степи?

- Да.

- Сильно трясло?

- Да мы не неженки.

- Вы-то не неженки, а о пушке подумали?

- А что ей сделается?

- Да торсионы у нее накрылись. Подшипник правый точно. Ее взяли у бандеры после ремонта, а что ремонтировали, и хорошо ли - известно?

- Не. Это Колун ее брал. Без разговоров.

***

"Рапиру" отвезли в Донецк на ремонт, но там пушку забрало в свое распоряжение командование. Ополчению Ивановки выдали взамен СПГ-9 "Копье", гораздо менее мощную вещь, зато легкую, исправную и с полным боекомплектом - 36 гранат (20 кумулятивных и 16 осколочно-фугасных).


Невольничий рынок


Калита вел переговоры по Скайпу с одним из "партнеров" с противоположной стороны.

- ... Кириченко Роман Степанович, 1992 года рождения, здоров, рядовой ВСУ, мобилизованный, из села Полтавской области, в семье, кроме него, еще двое детей. Имеют огород, откармливают кабанчика...

- Кабанчик - это хорошо. Уже что-то, - удовлетворенно произнес интендант ВСУ. - Даю за этого солдата три штуки маскировочной сетки три на шесть.

- Так она у тебя старая, подгнившая, рваная.

- Ну четыре.

- По рукам. Следующий - Коваленко Дмитрий Тимофеевич, 1991 года рождения, здоров, рядовой ВСУ, мобилизованный, из районного центра Житомирской области. Отец сидит, мать уборщица. Сестра школьница.

- Беру по минималке, - твердо сказал интендант.

"Минималка" означала три ящика ручных кумулятивных гранат РКГ-3, принятых на вооружение еще в 1950 и никому не нужных из-за появления РПГ, или РПГ-2 с ящиком гранат (снятые с вооружения в связи с появлением РПГ-7), или ручные дымовые гранаты и т.д. Интендант ВСУ придерживался "американского" правила - не поставлять летальные вооружения. Если что теоретически и представляло опасность, то по сроку годности давно уже мало на что годилось. Но за излишек пленных, которых не на кого было менять, и это получить было неплохо.

Пленных допрашивала разведка (состав и дислокация части, вооружение, снабжение, командование, родственники за границей, активные бандеровцы на родине, активные антибандеровцы), потом Калита составлял "резюме" о материальном положении захваченных бойцов хунты. Интендант ВСУ имел отлаженный механизм превращения пленных в свободных, а имущества и доходов их семей - в свои доходы.

- Твоя минималка вся нестреляющая!

- Все честно. Даю нестреляющее оружие за невоюющих солдат.

Калита хмыкнул.

- Ладно... Хомченко Богдан Романович, 1993 года рождения, здоров, рядовой ВСУ, мобилизованный, из Кировограда. Отец продавец в магазине, мать - учительница. Сестра - проститутка в Италии...

- Хорошему же мать дочку научила! - хмыкнул интендант. - Даю пятнадцать ящиков РКГ третьих.

- Да твои РКГ - мусор на парашютиках! - возмутился Калита. (Гранаты для попадания в цель нужным концом снабжались маленьким куполом).

- РПГ-2 возьми.

- За валютную проститутку - РПГ-2? - возмутился Калита. - Это же недостойно эвропэйського выбора!

- А чего ты хочешь?

- Автомобили!

После непростых переговоров интендант выделил за солдата с сестрой-проституткой два "уазика" - один без колес, другой без карбюратора. Судя по тому, что из них не собрали один рабочий, были еще какие-то проблемы, о которых визави Калиты не знал. "Уазики" были ценным приобретением, на них ставили пулеметы и превращали в "тачанки".

- Карманчук Федор Викторович, 1987 года рождения, здоров, сержант МВД, боец батальона "Криворожье"... В плен попал за криворучье, - пошутил Калита.

Милицейский - это было серьезно. Милиция - это власть, фабрикация уголовных дел, вышибание долгов, крышевание и взятки. За милицейского сержанта был положен приличный куш.

- Точно МВД? - переспросил интендант.

- Ты же знаешь, у меня гарантия. Они все ко мне после разведки попадают. Могу назвать поименно весь его довоенный отдел и номер милицейской машины.

За сержанта Калита получил тридцать ящиков 82-мм минометных мин 1947 года выпуска. Мины интендантом были причислены к нелетальному оружию, т.к. больше половины давали осечки или не взрывались.

Дальнейший торг пополнил запасы отряда армейскими биноклями, трубами разведчика, сошками для винтовок Мосина (роскошные трехножные сошки с шарниром), дымовыми гранатами к "Туче", маскировочными сетями, бухтами МЗП-1М ("путанки"), рюкзаками десантника, надувными плащ-палатками "Дождь", полевой кухней ПК-39 с чугунным котлом, старинными станковыми гранатометами СПГ-82 и множеством старых гранат, мин и РПГ.

Сошки для винтовок Мосина ставились на самые качественные экземпляры, лично отобранные и отстрелянные Карасем. Они выдавались лучшим стрелкам и обеспечивались вручную отобранными патронами. Так что даже без оптики можно было вести снайперскую стрельбу на близких расстояниях.

СПГ-82 был хорош тем, что использовал боеприпасы, которые больше ни к чему не подходили, давно пережили срок хранения и теперь раздавались бонусом к прочим приобретениям. Несмотря на устарелость, гранатомет уверенно и метко пробивал кумулятивными гранатами железобетонные стенки блок-постов с дистанции до 200 м.

Нестреляющее оружие все равно оставалось оружием, и могло быть использовано с выгодой. РПГ-2 раздавали на блок-посты, гранатометы выглядели в глазах "мирняка" угрожающе и повышали авторитет бойцов. Также, по неизвестным для Калиты причинам, старое оружие пользовалось спросом в разведке.

А Ломоть делал в подконтрольных хунте городах закладки - 5 "наганов", 2 винтовки Мосина, 2 РПГ-2 с двумя гранатами к каждому, а потом "обменивал" эти тайники в СБУ. Ополчение теряло устаревшее оружие, а получало взамен действующую агентуру противника низшего уровня - наблюдателей и корректировщиков. Людишки это были дешевые и поганые, но вред могли нанести серьезный.

- Ты, часом, солдатиков на органы не продаешь? - поинтересовался Калита. - А то про твоих товарищей по бизнесу много нехорошего рассказывают...

- Да ты что! Передаю хлопцев на руки родителям или их представителям. Сами солдатики ведут опознание и переговоры. Иногда, правда, представители выглядят очень подозрительно... Но раз хлопцы с ними уходят, то не мне встревать. Не, я темными делами не занимаюсь. У меня - репутация! Не станет репутации - не будет бизнеса.

- Это верно. Ну, на сегодня у меня все. Остальных придержим для обмена на наших.

- Погоди...

- Да?

- Тут один помощник военного прокурора на меня дело "шьет". Типа, я незаконно торгую оружием...

- Гнусная клевета! - возмутился Калита. - Это переворот киевский незаконный, и власть хунты незаконная, а ты даешь людям возможность получить свободу.

- Вот-вот, - обрадовался поддержке интендант. - Я даю людям свободу, а все остальное - неизбежные издержки... Так вот, надо бы этого помощника прокурора того... списать вчистую.

- Ну... это дело непростое... на блок-посту же он не сидит. Это в тыл надо группу засылать. Фронт прорывать.

- Понимаю, понимаю... Дам наводку, где живет, куда и на чем ездит. А также возмещу расходы и дам приличный гонорар!

- Поподробнее, пожалуйста.

- Живет он в доме напротив...

- Поподробнее насчет возмещения и гонорара, я имел в виду.

- Ну... Дам пятьдесят ящиков универсальных вышибных камер, это пятьсот штук.

Универсальные вышибные камеры используются для минирования при помощи, как правило, забракованных артиллерийских снарядов и мин. Сама камера оружием не является.

- Ну и куда нам они? Нам в них заряжать нечего. Нет, это несерьезно.

- А еще "уазик" только что после капремонта!

Молчание.

- С полным баком, и две канистры по 20 литров, тоже полные!

Молчание.

- Еще тридцать ящиков мин!

- 1947 года?

- Ну... Они паршивые, но зато много.

- Тридцать ящиков - это не много.

- Пятьдесят!

- Восемьдесят, и десять бронежилетов.

- Бронежилеты дам четвертого класса, - смиряясь с ценой, уточнил интендант.

- Хорошо, я рекомендую командиру взять операцию в разработку.

***

Пленных передали, товар от интенданта поступил в полном объеме и надлежащего (отвратительного) качества.

Помощника военного прокурора брала группа во главе с самим Ломтем. Дело было сделано ночью, без единого выстрела. Заказчик признал работу выполненной, без претензий.

***

И вот - очередные переговоры.

- Палий Владислав Юрьевич, здоров, 1979 года рождения, помощник военного прокурора...

- Как?! Тот самый?

- Да. Захвачен по твоему обращению. В прекрасной форме. В плену уверенно овладел шанцевым инструментом, роет окопы. Будешь брать?

- А я думал, проблема решена... Столько добра всякого отдал...

- Так решена же. Дело против тебя рассыпалось, прокурорский в плену. С нашей стороны все честно.

- Что же у вас такой плен ненадежный! Держали бы уж до конца!

- Плен как плен. Подумаешь, какой-то прокурорский, мы что, из-за него систему переделывать будем? Так что, берешь его? Разведке он уже не нужен, все уже рассказал.

- А можете его подержать подольше? Я компенсирую...

- Нет, наших пленников мы держим на общих основаниях. Но если хочешь, можешь выменять его и держать у нас. Дорого не возьмем, у нас не гостиница. Режим и срок сам определишь.

- Хорошо, я выменяю его... Мины, машина и броники будут к концу недели.

- Только цена у него теперь выше, - сообщил Калита. - У прокурорского папочка на тебя, а эта папочка должна в цене учитываться.

- Папочка в руках пленного не стоит ничего.

- Так он не навсегда пленный. Как и все.

- Ну... даю сверху еще десять ящиков гранат к РПГ-2.

- Это мусор.

- Еще тридцать ящиков мин 82.

- Если старые - восемьдесят.

- Ну, старые... Ладно, восемьдесят.

- Хорошо, об обмене договорились. Теперь о содержании...

На той стороне раздался протяжный тягостный вздох.


Экзамен по войне


Сегодня Обушок поехал заниматься вымогательством. В нейтральное до недавних пор село вошла рота ВСУ без тяжелого вооружения. Командир соседнего блок-поста ополчения решил собрать с противника дань.

БМП въехала в палаточный лагерь на окраине села, командир блок-поста вылез из башни, обратился к столпившимся вокруг солдатам ВСУ:

- Где главный?

- Пойихав до командування.

- Кто остался за старшего? Построить подразделение!

Дежурный побежал выгонять личный состав из палаток и собирать его в строй. Кое-как это ему удалось. У БМП встала неровная шеренга восемнадцатилетних призывников, совсем еще детей в не по размеру больших гимнастерках, сидящих на них бесформенными мешками.

- Хлопцы! - обратился к ним ополченец. - Вы должны собрать каждый третий автоматный "рожок" и отдать мне. Тогда я вас не трону целую неделю. Через неделю я приеду и соберу еще столько же. И так далее. Все понятно?

- А вы кто такий? - раздалось из строя.

- Я - командир контролирующего эту местность подразделения армии Новороссии!

Гарнизон блок-поста составлял всего лишь отделение, но об этом ополченец умолчал.

- Я - хозяин этой территории, и все, кто на моей территории находятся, будут платить, что положено. Поняли?

- Ну, поняли... - понуро ответили из строя.

Из десантного отсека БМП вышел боец и стал собирать автоматные магазины, которые солдаты покорно отдавали.

- А може, я нэ хочу виддаваты! - заявил один, непокорно глядя на ополченца.

Боец дал солдату подзатыльник, отобрал "рожок" и двинулся дальше.

Рядовой ВСУ обиженно засопел, но смирился.

- А як же нам воюваты бэз патронив? - жалобно спросили из строя.

- Так вы все-таки хотите воюваты? Чтобы вас приняли на войну, нужно экзамен сдать. А вы что думали? Война - дело ответственное. Вот ты... Выйти из строя!

Один из солдат сделал два шага.

- Разбери автомат. Да не наставляй ствол на людей, дурень! И сначала отомкни магазин и патрон из ствола убери! Так... А теперь собери автомат.

Прошло две минуты.

- Что, лишние детали обнаружились? О, даже затвор оказался лишним. А зачем тебе патроны без затвора? Ладно... Упор лежа - принять!

Солдат послушно лег на землю, выставив руки.

- Отжимания! Раз. Два. Три Четыре. Пять... Ше-есть... И-и се-емь... Опа! Опачки... Опапулечки!.. Ну!

Восьмой раз солдат отжаться не смог.

- И куда тебе такому "воюваты"?

Тут произошло неожиданное - солдат заплакал.

- Нэ ругайтэ мэнэ, дядько... - прохныкал он, размазывая слезы по чумазой физиономии.

Ополченец растерялся и увидел, что перед ним - еще совсем ребенок, хотя и посланный на землю Донбасса воевать и убивать.

- Мы дви добы нэ йилы, - вступился за плачущего другой солдат. - Командыр зибрав гроши на йижу та пишов, а мы залышилыся бэз грошей, та й йижи нэмае. Вин, - он показал на плачущего, - бильш бы виджався, якщо не був бы голодным.

- Отставить слезы, - пробормотал ополченец. - Верю, из тебя бы получился хороший солдат.

Мальчишка просветлел лицом и перестал всхлипывать.

- Все равно, для того, чтобы "воюваты", вам нужно сильное оружие. Танк.

- Так, танк, - согласились в строю. - Командыр уси гроши зибрав, сказав, що на йижу та на танк, якщо выстачить...

Ополченец думал, что его уже сегодня ничто не сможет удивить, но от такой детской наивности снова растерялся.

- А в нас гармата е! - похвастались в строю. - Алэ мы нэ знаемо, з якого кинця вона стриляе...

Ополченец велел проводить его "до гарматы" - и увидел стоящий в сарае СПГ-9 и штабеля поломанных ящиков с гранатами к нему. Гранатомет действительно представлял собой открытую с обоих концов трубу и мог ввести в недоумение несведущих людей. Ополченец решил этим неведением воспользоваться.

- Так ваша гармата разобрана на части. Один ствол. А еще должен быть бронещиток, замок и сошники - такие длинные растопыривающиеся железки, - описал он классическую пушку. - Ладно, я эту деталь заберу, и две недели можете жить спокойно.

Солдаты покорно промолчали.

- А чего это у вас ящики все поломаны? - продолжал осмотр ополченец, прикидывая, что в сарае был, как минимум, двойной боекомплект.

Он открыл один ящик - на верхней гранате была длинная глубокая царапина.

- И что произошло с боеприпасами? Откуда царапина?

- Мы думалы, що в ящиках йижа може буты. Та ломиком повидкрывалы уси. Чогось подряпалы.

Ополченец представил, что было бы, если бы ломик задел взрыватель, и похолодел.

Дальнейший осмотр показал, что в поисках еды были вскрыты даже цинки с патронами.

- Вы повредили боеприпасы, они теперь опасны, - заявил ополченец солдатам. - Я их заберу и уничтожу на полигоне... А то тут мирные жители могут пострадать. Да и вас мне жалко.

- А як же мы бэз гарматы та снарядив будэмо?

Слово "воюваты", вызывавшее особое раздражение ополченца, солдат не решился употребить.

- Ждите, когда вернется ваш "командыр" с танком, - ответил ополченец. - И вообще, вам бы о еде подумать, а не об оружии.

- Цэ так, - признали солдаты понуро.

- А який танк найкращий? - поинтересовался один из новобранцев.

- Лучше всего "Оплот". Но их мало. Просите "Булат", но соглашайтесь и на простой Т-64.

- Пивторить, будь ласка, я запысую, - вежливо попросил один солдатик, набирая стилусом заметку на планшете.

***

БМП двинулась в Ивановку, забрав автоматные "рожки", СПГ и все боеприпасы из сарая.

Новобранцев ВСУ было решено взять в плен, как только высвободятся машины для перевозки, и распустить по домам.

А пока Обушка отправили обратно с "гуманитарным грузом".

Главная броня отряда шла на прорыв в тыл противника с кухней ПК-39 на прицепе, в котле которой упревала рассыпчатая гречневая каша со шкварками. В десантном отделении БМП расположилась повариха тетя Нюся с поварешкой и большущей сумкой, наполненной ароматными караваями "украинского" хлеба, тремя паками лимонада в полуторалитровых пластиковых бутылках и переносным холодильником с мороженым. Лимонад и мороженое были профинансированы Калитой после подсчета всех привезенных гранат для СПГ-9.

Чтобы поварешка не мешала, тетя Нюся выставила ее черенок в стрелковую амбразуру.

***

- Лимонад! - радовались мальчишки в солдатской форме. - Мороженое!

Новобранцы ВСУ с огромным энтузиазмом набросились, в первую очередь, на лакомства. Но кашу съели тоже. И весь хлеб. И все хлебные крошки.

- Еще есть голодные? - спросил довольный ополченец, глядя на светящиеся от счастья лица солдат.

- Ни... Дякуемо, дядько!

Но кто-то в строю произнес:

- Е ще голодни. У сусиднёму сэли тэж солдаты, зэмляки из Тэрнопильщины. Воны там дуже таемну зброю охороняют.

Ополченцы, взяв двух солдат в провожатые и для переговоров, отправились в соседнее село - выяснять, что там за тайное оружие.

"Таемна зброя" представляла собой большой, размером с микроавтобус, контейнер с надписями на иностранном языке.

- Немецкий, - определил один ополченец.

С одной из сторон был приклеен скотчем прозрачный кармашек-файл с документацией на груз. Ополченец читал, и лицо его мрачнело.

- "Инсинератор ABONO-200". Немецкий крематорий.

- Вот так "эвропэйськый выбир"...

- Это не просто крематорий, - продолжал знаток немецкого. - Это крематорий для сжигания свиней.

Командир ополченцев отошел в сторону и долго смотрел на все это. Крематорий для скота, которым в Европе считали русских людей, с обслугой из голодных чумазых детей-новобранцев. В этом сочетании была какой-то особый образ, что-то очень задевающее даже душу многое повидавшего солдата.

***

Всех новобранцев, расквартированных в этом и соседнем селах, взяли в плен и распустили по домам. Встретили и "командыра", собиравшего с подчиненных деньги "на танк", этот "командыр" потом долго копал окопы.

Тысячи других новобранцев ВСУ, которым не так повезло, были убиты в боях и сожжены в немецких крематориях - для свиней.


Ночные соблазны


Рядовой Мокрощук был назначен часовым - и для защиты от ополченцев, и для предотвращения дезертирства сослуживцев. Ночь была темная, тихая - лишь изредка в селе взбрехивали собаки. Мокрощук шел мимо домов, опасливо поглядывая на степь и покрепче сжимая автомат.

Вдруг ему послышался какой-то слабый стеклянный звук. Часовой насторожился. Определив направление, он двинулся туда с автоматом наизготовку.

- ...еще по одной? - донеся до него пьяный голос. - Наливай! - отвечал другой, не менее пьяный.

Раздалось бульканье, потом последовал знакомый звук чокающихся стаканов.

- Эх! Хорошо пошла! - произнес голос.

Мокрощук усмехнулся, закинул автомат за плечо и поспешил к голосам.

И вдруг его ноги в чем-то запутались. Солдат досадливо дернул правой, но только сильнее затянул путы. Он стал дергаться всем телом, тихо матерясь, но неподатливые нити, казалось, были повсюду, и становилось только хуже.

- Эх! Хорошо пошла! - снова донеслось до солдата.

Мокрощук сделал последний рывок, путы затянулись еще туже и врезались в тело. Пошла кровь. Солдат сник и замер, оставив попытки вырваться силой.

- Еще по одной? - Наливай! - продолжали голоса.

Мокрощук после нескольких минут отдыха попытался осторожно распутать оплевшую его проволоку. Не получилось. Стало понятно, что одному ему не выбраться.

- Рятуйтэ! - негромко позвал он, боясь, что его услышит командир и устроит нагоняй. Лучше бы ему на помощь пришел бы кто-то из местных или кто-то из рядовых бойцов.

- Рятуйтэ! - позвал он через минуту погромче.

- Эх! Хорошо пошла! - не обращая на него внимания, продолжали голоса.

Через пятнадцать минут призывов о помощи Мокрощуку повезло.

- Ты чого кричишь? - раздался голос сослуживца.

- Та вскочив у якусь халэпу, - стал объяснять часовой. - Допоможи, а?

Сослуживец стал приближаться к Мокрощуку, но вдруг замер - он тоже услышал бульканье "водки".

- Погодь, - сказал он Мокрощуку и двинулся по направлению к заманчивому звуку.

- Не йды туды! - забеспокоился часовой, но сослуживец не внял.

- Еще по одной? - не унимался голос. - Наливай! - как всегда, ответил другой.

- Я у щось потрапыв, - сообщил сослуживец Мокрощуку.

- Стий, нэ ворушись! - предупредил тот.

Но сослуживец, пока не испытал все сам, к предупреждениям часового не прислушался.

Минут через десять уже два голоса кричали:

- Рятуйтэ!

***

Им снова повезло. Второй сослуживец приблизился помочь, но услышал неизменное:

- Наливай! - и звон стаканов.

Бедолаги в два голоса заклинали сослуживца не поддаваться на приманку, но были проигнорированы.

И вот три голоса кричат: "Рятуйтэ!"

***

Шесть солдат ВСУ попало в ловчие сети из 190-МЗП-1М, попавшись на простейшую аудиоприманку, проигрываемую плеером. И лишь после этого за дело взялся командир взвода. Развив бурную деятельность, лейтенант послал в ловушку еще тринадцать солдат, потом взялся за дело сам - и тоже запутался.

- Хорошо пошла! - довольно реагировал на это ненавистный голос из плеера.

***

Наблюдатель ополченцев доложил о непонятных передвижениях солдат ВСУ в селе. Весь личный состав противника куда-то ушел, остался лишь главный пост с пулеметом, нацеленным на дорогу.

- Может, разведка что-то там делает? - предположил Колун, но Ломоть заверил, что разведка ни при чем.

- Разве что Нептуныч там что-то учудил...

Нептуныч - это был пожилой ополченец, близорукий и с ревматизмом. Он практиковал постановку различных хитроумных сетей, обычно несмертельных для жертв. Силки ставились на ночь, а под утро Нептуныч с кем-нибудь из ополченцев обходил владенья дозором и вынимал добычу.

Можно было силки (малозаметные препятствия) комбинировать с минными постановками, но ополченцы предпочитали брать солдат ВСУ в плен.

Вообще отношение к противнику было у армии Новороссии дифференцированным. Мобилизованных солдат считали почти приравненными к "мирняку". К кадровым силовикам относились строго. К фанатикам-бандеровцам - беспощадно.

В село послали десантную группу на БМП.

- Заезжай за вторую хату от дороги, - давал распоряжения Обушку наблюдатель. - Наведись на четыре часа (направление по воображаемому циферблату часов). Включай стабилизатор и - оп-ля!

Стабилизатор в стрельбе с хода бойцы не применяли, т.к. движение пушки все-таки запаздывало и не давало возможности выстрелить точно, а стрелять по площадям или вести беспокоящий огонь не было боеприпасов. Но для того, чтобы в опасной ситуации не терять драгоценные секунды на поворот башни, наводились заранее по указаниям наблюдателя, и включали стабилизатор.

БМП выехала из-за угла, солдаты ВСУ за пулеметом увидели, что не успеют отреагировать на атаку, и сдались.

Остальной взвод обнаружился за селом у оврага. Пять бойцов стояли поодаль, свободные от пут, и мрачно выслушивали от попавшего в ловушку лейтенанта сбивчивые указания. Выполнять их они не собирались - кто послушал командира, были уже в сетях.

- Наливай! - продолжало доноситься откуда-то.

Ополченцы разоружили солдат за пределами ловушки, остальных взяли на прицел. Впрочем, те вряд ли представляли опасность.

Из БМП вылез Нептуныч. По известному ему проходу он добрался до плеера и после очередного звона стаканов выключил его. Потом он показал, как нужно распутывать попавшихся, и пятеро солдат ВСУ начали освобождать своих сослуживцев. Тем временем ополченцы грузили в БМП захваченное оружие и боеприпасы. Для перевозки остальных боеприпасов и пленных вызвали грузовик. Изрезанным проволокой освобожденным солдатам тут же оказывали первую помощь.

***

Происшествие вызвало большой интерес к "творчеству" Нептуныча. Польщенный вниманием ополченец продемонстрировал приманки. Звуковые - хрюканье поросенка, пьяная песня "Розпрягайтэ, хлопцы, конив", кокетливый девичий смех и только что проявившая себя "Пьянка". Коронным номером Нептуныча была обонятельная приманка - специальный штатив, на который ставилась спиртовка. На огне спиртовки грелась мисочка с борщом, над которой работал маленький вентилятор (кулер от старого компьютера), разгонявший заманчивый аромат по округе.

- Наибольший эффект, как показали экспериментальные исследования, - важно объяснял Нептуныч, - дает сочетание обонятельной приманки с аудиоприманкой, имитирующей смех девушки. Но для поддержания эффекта приманки рекомендуется чередовать через два дня, после применения всего арсенала приманок рекомендуется пауза в пятнадцать дней.

- Ведутся работы по исследованию применения малозаметных препятствий против бронетехники с целью захвата таковой, - заключил Нептуныч.

- И чем предлагается заманивать танки? - усмехнулся Колун. - Борщом или девками?

- Танки думаю заманивать дорогими "тачками", типа, завязшими в грязи на обочине, - серьезно пояснил Нептуныч. - Пока ищу необходимое оборудование.

- А что, надо попробовать, - одобрил Колун и дал распоряжение Калите - по возможности обеспечить Нептуныча иномаркой подороже, благо, для изображения завязшей в грязи машина могла быть и неисправной.

Потом ополченцы выпили по маленькой за русскую смекалку.

- Эх! Хорошо пошла! - довольно проговорил Нептуныч.


Честные люди


Особую роль в гражданской войне выполняли хозяева и директора водочных магазинов. Войска хунты ради спиртного были готовы на риск и преступления. Ополченцы были готовы на многое ради сведений о войсках хунты. Поэтому водочные боссы регулярно становились посредниками в тайных переговорах сторон.

Однажды Ломтю позвонил по Скайпу хозяин магазинчика с водочным отделом, располагающегося в нейтральном городке. У одного из офицеров хунты, артиллериста, было дело к командованию ополчения. Особую важность сигналу придавало то, что этот офицер командовал дивизионом РСЗО 9К51  "Град".

Переговоры должны были пройти лично, и обязательно с участием представителя командования ополчения. Это означало, что на встречу должен был отправиться или Колун, или его заместитель Шинданд (позывной взят по названию афганского города, за бои в окрестностях которого имел медаль), или начальник разведки.

Ломоть решил отправиться на встречу сам. Наблюдатели тщательно изучили обстановку, ничего подозрительного обнаружено не было. Разведчик взял с собой двоих бойцов - пулеметчика и снайпера - сел на "тачанку", проселками и степью доехал до окрестностей городка. Дальше добирались пешком. Разместив бойцов на позициях, Ломоть вошел в подсобку магазина.

Его визави появился минут через восемь, на "уазике" с солдатом-водителем. В магазин артиллерист зашел один, попросил продавца вызвать хозяина. Тот проводил офицера в подсобку и удалился.

- Ломоть, начальник разведки отряда ополчения Ивановки, армия Новороссии, - представился ополченец.

- Зови меня просто - капитан, - ответил офицер.

- Слушаю тебя, капитан.

- Продаю установку "Град". Пять тысяч евро. Наличными.

- Это предложение нам интересно, - кивнул Ломоть, обуреваемый разнообразными чувствами. Такого грозного оружия никому из его отряда еще никто не предлагал. И еще - нужна была немалая сумма. Таких денег не было - но и упускать товар было нельзя. - Расскажи в деталях.

- Я командую дивизионом 9К51. Это по штату 18 установок. Фактически - 16. Завтра-послезавтра мы будем перебазироваться сюда. Я уже несколько дней здесь, готовлю расположение для приема машин. Я выведу одну из машин из строя, мы ее отбуксируем до ближайшего села и оставим ремонтироваться. С установкой будет расчет - четыре человека. Поломка будет легкая, но найти причину будет непросто.

Захватываете машину, ликвидируете расчет - свидетели исключены. По факту платите пять тысяч евро наличными. Мы честные люди, я доверяю вам, вы, надеюсь, поверите мне.

- Расчет требуется именно ликвидировать? Не нейтрализовать, не взять в плен?

- Именно ликвидировать. Такое мое обязательное условие. Опытный эксперт по признакам поломки установит ее причину, и я могу попасть под подозрение.

- Как починить машину, скажешь?

- Не скажу. Чтобы не было соблазна починить ее сразу и уехать своим ходом. Машина должна быть уведена на буксире или трейлере при свидетелях. Я хочу остаться вне подозрений.

После уточнения остальных деталей собеседники расстались.

***

Колун принял решение обратиться за помощью к командованию. "Град" мог быть заминирован, мог быть поломан сильнее обещанного - а проверить это в отряде было некому. И еще - нужно было пять тысяч евро.

Командование одобрило операцию, прислало троих спецов - сапера, артиллериста и сопровождающего их стрелка. При артиллеристе находилась необходимая сумма.

***

Точное место "поломки" заранее указать было невозможно - из-за технических особенностей ее создания. Поэтому операция готовилась сразу в двух селах. Примерно на равном удалении от этих населенных пунктов были вырыты капониры для техники - БМП, трейлера, "тачанки". Позиции для техники замаскировали сетями, расставили по округе наблюдателей. В ночь перед операцией машины и бойцы заняли позиции.

Обещание артиллериста подтвердилось - в дальнее от Ивановки село на тягаче МТЛБ привели неисправную установку "Град". Оставив расчет при машине, тягач отцепил буксирный трос и уехал, догоняя колонну с остальными машинами дивизиона.

Когда колонна ушла на приличное расстояние, из капониров вывели "тачанку" и БМП, на скорости въехали в село. При установке нашли только одного солдата. Остальные были обнаружены в магазине, покупали перекусить.

Солдат оказалось пятеро.

- Я из отпуска, мотострелок, - пояснял пятый. - Вот, земляки подвезли... У вас условия какие в плену? Учтите, у меня гастрит!

- Учтем... - кивнул Ломоть.

Насчет постороннего солдата с капитаном договора не было, но оставлять свидетеля было нечестно.

- Из отпуска? Война только началась, а ты уже в отпуске побывал?

- Так причина же какая! Женился я! А откладывать нельзя, ребеночка ждем! Вот я и оформил наши отношения - как честный человек!

У Ломтя внезапно заломило в затылке, он покрутил шеей.

- Оставался бы ты дома...

- Вот и супружница моя то же говорила! А как я останусь? За дезертирство срок суровый, как она будет дите растить, если я в тюрьме буду?

- А если на войне убьют?

- Так уже не убьют! Я теперь в плену!

- Еще не в плену... Это - нейтральная зона, а то и вообще - вражеский тыл.

Присланный командованием сапер осмотрел установку и пришел к выводу, что она не заминирована. Эксперт-артиллерист оценил техническое состояние и принял решение, что машина в годном состоянии. Нужна только запчасть, которой у него при себе не было.

Пора было решать вопрос со свидетелями и увозить установку.

Ломоть зашел за дома, к степи, дал четыре коротких очереди из автомата, отобранного у одного из солдат-артиллеристов. Мотострелок возвращался из отпуска и был без оружия.

- Чего там? - встревожились пленные.

- Пора закругляться, - пояснил разведчик.

Он достал две бутылки водки, стакан, налил до краев, протянул одному из пленных.

- Дорога тяжелая будет, пей.

- Нам раньше никто перед тяжелой дорогой выпить не давал, - пожаловался солдат. - Прямо странно как-то... - он выпил, скривился и занюхал водку рукавом.

Вот и вся водка выпита. Пленные пьянели на глазах. Тем временем подъехал трейлер, зацепил лебедкой "Град", втянул на платформу, медленно пополз в степь, к капониру, чтобы устроиться там до ночи. За трейлером, прикрывая его, двинулась БМП. На броне расположился пленный пьяный мотострелок.

Ломоть прикрутил к стволу автомата глушитель и четырьмя короткими очередями убил артиллеристов. Таким огнем ПБС был угроблен, но разведчик лишь невидяще посмотрел на погибших, свинтил глушитель и убрал в кармашек разгрузочного жилета. Потом он сел на "тачанку", догнал БМП, остановил его и пересадил пленного мотострелка к себе. Довез его до капонира, где раньше стояла "тачанка", застрелил и уложил труп в яму. Машину оставлять здесь не стал, отправил сразу в Ивановку. Никто ее в степи, кроме вертолета, не засечет, а для вертолета машина интереса не представляет.

Ломоть инсценировал ситуацию пьяной ссоры между мотострелком и артиллеристами - с последующим взятием бесхозной техники и оружия подоспевшими ополченцами. По большому счету, инсценировка была излишней, просто разведчику хотелось хоть как-то облегчить смерть пленным, хотя бы стаканом водки. А не убивать их было нечестно. Слово есть слово, и ради страшного оружия, каким была РСЗО, нужно было выполнять условия капитана.

Разведчик еще несколько дней был угнетен этими событиями, а всего лишь через месяц, после уничтожения тысяч мирных домов, больниц и школ огнем РСЗО, орудий и минометов хунты - артиллеристов ВСУ повсюду будут расстреливать на месте.

***

Прикомандированные специалисты остались в БМП и дожидались ночи в капонире неподалеку от трейлера с "Градом". Дважды над степью в том месте пролетал вертолет, но ничего не заметил. Ночью трейлер доковылял по бездорожью и проселкам до Ивановки.

За сутки прибыла необходимая запчасть, "Град" был введен в строй и следующей ночью отправился в сопровождении БМП и "тачанки" в распоряжение командования.

***

Ломоть и капитан встретились павильончике-кафе при магазине в одном из нейтральных городков. Здесь была тень, прохлада, работал телевизор. Из него негромко доносилось предвыборное выступление будущего президента Украины Порошенко. Хотя кандидатов в президенты было много, благословение западных хозяев было озвучено четко, и в исходе выборов никто не сомневался.

- Мы честные люди, - офицер, не считая, сунул пять тысяч евро за пазуху - и достал оттуда фотографию.

- Дочка моя, - на карточке была пухлощекая девушка с котенком на руках. - Выпускной у нее скоро, платье надо купить, подарок...

- Хорошая девочка, - сказал Ломоть. - Животных любит. А я по твоей просьбе пять человек положил.

- А пятый кто?

- Твои ребята подвозили земляка.

- Запрещено на установках посторонних возить... Ну, что поделаешь. Война.

Капитан присмотрелся к разведчику.

- Ты что, их своими руками положил?

- Своими руками. Это мой договор, и моя обязанность. Я у себя в отряде палачей не держу.

- Что, тебя из-за пятерых вражеских солдат совесть мучает?

- Не твое дело.

- Ты думаешь, сам такой весь в белом, такой благородный? Ишь, ручки замарал! Совесть замучила!

Капитан плеснул водки в рюмку, залпом выпил.

- Я был честным офицером, верным присяге, служил трудно, но с чистой совестью... всего несколько недель назад! Всего несколько недель назад была другая жизнь, которая уже никогда, ты слышишь меня, никогда не вернется!

Я был нормальным человеком несколько недель назад. Страна была нормальной. Жизнь была нормальной.

И вдруг - страну сдали этим тварям! Одного пакета одной установкой хватило бы, чтобы накрыть эту бандеровскую мразь! И раз и навсегда вбить их в землю по ноздри, чтобы сто лет больше ни у кого и мысли выделываться не было! На Майдане буйных всего пара сотен была! С дубьем и булыжниками! Из рогатки картошкой стреляли, весь мир ухохатывался!

Капитан снова налил и выпил.

- А теперь стреляют не картошкой. Теперь мы садим полными пакетами по собственным городам. Твоей Ивановке это вряд ли доведется испытать, вы цель неприоритетная, сами сдадите, когда Славянск падет...

- Так не стрелял бы. Офицер, тоже мне...

- Молчи, сука! - капитан схватил разведчика за грудки. - Ты знаешь, почему я, командир дивизиона, в таком звании? Командир дивизиона, вообще-то, подполковничья должность. На крайняк - майорская. Прежний командир не стал стрелять. Нет, он не отказался выполнять приказ, он только попросил приказ в письменном виде.

Нацики расстреляли его без суда и следствия. И тря дня труп командира лежал на плацу собственного подразделения! Три дня не давали похоронить тело родным, близким и сослуживцам! Так они нас устрашали. А потом вывезли и где-то закопали...

И назначили командиром меня. У меня денег не было, чтобы откупиться и выйти живым в отставку. Я всего лишь капитан.

Артиллерист выпил еще.

- Где вы были, суки, со своим Русским миром, когда эту шваль можно было накрыть одним пакетом? Где вы были, когда можно было взять Киев с Турчиновым и Яценюком одним полком за два часа? Ты понимаешь, что теперь все люди в погонах повязаны кровью с нациками? И с каждой минутой мы падаем все ниже! С каждым пакетом, с каждым одиночным выстрелом - без военного положения мы становимся военными преступниками. И выстрелы эти - по городам и селам. По "мирняку"!

Ты думаешь, зачем нацикам мобилизация? Зачем толпы пушечного мяса? Всем понятно, что это не бойцы. Им нужно, чтобы побольше народу надело погоны и повязало себя кровью с режимом. Чтобы отрезало себе дорогу назад.

И теперь дороги назад нет. Был честный офицер, и не стало. И не будет никогда. Теперь я торгую жизнями своих солдат и своим оружием. Чтобы хотя бы дочка моя вырвалась из этого ада. Это не Украина, это ад, я знаю. Я каждый день творю его сам. А ночью вижу во снах - если не выпью водки или снотворного...

Капитан снова налил, его развезло.

- Я еще много чего продам. После выпускного дочке надо дальше учиться. Хочу, чтобы она училась и жила в нормальной стране. Чтобы не шла на бесчестие и преступление из-за безденежья. Другие установки я тебе еще не скоро буду продавать, а боекомплект скоро смогу. Скоро много боекомплекта можно будет списать. Сам увидишь, почему, - капитан кивнул на телевизор.

- Житы чэсно! - провозглашал с экрана кандидат Порошенко. - В Украйини повынни пэрэмогты прынципы правовой дэржавы та справэдлывисти...

- Во, тоже, типа, честный. Кому это он, интересно, честно пообещал грохнуть Украину, как ты мне пообещал грохнуть солдатиков-свидетелей? - усмехнулся капитан.

- Житы в бэзпэци! - продолжал Порошенко. - Я застосую повни дыпломатычни заходы, увэсь свий талан та досвид, щоб забэзпэчиты дээскалацию конфликту, запобигты вийны та збэрэгты мыр...

- Ждите, скоро талант и опыт будут идти полными пакетами, - прокомментировал артиллерист. - Не мучься из-за моих ребят. Пять больше, пять меньше... Видел бы ты, что может сделать полный пакет! А у меня - шестнадцать машин! - капитан еще не свыкся, что у него теперь на одну машину меньше. - Пять пакетов - и Хиросима. Только БК подвози...

А потом они приходят ночью. Дети, старики, мужики, бабы. Длинная такая очередь... И проходят сквозь тебя. Один за другим... Почему я вижу лица? Ведь я стреляю по координатам!

Ты вот, сука, со спокойной совестью дышишь. Со спокойной совестью жрешь. Со спокойно совестью спишь. А мне каждый вздох - поперек глотки! Каждый кусок - поперек горла! Вот только водка идет хорошо... Но я не сопьюсь. Нельзя. Надо дочку в люди выводить.

- Могу предложить рецепт от больной совести, - разведчик счел момент подходящим, чтобы прервать монолог артиллериста. - Становись сотрудником разведки Новороссии, борись вместе с нами против нациков. Семью поможем эвакуировать, дочку в хороший ВУЗ устроим. Не Оксфорд, но...

- Нет, я хочу Оксфорд! - пьяно потребовал капитан. - И ничего ты никому предложить не можешь! Сдали сорокапятимиллионную Украину в одночасье и без боя, и тебя сдадут, и Славянск, и твою Ивановку, и твою Новороссию! И будете сдавать дальше!

- Это война. Всякое может быть. Но я не обещаю тебе победу, я лишь предлагаю лекарство от нечистой совести.

Капитан осоловело уставился в пространство, мотнул головой.

- Я подумаю.

***

За успешно проведенную операцию ополчению Ивановки командованием был придан расчет ПЗРК "Игла" образца 1983 г. и зенитная установка ЗУ-23-2 с обученным расчетом и двойным боекомплектом.


Алкогольно-табачная операция


Среди ночи Обушка поднял по тревоге дежурный.

- В Казаковке грабят водочный магазин! Срочно на выезд!

Обушок пошевелил пальцами правой ноги, задумчиво на них посмотрел.

- Ну и шо? Казаковка - не наш город, он вообще ничей. И мало ли кто кого грабит? При чем тут моя "коробка"? Вот еще, станет выезжать главная броня отряда из-за всякой ерунды! В Казаковке менты есть. Если им страшно, пошлите им на помощь "тачанку"...

Обушок снова улегся и закрыл глаза.

- Так грабители - солдаты ВСУ! Приехали на БМП!

Обушок резко вскочил с кровати.

- Ты когда научишься докладывать? Грабители... Так бы и сказал, бронетехника бандеры проводит налет на нейтральный город.

Мотострелок принялся быстро одеваться.

- Рыбака вызвали?

- Вызвали... И десантная группа почти собралась. С пулеметами и РПГ.

БМП была серьезным противником. И серьезным трофеем, если повезет.

- Наблюдатели на месте?

- Не знаю. Мне Ломоть ничего не говорил.

Обушок выяснил детали у командира десантного отделения - да, наблюдатели были на месте, кроме того, обстановку докладывала охрана магазина (магазин оказался сетевым супермаркетом) и милиция Казаковки.

Наводчик присмотрелся к вооружению десанта - два пулемета Дегтярева, два РПГ-7, АК-47, гранаты РКГ-3, а также обычные для ополченцев гранаты РГШ. Для уничтожения БМП с десантом вполне могло хватить - если застать их врасплох.

Казаковка была в полутора часах езды по шоссе, но если ехать через овраг, можно было успеть быстрее. Гусеничный ход позволил "коробке" спуститься, а затем подняться по косогору. БМП въехала в Казаковку, не встретив ни сопротивления, ни даже признаков присутствия солдат хунты или хотя бы местной милиции. Обушок заметил себе на будущее, что "коробка", имея такую проходимость, позволяет атаковать с самого неудобного и потому слабоохраняемого направления.

Командир десанта, находящийся в башне, связался по рации с наблюдателем. Немного проехавшись по городу, БМП остановилась и высадила пехоту. Затем наблюдатель стал выводить машину на цель.

- Разверни пушку на девять-тридцать. Включай стабилизатор, выезжай.

Рыбак полным ходом вывел машину из-за угла и подскочил к бандеровской БМП. Пушка Обушка была нацелена на башню вражеской "коробки".

Солдаты ВСУ, таскавшие упаковки и ящики из магазина в десантный отсек своей машины, растерянно остановились.

Прикрываясь броней БМП, к магазину подбежали бойцы ополчения и взяли солдат ВСУ на прицел.

- Сдавайтесь! - приказал командир ополченцев.

Солдаты застыли в нерешительности. В это время из бандеровской БМП послышался забористый мат, а ее башня начала поворачиваться в сторону машины Обушка.

Наводчик произвел выстрел осколочно-фугасным снарядом, намереваясь контузить экипаж противника. Но снаряд пробил броню башни и разорвался внутри. Из открытых люков брызнула кровь.

Солдаты, опустив коробки и ящики на асфальт, подняли вверх дрожащие руки.

Со своего места выполз контуженный мехвод машины ВСУ и замер на броне, потеряв сознание.

Но не все мародеры были обезврежены. Со стороны магазина очередью по БМП Обушка ударил автомат.

- Всем назад! - раздался истеричный вопль. - У меня заложники!

Прикрываясь продавщицами магазина, в дверях стоял бандеровец с автоматом наизготовку. Где-то позади него были еще мародеры, оравшие на персонал и покупателей. БМП-2 могла вместить в десантном отсеке и на броне добрых два отделения.

- А у меня - пленные! - не растерялся командир ополченцев, показывая на стоящих с поднятыми руками солдат. - Отпусти "мирняк", я отпущу твоих - и разойдемся!

В ответ бандеровец дал еще одну длинную неприцельную очередь, бессильно простучавшую по броне и ушедшую вверх. Сдавшиеся солдаты ВСУ быстро упали наземь и прикрыли головы руками.

- Дай ему по башке, - приказал командир по рации Обушку.

Наводчик зарядил пушку бронебойным - чтобы не давать осколков - навел ее прямо в лоб мародера.

- Я убью их! - заорал тот, поливая вокруг из автомата. - Все назад! - он плотнее прижал к себе зареванную продавщицу.

Обушок выстрелил. На таком расстоянии, да еще с оптическим прицелом он не промахнулся. Снаряд взорвал голову мародера, затем прошив потолок, крышу и уйдя вдаль. Продавщица, забрызганная кровью и ошметками мозга бандеровца, упала без сознания.

Никакого практического смысла стрелять из пушки по одиночному пехотинцу не было - никакого, кроме психологического. Грохот пушки и фонтан крови произвели ошеломительный эффект. Остальные мародеры бросились бежать через запасной выход и были переловлены ополченцами.

Командир десантников занимался осмотром трофейного оружия и допросом пленных, когда к магазину подъехала крутая иномарка, из которой вышел водитель в бронежилете и с помповым ружьем, открыл дверцу салона, а из нее выбрался крупный господин в спортивных рейтузах, шлепанцах на босу ногу и цветастой майке.

- Я хозяин магазина, - заявил он важно, поправляя рейтузы на объемистом животе. - Что здесь произошло?

- Произошло нападение бандеровских мародеров, - сообщил командир десантников.

Он вытолкнул вперед администратора магазина, тот, сбивчиво и невнятно, рассказал все с самого начала и подтвердил заявление ополченца.

- Товар цел? - задал самый важный вопрос бизнесмен.

Выяснилось, что товар почти весь цел. Мародеры выпили на месте две бутылки водки, пол-ящика пива, разбили кассовый аппарат, доставая из него деньги. Остальное - спиртное и сигареты - было в десантном отсеке расстрелянной БМП и в коробках, которые не донесли до машины.

- Забирайте товар, - велел бизнесмен подчиненным, те бросились к стоящим рядом с пленными коробкам и уволокли в магазин. Затем нерешительно приблизились к расстрелянной БМП.

- Там кровь... - нерешительно сказала одна из продавщиц.

- Еще там два члена экипажа, в которых попал осколочный снаряд из пушки, до 500 пушечных снарядов боекомплекта, до 2000 пулеметных патронов. Возможно, еще гранатомет с гранатами, - дополнил картину ополченец. - У кого саперная подготовка, лезьте первым, проверьте, безопасно ли.

Саперной подготовки ни у кого из сотрудников магазина не оказалось.

- Но товар ведь надо достать! - возмущенно воскликнул бизнесмен.

- Я бы не беспокоился о товаре в машине. Я бы беспокоился об остальном товаре. Машина подбита, может загореться, а в ней боеприпасы и горючее. Все это в десяти шагах от магазина. Кстати... вы бы вашу девушку с крыльца отвезли в больницу. Она без сознания.

- Да, точно! - спохватился бизнесмен. - Закрыть все жалюзи, достать все огнетушители, чтобы были под рукой! Все гидранты развернуть и подключить к водопроводу!

Он обратился к ополченцу:

- Отгоните танк от магазина подальше, пожалуйста!

Танком он назвал БМП-2 - за гусеницы, башню и пушку.

Ополченец помедлил, с сомнением хмыкнул:

- Опасное это дело. К вам "коробка" приехала, вы и разбирайтесь. И заодно с экипажем разберитесь. Если в башне еще живы, то скоро умрут. Похоронить надо. Мехвода на лечение надо определить. И если в башне кто жив - тоже. Зачем мне все эти проблемы? Я ваш магазин, ваших людей защитил, бесплатно, между прочим. Чего вы еще хотите? Да, и девушку вашу с крыльца уберите, разве так можно?

- Унесите Маринку в подсобку, умойте, посмотрите, что с ней, - махнул своим бизнесмен.

- Ты, конечно, помог мне, но зачем было дырку в потолке делать? - с досадой спросил хозяин магазина у командира ополченцев. - Ремонт денег стоит. Ладно, не парься, за дырку я к тебе не в претензии, так и быть... Отгони эту рухлядь, я тебе пятьсот гривен дам, - он сделал жест в сторону расстрелянной БМП. - И товар, что внутри, весь твой.

- Ты бы со мной не торговался, - посоветовал ополченец. - Из "коробки" уже дымком попахивает. Вывози из магазина все, пока не рвануло, и людей в первую очередь спасай.

- Шестьсот гривен дам! - отвечал бизнесмен. - Семьсот! Восемьсот!

- Бойцы, в машину! Уезжаем! - скомандовал своим командир ополченец и полез на башню БМП.

- Дневную выручку даю! - возопил бизнесмен. - Не бросай нас!

- Пленных - в десантный отсек, - командовал ополченец, - проверить, как связаны. Обыскать на всякий случай...

- Двухдневную выручку даю! - бизнесмен попытался влезть на броню, но нога в шлепанце соскользнула, и он больно ударился коленом. - Ну режь меня, даю выручку за три дня!

- Механик, заводи! - скомандовал ополченец, БМП взревела мотором и скрежетнула гусеницами.

- Недельную! - взвыл нечеловеческим голосом бизнесмен. - Недельную выручку даю!

- Не будет у тебя выручки. И магазина скоро не будет. Эвакуируй людей, пока не рвануло, - с этими словами командир исчез в башне и захлопнул люк.

- Двадцать ящиков водки! - провозгласил бизнесмен, и вновь полез на броню. Один шлепанец свалился с ноги и упал между катками гусеницы.

Командирский люк задумчиво приоткрылся.

- Это вдобавок к недельной выручке?

- Да!

- И к товару, что внутри машины?

- Да!

- И о Маринке позаботишься?

- Да!

- Принято! Механик, слушай мой приказ!

- Слушаю! - с готовностью выкрикнул Рыбак.

- Взять на борт двадцать ящиков водки!

- Есть!

Бизнесмен недоуменно следил за событиями.

Тем временем бойцы спрыгнули с брони и в сопровождении администратора магазина отправились за водкой.

- А как же... Отгоните эту... - он показывал на расстрелянную БМП и теребил майку на груди.

- Механик! - продолжал командовать ополченец. - Надеть противовзрывное снаряжение!

- Есть! - крикнул Рыбак, и нахлобучил каску, затягивая под подбородком ремешок.

- Всем гражданским удалиться на двести метров! - потребовал ополченец. - Взрывоопасно! Пожароопасно! У стекол не стоять!

Персонал магазина поспешно исчез за углом, бизнесмен уехал на машине в дальний конец улицы.

Ополченцы стащили с брони контуженного мехвода ВСУ и уложили его в сторонке. Рыбак осмотрел захваченную "коробку" изнутри:

- Вроде ничего, - сообщил он.

Ополченцы вытащили из башни командира и наводчика-оператора расстрелянного БМП. Тела были еще теплые - возможно, что и живые. Их уложили поблизости от мехвода и велели администратору магазина вызвать "скорую".

Потом Рыбак сел за руль, взял с собой двух ополченцев, и повел подбитуюБМП к городской окраине. Там он оставил "коробку" с охраной из одного бойца, со вторым пошел обратно, благо Казаковка была небольшой.

- Вызови подмогу, нужен еще один водитель - трофейную БМП перегнать, - попросил Рыбак командира десантников.

Он назвал загородный перекресток, рядом с которым оставил машину.

"Скорая" тем временем прибыла, осмотрела Маринку, забрала одного из раненых солдат ВСУ. С оставшимися возился санитар, дожидаясь новых рейсов микроавтобуса с красным крестом. Выпущенный Обушком снаряд разбил прицельное и стабилизационное оборудование, но экипаж, похоже, выстрел пережил. Наводчик воспринял это с облегчением.

***

Увидев, что Рыбак вернулся живым и невредимым, причем вернулся довольно быстро, бизнесмен заподозрил, что продешевил.

- Эти гады должны пожалеть, что "наехали" на меня! - заявил он командиру десанта, указывая на пленных. - Отдай мне их, я их в бараний рог скручу! Падлы, недельную выручку из-за них потерял, еще товар, сорок ящиков водки, на ремонт крыши "налетел"!

- Разберемся, - успокаивал его ополченец.

- Чего разбираться? Давай их по законам военного времени - к стенке! - бушевал бизнесмен, хлопая резинкой рейтуз по животу. - Шестьдесят ящиков водки, подумать только!

Командир десанта держался, но бизнесмен дозвонился до Калиты, с которым иногда вел дела, и заставил того подключить к проблеме Колуна.

- Какие восемьдесят ящиков водки? - переспросил командир отряда. - За БМП? "Вторую"? Ну отдай, оно стоит того. Что? Нам дали водку за то, чтобы мы забрали БМП-2 себе? Это как это?

Лишь после обстоятельных разъяснений Колун понял, что в Казаковке назревает самосуд над мародерами. А из этого самосуда вполне может произойти восстание против хунты. Восстание, опирающееся на ресурсы одного из местных "олигархов". Это серьезно, и этим нельзя пренебречь.

Колун поднял Шинданда и Лемеха, всех бойцов комендатуры и резерва. Шинданд с взводом пехоты остался командовать в Ивановке, а весь остальной личный и командный состав, вся бронетехника отправились в Казаковку.

***

Светало. Около магазина стал собираться народ, выкрикивая угрозы и проклятия в адрес мародеров. Пленные испуганно прятались за спины ополченцев.

Бизнесмен съездил домой, переоделся, и теперь важно выхаживал в брюках и белоснежной рубашке с дорогим галстуком. Он с ненавистью посматривал на солдат ВСУ, измышляя всяческие наказания.

Народ расступился перед "командирским" БТР, на котором приехал Колун. Чуть дальше встали еще два БТР, один из которых был с пулеметной турелью на крыше неисправной башни. На соседней улице остановился микроавтобус и два грузовика с бойцами.

- Расстреляй бандеру! - выкрикивали из толпы.

- Долой оккупантов! Сколько можно терпеть!

- Бей их!

- Где наша власть? Кто нас защитит?

Колун поднял руку, призывая к тишине, толпа замолчала.

- По какому поводу митинг? - поинтересовался он.

- А ты не видишь?

- По поводу бандеровского беспредела!

- Хотим судить мародеров!

- Надо что-то делать, нас режут, как овец!

- Восстанем против Киева, сколько можно!

- У меня вчера брата избили!

- У меня машину отжали!

- У меня деньги отобрали! И грозили в СБУ посадить!

- У меня сумку вырвали!

- Ко мне через окно влезли, все вынесли!

- Я дочку на улицу боюсь выпускать!

Колун снова призвал людей к тишине.

- А что местная власть, что милиция? - осведомился он.

- Да ничего! - крикнули из толпы. - Всего боится, только себя защищает.

- Мы бандеру сейчас сами разорвем! - люди тянули руки к пленным.

- Выберите себе другую власть, - предложил Колун.

- Ты что, сдурел? Когда это на выборах от народа что-то зависело?

- Выборы неизвестно когда, а нам защита нужна прямо сейчас!

- Ментов разве можно выбирать? А депутаты что против танка сделают?

- И менты не сделают ничего!

- Нам нужна власть со своими танками! Тогда отобьемся!

- Принимай город, батька! У тебя вон какое войско!

- Дай нам оружие, мы тоже будем воевать! И танки у бандеры отобьем!

- До Киева дойдем!

Колун поднял руку - толпа стихла.

- Я могу дать вам оружие. Помогу защититься. Вы уверены, что народ Казаковки готов биться?

- Да!

- Нас все равно бьют, уверены мы или нет! Так что деваться некуда!

- Все так думают!

- Все ждут наших!

- Сейчас российский флаг принесем!

Колун вмешался:

- С флагами погодите... Выберите трех человек в президиум митинга, надо составить резолюцию.

- Это где митинг?

- А-а! Мы - митинг! Мы не просто так!

В президиум вошли две женщины средних лет и дедок с палочкой.

"Да, с таким активом только воевать", - скептически сказал себе Колун.

Дедок оказался на удивление толковым. Впоследствии Колун узнал, что тот работал в горисполкоме в советское время.

Резолюция митинга была следующей:

-- Признать собственные силы Казаковки недостаточными и неспособными к защите жителей от преступности и нападений незаконного киевского режима.

-- Обратиться к Вооруженным силам Новороссии в лице ополчения Ивановки (командир - позывной "Колун") за защитой.

-- Предложить Колуну всю полноту военной власти в Казаковке, включая организацию военных трибуналов.

-- Потребовать проведения военного трибунала над мародерами.

Резолюция была зачитана собравшимся, одобрена и подписана членами президиума от лица митинга и от имени населения Казаковки.

- Народ, слушай мой приказ! - обратился Колун. - Отвечая на обращение жителей Казаковки, выраженное на народном митинге, принимаю на себя военную власть в городе! Трибунал над мародерами состоится сегодня же!

А теперь все желающие могут записаться в народное ополчение, а также собирать продовольствие и обмундирование для бойцов. О бандеровском и уголовном элементе можете сообщать... - он подозвал к себе командира отделения и указал толпе, - этому бойцу, его позывной "Косарь".

***

Пока Колун митинговал, Ломоть расставил скрытые посты на въездах в город неподалеку от милицейских. Эти посты усиливали уже имевшихся наблюдателей и могли на несколько важных минут связать боем силы противника. Также скрытые посты были размещены у здания ОВД, мэрии, военкомата, пожарной части. Военных подразделений в Казаковке не было.

Немедленно была отключена проводная и мобильная связь - город был Ломтем изучен давно и хорошо, так что неразберихи и растерянности не возникло.

Колун же сразу после митинга всей своей колонной - для произведения эффекта - объехал город, занимая ключевые административные здания и размещая там боевые группы. Время было раннее, помещения еще пустовали, так что все прошло штатно. Милиция была, в основном, уже "перевооружена" раньше, как и военкомат. В призывном пункте Колун поднял списки мобилизационного контингента, выискивая обладателей дефицитных специальностей. В ОВД из СИЗО на принудительные фортификационные работы были направлены находившиеся там наркоманы, хулиганы и дебоширы.

Также на фортификационные работы была мобилизована местная строительная техника, из Ивановки ожидались грузовики с железобетонными колпаками для огневых точек и маскировочными сетями.

Закончив с ключевыми зданиями, Колун посетил телецентр, отключил ретрансляционную аппаратуру и оставил двух дежурных. Бандеровскую пропаганду следовало гасить сразу же.

После этого Колун занялся первыми лицами города.

***

В дверь особняка мэра решительно застучали.

- Пан мэр, срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал!

Мэр быстро одевался, а "тревожная" сумка была уже наготове. Хоть Казаковка и была нейтральной в военном отношении, в административном все местные начальники признавали власть хунты, а кое-кто был даже недавно назначен.

***

- Пан прокурор! Срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал...

***

- Пан полковник! Срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал!

***

Под видом бронетехники хунты, эвакуирующей местное начальство, выступал трофейный БТР ополчения, на котором не было никаких опознавательных знаков. Позже ВСУ начнут наносить двойную белую линию на свою технику, чтобы отличать ее от машин защитников Донбасса.

"Эвакуированное" начальство с чадами и домочадцами свезли в один из пустующих заводских цехов на окраине Казаковки. Основная масса была - депутаты горсовета, местные предприниматели, по странному совпадению - все сплошь бывшие начальники ОВД, отставные прокуроры, судьи, работники мэрии. Их успехи в предпринимательстве были связаны с выгодными землеотводами, почти бесплатной арендой помещений, льготными кредитами, сверхприбыльными муниципальными заказами.

Малый и средний бизнес Казаковки практически полностью принадлежал действующим и бывшим чиновникам, а также бандитам. В биографиях некоторых господ эти две карьерных линии совмещались.

Еще в Казаковке было два действующих завода, входящих в олигархические империи.

Собравшиеся с недоумением и с нехорошими предчувствиями смотрели на столы, за одним из которых сидел местный нотариус, за другим - лидер местного отделения Маниакальной партии Ляшко.

К ним вышел Колун в балаклаве.

- Панове! Вы находитесь на сборном эвакуационном пункте. В ближайшее время мы ожидаем прибытия вертолета. Резервный вариант - эвакуация на автобусах. Прошу соблюдать спокойствие.

Город продолжит сопротивление, для управления вашей собственностью настоятельно рекомендую написать доверенности на пана Бучнюка, - Колун показал на партийца-маниакала. - Вы все знаете его как решительного сторонника демократии, европейского выбора и верного наследника дела Бандеры, небесной сотни, Турчинова и Яценюка.

Каким образом у живых Турчинова и Яценюка образовался наследник, Колун пояснять не стал.

Бучнюк, весь бледно-зеленый (возможно, из-за неудачного освещения?), сдавленно кивнул присутствовавшим.

- Кто откажется оформлять доверенность, - продолжал Колун, - эвакуирован не будет. Пусть защищает свое имущество с оружием в руках. Есть такие? Я выдам вам автоматы.

Желающих воевать не нашлось.

- Ясно. Приступим, господа.

Доверенности включали в себя пункт о возможности передоверия. Когда все процедуры были завершены, а нотариус удалился, Колун вновь обратился к "эвакуируемым":

- Благодарю вас, господа. Теперь прошу пройти в помещения, где вы будете ожидать транспорта, - он указал на провожатых - бойцов в балаклавах.

***

Колун вернулся к магазину, где еще стоял автомобиль владельца, и еще не полностью рассеялась толпа жителей Казаковки - ждали трибунала.

Прямо на броне БТР расстелили тряпицу, выложили снедь, принялись завтракать. Трапеза затянулась, так как местные тут же натащили домашних вкусностей и заставляли все непременно съесть - иначе обижались и расстраивались. "Обмывание" установления новой власти спиртным Колун своей верховной военной властью запретил.

К магазину подъехал милицейский "жигуленок", из которого вышел дородный сержант. Милиционер распахнул дверцу и принялся доставать оружие. Он тянул, тянул, а оно все никак не выходило - длинная пехотная винтовка Мосина. Вот вроде она оказалась снаружи - но сержант тянул дальше. К винтовке был примкнут штык.

Милиционер с опаской оглядел улицу у магазина, БТР, бойцов ополчения с пулеметами, втянул голову в плечи и двинулся ко входу в помещение. Здесь он зацепился штыком за дверную коробку, долго возился с винтовкой, потом взял ее в руку и вошел.

- Что здесь произошло? - поинтересовался он у администратора.

- Произошел исторический момент, - сообщил тот. - Казаковка восстала. В городе теперь новая власть, наша.

Милиционер задумался.

- Новая власть - это не по моей части. Меня зачем вызывали?

- А! Ну да... Ночью нас бандеры ограбили, на танке приехали, одного мы убили, троих ранили, остальных поймали. Танк тоже подбили. Труп в морге, раненые в больнице, пленные на заднем дворе, искупают вину - подметают.

Милиционер снова задумался.

- Из чего вы танк подбили?

- Из пушки.

Сержант долго держал паузу, теребил винтовку на плече.

- Что именно было захвачено грабителями? - принялся он за дело с другой стороны.

- Водка, пиво, сигареты...

- Это очень важные вещественные доказательства! - оживился сержант. - Водку нужно отдать на экспертизу и приобщить к делу! Да что там, я проведу экспертизу хоть сейчас!

- Заходи, - кивнул администратор в сторону своего кабинета и подмигнул продавщицам.

***

В еще не заполнившееся кафе неподалеку командир ополчения пригласил на беседу владельца магазина.

- Давайте знакомиться, мой позывной - "Колун".

- Я Долгопятов Игорь Сергеевич. Просто - Игорь.

- Ваше требование провести трибунал над мародерами в силе?

- Еще в какой силе! - бизнесмен сжал кулаки.

- Председателя и судью трибунала я назначу. Народного заседателя найдем. И защитника.

- Что, в военных трибуналах есть защита?

- В военных трибуналах есть все. Но у меня затруднение с обвинением.

- Какие могут быть затруднения?! Грабеж при массе свидетелей, покушение на уничтожение магазина!

- И захват заложников, угроза жизни двум и более лицам... - продолжил Колун. - Законы я знаю, в Ивановке у власти уже давно, не первую неделю... У меня нет подходящего человека для предъявления обвинения. Сможешь сам обвинение предъявить? - перешел на "ты" ополченец.

- И предъявить, и разорвать паскудников своими руками могу!

- Договорились. Два часа на оформление материалов дела и обвинительное заключение хватит?

- Запросто!

- Через два часа приходи со всем готовым или я забираю пленных себе на обмен. Да, кстати... Можешь дать до вечера свои развозочные машины? Нужно разослать группы захвата, почистить город от хунтят.

Долгопятов позвонил администраторам, распорядился насчет машин.

***

Эти два часа Колун посвятил арестам функционеров бандеровских партий и имущества партийных офисов. Группы ополченцев, прибывающие на автомобилях с символикой местной торговой сети, опасений не вызывали.

Для рассмотрения трибунала было подготовлено дело о запрете деятельности партий бандеровского толка, аресте функционеров и конфискации имущества. Бандеровских активистов было немного, как правило, приезжие с запада или проплаченные функционеры из местных.

***


Председателем трибунала Колун назначил Лемеха, судьей - командира отделения Лощину, народным заседателем - одну из жительниц Казаковки, которая утром была в президиуме митинга.

Адвокатом Колун назначил ополченца, неоднократно наказывавшегося за "экспроприацию" магазинов.

Все ополченцы на суде были в балаклавах.

Долгопятов вовремя принес "дело" и обвинительное заключение. Колун прочел, пожал плечами, дал помощнику сделать копию, а оригиналы тщательно спрятал - бумаги были великолепным компроматом на бизнесмена в глазах хунты.

Перед началом процесса Колун зачитал трибуналу свой приказ о необходимости рассматривать дело согласно нормам Конвенции 1949 г. о защите гражданского населения во время войны.

На заседании трибунала обвиняемые заявляли, что выполняли приказ командиров, подкрепленный угрозой расправы, только перетаскивали спиртное и сигареты, заложников брал только один из них, впоследствии убитый. Адвокат, мрачнея, выслушивал свидетельства жертв мародеров и проклятия людей в их адрес.

Двоих приговорили к расстрелу, остальных - к исправительным работам на год с дальнейшим оставлением в плену на общих основаниях.

Приговоренные к смерти плакали, ползали на коленях, просили простить ради мамы и папы, предлагали деньги, давали честное слово, что больше не будут, и даже просились в ополчение - "искупить кровью".

Колун - как высшая военная власть - тут же принял и рассмотрел апелляцию. Исправительные работы он на два месяца сократил, приговор о расстреле оставил в силе.

Вступившее в силу решение трибунала исполнили неподалеку, у стенки площадки с мусорными баками.

Командовать расстрельной группой Колун приказал Долгопятову. Бизнесмен струсил, стал жалок, мямлил, пытался увильнуть, но ополченец был непреклонен.

- Ты хотел их "скрутить в бараний рог", обвинил, добился смертного приговора, давай, доводи дело до конца. И не мнись, на курок же тебе не приходится нажимать!

После того, как тела мародеров, оставляя на стенке кровавые потеки, сползли к подножию мусорных баков, Колун скомандовал:

- Стоп, снято!

Бизнесмен перепугался еще больше.

- Что снято?

- Расстрел бандеровских мародеров снят и выложен в Интернет. Теперь все знают, как нападать на людей, которые под моей защитой. Ну, и как нападать на магазины Долгополова.

- Долгопятова... - вяло поправил бизнесмен.

Колун схитрил - видеозапись была размещена на закрытом ресурсе, "облаке" с архивом отряда. Посторонние эпизод с расстрелом увидеть бы не смогли.

Бизнесмен был окончательно раздавлен и признал, что оказался в полной власти Колуна.

Ополченец, оценив состояние Долгопятова, сделал следующий ход.

- Мне нужен верный человек. Я - военный, гражданскими делами заниматься нет времени, действующее начальство разбежалось. Предлагаю стать мэром города, а по совместительству - управляющим кое-каким имуществом...

- Каким имуществом? - бизнесмен приободрился.

- Магазины, рынки, парикмахерские, гостиница, мастерские, заправки... Все, что принадлежит сторонникам хунты. Сейчас это все по доверенности передано одному человечку - с правом передоверия. Я предлагаю, чтобы передоверие это было на тебя. Нужно выжать из этого все, что можно - для снабжения отряда. Гонорар за управление имуществом гарантирую. Остатки имущества - твои.

- Каким сторонникам хунты? - не понял бизнесмен.

- Ну, начальству местному новому и старому. Не знаю, почему они на стороне хунты, но когда им было предложено выбирать сторону - они выбрали хунту. А таких я не защищаю, с такими надо поступать как с пособниками киевских узурпаторов.

Бизнесмен задумался.

- Мне нужно усилить охрану...

- Я дам своих бойцов, - с готовностью откликнулся Колун, указывая на расстрельную команду.

- Нет, не надо! - в ужасе воскликнул Долгопятов. - Я передумал, обойдусь теми, что есть...

- Так ты согласен?

- Да...

- По рукам. Через час тебя отвезут, оформят доверенность. После обеда приступай, вечером мне нужна опись имущества и план по его использованию для нужд ополчения и города. А сейчас еще одно дело для трибунала. Нужно запретить бандеровские партии и конфисковать их пожитки. Обвинителем прошу быть тебя, дело готово. Возьмешься реализовать конфискат с выгодой?

- Чего уж...

- Отлично!

***

"Отцов города", собравшихся для эвакуации, погрузили на автобусы с зашторенными окнами и повезли по окраинам Казаковки. Затем раздались выстрелы, взрывы, последовала команда "лечь на пол, прикрыть голову руками". Автобусы остановились, двери раскрылись, внутрь, стуча каблуками берцев, ворвались автоматчики.

"Ополченцы", - поняли незадачливые беглецы.

- Кто такие? - потребовал разъяснений командир.

- Мы гражданские, - наперебой стали доказывать захваченные. - Нас хотели эвакуировать из зоны боев. Мы не бандеровцы, мы хорошие! Мы ни в чем не виноваты!

- Проверим... Досмотреть вещи! - скомандовал командир отделения ополченцев.

Чиновники, депутаты, их жены и родня с бессильной злобой смотрели, как из их "тревожных" сумок вынимались пачки долларов и гривен, ювелирные украшения и дорогие мобильники.

***

Колун изучил опись изъятого, посмотрел на итоговую сумму оценки и присвистнул. И велел разослать группы на обыски квартир захваченных функционеров режима. С усилением групп опытными криминалистами из ОВД.

Оценив "урожай", он послал эти группы обыскивать служебные кабинеты. И получил еще одну впечатляющую опись.

Мэр, вице-мэры, руководители отделов, главные специалисты. Прокурор и прокурорские. Председатель суда, судьи, секретари суда. Военный комиссар и сотрудники военкомата. ОВД и офицеры милиции. Главврач больницы, не пускавшая до последнего проверяющих за порог своей квартиры, проклинавшая их и кричавшая о своих заслугах перед несчастными больными - в ее жилище были обнаружены залежи дефицитных лекарств, зачастую просроченных, стопки постельного белья из больниц, пачки денег. Заведующая ЗАГС. Директор кладбища. Директора школ и детских садов. Главный санитарный врач. Главный пожарный. Директор водоканала. Директор службы по вывозу мусора. Горэнерго. Начальники жилконтор. Даже заведующая библиотекой фигурировала в описи изъятого с приличной суммой.

- А библиотекари как воруют? - ошеломленно спросил Колун у Ломтя.

- "Мертвые души" в штате.

- Ясно.

Потом Колун послал группы обыскивать дачи номенклатуры. Потом - квартиры и дачи живущих отдельно родственников. Потом - квартиры и дачи любовниц.

Из небольшой Казаковки с бедным населением родное - плоть от плоти народа! - начальство вытянуло очень приличную сумму.

Такого Колун в своей Ивановке не наблюдал. Хотя... в Ивановке он только учился быть властью, поэтому дал время чиновникам приспособиться. Кроме того, в Ивановке в каждый отдел и службу были назначены "военные представители" - стажеры из местного населения, которых Колун хотел обучить муниципальному управлению для замены ненадежных старых кадров.

Этих стажеров нужно будет перебросить в Казаковку для возмещения кадровых потерь в местной власти, а в Ивановке набрать новых. Из раненых бойцов, из активистов-антибандеровцев.

***

Владельцы изъятых ценностей были привезены к Ломтю, который расположился в здании прокуратуры.

- Проконсультируйте, пожалуйста, неискушенного военного, - просил разведчик арестованных, - как лучше оформить ваши ценности. Как изъятое по уголовному делу о коррупции и превышению должностных полномочий? Или как добровольный взнос на нужды ополчения?

Арестованные, уже прослышавшие о сегодняшнем результате рассмотрения уголовного дела военным трибуналом, как один рекомендовали оформить добровольные взносы. Ломоть тщательно проверял правильность бумаг, благодарил заявителей, а потом отправлял их обратно под стражу - для целой серии последующих допросов. Коррупционные связи были отличным компроматом, позволявшим разрабатывать фигурантов в других нейтральных городах, а также на оккупированной хунтой территории.

Заявления о передаче ценностей ополчению Новороссии были отличным компроматом в глазах хунты и тщательно сохранялись Ломтем.

***

Колун теперь окончательно понял, почему некоторые командиры отрядов ополчения проявляли слабую активность на фронтах, а стремились занять побольше нейтральных городов и сел. Даже не имея финансовой и налоговой систем, одной разовой конфискацией коррупционных ценностей можно было добыть средств на вооружение маленькой армии.

И еще Колун понял, почему таким гнилым и слабым был павший режим. И почему Майдан смог привлечь столько сторонников.

Новая власть должна была быть другой. Но и старую номенклатуру нельзя было превращать во врага - уже имеющихся врагов было более чем достаточно. Ее предстояло тихо и дипломатично "стричь" и "доить" в пользу ополчения, ограничивая возможность, в свою очередь, "стричь" и "доить" простой народ. Тем более что "простой народ", взяв в руки автомат, становился очень даже не простым.

По реестрам изъятого Колун видел, что назначенцы хунты воруют более агрессивно, чем старая номенклатура. Народ это видит и понимает, народ за хунтой не пойдет.

Занятие нейтрального города, по мнению ополченца, прошло успешно. Правда, бандеры еще не нападали. Пропавших мародеров еще не начали серьезно искать. Еще не проявили себя владельцы и директора больших заводов. Еще неизвестно решение командования относительно изъятых ценностей и взятого в управление имущества.


Унесенные Галей


У Шинданда был друг, с которым когда-то служили вместе в Афганистане. Этот друг отслужил срочную, остался сверхсрочно сержантом, был ранен в ногу осколком мины, после работал писарем в штабе полка, а когда произошло осложнение с раненой ногой, был комиссован.


Друг жил в Магадане, имел доступ к Интернету и по Скайпу (а затем, по рекомендации штабного связиста, по Джитси) регулярно обсуждал дела отряда Ивановки. Позывной у него был "Колыма". Из сослуживцев и друзей по другим местам работы сержант собрал целый штаб, работающий удаленно - или, пользуясь современной компьютерной терминологией - в "облаке". Это были, в основном, отставные артиллеристы, танкисты, связисты, а также гражданские юристы, психологи и инженеры. Подключались они к задачам не постоянно, а лишь по обращению Колымы. Было ясно, что с занятием Казаковки нагрузка на облачный штаб резко возрастет.


Из постоянного штата у Колымы был только один помощник - внук Васятка 12 лет, взявший позывной "Чапай". До войны в Новороссии сержант-пенсионер крепко выпивал, вся родня с ним рассорилась, но после появления серьезного дела Колыма переменил образ жизни, пить стал гораздо меньше, возобновил спортивные занятия. Дочка сержанта стала снова его навещать, а внук так и вообще с головой ушел в военные темы, которыми занимался дед.


Васятка с фанатизмом человека, получившего первое в жизни интересное и серьезное дело, погрузился в военную проблематику. Он знал тактико-технические характеристики и тактику боевого применения всего отечественного стрелкового оружия - современного и прежнего, времен Императорской армии и Красной Армии. Знал характеристику боевых машин мотопехоты. Хорошо разбирался в танках, вертолетах и артиллерии. По памяти мог составить список узлов и агрегатов любой машины, их основные неисправности, знал заводы-изготовители комплектующих, способы ремонта в полевых условиях. Васятка чуть ли не наизусть выучил уставы и наставления, программы обучения пехоты и мотострелков, собрал в Интернете все учебные плакаты по оружию, боеприпасам и технике.


Готовя вместе с дедом операцию по взятию блок-поста или полевого опорного пункта хунты, Васятка изводил деда и остальных специалистов штаба дотошными вопросами, но изводил с пользой для дела. Операции проходили быстро, с минимальными потерями и максимальными результатами, а Чапай полученные ответы накрепко запоминал и использовал в дальнейшей работе.


Впрочем, у Васятки был один большой недостаток - он не понимал психологии противника. Как мальчику ни объясняли, он не мог уразуметь, почему сторонники президентских выборов в июне развязали войну против сторонников президентских выборов в декабре. И почему "европейский выбор" подразумевает смерть русских.


Васятка для пущей важности пользовался исказителем голоса, и на Интернет-конференциях высказывался лязгающим басом. Первое время ополченцы не могли сдержать смеха, когда этот грозный бас обращался к ним "дядя Колун" или "дядя Ломоть", а Колыму называл "деда". Но потом Чапай обвыкся и таких оплошностей не допускал.


В гражданской жизни Васятка был обычным школьником, получал подзатыльники от старшеклассников и покорно выполнял указания учителей. О том, что он планирует боевые операции целого отряда с использованием пулеметов, гранатометов и даже бронетехники, никто не знал.


***


После анализа данных допроса мародеров, взятых в Казаковке, Чапай предложил смелую идею - пользуясь тем, что у ополченцев была такая же "коробка", как и у солдат хунты, в ближайшую ночь заехать и захватить их расположение. Анализ радиоэфира показал, что отсутствие мародеров в части пока лишь вызывает вялые вопросы, тревога не поднята. Не имеющие линии соприкосновения с ополчением Новороссии подразделения противника воспринимали свое положение как тыловое, а выдвинувшихся в Казаковку мародеров рассматривали как дозор, который "предупредит в случае чего".


Подразделение мародеров размещалось в ротном опорном пункте в селе Соловьевка. Этот пункт обеспечивал поддержку нескольких блок-постов в окрестностях, имел две мобильных группы быстрого реагирования (бронетехника и "тачанки"). Головными машинами групп были БМП-2, на одной из которых в Казаковку приехали мародеры, а вторую в качестве командирской использовал командующий ротой капитан. Обычно он на ней ездил к соседям "для налаживания взаимодействия" - на пьянки. С момента расположения солдат хунты в Соловьевке никаких атак ополчения не происходило, поэтому бдительность была нулевая.


***


Темнело. Часовой ВСУ, бродивший у въезда в Соловьевку со стороны Казаковки, услышал вдали разухабистую песню:

- Нэсэ Галя воду! Коромысло гнэться...


Через пару минут из-за поворота показалась БМП, облепленная солдатами. У въезда в село она остановилась.


Часовой подошел к "коробке".

- Пароль! - потребовал он.

- Нэсэ Галя воду! - заорали в ответ с брони. - Цэ ж мы! На, лови горилку! - у ног часового на мягкую пыль плюхнулась бутылка.

- Говорить пароль! - растерянно повторил часовой, не узнавая приехавших, но вполне узнавая в бутылке вожделенный напиток.

- Пароль "Пэрэмога"! - ответили с брони. - Кажи видзыв!

- "Пэрэмога" була вчора, - отметил часовой. - Сёгодни цэй пароль нэ дие!

- В нас кожэн дэнь пэрэмога! - крикнули с брони. - Як нэ дие? Нам ничого нэ казалы...

- Да вы из нашого ли пидроздилу? Щось я вас нэ памъятаю...


Часовой подошел поближе, посветил одному из солдат на броне фонариком в лицо - и отшатнулся. Вся правая половина физиономии была расцвечена огромным синяком (художественно исполненным набором из четырех маркеров лично Ломтем).


- Шо в тэбэ з пыкою?

- Писню погано спивав... Алэ тэпэр спиваю гарно! "Нэсэ Галя воду. Коромысло гнэться. А за ней Иванко як барвынок вьеться!" Пий горилку та спивай з намы! Якщо погано спиватымэшь, пыку набьемо!


Боец спрыгнул с брони, достал из кармана откупоренную бутылку водки, приложился, потом протянул часовому.

- Пий!


Часовой приник к горлышку, перевел дух, снова приник, пошатнулся.


БМП тем временем поехала в село. Часовой проводил ее взглядом, подхватил с земли бутылку, обнял ее и удалился в ближайшие кусты продолжать нести службу.


***


В Соловьевке было еще два поста, нейтрализованных с помощью водки. В штабе находился молодой лейтенант-трезвенник, которого пришлось ликвидировать из "нагана" с глушителем.


Во время обыска помещения штаба зазвонил аппарат проводной полевой телефонной связи. Поколебавшись в нерешительности, командир ополченцев взял трубку.

- Слухаю! - изображая пьяную речь, чтобы залегендировать незнакомый собеседнику голос, произнес он.

- Морженко? Як гарно, що ты на мисти та працюешь у штаби! А мэни казалы, що ты у сусидив, та напывся вусмэрть, впав пид стола та як труп! Нэ можуть мои охвицэры так сэбэ вэсты, я им так и розповив! Ну ладно, видпочивай...

- Есть!

- Да, ще одно... Ты нэ забув, що завтра повынэн послаты пьятнадцать солдат на полёви роботы до фэрмэра Прокопчука?

- Нэ забув! - заверил ополченец, отмечая для себя, что поля местных фермеров могут быть хорошим источником пленных.

- Прокопчук справжный патрыот, так що грошей з нёго нэ вымагай.

Ополченец сделал вывод, что собеседник уже деньги с фермера получил.

- Есть!

- Тогда в мэнэ всэ. Ха, напывся та впав пид стола! Вот же поклеп! Мои охвицэры вид горилкы пид стола нэ падають! - на той стороне положили трубку.


***


О прошедшем разговоре командир группы доложил Колуну, тот проинформировал Ломтя, Колыму и Чапая. Похоже было, что подразделение, в которое уехал из Соловьевки Морженко, тоже в достаточной степени разложено и может стать хорошей добычей. Штаб занялся планированием новой операции, а ополченцы пока продолжали текущую.


Под прицелом БМП и пулеметов десанта сонные солдаты хунты были разоружены и связаны. Ополченцы принялись пересчитывать трофеи. Захваченной техники было много, но состояние ее было паршивое.


У штаба стоял БТР-80, о котором еще из допросов пленных было известно, что он заводится через раз - аккумуляторы еле живые. Поодаль стояли две пулеметные "тачанки", причем сделанные на базе Toyota Land Cruiser. Еще одна "тачанка" - "уазик" - стояла с погнутым бампером и разбитым радиатором.


У палаточного лагеря, где жили солдаты, находилась БМП-1 без аккумуляторов, с обросшей грязью "Малюткой" на направляющей башни. В боеукладке нашлось еще две старинных ПТУР "Малютка".


Также было взято 4 бортовых грузовика КрАЗ для перевозки личного состава, 5 АГС-17, 3 пулемета НСВ, 4 пулемета ПКМ, 3 пулемета РПК, 2 миномета "Василек" с полными боекомплектами, 1 миномет "Поднос", 2 установки ПТУР "Фагот", 8 РПГ-7 с полными боекомплектами, 4 СВД, 53 автомата, тепловизионный монокуляр, 2 стереотрубы, боеприпасы, ГСМ, 2 дизель-генератора, маскировочные сети, палатки, полевая кухня, большой запас концентратов гороховой и гречневой каши, а также 2 больших клетки с курами.


Трейлеры, временно изъятые в Казаковке, были уже наготове - стояли за поворотом на обочине дороги. Неисправную технику вывезли, пленных погрузили на КрАЗы и отправили следом в сопровождении конвоя, "тачанок" и БМП-2. В Соловьевке осталась небольшая трофейная команда, ожидавшая прибытия транспорта для вывоза боеприпасов, ГСМ и прочих ценностей.


***


После экспресс-допроса пленных было завершено планирование следующей операции. БМП-2 Обушка с полным десантным отсеком и четырьмя бойцами на броне двинулся к селу Крынкино. С ним была колонна трейлеров и грузовиков для вывоза трофеев и пленных. Оставив гражданские машины в трех километрах от цели, Обушок поехал в Крынкино.


- Нэсэ Галя воду! - распевали бойцы, изображая солдат хунты и размахивая бутылками водки. - Коромысло гнэться!


Часовому они объяснили, что приехали из Соловьевки за Морженко. Это было чистой правдой. Потом дали часовому бутылку водки, заставили как следует выпить, спеть куплет про Галю, и без проблем вошли в Крынкино.


Здесь дела прошли более гладко - трезвенников, как в Соловьевке, в штабе не оказалось. Под столом храпело три типа, один из которых, видимо, и был Морженко. Учитывая, что летняя ночь была короткой, всех троих выволокли на улицу и облили колодезной водой.


- Хлопци! Трэба ж поважаты свого командыра... - пожаловался один из собутыльников, трезвея.

- Дивизионная инспекция! - строго произнес Обушок, возвышаясь над телами "охвицэров". - Встать смирно!


Те мгновенно вскочили и вытянулись, с недоумением ища глазами высокое начальство.


- Назовите себя!


Выяснилось, что помимо Морженко и местного командира, в пьянке участвовал еще старший лейтенант-артиллерист, командир батареи гаубиц Д-30 из соседней Никифоровки. В Крынкине "охвицэры" собирались потому, что здесь базировалась авторота, перевозившая, помимо прочего, продовольствие, которое при транспортировке регулярно "портилось" и списывалось.


О ситуации с Никифоровкой было доложено в штаб отряда, ополченцы тем временем вызвали стоявшее на въезде в село подкрепление и занялись захватом пленных и трофеев.


Из бронетехники в Крынкине был только тягач МТЛБ, также было три пулеметных "тачанки" на японских внедорожниках Toyota и Nissan, четыре пассажирских "уазика", микроавтобусы, грузовики, автомастерская, три трейлера и дизель-генератор. Из оружия было только 2 НСВ, 2 ПКМ и 1 РПК, 82 автомата. Пять грузовиков оказались с полными кузовами артиллерийских снарядов и мин. На окраине Крынкина находился склад ГСМ.


Автотехники хватило, чтобы вывезти все добро подчистую, еще и остался незанятый тоннаж.


- Ну что, определились с Никифоровкой? - запросили ополченцы свой штаб. - Давайте быстрее, ночь скоро закончится.


- Определились...


***


Часовому на окраине Никифоровки предъявили его командира - старлея-артиллериста, распевавшего "Нэсэ Галя воду". Похоже, такие ситуации были нередки, т.к. солдат без лишних разговоров пропустил БМП Обушка в центр села.


Ополченцы-десантники разошлись по Никифоровке, обезвреживая и связывая часовых, а более крупные группы солдат угощая водкой и приглашая спеть про Галю.


Когда были сняты часовые и занят штаб, вызвали подкрепление. Для ускорения дела Колун прислал в Никифоровку все три БТР и еще две "тачанки". Солдаты под прицелом пулеметов даже не подумали рвануться к гаубицам и открыть огонь.


Обушок подошел к Д-30, погладил грозный ствол. Да, этот калибр был не чета его 30мм пушечке...


Вместе с 6 гаубицами взяли 3 три тягача МТЛБ без пулеметных башенок, 8 КрАЗов, два пассажирских "уазика", автомастерскую, прицепную кухню, дизель-генератор, пулемет ПКМ, РПГ-7, 71 автомат, рацию, приборы наблюдения и управления огнем.


До конца ночи до Казаковки было уже не успеть, поэтому с гаубиц сняли панорамы, орудия прицепили к технике повышенной проходимости (БМП, МТЛБ и БТР) и на скорости повезли через степь к ближайшей балке. Одна Д-30 при этом свалилась на бок и погнула сцепку. Гаубицу заминировали и укрыли маскировочной сеткой - а вдруг не заметят?


В балке Д-30 отцепили, тоже заминировали и замаскировали сетями. Техника налегке отбыла в Казаковку.


Пленных тоже было невозможно довезти до Казаковки затемно, поэтому их до следующей ночи продержали неподалеку от Никифоровки, в заброшенном свинарнике разорившегося колхоза. Это место было включено в план Чапаем, и туда заблаговременно на "тачанке" был направлен наблюдатель.


Боеприпасы и ГСМ вывезли все, до Казаковки чуть-чуть затемно не успели, так что остаток пути добирались в сопровождении зенитной установки, высланной навстречу Колуном.


***


После подведения итогов операции ополченцы с чувством исполнили по Джитси замечательную украинскую народную песню про Галю.


***


Командование ВСУ организовало вертолетный облет и прочесывание окрестностей Никифоровки, при этом была обнаружена поврежденная Д-30. Мина сработала, полностью выведя орудие из строя и ранив двоих солдат. Остальные гаубицы Колун решил пока не забирать, очень уж активно вели себя подразделения хунты у Никифоровки, дозоры и разъезды так и наводнили степь.


Сапог на царстве


После очень напряженных суток Колун и Ломоть отправились в Ивановку отсыпаться, а делами в Казаковке, да и делами всего отряда оставили заниматься Шинданда. Замкомандира тоже прошлый день не отдыхал, но все же устал меньше, следя за хозяйством в Ивановке, поэтому был вполне работоспособен. Взяв с собой штабного писаря с СВД, трех командиров отделений, группу автоматчиков из комендатуры и нескольких простых бойцов, желающих ближе познакомиться с занятым городом, Шинданд приступил к управлению Казаковкой.


Вместе с ним увязался и Обушок. Мотострелок даром что не спал ночь, сегодня была не его смена ездить на БМП, а интерес к строительству новой жизни в Казаковке был большим.


Колун выбрал для себя кабинет мэра города, туда даже перевезли кое-что из вещей, но пока командир отряда в мэрии Казаковки поработать не успел. Долгопятову, официальному и.о. мэра, отвели вице-мэрский кабинет. Ломоть облюбовал городскую прокуратуру. Калита застолбил за собой кабинет в отделе Государственной фискальной службы. Шинданд решил обосноваться в военном комиссариате.

- И почему военкомат меньше исполкома? - проворчал он. - Не уважают нас "пиджаки".

- Меньше дом - меньше мишень, - заметил писарь Кашалот. - Да и место наше в боевых порядках, а не в конторах.

- Тоже верно, - согласился Шинданд. - Но когда-нибудь и у нас появится тыл, где писаря будут сидеть в конторах, а не шариться где попадя с оружием.


Бегло осмотрев кабинет военкома и оставив на столе свою личную чашку - признак занятия помещения - Шинданд велел вызвать в ОВД дежурного чиновника мэрии и поехал в милицию сам.


Шинданд ездил на БТР-80, когда-то со "сдохшими" аккумуляторами захваченном Обушком. Ломоть постоянного транспорта не имел, чаше передвигался на "тачанке" Toyota, реже - при военной необходимости - на БМП Обушка. В мастерской стояли еще две БМП - одна взятая горелой, вторая - захваченная в Казаковке. Но пока они еще не были готовы к использованию. Калита облюбовал себе МТЛБ с пулеметной башенкой, но обычно ездил на невооруженных внедорожниках.


- Доложите обстановку! - приказал дежурному милиционеру и чиновнику мэрии Шинданд.

Выяснилось, что в городе произошло ЧП - на этот раз без участия военных, чисто местное. Был разгромлен офис коллекторского агентства. Шинданд немедленно выехал туда.


БТР подъехал к бывшей детской спортивной школе, переделанной под бизнес-центр. У здания стояли две "скорые", а также автобус-катафалк. Санитары грузили на "скорую" носилки - Шинданд подошел, дал знак остановиться, сдвинул простыню, накрывавшее раненого.


Его, боевого командира, чуть не передернуло - таких ран он не видел. Не пулевые, не осколочные - такое впечатление, что пострадавшего рвали когтями дикие звери.


- Должники, - пояснил подошедший милиционер. - Эти коллекторы работали жестко, а народ после смены власти решил рассчитаться... Вломились толпой и рвали голыми руками. Коллекторы отстреливались из помповых ружей и травматов. Двух наповал, семеро госпитализированы. Но толпа все равно с ними справилась, подвесила за ноги. Мы еле успели... Директор агентства, два специалиста, секретарша. Жить будут, если возить на колясочке и кормить через трубочку.


В офисе все полы были усеяны обрывками бумаги, у стены стояли железные ящики с сожженными документами. Остро пахло горелым, кровью, рвотой и фекалиями.


- Не понимаю... - пробормотал Шинданд. - Если нет денег, просто скажите, зачем коллекторов избивать?

- Просто сказать - так не отделаешься. Будут звонить круглые сутки, угрожать, приставать к родственникам, к начальству на работе. Арестовывать имущество, вытягивать все деньги, что сумеешь заработать, - пояснил один из ополченцев.

- А ты откуда знаешь? - поинтересовался Шинданд.

- Да взял как-то кредит... - уклончиво проговорил тот. - Но это дело прошлое, теперь я живу под позывным и никаких проблем с долгами!

- Есть же какие-то механизмы, - не успокаивался Шинданд, - банкротство. У меня так было. Вложил деньги в банк, банк обанкротился, и деньги отдавать не надо.

- Банкротство физических лиц не предусмотрено законодательством Украины, - пояснил чиновник мэрии.

- А чего так?

- Банковское лобби не дает, - с видом знатока заверил бежавший от долгов ополченец, Репа.

- Совершенно верно, - подтвердил чиновник. - В нормальных странах есть закон о банкротстве физических лиц, на Украине нет. Потому что банковское сообщество против.

- И в результате люди убивают коллекторов, - заключил Шинданд. - Непорядок! Но теперь, к счастью, у народа новая власть. Сейчас все поправим! Кашалот!

- Я!

- Готовь приказ. Ввести процедуру банкротства физических лиц на территории Ивановки и Казаковки. Процедуру разработай вместе с Колымой, посмотрите что-нибудь международное, самое передовое. Чтобы сегодня вечером приказ был готов мне на подпись. Контроль исполнения, напиши, возлагается на председателя военного трибунала. Потом под роспись доведешь приказ до сведения всех банкиров. Нарушат - предстанут перед военным трибуналом по законам военного времени. И в народные заседатели возьму кого-нибудь из должников.

- Есть!

- И пусть банкиры, пока не подпишутся под приказом, новых кредитов не выдают! Как думаешь, - обратился он к чиновнику, - может, вообще прием денег по кредитам остановить?

- Чем тогда вкладчикам платить?

- Хм... Нужно приставить к банкирам бойцов, чтобы полученные деньги шли только на выплату по вкладам. Кашалот! Направь в банк двух автоматчиков!

- Есть!

- А еще надо зарплату и пенсию платить, - продолжал чиновник. - Автоматчики разве разберутся в ситуации?

- Да, правда... - признал Шинданд. - Кашалот! Усиль группу в банке бойцом с ДП! И - назначь его старшим группы!


***


Исчерпав тему с банковским делом, Шинданд отправился в мэрию представляться чиновникам.

- Объяви общий сбор, пусть построятся на плацу... то есть на площади, - велел он дежурному.

Чиновники долго, вяло и беспорядочно собирались перед зданием мэрии. Шинданда это удручило.

- Ты говоришь, что они все с высшим образованием? - недоверчиво обратился он к дежурному мэрии.

- Да. Некоторые не с одним.

- А чего тогда строиться не умеют?


Шинданд объявил чиновникам мэрии, что он замещает командира отряда, является высшей военной властью в городе, а город находится на военном положении, так как располагается в прифронтовой полосе. Пообещал прикрепить к каждому отделу и службе военного представителя "для снижения нагрузки на гражданских" и распустил собравшихся по кабинетам.


- Кашалот, - распорядился Шинданд, - через двадцать минут пусти по этажам с обоих концов досмотровые группы бойцов. Пусть ищут признаки поджога документов и сокрытия ценностей. У входов-выходов поставить оцепление.

- Есть!


- А вообще чем занимается такая прорва народу? - поинтересовался Шинданд у дежурного мэрии. - В военкомате кабинетов совсем мало, хотя делают понятное дело. А тут чем занимаются?

- Ну... - чиновник был обескуражен такой непосредственностью. - Например, принимают и контролируют бюджет города.

- Что такое бюджет?

- План расходования денег, - постарался доходчиво объяснить чиновник. - Сколько на какие нужды потратить...

- Вот дураки! - хохотнул Шинданд. - Кто же во время войны платит деньгами? Кашалот! Посмотри, что у нас в актах на изъятие?

- Все, что нужно, еще и с запасом, - потряс писарь пачкой листков. - Грузовики, автобусы для личного состава, строительная техника, сварочные аппараты, отбойные молотки, запчасти...

- Отставить! Не понимаешь ты еще военного управления! Изымается то, что нужно временно. А запчасти нужны навсегда. Стало быть, нужно составлять акт на реквизицию. Репа, Эльбрус!

- Я!

- Назначаю вас экспертами по оценке. Будете в актах стоимость изъятого и реквизированного указывать. Сгоняйте в ОВД, посмотрите по картотеке скупщика краденого какого-нибудь, возите его с собой. Лучше лицензированного оценщика все скажет.

- Есть!


- Кашалот, ты списочки свои-то подсократи... Подожди, пока Ломоть отоспится, основные реквизиции надо во вражеском тылу проводить. Нам здесь народная поддержка нужна.

- Есть, буду реквизировать столько, сколько сами не пожалеют отдать.

- По возможности нужно реквизицию заменять временным изъятием или обменом. Что у нас хорошего на обмен есть?

- У нас все хорошее! АГС-17. "Калаши" разных модификаций. Грузовики, автобусы...

- Гранатометы и автоматы у нас "мирняк" вряд ли на обмен возьмет. А вот грузовики - товар ходовой. И для городских, и для селян.

- Так точно! Только...

- Что - только?

- Как нам обмен оформлять? У "мирняка" фирмы с печатями, бухгалтерские ведомости, инвентарные номера. А у нас нет ничего.

- Наверное, у Калиты есть.

- У Калиты "левые" фирмы, он все через них делает, или "вчерную", без всяких документов.

Шинданд на минуту задумался.

- Нам нужно узакониться. Где здесь делают печати?

- Рядом с фискальной службой делают печати для фирм-однодневок. И на рынке еще.


Мастер на рынке был готов выполнить любой заказ. Оставалось сформулировать, что изобразить на печати. "Армия Новороссии" - было слишком неконкретно. И даже "Вооруженные Силы ДНР". "Отряд ополчения Ивановки" - несолидно. Нормальная армейская часть должна иметь номер и указание на принадлежность к роду войск. Наименование по городам и селам попахивало махновщиной или даже бандеровщиной с их террбатами "Днепр", "Донбасс", "Криворожье" и другими.

- Давайте - "Сто вторая бронетанковая дивизия!" - встрял в разговор Обушок, все время крутившийся неподалеку от начальства.

Шинданд поперхнулся.

- Да ты охренел, парень! На всю Новороссию еле одна дивизия наберется, с писарями, обозными и ранеными. Ты знаешь, сколько дивизия должна иметь по штату?

- Ну... очень много. Знаю. Так ведь бандеры говорят, что у них батальон, когда на самом деле человек 40-60, из которых 70 - мародеры. Давайте и мы скажем, что нас много. Это будет военная хитрость.

- Это будет военная глупость! - сердито одернул его Шинданд. - Врать тоже надо уметь, иначе только опозоришься. Так... Во-первых, не дивизия, а бригада. Бригада меньше.

- Ага.

- Что - "ага"? Ты типа одобряешь мое решение, рядовой?

- Виноват!

- То-то... И сто две бригады - это сильно дофига, это никуда не годится. Ну, допустим, просто - вторая.

- Ура! - не удержался Обушок. - Вторая бронетанковая бригада!

- Почему бронетанковая?

- Так весь "мирняк" мою БМП танком называет. И "бронетанковая" звучит круто! Аж душа поет!

- Не дай бог тебе с танком в бою повстречаться, - пробурчал Шинданд. - Ладно, так и быть, раз народ называет, то и бандеры дезу "скушают". Мастер, рисуй на печати: "Вторая бронетанковая бригада Вооруженных Сил ДНР". Кашалот, найди ателье мод, пусть пошьют нам флаг. Колуну не говори, сюрприз будет, когда проснется. Пусть знает, что я тоже могу нехило управлять...


- Ну вот, печать есть, флаг будет, - Шинданд любовно оглядел печать, дохнул на нее, открыл-закрыл коробочку с пропитанной чернилами губкой. - Мы теперь самая что ни на есть официальная власть. Кашалот, свяжись с Колымой, пусть забацает нам бланки и скинет файл. Учись теперь вести делопроизводство, проставлять входящие-исходящие. Ты же все-таки писарь, хотя и с СВД...

- Свяжусь.

- И свяжись с Калитой, пусть найдет человека оприходовать трофеи. В первую очередь те, которые мы будем "мирняку" на обмен давать. Чтобы к вечеру обмен провести и завтра с утра иметь уже все, что нужно.

- Есть.

- И отпиши командованию на новом бланке, что, мол, начато формирование Второй бронетанковой бригады, пусть номер не занимают.

- Так точно.

Пока Кашалот "шуршал" по полученным распоряжениям, Шинданд связался с постами на окраинах Казаковки и Ивановки, выслушал доклады об обстановке. Хунта после потери гаубиц не снижала активности, по степи сновали джипы с дозорными, пару раз около Казаковки пролетал вертолет. На дороге между Казаковкой и Соловьевкой бандеры спешно усиливали блок-пост.


- Нам тоже нужно ускориться, - сделал вывод Шинданд. - Давай карту города, посмотрим, где фортификацию еще добавить...

Шинданд, ориентируясь на мощности строительной техники из Ивановки и предполагаемые изъятия в Казаковке, запланировал масштабные работы. Но к строительной технике были нужны еще землекопы с лопатами и кирками, а для них - вода и питание.

- У милицейских в сизо остался кто трудоспособный?

- Всех выгребли с утра на окопы, - покачал головой Кашалот.

- А в медвытрезвителе?

- Вытрезвители сто лет как отменили.

- А я и не знал... - махнул рукой Шинданд. Он был непьющий. - Ладно, предупреди ОВД, сейчас приедем, будем изыскивать трудовые резервы.


Трудовые резервы нашлись. В милиции оказалось довольно много нерассмотренных заявлений, которые сотрудники просто игнорировали. Шинданд назначил одного из бойцов отряда, бывшего "беркутовца", секретарем военного трибунала и поручил разобрать заявления. При упоминании о военном трибунале милиционеры просто преобразились. За полчаса все заявления были рассмотрены, определены виновные - либо фигуранты заявлений, либо авторы за клевету - и к ним выехали группы захвата. Виновных в административном порядке приговорили к различным срокам исправительных работ. На фортификационные работы отправили даже женщин - поварами и посудомойками на полевые кухни.


Потом Шинданд двинулся в прокуратуру и разобрался с заявлениями там. "На окопы" отправилось еще несколько человек. И целый ряд заявлений касался серьезных правонарушений. Рейдерские захваты. Убийства. Поджоги. Контрафакт алкогольной и табачной продукции. Уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах. Нарушение техники безопасности на шахтах с десятками погибших и покалеченных. Наркоторговля.

Заявления по рейдерским захватам и убийствам в основном касались времен бандеровской власти. Эти обращения были оставлены прокуратурой без последствий. Шинданд пролистал заявления и понял, что до вечера с этим всем можно не успеть. Он приказал одному из командиров отделений при помощи чиновников мэрии отсканировать все документы и отправить Колыме - пусть разбирается.

Еще было множество заявлений по невыплате зарплаты.

- Чего так много? - поинтересовался Шинданд у чиновника мэрии.

- В трудовых договорах зарплату не пишут, поэтому через суд добиться ничего нельзя. Вот и пишут от безнадеги по всем инстанциям. К нам в исполком пишут, в правительство пишут, президенту пишут, даже в ООН. И отовсюду их нафиг посылают.

- А почему не пишут зарплату в договорах?

- Чтобы начисления не платить. В Пенсионный фонд, и все такое. Подоходный налог тоже.

- А почему рабочие соглашаются?

- Да у нас даже до переворота было за счастье хотя бы обещание зарплаты получить. Условия полностью диктует работодатель.

- Где эти все налоги оказываются? Где Пенсионный фонд?

- В Киеве, конечно. Нам потом "с барского плеча" выделяют сколько-то, сколько не жалко. И кричат, что мы дотационные.

- Платить хунте - значит быть соучастниками в государственном перевороте. Кашалот, еще задача Колыме - сделать новый налоговый закон, чтобы в Киев ничего не платить, зарплату работяг ничем не обкладывать.

- Есть!

- Как это - зарплату ничем не обкладывать? - не понял чиновник. - А из чего пенсии платить?

- Тебе из чего зарплату платят?

- Из бюджета города.

- Вот оттуда и пенсии платить.

- Так не принято! Пенсия должна быть "привязана" к зарплате!

- А сейчас она "привязана"?

- Сейчас нет... - смутился чиновник. - Все получают почти одинаково, кроме особо важных пенсионеров. И потом, где тогда взять доходы?

- Во-первых, Киеву его долю не платить.

- Это понятно.

- Во-вторых, надо найти другие источники дохода. Я озадачу экспертов, через час жди ответа.


Пока Шинданд ворошил документы в прокуратуре, а потом завтракал, пришел ответ от Колымы.

- О! - довольно воскликнул ополченец. - Оказывается, я угадал! Есть прогрессивный способ, доходы нужно получать с обложения имущества. Особенно недвижимости, которую в оффшоре не спрячешь.

- Ничего не выйдет, - пожал плечами чиновник. - У нас оценка недвижимости занижена, доходы копеечные.

- У меня идея! - провозгласил Шинданд. - Если недвижимость здесь имеет копеечную цену, я скажу Калите, мы все скупим!

- Нет, вы неправильно поняли. Это для налогообложения оценка занижена. А для продажи очень даже не занижена.

- А почему так? Почему для налогов одна оценка, а для продажи - другая? Это разве правильно?

- Вообще-то это неправильно... - задумался чиновник. - У амеров можно выкупать в бюджет недвижимость по оценке для целей налогообложения. Но это же амеры! Нас домовладельцы со свету сживут, если мы будем налог с нормальной стоимости брать.

- А если не будете брать с нормальной, пойдете под трибунал. Подумай получше, что выбрать.

- Что угодно, лишь бы не трибунал!

- Вот, молодец. Значит, слушай. Назови мне отдел, который занимается налогом на недвижимость. Я в него немедленно назначу военного представителя. К вечеру мне нужны документы на подпись. Приказ об изменениях в налоговый закон на территории Ивановки и Казаковки. Чтобы завтра насчитать налог по новым правилам и начать собирать. Я приму чем угодно - деньгами, соляркой, углем, зерном. Хоть лопатами. На войне все пригодится.

- Юридический отдел. И бюджетный отдел.

- Кашалот, слышал? Давай в юридический отдел расчет ПТР, а в бюджетный - гранатометный расчет.

- Есть!

- Поборы с зарплаты не забудьте отменить.

Чиновник кивнул

- Еще наш штаб предлагает проанализировать льготы по налогу на прибыль.

- Да чего анализировать! У нас оба градообразующих завода в оффшорах зарегистрированы, у нас налог на прибыль не платят.

- А где платят?

- Где-то в оффшорной зоне под английской юрисдикцией.

- Английской! Ага! Англия же против нас санкции ввела. А мы против нее введем! И будем налог здесь собирать!

На лице чиновника застыло задумчивое выражение, затем оно осветилось плохо скрываемой радостью.

- Это же сотни миллионов!

- Ну да! - важно подтвердил Шинданд, прикидывая про себя, что для сбора таких налогов и танкового батальона может не хватить.

- Фунтов стерлингов!

- Вот-вот, - согласился ополченец, не зная, впрочем, курса этого самого фунта.


Шинданд отошел в сторонку и связался с Калитой:

- Фунт стерлингов - это сколько?

- Полтора доллара.

- Понятно... Отбой.


- Какие у нас налоговые поступления с земли? - продолжил тему Шинданд.

- Копейки, - пожал плечами чиновник. - Чтобы собирать что-то с земли, налог или аренду, нужно дать на нее госакт о праве собственности или аренды. А госакты мы не выдаем. Есть негласное распоряжение - тормозить передел земли. И в судах никто ничего не может добиться, хотя нужные законы есть. Негласное распоряжение - это не какой-нибудь закон, это сильнее.

Шинданд расцвел.

- Родные вы мои! Чиновнички дорогие! Судьи разлюбезные! - он светился от радости. - Земной поклон за то, что такой резерв создали! Ох, как он сейчас кстати! Кашалот!

- Я!

- Свяжись с Колымой, пусть штаб еще и земельный закон подготовит. К вечеру мне на подпись. Пусть поторопятся, у нас вечер уже скоро. В законе пусть пропишут, что госакт выдается при уплате регистрационного сбора и выплате вперед суммы налога и арендной платы... за сколько времени - пусть сами прикинут.

- Есть!

- Бланки госактов в мэрии есть?

- Есть... нужным людям мы госакты делаем.

- Кашалот! Запасы бланков изъять и поместить под охрану. Напечатать новые. Тысячу штук для начала.

- Есть!

- Найдешь в мэрии специалистов, у которых есть данные по землепользователям. Разошлешь землепользователям бойцов с уведомлением об облегченном порядке оформления земли. Как раз к тому времени, когда я новый закон подпишу, народ будет оповещен.

- Есть!

- С госактами-то мы можем и вовсе без реквизиций обойтись... - задумчиво проговорил Шинданд. - А за городом за госакты с фермеров можно хлеба дофига получить. Кстати, о хлебе. Зерно где хранится?

- В хозяйствах немного, остальное выкупается зерноторговыми фирмами и Аграрным фондом, хранится на элеваторах.

- Аграрный фонд - что такое?

- Государственное бюджетное специализированное учреждение. Закупает зерно для государства.

- Кашалот! Теперь государство в Казаковке - мы. Надо найти в мэрии спецов, взять отделение на двух "тачанках", проехаться по элеватором, взять под охрану запасы государственного зерна.

- Есть! - Кашалот изрядно взмок, но держался - работать с Шиндандом ему было не впервой.


- Что-нибудь наподобие Аграрного фонда по другим товарам есть? - спросил ополченец у чиновника.

- Ну, есть похожий фонд по авиационной деятельности...

- Этим займемся, когда Харьков освободим. А еще?

- Государственный резервный семенной фонд. Но у нас в районе он не работает. Есть другие фонды, более общего плана. Государственный жилищный фонд. Это про те квартиры и дома, которые можно приватизировать.

- Что-то неприватизированное осталось?

- Да почти ничего интересного. Информационный геологический фонд. Это киевский архив по геологии. Ну и Фонд государственного имущества, конечно.

- Кашалот!

- Я!

- Отправь расчет АГС в фонд государственного имущества, пусть выяснят, что из имущества здесь есть. Потом разошлем группы по всем адресам, посмотрим, что там найдется для изъятия и использования в военных нуждах. Автотранспорт, оргтехника и мебель там наверняка есть.

- Есть! - двусмысленно откликнулся Кашалот.


Затем в поисках резервов Шинданд занялся Государственной исполнительной службой.

- Так... Что тут у нас? Алиментщики. Отправить на принудительные работы, детей поставить на котловое довольствие в отряд. Не в отряд, в бригаду! Самострои и самозахваты. Почему так много? - обратился ополченец к чиновнику.

- Так ведь земля ни у кого не оформлена. Госактов нет.

- Кашалот. По этим делам приостанови исполнение в связи с новым порядком оформления земли. Смотрим дальше... Неуплата штрафов, налогов, сборов. Тоже принудительные работы. А вот совсем другие суммы - фирмы судились. Тут уже счет идет на тонны товара и миллионы гривен. Это я сходу не разберу... Кашалот! Возьми помощников из службы, отсканируй документы и отправь в штаб. И то же самое покажи Долгопятову. Потом сравним, что скажут. И на всякий случай по каждому адресу должника отправь группу совместно с казаковской милицией - не прячут ли чего. Будут давать взятки - пусть все берут, потом оформляют протоколы, посмотрим, на что это потянет...

Шинданд перешел к новой группе дел.

- О! Обманутые туристы. Даже из казаковки кто-то по заграницам прохлаждается... Что, деятель кинул клиентов, сменил вывеску и теперь готовится кинуть новых? Разве это не мошенничество? - ополченец посмотрел на чиновника.

- Не доказали, - пожал плечами тот.

- Дело на пересмотр в трибунал. Обманутого туриста - в народные заседатели. Турдеятеля пока - на окопы. Потом, возможно, им разведка заинтересуется. С заграницей работал все-таки.

- Ломоть его уже прибрал, - сообщил Кашалот, вчитываясь в материалы дела.

- Ну, и пачка дел по невыплаченной зарплате и незаконным увольнениям, - показал Кашалоту Шинданд на ворох бумаг. - Кто кидает народ, будет нещадно наказан. Кто в течение суток не урегулирует конфликты с людьми, попадет под трибунал. За неисполнение решения суда.


Следующим пунктом в маршруте Шинданда был сам суд.

- Все сложное просканировать и в штаб. Потом в трибунал и "расстрельную" команду. То есть в команду исполнителей решений трибунала. А что попроще, я сам сейчас посмотрю.

Ополченец углубился в бумаги.

- Так... Два придурка два года судятся из-за мотоцикла, оставшегося после умершего деда. Обоих на окопы, пока не поумнеют. Возможно, навсегда...

- Или вот. Придурок в пьяном виде ходил по городу, приставал к женщинам, "демонстрировал им обнаженный половой орган". Вымазать смолой и вывалять в перьях.

- Так ведь нет такого наказания в кодексе, - заметил чиновник.

- Кашалот! Поправки в Уголовный кодекс мне на подпись через 10 минут.

- Не успею.

- Ну через полчаса. Не могу я придурков в тюрьме держать, его на котловое довольствие ставить надо, охрану отвлекать. А на окопах дурня лопатой пришибут, - объяснил Шинданд чиновнику мэрии.

- Так. Драка, побои... В сизо не посадили... Кашалот, зачинщиков драки - на занятие по рукопашному бою. "Куклами", но чтобы без увечий.

- Наркоторговля... - Шинданд нахмурился. - Отпущены "за недостаточностью улик". Кашалот, всю наркоторговлю - отбери отдельно. Стрелять их, вообще-то, надо, но у сук связи обширные, и по загранице тоже. Так что надо хорошенько все продумать. Под расстрел пока только самых наглых. Кашалот, вышли группы захвата по адресам трех-четырех отморозков, сегодня вечером на трибунал и исполнение. Покажем народу пользу от народной власти.

- Есть!

- Ладно, хватит с меня судебных дел... Вроде пропущенного не осталось?

- Осталось! - поправил Кашалот. - Изнасилование. Насильника из сизо на окопы отправили, а дальше что с ним делать?

- Так он вроде говорил, что девчонка по доброй воле с ним гуляла?

- Говорил... Но заявление она подала, так что надо реагировать.

Шинданд задумался.

- Пока передохнем, водички попьем, а парня и девку ко мне на допрос.

- Есть!


Выяснилось, что девчонку написать заявление заставили родители - уж больно беден был будущий зять.

- Родителей на допрос, - распорядился Шинданд.

- А они уже здесь, в коридоре. С дочкой приехали.

- Вызывай.

- Объясните, на каком основании принудили дочь к даче заведомо ложных оснований и клевете на ее парня?

- Не пара он ей! Голытьба! И школу не закончил!

- Почему школу не закончил? - повернулся Шинданд к злосчастному жениху.

- Работать надо было... На шахту пошел.

- Бросит брюхатую и сбежит, - продолжали родители. - Пустое место он!

- А за бойца Второй бронетанковой бригады Донецкой народной республики отдали бы дочь?

Родители помялись.

- Это какая? - робко спросил отец.

- Так, которая сейчас власть в Казаковке, - разъяснил Шинданд.

- Отдали бы! Отдали! - наперебой засуетились родители.

- Пацан! Пиши заявление на прием в Армию Новоросии, во Вторую бронетанковую бригаду. Если хочешь, конечно... Кашалот, помоги новобранцу с бумагой.

Через пять минут Шинданд уже объявил молодых мужем и женой, а Кашалот выдал им документ.

- В ЗАГСе получите свидетельство по всей форме. А пока боец Жених - двое суток отпуска!


- На что еще народ жалуется? - обратился Шинданд к чиновнику. - Чего не хватает? У меня еще времени до вечера полно, сейчас со всем разберусь.

- Например, подключение к электросетям проблема. Мощности ограничены.

- И как решается вопрос?

- Как обычно. "Черным налом".

- Мы возьмем по закону и всех подключим. И сразу график отключений нужен. Мощности во время войны всегда ограничены, если вообще есть... Кашалот, группу с ДП в горэнерго, если будет недостаточно, подключим военный трибунал, - слово "подключим" прозвучало двусмысленно. - Если каких-то прав не хватает, я дам, если законов не хватает, я подпишу, - Шинданд подкинул на ладони печать Второй бронетанковой.

- Это называется "улучшение инвестиционного климата", - прокомментировал Кашалот.

- Что?

- Упрощение процедур, снижение налогов, повышение оперативности принятия решений, - вступил в разговор чиновник.

- Что же вам раньше мешало... - пробурчал Шинданд. - "Пиджаки"! Кашалот, мне надо, чтобы этот самый инвестиционный климат улучшился через десять минут, и я заметил, как в нашу бригаду и город пошли инвестиции.

- Почему не пятнадцать? - позволил себе пошутить чиновник.

- Пятнадцать - слишком долго. Танк на поле боя живет восемь минут. В военное время время идет по-другому. Чем ближе к фронту, тем быстрее. А Казаковка сейчас в прифронтовой зоне.


Вечерело. Секретарь военного трибунала заканчивал собирать бумаги. У расстрельной стенки валялись трупы четырех наркоторговцев. С фортификационных работ тянулась колонна бортовых грузовиков и автобусов с рабочими. У мэрии народ отмечался в очереди за госактами на землю. У военкомата толпились добровольцы, желающие вступить во Вторую бронетанковую. С заводов и складов выезжали грузовики с изъятым и реквизированным имуществом.


- Кашалот, - позвал Шинданд, глядя на заходящее солнце. - Сколько атак сегодня отбили?

- Ни одной. Бандеры пока в Казаковку не суются.

- А сколько вылазок мы сегодня провели?

- Тоже ни одной.

- Вот так вот, день прошел, а ничего не сделано, - вздохнул Шинданд.


Инструктор олигархического обкома


Отдохнув, Колун вернулся в Казаковку, где принялся управлять недавно занятым городом и устранять некоторые печальные последствия нескольких часов бурного правления Шинданда.

- Ну почему ты приказал коммунальщикам переложить все трубы открытым способом? И так есть кому окопы рыть, да и не нужно нам столько окопов на центральных улицах!

- Открытый способ - единственно правильный! - упирался Шинданд. - Мне Колыма сказал, а у него в штабе эксперты крутые! При открытом способе наши трубы не пострадают от таяния мерзлоты и подвижек грунта!

Колун связался с Колымой:

- Ну какая может быть мерзлота в Донбассе? - устало вопрошал он. - Ты вообще думаешь, где мы воюем?

- Мерзлота есть во всех приличных городах, - упрямился Колыма. - Ну, или почти во всех... А что, у вас нету? Надо же...

- Ладно, - махнул рукой Колун. - С мерзлотой разобрались, но подвижки грунта у нас могут быть - если шахта рядом. Так что не все так уж неправильно ты сказал, - обратился командир к Шинданду. - Изучите карту города еще раз, отметьте районы, опасно близкие к шахтам, карьерам и оврагам. Пусть аварийная бригада проведет проверку. Надеюсь, ничего такого, что требовало бы перекладки труб прямо сейчас.


К Колуну подошел начальник караула и сообщил, что в мэрию для встречи с военным комендантом прибыл какой-то особо важный посетитель - ополченец передал командиру визитку. Изучив ее, Колун велел проводить гостя в кабинет.

Молодой человек в прекрасном костюме и с дорогим кожаным портфелем прибыл, чтобы передать военному коменданту города предложение о встрече с председателем совета директоров Казаковского комбината - одного из двух градообразующих предприятий.

- Ломоть, пробей - кто такой господин Синченко Борис Семенович, председатель совета директоров Казаковского комбината.

Ответ поступил через двадцать минут - господин Синченко был очень важной персоной, контролирующей Казаковский комбинат в интересах одной из крупнейших олигархических группировок. Долларовый мультимиллионер, обладатель обширнейших связей в деловых, чиновничьих и политических кругах. Гражданин трех государств, помимо Украины. Генеральный директор Казаковского комбината был технарем и во всех стратегических вопросах подчинялся Синченко и представляемой им группировке.

- Борис Семенович предлагает встретиться в доме приемов комбината, - пояснил посланец Синченко. - Прекрасное место, безопасное, комфортное...

- Я предлагаю нейтральную территорию, - не согласился Колун. - Какое-нибудь хорошее кафе в центре.

- Кафе? - брезгливо переспросил олигархический эмиссар. - Даже не ресторан?

- Сейчас все кафе называют себя ресторанами, - пожал плечами комендант. - Через десять минут дам три варианта на выбор. И какая разница, кафе или ресторан - ведь мы не жрать с вашим начальником собираемся, а разговаривать.

Ломоть по своим критериям (безопасность, конфиденциальность) оценил кафе и рестораны центра Казаковки, предложил варианты на выбор.

Стороны согласились встретиться в кафе "Солнечное".

- Какое время вас устроит? - поинтересовался посланец из комбината.

- Сколько вашему шефу ехать до кафе?

- Минут пятнадцать.

- Вот через пятнадцать минут и буду его ждать.

Колун приказал помощнику мобилизовать отдельный зал на нужное время и выставить наблюдение, передал дела Ломтю, взял с собой сапера и поехал на БТРе на встречу.


Синченко уже подъехал, его лимузин и два бронированных джипа охраны загромоздили двор кафе, но БТР их легко подвинул, сминая бамперы. Миллионер отнесся к происшествию равнодушно, охранники лишь зло посматривали на ополченцев.

Колун зашел в зал, попросил официантку выключить музыку и зашторить окна - для разговора ему нужна была тишина. Сел за столик лицом к входу.

В зал заглянул комбинатовский охранник, ополченец ему кивнул, тот исчез за дверью, а вскоре в нее вошел Синченко.


Борис Семенович был невысоким пожилым человеком, с редкой снежно-седой шевелюрой, очень морщинистым лицом, на котором горели голубые глаза. Он сел сбоку от Колуна, руки не подал, принялся оглядывать зал кафе. Мгновенно к столику подскочила официантка. Ополченец заказал минералку без газа, олигарх попросил кваса.


- Ну здравствуй, комендант, - начал Синченко. - Как к тебе обращаться?

- Здравствуйте, Борис Семенович. Мой позывной "Колун", я военный комендант Ивановки и Казаковки, командир бригады Армии Новороссии.

- Комбриг, значит... Хорошо, будем знакомы, комбриг. Я - председатель совета директоров Казаковского комбината. Присматриваю за генеральным директором и прочим начальством комбината в интересах собственников. И сам владею кое-каким пакетом акций комбината.

- Слушаю вас, господин председатель.

- Еще я присматриваю за жизнью Казаковки, чтобы комбинату ничего не мешало работать и зарабатывать, - Синченко вопросительно посмотрел на Колуна.

Комбриг молчал, подавив желание ответить на невысказанный вопрос.

- Сам понимаешь, комбриг, - не дождавшись реакции Колуна, продолжил миллионер, - близость линии фронта комбинату очень даже вредна.

- Понимаю, - кивнул ополченец. - Война всем вредна. Мои бойцы никаких позиций поблизости от комбината не создают и не планируют. План изъятий и реквизиций вполне посильный и щадящий. Принудительной мобилизации в армию мы не проводим, так что работников ваших не заберем. Разве что сам кто-нибудь добровольно обратится.

- Этого мало, - тяжело сказал Синченко. - Позиций, может, и нет, но обстреливать будут все подряд и как попало. Все мы знаем, какого уровня у нас армия... Я имею в виду украинскую правительственную армию. И когда террбаты и нацгвардия войдут в Казаковку, никаких планов изъятий и реквизиций не будет - будет полный беспредел. И против мирного населения будет безадресный массовый террор.

- Не понимаю, почему вы боитесь террбатов и нацгадов, - пожал плечами Колун. - Вы же олигарх, а все олигархи - соучастники и спонсоры государственного переворота. По идее, вы должны меня бояться - и военного трибунала.

- Ну... Я не олигарх, я доверенный партнер лиц, которых принято называть олигархами. Но да, все олигархи, как вы выражаетесь, поддержали переворот. Кстати, этот переворот называется очень даже красиво - Революция достоинства.

- Переворот начал гражданскую войну, в которой я что-то не вижу ничего красивого, - не согласился Колун.

Синченко кивнул.

- Я тебя не боюсь, потому что у меня охраны две машины, а у тебя какой-то одинокий солдат...

- Мой боец справится с десятком ваших охранников, если придется. Но уверен, что не придется.

- Он что, чемпион мира по каратэ? - улыбнулся миллионер недоверчиво.

- Он сапер, подрывник.


В это время боец Колуна спокойно попивал лимонад через трубочку, а неподалеку стояла мина МОН-50, направленная на коридор, наполненной комбинатовской охраной. Рядом - для особо тупых - была установлена табличка "Мины" с изображением черепа и костей. С тыльной стороны устройства стоял чемодан со сложенной в несколько слоев тканью СВМ (синтетический высокопрочный материал). Охранники в щегольских бронежилетах, униформе и со штурмовыми винтовками "Форт", серые от страха, стояли в коридоре, боясь пошевелиться.


Синченко изменился в лице, замолк на минуту, медленно переживая новость. Наконец, рассудив, что охранник военному не ровня, он смирился с ситуацией.

- А еще я тебя не боюсь, потому что нужен тебе, - сказал миллионер ополченцу. - Я знаю комбинат, знаю город, знаю область, знаю страну. Могу многим помочь, а могу и...

- Не помочь, - кивнул Колун. - А я могу отдать вас под трибунал, а могу и не отдать. Так что вы хотели мне сказать?

- Если бы не война, ты бы за всю жизнь не добился приема даже у моей секретарши, - задумчиво произнес Синченко. - А теперь я вынужден напрашиваться к тебе на прием.

- Война неизбежна, если происходит переворот.

- Ну, в 2004 же "скушали" переворот без войны, - пожал плечами Синченко. - Было столько туров президентских выборов, сколько нужно для объявления президентом нужного человека. И согласись, стране повезло, что Янукович не стал президентом, хоть еще 10 лет прожили нормально.

- Если бы в 2004 не дали слабину, раздавили бы "оранжевую" гадину, сейчас бы не гибли люди сотнями. А насчет персоны Януковича - вам виднее.

- Ну да, ну да, - согласился Синченко. - Мы его выдвинули, мы его и задвинули. Нам виднее. А теперь нужно, чтобы "задвинулась" твоя бригада. Вернулась в Ивановку. Казаковка связана с остальной Украиной, комбинат не сможет нормально работать, если между ним и его смежниками будет пролегать линия фронта.

- А если линию двинуть на запад? Если взять Киев? Львов?

- Это ты солдатам своим рассказывай. Не даст вам Америка пойти на запад. Да и сил у тебя нет. Кроме того, между владениями ваших бригад границы похуже линии фронта. Каждый полевой командир в своем уделе царьком себя чувствует. Что на дорогах творится - полный беспредел. Сплошные поборы. И постоянно все меняется. С одним договоришься - а туда уже другой пришел.

Так вот, о твоей бригаде. Нечего ей в Казаковке стоять. Позиции можете в степи оборудовать, техника и люди у вас есть. Новобранцев можете набирать и так, не заходя в город. Сами придут. Изъятия и реквизиции тоже можете из Ивановки делать, я же не прошу, чтобы вы вообще и никогда здесь не появлялись. Более того, советую сделать в Казаковке базу-склад для обеспечения операций и хранения изъятого. Пожалуйста, ходите за линию фронта, изымайте и реквизируйте, берите трофеи, это можно хранить в Казаковке. Но официально бригады здесь быть не должно. И флаг на мэрии должен быть жовто-блакитный. Городских деятелей, которых ты арестовал и обобрал, можешь использовать по своему усмотрению. Наш холдинг парикмахерскими и кафешками не занимается. Мы дадим городу новое руководство, которое будет работать усердно и по справедливости. Естественно, все вопросы, затрагивающие комбинат, будут решаться в пользу комбината. А в остальном будем прислушиваться к народу.

Синченко вопросительно посмотрел на Колуна. Ополченец молчал.

- За мирное оставление города мы пожертвуем на нужды бригады ... долларов, плюс ... долларов будем платить... жертвовать ежемесячно, - добавил миллионер.

- Специалисты моего штаба говорят, что комбинат стоит сотни миллионов долларов. Я готов уйти из Казаковки за семь с половиной миллионов долларов. Наличными и сразу - столько, сколько сказали. Наличными и частями - тоже сколько сказали. Остальное готов взять услугами и информацией. Мне нужны ваши люди в правительстве, в армейском руководстве, в СБУ, МВД и так далее. Мне нужны каналы сбыта реквизированных ценностей. Оружие, продовольствие, одежду, медикаменты, ГСМ, стройматериалы, уголь и зерно я сам могу пристроить, для всего остального мне нужна помощь. Я могу реквизировать готовую продукцию со складов десятков предприятий области, но куда пристроить все эти шестеренки и насосы, не знаю. Помогайте мне, и комиссионные будут списываться из миллионов, которые будете мне должны. Еще мне нужна информация, где в окрестностях что плохо лежит - с точки зрения, например, двух единиц быстроходной бронетехники и штурмовой команды.

- С такой точки зрения плохо лежит практически вся Украина. Если бы не амеры, страну бы уже растащили по полковым хозяйствам.

- Я амеров не боюсь. Сотрудничайте со мной, сохраните свои деньги и еще больше заработаете. За наводку на иностранцев заплачу с особой щедростью. За наемников вычет пять тысяч долларов за голову, за армейского инструктора из Восточной Европы - семь тысяч, из Западной - пятнадцать, из Штатов - двадцать. За сотрудников спецслужб - двойная цена "инструктора".

- Так все-таки правда, что вы связаны с ФСБ?

- Еще как правда... Именно поэтому мы воюем оружием семидесяти- и столетней давности. Если без шуток, иностранцы идут на очень хороший обмен.

- В какие сроки необходимо закрыть сумму в семь с половиной миллионов долларов?

- Срок открытый. Как пойдет. Я вам доверяю, если что, мои люди эвакуируют комбинат и взорвут цеха. У меня почти полтонны аммонита и опытные горные взрывники.

Синченко побледнел.

- Договорились. Раз срок открытый, и сумму можно закрывать информацией и услугами, условие вполне приемлемо. Мог бы и не угрожать.

- Добрым словом и полутонной аммонита можно добиться большего, чем просто добрым словом, - пожал плечами Колун. - Я рад, что нам хватило добрых слов.

- Деньги при мне, - сообщил Синченко. - Вернее, в моей машине.

- Успеется, - махнул рукой Колун.

Синченко посмотрел на коменданта внимательно.

- У меня есть еще одно дело, - проговорил миллионер.

- Слушаю вас.

- У соседней артиллерийской части украинской армии похитили шесть пушек. Твоя работа?

- Моими бойцами захвачено шесть гаубиц Д-30. Вы об этом?

- Об этом. Армейцы очень встревожены и грозятся жесткими мерами. Можешь мне обещать, что пушки не будут приняты на вооружение бригады, пока она официально не оставит Казаковку?

- Что вы предлагаете?

Синченко вздохнул.

- Семь с половиной миллионов долларов тебе мало...

- Ту сделку мы уже порешали. С какой стати я должен отказываться от гаубиц, ради которых мои бойцы рисковали жизнью?

- Уйдете из Казаковки, и дайте по пушке хоть каждому солдату. Ладно... Я возьму в каждую охранную смену комбината двух твоих людей. Они будут в курсе всего, что происходит на комбинате и в городе. Смогут тайно участвовать в операциях бригады.

- И получат доступ ко всем личным делам работников комбината, в том числе к информации по военно-учетным специальностям?

- Да, - тяжело проговорил Синченко.

- Хорошо, но мало. Шесть гаубиц Д-30 - это страшная сила.

- Еще дам своего человека в Государственной пенитенциарной службе. Заместитель начальника управления в центральном аппарате. Даст информацию по антибандеровцам в тюрьмах, сможешь их обменивать.

- Это хорошее предложение. Я согласен. Гаубицы не будут приняты бригадой на вооружение, пока мы официально не уйдем из Казаковки, как договорились.

Выражение лица миллионера смягчилось.

- Ты жесткий, но четкий переговорщик. С тобой стоит иметь дело, - похвалил Синченко. - Я мог бы доплатить ВСУ, чтобы они выбили бригаду из Казаковки, но они бы разнесли полгорода, и комбинат бы зацепили.

- Вы - часть новой власти, почему нужно что-то еще доплачивать?

- Ха! Оказанная услуга уже ничего не стоит. Наши деньги на переворот новая власть приняла с благодарностью, этой благодарностью все и заканчивается.

- А не ошиблись вы с поддержкой хунты? Она теперь у власти, деньги ей не нужны, что угодно реквизирует без денег.

- Деньги нужны всегда! И реквизиция - гораздо более сложное решение, чем, например, уничтожение мирного населения. Это посягательство на устои капиталистического мира. Амеров коробит от реквизиций.

Мы не ошиблись с поддержкой хунты, мы ведь и старую власть тоже поддерживали. При любом исходе событий на любой стороне оказывались люди, которые помнили и ценили нашу поддержку. Ну, хотя бы морально ценили...

А вообще, если говорить шире, мы ведь поддержали не хунту, мы просто выбрали нужную сторону в большой битве между Западом и Востоком. Мы не бандеровцы, не русофобы и не военные преступники. Мы просто хотим в этой войне оказаться на стороне победителя. Чтобы не оказаться снова побежденными, как в 1991 году... США, ЕС и внутренние прозападные силы на Украине выступают одним фронтом против русских. Которые имеют пока слабую поддержку даже со стороны своего собственного государства, России. А уж поддержка других центров силы, Китая, Индии и так далее выражается в их нейтралитете, не более. Разве что Китай чуть поможет по торговой линии. Путин, правда, активничает сейчас в отношениях с Китаем, но неизвестно, какой будет результат. А союзники России, Казахстан и Белоруссия тоже заняли нейтральную позицию. Не может победить ваша Новороссия всю мощь Запада. Падет Новороссия, дело дойдет до Крыма, падет Крым - рухнет путинский режим, Россия "ляжет" под Запад. Но на этот раз Запад поступит жестче, часть территорий перейдет Украине, часть разделят с другими соседями, а оставшийся кусок расчленят, и фрагменты стравят между собой в непрестанной войне. Для Штатов русские - это европейские индейцы. И будет вечная резня между славянскими делаварами и ирокезами. Да она уже идет - между русскими и украинцами. А на освободившиеся земли придут западные колонизаторы. Точь в точь как в Штатах.

- Ничего этого не будет, - уверенно заявил Колун. - Не справиться Западу с Россией, да и не доберется он до России, в Новороссии увязнет и надорвется. Если бы Запад справлялся, Новороссия бы даже не возникла. И никто на Западе не сможет переиграть Путина.

- Никто и не будет пытаться переиграть Путина. Его просто грохнут. В ближайшие месяцы. Если действительно в Новороссии будет пробуксовка, а Крым станет неприступным.

- Как - грохнут?

- Это вопрос или вопль души? Как грохнут, нам амеры в деталях не говорили. Большинство моих коллег думают, что его траванут, как Арафата или Чавеса. А я больше склоняюсь к тому, что ему устроят авиакатастрофу, как Качиньскому.

- Разве катастрофа с Качиньским была подстроенной?

- Да. Штаты его ликвидировали.

- Не может быть... Зачем амерам было убивать Качиньского, он же русофоб! И следов не нашли, столько лет уже ищут.

- Все польские ватажки русофобы. Тут Штаты от замены ничего не теряли. А Качиньский был не только русофоб, он еще и с Германией заедался, и Демократичекую партию США ненавидел, и лично Обаму. С Маккейном дружил, с кандидатом в президенты США от Республиканской партии. А грохнуть Качиньского было легко - подали ложный сигнал на определитель высоты. Вся авионика у поляков на GPS, а GPSом командуют Штаты. И никаких следов в самолете. У нашего холдинга есть большой пакет акций в авиакомпании, есть свои хорошие специалисты, они разбираются. Так что ждем загадочных авиапроисшествий, возможно, с первого раза с Путиным не получится. Кстати, в марте уже одна загадочная катастрофа была, может, снова что-то с GPSом испытывали.

- Крым станет неприступным, у меня добровольцы из Севастополя воюют, и другие источники информации есть. Крым становится сильнее с каждым часом, ВСУ ждет разгром, если НАТО подтянет авиацию - собьют нахрен авиацию, если НАТО подтянет флот - потопят нахрен флот.

Синченко кивнул - видимо, по его каналам эта информация тоже проходила.

- Тогда ждем авиапроисшествий, - повторил он.

- Даже если дождетесь - разве русские закончатся на Путине?

- Русские не закончатся, а вот переворот в верхушке ожидается. Ты не забывай, приняты серьезные санкции, а будут еще серьезнее. И еще, что сильнее любых санкций - Штаты хотят уронить цену на нефть. Обама летал в Саудовскую Аравию, договаривался. Арабы готовы, только дорого просят. Хотят, чтобы Штаты не поддерживали свою нефтедобычу, которой поплохеет от падения цены. Хотят, чтобы американская нефтедобыча вымерла и освободила место для арабской нефти. Но если ситуация потребует, Штаты пойдут и на это. Ведь ненадолго же, потерпят. Нефтедобыча как вымрет, так потом, при восстановившихся ценах, и возродится.

- Интересно, как сочетается раздел России с переворотом в верхушке? Кто-то в верхушке согласится потерять самые важные части территории? Или кто-то в верхушке надеется, что народ не заметит переворота и не накажет заговорщиков? На Украине явно заметил и наказывает.

- Ну... Это будут уже проблемы бывшей России и новых властей ее частей. Украина свой кусок получит - Кубань, Ростовскую область, Белгородскую, еще много чего хорошего. Тут все просто - кто раньше к Западу присоединился, тот и раньше примет участие в разделе добычи. Самым упрямым достанутся крохи. Поэтому в России вряд ли будут упорствовать. Пойми, поражение - это ведь не гибель. В 1991 мы уже потерпели поражение. И я, например, от этого только лучше стал жить. Народ смолчал и смирился, и все пошло хорошо. Мы приспособились, научились жить по-новому.

- Я понимаю, что можно приспособиться и выжить после поражения. Но ведь лучше выиграть войну! Как приспособятся власти частей бывшей России, если Путин создаст правительство в изгнании, а Китай развернет свою армию у Амура? Как сейчас Россия разворачивала свою армию у границы с Украиной?

- Россия как разворачивала, так и сворачивала. Кишка тонка. Проблемы на Амуре, знаешь ли, меня абсолютно не волнуют. Как-нибудь устаканится - ну, расстреляют десяток-другой переворотчиков, после какого-то раза жизнь начнет налаживаться. Нам-то что?

- Нам то, что проигрыш России - ни для кого в России не вариант. И, значит, мы для России нужны и важны. Значит, нам помогут выстоять.

- Вы уже больше месяца воюете, и что - сильно вам Россия помогла? Лично я заметил только подарок хунте - бесплатный газ в мае.

Колун промолчал.

- Твой Русский мир - тряпка, от Русского мира оторвали кусок на 40 миллионов человек, он ничего не смог сделать. Только пыль пошла и запах гнили. Твой хваленый Путин ничем не поможет. Нет у кремлевской власти ни мозгов, ни воли. В 2008 Россию ясно предупредили - грузинскими событиями. Никому никогда в шахматах истории не давали переходить, России дали. Ничего не поняли, ничего впрок не пошло. Пять лет было, чтобы понять, чтобы подготовиться к тому, о чем предупредили. И что? Мировая война на пороге, а в России ни платежной системы, ни системы банковских переводов, ни планов работы в условиях войны. Все пластиковые карты обслуживаются врагом - Западом. Банковские переводы идут через Запад - через SWIFT. Валютные резервы хранятся в западных инструментах и могут быть конфискованы в любую минуту. Сейчас в Кремле забегали, как куры с отрубленными головами, засуетились. Будут все это исправлять ценой унижений и чудовищных уступок. Пять лет у них было - без войны и санкций, чтобы что-то сделать. Ничего не сделано, ровным счетом ничего! Мы все это видели и приняли правильное решение, правильно определили победителя.

Да, Штаты - это мировой убийца. Ни одна компания не назначит убийцу генеральным директором. Кого угодно назначат - инженера, ученого, финансиста, продавца, бывшего политика. Но убийцу - никогда. А вот человечество сподобилось... Ни у кого нет мозгов и воли, только у Штатов есть. Воля - убивать и пожирать убитых, ум - планировать и осуществлять убийства. Злая воля и злой ум, но на фоне всеобщей безмозглости и всеобщего безволия - и это ценно.

- Россия оказалась неготова к нападению, нужно время...

- Ха! Семьсот лет, со времен Александра Невского, Запад нападает на русских. Семьсот лет не хватило, чтобы подготовиться! Кстати, Невский подготовиться как раз успел...

- Эх, если бы был Советский Союз...

- Если бы был Советский Союз, вы бы сейчас воевали не против хунты, а против Советской власти. Советский Союз в 1991 году - это бесконечные очереди за хлебом, пустые магазины, сумасшедшие цены на рынках.

- Что, война была? - не понял Колун. - Я не помню такого.

- Войны не было. Была Советская власть. В чем-то хуже, чем война. Война была незадолго до этого, в Афганистане. С большими жертвами, во многие тысячи. В твоей Новороссии по сравнении с ней баловство, а не война.

- Афганистан - это да, это я знаю. Если бы не Афганистан, некому было бы сейчас Новороссию защищать. "Афганцы" - основа командного состава.

- Вот видишь! А в Советском Союзе афганскую войну считали позорной и осуждали.

- Сами устроили и сами осуждали?

- Именно так.

- Что-то не верится...

- Уж можешь быть уверен в моих словах! Знаешь, кем я был при советской власти? Инструктором обкома партии! Правда, не Донецкого обкома, Херсонского...

Синченко требовательно посмотрел на Колуна.

Ополченец невозмутимо выдержал этот взгляд.

- Простите, какой партии? - уточнил Колун.

Миллионер вздохнул.

- Ну да... конечно... Коммунистической партии, молодой человек!

Синченко вновь уставился на ополченца.

- Судя по выражению вашего лица, в этом должна быть какая-то крутизна, но я не понимаю, какая, - ответил Колун. - Мне доводилось бывать в комитетах коммунистической партии. Маленькие офисы средней паршивости с двумя-тремя скучающими тетушками. Уж не знаю, кто они там - инструкторы или еще кто. Да что говорить - я даже в комитете Партии регионов бывал! Там поприличнее, но тоже ничего особенного. Мой заместитель перебывал в членах почти всех партий, кроме самых бандеровских. Нигде никакой серьезной работы не обнаружил - кроме сбора денег в партийную кассу.

- Коммунистическая партия Советского Союза была единственной и правящей партией в СССР. Как сейчас в Китае. И обком партии управлял всей областью.

- То есть обком был как нынешняя областная госадминистрация? - с недоверием в голосе спросил Колун.

- Бери круче. Нынешняя ОГА руководит только госслужащими, а обком руководил всей областью, всеми предприятиями, всеми колхозами.

- Не может быть... - пробормотал Колун. - Как же можно справиться с управлением всем подряд?

- А мы и не справились. Потому и СССР распался. Но мы несколько десятилетий пытались.

- СССР распался из-за нападок Запада! Это всем известно! - с горячностью воскликнул ополченец. - А также из-за предательства, из-за внутренних врагов! СССР строил заводы и больницы, летал в космос, имел огромный океанский флот!

- СССР распался из-за развала экономики и паралича государственного управления, - медленно произнес Синченко. - Безмозглость и безволие, еще худшее, чем в нынешнем Кремле, разрушили Союз. Пустые полки магазинов, многометровые очереди за редкими товарами, забастовки шахтеров, национальные восстания на окраинах. КПСС не имела ума и воли, чтобы управлять огромной и сложной страной, которая, к тому же, была одним из двух лидеров мира. Америка, кстати, была против развала - боялась за ядерное оружие. Была попытка сопротивляться развалу - ГКЧП, но "комитетчики" продержались еще меньше, чем Янукович - два дня с небольшим. Потом их раздавили - по своей безмозглости они не смогли устроить успешный переворот, а из-за безволия - не смогли преодолеть последствия безмозглости. Посадили под домашний арест Верховного главнокомандующего, и думали, что его полномочия перейдут к министру обороны! Идиоты! Полномочия Верховного всегда принадлежат первому лицу, а не министру обороны! Верховным стал Ельцин, его признали некоторые генералы с войсками, и путч провалился!

- Это же как надо разваливать экономику, чтобы в магазинах полки были пустые! И без войны!

- Мы смогли! - с непонятной интонацией провозгласил Синченко. - Видишь ли, магазины были государственными, и могли торговать только по государственным ценам. А по таким ценам товары расхватывали в момент! Только на рынках были товары, но очень дорого!

- Странно... На рынках, обычно, всегда дешевле, чем в магазине...

- Это сейчас, при капитализме.

- Ну повысили бы государственные цены.

- Нельзя! Ведь мы были государством рабочих и крестьян! Шахтеры устраивали забастовки, стучали касками по мостовым.

- Это да! Шахтеры - сила! - довольно проговорил Колун.

- Сила... - откликнулся Синченко. - Вот из-за этой силы власть и растерялась. Советская власть, чтобы ты знал, была на самом деле властью рабочих. И для задабривания рабочих пришлось гробить экономику. Заводы производили ненужную продукцию - чтобы обеспечить занятость рабочих. Танков в СССР наклепали 60 тысяч! Построили второй в мире океанский флот! Все это пустили на лом, когда экономика рухнула, а СССР распался... Сельское хозяйство было в вечном загоне, потому что государство искусственно занижало цены на сельхозпродукцию и завышало на продукцию промышленную. Крестьяне разбегались из села, шли в рабочие, в служащие. Пока было много крестьян, общество как-то выживало огородами, усадьбами, продуктовыми посылками от деревенских родственников. Но крестьяне уходили, родственные связи с каждым поколением ослабевали, и все больше народа ходило в магазин. Какое-то время удавалось насытить торговлю импортом, пока добывали много нефти, и цена на нее была хорошая. Потом добыча стала падать, и стали падать цены - из-за сговора США с Саудовской Аравией. И импорта стало не хватать. КПСС попыталась развить свое сельское хозяйство, пищевую промышленность, на последнюю валюту закупила оборудование для фабрик. Но рухнула раньше, и это оборудование погнило так и не распакованным.

- Опять времени не хватило... - пробормотал Колун.

- Ну, как всегда. Если семисот лет не хватило, то двух-трех лет - тем более. А держать народ в узде - никто не хотел брать на себя ответственности за насилие. Знаешь ли, Янукович ведь не на пустом месте вырос. Точно так же смирился с потерей президентского поста и Горбачев.

- Это которого шахматной доской по башке треснули? И теперь на том месте пятно?

- Горбачева, действительно, ударили как-то шахматной доской. Уже через много лет после отставки. Но пятно у него родимое. Так вот, при Горбачеве начался распад СССР. Был рост экономики на 3% в год, были кое-какие продукты в магазинах, но этого показалось мало молодому амбициозному руководителю. Провозгласили ускорение научно-технического прогресса! Ускорение провалилось... Ученых нечем было стимулировать. Знаешь, чем премировали ученых в послевоенные годы?

- Чем?

- Отрезами на пальто, детскими вещами, велосипедами, швейными машинками, льготами на проезд. Очень быстро этого стало мало. Ученым стали давать квартиры - даже молодым и ничем себя не проявившим...

- Да, сейчас на квартиру три жизни зарабатывать надо...

- Ну, раздали квартиры, сколько было. А ведь уходящие на пенсию ученые квартиры не возвращают. И если в шестидесятые квартир еще хватало, то в восьмидесятые - уже нет. Наука забуксовала.

- Давали бы деньгами, в чем проблема-то?

- Проблема в том, что настоящих денег в СССР не было. Советский рубль мог быть отоварен в советской торговле, которая могла торговать только по государственным ценам, и из которой быстро исчезали ходовые товары. Как ни бедно жили после войны, а рублевая масса была больше товарной. Потому что государство не давало задания производить достаточно товаров для населения, а рыночной саморегуляции не было. Так, базары да ремесленники-кустари. Государство для особых категорий населения создала закрытые точки торговли (специальные распределители), а остальные выкручивались как могли. Более-менее настоящими деньгами были чеки для обслуживания в специальных магазинах "Березка".

- Знаю я "Березку", никаких чеков там не просят, за гривны продают...

- Советских "Березок" уже нет. Отсутствие нормальных денег, отсутствие рыночной саморегуляции завело страну в тупик. Нет рынка - государство должно все спланировать. Нет денег - планировать нужно всю номенклатуру в натуре. Когда номенклатура была простой - уголь, зерно, руда, ГСМ - как-то справлялись. Когда стали делать космические станции и ядерные реакторы - справляться стало трудно. Строили огромные комбинаты, которые все делали сами - начиная от литья заготовок и заканчивая готовой продукцией. Потому что если зависеть от поставщиков, то значит сорвать выпуск. Поставщики, которые работали не за нормальные деньги, а ради выполнения плана, все время срывали сроки, качество... Если экономика плановая - значит, все поставщики имеют гарантированный сбыт продукции, нет конкуренции. Никто не борется за потребителя, никто не отсеивает немотивированных и неэффективных. И чтобы хоть что-то делалось, повсюду посылали партийных инструкторов - заставлять всевозможных начальников работать и выполнять указания.

- Я обхожусь без партийных. Шлю представителя комендатуры или, в крайнем случае, военного трибунала. Работает!

- Работает - под угрозой расстрела. Нам такого и в мыслях нельзя было допустить. Мы же были примером для всего мира! Самой передовой и гуманной страной. Да и не решали задачу расстрелы. При Сталине расстреливали немного, да. В основном, сажали. Человек может всегда стремиться заработать на жизнь, но не может всегда бояться. Страх - мотив кратковременный и ненадежный. Кто-то от страха, действительно, выдаст результат. А кто-то впадет в ступор.

Так вот, про ускорение... Ускорение особенно ярко проявилось в Чернобыльской аварии. Решили скоренько поставить научный эксперимент на промышленном реакторе. Ты в компьютерах разбираешься? Как говорят мои помощники, использовали промышленную среду в качестве тестовой и запороли. При тестировании - обычное дело, для этого и положено все эксперименты на тестовой среде делать. Но у нас же не было средств на создание экспериментального реактора, и некому было поставить в рамки авторитетных ученых, которые заверяли, что все под контролем.

- Ну да, хитрый план, типа.

- Очень хитрый. К тому же близилось политическое событие - 1 мая, советская власть любила делать себе и народу подарки к таким датам. Короче, накрылось все обещанное ускорение науки. Поэтому перешли к перестройке и внедрению элементов рынка. Но поскольку не знали ни своей страны, ни рыночной экономики, ни приемов управления изменениями, стало только хуже. Знаешь ли ты, что когда-то заодно с СССР были Польша, Венгрия, Румыния, Болгария, Чехословакия, часть Германии? Был такой Совет экономической взаимопомощи?

- Про Польшу точно знаю, поляки до сих пор злятся за это. Типа, если бы не СССР, они бы в Евросоюзе жили с 1945 года. А остальное - смутно, очень смутно...

- Если бы не СССР, поляки бы жили в германском генерал-губернаторстве. Шестьсот тысяч наших солдат погибло при освобождении Польши! Так вот, этот совет экономической взаимопомощи развалил сам СССР! Применили рыночные методы - и выяснили, что выгоднее нефть, которую поставляли нашим союзникам, продавать Западу, а товары, которые получали от наших союзников, также покупать на Западе. И распустили Совет взаимопомощи!

- А потом, видать, для экономии нефти распустили и СССР. Я читал, что для обслуживания скважин и трубы достаточно 15 миллионов населения.

- Вот-вот! Имели громаднейший кусок планеты, на котором централизованно управляли экономикой. Имели четыреста миллионов населения - квалифицированного, работящего. Не смогли справиться, и решили работать на подхвате у Запада. Сейчас Путин пытается сколотить Евразийский союз - жалкую тень СЭВ. Если на ровном месте профукали СЭВ, то как он сколотит ЕАЭС в условиях противодействия Запада? А через границу от стран СЭВ находился Европейский экономический союз, который сейчас уже не только "экономический". И он не развалился, он, наоборот, процветает, он принял в свой состав все осколки СЭВ - и даже часть бывшего СССР. Сам посуди, в чью пользу стоило делать выбор?

- Выбор в пользу ЕС оказался выбором в пользу войны. Я рад за них, что они процветают, но нам от их процветания только горе и смерть.

- А не надо было сопротивляться! И не было бы войны.

- Мы и не сопротивлялись. Так, прошли несколько раз с демонстрациями протеста против государственного переворота. А хунта стала нас уничтожать - руками СБУ и нацгадов. У Юго-Востока был свой президент - плохонький, но миролюбивый - было большинство в Раде, свое правительство, суды, силовики. После переворота у нас все это отняли - и вы хотите, чтобы никто не сопротивлялся?

- Президент был не у вас, а у нас. У тех, кого вы называете олигархами. У элиты государства...

- Позвольте, у вас четыре гражданства, вы в четыре элиты входите?

- Не сбивай с мысли. Остальные гражданства для безопасности и свободы передвижения. Так вот, президент был не ваш, а наш. Депутаты Рады - не ваши, а наши. Суды тоже у нас в кармане, а силовики... хм... - Синченко задумчиво посмотрел на собеседника. - Некоторые с руки едят, остальные тоже... прислушиваются к нашему мнению. И вот мы приняли решение и поменяли Януковича. Не меняя курса, между прочим. Это Янукович хотел поменять курс под давлением Путина. Мы были и есть хозяева Украины, в этом никакого переворота не произошло. Все остальное - личные проблемы неудачливых политиков и юридические тонкости. У вас - у так называемого "народа" - ничего не было до ухода Януковича, и не будет после. Кто был никем, тот стал ничем. Эти придурки с Майдана сносят памятники Ленину, но не могут даже подумать, что выходцы из КПСС и Ленинского комсомола владеют страной. А раз не могут подумать, то не могут и сопротивляться.

- А как вы из коммуниста стали олигархом?

- Я не стал олигархом, молодой человек. Я - всего лишь состоятельный человек, не более. Да будет тебе известно, что коммерческие банки стали создаваться при коммунистах, и валютная биржа, и товарно-сырьевые, и приватизация предприятий. Я решал вопросы о выделении площадей под аренду, о выделении земли под строительство, о выделении финансирования для работы новых банков и бирж, о выделении валюты на закупку товаров за рубежом. Согласовывал схемы приватизации, при которых приватизируемое имущество оценивалось по балансовой стоимости, то есть по ценам семидесятых, когда рубль стоил в разы больше. Помогал "рисовать" задолженности и ухудшать баланс приватизируемых предприятий. Продвигал нужных людей во власть, покупал - не скрою - людей во власти. Знал ходы и выходы, знал, куда ветер дует. И получал свои комиссионные.

- А как же коммунистические убеждения?

- Какие убеждения? Коммунистическая партия не давала убеждений - так, набор смутных догматов. Читал Конан Дойла "Обряд дома Месгрейвов"? Кто-то когда-то, возможно, понимал, о чем гласит коммунистическая идеология, но это быстро было утрачено. Нас учили беспрекословно выполнять мнение "старших товарищей" и гибко колебаться в соответствии с линией партии. В один прекрасный момент у нас просто поменялись "старшие товарищи", а линия партии испытала особо сильный изгиб. Не сказать, что небывалый - еще Ленин вводил Новую экономическую политику, так называлась рыночная экономика. Кто не был способен гибко колебаться, были вырезаны еще товарищем Сталиным в 1937 году. Урок был усвоен.

- Если бы сейчас был Сталин! Вот это был вождь! Какую великую державу он построил! Как вы говорите - четыреста миллионов населения?

- Четыреста миллионов - это было население стран СЭВ. Это был экономический союз, а не держава. А товарищ Сталин... Да. Он построил великую державу. Великую одноразовую державу. Это величие основывалось на использовании ресурсов, создаваемых тысячу лет до него, и использовании ресурсов, необходимых для будущей жизни. Краткий миг исторического величия прошел - и мы оказались без территорий, собранных до товарища Сталина, и вынуждены отдавать долги, которые набрал товарищ Сталин. Товарищ Сталин подорвал демографию - коллективизацией и войной - а мы теперь наблюдаем старение и вымирание народа. Кстати, товарищ Сталин понимал демографическую проблему - именно поэтому после войны он был так мягок с бандеровцами. Живые бандеровцы должны были заменить мертвых русских крестьян, которых товарищ Сталин уморил в ГУЛАГе, проводя коллективизацию. Товарищ Сталин создал многомиллионное лагерное население. Он сам не знал, что с ним делать - и зекам прямо в лагерях давали новые сроки, чтобы не выпускать. Проблему решал уже Хрущев - и чтобы как-то снять ответственность с партии, свалил все лично на Сталина. Товарищ Сталин ограбил оставшееся на свободе крестьянство людоедскими налогами, а чтобы ограбленные не разбежались, запретил выдавать колхозникам паспорта. Потом это обернулось пустыми прилавками продовольственных магазинов и развалом СССР. Товарищ Сталин создал многочисленные национальные элиты - например, украинськых пысьмэнныков. Эти элиты подкупались тиражами книг, заказами на скульптуры и картины. Когда Горбачев стал внедрять рынок, книги пысьмэнныков перестали раскупаться, и они взбунтовали народ. Товарищ Сталин ввел прописку, когда из-за неурожая ограбленные крестьяне стали умирать и приходили в города за пропитанием. Города оцепляли милицией, и не пропускали умирающих. Голодомор 1933 года - вовсе не выдумка, выдумка только то, что это был голодомор только против украинцев. Он был естественным следствием сталинского коммунистического управления. У крестьян отобрали резервы на случай неурожая - и вот неурожай случился, и осталось только умирать. На Украине, в России, в Казахстане... Прописку на Украине сделали необязательной только при Кучме, а в России этот элемент крепостного права жив до сих пор. Те россияне, которые жили в Крыму по виду на жительство, после перехода Крыма в Россию стали иметь меньше прав - потому что не имеют прописки.

Товарищ Сталин - чтобы ты знал - самый доверчивый лидер за всю русскую историю. Несмотря на предупреждения разведки, он допустил внезапное нападение Гитлера. Ведь Гитлер в личном письме заверил товарища Сталина, что германская армия не считает Советский Союза врагом.

- Прямо как Меркель, - заметил Колун.

- Совершенно верно. Нацизм был лишь эпизодом в истории германской экспансии, не с него она началась, и на нем она не закончилась.

- А с чего началась?

- Началась с краха французской экспансии. После разгрома Наполеона ранее раздробленная Германия стала интегрироваться... Через механизмы таможенного союза, между прочим.

- Так это не Путин изобрел?

- Конечно нет. Больше скажу, было время, когда Россия и Германия были объединены таможенным союзом.

- Когда?

- При царе Николае Втором. Но союз оказался невыгоден России, и был прекращен. Россия не могла конкурировать в промышленном производстве с Германией, а для продажи сырья таможенные союзы не нужны.

- Какого сырья? Нефти?

- В основном, зерна. Для торговли сырьем интеграционные объединения не нужны. Никто не защищает свои рынки от притока сырья, ведь главное в экономики - создать дополнительную стоимость, а она создается не в добыче, а в переработке. Именно из-за сырьевого характера советской экономики распался СЭВ, так плохо идет интеграция между Россией и Белоруссией и не вызывает доверия идея ЕАЭС. С каждым годом Россия все менее конкурентоспособна в промышленности и технологиях, и, значит, с уходом Путина ЕАЭС развалится. Это личная прихоть отдельного человека, она не имеет экономического базиса и нежизнеспособна.

- Откуда вы знаете, что было при Наполеоне и Николае Втором? - поежился Колун.

- Неужели ты думаешь, что я и в те времена работал в обкоме? - рассмеялся Синченко. - Знаешь, у богатого человека есть время, чтобы подумать, есть возможности, чтобы пообщаться с компетентными людьми. Это вы вынуждены работать без продыху ради куска хлеба и крыши над головой.

- Как видите, у меня тоже есть возможность пообщаться с компетентными людьми.

- Спасибо за комплимент, - усмехнулся Синченко.

- А почему Запад так агрессивен, если у путинского проекта нет базиса и будущего?

- Запад агрессивен из-за того, что Путин, сам того не понимая, объявил ему войну. Путин заявил о двадцатитриллионной военной программе. Вот в чем корень конфликта. Именно так началась Первая мировая война - царь запланировал колоссальную военную программу, и Германия, чтобы не дать ему времени, устроила из очередного мелкого конфликта большую войну. Запомни, молодой человек: военная программа - это война.

- Военная программа России - ответ на расширение НАТО.

- Это мы с тобой понимаем. А Запад этого категорически не хочет понимать. Для Запада рост его могущества - естественный процесс, а любое этому сопротивление - наоборот, нечто противоестественное, что должно быть устранено. И я тоже думаю, что путинская военная программа противоестественна. Зачем нужна колоссальная военная мощь, когда экономика держится на сопле?

- Так что, у нас было ужасное прошлое и перед нами будущее еще хуже?

- Ну почему же? Советский социализм не так уж ужасен. Это наилучший строй для крупных проектов. Для мировой войны, для завоевания космоса, для атомного проекта. Для хрущевского жилого строительства. Но все, что не вписывается в эти проекты, мешает строю. Социализм советского образца неспособен заниматься рутинной жизнью, жизнью без мобилизации, основанной на саморегуляции. Саморегуляция подавлена. А твое будущее, молодой человек, особенно после тех сумм, которые ты получишь, вообще прекрасно.

- Эти суммы будут предоставлены в распоряжение командования и потрачены на бригаду. Говоря о будущем, я вовсе не свой карман имел в виду. Неужели Запад победит? Неужели нет выхода?

Синченко снисходительно похлопал Колуна по плечу.

- Вынужден тебя расстроить, Запад победит. У меня нет сомнений.

Ополченец взглянул на него гневно.

- Западу нельзя не победить, - продолжал миллионер. - Особенно после того, что уже произошло. Запад на ровном месте создал себе самого опасного врага, который только может найтись на планете. Разъярить русских и не добить русских - это смертельная ошибка. Никто этого не допустит.

- А если мы не дадим добить русских?

- Ну да, вот твоя бригада и переломит ход конфликта...

- А если Западу показать, что смена Путина не поможет, показать преемника, который напугает Запад?

- То-то я думаю, чего это так часто в России Стрелкова показывают... Нет, молодой человек, если Путина приговорили, то всевозможных "преемников" убрать еще легче.

- Давайте подумаем вместе. Если откажетесь, мои идеи останутся для вас тайной, - пригрозил Колун.

- Какая страшная угроза! - насмешливо всплеснул руками миллионер. - Ну давай. Если Путина не убьют, и его движение в сторону Китая будет поддержано встречным движением, тогда Запад попадает в неприятную ситуацию. Видишь ли, Запад - вовсе не русофоб. Запад, прежде всего США, крайне боится возникновения в Евразии мощного государства или союза, способного соперничать с США. Повторения Карибского кризиса не хочется никому, да и русским тоже. Бжезинский всех загипнотизировал на Западе, что без Украины Россия неопасна, а конфигурация Украина плюс Россия - смертельная угроза. Переворотом они эту конфигурацию сломали. Была еще одна, не очень вероятная, но зато еще более опасная конфигурация - Германия плюс Россия. Но с уходом Шредера и, опять же, с украинским переворотом эта конфигурация тоже поломана. А с возникновением конфигурации Китай плюс Россия Запад оказывается просто раздавленным - это невыносимой мощи конфигурация. Как говорил Сунь Цзы: первым делом - разбить замыслы противника. Замысел противодействовать консолидации Евразии рассыпается вдребезги. Наоборот, атака Запада консолидирует Евразию.

Увидев крушение замысла, противники Запада осмелеют, нейтралы склонятся к Евразии, союзники начнут колебаться и смотреть на сторону. Как говорил Сунь Цзы: на втором месте - разбить союзы врага. И тогда многое будет зависеть от противостояния войск. Я что-то не вижу в твоей бригаде мощную силу, но и в киевских нациках ее тоже нет.

- Будет мощная сила, - уверенно сказал Колун. - Отобьемся, и сами в контрнаступление пойдем. Как думаете, в чем сила Америки? В долларе?

- Сила США в безжалостности. Любое общество, развиваясь, должно как-то преодолевать инерцию, сопротивление консервативных слоев. Например, при переходе к капитализму нужно преодолеть сопротивление дорыночных слоев. Американцы свое дорыночное население - индейцев - истребили физически, захватили земли, а жалкие остатки племен загнали в резервации. Когда хлопковые плантаторы юга США поставили на широкую ногу рабовладение и стали мешать капитализму, началась война, и их тоже разгромили. До сих пор эта самая кровопролитная война в истории США. Кстати, флаг Новороссии с косым крестом - это почти что флаг Конфедерации южных штатов. Такой вот намек Путина Америке - что он тоже готов идти до конца, и концом этим будет расчленение США. Я даже догадываюсь, в каком городе предполагается подписать меморандум о выводе ядерного оружия с территории бывших США.

- В Будапеште, - кивнул Колун.

- В Европе дорыночные слои населения не истреблялись, они тормозили развитие, или, вернее, придавали ему естественную скорость. Россия копировала достижения своих успешных военных соперников. Иван Грозный скопировал опричников с янычар турецкого султана. Алексей Михайлович скопировал богослужебный канон, применяемый в Малороссии, и полки европейского строя. Петр Первый - военную промышленность и флот. После Крымской войны русский царь отменил крепостное право и запустил в империи капитализм. После Первой мировой большевики отменили капитализм и начали строить социализм. Товарищ Сталин решил избавиться от досоциалистических слоев населения, но такие слои составляли абсолютное большинство. Поэтому последовали репрессии, потом война - Гитлер, посмотрев на репрессии, решил, что сталинский режим слаб - потом демографический провал и продовольственная катастрофа. В конце концов консервативные слои одержали триумфальную победу - и на центральной площади некогда самой промышленно развитой республики СССР дикие рагули соорудили свинарник.

- Так что, у нас еще есть шансы?

- Шансы всегда есть... Купите кремлевским еще времени своими жизнями, раз семьсот лет им не хватило. Сражайтесь - русская тряпка, пропитанная кровью, становится броней. Я вам не помощник, гарантии от американцев приняты, залоги даны, обратного пути нет... Практически нет, - добавил Синченко после паузы. - Да, вот что... Наш холдинг собирался у группы Януковича отобрать один завод в Харькове и два хороших земельных участка под Одессой. Пожалуй, мы их все-таки купим за приличествующие ситуации деньги. При условии, что два с половиной миллиона долларов группа Януковича передаст на нужды твоей бригады.

- Бригады? Не ДНР?

- Для ДНР это не сумма, благодарности не удостоят. А ты за такие деньги Луну с неба достанешь... И отблагодаришь как следует.

Колун не стал спрашивать, как следует отблагодарить Луну. Ополченец начал себя оглядывать - "Китель по шву разошелся... Ботинки почистить бы...".

- Уж не на встречу ли с Януковичем ты собираешься? Не пустит тебя никто даже к изгнанному президенту, слишком ты незначителен. Я переговорю с коллегами по холдингу, на людей Януковича выйдем сами и вопросы порешаем сами. Когда сделка состоится, получишь свои деньги... На тот же счет, где остальные семь с половиной.

Миллионер сделал паузу, внимательно посмотрел на собеседника.

- А твои какие ценные идеи?

Колун замялся.

- Такие же, как у вас... Будем держаться. Пусть ваш Запад такой передовой, а Россия - такая отсталая, но Запад несет нам смерть, а Россия помогает нам спастись.

- Я этой помощи в упор не вижу, - пожал плечами миллионер. - Если кто и может вам помочь, так это мы, лучшие люди Украины.

Синченко поднялся с места.

- Успехов, комбриг.

- Спасибо, товарищ инструктор областного комитета партии.

Миллионер усмехнулся.

- Еще... у меня к тебе, комбриг, личная просьба. Найди мне в арсеналах Новороссии "маузер" времен Гражданской, что была сто лет назад. В детстве я мечтал оказаться на Гражданской с "маузером". И вот Гражданская уже есть, а "маузера" нет.

- Сделаем, - кивнул Колун.


***


После отъезда Синченко Колун вышел в коридор, кивнул своему бойцу-саперу.

- Ну, как себя вели орлы с комбината?

- Как мышки.

- Ты что, даже электродетонатор не ставил?

- Нет. Спросил их - разбираются ли в минах. Сказали, что нет. Я и не ставил.

- Что с них взять? Сторожа...


Через десять минут Калита уже мчался к Донецку, чтобы закупить на оружейном рынке "маузер".


На следующий день Колун через помощника Синченко договорился о встрече - в еще одном кафе из списка Ломтя.

- Вот, пожалуйста, - передал комбриг кобуру с "маузером" миллионеру. Оружие было почищено Карасем и пристреляно.

Тот с загоревшимися глазами бережно взял ее, достал пистолет, погладил.

- Пойдем во двор, стрельнем!

Во дворе кафе у стенки поставили пустую пластиковую бутылку. Колун помог Синченко приладить кобуру в качестве приклада, поправил руку, чтобы прицел был верным. Миллионер первым же выстрелом прострелил бутылку.

- Ну надо же!.. - он задыхался от избытка чувств. - На Гражданской!.. С "маузером"!..

Колун терпеливо изучал выражение лица Синченко.

- Ну, удружил! - не унимался миллионер. - Век не забуду! Вот даже не знаю, что еще в жизни пожелать! Ну разве что... разве что... Саблю! Можешь? - с надеждой посмотрел на собеседника миллионер.

Колун включил рацию.

- Кашалот, твой выход.

Из-за угла строевым шагом вышел ополченец, неся на вытянутых руках кавалерийскую шашку.

Комбриг отошел на пару шагов, когда Синченко принялся размахивать оружием.

- Ну, просто нечего сказать! - светился от счастья миллионер. - И как это ты догадался? Или у тебя полно ополченцев с саблями? Может, и конь есть?

Колун снова включил рацию.

- Репа, твой выход.

Из-за угла вышел гнедой конь - оседланный, с уздечкой. Его вел ополченец в отглаженной чистой форме, при СКС со сверкающим штыком.

Охранники подсадили Синченко в седло, поспешно отскочили, когда миллионер вытащил саблю из ножен.

- Эй, комбриг! - позвал Синченко, хохоча. - Что у тебя еще для меня припасено? Ведь что-то еще есть, признавайся!

- Слезайте, покажу.

Миллионера ссадили с коня - простого обитателя загородной фермы. Колун преподнес Синченко кожанку по типу комиссарской.

- Извините, материал современный, покрой на вашу фигуру, примерьте.

Синченко примерял, кожанка сидела как влитая.

- Ну ты даешь, комбриг. Когда это меня обмерять успели?

- Пока шли от машины в кафе. У меня в БТРе видеорегистратор. По видео сделали трехмерную модель для портного.

- Кто сделал?

- Специалист моего штаба.

- Хороший у тебя штаб...

- Обратите внимание, Борис Семенович, в левом кармане - номер газеты "Правда" со статьей Ленина. Текст подлинный, бумага, само собой, все-таки современная.

- Ы-х-х... - задохнулся от избытка чувств миллионер. - Ну... О!.. - он вчитался в статью. - Слушай, мне кажется, что с меня тоже сделали трехмерную модель. Ты просто предвидишь мои пожелания.

- У меня в штабе хорошие психологи.

Синченко оценивающе посмотрел на Колуна.

- Ты не так прост, как я поначалу подумал. У меня тоже есть для тебя хорошая новость. Как ты, наверное, знаешь, еще десять лет назад, после "оранжевой" революции Ющенко готовился к войне с Россией. У границы были построены военные склады с оружием и боеприпасами. Некоторые склады захвачены вами, сепаратистами, но большинство осталось за правительством. Сейчас будет обновление запасов на этих складах - со всей Украины будут перевозиться боеприпасы 80-х годов выпуска, а более старые с этих складов - утилизироваться. Можно было бы старые вывозить на освободившееся от новых место, но наши партнеры в Европе категорически против, чтобы оружие двигалось на запад. На восток - с большим удовольствием, на запад - ни-ни. Утилизация будет проводиться, преимущественно, путем применения в бою, но боеприпасов настолько много, что часть придется уничтожить на полигонах. Наш холдинг заключил с министерством обороны контракт на утилизацию боеприпасов 70-х годов выпуска и старше. Точно сказать нельзя, но это, как минимум, десятки вагонов. Возможно, несколько эшелонов. За утилизацию мы получим хорошие деньги.

Предлагаю тебе эти боеприпасы. Мы сэкономим на утилизации, деньги получим все равно. А ты получишь боеприпасы недорого, в счет оговоренной суммы. По рукам?

- По рукам!

- На полигоне все-таки надо будет что-то взорвать. Я хотел бы, чтобы была взорвана твоя полутонна аммонита. Не просто хотел бы, это мое обязательное условие.

- Если поставки действительно недорого - будем взрывать аммонит в течение трех суток после получения боеприпасов. Пропорционально полученному.

- Договорились.


Миллионер одернул кожанку, придержал кобуру с "маузером" и сел в "мерседес". Устроившись поудобнее, он достал газету "Правда" со статьей Ленина и погрузился в чтение.


Колун помахал отъехавшему лимузину вслед.


Гиперболоид рядового Обушка


- В связи с оперативными успехами в бригаде резко возросли возможности материально-технического обеспечения... - завел речь Карась при встрече.

- Чего? - не понял Обушок.

- Того! - рассердился Карась. - С тобой хочешь по-торжественному, а ты не понимаешь! Приказ у меня - оборудовать твою БМП по последнему слову техники! Пятьсот баксов дали! Заказывай, что только душенька пожелает! Потом еще Рыбака спрошу...

- Пятьсот баксов... - благоговейно проговорил Обушок. - Да-а... - он надолго замолк.

- Если можно использовать наши запасы, то и больше, - щедро пообещал Рыбак. - Хочешь, аэрографию забацаем?

- Пятьсот баксов на хрень? - возмутился Обушок. - Ни за что!

- Так ты скажи, что не хрень. Ты что, напугался такой крупной суммы? Мы теперь бригада, нам не то что пятьсот баксов, нам даже шестьсот баксов - тьфу!

Обушок посмотрел на оружейника недоверчиво.

- Ну ладно... Все-все можно заказывать?

- Все-все! - щедро улыбнулся Карась, но потом, присмотревшись к Обушку, поправился: - В пределах разумного...

- Ну смотри, сейчас закажу! Перво-наперво, что главное в БМП? Главное в БМП - командир. Постоянных командиров ни в моем экипаже нет, ни в других сменах. Командир должен знать задачу, владеть обстановкой и уметь применять возможности машины и десанта. Обычно БМП командует командир десанта или внешний наблюдатель. Стало быть, всех командиров десантных отделений и всех наблюдателей нужно обучить командованию БМП. Чтобы они знали, что машина может, а чего не может. Чтобы знали, что я пробиваюсь в борт из пулемета, особенно если это КПВТ... И что я не могу подбить танк, даже если мне установят "Фагот". "Фагот" танк с ДЗ не пробьет. Что ночью я вижу совсем недалеко, несмотря на большие выпученные "глаза".

- При чем тут обучение? Я обучением не занимаюсь.

- У тебя есть приказ - принять у меня заказ на все, что душенька пожелает?

- Есть...

- Вот и принимай заказ. Что не можешь сам, поручи другим. Заодно деньги сэкономишь, обучение - это бесплатно. Только плакаты напечатать.

- Ладно, Шинданду скажу, он всех научит. Плакаты в рекламном агентстве закажу.

- О, правильно! Шинданд научит всех, всему и сразу... А я тебе даю следующий заказ - раз мною иногда командуют внешние наблюдатели, нужна шифрованная связь. Не срочно, но когда-нибудь бандеры начнут нас пристально слушать. Не знаю, могут ли наши карманные рации шифровать, если могут, то надо только научиться.

- Записал... - буркнул Карась.

- Раз уж говорим о связи, нужна шифрованная связь через радиостанцию БМП. И хорошего качества, чтобы можно было разобрать, что говорят, прямо на ходу, когда мотор шумит.

- Мотор я тебе не поменяю, - быстро сказал Карась.

- Да ладно, я и не прошу. И радиостанция "не горит", на большие расстояния мы уезжаем редко.

- Так, радиостанция. Что еще?

- Еще - условия перевозки десанта. Нужно отладить вентиляцию, вроде как по инструкции машина должна выдерживать радиоактивное заражение, а нам даже в обычную жару нечем дышать. Вообще, запиши кондиционер.

- Какой - напольный или потолочный? - пробормотал Карась. - Ладно, разберемся. Записал.

- Еще каждому десантнику нужен рюкзак с поилкой, опять же, из-за жары.

- Пусть из фляг пьют...

- Иногда десанту приходится и пострелять, руки, знаешь ли, оружием заняты.

- Эх... - вздохнул Карась. - Десант - это же не БМП, если их экипировать, никаких денег не хватит.

- Ты записывай, записывай. Выполняй приказ.

- Записал. Только не говори, что десанту еще нужно берцы, броники и каски.

- Ну ладно... Еще у нас нет штатных ручных гранат.

- Они у тебя для красоты будут лежать, а их пехоте не хватает.

- Я понимаю. Но ты все-таки запиши. Еще запиши проверить огнетушители. Противоосколочные экраны тоже запиши, это недорого, а машина изнутри обновится. Десант себя увереннее чувствовать будет. Да и от осколков это поможет, если дадим по себе попасть... Дымовые гранаты проверь тоже.

- Записал. СВМ у нас есть, сделаем тебе экраны, всем сделаем.

- Теперь о более серьезных вещах. На заднюю половину башни поставь турель для АГС-17. Чтобы гранатомет крепился на защелках и мог быть быстро снят - если мы захотим устроить позицию на земле. С турели чтобы мог стрелять наводчик-оператор и командир, высунувшись из люка, и десантник, стоящий за башней.

- В России делают так, что АГС наводится и прицеливается прямо из башни.

- А ты так сможешь?

- Не смогу... - потупился Карась.

- Ну и ладно. АГС будем использовать для стрельбы с закрытой позиции, там опасность поменьше, можно и из-под брони высунуться. Для прямых выстрелов по пехоте у меня есть ПКТ. Еще запиши - для крепления АГС к земле нужны железнодорожные костыли. Кувалда у нас есть. Для снятия АГС нужен костыленаддергиватель.

- Вот ведь слово-то какое... - пожаловался Карась, сделав описку.

- И теперь вот что... Как мне с танками в ближнем бою бороться? Где-нибудь в городе или в промышленной застройке? "Глаза" и ДЗ, допустим, я с него пушкой посбиваю. А броню-то пробить нечем. Мне что - высовываться в люк и стрелять из РПГ?

- Для этого ПТУР существует.

- ПТУР в ближнем бою? Не годится, у него минимальная дистанция большая, да и дорогой он, собака. И капризный. Электроника, чтоб ей... Мне бы что попроще. Типа РПГ с электроспуском.

- Электроспуск я могу приделать, а направляющие, а наведение и прицеливание?

- Приделай к пушке каркас, а к ребрам каркаса приделай направляющие для РПГ. Вот и будет наведение с прицеливанием. Я просто запомню дальность прямого выстрела, и буду целиться через штатный прицел.

- РПГ-7 реактивной струей приборы повредит.

- РПГ-2 давай попробуем.

- Попробуем, но старенькие они, вряд ли годятся... ладно, до вечера отложим.

- Отложим. Вот у БМП-3 хорошо сделано, там 100мм пушка, как раз для такого дела.

- У БМП-3 100мм пушка рассчитана на осколочно-фугасные снаряды. А против танков там ПТУР.

- Вот ведь... - растерялся Обушок. - Столько места в башне заняли, и зачем?

- Не понимаешь ты конструкторского мышления. Советская бронетехника делалась против "Абрамсов". "Абрамс" ты из РПГ не пробьешь. Разве что в особые точки пробития, небольшие и редкие. И не из седьмого РПГ, а из "Вампира", скорее всего. И из пушки 100мм не пробьешь. Кто мог подумать, что нам воевать против Т-64 придется?

- Да, никто не мог... Еще машине пригодилась бы дополнительная броня, навесная. Чтобы из КПВТ борт не пробивался. А иногда и корму надо укрепить. И чтобы навесы не мешали маскировочную сетку крепить.

- Записал.

- Еще внешний каркас нужен.

- Противокумулятивная решетка?

- Решетка тоже пригодится, хотя вряд ли скоро... Каркас нужен, чтобы скрыть форму, а то под маскировочной сеткой круглая башня все равно глаз привлекает. Надо, чтобы была похожа на бугорок какой-нибудь. Конечно, такой каркас мы будем изредка надевать.

- Записал.

- Как это называется?

- Комплект маскировочного оборудования для сокрытия очертаний.

- Нифига себе! Еще надо что-то с шумом выхлопа сделать. Работа у нас деликатная, особенно по ночам.

- Посмотрю, что можно сделать, но на многое не рассчитывай. Ты же не разведывательная машина. Предусматривалось, что ты будешь воевать - лавина на лавину, и жить в бою несколько минут.

- А что, я согласен! Пусть только нам дадут эту лавину. На тепловизор нам, наверное, не хватит...

- Не хватит.

- А на устройство, чтобы само удерживало движущуюся цель в прицеле, хватит?

- Аппаратура автоматического сопровождения целей? Нет, не хватит, она дорогая.


Вечером испытывали РПГ-2. Ответственно расстреляли двадцать гранат из трех разных партий. Шесть гранат сработали штатно.


- Что-то как-то не хотелось бы с таким оружием на танк идти, - почесал в затылке Обушок.

Привлекли к вопросу Чапая.

- А, знаю, что надо. У немцев была разработка "Fire Salamander". Счетверенные РПГ на станке. С приводом наведения и системой прицеливания. У армян есть СЗО из РПГ-7 для навесного огня.

- Да мы с наведением и прицеливанием уже разобрались. Нам бы чтобы просто стреляло. И чтобы реактивная струя в лоб машине не шла.

- Возьмите польский РПГ "Комар". У него реактивная струя отводится в сторону. А вообще интересный опыт был в Великую Отечественную с летающей миной Галицкого. Кумулятивная мина с вышибным зарядом, наподобие РПГ-2. Стреляла на 30 метров.

- Не надо нам РПГ-2. Насчет "Комара" поинтересуемся.


Карась поехал на донецкий оружейный рынок.

- Джень добры, панове, - обратился он к хозяевам одной лавки, полякам. - Как поживаете?

- Битам, клятый москаль. Живем как в польской народной сказке. Бандера бьет москалей, а москали бьют бандеру.

- Запрет на поставки оружия еще не отменили?

- Нет, не отменили. Мы торгуем охотничьим оружием. Чего ищешь?

- Передовое эуропэйське оружие. Охотничий гранатомет "Комар". Есть такое?

- Есть... Чего вдруг понадобился "Комар"? Вы же РПГ седьмым пользуетесь, он не хуже и многоразовый.

- Так наверное "Комар" дешевле будет?

- Ну... для пана Карася будет. Но ненамного.

- А гарантии качества?

- На какую партию гарантии?

- На двадцать штук.

- Поехали, стрельнем.


Испытания проводились за городом, поляк долго читал инструкцию, вскрыл пластиковую упаковку, привел гранатомет в боевое состояние, произвел выстрел. Все прошло штатно, Карась остался доволен.


- Чем платить будешь?

- Ксерокс вам хороший дам, и ноутбук прошлого года выпуска.

- Договорились, мы тебе отложим двадцать "Комаров". Может, пану еще что-то надо из европейского, американского оружия? Российское оружие тоже в ассортименте. Прямые поставки из Ливии и Сирии.

- Авианосцы почем сейчас?

- Ну пан и шутник.

- До видзеня, панове.

- До видзеня, клятый москалик.


Через пару дней Карась устроил для пушки каркас, к ребрам которого приделал две направляющие для "Комаров" с электроспуском. Каркас снабдили "оборудованием для сокрытия очертаний" - сделали угловатый кожух из пластика, а кожух закрыли маскировочной сеткой.


Вскоре после этого БМП по боевым делам подъехала к одному из блок-постов, Обушок покинул борт, чтобы уточнить обстановку у командира гарнизона.

- Дядя, а дядя, - прицепился к нему мальчишка, - что это за пушка у тебя на танке?

- Не мешай мне, мальчик, - отмахнулся ополченец.

- Ну дя-а-дя, - ухватил его за штанину малец, - ну ска-а-жи-и!

- Отстань, пацан, военная тайна!

- Дядя, я буду плакать!

- Это гиперболоид, мальчик. Иди отсюда!


Обушок остановился и с тревогой смотрел, как все больше и больше становятся глаза мальчишки.

- Гиперболоид?.. - проговорил тот ошарашено, и раскрыл от удивления рот.

Обушок дал мальцу легкий подзатыльник, рот захлопнулся.

- Смотри, это военная тайна! Дуй отсюда!


На следующее утро вся улица знала про гиперболоид, а вечером в Ивановку приехал незнакомец.


- Это американский шпион, ясное дело! - горячо говорил участковый Ломтю.

- Ну кому мы нужны? И с чего ты взял, что он американец?

- Все время жует жвачку и всем подряд улыбается...

Ломоть посмотрел на милиционера пристально.

- Да, в самом деле... Я немедленно приставлю к нему плотное наблюдение.


Наблюдение подтвердило оценку участкового. Незнакомец говорил на чистом украинском языке, ни разу не матерился, покупал в магазине "Кока-Колу Лайт", расплачивался только карточкой, ездил на машине украинского производства "Дана", из которой доносилась непривычная музыка, впоследствии распознанная как кантри.


- Выручай, сосед! - плакался Колуну майор ВСУ с противоположной стороны фронта. - Ко мне едет командование, а я свою БМП продал волонтерам для поставки в Нацгвардию. А мои волонтеры еще не собрали денег на другую. У тебя ведь есть одна БМП?

- Есть... Ты порядок знаешь. Нужен залог.

- Залог дам! Десять тысяч долларов!

Сумма была очень щедрая. Неестественно щедрая.

- Сделку проведем через точку обмена.

Это означало, что деньги будут оставлены хозяину одного водочного магазина, который потом примет БМП и вручит ополченцам залог.

- Согласен!


- Что там у нас с горелой БМП? - поинтересовался Колун у Карася.

- На ходу, но пушка и пулемет пока стрелять не могу. Работаем...

- Останови работы. Машину отдам соседу по АТО, у него начальство приезжает.


Горелая БМП была отдана под залог, но потом майор с Колуном на связь не вышел, а Ломоть доложил, что тот был отозван командованием, и больше о нем сведений не поступало.


Через два дня сначала на блок-постах, а потом и в мастерской Карася появились высокопоставленные гости. Повсюду они предъявляли важные документы, подписанные руководством ДНР, и теперь очередной такой документ читал Карась.

- Так... передать подателям этого распоряжения экспериментальную установку на платформе БМП-2. Подписи...

Подписи были важные.

Народный Губернатор Донецкой Области Павел Ю. Губарев

Председатель Совета министров Донецкой Народной Республики Александр Ю. Бородай

Министр Обороны Донецкой Народной Республики Игорь И. Стрелков

Командующий Вооруженными Силами Донецкой Народной Республики Игорь В. Гиркин

Карась вглядывался в подписи - те выглядели абсолютно натурально. Казалось, сами подписанты - Губарев, Бородай, Стрелков и Гиркин - стоят рядом и усиленно подмигивают: мол, это мы подписали, точняк!

Оружейник протяжно вздохнул.

- Тут не хватает подписи президента. Я бы со всей душой, но процедура есть процедура, надо соблюсти. Сами понимаете, что просьба у вас непростая.

Гости согласно закивали и направились к выходу, один долго стоял, с мукой глядя на Карася, но так и не решился задать вопрос.

Через час они появились снова. Карасю была предъявлена бумага, в которой на подписном листе, помимо ранее означенных, появились еще подписи:

Президент Украины Виктор Ф. Янукович

Исполняющий Обязанности Президента Украины Александр В. Турчинов

Избранный Президент Украины Петр А. Порошенко


- Наш товарищ ошибся и подал вам черновой вариант документа, на котором были не все подписи, - пояснил главный гость.

-Хорошо, - не нашелся, что еще сказать, Карась. - Мы начинаем оформление документов на передачу экспериментальной установки. Можете пока посидеть за тем столиком с журнальчиками, в них есть интересный рассказ про шпионов...

Гости вздрогнули.

- Мы лучше телевизор посмотрим.


Через час к ним вышел Карась.

- Господа, все готово, можете забирать установку.

Гости заулыбались.

- Почти все готово, осталось урегулировать небольшой вопрос... Задолженность бюджета ДНР перед Второй бронетанковой бригадой. За изготовление секретной установки.

- Сколько?

- Двести пятьдесят тысяч долларов, - Карась назвал сумму, определенную Колуном.

- У вас есть документы, подтверждающие задолженность?

- Обязательно!

Карась предъявил гостям документ, в котором со стороны Заказчика стоял такой же "иконостас" подписей - Губарев, Бородай, Стрелков, Гиркин, Янукович, Турчинов, Порошенко, а со стороны Исполнителя - Карась.

Гости долго вглядывались в бумагу, в которой с одной стороны были президенты, а с другой - Карась. Переворачивали ее вверх ногами, заглядывали на обратную сторону.

- Подписи с вашей стороны точно такие же, а мою подпись я могу показать столько раз, сколько захотите. Она тоже настоящая.

- Деньги привезем завтра.

- Машину приготовим к передаче завтра.


Всю ночь механики и оружейники приводили в порядок БМП-2, взятую у мародеров в Казаковке. Каркас с направляющими для "Комаров" переставили на нее. На борту написали большими буквами - "Чебурашка". На следующий день гости приехали с солидным кожаным чемоданчиком. Главный в группе сразу принялся заглядывать под маскировочную сетку на стволе пушки, но был одернут Карасем. Тогда гость влез в башню, увидел кнопки электроспусков для "Комаров" и успокоился.


И вот деньги пересчитаны, документы подписаны, гости заняли места в БМП и выехали со двора автобазы. Блок-посты были уже предупреждены.


Вечером того же дня из города попытался выехать американский шпион, при котором не оказалось ничего подозрительного, кроме ста пятидесяти тысяч долларов новыми стодолларовыми купюрами в тайнике "Даны". Пойманный заявил, что взял напрокат машину уже с деньгами, и к ним никакого отношения не имеет. Потребовал зачитать ему права при задержании и заявил, что никак не связан с США. После краткого допроса у Ломтя, на котором подозреваемый ни в чем не признался, он был переправлен в распоряжение командования.


Встречная помощь командования была щедрой. Вторая бронетанковая получила группу из трех опытных офицеров связи с пятью современными стационарными рациями, выделенного хакера-бойца "Киберберкута", десять кондиционеров для бронетехники, а также - в полное владение - бывший детский лагерь южнее Донецка. Туда Колун мог отправлять бойцов на отдых и лечение, если надо - то с семьями.


Вместе с наградами от командования поступил приказ - полностью отчитаться об экспериментальной боевой установке "Чебурашка"... Вздохнув, Карась принялся излагать историю, в которую практически невозможно было поверить.


Колун проверял полученные у покупателей "Чебурашки" и найденные в "Дане" доллары на всевозможных банковских сканерах - вроде купюры были настоящие. Но на всякий случай он передал образцы денег представителю Синченко. Вскоре состоялась встреча с миллионером.

- Доллары эти непростые. Как известно, право эмиссии долларов передано властями США уполномоченным структурам. О главной структуре - Федеральной резервной системе - известно многим. Именно ФРС выпускает основной поток долларов. Но есть и секретный акт, позволяющий печатать наличные доллары Центральному разведывательному управлению - для оперативных нужд. То есть, строго говоря, это тоже законные доллары. Но ФРС их своими не признает, и если столкнется с ними, то изымет как поддельные. Так что будь с ними осторожен, а то потеряешь.


Раз доллары были для оперативных нужд, Колун передал их Ломтю - для расчетов с агентурой. Ломоть первым делом завербовал давно находящихся в разработке сотрудников железных дорог и военных складов. При помощи агентов и кибербойца подделывались документы и записи в учетных системах на военные грузы - причем подделывались тонко, чтобы американские офицеры, работающие в области военной логистики, не обратили на фальсификации внимания. Одно устаревшее дешевое советское оружие подменялось другим - при полном сохранении класса и количества. В обмен на ДП и РПК получали РПД-46 и ПК. В обмен на РПГ-2 получали РПГ-7. В обмен на СПГ-82 и СГ-82 получали СПГ-9. РКГ-3 обменивались на ручные осколочные гранаты. Неисправные экземпляры оружия менялись на рабочие. Патроны 7,62 обменивались на более дефицитные боеприпасы к НСВ и КПВТ. По стоимости и возрасту это оружие не достигало уровня существенности, способного встревожить американских офицеров.


Подобные операции позволили Второй бронетанковой открыть свою торговую точку на Донецком оружейном рынке.


Обушку было приказано изыскания в области нового оружия прекратить. Для борьбы с танками ему пообещали поставить на ход и подчинить БМП-1, пушка которой могла стрелять кумулятивными снарядами, способными пробить борт и корму Т-64 в местах без ДЗ.

- Будешь двумя "коробками" командовать. Сержантская должность, не ниже.


Наводчик договорился, что в первый же заезд в новообретенный детский лагерь отправится мальчик, первым узнавший про "гиперболоид".


Детский лагерь назывался "Чебурашка".


Темнота - друг шахтера


Обзаведясь бронетехникой, артиллерией и ПВО, Колун решил превратить отряд в полноценную единицу, создав штурмовые подразделения. Предполагалось, что штурмовые операции будут обычно вестись ночью, когда человеческая психика особенно восприимчива и уязвима. В темное время моральное преимущество защитников Донбасса над мародерами террбатов и ПС или насильно мобилизованными солдатами ВСУ возрастало в несколько раз. Преумножался эффект внезапности. Также ополчение, в рядах которого было много шахтеров, имело колоссальное преимущество - его бойцы не боялись темноты, умели в темноте жить и работать.


Обучение было коротким - времени было мало, а легких целей, подходящих для боевой учебы - много. Такой целью Колун выбрал гарнизон батальона территориальной обороны "Криворожье", численностью до взвода, расположенный в деревне Степное за двумя линиями блок-постов от Ивановки. Место было спокойное, тыловое, террбатовцы бронетехники и артиллерии не имели, занимались постовой службой, надзором за солдатами ВСУ в соседних населенных пунктах и, естественно, мародерством. "Криворожье" было сформировано из добровольцев - часть из них когда-то пыталась избежать службы в армии и пошла в территориальную оборону, "чтобы пересидеть". Эти деятели ошиблись в ожиданиях, батальон был отправлен на фронт. Часть бойцов были искателями военной добычи. Таких было больше всего. Они разграбляли магазины, дома, проезжающие машины, убивали людей ради денег в кошельках и одежды, и отправляли на барахолки Днепропетровска и Кривого Рога посылки с добычей. Еще в батальоне были идейные бандеровцы, которые грабили не меньше, но при этом еще и глумились над мирным населением и "несвидомыми" солдатами ВСУ с соседних постов. Террбат был очень удобной учебной целью, потому что не нужно было возиться с пленными. Их брать не планировалось.


Степное за двое суток до планируемой операции взяли под плотное наблюдение разведчики Ломтя.


С наступлением ночи БМП Обушка проселками, степью и оврагами поехала к Степному. На борту машины было 8 человек десанта, командир штурмового отделения занял место командира машины. Рядом с мехводом расположился боец с ДП. Еще два пулеметчика с ДП расположились с правого борта и на корме, выставив оружие в амбразуры. Штурмовое отделение делилось на несколько групп.


Саперная группа - два бойца с "Калашниковыми", снаряженными патронами уменьшенной скорости и оборудованными ПБС. Вышибные заряды и вставляемые в них боеприпасы (отбракованные Карасем минометные 82мм мины) находились в ящиках на броне.


Штурмовая группа - два бойца с ППШ образца 1942 г. и множеством секторных магазинов к нему в разгрузках. ППШ имел большую скорострельность и создавал высокую плотность огня в ближнем бою. Секторный магазин был заметно надежнее дискового. На стволе ППШ крепился тактический фонарь с выносной кнопкой. Также бойцы имели при себе Карабины Специальные 23 мм с магазинами на 7 патронов. В одном магазине были патроны с газом "черемуха", другие снаряжались светошумовыми и картечными патронами вперемежку. Такие карабины (нелетальное полицейское оружие) еще в последние месяцы правления Януковича щедро были поставлены в подразделения внутренних войск, и при их захвате попадали к ополченцам. Помимо стрелкового оружия, штурмовики имели по 3 гранаты РКГ-3 и ПГШ.


Снайперская группа - командир отделения с СВД, снабженной советским ночным прицелом и ПБС. Его помощник - боец с комплексом "Тишина" ("Калашников" с ПБС и бесшумным подствольным гарантометом БС-1). За "Тишину" Калита отдал на донецком оружейном рынке АГС-17.


Позиционная группа - два пулеметчика с ДП.


Все десантники имели монокуляры ночного видения с масками. Таким образом, во время боя один глаз оставался адаптированным к темноте. На оружие были нанесены метки светящейся краской, позволяющие наводить и целиться ночью.


Доехав до Степного, БМП обогнула его по бездорожью и остановилась в небольшом овраге. Распахнулись створки десантного отделения, наружу вышел боец с ДП, занял позицию, осмотрелся. Через минуту из машины вышли саперы, сняли вышибные заряды и мины с брони и двинулись к соединявшей Степное с тылом дороге. Там они должны были установить небольшое минное поле и устроить засаду.


Остальные бойцы вышли из БМП, заняли позиции по кромке оврага, попили воды, проверили снаряжение.


Командир отделения связался с наблюдателями, уточнил обстановку. Гарнизон безмятежно спал.


Через час шесть минут после высадки саперы доложили о готовности. Десант погрузился в машину, БМП по косогору, в обход постов и пулеметных позиций бандеровцев, двинулась в село. Пройдя Степное до центра, и ведя огонь светошумовыми зарядами с бортов и кормы, машина под прикрытием пулеметчиков высадила снайперскую группу. Командир и его помощник поднялись на самое высокое строение в селе - элеватор - и затаились там.


Затем Обушок развез по позициям - перекресткам сельских улиц - пулеметчиков. Наконец, со стороны ветра (чтобы штурмовики могли применять "черемуху") высадил штурмовую группу, прикрывал ее броней, пока бойцы надевали тяжелые бронежилеты 6 класса, потом отъехал назад и стал поддерживать штурмовиков огнем БМП. По инструкции ночная ветвь прицела давала видимость ночью на дистанции до 700 м. Если подсветить инфракрасным прожектором, то должны были быть все 800, но, во-первых, инструкция преувеличивала, во-вторых, прожектор не работал. Но все равно метров на 300 было видно неплохо, а это уже большое преимущество.


После минутного замешательства командиры бандеровцев принялись организовывать оборону, но были отстреляны снайпером. Там, где не было линии огня для СВД, применялся гранатомет БС-1. Двое бандеровцев сообразили, откуда их обстреливают, и подступили к элеватору, но были подавлены из автомата с ПБС.


Потеряв управление, террбатовцы рассыпались по селу, прячась в садах, некоторые двинулись к уходящей в тыл дороге. Пулеметчики с ДП расстреливали бандеровцев, выбегавших на улицы. Штурмовая группа, создавая огневой вал из ППШ и КС, гнала террбатовцев из Степного. Там каратели попадали под выстрелы саперов, а когда автоматного огня стало недостаточно, саперы задействовали минную постановку.


Обушок минут десять погонял по степи, подавляя из пулемета разбегавшихся бандеровцев, потом вернулся в село.


Собрав наскоро трофеи, все-таки взяв двух пленных поважнее, ополченцы погрузились на БМП и двинулись к Ивановке. Добыча была скудная, но сегодня было главным научиться атаковать, и эта задача была успешно решена.


Наутро Колун связался с местным участковым и передал ему информацию о минной постановке - гражданские пострадать были не должны.


Поговори со мной

Бойцы нацгвардии Степан и Андрей ехали на "уазике" по "освобожденным" районам Донбасса.

- Стий, Стэпан! - крикнул водителю каратель, хлопая его по плечу и глядя при этом куда-то на обочину.

"Уазик" остановился.

- Ты бачь! - указал Андрей на развалины одноэтажного дома, на стене которого каким-то чудом уцелел кондиционер - белый, красивый. По всей видимости, почти новый и, должно быть, исправный.

Напарники, озираясь - нет ли поблизости конкурентов - подобрались к дому, осмотрели кондиционер. Аппарат повреждений не имел. Висел он довольно высоко, поэтому нацгвардейцы выложили из обломков стены насыпь, по которой и вскарабкались к кондиционеру. Андрей снял автомат, передал напарнику, при помощи ножа принялся откручивать крепеж, а Степан остался у подножия насыпи, готовясь принять добычу.


Вдруг Андрей услышал странное сипение и клокотание за спиной. Удерживая уже частично отсоединенный от крепежа кондиционер, он повернул голову.

Степан лежал на земле, зажимая руками горло, из которого хлестала кровь, ноги дергались, глаза постепенно стекленели. Над национальным гвардейцем стоял ополченец - в выцветшем камуфляже, на котором была георгиевская лента, с СКС за спиной, с ножом в руке. Нож был с черным лезвием, на кончике собралась алая капля.

- А теперь аккуратно прикручивай все как было, - приказал ополченец, нагибаясь и поднимая автоматы нацгвардейцев.

Андрей, обильно обливаясь холодным потом, непослушными руками начал завинчивать крепеж.


Ополченец прошелся вдоль стены, рассматривая разрушенный дом, покачал головой. Погладил кладку из силикатного кирпича ладонью.

- Ну, здравствуй, дед... - произнес он негромко и замолчал.

Нацгвардеец оглянулся, но никакого деда не увидел. Напугавшись странного взгляда ополченца, он вернулся к своему занятию. Крепеж повиновался плохо, руки были как чужие и тряслись.

- Я был плохим внуком, дед, - продолжал ополченец. - Я слишком редко тебя навещал. А ты так мне радовался! Любил послушать мою болтовню о всякой всячине... Так и слышу, как ты просишь: "Поговори со мной".

Ополченец вздохнул и замолчал.

Нацгвардеец, наконец, закончил возиться с крепежом и обернулся.

- Готово, - сообщил он, поглядел в лицо ополченцу и напугался. У молодого еще парня были очень, очень старые глаза.

- Що тэпэр? - дрожащим голосом спросил Андрей, стараясь не смотреть на остекленевший взгляд Степана, по лицу которого уже ползали мухи. - У полон?

Но ополченец как будто не слышал нацгвардейца. Он ходил вдоль стены, трогал ее ладонью, что-то бормотал.

- Я ничего тебе не дарил, дед. Только этот кондиционер прошлой осенью. А весной тебя убили из пушки. Ты, наверное, так им и не попользовался.

Нацгвардеец смотрел на труп напарника, на нож в руках ополченца, и ему становилось все больше не по себе.

- Пийшлы у полон, - потребовал каратель у ополченца. - Я здався, я бэз зброи. Можу пидняты рукы.

Ополченец не реагировал, глядя сквозь нацгвардейца и ведя разговор с кем-то невидимым.

- Я буду добрым полонэным! - горячо заговорил каратель. - Я буду копаты окопы! Я дуже люблю копаты! Я буду соблюдаты розпорядок!

Ополченец не замечал его слов. Капля крови на ноже загустела и изменила цвет.

- Нелегкая у тебя была жизнь, дед, - произнес ополченец. - В прошлую войну остался сиротой, в эту войну погиб...

- А взагали я росиянын! Я русский, ты слышишь? У меня бабушка была из Петрозаводска! Покойная... Ты же не можешь просто так вот взять и убить меня! - завопил каратель, глядя на зарезанного напарника и уже не осознавая, что видит. - Я вступлю в ваше ополчение! Я начну новую жизнь! Ну что же ты так смотришь, как будто меня уже нет?! Я же человек, у меня высшее образование, я в Европе бывал!

- Ты погиб как герой, дед, - продолжал тем временем ополченец. - Погиб в бою, защищая свою землю. Я горжусь тобой.

- Я сделаю все, что ты хочешь! Дам денег! Все военные секреты расскажу! Только не убивай меня! Я только притворялся на Майдане, я русский! - голос нацгвардейца то и дело прерывался от страха. - Б-боже, царя храни! Гитлер капут! Ну что же ты...


Ополченец сделал резкий взмах, Андрей с рассеченным горлом рухнул рядом со Степаном, угасающим взглядом уставившись в мертвые глаза напарника.


- Я буду почаще приходить к тебе, дед, - произнес ополченец, вытирая нож об одежду убитого. - Мы еще повоюем.


Он взял труп Степана за ноги и поволок к оврагу в конце улицы.