# Сапог на царстве

Алустон Ал

Сапог на царстве


После очень напряженных суток Колун и Ломоть отправились в Ивановку отсыпаться, а делами в Казаковке, да и делами всего отряда оставили заниматься Шинданда. Замкомандира тоже прошлый день не отдыхал, но все же устал меньше, следя за хозяйством в Ивановке, поэтому был вполне работоспособен. Взяв с собой штабного писаря с СВД, трех командиров отделений, группу автоматчиков из комендатуры и нескольких простых бойцов, желающих ближе познакомиться с занятым городом, Шинданд приступил к управлению Казаковкой.


Вместе с ним увязался и Обушок. Мотострелок даром что не спал ночь, сегодня была не его смена ездить на БМП, а интерес к строительству новой жизни в Казаковке был большим.


Колун выбрал для себя кабинет мэра города, туда даже перевезли кое-что из вещей, но пока командир отряда в мэрии Казаковки поработать не успел. Долгопятову, официальному и.о. мэра, отвели вице-мэрский кабинет. Ломоть облюбовал городскую прокуратуру. Калита застолбил за собой кабинет в отделе Государственной фискальной службы. Шинданд решил обосноваться в военном комиссариате.

- И почему военкомат меньше исполкома? - проворчал он. - Не уважают нас "пиджаки".

- Меньше дом - меньше мишень, - заметил писарь Кашалот. - Да и место наше в боевых порядках, а не в конторах.

- Тоже верно, - согласился Шинданд. - Но когда-нибудь и у нас появится тыл, где писаря будут сидеть в конторах, а не шариться где попадя с оружием.


Бегло осмотрев кабинет военкома и оставив на столе свою личную чашку - признак занятия помещения - Шинданд велел вызвать в ОВД дежурного чиновника мэрии и поехал в милицию сам.


Шинданд ездил на БТР-80, когда-то со "сдохшими" аккумуляторами захваченном Обушком. Ломоть постоянного транспорта не имел, чаше передвигался на "тачанке" Toyota, реже - при военной необходимости - на БМП Обушка. В мастерской стояли еще две БМП - одна взятая горелой, вторая - захваченная в Казаковке. Но пока они еще не были готовы к использованию. Калита облюбовал себе МТЛБ с пулеметной башенкой, но обычно ездил на невооруженных внедорожниках.


- Доложите обстановку! - приказал дежурному милиционеру и чиновнику мэрии Шинданд.

Выяснилось, что в городе произошло ЧП - на этот раз без участия военных, чисто местное. Был разгромлен офис коллекторского агентства. Шинданд немедленно выехал туда.


БТР подъехал к бывшей детской спортивной школе, переделанной под бизнес-центр. У здания стояли две "скорые", а также автобус-катафалк. Санитары грузили на "скорую" носилки - Шинданд подошел, дал знак остановиться, сдвинул простыню, накрывавшее раненого.


Его, боевого командира, чуть не передернуло - таких ран он не видел. Не пулевые, не осколочные - такое впечатление, что пострадавшего рвали когтями дикие звери.


- Должники, - пояснил подошедший милиционер. - Эти коллекторы работали жестко, а народ после смены власти решил рассчитаться... Вломились толпой и рвали голыми руками. Коллекторы отстреливались из помповых ружей и травматов. Двух наповал, семеро госпитализированы. Но толпа все равно с ними справилась, подвесила за ноги. Мы еле успели... Директор агентства, два специалиста, секретарша. Жить будут, если возить на колясочке и кормить через трубочку.


В офисе все полы были усеяны обрывками бумаги, у стены стояли железные ящики с сожженными документами. Остро пахло горелым, кровью, рвотой и фекалиями.


- Не понимаю... - пробормотал Шинданд. - Если нет денег, просто скажите, зачем коллекторов избивать?

- Просто сказать - так не отделаешься. Будут звонить круглые сутки, угрожать, приставать к родственникам, к начальству на работе. Арестовывать имущество, вытягивать все деньги, что сумеешь заработать, - пояснил один из ополченцев.

- А ты откуда знаешь? - поинтересовался Шинданд.

- Да взял как-то кредит... - уклончиво проговорил тот. - Но это дело прошлое, теперь я живу под позывным и никаких проблем с долгами!

- Есть же какие-то механизмы, - не успокаивался Шинданд, - банкротство. У меня так было. Вложил деньги в банк, банк обанкротился, и деньги отдавать не надо.

- Банкротство физических лиц не предусмотрено законодательством Украины, - пояснил чиновник мэрии.

- А чего так?

- Банковское лобби не дает, - с видом знатока заверил бежавший от долгов ополченец, Репа.

- Совершенно верно, - подтвердил чиновник. - В нормальных странах есть закон о банкротстве физических лиц, на Украине нет. Потому что банковское сообщество против.

- И в результате люди убивают коллекторов, - заключил Шинданд. - Непорядок! Но теперь, к счастью, у народа новая власть. Сейчас все поправим! Кашалот!

- Я!

- Готовь приказ. Ввести процедуру банкротства физических лиц на территории Ивановки и Казаковки. Процедуру разработай вместе с Колымой, посмотрите что-нибудь международное, самое передовое. Чтобы сегодня вечером приказ был готов мне на подпись. Контроль исполнения, напиши, возлагается на председателя военного трибунала. Потом под роспись доведешь приказ до сведения всех банкиров. Нарушат - предстанут перед военным трибуналом по законам военного времени. И в народные заседатели возьму кого-нибудь из должников.

- Есть!

- И пусть банкиры, пока не подпишутся под приказом, новых кредитов не выдают! Как думаешь, - обратился он к чиновнику, - может, вообще прием денег по кредитам остановить?

- Чем тогда вкладчикам платить?

- Хм... Нужно приставить к банкирам бойцов, чтобы полученные деньги шли только на выплату по вкладам. Кашалот! Направь в банк двух автоматчиков!

- Есть!

- А еще надо зарплату и пенсию платить, - продолжал чиновник. - Автоматчики разве разберутся в ситуации?

- Да, правда... - признал Шинданд. - Кашалот! Усиль группу в банке бойцом с ДП! И - назначь его старшим группы!


***


Исчерпав тему с банковским делом, Шинданд отправился в мэрию представляться чиновникам.

- Объяви общий сбор, пусть построятся на плацу... то есть на площади, - велел он дежурному.

Чиновники долго, вяло и беспорядочно собирались перед зданием мэрии. Шинданда это удручило.

- Ты говоришь, что они все с высшим образованием? - недоверчиво обратился он к дежурному мэрии.

- Да. Некоторые не с одним.

- А чего тогда строиться не умеют?


Шинданд объявил чиновникам мэрии, что он замещает командира отряда, является высшей военной властью в городе, а город находится на военном положении, так как располагается в прифронтовой полосе. Пообещал прикрепить к каждому отделу и службе военного представителя "для снижения нагрузки на гражданских" и распустил собравшихся по кабинетам.


- Кашалот, - распорядился Шинданд, - через двадцать минут пусти по этажам с обоих концов досмотровые группы бойцов. Пусть ищут признаки поджога документов и сокрытия ценностей. У входов-выходов поставить оцепление.

- Есть!


- А вообще чем занимается такая прорва народу? - поинтересовался Шинданд у дежурного мэрии. - В военкомате кабинетов совсем мало, хотя делают понятное дело. А тут чем занимаются?

- Ну... - чиновник был обескуражен такой непосредственностью. - Например, принимают и контролируют бюджет города.

- Что такое бюджет?

- План расходования денег, - постарался доходчиво объяснить чиновник. - Сколько на какие нужды потратить...

- Вот дураки! - хохотнул Шинданд. - Кто же во время войны платит деньгами? Кашалот! Посмотри, что у нас в актах на изъятие?

- Все, что нужно, еще и с запасом, - потряс писарь пачкой листков. - Грузовики, автобусы для личного состава, строительная техника, сварочные аппараты, отбойные молотки, запчасти...

- Отставить! Не понимаешь ты еще военного управления! Изымается то, что нужно временно. А запчасти нужны навсегда. Стало быть, нужно составлять акт на реквизицию. Репа, Эльбрус!

- Я!

- Назначаю вас экспертами по оценке. Будете в актах стоимость изъятого и реквизированного указывать. Сгоняйте в ОВД, посмотрите по картотеке скупщика краденого какого-нибудь, возите его с собой. Лучше лицензированного оценщика все скажет.

- Есть!


- Кашалот, ты списочки свои-то подсократи... Подожди, пока Ломоть отоспится, основные реквизиции надо во вражеском тылу проводить. Нам здесь народная поддержка нужна.

- Есть, буду реквизировать столько, сколько сами не пожалеют отдать.

- По возможности нужно реквизицию заменять временным изъятием или обменом. Что у нас хорошего на обмен есть?

- У нас все хорошее! АГС-17. "Калаши" разных модификаций. Грузовики, автобусы...

- Гранатометы и автоматы у нас "мирняк" вряд ли на обмен возьмет. А вот грузовики - товар ходовой. И для городских, и для селян.

- Так точно! Только...

- Что - только?

- Как нам обмен оформлять? У "мирняка" фирмы с печатями, бухгалтерские ведомости, инвентарные номера. А у нас нет ничего.

- Наверное, у Калиты есть.

- У Калиты "левые" фирмы, он все через них делает, или "вчерную", без всяких документов.

Шинданд на минуту задумался.

- Нам нужно узакониться. Где здесь делают печати?

- Рядом с фискальной службой делают печати для фирм-однодневок. И на рынке еще.


Мастер на рынке был готов выполнить любой заказ. Оставалось сформулировать, что изобразить на печати. "Армия Новороссии" - было слишком неконкретно. И даже "Вооруженные Силы ДНР". "Отряд ополчения Ивановки" - несолидно. Нормальная армейская часть должна иметь номер и указание на принадлежность к роду войск. Наименование по городам и селам попахивало махновщиной или даже бандеровщиной с их террбатами "Днепр", "Донбасс", "Криворожье" и другими.

- Давайте - "Сто вторая бронетанковая дивизия!" - встрял в разговор Обушок, все время крутившийся неподалеку от начальства.

Шинданд поперхнулся.

- Да ты охренел, парень! На всю Новороссию еле одна дивизия наберется, с писарями, обозными и ранеными. Ты знаешь, сколько дивизия должна иметь по штату?

- Ну... очень много. Знаю. Так ведь бандеры говорят, что у них батальон, когда на самом деле человек 40-60, из которых 70 - мародеры. Давайте и мы скажем, что нас много. Это будет военная хитрость.

- Это будет военная глупость! - сердито одернул его Шинданд. - Врать тоже надо уметь, иначе только опозоришься. Так... Во-первых, не дивизия, а бригада. Бригада меньше.

- Ага.

- Что - "ага"? Ты типа одобряешь мое решение, рядовой?

- Виноват!

- То-то... И сто две бригады - это сильно дофига, это никуда не годится. Ну, допустим, просто - вторая.

- Ура! - не удержался Обушок. - Вторая бронетанковая бригада!

- Почему бронетанковая?

- Так весь "мирняк" мою БМП танком называет. И "бронетанковая" звучит круто! Аж душа поет!

- Не дай бог тебе с танком в бою повстречаться, - пробурчал Шинданд. - Ладно, так и быть, раз народ называет, то и бандеры дезу "скушают". Мастер, рисуй на печати: "Вторая бронетанковая бригада Вооруженных Сил ДНР". Кашалот, найди ателье мод, пусть пошьют нам флаг. Колуну не говори, сюрприз будет, когда проснется. Пусть знает, что я тоже могу нехило управлять...


- Ну вот, печать есть, флаг будет, - Шинданд любовно оглядел печать, дохнул на нее, открыл-закрыл коробочку с пропитанной чернилами губкой. - Мы теперь самая что ни на есть официальная власть. Кашалот, свяжись с Колымой, пусть забацает нам бланки и скинет файл. Учись теперь вести делопроизводство, проставлять входящие-исходящие. Ты же все-таки писарь, хотя и с СВД...

- Свяжусь.

- И свяжись с Калитой, пусть найдет человека оприходовать трофеи. В первую очередь те, которые мы будем "мирняку" на обмен давать. Чтобы к вечеру обмен провести и завтра с утра иметь уже все, что нужно.

- Есть.

- И отпиши командованию на новом бланке, что, мол, начато формирование Второй бронетанковой бригады, пусть номер не занимают.

- Так точно.

Пока Кашалот "шуршал" по полученным распоряжениям, Шинданд связался с постами на окраинах Казаковки и Ивановки, выслушал доклады об обстановке. Хунта после потери гаубиц не снижала активности, по степи сновали джипы с дозорными, пару раз около Казаковки пролетал вертолет. На дороге между Казаковкой и Соловьевкой бандеры спешно усиливали блок-пост.


- Нам тоже нужно ускориться, - сделал вывод Шинданд. - Давай карту города, посмотрим, где фортификацию еще добавить...

Шинданд, ориентируясь на мощности строительной техники из Ивановки и предполагаемые изъятия в Казаковке, запланировал масштабные работы. Но к строительной технике были нужны еще землекопы с лопатами и кирками, а для них - вода и питание.

- У милицейских в сизо остался кто трудоспособный?

- Всех выгребли с утра на окопы, - покачал головой Кашалот.

- А в медвытрезвителе?

- Вытрезвители сто лет как отменили.

- А я и не знал... - махнул рукой Шинданд. Он был непьющий. - Ладно, предупреди ОВД, сейчас приедем, будем изыскивать трудовые резервы.


Трудовые резервы нашлись. В милиции оказалось довольно много нерассмотренных заявлений, которые сотрудники просто игнорировали. Шинданд назначил одного из бойцов отряда, бывшего "беркутовца", секретарем военного трибунала и поручил разобрать заявления. При упоминании о военном трибунале милиционеры просто преобразились. За полчаса все заявления были рассмотрены, определены виновные - либо фигуранты заявлений, либо авторы за клевету - и к ним выехали группы захвата. Виновных в административном порядке приговорили к различным срокам исправительных работ. На фортификационные работы отправили даже женщин - поварами и посудомойками на полевые кухни.


Потом Шинданд двинулся в прокуратуру и разобрался с заявлениями там. "На окопы" отправилось еще несколько человек. И целый ряд заявлений касался серьезных правонарушений. Рейдерские захваты. Убийства. Поджоги. Контрафакт алкогольной и табачной продукции. Уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах. Нарушение техники безопасности на шахтах с десятками погибших и покалеченных. Наркоторговля.

Заявления по рейдерским захватам и убийствам в основном касались времен бандеровской власти. Эти обращения были оставлены прокуратурой без последствий. Шинданд пролистал заявления и понял, что до вечера с этим всем можно не успеть. Он приказал одному из командиров отделений при помощи чиновников мэрии отсканировать все документы и отправить Колыме - пусть разбирается.

Еще было множество заявлений по невыплате зарплаты.

- Чего так много? - поинтересовался Шинданд у чиновника мэрии.

- В трудовых договорах зарплату не пишут, поэтому через суд добиться ничего нельзя. Вот и пишут от безнадеги по всем инстанциям. К нам в исполком пишут, в правительство пишут, президенту пишут, даже в ООН. И отовсюду их нафиг посылают.

- А почему не пишут зарплату в договорах?

- Чтобы начисления не платить. В Пенсионный фонд, и все такое. Подоходный налог тоже.

- А почему рабочие соглашаются?

- Да у нас даже до переворота было за счастье хотя бы обещание зарплаты получить. Условия полностью диктует работодатель.

- Где эти все налоги оказываются? Где Пенсионный фонд?

- В Киеве, конечно. Нам потом "с барского плеча" выделяют сколько-то, сколько не жалко. И кричат, что мы дотационные.

- Платить хунте - значит быть соучастниками в государственном перевороте. Кашалот, еще задача Колыме - сделать новый налоговый закон, чтобы в Киев ничего не платить, зарплату работяг ничем не обкладывать.

- Есть!

- Как это - зарплату ничем не обкладывать? - не понял чиновник. - А из чего пенсии платить?

- Тебе из чего зарплату платят?

- Из бюджета города.

- Вот оттуда и пенсии платить.

- Так не принято! Пенсия должна быть "привязана" к зарплате!

- А сейчас она "привязана"?

- Сейчас нет... - смутился чиновник. - Все получают почти одинаково, кроме особо важных пенсионеров. И потом, где тогда взять доходы?

- Во-первых, Киеву его долю не платить.

- Это понятно.

- Во-вторых, надо найти другие источники дохода. Я озадачу экспертов, через час жди ответа.


Пока Шинданд ворошил документы в прокуратуре, а потом завтракал, пришел ответ от Колымы.

- О! - довольно воскликнул ополченец. - Оказывается, я угадал! Есть прогрессивный способ, доходы нужно получать с обложения имущества. Особенно недвижимости, которую в оффшоре не спрячешь.

- Ничего не выйдет, - пожал плечами чиновник. - У нас оценка недвижимости занижена, доходы копеечные.

- У меня идея! - провозгласил Шинданд. - Если недвижимость здесь имеет копеечную цену, я скажу Калите, мы все скупим!

- Нет, вы неправильно поняли. Это для налогообложения оценка занижена. А для продажи очень даже не занижена.

- А почему так? Почему для налогов одна оценка, а для продажи - другая? Это разве правильно?

- Вообще-то это неправильно... - задумался чиновник. - У амеров можно выкупать в бюджет недвижимость по оценке для целей налогообложения. Но это же амеры! Нас домовладельцы со свету сживут, если мы будем налог с нормальной стоимости брать.

- А если не будете брать с нормальной, пойдете под трибунал. Подумай получше, что выбрать.

- Что угодно, лишь бы не трибунал!

- Вот, молодец. Значит, слушай. Назови мне отдел, который занимается налогом на недвижимость. Я в него немедленно назначу военного представителя. К вечеру мне нужны документы на подпись. Приказ об изменениях в налоговый закон на территории Ивановки и Казаковки. Чтобы завтра насчитать налог по новым правилам и начать собирать. Я приму чем угодно - деньгами, соляркой, углем, зерном. Хоть лопатами. На войне все пригодится.

- Юридический отдел. И бюджетный отдел.

- Кашалот, слышал? Давай в юридический отдел расчет ПТР, а в бюджетный - гранатометный расчет.

- Есть!

- Поборы с зарплаты не забудьте отменить.

Чиновник кивнул

- Еще наш штаб предлагает проанализировать льготы по налогу на прибыль.

- Да чего анализировать! У нас оба градообразующих завода в оффшорах зарегистрированы, у нас налог на прибыль не платят.

- А где платят?

- Где-то в оффшорной зоне под английской юрисдикцией.

- Английской! Ага! Англия же против нас санкции ввела. А мы против нее введем! И будем налог здесь собирать!

На лице чиновника застыло задумчивое выражение, затем оно осветилось плохо скрываемой радостью.

- Это же сотни миллионов!

- Ну да! - важно подтвердил Шинданд, прикидывая про себя, что для сбора таких налогов и танкового батальона может не хватить.

- Фунтов стерлингов!

- Вот-вот, - согласился ополченец, не зная, впрочем, курса этого самого фунта.


Шинданд отошел в сторонку и связался с Калитой:

- Фунт стерлингов - это сколько?

- Полтора доллара.

- Понятно... Отбой.


- Какие у нас налоговые поступления с земли? - продолжил тему Шинданд.

- Копейки, - пожал плечами чиновник. - Чтобы собирать что-то с земли, налог или аренду, нужно дать на нее госакт о праве собственности или аренды. А госакты мы не выдаем. Есть негласное распоряжение - тормозить передел земли. И в судах никто ничего не может добиться, хотя нужные законы есть. Негласное распоряжение - это не какой-нибудь закон, это сильнее.

Шинданд расцвел.

- Родные вы мои! Чиновнички дорогие! Судьи разлюбезные! - он светился от радости. - Земной поклон за то, что такой резерв создали! Ох, как он сейчас кстати! Кашалот!

- Я!

- Свяжись с Колымой, пусть штаб еще и земельный закон подготовит. К вечеру мне на подпись. Пусть поторопятся, у нас вечер уже скоро. В законе пусть пропишут, что госакт выдается при уплате регистрационного сбора и выплате вперед суммы налога и арендной платы... за сколько времени - пусть сами прикинут.

- Есть!

- Бланки госактов в мэрии есть?

- Есть... нужным людям мы госакты делаем.

- Кашалот! Запасы бланков изъять и поместить под охрану. Напечатать новые. Тысячу штук для начала.

- Есть!

- Найдешь в мэрии специалистов, у которых есть данные по землепользователям. Разошлешь землепользователям бойцов с уведомлением об облегченном порядке оформления земли. Как раз к тому времени, когда я новый закон подпишу, народ будет оповещен.

- Есть!

- С госактами-то мы можем и вовсе без реквизиций обойтись... - задумчиво проговорил Шинданд. - А за городом за госакты с фермеров можно хлеба дофига получить. Кстати, о хлебе. Зерно где хранится?

- В хозяйствах немного, остальное выкупается зерноторговыми фирмами и Аграрным фондом, хранится на элеваторах.

- Аграрный фонд - что такое?

- Государственное бюджетное специализированное учреждение. Закупает зерно для государства.

- Кашалот! Теперь государство в Казаковке - мы. Надо найти в мэрии спецов, взять отделение на двух "тачанках", проехаться по элеватором, взять под охрану запасы государственного зерна.

- Есть! - Кашалот изрядно взмок, но держался - работать с Шиндандом ему было не впервой.


- Что-нибудь наподобие Аграрного фонда по другим товарам есть? - спросил ополченец у чиновника.

- Ну, есть похожий фонд по авиационной деятельности...

- Этим займемся, когда Харьков освободим. А еще?

- Государственный резервный семенной фонд. Но у нас в районе он не работает. Есть другие фонды, более общего плана. Государственный жилищный фонд. Это про те квартиры и дома, которые можно приватизировать.

- Что-то неприватизированное осталось?

- Да почти ничего интересного. Информационный геологический фонд. Это киевский архив по геологии. Ну и Фонд государственного имущества, конечно.

- Кашалот!

- Я!

- Отправь расчет АГС в фонд государственного имущества, пусть выяснят, что из имущества здесь есть. Потом разошлем группы по всем адресам, посмотрим, что там найдется для изъятия и использования в военных нуждах. Автотранспорт, оргтехника и мебель там наверняка есть.

- Есть! - двусмысленно откликнулся Кашалот.


Затем в поисках резервов Шинданд занялся Государственной исполнительной службой.

- Так... Что тут у нас? Алиментщики. Отправить на принудительные работы, детей поставить на котловое довольствие в отряд. Не в отряд, в бригаду! Самострои и самозахваты. Почему так много? - обратился ополченец к чиновнику.

- Так ведь земля ни у кого не оформлена. Госактов нет.

- Кашалот. По этим делам приостанови исполнение в связи с новым порядком оформления земли. Смотрим дальше... Неуплата штрафов, налогов, сборов. Тоже принудительные работы. А вот совсем другие суммы - фирмы судились. Тут уже счет идет на тонны товара и миллионы гривен. Это я сходу не разберу... Кашалот! Возьми помощников из службы, отсканируй документы и отправь в штаб. И то же самое покажи Долгопятову. Потом сравним, что скажут. И на всякий случай по каждому адресу должника отправь группу совместно с казаковской милицией - не прячут ли чего. Будут давать взятки - пусть все берут, потом оформляют протоколы, посмотрим, на что это потянет...

Шинданд перешел к новой группе дел.

- О! Обманутые туристы. Даже из казаковки кто-то по заграницам прохлаждается... Что, деятель кинул клиентов, сменил вывеску и теперь готовится кинуть новых? Разве это не мошенничество? - ополченец посмотрел на чиновника.

- Не доказали, - пожал плечами тот.

- Дело на пересмотр в трибунал. Обманутого туриста - в народные заседатели. Турдеятеля пока - на окопы. Потом, возможно, им разведка заинтересуется. С заграницей работал все-таки.

- Ломоть его уже прибрал, - сообщил Кашалот, вчитываясь в материалы дела.

- Ну, и пачка дел по невыплаченной зарплате и незаконным увольнениям, - показал Кашалоту Шинданд на ворох бумаг. - Кто кидает народ, будет нещадно наказан. Кто в течение суток не урегулирует конфликты с людьми, попадет под трибунал. За неисполнение решения суда.


Следующим пунктом в маршруте Шинданда был сам суд.

- Все сложное просканировать и в штаб. Потом в трибунал и "расстрельную" команду. То есть в команду исполнителей решений трибунала. А что попроще, я сам сейчас посмотрю.

Ополченец углубился в бумаги.

- Так... Два придурка два года судятся из-за мотоцикла, оставшегося после умершего деда. Обоих на окопы, пока не поумнеют. Возможно, навсегда...

- Или вот. Придурок в пьяном виде ходил по городу, приставал к женщинам, "демонстрировал им обнаженный половой орган". Вымазать смолой и вывалять в перьях.

- Так ведь нет такого наказания в кодексе, - заметил чиновник.

- Кашалот! Поправки в Уголовный кодекс мне на подпись через 10 минут.

- Не успею.

- Ну через полчаса. Не могу я придурков в тюрьме держать, его на котловое довольствие ставить надо, охрану отвлекать. А на окопах дурня лопатой пришибут, - объяснил Шинданд чиновнику мэрии.

- Так. Драка, побои... В сизо не посадили... Кашалот, зачинщиков драки - на занятие по рукопашному бою. "Куклами", но чтобы без увечий.

- Наркоторговля... - Шинданд нахмурился. - Отпущены "за недостаточностью улик". Кашалот, всю наркоторговлю - отбери отдельно. Стрелять их, вообще-то, надо, но у сук связи обширные, и по загранице тоже. Так что надо хорошенько все продумать. Под расстрел пока только самых наглых. Кашалот, вышли группы захвата по адресам трех-четырех отморозков, сегодня вечером на трибунал и исполнение. Покажем народу пользу от народной власти.

- Есть!

- Ладно, хватит с меня судебных дел... Вроде пропущенного не осталось?

- Осталось! - поправил Кашалот. - Изнасилование. Насильника из сизо на окопы отправили, а дальше что с ним делать?

- Так он вроде говорил, что девчонка по доброй воле с ним гуляла?

- Говорил... Но заявление она подала, так что надо реагировать.

Шинданд задумался.

- Пока передохнем, водички попьем, а парня и девку ко мне на допрос.

- Есть!


Выяснилось, что девчонку написать заявление заставили родители - уж больно беден был будущий зять.

- Родителей на допрос, - распорядился Шинданд.

- А они уже здесь, в коридоре. С дочкой приехали.

- Вызывай.

- Объясните, на каком основании принудили дочь к даче заведомо ложных оснований и клевете на ее парня?

- Не пара он ей! Голытьба! И школу не закончил!

- Почему школу не закончил? - повернулся Шинданд к злосчастному жениху.

- Работать надо было... На шахту пошел.

- Бросит брюхатую и сбежит, - продолжали родители. - Пустое место он!

- А за бойца Второй бронетанковой бригады Донецкой народной республики отдали бы дочь?

Родители помялись.

- Это какая? - робко спросил отец.

- Так, которая сейчас власть в Казаковке, - разъяснил Шинданд.

- Отдали бы! Отдали! - наперебой засуетились родители.

- Пацан! Пиши заявление на прием в Армию Новоросии, во Вторую бронетанковую бригаду. Если хочешь, конечно... Кашалот, помоги новобранцу с бумагой.

Через пять минут Шинданд уже объявил молодых мужем и женой, а Кашалот выдал им документ.

- В ЗАГСе получите свидетельство по всей форме. А пока боец Жених - двое суток отпуска!


- На что еще народ жалуется? - обратился Шинданд к чиновнику. - Чего не хватает? У меня еще времени до вечера полно, сейчас со всем разберусь.

- Например, подключение к электросетям проблема. Мощности ограничены.

- И как решается вопрос?

- Как обычно. "Черным налом".

- Мы возьмем по закону и всех подключим. И сразу график отключений нужен. Мощности во время войны всегда ограничены, если вообще есть... Кашалот, группу с ДП в горэнерго, если будет недостаточно, подключим военный трибунал, - слово "подключим" прозвучало двусмысленно. - Если каких-то прав не хватает, я дам, если законов не хватает, я подпишу, - Шинданд подкинул на ладони печать Второй бронетанковой.

- Это называется "улучшение инвестиционного климата", - прокомментировал Кашалот.

- Что?

- Упрощение процедур, снижение налогов, повышение оперативности принятия решений, - вступил в разговор чиновник.

- Что же вам раньше мешало... - пробурчал Шинданд. - "Пиджаки"! Кашалот, мне надо, чтобы этот самый инвестиционный климат улучшился через десять минут, и я заметил, как в нашу бригаду и город пошли инвестиции.

- Почему не пятнадцать? - позволил себе пошутить чиновник.

- Пятнадцать - слишком долго. Танк на поле боя живет восемь минут. В военное время время идет по-другому. Чем ближе к фронту, тем быстрее. А Казаковка сейчас в прифронтовой зоне.


Вечерело. Секретарь военного трибунала заканчивал собирать бумаги. У расстрельной стенки валялись трупы четырех наркоторговцев. С фортификационных работ тянулась колонна бортовых грузовиков и автобусов с рабочими. У мэрии народ отмечался в очереди за госактами на землю. У военкомата толпились добровольцы, желающие вступить во Вторую бронетанковую. С заводов и складов выезжали грузовики с изъятым и реквизированным имуществом.


- Кашалот, - позвал Шинданд, глядя на заходящее солнце. - Сколько атак сегодня отбили?

- Ни одной. Бандеры пока в Казаковку не суются.

- А сколько вылазок мы сегодня провели?

- Тоже ни одной.

- Вот так вот, день прошел, а ничего не сделано, - вздохнул Шинданд.